Хрупкая миссия звездного Жнеца

Потовые выделения, височная область — соленость: 7/10.
Дополнительные ощущения: легкая «игристость», словно у минеральной воды, и едва уловимая терпкость. Послевкусие трудно классифицировать. Не сладость, а… «свечение» на языке. Возможно, прямое вкусовое проявление анимы после инцидента?

Снова подумалось, что по сравнению с моими собственными пробами, этот вкус отличается и определенно нравится мне больше. Интересно.

Итог: пот Иви служит информативным биомаркером ее физиологического и, вероятно, энергетического состояния. Требуется дальнейшее наблюдение..?

Я покосился на Иви. Казалось, она немного успокоилась, завороженно глядя в иллюминатор на проплывающие звезды. Продолжить сбор данных? Я закрыл документ и отложил планшет. Успею ли провести все нужные наблюдения до того, как доставлю ее корпорации? Хотелось бы успеть. Сравнить с собственными пробами. Прочувствовать…

Но сейчас следовало сосредоточиться на другом и отдохнуть. Кто знает, когда удастся поспать в следующий раз.

— Хочешь есть? — спросил я Иви на всякий случай.

Она ожидаемо проигнорировала меня. Но значит, с голоду не умирает. И наверняка, ее беспокоит сейчас что-то другое.

— Дзен, проследи за Иви. Разбуди, если что-то случится, — скомандовал я, откинув спинку кресла.

— Так точно, напарник, — отозвался Дзен.

Послышалось шуршание по соседству. Я скосил взгляд. Иви забралась в кресло с ногами и опустила веки. Еще бы. Она вымотана и истощена. Образец… Почему она сказала, что лучше смерть? Следствие стресса или что-то другое?

Я вздохнул и тоже закрыл глаза. Нельзя задавать вопросы. Мой долг просто выполнить задание.

Я замедлил сердцебиение, чтобы поскорее расслабиться, и стал проваливаться в сон. На краю сна я снова пробовал вкус слез Иви. Но на этот раз она не вырывалась и не смотрела на меня с ненавистью. Ее взгляд был мягким и доверчивым. Она позволила мне прикоснуться к ней, и не стремилась навредить себе. А ее руки не были скованы наручниками…

Дзен поднял меня на подлете.

— Эш, ты слишком долго спишь! — почти кричал он. — Прием! Требуется пристегнуть ремни и надеть кислородные маски!

Я резко сел в кресле и тут же оценил обстановку. Иви тоже проснулась и в испуге таращилась на иллюминатор, где за броней бушевала раскаленная до двадцати с лишним тысяч градусов плазма. Корабль не мог удержать стабилизирующее поле, и мы буквально падали в атмосферу с первой космической.

Внутри стояла невыносимая духота. Я был мокрый насквозь; Иви смахивала пот ладонями, ее белая в дырах больничная роба прилипала к телу.

Корпус сотрясало от перегрузок. Я встал, достал кислородные маски с баллонами, натянул одну на Иви и пристегнул ее — она снова съежилась от моих прикосновений, но как только я отошел, успокоилась.

Я надел свою маску и рухнул в кресло. Посадка выдалась жесткой. Нас трясло и вдавливало в сидения. Температура в отсеке подскочила до восьмидесяти семи. Хорошо, что Дзен успел снизить влажность, иначе мы бы сварились заживо.

Чтобы не разбиться, мне пришлось взять управление на себя, описать пару кругов над космодромом и лишь тогда космолет сбросил скорость до приемлемой.

Жара стала уже не просто некомфортной, а обжигающей. Иви тяжело дышала, вся раскрасневшись. Я сконцентрировал аниму, чтобы защититься, но ей к сожалению, помочь не мог, ведь для этого мне нужен был контакт с ее телом, а я был занят посадкой. Оставалось рассчитывать на ее природную выносливость и инстинкт выживания.

Едва мы приземлились, я разблокировал все вентиляционные отверстия. В корабль ворвался прохладный сухой воздух, вытесняя наконец удушливый пар.

Я подошел к Иви, откинул спинку ее кресла, дотронулся до лба. Она перегрелась. Расстегнув ремни, я взял ее на руки и понес наружу. Там уложил прямо на опустившийся трап.

Снаружи было не больше пятнадцати градусов — она быстро придет в себя. Я присмотрелся к ее вздымающейся груди и расфокусированному взгляду. Она находилась в полубессознательном состоянии. Надо срочно дать ей воды, чтобы предотвратить обезвоживание.

Но мне не позволили ни заняться ее состоянием, ни вообще сообразить, что делать дальше. Сбоку, уверенной походкой к нам приближалась группа вооруженных людей.

— Эй, ты! — крикнул один из них и выступил вперед. — Назовись! И почему не отвечал на запросы при заходе?

Невысокий, коренастый с ярко-зеленой щетиной на подбородке. Похоже он тут главный.

— Мы потерпели крушение, — ответил я и поднялся, усилием воли маскируя цвет глаз. Оценил отряд. Не похожи на профессионалов. Форма свободная, оружие разное, кроме того не у всех работающее. Это местная охрана? Довольно скудно. Впрочем, мне все равно не стоит лезть на рожон. — Связь не работала. Я здесь, чтобы продать корабль и купить новый. Меня зовут Эш Карвер. А это… — Я взглянул на Иви, и в голове все провалилось. Наручники. Я не успел их замаскировать. А без них — никуда. Но как это объяснить?

— Твоя добыча? — хмыкнул другой охранник. — Похоже, продать ты собрался не только корабль, а?

И они дружно расхохотались.

— Проходи на регистрацию, Эш Карвер. Добро пожаловать на Неренту-4, — добавил охранник с зеленой щетиной.

Охрана, бросая на Иви заинтересованные взгляды, развернулась и направилась к высокому серому зданию, облупившемуся и явно давно не видевшему ремонта.

Да и весь космодром напоминал заброшенный полигон для учений: ржавые списанные аппараты, проросшая грязно-зеленой местной растительностью потрескавшаяся плитка.

Я снова присел рядом с Иви, слегка похлопал ее по щекам, пытаясь привести в чувство.

«Добыча? Продать?» — пронеслось в голове. О чем они вообще? Ведь рабство запрещено Галактическим Содружеством.

***

Следующая космическая история нашего космического моба Мой невыносимый спутник

представляет Наталья Игнатенко:

Читать тут: https://litnet.com/shrt/7GMq

Глава 7. Планета неудачников

Иви

Я очнулась от холода и от того, что меня довольно ощутимо шлепают по щекам.

— Иви, очнись, — звучал надо мной знакомый низкий голос.

Приятный голос. Спокойный. В нем не было злости, раздражения, или излишнего воодушевления, как у отца. Этому голосу хотелось повиноваться… Я открыла глаза и пришла в себя окончательно.

Надо мной склонился солдат Генезиса. Я вздрогнула, резко села и дернулась в сторону. Остывшая промокшая насквозь больничная рубашка противно прилипала к телу. Холодный ветер тут же пробрал меня до костей. Хотелось обнять плечи, чтобы хоть как-то защититься от холода, но оковы все еще были на мне.

— Ты перегрелась. — Эш прикоснулся к моему лбу на один миг, кивнул и добавил: — Температура в норме. Идти сможешь?

Я поежилась от холода и огляделась. Оказывается, я сидела на трапе космолета. В небе плыли серо-зеленые облака, а в воздухе витал неприятный запах ржавчины и пищевых отходов.

— Смогу, — пробормотала я и с его помощью поднялась на ноги.

— Я оставил бы тебя на борту, а сам пошел за новым кораблем, но боюсь, ты что-нибудь натворишь, — бурчал он, заводя меня обратно на космолет. — Поэтому пойдешь со мной. Я дам тебе свои вещи.

Вещи, естественно, были мне велики. И, естественно, этот гад не вышел из каюты, пока я переодевалась. Мне пришлось при нем натягивать штаны. Потом он снял с меня наручники, и тогда же, при нем — хорошо хоть, позволил отвернуться — я надела черную майку и куртку.

И тут же он снова нацепил оковы. И пока я пыхтела, злясь на его абсолютную бестактность, он закатал на мне штаны так, чтобы я не спотыкалась об них, и предложил ботинки. Очевидно, свои запасные.

Чтобы не упасть, мне пришлось опереться на его плечо, пока он помогал надевать обувь. Я совершенно не к месту вспомнила, как моей беременной маме на Антее папа точно так же помогал.

Она тогда не могла наклоняться из-за большого живота. А я… я просто скована наручниками и в плену у этого парня. У нас совсем не такие отношения. Я его временная пленница, которую он везет снова в лабораторию. Но какого-то черта мне лезут в голову такие ассоциации, почему мое сердце тоскливо сжимается, а сердце начинает стучать чаще?

— Но прежде чем идти, надо поесть, — скомандовал Эш, поднявшись и задержав на моем лице внимательный взгляд. — Ты покраснела. Что случилось? Жарко?

Я молча кивнула и от стыда опустила голову. Идиотка как она есть…

— Сама расстегнешь куртку?

Я кивнула и быстро потянула собачку вниз.

— Идем есть.

Я не спорила. Ведь была ужасно уставшей, чтобы предпринимать что-либо. А вот желудок знал, чего хочет, и тут же отреагировал голодным урчанием.

Мы устроились в креслах у пульта управления. Эш достал пакеты с сублимированными овощами, сушеным мясом, готовой кашей в герметичных пакетах и воду.

В лаборатории нас кормили сбалансированной смесью, напоминающей по виду, да и на вкус, лужу грязи в тарелке. Никто о нас не заботился. Иногда, правда, старый лаборант угощал конфетами — я никогда не забуду его доброту…

Так что я накинулась на еду, будто в последний раз. Эш сидел напротив и ел с не меньшим аппетитом, прикрывая даже порой глаза от удовольствия.

— Попробуй еще это. — Он протянул мне красный длинный ломтик непонятно чего. — Это хемосфония. Фрукт из системы Альфа-Дракона.

Я несмело взяла угощение, в очередной раз подумав, что Эш странный. Откусила. Сладко-пряный, он очень легко жевался. И правда интересный и приятный вкус. Я бы сказала — очень. Ничего подобного прежде я не ела.

Эш смотрел на меня с ожиданием, пристально, пару раз сглотнул, будто боялся, что я съем все. Я улыбнулась, удивляясь такой непосредственности и протянула остаток ему. Он тут же его слопал и облизнулся.

— Десять из десяти, — довольно произнес он. — Тебе тоже понравился? Попробуй еще это.

— Да, — кивнула я, совершенно перестав его понимать.

Но и отталкивать не хотелось. Разве охрана в лаборатории делилась со мной вкусной едой? Нас считали аборигенами, проигравшими, пленниками. Неужели этот парень не такой?

— Эш, — произнесла я тихо, надеясь прощупать почву, — извини за бардак на корабле и за то, что чуть не убила тебя вместе со мной.

Он перестал жевать и уставился на меня.

— Дело в том, что я не хочу в лабораторию, — продолжила я, заранее вжимая голову в плечи. Нет, он не станет меня слушать, и вся эта напускная доброта сейчас испарится. Он накричит на меня, изобьет. Иначе и быть не может… Но может быть все-таки?.. — Настолько не хочу, что лучше умереть. Может быть, ты… Может быть, ты отпустишь меня…

Его глаза расширились, и я, дрожа от страха, поспешила добавить:

— Или просто убьешь меня и доложишь начальству, что я погибла еще там, при нападении вершителей…

Он смотрел на меня пристально, не мигая, и хмурился. Я не смогла договорить — поперек горла встал ком. Я затихла, вцепившись пальцами в колени. Этот мужчина, от которого исходила физическая опасность, чья сила не оставляла мне ни шанса, сейчас точно разозлится.

— Почему ты настолько сильно не хочешь возвращаться в лабораторию, что готова умереть, Иви? — вдруг спросил он совершенно спокойно.

Я вскинула голову, пораженная вопросом. Нет, он все еще не насмехался, его взгляд оставался таким же серьезным. Так, может быть… может быть, у меня есть шанс?

— Потому что кроме страданий там не было ничего! — выпалила я. Ярость вспыхнула во мне, картинки прошлого замелькали перед глазами. — Страх, боль, отчаяние! Вот что было там со мной и что ждет меня дальше!

— Но для чего-то же это надо? — переспросил он, собирая в рюкзак остатки нашей еды.

— Что? — ошарашено моргнула я.

Эш откинулся в кресле, его взгляд устремился будто вглубь самого себя.

— Твои свойства уникальны, — произнес он. — Ты вносишь вклад в развитие всего человечества. Пусть тебе и было тяжело, но думай о высшей цели. А она у тебя есть. И она значительна для всей цивилизации. Одно человеческое существо ничто в сравнении с видом.

— Ты не прав! — всхлипнула я. — Я не обязана корпорации! Я родилась свободной, мы все родились свободными! А они нас просто уничтожили! Носителей гена собрали, как скот, на нас ставили опыты! Сколько умерло во время этих экспериментов? А сколько продолжают мучаться? И ради чего? Ради человечества?

Меня трясло от злости. Я впервые могла сказать вслух то, что думаю без сиюсекундных последствий, и это придало мне сил.

— О, как наивно! — воскликнула я. — Кому нужно это человечество? Все делается ради шишек корпорации и ее обогащения! Ты сам подумай: кто-то имеет все, но ему не хватает только вечной жизни и молодости! И они решили, что мы можем стать ключом к их — не нашей! — вечной жизни!

— Похоже, ты наелась и отдохнула, — сказал Эш, встал и потянулся, словно пропустив мои слова мимо ушей. — Пошли, надо продать этот металлолом и купить новый корабль.

— Я же сказала, что не хочу лететь! Лучше смерть! Эш, прошу! — Я подскочила и, на свой страх и риск, схватила его за руку. — Пожалуйста! Никто ведь не узнает…

Он нахмурился, но ничего не сказал. Просто пошел к выходу.

Я вздохнула. Что ж. Было бы странно, если бы он понял меня. Но по крайней мере, меня не побили, за это уже можно сказать ему спасибо.

Мы вышли на улицу и дошли до стойки, а точнее, киоска регистрации на выходе с космодрома. Немолодой лысый мужчина с короткой щетиной записал Эша, даже не спросив регистрационную карту. На меня же бросил внимательный, сощуренный взгляд, но вносить в списки не стал.

Эш спросил, где можно продать или купить корабль, и мы двинулись дальше мимо грязных рядов торговых лавочек и обшарпанных магазинчиков. Запахи менялись с горелого на затхлый и металлический и обратно. Я толком не понимала, что это за место, но оно определенно мне не нравилось.

Когда мы подошли к скучающему лысому типу на высоком стуле перед неоновой грязно-желтой вывеской, Эш стал объяснять, что нам нужно. Тот кивнул, включил голограмму, показал несколько космолетов и назвал сумму.

— Ты покупаешь корпус за бесценок, — возмутился Эш. — Он стоит раз в сто больше.

— Будешь доказывать это где угодно, а на Неренте такого добра навалом, — фыркнул продавец. — Не забывай, сюда везут на утилизацию хлам со всей галактики. Так что скажи спасибо, что я вообще что-то предлагаю.

— А за древний едва живой корабль ты просишь как за десяток новых, — не отступал Эш.

— Разумеется, — пожал плечами торговец. — А то знаешь, сколько желающих свалить?

— Каждый второй мечтает отсюда улететь, парень, — вклинился в разговор помощник продавца, который до этого ковырял что-то в доисторического вида планшете — обшарпанном, грубом, с едва светящимся экраном. — Думаешь, ты один такой неудачник, что прилетел сюда в надежде продать старую рухлядь и обогатиться? Нечего верить рекламам по галактическому ТВ.

— Где можно заработать на корабль? — прошипел Эш и сжал кулак.

Я ощутила его напряжение, почувствовала, как анима вокруг него сгущается, но едва-едва, будто он сдерживал себя изо всех сил. Странно, почему он ей не пользуется? Нельзя по протоколу? Я задумалась, размышляя, могу ли использовать это.

Торговец расхохотался. Засмеялись и его соседи, даже остановившиеся рядом прохожие. Лысый вытер слезы и произнес с таким ехидством, что стало не по себе:

— Иди, вон видишь блестящий небоскреб? Офис «Нексуса». Заключи с ними контракт. Только читай внимательно условия. Чтобы там не было пункта: «Контракт может быть продлен по инициативе работодателя», или: «Сотруднику запрещено расторгать договор по собственному желанию».

— Только других контрактов он там не найдет, — хохотнул кто-то.

— «Нексус» так заботится о гражданах, чтобы не было безработицы, — съехидничал другой. — Прямо как в рекламе, ага. Вот только платить тебе будут копейки, чтоб с голоду не подох. Заработать на корабль и не мечтай.

— Да чего ты теряешься? — хохотнул неопрятный и явно нетрезвый из соседнего прилавка мужик. — Девку свою продай. Она у тебя вон какая сладкая, глядишь, выручишь деньжат, да и свалишь.

Я вздрогнула и уставилась на него. Похоже, он не шутил. Продать меня? Остальные подхватили. Кто-то разглядел мои наручники, кто-то стал сыпать пошлые фразы что и в какой позе со мной бы сделал, будь у него деньги.

Эш прикрыл глаза на пару мгновений, глубоко вдохнул, его кулак расслабился, волнение анимы прекратилось.

— Где это можно сделать? — спросил он спокойным тоном, и я с недоумением посмотрела на его непроницаемое лицо.

Сердце забилось часто и тревожно.

— Нижний уровень, дальше спросишь, — тот махнул рукой в сторону покосившегося козырька, нависающим над темнеющей дырой в тротуаре. — Тебе нужна территория живого рынка.

Эш кивнул и потащил меня к входу к тоннелю.

— Ты что, правда продашь меня? — прохрипела я в ужасе.

Он наклонился и прошептал мне в самое ухо:

— Не вздумай ничего устраивать, иначе мне придется связать тебя и заклеить рот. И ни о чем не волнуйся.

Я опустила голову, с горькой мыслью, как же мне отвратительно не повезло. И ведь всего несколько минут назад он угощал меня своей едой и улыбался… А мне начало казалось, что он и правда не такой ужасный, как все остальные. Некое исключение из правил. Но похоже исключений нет.

Он понял, что застрял в этой помойке. И чтобы не оставаться тут, чтобы не искать другие, более сложные варианты, он решил продать меня. Он не мог меня отпустить из милосердия, или из милосердия убить. Но вот заработать для себя — вполне.

Тоска сжала мое сердце с новой силой. Но мне не было обидно за то, что он собирается сделать. Это вполне вписывалось в мои представления о людях корпорации. Мне было обидно за себя. Как я только посмела подумать, что солдат Генезис может быть нормальным человеком? Все они гадкие твари без исключения.

Вдруг меня осенило. Если он продаст меня, с меня снимут наручники. Не будут же держать в них постоянно!

И тогда у меня появится шанс. Не просто на смерть, а на побег! Пусть продает. Пусть даже придется потерпеть какое-то время унижения — это все равно лучше, чем дорога в лабораторию.

Я мельком глянула на хмурого Эша. Спасибо тебе, корыстный гад за то, что хочешь навариться на моем несчастном тельце. Ты поможешь мне этим больше, чем можешь себе представить.

Литмоб Мой невыносимый спутник продолжается.

История от Алёны Орловой:

Читать тут: https://litnet.com/shrt/rR4d

Глава 8. Аукцион

Иви

Мы спустились с Эшем по эскалатору на нижний уровень. Темнота тоннеля сменилась неоновым светом, а теснота — длинными коридорами с высокими потолками и серыми бетонными колоннами-опорами.

— Рабство запрещено галактическим Содружеством, — прокомментировал Эш, прижав палец к виску. — Дзен, фиксируй все. Как выберемся, передадим наверх. Думаю, «Генезис» с радостью за это ухватится.

На пару мгновений он замолчал, а потом продолжил:

— Да, именно как ты выразился, поиграем в корпоративных шпионов.

Потом он повернулся ко мне:

— А с тобой мы сыграем в ловлю на живца. Я бы объяснил подробнее, да боюсь, ты все испортишь.

Он щелкнул меня по носу — легко и задорно, будто и не спрашивал только что, где меня продать. Или я поторопилась с выводами?

— В смысле? — дернулась я плечом, не понимая, что чувствую сильнее: облегчение от того, что он не собирался торговать мной, или разочарование, ведь я уже начала строить план побега.

— Скоро узнаешь, — шепнул он. — Главное — не буянь.

— Не могу обещать, — пробормотала я и отвернулась, оглядывая толпу, в которую мне смертельно не хотелось идти.

Воздух здесь был густым, словно бульон из горелого пластика, пота и едкого сладковатого дыма от жаровен с синтетическим мясом. Под ногами хрустел мусор — осколки плат, пустые ампулы от стимуляторов, блестящие обрывки оптического волокна и еще что-то, о чем я не имела ни малейшего понятия.

Я неловко ступила в слишком большом ботинке Эша, споткнулась и едва не растянулась в масляной луже, но он вовремя подхватил меня и крепче прижал к себе.

— Тебя понести? — спросил он, скользнув рукой по спине.

— Нет! — я отшатнулась. Еще чего, сидеть у него на руках как ребенку! — Куда нам идти?

— Наверное, вперед. — Эш снова приставил палец к виску.

— Ты связываешься с бортовым компьютером?

— Дзен — не просто навигатор, он полноценный напарник, — объяснил Эш. — Когда мы тут закончим, я заберу его и загружу в новый корабль.

— Но где ты возьмешь деньги, если не собираешься меня продавать? — осторожно уточнила я.

— Скажу — и ты устроишь бардак, — хмыкнул он, похлопав меня по плечу. — Я не доверяю тебе, Иви.

Я вздохнула и насупилась. Что ж, справедливо. И логично.

Мы шли дальше, вглубь подземного города. Под закопченным потолком неоновые змеи рекламы сплетались в эпилептическом танце. В глаза то и дело бросались полуголые андроиды с фосфоресцирующей кожей, зазывающие в бордели; киборги с паутиной проводов на обнаженных спинах, торгующие человеческими органами.

Лица покупателей — бледные, испещренные шрамами и имплантами, — были жадными и пустыми. Иногда попадались покупатели, прятавшие лица под масками в сопровождении охраны из новеньких блестящих киберботов. Они вышагивали важно, уверенно, бросали снисходительные взгляды на других или вообще не замечали никого перед собой.

Где-то шипел автомат с лапшой, а в двух шагах торговец с гидравлической рукой совал покупателю в лицо бьющееся в клетке существо:

— Свежий улов! С Пояса Ориона! Нервная система — чистейший аналог человеческой!

Это был не рынок. Это был конвейер по обмену душ за наличность.

Меня тошнило от этого места. Если в мире и существовало что-то более мерзкое, я не могла себе этого представить.

Мы свернули к сканеру, который стоял у входа в другой отдел. Едва ступили на светящийся квадрат, как пол под нами исчез, и мы провалились в открывшийся люк. Я вскрикнула. Эш схватил меня, прижал к себе, успев сгруппироваться, благодаря чему мы не шлепнулись, как мешки с овощами.

Отверстие над нами захлопнулось. Включился яркий свет, режущий глаза. Едва мы поднялись, как к нам толпой подбежали вооруженные охранники, окружив плотным кольцом.

— И кто тут у нас? — прикрикнул один. — Пошлину заплатить не хочешь?

— Даже не представляю, о чем вы, — сказал Эш, отпуская меня и поднимаясь во весь рост.

С ужасом я представляла, что сейчас начнется резня. Эш убьет их всех, это вопрос нескольких секунд. Я быстро осмотрелась, раздумывая, где прятаться. Но тут увидела темнеющий проход справа от меня.

Что если в суматохе попробовать улизнуть?

— Ну как же, товарищ с верхнего уровня говорил, ты привез ценный товар, а пошлину платить отказался. — Охранник скользнул взглядом по мне.

— Не отказывался, — хмыкнул Эш.

Я отметила легкое движение шеей. Анима вокруг сгущалась, но пока будто просто накалялась, разогревалась, готовая обрести нужную форму.

Я сделала пару шагов в сторону дверного проема, проверяя бдительность Эша. Но к нему подошел громила с кибернетической рукой и большим бластером.

— А теперь, думаешь, отвертишься? Быстро на колени! — рявкнул охранник и, не дожидаясь, занес приклад.

Я не стала ждать развязки событий и рванула в проход. За мной захлопнулся отсек, и я бросилась вперед по плохо освещенному низкому коридору, не разбирая дороги. Позади слышались приглушенные крики, выстрелы, скрежет. Что там происходило, я могла представить.

Но пока эти придурки занимают Эша, у меня есть шанс обрести настоящую свободу!