( Не )верная для шейха

– Отпусти! – взвизгнула я, укусив его за язык, когда она попытался проникнуть им мне в рот. – Придурок!

– Бешенная кошка! – отвечает он мне в той же манере на языке отца. – Чтоб тебя!

Он смотрит на меня с непередаваемым чувством злости. Не понимаю, когда успела так насолить ему? Зачем доказывать что-то какой-то посторонней телке, если весь из себя альфа-самец?!

– Шакал! – бросила я, все же сбежав от него.

Я не дошла до уборной, остановившись в малознакомом пространстве. Дело было совсем плохо, раз я потерялась в таком достаточно простом месте и не помню откуда пришла.

Надо было завязывать с самостоятельностью, звонить кому-нибудь и просить о помощи.

Вытащив смартфон из кармана, я попыталась связаться с кем-нибудь из подруг, но никто из них не взял трубку. Немудрено. Там так шумно, что с трудом можно услышать друг друга. Диджей врубил музыку на полную мощность.

– Проклятье!

Я вновь завертелась на месте, увидела вышедших из зала парней и пошла к ним.

– Парни, помогите мне, пожалуйста, – попросила я, остановившись возле них. – Отведите меня к подругам, очень прошу вас!

– Конечно! Для такой красотки все, что угодно.

– Я Паоло.

– А я Роке.

– Дарина, – представилась я с запоздалым чувством ужаса осознав, что тут же забыв кто есть кто.

Это тоже было плохой идеей. Но знойные и такие симпатичные португальцы согласились отвести хихикающую меня к девчонкам. Кто-нибудь из них должен был понять, что что-то не так.

– Может ну их твоих подруг и пойдем танцевать? – предложил тот чьего имени я не запомнила.

– Пойдем, – согласилась я, позволяя увлечь себя в зал.

Мир вокруг окончательно расцвел в своих ярких красках. Он манил музыкой, яркими красками, разнообразными запахами, ритмом и желанием смеяться.

– Ты такая горячая!

Парни даже не думали уходить и бросать меня в плотно сбитой толпе танцующих. Они дотрагивались и вели меня пока я отдавалась во власть музыке, двигалась, вспомнив все даже самые забытые движения. Особенно меня радовали моменты, когда музыка становилась более-менее плавной и я могла почувствовать себя волной. Волной?! Боже?! Да!

– Откуда ты? – спросил меня на ухо один из провожатых. – Такая сладкая.

То, что меня бесило раньше, а именно дешевые и очень пошлые комплименты сейчас не смутило меня.

– Из России, – ответила я, улыбаясь ярко вспыхнувшим воспоминаниям.

– Правда?! Акцента совсем не чувствуется?

Кажется, Роке поцеловал меня и тут же, взяв за бедра, повернул меня к своим товарищу. Сандро… Или, как звали второго парня? Неважно! Он тоже поцеловал меня.

– Не хочешь продолжить знакомство у нас, малышка из России.

Кажется, они тоже не запомнили, как зовут меня. Но мне было все равно. В мозгу вдруг вспыхнула-напомнила мысль, что я хотела выбраться отсюда.

– Мне надо на улицу!

– Конечно, – соглашался Роке, вновь касаясь моих губ. – Мы обязательно будем там.

– Мы сможем удивить тебя, – говорил второй, целуя мои плечи. – Хочешь?

Они продолжали уговаривать, шептать, а я, проглотив неприятный вкус во рту думала о том, как у них получается шептать при такой громкости?

–– Пошлячка! – бросили мне вдруг.

Я услышала знакомый голос, оказавшись в относительной прохладе, перестав быть зажатой в огромной толпе постоянно двигающихся людей.

– Решила оторваться в последний день по полной?

Я сконцентрировалась на лице девушки, но не смогла вспомнить ее.

– Расскажу все девчонкам! – смеялась женщина, кривя губы в неприятной улыбке. – Маленькая шлюшка!

Я кивнула, увлекаемая за руку прочь и шла еще какое-то время, не замечая никого вокруг. Я силилась вспомнить эту девушку с коротким ежиком волос. Это казалось мне таким важным вместе с тем, что она, наверное, любит меня, раз говорит такие гадкие вещи.

– Сади ее и поехали!

Брошенная фраза заставила меня поднять голову и осмотреться вокруг. Я совершенно не знала этого места. Тут было так пусто, темно и как будто не по-настоящему.

***

– Черт, откуда они взялись?

– Ты когда-нибудь видел их раньше?

– Нет.

– Наверняка, это люди Ягу.

– Яг не станет связываться с Санти. У каждой свой бизнес.

– Значит всё из-за этой телки.

– Кому она нужна тут? Ты слышал откуда она?

– Из России.

– Она там нахрен никому не нужна.

Я прихожу в себя окончательно. До этого я то проваливалась в сон, то смотрела на что-то темное, то начинала хохотать, когда кто-то дотрагивался до моего лица или говорил что-то, что невероятно смешило меня.

– Кто-то кому-то навалял, – произношу я медленно, вспоминая последнее из услышанного, – выбил зуб и сломал нос.

Истертый низкий диванчик, мои коленки в ссадинах, сальные доски пола и тошнотворный запах чего-то. Я сижу, склонив голову к коленям и запустив пальцы в волосы. Произошедшее сначала било сознание обрывками, а теперь выстраивалось в какой-то более-менее сюжет. Меня накачали, показали тем, с кем я пришла, что я ухожу добровольно, а потом увезли неизвестно куда. Меня похитили.

– Я влипла, – повторяю я раз на третий, потому что мой язык не слушается меня.

Я откидываюсь на диванчик. Делаю это слишком резко и почти тут же хватаюсь за голову. Это резкое движение добавляет красных вспышек перед глазами. Некоторое время я просто сижу и не шевелюсь. Потом медленно убираю руки от лица, осматривая дыру, в которой оказалась, одновременно сканируя себя, если можно так сказать на предмет наличия одежды.

Футболка, шорты, кроссовки. Все на месте.

В комнатке нет ничего примечательного. Дверь металлическая, но без ручки. Стены серые и судя по их виду обиты каким-то специальным материалом. Кое-где он отодран и виднеется что-то рыжее. Что-то того же цвета валяется на полу.

Боже! Похоже кто-то пытался выбраться отсюда таким способом, царапая обшивку темницы.

Я медленно поднимаюсь. Это занимает у меня целую вечность. Коленки болят и на них следы грязи. Я еще раз прохожусь руками по телу, чтобы понять все ли на месте из моих вещей.

Что могло произойти… Нет. Что могли сделать со мной пока я была в забытии пока не волнует меня.

Сначала надо разобраться, где я и в какое дерьмо вляпалась, а уж потом думать о собственном физическом или психологическом здоровье.

Смартфон, естественно, у меня забрали.

Зато есть клетушка с шумоизоляцией и пустая бутылка из-под газировки. Ни воды, ни еды, ни уборной… Или бутылка это и есть уборная?

– Черт!

Я ложусь обратно на диван, закрывая глаза. Мне все еще плохо. Но раз я лежу и ничего не могу сделать, то должна обмозговать, что к чему.

Голова не хочет думать о плохом. Меня не так беспокоит участь попасть в бордель, как на органы или в какое-нибудь мерзкое кино с очень печальным концом.

Я смогу жить с отвращением ко всем мужчинам на свете, но только не без почки, печени, сердца или с удавкой на шее.

– Господи! – шепчу я в ужасе от самой себя, отворачиваясь к спинке, но тут же поворачиваюсь обратно.

Мне тошно от своих собственных мыслей. Откуда я нахваталась этого? Телек не смотрю, желтую прессу не читаю, трэш истории в сети не ищу. Но знаю это. Потому что не дура и дура одновременно. Плакать и признавать, что кто-то был прав в своих опасениях я попросту не стану. Потому что так можно и на улицу не выходить.

Но все равно дура! Надо было не устраивать истерики бармену, а бежать и промывать желудок.

«Только потом не говори…»

Теперь не имеет значение что это означало. Этот рыбак причастен к произошедшему, я просто уверена в этом! Как бы он ни орал потом, что ему не нужно накачивать кого-то, чтобы затащить в постель. Очень удобная философия – я сплю с теми, кого не накачиваю, я не накачиваю тех, с кем сплю.

А что тогда с Лиз?

Я сделала глоток этой дряни, тогда как она допила все остальное!

Ясно почему девчонки не бросились искать меня. У них было за кого переживать. Или же, все так напились, что попросту не обратили внимание на мое исчезновение.

– Просто пиздец, – прошептала я в потолок.

Через некоторое время я встала. Мне надо было приходить в себя, а шевелиться – лучший способ достичь нормального состояния. Каждый несколько минут я заставляла себя подняться, обойти клетку по кругу, присесть несколько раз, а потом ложилась обратно.

– Ты выкарабкаешься! – твердила я себе, сложив руки на животе. – Выкарабкаешься!

Я вновь вставала, повторяла движения, подходила к двери, прислушиваясь к звукам за ней и ложилась обратно, а потом начинала все заново, прибавив к этому поднятие ног над головой.

"В любой непонятной ситуации качай пресс" – вспомнилось мне любимое изречение препода по физ подготовке. – "Или зад!"

Прошло несколько часов как минимум, но ничего так и не произошло – все таже комната, куски пены на полу, холодная дверь. Страх и паника стали накатывать на меня все сильнее. Я вскакивала и начинала свой фитнесс заново. Потому что, если меня не везут куда-то (а в стране эти ублюдки оставить меня попросту не могли) значит я в конечной точке, и они ждут чего-то.

Чего?

Когда приедет врач? Когда привезут пациента? Когда закончится срок действия таблеток и меня можно положить на стол?

– Пусть это будет просто бутылка! – шепчу я, отвинчивая крышку и принюхиваясь к ее содержимому. – Просто бутылка и вода!

Бог или провидение услышало меня.

Это на самом деле просто пластик с остатками минеральной воды. Но даже, если бы она уже употреблялась кем-то не по прямому назначению, то я все равно бы использовала ее в своих целях.

Выбора особого у меня не было.

Я еще раз повертела в руках пластиковый сосуд и вновь принялась ходить по комнатке, размышляя, как употребить эту вещь в дело. На ум не приходило ничего, пока мой взгляд не зацепился за что-то блестящее в буграх рыжей пены. Я подобно своей предшественнице стала отдирать застывшую пенистую массу, пока не добралась до выступившего металлического уголка.

Это было что-то и я, не придумав ничего лучше, проткнула бутылку в двух местах, принявшись рвать ее, превращая в тонкую полоску.

Она могла пригодиться мне и сделала это в совершенно скором времени.

– Проверь девчонку! – услышала я в очередной раз, прислонив ухо к двери.

Я бросилась обратно к диванчику, улегшись на него ничком. Дыша пропитавшей матрац вонью, я неистово молилась о том, чтобы тот, кто шел проверять меня, был один, потому что, если их будет двое из моей затеи не выйдет ничего.

– Эй! – окликнул меня мужчина, постояв немного в дверном проеме. – Ты как?

Через секунду я застонала от боли в волосах, когда мужчина запустил в них руку и потянул на себя, приподнимая над лежанкой.

– Давай! Приходи в себя!

– Ну, что там?

– Мясо!

Мое сердце ухнуло в пустоту, стоило услышать голос второго. Я не узнала его, но его присутствие означало, что мой план летит к чертям.

– Уверен?

– Она никакая! – раздалось очень близко к лицу. – Вообще!

Меня потрясли так, словно голова моя не принадлежала телу. Из глаз посыпались искры. Чтобы хоть как-то облегчить боль, я застонала и сделала это с чувством, добавив к звукам невнятное бухтение.

– Черт! – выругался второй мужчина, приблизившись ко мне и также заглянув в лицо.

Кожей лица и всем свои существом я чувствовала, как он смотрит на меня, потому открыла рот и пустила слюну.

– Босс нас убьет!

Продолжая мотаться в воздухе подобно голове древнегреческой медузы, я слушаю, как переругиваются эти двое.

– Ни дури! Ни товара! Ни денег! А теперь еще и долги!

– Надо что-то делать с ней.

Они молчат какое-то время.

– Как обычно?

Что это означает? Как они делают обычно?

– А что с дурью?

– Ну раз сыпет его в коктейли, словно это специя, то пусть и платит! В конце концов это произошло не по нашей вине!

Я радуюсь, что они решили избавиться от моего тела, выбросив его в бухту. Я умею плавать и теперь дело за тем, чтобы упасть как можно мягче и не сломать ничего при этом. Но даже это не важно, как предполагаемая свобода.

– Бери ее, а я подгоню машину.

Паоло…

Я наконец-то вспомнила их имена!

Он бросил меня обратно на диван и сделал это с такой силой, что я ударилась о его подлокотник лицом. Я не просто застонала, а зашипела, схватилась за лицо и выругалась, сказав одно емкое членораздельное:

– Сука!

Надо ли говорить о том, что я прокляла себя в эту же секунду? Не думаю.

– Да, ты у нас притворщица! – протянул парень и потянулся ко мне, чтобы потрепать по щеке, но я дернулась, зашипев. – Решила, что сможешь сбежать от нас?!

Именно так я и думала, если бы не глупое тело, которое не смогло пережить боль.

– Роке?! – крикнул он, не сводя с меня глаз. – Слышишь меня?!

Клубный мальчик, который переоделся в шмотки попроще, рассмеялся, блестя белоснежной улыбкой и глядя на меня с каким-то тупым умилением.

– Роке! – продолжал звать он, улыбаясь все шире и шире. – Она в порядке!

Роке не слышал его. Наверное, он ушел слишком далеко, а может быть обивка комнаты заглушала звуки и не давала им пробиться наружу.

– Все у нас будет хорошо. Правда, милая?

Не получив ответа с моей стороны, он поднялся с кровати и пошел к выходу. Наверняка, чтобы обрадовать своего напарника, но я не стала терять времени даром, решив исполнить свой прежний опасный план.

– Что? – успел выкрикнуть подонок, успев заметить движение перед собой.

Я кинулась следом за уродом почти тотчас же, напрыгнула и накинула на него свою импровизированную удавку. Рукам тут же стало больно. Не передать как сильно. Но я терпела, продолжая тянуть ее на себя, не обращая внимание ни на что – ни на боль в руках, ни в теле, которым ударялась под весом и попытками высвободиться того, кого пыталась задушить.

А потом веревка порвалась, оставив тонкие полоски нитей в моих руках. Тоненьких, красных, совершенно бесполезных, но все-таки выполнивших свое дело.

Глава 3

Глава 3

Я бегу и совершенно потеряла счет времени. Реальность сжалась до ощущения паники, страха и контейнеров. Они везде всюду. Разноцветные кубики лего. Серые коробки на который невозможно взобраться. Темные улицы зданий, которые они образуют, никуда не ведут и не имеют улиц. Из них нет выхода, а страх не просто оглушает. Он начинает парализовать. Мне кажется, что мои похитители и преследователи в одном лице слишком близко. Они вот-вот нагонят меня. Пару раз я чуть было не столкнулась с ними.

– Давай! – кряхчу я натужно, пытаясь протащить свою задницу в найденную щель. – Да…вай!

Я вытащила себя наружу и пообещала себе, что если выберусь отсюда, то обязательно скину еще пару-тройку килограммов. Я наконец нашла что искала – выход. Ограда из крупной сетки возвышается и пугает, но я все же карабкаюсь по ней, губя остатки маникюра.

– Беги! Беги! Беги! – повторяю я себе, забывая дышать, – Беги! Беги! Беги!

Останавливаясь, я хватаюсь за бок, делаю рванный вдохи-выдохи и вновь припускаю вперед – прочь от порта, его контейнеров, крупногабаритного мусора, острых камней и «мертвых» погрузчиков.

– Еще немножко! – шепчу я, боясь обернуться.

Мне страшно обнаружить, что я прошла всего-ничего. Дорога к порту удивительно пуста. С одной стороны, это радует меня, потому что нет тех, кто мог бы озаботиться участью одинокой девушки бредущей из порта темной ночью и вернуть ее обратно к тем, кто возомнил себя ее хозяевами. С другой стороны напрягает. Почему так мало машин? Кто-то перекрыл дорогу.

– Давай!

Я делаю рывок к перекрестку. Одна из дорог похожа на блестящую ленту, совсем как в ускоренной ночной съемке городов.

– Нет!

Камешек или выбоина в асфальте заставили споткнуться и потерять равновесие, вылетев на проезжую часть, проехаться по ней коленками и ладонями. Выдохнуть, что все обошлось – не пришлось. Я тут же завалилась на бок, потому что в бок мне толкнулось что-то горячее. Кажется, я закричала от острой боли в боку.

– Пожалуйста!.. – шепчу я, поднимаясь на ноги. – Помогите, прошу вас!..

Новорожденный котенок мяучет громче, чем говорю я.

– Сеньорита, с вами все в порядке? – спрашивают у меня, хватая за руку и помогая подняться. – Вы ушиблись?

Я ушиблась, но это пустяки. Сломанные ребра, шрамы на коленках и ладонях ничто по сравнению с тем отчего я сбежала.

– Пожалуйста! – повторяю я, глядя сквозь пелену на высокого мужчину рядом. – Отвезите меня отсюда.

– У вас кровь.

Он не позволяет мне пройти и шага, видимо услышав, как я скриплю зубами. Скрежет в голове просто чудовищный. Он подхватывает меня на руки.

– Все будет хорошо сеньорита! – обещает незнакомец и виновник ДТП в одном лице. – Мы позаботимся о вас.

До меня не доходит, что значит «мы» пока я не оказываюсь в салоне автомобиля. Прохладном, наполненном запахом кожи и сандала. Не вижу ничего пока не ощущаю, что до меня дотрагиваются слишком много рук. Не вздрагиваю от наполненного металлом голоса.

– Что с ней?

– Судя по всему трещина в ребре или ушиб, – объясняет тот, кто подобрал меня. – Везем ее в больницу?

– Она не умрет за полчаса?

– Нет.

– Тогда едем.

Я смаргиваю слезы и делаю это много раз, прежде чем беру в фокус того, кто склонился над мной. Я дергаюсь обратно к двери. Надо сказать, что удачно и неудачно одновременно. Водитель перестал щупать меня и закрыл дверь. Я дергаю за ручку, но она не поддается мне.

– Успокойся!

Я не слушаю, продолжая пытаться высвободиться. Я не могу быть такой неудачницей! Просто не могу! Нет-нет-нет!

– Нет-нет-нет!

Я отбиваюсь от рук того, кто устроил все это. От того, от кого пыталась сбежать. От того, кого отшила в баре и не пожелала узнать имени.

– Успокойся.

Всего одно слово, брошенное совсем другим тоном – лишенным эмоций, но звенящим, как сталь заставляет меня замереть и подчиниться.

– Я помогу тебе, – говорит рыбак, навалившись и придавив меня своим весом. – Отвезу в больницу и не сделаю ничего плохого.

Может дело не в тоне, а в том, что он парализовал меня своими действиями – придавил тяжестью тела, закрыл рот и даже впился пальцами в шею.

– Поняла меня?!

– Да, – хриплю я. – Д-да!..

Мужчина с золотистым цветом глаз смотрит на меня, ожидая еще чего-то. Но теперь я уже просто хриплю от недостатка кислорода.

– Каир, у нас есть аптечка? – осведомляется мужчина, взяв меня за руку и тут же отдернув свою.

– Да, босс – отвечает водитель, посмотрев на него в зеркало заднего обзора. – Под каждым сидением по одной.

Я думаю, что сейчас сделаю все что угодно только бы получить еще один шанс на свободу, раз так бесславно профукала первый. Он обязательно будет у меня, когда они отвезут меня в больницу.

– Они прямо за нами, – продолжат сообщать водитель. – Будет подозрительно, если мы сейчас повернем.

– Тогда езжай вперед, – приказал его босс, разрывая пакет и доставая из него белый квадратик. – Что у тебя с руками?

– Упала, – выдохнула я, не сумев проигнорировать вопрос.

Наверное, у меня окончательно сдали нервы, но в баре он так не влиял на меня.

– Так не падают.

Он разжимает мои пальцы, выливая что-то на мою ладонь, показывая на продольные полосы, но с таким взбешенным видом, словно мы были знакомы раньше, и я обещала ему не делать так больше.

– Босс, я займусь ею, – предупреждает Каир. – Уверен, что они не заметили ее на дороге, но станут задавать вопросы, если заметят на вашей одежде кровь.

Бинтующий мои руки мужчина не слушал его, продолжая заниматься моей раной.

Это было странно, как-то донельзя интимно и очень профессионально.

Почему? Потому что я бы не смогла так ловко, точно и быстро перебинтовать чью-то руку, даже несмотря на то, что каждый год проходила какую-никакую практику первой помощи в учебных больницах.

Я старалась думать именно о профессионализме, а не о других совершенно неуместных в этой ситуации ассоциациях.

– Как тебя зовут?

Я все еще не верю, что все обошлось. Человек рядом со мной опасен. В том нет никаких сомнений. Стоит только прислушаться к тому, что говорит шофер с именем похожим на город.

– Дарина.

– Вот как? – усмехается он, фиксируя повязку.

– Что-то не так с именем? – спрашиваю я в ответ на эту эмоцию.

Получилось резко, но вовсе не из-за моей принципиальности, а из-за того, что больно. Не могу же я хныкать словно маленькая девочка и просить подуть на ранку.

– Нет, вспомнил слова одной не вполне нормальной женщины – отвечает рыбак не без веселья, но тут же исправляется, вмиг стерев с лица улыбку.

Он откладывает коробку с медикаментами на стол для ноутбука или выпивки, а потом уже и не смотрит на меня.

– Останешься с ней пока я меня не будет.

– Шеф, – начинает Каир, но увидев что-то в его взгляде, выдает покорное. – Хорошо.

Мужчина бросил еще один взгляд на меня, а потом вышел из авто. Я не могу отметить, что расслабляюсь вместе с его исчезновением и прекращаю вжиматься в спинку сидения. Кто он такой, черт бы его побрал?

– Тебе повезло, – сказал Каир, посмотрев на меня в зеркало.

Он потянулся к потолку и выключил свет, погрузив салон в темноту.

– Я так не думаю, – ответила я, потянувшись к аптечке и подтянув ее к себе на колени.

Шофер вопреки сказанному не думал помогать мне.

– Если бы не босс, то ты бы уже была в Алжире или, что еще хуже Мавритании.

Я усмехнулась, на миг подняв глаза от пузырьков и упаковок.

– Если бы ты не сбил меня, то я бы уже сидела в отделении полиции, а не здесь. Так что твой босс тут совершенно не причем.

– Ты не понимаешь, – ответил Каир, продолжая цепляться в руль и смотреть за тем, что происходит за бортом.

Я действительно ничего не понимала и не хотела делать этого. Мне уже не хотелось ничего, кроме как вернуться домой и оказаться на мостках Светлого. Однако, я тоже посмотрела в окно и чуть было не перевернула аптечку нафиг. Мы оказались на территории порта. На хорошо освещенном пустыре стояло несколько похожих темных авто, «смотрящих» в морды друг друга, а в середине стояли люди в темных костюмах, но босса среди них наблюдалось.

– Господин пришел сюда ради тебя – проговорил Каир медленно. – Чтобы выкупить и спасти от рабства.

Мне было плохо, а стало еще хуже. Я не ошиблась в своих подозрениях. Но теперь меня озадачила мысль. Вернее, их было две. Первая, что это за человек, который так легко и просто найти тех, у кого можно выкупить человека? Вторая, сколько стоит человек в современном мире?

– Сейчас он делает вид, что ищет тебя среди всех тех, кого они приготовили на отправку. Так, что тебе придется подождать, когда мы покинем это место.

От услышанного стало ужасно не по себе.

– Сползи вниз и не высовывайся, – сказал шофер очень тихо, навалившись на руль. – Я выйду.

А потом еще и страшно, потому что я увидела тех двух парней, что похитили меня, а потом и благополучно проворонили. Вид у них был ужасно потерянный, но я подчинилась совету водителя, но вместо того, чтобы сидеть на корточках – легла на прохладные сидения и, кажется, задремала.

***

Я открыла глаза в одно мгновение испугавшись собственной беспечности. Как я могла уснуть? Как могла позволить вытащить себя из автомобиля, перенести куда-то, уложить на кровать и ничего не почувствовать при этом? Это же целый квест!