Кристальная клетка

— Ты и не понимала. Этот язык древний, сейчас его, может, пара калек и знает, — прошептала Поганка. В её голосе слышалось такое благоговение, что я даже не сразу поверила, что это сказала она.

Лиам издал непонятный звук, что-то между смешком и хмыканьем, отчего я взглянула на него.

— Если бы доподлинно не знал, то поверил бы, что вы видите её впервые, — задумчиво проговорил он, рассеяно рассматривая стеллаж.

Его отстранённый взгляд мне не понравился. Не стоило давать ему повод искать причину столь правдоподобного вранья, поэтому я не стала больше притворяться. Хоть Поганка и загундела, что я рано сдаюсь, но я так не считала. Я ещё раз спросила:

— Сэр Ланц, и всё же, зачем я тут? — Лиам перестал разглядывать полки и сосредоточился на мне. Приняв это за сигнал продолжать, я заговорила: — Вы утверждаете, что вам точно известно, что книга моя. Одного взгляда на её обложку достаточно, чтобы понять, насколько она древняя и, что вернее всего, запрещённая. При этом вы по какой-то, видимо, важной причине решили подставить свою репутацию благородного лорда и находиться в этом чулане один на один с неблагородной девушкой, не опасаясь за возможные, — я выделила интонацией это слово, — распущенные сплетни, — я замолчала, пытаясь понять, не переборщила ли и стоит ли продолжать. Лицо Лиама казалось непроницаемым, но во взгляде, хоть и ненадолго, проскользнуло любопытство. Мне большего и не требовалось. Положив руку на изогнутый, обитый мягкой тканью подлокотник и стиснув его до побелевших костяшек, я продолжила: — Меня озадачил тот факт, что сейчас я до сих пор не у директора Виссари. Я немного порассуждаю. Позволите?

Лиам снова обошёл стол и, встав поближе ко мне, прислонился к нему. Сложил руки на груди и кивнул. Я ухмыльнулась. Хоть и позу он выбрал давящую, но его взгляд сверху вниз меня не напугал.

— Скорей всего, именно господин Нестор, — произнося его имя, у меня скривились губы, — узнал про книгу и мою связь с ней, — про Тоню я решила не упоминать до последнего, неизвестно, сколько Лиаму известно. Возможно, что крыс просто проследил за моей горничной и ничего большего. А возможно, он знает, кто столкнул её. Но дальнейшие рассуждения я отбросила и продолжила говорить: — Думаю, он доложил вам об этом сразу, но по какой-то причине вы не побежали доносить преподавателям. Предполагаю, что вы рассудили, что я опомнюсь и вернусь за ней, и тогда вы поймаете меня и сможете что-то потребовать взамен. Что же именно?

Какое-то время мы молчали. Зато говорила Поганка:

— Речь ты выдала, безусловно, хорошую, но этот парнишка не Эмеральд, его с мысли вряд ли собьёшь. Но, на мой взгляд, ты всё равно в более выигрышной позиции.

Стоило ей сказать об Эмеральд, как меня осенило. Нужно сместить внимание Лиама с меня на Эмеральд. Наследнице угрожают! Он просто не может это проигнорировать! По крайней мере, я на это понадеялась и спросила мнение Поганки.

— Судя по твоим воспоминаниям, этот мальчонка будет играть важную роль в столичных разборках. Думаю, ему будет интересна информация про недругов наследницы.

Её ответ порадовал. Я немного расслабилась и похвалила себя за смекалистость. Лиам отмер внезапно. Откинув голову назад, он прищурено, со сквозь заметной улыбкой во взгляде, смотрел на меня. А я отвечала ему тем же, не стесняясь разглядывать его светлые, должно быть, приятные на ощупь, лежащие на плечах волосы; длинную шею, расшитый воротник камзола и усыпанные зелёными камнями пуговицы. Наверняка очень дорогие. Как бы не хотелось признавать, но всё же вкус на мужчин у прошлой меня был отличный. Если бы не странное поведение… Мысли мои прервал Лиам.

— Мисс Сорен, где вы родились?

Вопрос оказался настолько неожиданным, что я вытянулась вперёд, после чего нахмурилась.

— В Стальной Вершине, — почему-то мне даже в голову не пришло уклониться от ответа.

Глаза Лиама заблестели.

— Я что-то подобное и предполагал, — он провёл рукой по волосам, стряхнув их за спину. Этот его, на мой взгляд, непринуждённый жест успокоил меня. Я даже подумала, что, может, и не так плохо, что именно Лиам нашёл книгу. Будто прочитав мои мысли, он улыбнулся. — Давайте будем честны друг с другом. Я убеждён, что наше сотрудничество может быть выгодно нам обоим.

Я развела руками.

— Да я и не против. Правда, когда вы прожигаете меня взглядом, не особо тянет на откровенности. Если только вы не флиртуете. Опосредованно.

Лиам рассмеялся в голос и, кивнув, сел за стол. Книгу отодвинул на край.

— Вы знакомы с леди Лоруж? — спросил он.

Я задумалась, кто это вообще такая, но благо выручила Поганка, сказав, что это фамилия Ренаты и сестричек.

— С младшей. Мы учимся на одном курсе.

Я не хотела случайно ляпнуть лишнего, поэтому сейчас собиралась отвечать только на вопросы. Хватит с меня монологов.

— Буду ли я прав, если предположу, что именно от неё вы получили данную, — он осторожно прикоснулся к обложке, — книгу?

— Возможно, — я склонила голову набок.

Он посмотрел на стол перед собой и, дёрнув бровями, слабо ухмыльнулся, кажется, своим мыслям. Лиам поднял глаза, и взгляд его устремился на меня.

— Вы не ошиблись, я действительно рассчитываю на вашу помощь. У меня есть опасение, что по своей неопытности и эмоциональности вы стали жертвой не шибко умного, но всё же заговора против короны. Что вы об этом думаете, мисс Сорен? — спросил он со своим вечно спокойным лицом, но от меня не укрылось лёгкое веселье в голосе.

— Думаю, что это имеет место быть. Эмеральд, то есть леди Эмеральд, как я поняла, интересна многим личностям. Уж очень много желающих с ней подружиться, — я, не стесняясь, оскалилась, — или воспользоваться её добротой и наивностью, чтобы навредить. Интересно, сэр Ланц, к какому лагерю принадлежите вы? Всё же она моя дорогая подруга, я беспокоюсь о её благополучии.

Лиам покачал головой.

— К прискорбному сожалению для меня не секрет, как уважаемая наследница относится ко мне и моей семье. Поэтому в открытой дружбе не настаиваю. Для меня лишь важно, чтобы с ней всё было хорошо. Большего я и желать не смею, — он по-доброму улыбнулся, проигнорировав ту часть, где я подозреваю его в заговоре против Эмеральд.

Догадался ли Лиам, к чему я клонила? Понадеявшись, что да, я засмеялась, стряхнула несуществующую пыль с колен и откинулась на спинку.

— Я поняла вас, но а мне что с этого?

Возможно, прозвучало шибко прямо, но как же мне уже надоели все эти словесные танцы! Я всё сильней ощущала, как тянет в сон. Время-то не стояло на месте, и спать мне оставалось с каждой минутой всё меньше и меньше.

— Думаю, вашу проблему с книгой можно очень легко решить, — это радовало, но я не была до конца уверена в честности Лиама. Наверное, он заметил моё замешательство, поэтому добавил: — Двум леди с известной нам фамилией и их друзьям последнее время очень понравилось досаждать мне и людям, за которых я ответственен. Благодаря вам, мисс Сорен, я планирую поубавить их пыл хотя бы на какое-то время. Да и госпоже Эмеральд не повредит наше дружеское участие. Пусть она этого никогда не признает.

Мне стало интересно, что вообще Лиам знает об Эмеральд, какие у него планы на неё. Почему-то у меня складывалось впечатление, что они неплохо знакомы, да и никто бы не отказался от преимуществ дружбы с ней. С мысли меня сбил Лиам, поднявшись со стола, тем самым показывая, что наше ночное свидание подходит к концу. Теперь уже настоящее. Я тоже поднялась.

— Я могу рассчитывать на вашу помощь?

Он подошёл ко мне, заложив одну руку за спину, а вторую протянув для рукопожатия. Я смотрела на его пальцы, скрытые перчаткой, и думала, согласна ли я? Поганка трещала, чтобы я соглашалась, ведь лучше защитника, чем Лиам, мы не найдём. А мне уже так было всё равно, непреодолимо хотелось к себе в спальню, переодеться в ночнушку и завалиться в кровать, что, вздохнув, я пожала ему руку, стиснув настолько сильно, насколько могла.

Напоследок Лиам обратился ко мне:

— Выспитесь хорошенько, мисс Сорен. Я обдумаю всё и уже сегодня днём передам, что от вас требуется.

Толкнув дверь, я пробормотала в пустоту перед собой:

— И вам спокойной ночи, сэр Ланц.

— Мистер Ланц, — отозвался он мне в спину, — сэр Ланц — мой отец.

Глава 19

Я вышла из исследовательского корпуса на рассвете. Зевая и сонно хлопая глазами, я плелась по скрытой ветвистыми деревьями тропе, ведущей к широкой клумбе с величественным монументом. Мысли бродили в тумане, и я иногда запиналась носком ботинка то ли о собственную ногу, то ли вообще о воздух. Как буду оправдываться перед надзирающими за студенческим покоем горничными, я не представляла. Очередной зевок настиг меня, когда я остановилась возле каменного изваяния, чтобы проморгаться и разобраться, куда идти дальше.

От клумбы в разных направлениях тянулись четыре дороги, если не считать ту, по которой пришла я. Из-за мощных стволов и крон деревьев не получалось разглядеть нужное здание. Зато здесь было умиротворяюще спокойно, приятно шелестели листья, и птицы насвистывали утренние песни.

Заходясь очередным зевком, я запрокинула голову и стала рассматривать скульптуру, больше напоминающую каменную кашу: какие-то люди с размытыми лицами, тянущие руки к предмету, отдалённо напоминающему ножницы. Не удивительно, что это чудо спрятали куда подальше, скрыв за деревьями.

— Хоть бы подписали, что тут происходит, — пробормотала я.

Поганка хмыкнула. Вместо ответа я получила резкую боль в висках и помутившееся сознание. Перед глазами всё поплыло, дышать стало тяжело, и я согнулась, уперевшись ладонями в колени, чтобы случайно не упасть. Было ощущение, что я ковыляла не по прямой дороге, а носилась по холмам. Когда боль прошла, до меня дошло, что одежда сменилась на прежнюю, и руки упираются не в подол юбки, а в брючины. Снова Поганка постаралась. Я уже хотела поругаться, что мне совершенно не нравится подобное, и вообще это было ни к чему, как услышала стук подошвы по камню. Спать перехотелось, и я испуганно заозиралась. Кто-то бежал сюда.

Пока я всматривалась по направлению одной из дорожек, со спины меня окликнул бодрый знакомый женский голос. Я обернулась. Передо мной стояла взъерошенная мисс Руни в свободных галифе, подвязанных широким поясом, и растянутой потной кофте. Ну как стояла — бежала на месте. Удивление на её лице сменилось какой-то неуместной, на мой взгляд, радостью, и она, помахав рукой, подбежала ко мне. Я не понимала, что происходит, и таращилась на неё. Не останавливаясь ни на секунду, с улыбкой на пол-лица, она воскликнула:

— Не знала, что вы бегаете!

Я развела руками, еле слышно буркнув себе под нос:

— Да я тоже…

Возможно, мой измождённый вид и поверхностное рваное дыхание после превращения одежды натолкнули её на подобный вывод.

— Невероятное совпадение, что мы встретились так рано утром во время пробежки, — выдавила я улыбку.

— Как я рада, что вы вняли моим рекомендациям! Жаль, что пока вы такая единственная из моих подопечных, — не унималась мисс Руни. Она начала обегать меня по кругу. — Но не переживайте, Мива, пока другие юные леди будут чахнуть, вы засияете как лунная лилия! Я покажу вам, как правильно бегать, — я нахмурилась, до конца не понимая, что обеспокоило больше: её непрямое оскорбление или скрытые угрозы. Мисс Руни, будто бы не замечая моего смятения, продолжала:

— Вместе с бегом пропадёт серость с лица, вы не будете похожи на мухогриб, глаза заблестят и сутулость уйдёт!

— Что? — прохрипела я.

Мисс Руни покосилась на уродливую скульптуру и смущённо улыбнулась. Всё это время она бегала возле меня, а я крутила головой, пытаясь поймать её взгляд.

— Я всё думала, как можно помочь вам со свиданием, — понизила она голос до шёпота. Сперва я не поняла, о чём речь, но мисс Руни продолжала: — Олаф… мистер Оффре рассказал мне подробней по секрету про тот вечер, когда вы виделись с Лиамом Ланцем. Я посочувствовала вам, вспомнила себя в вашем возрасте и захотела помочь. Я собиралась сегодня с вами поговорить о пользе бега, влиянии спорта на внешность, а оказывается, что вы уже и сами пришли к этому…

Из всего ею сказанного меня волновало лишь то, что касается Лиама и меня. Я перебила её:

— Что мистер Оффре вам сказал? Неужели он допытывался у сэра Ланца о моём позоре?

Хоть я и была спокойна на счёт этой ситуации и Лиама, но знать, что конкретно тот наговорил своему декану, было любопытно. На секунду мисс Руни остановилась, испуганно уставившись на меня. Но потом вновь забегала на месте.

— Бедняжка, вам аж поплохело. Не переживайте вы так…

Я подняла руку, призывая мисс Руни замолчать. Вот уж не думала, что наставница окажется такой балаболкой.

— Пожалуйста, расскажите всё, что знаете. Это очень важно для меня, — пришлось приукрасить, но ничего плохого в этом я не видела. Так, для пущей убедительности.

Какое-то время мисс Руни изучала меня, после чего махнула рукой и побежала по одной из дорожек. Я как каменная стояла и смотрела ей в спину, пока она не полуобернулась и не крикнула:

— Догоняйте, Мива, если хотите узнать!

Мисс Руни гоняла меня беспощадно. Сперва мы отбежали подальше от корпусов, обогнули ангар для содержания и наблюдения за различными существами и пробежали мимо ипподрома, что стало для меня сюрпризом — я не знала, что он здесь есть. Не сказать, что я прям бежала, скорее ковыляла, выслушивая радостные выкрики наставницы. Ещё и Поганка жизнь мне не облегчала – то и дело подшучивала надо мной, громко похрюкивая со своих несмешных шуточек.

Сразу за ипподромом начинался северный лесопарк. Там мы ещё какое-то время побегали, то есть бегала мисс Руни, я сидела на поваленном дереве, растирала льющийся по лицу пот и не могла как следует отдышаться. Кололо в боку, сердце разрывалось в груди, вкус крови ощущался на языке, и мне казалось, что я умираю. Только стало полегче, только перестало плыть перед глазами, как вернулась мисс Руни и, похлопав меня по плечу, заявила, что мы бежим обратно. Я поперхнулась от возмущения, закрыла глаза, открыла, а наставница уже маячила на выходе из парка. Ничего не оставалось, как, превозмогая боль, последовать за ней. Почему я вообще на это подписалась? Да и вообще, разве такая пытка хоть о какой-то пользе для здоровья говорит? Что-то я сомневалась.

Когда на обратном пути я только подходила к ипподрому, мисс Руни уже была у забора и, не переставая бежать на месте, болтала с несколькими работниками. Один держал лошадь за короткую верёвку, пристёгнутую к карабину у морды, не давая животному дотянуться до наставницы, и грозил пальцем. Мисс Руни, кажется, это только больше забавляло. Я остановилась, уперевшись рукой о деревянный лакированный забор, чтобы передохнуть, при этом оставшись незамеченной. В голову пришла интересная мысль, и я обратилась к Поганке, прервав поток её непрекращающихся глупеньких каламбурчиков:

— А что будет, если прорастить в лошади кристалл? Будет ли она быстрей бегать, к примеру? Кто-нибудь подобное делал, не помнишь по моим воспоминаниям?

Поганка икнула. Какое-то время мой разум был ясен, и я наслаждалась тишиной, жаль недолго.

— Ну-у, — протянула она, — вообще, как я могу судить, такое делают, и не только с обычными лошадьми, но такие чудики долго не живут.

Я пошла вдоль забора.

— Это приносит какую-нибудь пользу вообще? Если, например, в корове вырастет кристалл, станет ли больше молока, будет ли оно вкуснее?

Поганка согласно угукнула. Я продолжала:

— Но ведь тогда и молоко, которое она даёт, будет содержать частицы кристалла. А ты говорила, что надо по возможности избегать этого.

На что получила ответ, до которого и сама догадалась:

— Ну так кто об этом знает? Может, какой-нибудь мальчишка Ланц и знает. Я даже не уверена, что Эмеральд в курсе. А так минимальные частицы кристалла в любой корове содержатся.

Я хмыкнула. И вот опять две крайности. Усталый вздох сорвался с губ: почему я вообще заморачиваюсь над этим? Что мне теперь, над каждым приёмом пищи трястись от страха? Пока я ничего не могу с этим сделать. Лучшее решение — это найти способ очищаться от кристалла. От подобного знания однозначно будет побольше пользы. Я уже подходила к мисс Руни — она наговорилась с работниками, любовно похлопала лошадь по морде и теперь поджидала меня, — когда Погаска протяжно сказала:

— Когда вернёшься на каникулах домой, стоит наведаться к местному шаману. Может, он и нашаманит что-нибудь полезное над твоим кристаллом, — и захрюкала со смеху.

***

В гостиную я ввалилась вся грязная, потная и уставшая, на трясущихся ногах. Чего я не ожидала, так застать в ней Эмеральд, попивающую чай. Она сидела на диване спиной ко мне, держа в одной руке блюдце, а в другой тонкое ушко маленькой чашечки, и внимательно слушала бурно жестикулирующую Надию, до сих пор не собранную. Франсины в комнате не было. Я осторожно прикрыла дверь, надеясь проскользнуть к себе незамеченной, но Надия перевела на меня блестящий взгляд, и губы её криво изломились. Я закатила глаза.

Эмеральд обернулась ко мне и радостно улыбнулась, но тут же брови её сошлись у переносицы, и она окинула меня недоверчиво-настороженным взглядом. Всё происходило в идеальной тишине, от которой хотелось нервно хихикать.

— Ты что, на утреннюю гимнастику ходишь? — первой отмерла Надия, пораженно вытаращив на меня круглые глаза.

— Ещё лучше, я бегаю, — покрутила я руками вокруг себя.

— О, это замечательно, — Эмеральд кивнула и, взглянув на Надию, уже обратилась к ней: — Мива подаёт нам прекрасный пример, — прозвучала она как старушка.

Надия покарябала висок и, подняв со столика чашку, отхлебнула с нарочитым громким звуком. Я уже хотела пойти к себе за чистой одеждой, но заметила приклеенный взгляд Эмеральд. Обернулась.

— Я пришла до завтрака, как мы и договаривались, — лицо её сияло, у меня аж в глазах закололо.

Нашла чему радоваться с утра пораньше. Я кивнула, хотя на самом деле уже забыла, что мы о чём-то подобном договаривались, и ускользнула к себе в комнату.

Пока я быстро намывалась, вспоминала рассказ мисс Руни. Оказывается, Лиам так вошёл в роль героя-любовника, что насочинял даже больше, чем от него требовалось. Он рассказал, как я пробиралась к нему, пряталась в кустах, как он любовался светившей в ту ночь Сурэ, пока ждал меня. И что на самом деле он не отвергал меня, просто промолчал, но я восприняла это по-своему. Также мистер Оффре поделился с наставницей предположением, что у меня есть шанс понравится Лиаму, ведь, как тот утверждал, мистер Ланц отвергал прямо и делал это при свидетелях. Очень многие девушки убегали в слезах. Тогда мисс Руни приблизилась к моему уху и заговорщицки прошептала, что не только девушки. Я поражённо покачала головой, хотя мне вообще было плевать на эту информацию. Меня больше забавляло, что Лиам оказался ещё тем сказочником.

— Ну слушай, пока это нам на руку, если ему и правда от тебя нужно, чтобы ты приглядывала за Эмеральд и докладывала о её недругах. Что может быть проще? — вклинилась в мои мысли Погаска.

— А зачем ему про Эмеральд знать? — вылезая из ванной, поинтересовалась я.

— Ну она наследница, может, он жениться на ней собирается, приблизиться к трону. Может, ещё что. Как это нас касается? — фыркала она. — Нам его защита нужна и покровительство. Больше в его услугах нужды нет.

Я покивала. Действительно, как это меня касается? Главное, чтобы не шантажировал. В крайнем случае придётся жаловаться Эмеральд, но я надеялась, что до этого не дойдёт.

Когда я заплетала волосы в косу, чувствовала, что энергия после лёгкой приятной пробежки, как обозвала это мисс Руни, исчезает, и на меня наваливается безумная усталость. Ещё бы, я бодрствовала всю ночь, не считая пары часов сна, развалившись на столе! Да и кристаллом пользовалась ни раз, а с непривычки это отнимало много сил. Я проклинала вчерашнюю себя, предложившую Эмеральд прийти пораньше. А ведь я всего лишь хотела сходить с ней позавтракать на кухню к экономке. Сейчас, держась за дверную ручку и готовясь выйти в гостиную, я пыталась решить: остаться на завтрак и поесть в компании соседок и Эмеральд или всё же спуститься вниз.

Я надавила на ручку, толкнула дверь и, увидев непроницаемое лицо Франсины, сидящей за обеденным столом, сразу поняла, что с ней рядом не останусь. Шумящая Надия меня раздражала куда меньше, чем эта чопорная красотка. С перекошенным от недовольства лицом, под неотрывным взглядом Эмеральд, я протопала до своей комнаты, схватила сумку и, смахнув туда со стола все тетради и свитки, что только вместились, вышла в гостиную. Расставив пошире ноги, вздёрнув подбородок и поудобней перехватив сумку, я воскликнула:

— Эмеральд, пойдём, познакомлю тебя кое с кем, — и, бросив хмурый взгляд на ошарашенную Надию, у которой изо рта вывалился кусок сыра, и равнодушную Франсину, добавила: — Но если тебе нравится их компания, то оставайся.

Результат не заставил себя ждать. Эмеральд плавно, но быстро поднялась, озарила девушек лучезарной улыбкой и, прижав ладони к животу, пожелала им приятного и нескучного завтрака.

— До встречи на уроках, — добавила я, выходя в коридор.

Глава 20

— И куда мы идём? Это тайна какая-то? — спросила Эмеральд в третий раз.

Мы уже спустились вниз, миновали открытую галерею, выходящую в заросший северный парк, в который я обязательно намеревалась сходить, и подошли к хозяйственному корпусу. На самом деле я не знала, как он правильно назывался, но верхние два этажа здесь занимали преподавательские спальни, на первом жила прислуга посолидней, а в подвальном помещении находились всякие кладовки, закутки и чуланчики. По коридорам носились занятые делами работники, но когда встречали нас, то замирали с вытянутыми от удивления лицами и с поклоном провожали. Естественно, такие уважительные жесты предназначались не мне, и становиться косвенным виновником подобного поведения было странно. Непривычно. Я чувствовала себя не на своём месте, но старалась никак не показывать замешательства, копируя поведение Эмеральд. Вот она вообще не заморачивалась, и вовсе, наверное, не замечая снующую туда-сюда прислугу. На секунду я призадумалась, а каково это жить с подобным мироощущением с рождения?

— Взрослая ты любила, когда тебе кланяются, — хмыкнула Поганка. — Да и когда ты была рядом с девочкой, тебе нравилось ловить завистливые взгляды.

— Странно, в дневничке я писала об обратном, — небрежно ответила я.

Мы подходили к добротной деревянной лестнице с резьбой в форме ласточек, ведущей к спальням преподавателей. Столовая для прислуги была за следующим поворотом.

— Ну ты вообще противоречивая особа… — поцокала Поганка, но тут же добавила: — …была. Посмотрим, как сейчас будет.

Я остановилась, чтобы передохнуть — после пробежки я до сих пор ощущала тяжесть в теле, только теперь к ней прибавилась боль в мышцах ног. Страшно представить, что будет к вечеру или завтрашнему утру.

— Можно попросить сестру Пэм тебе помочь, ты же как раз хотела с ней поговорить, — сказала Поганка.

Зевая, я нахмурилась. Разве я хотела с ней о чём-то говорить? Я хотела выпросить у неё книги, но раз мне их в любом случае не дадут, то и зачем ходить к Пэм?

— Ну ты и простофиля. Да, ты хотела завести с ней дружбу, чтобы та помогла в случае чего! — ругалась Поганка и вертелась змейкой в голове. — Почему я это понимаю, а ты тупица?

Её нападки я пропустила мимо ушей и посмотрела по сторонам — Эмеральд рядом не было. Я обернулась в её поисках — мимо прошли болтающие между собой горничные, не обращающие ни на что вокруг внимания, и улыбнувшийся мне старик во фраке. Эмеральд же стояла в глубокой нише у лестницы и разглядывала картины у оконного проёма. Закатив глаза, я сдержала зевок и подошла к ней.

— Как думаешь, о чём здесь рассказывается? — серьёзным тихим голосом поинтересовалась Эмеральд.

Я перевела взгляд с её задумчивого лица на старый тусклый рисунок. Краски выцвели, но в вертикальном триптихе до сих пор угадывался сюжет. Если он вообще там подразумевался. В самом верхнем квадрате стояли улыбающиеся друг другу мужчина и женщина, державшиеся за руки: с его стороны высились горы, с её же простирался лес. В центральной картине мужчина что-то, кажется, ел, но что он держал в ладони возле рта, я не рассмотрела. Женщина же, с завязанными лентой глазами, развернулась к нему спиной. На третьей нижней части остались только горы.

— Наверное, это история о любви и предательстве, — кивнула сама себе Эмеральд, привлекая к себе внимание.

Я пожала плечами. Где она тут любовь нашла?

— Не знаю, по-моему, он глаза её сожрал и не поперхнулся, — подражая Эмеральд, я постаралась звучать серьёзно.

Лицо её вытянулось, глаза округлились, и она вытаращилась на меня как на умалишённую. Я бы посмеялась, но зевать хотелось сильней.