Уникум

— Ты много работаешь. Кто же тогда кормит твоего кота?

— Домработница.

— Не знала, что у детектива полиции есть возможность нанимать прислугу. Какая же у тебя зарплата?

— Такая же, как и у всех. Я работаю не из-за денег, у меня есть свой капитал. — Так, так… Красивый, умный, состоятельный — такие в адвокаты идут, а не в полицию. Это неспроста… Я пыталась разгадать его, но пока мне было трудно его понять. Ну что же, время всё расставит по местам, а пока не стоит на него давить. Телефон Колдера издал короткий сигнал.

Он сосредоточенно читал сообщение с серьёзным выражением лица.

— У Джордан есть информация для нас.

— Так быстро?

— Она хороший специалист. Ты со мной?

— Разумеется!

Хорошие девочки тоже шпионят.

Роксана сидела в своём кабинете в окружении пробирок с образцами крови, понимая, что зашла в тупик. Нужно признать: сколько бы она ни изучала её состав, вполне возможно, что науке это не подвластно.

— Я бесполезна, я ничем не могу ей помочь! — Роксана говорила вслух, она могла себе это позволить: её ненавистный коллега куда‑то вышел. — Нет, я не сдамся! Надо немного отдохнуть, слишком много всего произошло.

Девушка вышла из кабинета, чтобы выпить кофе и привести мысли в порядок. Окинув кафе взглядом, Роксана почувствовала лёгкое раздражение:

— И здесь он! — За столиком возле большой колонны сидел доктор Батлер и девушка-судмедэксперт. Роксана не слишком хорошо её знала, но часто видела их вместе с Майклом и испытывала к ней недоверие.

Какое-то предчувствие подсказало девушке, что не стоит заходить сразу. И хотя подслушать чужие разговоры не входило в привычки Роксаны, в этот раз она поступилась своими принципами. Притаившись за колонной, вне поля зрения парочки, она могла отчётливо слышать каждое их слово:

— Расскажи, Джо, что за дело ты сейчас расследуешь?

— Ты же знаешь, что я не могу это обсуждать.

— Да брось, ты же меня знаешь, я обожаю всякие страшилки, — Майкл лукаво посмотрел на собеседницу.

— Да там банальная история… — Роксана уже почти потеряла интерес к их разговору и хотела уйти, но дальнейшее развитие диалога заставило её передумать.

— Вот у меня сегодня был странный случай: два копа привезли парня…

— И что тут странного? Мы часто работаем с полицией.

— Странным был парень. Я не психиатр, но вид у него был довольно необычный: глаза мутные, безжизненные, ни на что не реагирует, похож на живой труп.

— Ты им занялся?

— Нет, конечно, я же хирург. Но я такого раньше не видел. Я даже сомневаюсь, что это психическое. А ты не встречала такие случаи в своей практике?

Доктор Росс вдруг стала серьёзной и задумчивой, и эта её реакция смутила Роксану. Она‑то понимала, кто мог спровоцировать такие симптомы, но что может знать доктор Джордан?

— Нет, нет, конечно. Я с таким не сталкивалась. Ко мне «живые трупы» не попадают. И что теперь будет с этим парнем?

— Не знаю, копы увезли его. Наверное, определят его в психиатрическую клинику. Тебя заинтересовал этот случай?

— Нет, мне это не интересно. Извини, мне пора: скоро приедет детектив по моему делу, нужно подготовить отчёт. Кстати, в 15‑м участке работает девушка-психолог. Может, ты ей расскажешь про этот случай? У неё очень интересные методы работы, и, как выяснилось, весьма эффективные.

Доктор Росс старалась казаться равнодушной, но у неё плохо получалось, и Роксана сразу заметила это.

«Похоже, девушка-психолог, о которой она говорила, — это моя подружка Бри. Надеюсь, у него хватит ума не лезть к ней со своими вопросами», — Роксана не сразу осознала, что последние слова произнесла вслух. Хотя она говорила шёпотом, испугавшись, что её могут услышать, поторопилась уйти. Она уже узнала главное — никому из них нельзя доверять! Майкл и так проявлял повышенное внимание к её работе. Теперь ещё его заинтересовал этот случай с парнем. Он достаточно умён и очень любопытен. Как бы он не докопался до чего-нибудь! А доктор Росс явно что-то не договаривает: она знает больше, чем говорит.

Роксана, хоть и была скептиком, всё же доверяла своей интуиции. А сейчас интуиция подсказывала ей, что нужно быть внимательнее и осторожнее с доктором Джордан Росс.

Судмедэкспертиза.

Спустя полчаса мы уже приехали к центральной клинике.

— Извини, мы так не пообедали, — Колдер был необычно мил.

— Я понимаю, у нас такая работа.

— Это даже хорошо, что мы не успели поесть, учитывая, куда мы направляемся…

— Тебя ещё тошнит при виде трупов?

— Меня уже нет. Я волнуюсь за тебя, — усмехнулся он.

— Ты разве не заметил, что я не из слабонервных? У меня крепкий желудок, не беспокойся, — я мило улыбнулась, давая понять, что этот разговор уже закончен.

Мы обошли клинику, чтобы зайти с чёрного хода.

— Так будет быстрее, чем через главный вход, тем более мы не любим привлекать внимание, — пояснил Колдер.

Я молча шла за ним с невозмутимым лицом. Мы спустились на цокольный этаж, и я сразу почувствовала неприятный запах и холод. Это был не просто физический холод, а леденящее душу ощущение смерти. Но в то же время я почувствовала облегчение: что ни разу в своей жизни я не отняла жизнь, смерть необратима, а у моих жертв, возможно есть надежда —мне хотелось в это верить.

— Детективы… — Доктор Росс появилась неожиданно, вернув меня в реальность.

— Я скорее доктор, но лучше просто Бри. — я рассеянно улыбнулась, чтобы не казаться напряжённой.

— Хорошо, рада вас видеть, — она улыбнулась в ответ. — А я просто Джо.

— Очень мило, но пора бы перейти к делу. Что ты нашла? — Колдер, как всегда, бесцеремонно нас прервал.

— Хорошо, детектив, вы как всегда нетерпеливы! — Джо лукаво посмотрела на него и подошла к телу девушки, найденной утром. — Итак, мы с Бри были правы. Более того, я нашла образцы ДНК в помаде и под ногтями жертвы.

— Она его ранила? — Колдер воодушевился.

— Скорее всего. Вот мой отчёт — возможно совпадут по базе, — доктор передала детективу папку с документами. — Нужно признать, что привлечение новых специалистов к расследованию — отличная идея. Правда, Колдер?

Видимо, они давно друг друга знают. Я впервые слышу, что кто-то называл детектива Мейсона по имени.

— Я не хотел бы преуменьшать заслуги моей новой напарницы, но думаю, в этом деле я бы точно разобрался! — Джо удалось зацепить его самолюбие. Мне показалось это забавным, и я не смогла сдержать улыбку.

— Ты неисправим! Но должен признать, что заключение психолога помогает составить более полную картину преступления, — она не задавалась и уже начала вызывать у меня симпатию.

— Ну да, возможно, ты права. Мы очень рады, что Брианна теперь в нашей команде! — Эта девушка неподражаема: ей удалось смутить непробиваемого Колдера. Надо познакомиться с ней поближе. — Ты довольна? Нам нужно вернуться в участок.

— Да, у меня всё. Удачного вам дня, — она махнула ему рукой, прощаясь, и прикрыла лицо, скрывая улыбку. А когда Колдер отвернулся, подмигнула мне. Я улыбнулась ей в ответ. Эта девушка, несомненно, могла бы стать моей подругой.

Обратно мы пошли через здание больницы, Мейсону срочно понадобилась «Кола». Он был раздражён, но не хотел признавать это. Буфет находился на втором этаже, и, хотя купить напиток можно где угодно, я не стала спорить и покорно поднималась по лестнице. Колдер хорошо ориентировался в клинике, я же, напротив, не любила приходить в больницу, хотя именно здесь работала моя подруга. И как только я вспомнила о ней, невероятным образом она появилась прямо из ниоткуда — я даже вздрогнула от неожиданности.

— Что ты здесь делаешь? — Я задала явно глупый вопрос, и звучал он грубо.

— Я здесь работаю, — подруга не обратила внимания на мою резкость, но её явно волновало что-то другое. — Ты не должна быть здесь!

— Я заслужила такой холодный приём. Я плохая подруга, совсем не интересуюсь твоей работой, — я пыталась извиниться, но чувствовала, что есть какая-то другая причина её поведения.

— Глупости, ты тут ни при чём. Я вовсе не обижена. Тут работают люди, которые не должны тебя видеть, — подруга нервничала, и её нервозность стала меня беспокоить.

— Что за тайны? Кому я тут интересна, кроме тебя? — Я старалась казаться непринуждённой, чтобы успокоить Роксану. — И потом, я здесь по делу! Полиция, экспертиза — ты же помнишь, где я теперь работаю?

— А я говорила, что это плохая идея! Стоп… Ты говорила «экспертиза»? С кем вы работаете? Кто осматривал труп? — Это было похоже на панику.

— Джордан Росс. Очень милая девушка. Ты, наверное, с ней знакома? — Я с воодушевлением рассказывала о своей новой знакомой, и не сразу заметила, как округлились глаза Рокс.

— Джо Росс? Невероятно! Ты проработала полдня и успела встретить человека, от которого должна держаться подальше!

— Да что происходит? Ты что, ревнуешь?

— О чём ты? Я что, похожа на ненормальную, чокнутую личность? Я разве давала повод сомневаться в моём здравомыслии? — Похоже, я её разозлила…

— Нет, извини. Просто я не понимаю, что с тобой: ты слишком волнуешься. Неужели тебя так беспокоит моя работа?

— Ты ничего не знаешь! Просто послушай меня: Джордан Росс что-то скрывает! Я дома всё тебе объясню. Не стоило мне тебя так волновать, просто я чувствую какую-то скрытую опасность!

— Хорошо, не волнуйся, я всё поняла. И раз ты считаешь, что с ней что-то не так, у меня нет повода не верить тебе, — я заметила, что Колдер возвращается из буфета, вальяжно потягивая «колу» из соломинки. — Я тут не одна, это мой напарник.

— Красавчик! — Подруга расплылась в улыбке. — Наверное, это большое искушение — работать с таким парнем.

— Тише, он уже близко. Вдруг Колдер услышит твои комментарии — он и так чересчур тщеславен! — я перешла на шёпот. — Но ты права, он хорош.

— Новая подозреваемая? — Он посмотрел на нас лукавым взглядом, прищурив свои красивые голубые глаза.

— Это моя подруга, Роксана Бейкер, она работает здесь, — я представила подругу напарнику, чтобы его фантазия не разыгралась ещё больше. — Детектив Колдер Мейсон, мой коллега.

— Лейтенант Колдер Мейсон! — поправил меня он и протянул руку для приветствия.

— Очень приятно, лейтенант. Я рада, что с Бри работает такой опытный сотрудник, — я толкнула подругу в бок локтем, чтобы она не поощряла его наглость.

— Я не нуждаюсь в опеке, подружка, и даже в твоей, — я мягко улыбнулась, чтобы не показаться грубой. — Нам пора в участок: мы и так тут задержались. Встретимся дома, хорошо?

— Конечно, до вечера. Будь осторожна! — Роксана не унималась.

— Было приятно познакомиться, доктор Бейкер, — наглый льстец, прямо сама любезность: знакомство со мной вызвало у него другую реакцию.

— Для вас просто Роксана, лейтенант, — и она туда же, но с ней я дома разберусь.

— Но тогда и ты называй меня по имени. Опустим лишние формальности.

— Нам разве не пора? — У меня не хватило терпения слушать дальше их любезности.

— Разумеется. Ещё увидимся, Роксана, — я бросила суровый взгляд. Она сделала вид, что не заметила моего возмущения, но Роксана знала, что я в гневе: ведь никто не знает меня лучше любимой подруги.

***

Колдер гнал машину, превышая скорость, и был очень доволен собой.

— Мы торопимся на пожар? — Меня же, наоборот, раздражала его весёлость.

— Извини, привычка. Тебе страшно? — Он продолжал задирать меня, и ему это удавалось.

— Нет, просто я пока не уверена, что ты опытный водитель! — Лучшая месть — это удар по его самолюбию.

— Ты же у нас всё знаешь, откуда тогда эта неуверенность? — А он держит удар.

— Почему тебя так раздражает моя специализация? Научные работники больше привлекают тебя? — Зачем я это сказала? Теперь он поймёт, что меня волнует его любезность по отношению к моей подруге.

— Что, не нравится, когда вторгаются в твоё личное пространство?

— Я всего лишь выполняю свои обязанности. Неужели это так трудно понять?

— Ты права, я понимаю, но меня напрягают психологи. Вы всегда ведёте себя так, будто вы всё знаете, копаетесь в чужих мозгах, лезете в душу. Это раздражает! — Теперь он был честен, и я понимала его: что-то такое было в жизни Колдера, что оставило горький осадок и недоверие к моей работе.

— Послушай, мне нужна эта работа, и я не хочу постоянно спорить с тобой. Наверное, у тебя есть причины так думать, и обещаю, что не буду лезть к тебе в голову, если ты сам этого не захочешь. Но я буду делать свою работу, даже если пострадает твоя гордость!

— Ответ настоящего профессионала. Я не буду тебе мешать. И да, я никогда не захочу, чтобы ты копалась в моей голове! — Он засмеялся, и мы снова смогли найти компромисс. Но как долго продлится это хрупкое понимание?

Тратить время на постоянное противостояние с Колдером мне совсем не хотелось, тем более, находясь в постоянном нервном напряжении, я начинала чувствовать голод.

А такой голод, который чувствую я, не утолить обычной едой. Если он не перестанет меня провоцировать, я могу не выдержать, и сделаю из него куклу с пустой головой — тогда уже копаться будет негде. Мне бы этого совсем не хотелось.

— Тебе не обязательно возвращаться со мной в участок. Уже пять часов, я могу отвести тебя домой, — мне показалось, что его голос звучал виновато.

— Не думаю, что это хорошо — сбегать с работы в первый же день.

— Я твой непосредственный начальник. На сегодня осталась только бумажная работа. Тебе нужно отдохнуть: сегодня был трудный день, — В этом он прав. Я действительно устала, и спорить с ним совсем не хотелось. Но меня преследовала мысль, что он хочет отделаться от меня.

— Хорошо, но я смогу добраться на метро. Останови у ближайшей станции.

— Я оставил настолько плохое впечатление о себе?

— Нет, конечно, не хочу тратить твоё время.

— Я всё же джентльмен, хотя сегодня этого было не так очевидно. Позволь мне хоть как-то загладить свою вину, — в этот момент он был таким милым, что я не смогла ему отказать.

— Хорошо, ты можешь отвести меня домой, — я сказала ему свой адрес. Резко развернув машину, мы поехали в сторону моего дома.

Сквозь туман сознания.

Страшно находиться в плену, но, когда ты заперт в собственном теле, ты абсолютно беспомощен. Единственным спасением становится то, что разум чист: нет боли от воспоминаний, нет никаких желаний, ты не страдаешь от одиночества.

Время уже не имеет значения: не важно, какой год, месяц или час — всё превращается в один день, бесконечный и пустой. Но сегодня что-то изменилось, и Кевин впервые за долгое время почувствовал это. Словно туман, обволакивающий его разум, стал рассеиваться, и лучик надежды мелькнул где-то в глубине его сознания.

Глаза… Эти красивые зелёные глаза он помнил, и это было прекрасно: сегодня он был счастлив. Мужчина хотел вспомнить многое, и не важно, что: даже самое горькое воспоминание лучше забвения.

Имя… У неё было красивое имя — он хотел снова произнести его, но не мог отыскать в лабиринте своих несвязных мыслей.

Чем больше Кевин пытался вспомнить, тем сильнее чувствовал, что сможет это сделать. Имя… Её имя…

— Бри... Брианна… — Его голос дрожал и был слабым, но впервые за долгие месяцы он снова смог это сделать: назвать её имя! И Кевин чувствовал, что всё ещё жив.

Иллюзия нормальности.

Когда я вернулась домой, Роксаны всё ещё не было, и у меня появилась прекрасная возможность проанализировать этот день. Я впервые смогла сделать что-то нужное, важное для людей, смогла быть обычным человеком. Были моменты, когда я и вовсе забывала, кем являюсь, верила, что могу быть как все. Но, к сожалению, это не так, и, как бы ни была прекрасна эта иллюзия, нужно реально смотреть на вещи и не терять головы.

Надо признать, что опасения подруги не лишены здравого смысла. «Что же она выяснила в больнице? Роксана была встревожена, хотя это не в её характере», — подумала я.

Сколько я смогу себя контролировать? И даже если моя воля будет сильна, я не могу не питаться — это невозможно.

В первый же день я начала ощущать его — это всепоглощающее чувство, которое затмевает мой разум, не оставляя места другим чувствам, желаниям, эмоциям: всё сливается в один инстинкт, и он не поддаётся контролю!

Я отвлеклась от своих мыслей, когда хлопнула входная дверь. Подруга вернулась, и нам предстоит серьёзный разговор. Я вышла в коридор, чтобы встретить её.

— Пришла… — Я притворилась строгой, хотя совсем не злилась на неё. — Не ожидала, что ты такая легкомысленная! Ты флиртовала с Колдером!

— Это сейчас не важно, есть проблемы посерьёзнее, чем твой неотразимый полицейский!

— Лейтенант! — поправила я её точно так же, как Колдер исправил меня в больнице.

— Прекрати, я серьёзно! Пойдём поговорим спокойно.

Я решила закрыть эту тему. Подруга не реагировала на мои слова: её волновало что-то другое. Мы прошли в комнату и устроились на диване.

— Так, что произошло?

— Я не уверена, но чувствую, что это серьёзно. — Роксана никак не переходила к сути, и я начала нервничать.

— Скажи ты наконец, в чём дело?

— Ладно. Сегодня я подслушала один странный разговор…

— Ты подслушала? Правда? — Я прервала её рассказ и не смогла сдержать своё удивление. Зная Роксану, я не могла себе представить её за подобным занятием: моральные устои подруги были слишком высоки.

— Да. Это произошло случайно… Ты будешь слушать дальше?

— Ладно, извини, продолжай!

— Так вот, Майкл и Джо говорили о том парне… Ну, которого ты вчера… — Подруга пыталась подобрать слова, чтобы не обидеть меня, но я помогла ей закончить фразу.

— Съела?

— Это ужасно звучит и не передаёт сути. Скажем, ты его очистила от разума.

— Ладно, пусть будет так. Но что здесь такого страшного? Логично, что его привезли в больницу, и этот случай мог показаться им интересным. Не вижу никакой опасности. Такое уже случалось.

— Дело не в этом. Меня смутила реакция Джо. Она нервничала и что-то скрывала: она точно что-то знает.

— Что она может знать? Не хочу недооценивать твою интуицию, но, по-моему, ты паникуешь без причины.

— Тебя там не было, и я никогда не паникую! Говорю же, что-то не так!

— И что мне делать? Закрыться на чердаке и прятаться всю жизнь?

— Нет, конечно, нужно быть осторожнее. Не доверяй ей!

— Я и не собиралась рассказывать свою тёмную часть жизни никому и никогда!

— Этого мало. Нужно начать расследование. Ты теперь коп: возможно, ты что-то узнаешь!

— Вряд ли… Если она действительно что-то знает, то всё равно не расскажет. Остаётся только слежка. И, так как мы обе работаем с ней, у нас есть преимущество.

— Так ты согласна, что она опасна?

— Прости, но для этого мало оснований. Но приглядеться стоит.

— Ты права, не стоит делать преждевременные выводы. Но не забывай: ты должна быть осмотрительнее, когда питаешься. Теперь ты на виду у полиции.

— Да, я понимаю и осознаю опасность, но это мой выбор!

Мы ещё долго говорили с подругой обо всём, что случилось сегодня, и совсем не заметили, как быстро пролетело время.

Мы разошлись по комнатам, пожелав друг другу доброй ночи.

И, засыпая, я думала о том, что каждый раз, делая выбор, мы влияем на окружающих нас людей. Но мы обязаны выбирать, чтобы двигаться дальше. И даже если мы совершаем ошибки, нам приходится принимать их и жить дальше, несмотря ни на что.

ГЛАВА II

Работа в поле.

Новое утро началось с плохих новостей — в прямом и переносном смысле. Сначала всё шло как обычно: я проснулась в семь часов, приняла душ и, вспомнив комментарии Колдера о несоответствующем внешнем виде, решила одеться поскромнее. Тем более он был прав: в юбке и на каблуках выезжать на место преступления совсем неудобно, да и распущенные волосы, тоже явно не к месту. Поэтому сегодня я выбрала кроссовки, джинсы и тёмную кофту с высоким воротником. Волосы убрала в обычный хвост, а лёгкий макияж завершил мой скромный образ.

Спустившись вниз, я застала подругу за готовкой завтрака: утро казалось спокойным и безмятежным. Всё было хорошо — зачем только я включила телевизор! Мы с подругой вели непринуждённую беседу, пока я не услышала голос диктора на заднем плане.

— Известный вор по прозвищу «Призрак» был арестован офицерами пятнадцатого участка. Офицер Алан Эванз смог прояснить нам некоторые детали этого дела:

— Во время патрулирования города был задержан подозреваемый. Личность установлена: это Рафаэль Финч, известный как «Призрак». Подозреваемый без сознания, предположительно из-за наркотического опьянения. На данный момент — это вся информация.

На экране показали того самого парня, которого я опустошила на днях. Чуть не подавившись кофе, я стала тормошить подругу, и показывать рукой та телевизор:

— Смотри это он, тот самый парень, прибавь громкость!

Ведущая новостей взяла слово, чтобы подвести итог.

— В настоящее время преступник всё ещё не пришёл в себя и находится под арестом в 15-ом участке. О дальнейшем развитии дела мы сообщим в следующих выпусках новостей.

— Невероятно, он в моем участке! Это какое-то проклятье? Когда я смогу жить спокойно?

— Да, хорошего мало, но и поддаваться панике тоже нет причин! — Подруга пыталась поддержать меня, но день был испорчен.

— Как мне реагировать на это?

— Парень в кататонии, ничего не сможет рассказать! Они думают, что это наркотики. Это, конечно, неприятно для тебя, я понимаю, но такова твоя жизнь: нам не избежать трудностей.

— Ладно, ты права, прекращаю истерику и иду на работу. Будь что будет! — Я схватила свой рюкзачок, попрощалась с подругой и поехала на работу, так и не закончив завтрак.

***

Я приехала раньше времени. Участок был полупустой: ни Колдера, ни Тони не было на месте. Сидя на своём рабочем месте, я делала вид, что работаю, рисуя в блокноте абстрактные фигуры. Оторвавшись на несколько секунд от своего занятия, я заметила хмурого офицера, стоящего у выхода. «Где-то я его видела…» Утренние новости… Это же тот парень! Он арестовал Финча! Не знаю зачем, но я встала с места и направилась прямо к нему. Здравый смысл говорил мне, что не стоит этого делать, но любопытство взяло верх.

— Привет, — я старалась выглядеть спокойной и непринуждённой.

— Привет. Ты психолог, Брианна, кажется? — Несмотря на свой строгий вид, он казался общительным парнем.

— Да, а ты Алан, верно? Я видела тебя утром в новостях, — я плавно перевела разговор к интересующей меня теме.

— Приятно, конечно, что я теперь знаменитость, но это дело принесло нам одни проблемы! — Парень тяжело вздохнул.

— Вы же арестовали его?

— А что толку? Он не может давать показания, и в тюрьму его не посадить!

— Но он же здесь?

— Да, но это временно: позже его переведут в психиатрическую клинику.

— Как ты думаешь, мне можно его увидеть? — Я боялась, задавать этот вопрос, но не смогла сдержать себя.

— Зачем тебе это? — Вот такой реакции я боялась больше всего: он смотрел на меня с подозрением.

— Просто любопытно — с профессиональной точки зрения. — Я учусь профессионально врать: этот навык будет мне необходим, если я хочу сохранить хотя бы подобие нормальной жизни.

— Ладно, я провожу тебя к нему.

Мы с Аланом шли по мрачному длинному коридору с тусклыми лампочками. Камера Рафаэля Финча была уже совсем близко, и я могла видеть его силуэт.

— Ты можешь подойти поближе: он не опасен! — Успокоил меня офицер, но я и так знала это.

— Он совсем не реагирует? — Я задала этот вопрос, чтобы продемонстрировать заинтересованность.