Полная версия
Небольшая часть стола была застелена скатертью, тут же стояли столовые приборы на две персоны. Стася, кланяясь, унеслась докладывать, что госпожа баронесса изволит обедать, а я, отодвинув самый массивный стул, стоящий в торце стола, села и кивнула Эбби:
— Садись, нянюшка. Теперь ты моя компаньонка и должна обедать вместе со мной. Да и мне не так скучно будет.
Эбби неодобрительно покачала головой, но все же села на соседний стул, сложив руки на коленях.
Обед нам подавала Луиза. Я так пока и не поняла, чем именно в замке занимается она. Впрочем, сейчас пообедаю и уточню у Роберто, тем более вопросов у меня прибавилось.
На первое подали легкий овощной суп, на второе тоже были овощи. Помимо них, на стол поставили блюдо с сыром и тонкими лепешками. Как я уже поняла, в этих местах они заменяют привычный нам хлеб. На десерт подали темный густой мед и кувшин с травяным чаем.
Вспомнила зеленый чай, которым угощал меня мэр Лафкарда. Нужно узнать, есть ли в замке такой же. Я даже пожалела, что не уточнила этого, когда была на рынке, стоило бы купить немного.
Все было довольно вкусно, но почему нет мяса? В моем положении поститься на одних овощах вредно. Значит, добавляется еще один пункт: осмотреть кладовые на наличие в них провианта.
Луиза уже убирала со стола, и я попросила ее передать Роберто, что жду его в библиотеке. Теперь я уже немного ориентировалась в расположении комнат на первом этаже и без труда смогла найти нужную дверь.
Снова уселась в неудобное кресло, подумав, что не мешало бы положить на него подушку. Мебель была старая, с вытертой от времени обивкой. Не знаю, чем набито сиденье, но даже через платье я ощущала комки и неровности.
Эбби пришла со мной, я уже пояснила ей, что молодой вдове обязательно положена компаньонка и теперь в ее обязанности входит всюду сопровождать меня и давать полезные советы.
— Нянюшка, я могу доверять только тебе! — шепнула, положив ладонь на ее сложенные на коленях руки.
Мое признание явно ее растрогало. Вот и хорошо, это ее немного успокоит. Тем более я и так уже не раз ловила на себе ее удивленные взгляды, ведь Эбби не могла не заметить, как сильно изменилась ее подопечная.
Скрипнула дверь, в библиотеку размашистым шагом вошел дворецкий. Замерев передо мной, он склонил голову в поклоне.
— Садитесь, Роберто, пора заняться делами. Для начала я хотела узнать, какие обязанности выполняют в замке слуги. Может, нужно нанять еще кого-нибудь? Ах да, чуть не забыла: заглянув в детскую, я увидела там двух маленьких девочек. Чьи они?
— Да теперь ваши, леди.
— Мои?
Я слегка опешила. Мне снова приписывают парочку детей, о которых я ни сном ни духом.
— Можете объяснить подробнее?
— Ох, простите, госпожа баронесса, я думал, вы в курсе.
Я отрицательно покачала головой.
— Августина и Аделина — дочери господина Анри от метрессы Тамарис.
Вот это сюрприз! Тамарис — бывшая жена моего мужа? Хотя разводов тут вроде не практикуют, тогда кто она? Мысли роем растревоженных пчел метались в голове, а дворецкий тем временем продолжал:
— Молодой хозяин познакомился с Тамарис в одной таверне, где та работала певичкой. Девушка ему понравилась, и он забрал ее в свой дом в качестве метрессы. Через год на свет появились две девочки. Господин Анри признал дочерей. Конечно, фамилии своей не дал, и претендовать на вхождение в род Тирсо малышки не могут, но молодой барон взял на себя ответственность за их жизнь и воспитание до самого совершеннолетия. После его смерти эти обязанности переходят вам, госпожа баронесса.
Вот это новость! Так, значит, метресса — это обычная любовница? Вернее, не обычная, а официальная. Не знала, что тут так можно!
— Девочки и Тамарис прибыли в замок всего несколько дней назад. Метресса поведала нам о гибели молодого господина, но ни слова не сказала о его женитьбе. Именно поэтому все решили, что она станет хозяйкой замка до совершеннолетия малышек, но, раз господин Анри успел жениться, у Тамарис теперь нет никаких прав на дочерей.
— Совсем никаких? — уточнила я. Суровые тут законы…
— Если пожелаете, вы можете выгнать Тамарис из замка, а с девочками вы вольны поступить по своему разумению, — кивнул дворецкий.
— Но нельзя же разлучать мать с детьми… — Я даже немного растерялась.
Эта женщина была настоящей женой Анри, а я даже не помню его лица… Теперь она никто, даже детей у нее отняли. Мне стало немного жалко эту красивую, но по-своему несчастную женщину.
А что делать мне? По закону Тамарис мне никто, теперь у нее даже нет права находиться в замке. Но и выгнать я ее не могу. Не по-человечески это. Придется решать и эту проблему.
— Где ее разместили?
— В комнатах для слуг.
— Хорошо, пусть пока будет там. Для начала нужно разобраться с расходами и доходами. Еще я хотела бы осмотреть весь замок и кладовые. Да, чуть не забыла: на ужин приглашен капрал Рэд, надо узнать, как обстоят дела во вверенном ему гарнизоне.
Несколько часов у нас ушло на то, чтобы просмотреть хозяйственные книги. Выводы были неутешительные: в казне оставалось всего несколько медяков.
— Весной завсегда так, — пояснил дворецкий. — Подати по осени собирают, деньги идут с продажи урожая и шерсти. На то год и живем. Припасы закупаем или свечи. Но свечи больно дорогие, а магические накопители давно уже пусты, вот ежели бы какой маг их подпитал немного… — Роберто с надеждой глянул на меня.
Боюсь, тут я ему не помощник, сама о магии узнала только несколько дней назад, и как она проявляется — понятия не имею. Да и будь Элена магом, нянюшка бы об этом знала.
— Свечи мы купим, я выделю деньги. И на припасы тоже. Нужно составить список самого необходимого. Но сразу скажу: денег у меня немного, придется экономить или искать возможность заработать.
И я принялась расспрашивать Роберто, чем живут местные крестьяне. Как оказалось, большей частью держат коз и овец, продают шерсть и шкуры. Местами разводят дикий виноград, его тоже отвозят в город, но доход с этого совсем небольшой, да и товар сезонный. Еще селяне готовят козий сыр, но продукт это скоропортящийся, а в город не наездишься, по большей части они едят его сами.
Местами в самой долине земля вполне плодородна, но летом стоит такая жара, что вырастить что-то без полива довольно сложно. В горах берут начало несколько ручьев, один из них протекает через замок и водопадом стекает вдоль стены. Чтобы возить воду из ручьев, нужны лошади, а в деревнях они наперечет, и их берегут для поездок в город. Поэтому и сажают деревенские всего несколько грядок для личного пользования.
Можно было бы промышлять охотой на горных козлов, эти звери в последнее время шибко расплодились, да только на это требуется разрешение хозяина земель, то есть мое.
Из тех же хозяйственных книг я поняла, что припасы закупаются только самые дешевые, большей частью крупы и мука. О молоке, яйцах и мясе упоминалось лишь несколько раз в год, по праздникам или во время приезда хозяина на охоту, что тоже бывало нечасто. За последние два года — ни разу.
Часть денег также уходила на дрова и кизяки. Деревьев в долине очень мало, а зимой в замке бывает довольно прохладно, да и пищу как-то готовить нужно.
Не заметила я и статьи расходов ни на ремонт замка, ни на одежду или обувь слугам. Да и само жалованье у них было мизерное, можно сказать, работали они за пропитание и крышу над головой. То-то одежда у них так поношена. Только сейчас я заметила аккуратные заплатки на рукавах камзола Роберто.
Станков для производства тканей в стране слишком мало, ведь работают они на магических накопителях, отсюда и такая высокая цена на шелк и бархат. Те, кто победнее, правда, обходятся домоткаными холстинами, во многих деревнях холодными зимними днями женщины занимаются производством пряжи и грубой шерстяной ткани.
Я порадовалась, что додумалась набить один из сундуков тканью попроще, из нее можно пошить слугам новую форму. Нужно только найти толковую швею, но это позже, сейчас надо с самыми насущными вопросами разобраться — с пропитанием.
На ведение дел гарнизона у дворецкого имелась отдельная книга. Там записывалось, сколько продовольствия поступило на кухню в том или ином месяце. Ежемесячно хозяин земель переводил определенную сумму на счет, открытый в банке Лафкарда. Получал их сам капрал Рэд. Вот только в прошлом месяце денег так и не поступило — видимо, господин барон не успел их перевести, да так и сгинул, а в этом месяце, который наступил как раз два дня назад, содержать гарнизон буду уже я.
Значит, содержание за прошлый месяц все же зажали! Интересно, можно его стребовать с наследника? Судя по записям в книге, сумма там не особо большая. Подробности выспрошу за ужином у капрала Рэда.
В общем, картина складывалась нерадостная. У меня закрались подозрения, что мне спихнули проблемные земли, от которых никаких доходов — одни расходы, да еще и обязательства по охране границы.
Мало того, на меня еще скинули любовницу мужа и их общих детей. Из слов Роберто я узнала, что Тамарис выселили из дома, который снимал ей молодой барон Тирсо, в тот же день, как пришло известие о его гибели. Девочек велели отвезти в этот замок, мать отправилась с ними. И, будь мой будущий малыш мальчиком, возможно, я бы о них так никогда и не узнала — ведь моими делами занимались бы управляющие и дядюшка Анри.
От имени баронессы на содержание малышек выделялась бы небольшая сумма денег, а потом их бы выдали замуж и вовсе забыли. Насколько я поняла, именно такие условия ставились в тех документах, что передал мне Роберто.
На каждую из близняшек был составлен отдельный договор. Я лишь мельком взглянула на перечень обязательств опекуна малышек, которым теперь являюсь я. Более подробно решила ознакомиться с этими бумагами позже, потому как незаметно подкралось время ужина, скоро должен прийти капрал Рэд.
Осмотр самого замка и кладовых я отложила на завтра, этим мы займемся вместе с Луизой. Теперь я знала, что должность экономки занимает супруга Роберто.
Когда я с трудом поднялась с неудобного кресла, разминая уставшую спину, Роберто внезапно спросил:
— Госпожа баронесса, что делать с девочками? Переселить их в комнаты для слуг? Тамарис теперь ведь не сможет подниматься на хозяйский этаж.
Я замерла. Если честно, понятия не имею, что с ними делать. Малышек было искренне жаль. Лишились отца и дома, дальняя дорога, незнакомое место и чужие люди — само по себе стресс. Что делать с их матерью, я пока тоже не знаю.
— Пусть остаются в детской. Я займусь их судьбой позже.
Глава 11
Капрал Рэд был все так же хмур и неулыбчив. Его место за столом находилось напротив Эбби. На ужин снова подали овощи и сыр, а так хотелось съесть куриную ножку.
Пока ужинали, за столом стояла гнетущая тишина, я думала о том, что узнала от Роберто, капрал, вероятно, не желал начинать разговор первым, а нянюшка так и вовсе чувствовала себя не в своей тарелке, сидя за одним столом с господами.
Допив бокал с чаем, я откинулась на спинку стула и принялась внимательно рассматривать сидящего наискосок от меня капрала. Тот запыхтел, видимо, мое пристальное внимание несколько его смутило. Помучив его еще немного, я заговорила.
— Господин капрал, вы же понимаете, что нам придется как-то взаимодействовать друг с другом. Этот замок — единственное, что у меня есть, и уезжать отсюда я не собираюсь. Нравится вам или нет, но теперь я хозяйка этих земель, и в наших интересах найти общий язык. Конечно, я могу выделять небольшую сумму на пропитание гарнизона, даже нанять отдельную кухарку и больше о вас не вспоминать. С голода вы не помрете, но веселой жизни у вас не будет. Жаловаться на меня не получится — я одинокая вдова, что с меня возьмешь? Но мы можем помочь друг другу сделать жизнь немного приятнее. Например, я разрешу вам охотиться на горных козлов, и в рационе солдат появится мясо, — говоря все это, я не сводила с мужчины пристального взгляда.
Капрал еще некоторое время сидел молча, я прямо видела, как мысли медленно ворочаются у него в голове, все же этот вояка такой тугодум!
— Что потребуется от меня взамен?
— Я хочу взглянуть на казармы солдат, может, им требуется еще что-то, кроме пропитания. Как я понимаю, за их жилье тоже отвечаю я?! Также мне нужно знать распорядок дня гарнизона, чем занимаются ваши подопечные.
— Это вам зачем? — насупился мужчина.
О, мой дорогой! Тут у меня под боком пятнадцать мужиков, и я сильно удивлюсь, если они заняты с утра до ночи. Это же сколько свободных рук! Роберто, например, упоминал, что их-то и не хватает на нашем огороде. Да мало ли куда их можно пристроить?!
— Поверьте мне — все для вашей пользы, вы точно не прогадаете!
Немного пожевав губами, капрал начал говорить.
Как я и думала, ничем особо полезным солдаты не занимались. Ежедневно четверо отправлялись в дозор. Двое дежурили на воротах и в сторожевой башне. Интендант занимался хозяйственными делами. Остальные семь человек часть дня посвящали тренировкам с оружием и уборке казарм. Все как я и думала — пустая трата времени, сомневаюсь, что казармы так загажены, что им требуется ежедневная уборка. Хватит там и одного-двух человек.
— Ежедневно вы будете выделять мне несколько человек для работы в замке, а я подумаю, как сделать их и вашу жизнь удобнее и сытнее. Если согласны, уже завтра можете отправляться на первую охоту. Ответ дадите утром, а сейчас прошу меня извинить — дорога была дальняя, — с этими словами я встала из-за стола, прекрасно понимая, что быстро ответа мне не получить.
Капрал вскочил следом, выглядел он очень задумчивым. Ничего, пусть думает, не просто так же он жалованье получает.
За окном надвигались вечерние сумерки, темнело здесь быстро, словно кто-то резко выключил свет. Вот вроде только что было светло, моргнешь — а вокруг уже темнота.
Мы с Эбби поднялись на второй этаж. Комнату для нянюшки так и не выделили, поэтому она разложила привезенную из дома перину прямо на полу моей гардеробной, благо места там хватало. Я же воспользовалась уборной, которая мало отличалась от туалета в доме отца Элены. А вот с водными процедурами тут имелись определенные проблемы — водопровода в замке не было. Его заменял тазик и кувшин, как на постоялом дворе. Еще одна проблема, которую тоже придется решать.
Переодевшись в ночную сорочку, подошла к окну. Хорошо, что хоть стекла здесь есть. Толстые, немного мутные, но все же. Да и сама спальня, после того как из нее вынесли лишнюю мебель, стала довольно уютной.
Высота потолков около трех метров. Стены отделаны деревянными панелями примерно до середины — выше идет обычный камень. Там же, на каменном основании, встроены канделябры для свечей, сейчас совершенно пустые. Одинокий огарок стоит только на столике возле кровати.
Кровать широкая, на такой можно спать что вдоль, что поперек. На полу небольшой коврик, в остальном пол, так же как и во всем замке, выложен каменной плиткой, правда, здесь она вроде как слегка отполирована и смотрится вполне достойно.
В одну из стен вмонтирован камин, отделанный светлым с зеленоватыми прожилками мрамором. Красивый камень. Поддавшись внезапному порыву, я подошла ближе и провела ладонью по мрамору. Внезапно перед глазами вспыхнули разноцветные искры, а в голове скрипучим голосом нашего преподавателя геологии раздалось: «Мрамор — метаморфическая горная порода, состоящая из кальцита CaCO3 с примесями хлорита, дающего зеленоватый цвет. Твердость 2,5, плотность 2,2».
Не поняла, что это сейчас было? Я тряхнула головой, отгоняя с глаз радужные мушки. То, что передо мной мрамор, я и так знала, а тут и состав, и другие показатели. Неужели так устала, что мне разная ерунда мерещиться стала?!
А если не ерунда? Я замерла, глядя на камин, словно это неведомый зверь, который вот-вот может меня укусить. Решившись, снова положила ладонь на прохладную гладкую поверхность, и опять в голове раздался скрипучий старческий голос, правда, теперь он добавил, что мрамор — это перекристаллизованный известняк, состоящий в основном из кальцита.
Ничего нового я, конечно, не узнала, но сам факт произошедшего меня поразил настолько, что я еще какое-то время стояла, пялясь на заставленную безделушками мраморную полку.
Сделав несколько шагов назад, остановилась, скользнув взглядом по комнате. Затем решительно взяла пуфик, пододвинула к ближайшей стене, забралась на него ногами и прикоснулась к тесно пригнанным друг к другу камням.
«Известняк — осадочная, обломочная горная порода, состоящая из карбоната кальция CaCO3».
Не показалось! Что это может быть? Замок живой и разговаривает со мной? Но почему голосом старого профессора? Или это… и есть магия?!
Чтобы проверить свою теорию, я перещупала в комнате все, что только было можно. Голос в голове появлялся, только если я касалась предметов, сделанных из камня. На деревянную кровать он никак не отреагировал. Зато стоящая на каминной полке бронзовая статуэтка тоже получила описание металла, из которого состоит.
Это же мечта геолога! Мне бы эти способности да в прежней жизни, вот бы папа порадовался!
Вспомнила родителей, и на меня сразу накатила тоска. Решив оставить свои исследования на завтра, я потушила остаток свечи, забралась в кровать, обняла подушку и почти мгновенно заснула.
Утро наступило с деликатного шебуршения. Нянюшка уже проснулась и по привычке занималась мелкими бытовыми делами — именно сейчас она перекладывала с места на место вещи в моей гардеробной, ставшей на эту ночь ее спальней.
Я проснулась и некоторое время лежала не шевелясь, просто глядя на сводчатый потолок. Вчера столько всего случилось, мне требовалось немного свободного времени, чтобы спокойно все обдумать.
Когда нянюшка в третий раз тихонько выглянула из гардеробной, я, не выдержав, решительно встала с постели. Сначала осмотрю свои новые владения, а уж потом буду думать дальше.
Интересно, что там решил капрал Рэд? Устоит ли он перед моим предложением или заглотит приманку?
Капрал не устоял. Только я оделась и спустилась к завтраку, как Роберто доложил о визите начальника гарнизона. Тот пришел просить разрешения отправиться на охоту.
Получилось!
Теперь солдаты будут отрабатывать свое пропитание, уж я об этом позабочусь! Лишние руки в замке ой как пригодятся! Сегодня, на свежую голову, я видела, что от его былого величия мало что осталось.
Слуги, нужно отдать им должное, как могли поддерживали чистоту и порядок. Но всюду виднелись следы упадка и бедности. Немногочисленные ковры выцвели и истончились от времени, мебель требовала починки, гобелены потускнели. Даже позолота на картинных рамах и та осыпалась.
Замок сейчас можно было сравнить с рукотворной каменной пещерой — холодной, дикой и малопригодной для жизни. Кругом куда ни глянь — только серые каменные стены, и даже заглядывающие сквозь узкие окна солнечные лучи совершенно не исправляли ситуацию. Замок по-прежнему казался нежилым. Не было в нем того особого уюта, присущего домам, где кипит жизнь.
Может, все дело в том, что этот каменный монстр до сих пор никому не был нужен?
После завтрака экономка, при ближайшем знакомстве оказавшаяся очень милой женщиной, повела меня по комнатам. Сначала мы осмотрели кухню.
Что ж, чисто, серо, бедненько. Посуде не знаю даже сколько лет. Громоздкие кастрюли и сковороды могли напугать своим видом кого угодно, но кухарка Мари прекрасно с ними управлялась. Вдоль одной из стен расположились два очага. Один такой большой, что в нем с легкостью можно зажарить целого быка или барана. Вон и вертел торчит. Второй очаг немного меньше, именно на нем и готовилась вся пища в замке.
На полу возле плиты я заметила несколько корзин с сухими ветками и непонятными коричневыми лепешками. Прямо у меня на глазах кухарка подхватила одну из лепешек и закинула в огонь.
На мой вопрос «Что это?» мне ответили:
— Кизяки!
Видя, что я так ничего и не поняла, Луиза пояснила, что это особый вид топлива, который изготавливают из высушенного на жарком южном солнце навоза домашних животных, налепив из него вот таких вот лепешек.
Сюда кизяки доставлялись из деревень. Они заменяли часть денежных податей, так и селяне были довольны, и замок справлялся с отсутствием дров.
«Дрова! Или другое топливо», — отметила я в голове первый пункт. Не знаю, какие тут зимы, но готовить пищу действительно как-то нужно. Да и камины не просто так установили.
Мы пошли дальше, осматривая полупустые шкафы, в которых по большей части находилась простенькая глиняная посуда. Между двумя такими шкафами я и обнаружила еще одну плиту, более привычного мне внешнего вида, чем сложенные из камней очаги.
— Что это? — Я с интересом рассматривала три круга, напоминающие блины на обычной электрической плите, вот только электричества здесь и в помине не было.
— Да она уже лет двадцать как не работает, магический кристалл совсем разрядился, — махнула рукой экономка, открывая дверь в одну из кладовых.
В кладовке было просторно, а все оттого, что хранить здесь особо было нечего. Я сразу узнала стоящие в углу мешки с крупой, так удачно выторгованные мною на рынке. Кроме них, стояло еще несколько ящиков с фасолью и непонятным зерном, похожим на горох. На полках нашлись горшочки с медом, но их оставалось совсем мало.
Овощи и другие скоропортящиеся продукты хранились в подвале. Тут действительно было очень холодно, и чем дальше от входа находился отсек, тем холоднее там было. Впрочем, кроме нескольких корзин с купленными мной же овощами, здесь почти ничего не имелось.
Чем же они питались?
Ходившая за нами следом нянюшка совсем замерзла и оглушительно чихнула.
— Все выбираемся наружу, смотреть тут все равно особо нечего! — велела я, сама уже прилично продрогшая. Не хватало еще простыть! Здесь ведь и лекарств нормальных нет!
Вместо дальнейшего осмотра мы вернулись на кухню. Подойдя ближе к горящему очагу, я зябко передернула плечами, попросив:
— Мари, сделайте нам чаю.
Кухарка тут же засуетилась, налила стоящий на плите кипяток в два симпатичных бокала и поставила все это на поднос, собираясь отнести в столовую.
— Мари, налейте еще один бокал, Луиза тоже сильно замерзла, и нам всем требуется немного согреться.
Сама бы я с удовольствием расположилась прямо здесь, возле горящего огня. Тут было тепло и вкусно пахло. Но Эбби так глянула на меня, что я поняла: ворчания потом не оберешься. Пришлось идти в столовую.
Горячий травяной чай быстро согрел нас, поднимая настроение. Через несколько минут к нам присоединилась и Луиза. Щеки экономки порозовели, она явно пила чай впопыхах, но в то же время в ее взгляде читалась благодарность.
Мы обошли весь первый этаж. Библиотеку я уже видела, туда заглядывать мы не стали. Бальный зал был огромен и пуст. Судя по толстому слою пыли на полу, в нем давно никто не бывал. Будуар, или, как я его окрестила, малая гостиная, тоже не пользовался популярностью. Но тут хотя бы стояли два дивана и три кресла, прикрытые сверху кусками старой ткани, которые, вероятнее всего, когда-то были оконными портьерами.
Ладно, мне эта комната пока тоже без надобности, поэтому идем дальше.
Хозяйский этаж был немного меньше, я мельком заглянула в комнату, практически повторяющую мою собственную спальню, только в более темных тонах. Скромно и безлико.
Напротив мужской спальни располагался кабинет, вот здесь я немного задержалась — ведь мне нужно место для работы.
Кабинет мне понравился. Прямо возле окна стоял массивный деревянный стол, даже больше, чем его собрат в библиотеке. Одну стену от пола до потолка занимали полки, сейчас совершенно пустые, с другой стороны расположился диван, больше похожий на деревянную скамью со спинкой и подлокотниками, такое же кресло стояло возле стола.
Но самое главное находилось над диваном. Там висела огромная карта долины Лафкардия, такая подробная, что на ней можно было даже посчитать крыши домов в каждой из деревень. Конечно, эта карта во многом устарела, висит она тут, вероятно, уже очень давно. Но меня восхитил размах, с которым ее изготовили. Я коснулась кончиками пальцев краешка карты.
