Точка опоры

— А если что-то пойдёт не так?

— Тогда у нас есть Титан и Зои. Они обеспечат огневую поддержку.

— Ты предлагаешь штурмовать завод Страуда силами пяти человек, — медленно произнёс Папаша. — Против неизвестного количества охраны, на территории, которую мы не знаем досконально. Это не агрессивная тактика, Призрак. Это авантюра.

— Мы справимся.

— Мы можем не справиться. И если мы провалимся на второй цели, третью, четвёртую и пятую мы уже не достанем. Они усилят охрану, уйдут в подполье, и мы потеряем единственный шанс.

Кайл замолчал. В кают-компании повисло напряжение. Зои переводила взгляд с Папаши на Кайла и обратно. Виз делал вид, что изучает данные, но на самом деле внимательно слушал. Титан оставался неподвижным, как скала.

— Я понимаю твой энтузиазм, — сказал Папаша мягче. — Ты хочешь действовать быстро и решительно. Это хорошее качество. Но в нашем деле скорость не всегда равна эффективности. Иногда нужно замедлиться. Изучить цель. Понять её слабости. И только потом нанести удар — один, точный, смертельный.

— Как с Вороновым? — спросил Кайл.

— Как с Вороновым, — кивнул Папаша. — Помнишь операцию на верфи? Мы потратили неделю на подготовку. Изучили маршруты, системы охраны, привычки цели. Когда мы начали действовать, всё заняло четыре минуты. Четыре минуты — после семи дней подготовки. Вот как работает профессионал.

— Но у нас большого запаса времени на каждую цель, — возразил Кайл. — Ты сам сказал, что речь идет о паре месяцев.

— Значит, мы должны действовать быстро, но не безрассудно, — резюмировал Папаша. — Я согласен с твоим предложением по порядку целей. Вейл — первый. Страуд — второй. Но тактику будем разрабатывать по мере поступления разведданных. Никаких штурмов без полной информации. Никаких импровизаций без крайней необходимости.

— Принято, — сказал Кайл, хотя в его голосе всё ещё звучало сомнение.

Папаша посмотрел на него долгим взглядом, но ничего не сказал.

— Теперь давайте пройдёмся по каждому пункту подробнее, — он снова активировал голограмму Вейла. — Адмирал. Его слабость — крупнейшее орбитальное казино «Оазис» на орбите Лумины. Вейл бывает там каждую вторую пятницу. По данным ОКБ, следующий визит — через четыре дня.

— Четыре дня, — повторила Зои. — Достаточно для подготовки.

— Достаточно. Виз, мне нужна полная схема казино. Планы помещений, расположение камер, маршруты охраны, список персонала. Всё, что можно найти.

— Будет сделано, — кивнул Виз.

— Искра, ты проработаешь варианты проникновения и отхода. Мне нужны как минимум три пути — основной, запасной и аварийный.

— Есть.

— Титан — огневая поддержка. Если что-то пойдёт не так, ты должен быть готов прикрыть отход. Призрак, ты работаешь со мной — будешь вторым номером при захвате.

— Почему не первым? — спросил Кайл.

— Потому что первый номер — это я, — спокойно ответил Папаша. — Вейл — хоть и игроман, но адмирал флота, у него за плечами военная подготовка, которой нет ни у кого из нас. Он умеет чувствовать опасность. Заметит малейшую неверность движений, малейшее колебание — и предпримет контрмеры. Нужен опытный ликвидатор, который выполнит задачу без единой заминки.

Он сделал паузу.

— Ты будешь меня страховать. Если что-то пойдёт не по плану, ты вмешаешься. Но основной удар нанесу я. Твоя задача — наблюдать, запоминать, учиться. В следующий раз поведёшь ты. Понял?

— Понял, — коротко ответил Кайл.

Папаша кивнул и отключил голограмму.

— Тогда за работу. У нас четыре дня.

---

Команда разошлась по своим постам. Виз заперся в своей каюте, превращённой в центр обработки данных, и начал взламывать базы данных казино «Оазис». Зои отправилась в оружейный отсек — готовить снаряжение для захвата. Титан, как обычно, занялся чисткой своего пулемёта, но теперь делал это с особой тщательностью, словно предчувствуя, что оружие скоро понадобится.

Кайл поднялся в кабину пилота и запустил симулятор полёта к Лумине. Он прокладывал маршруты, рассчитывал время подлёта, моделировал возможные ситуации — погоню, отклонение от курса, экстренный прыжок. Это помогало ему сосредоточиться.

Через час в кабину вошёл Папаша.

— Не спишь, — констатировал он.

— Работаю, — ответил Кайл.

— Я видел. Ты проложил уже четыре маршрута. Все — с агрессивным профилем ускорения.

— Это самые быстрые маршруты.

— И самые заметные. Если мы пойдём на полном ходу, нас засекут флотские патрули ещё на подлёте к системе.

Кайл промолчал.

— Садись, — Папаша указал на кресло второго пилота. — Поговорим.

Кайл нехотя оторвался от навигационной панели и пересел.

— Ты злишься, — сказал Папаша.

— Я не злюсь.

— Злишься. Я знаю тебя уже полтора года, Призрак. У тебя на лице всё написано. Ты считаешь, что я тебя торможу. Что я слишком осторожен. Что если бы ты вёл операцию, ты бы уже взял все пять целей.

Кайл молчал, но его сжатые челюсти говорили красноречивее слов.

— Послушай меня, — Папаша наклонился вперёд, и его голос стал тихим. — Я был таким же, как ты, в твоём возрасте. Я тоже думал, что скорость и агрессия решают всё. Я тоже рвался в бой, не дожидаясь полной информации. И знаешь, что из этого вышло?

— Что?

— Я потерял свою первую команду, — просто сказал Папаша. — Всех. Потому что поторопился. Потому что не проверил разведданные. Потому что решил, что знаю лучше.

Он замолчал. В кабине было слышно только тихое гудение двигателей.

— С тех пор я дал себе слово, — продолжил он. — Никогда больше не терять людей из-за собственной самоуверенности. Я не торможу тебя, Призрак. Я учу тебя тому, чего не умел сам в твоём возрасте. Терпению. Расчёту. Умению ждать.

— Но время уходит, — тихо сказал Кайл. — А если мы не успеем...

— Успеем, — перебил Папаша. — Мы будем действовать быстро. Но не настолько быстро, чтобы наделать ошибок. Одна ошибка — и мы все мертвы. Ты этого хочешь?

— Нет.

— Тогда доверься мне. Когда придёт время действовать агрессивно, я скажу. И ты будешь первым, кому я это поручу. Но до тех пор — мы работаем по моему плану. Медленно. Методично. Безопасно.

— Безопасно, — усмехнулся Кайл. — Мы собираемся убить пять самых влиятельных людей в Федерации. Тут не подходит слово "безопасно".

— Может быть, — возразил Папаша. — Но безопасно — это когда ты возвращаешься домой после операции. Когда вся команда возвращается. Всё остальное — детали.

Он встал и направился к выходу, но у двери задержался.

— И ещё кое-что, Призрак.

— Что?

— Ты предлагал начать с Вейла. Это было правильное решение. Я горжусь тем, как ты мыслишь. Просто дай мне время научить тебя мыслить ещё лучше.

Он вышел, оставив Кайла в одиночестве.

Тот ещё долго сидел в кресле, глядя на навигационные карты и думая о том, что сказал Папаша. О потерянной команде. О слове, которое он дал себе. О терпении, которое было не слабостью, а силой.

Может быть, он действительно был слишком агрессивен. Может быть, стоило прислушаться к человеку, который прошёл через то, что Кайлу ещё только предстояло.

А может быть — и эта мысль засела где-то глубоко, — в этом конкретном деле осторожность Папаши могла стоить им жизни.

Будущее покажет.

Глава 7 Агентство раннего предупреждения

Штаб-квартира Агентства раннего предупреждения располагалась на верхних этажах правительственного небоскрёба в самом сердце столичного района Авроры. В отличие от ОКБ, базировавшегося в военизированном бункере глубоко в астероидном поясе, АРП предпочитало близость к власти. Близость в буквальном смысле: из окон кабинета директора открывался панорамный вид на Сенатскую площадь, здание Федерального Казначейства и резиденцию премьер-министра.

Виктор Шталь сидел за столом и просматривал утреннюю сводку аналитического отдела. Это был сухощавый мужчина пятидесяти пяти лет, с аристократически тонкими чертами лица и холодными светло-голубыми глазами. Его тёмный костюм сидел безупречно, серебристые волосы были зачёсаны назад. Сейчас, в одиночестве, он выглядел именно тем, кем был — одним из самых влиятельных людей в системе федеральных спецслужб.

В сводке было кое-что интересное. Полковник Коул из ОКБ провёл закрытое совещание, затем покинул расположение, вернулся через два дня. Источник сообщал о подозрительной активности в стане заклятых конкурентов.

Шталь потянулся к коммуникатору.

— Мосс, зайди ко мне.

Он откинулся в кресле и морально приготовился к деловому разговору. Дверь открылась.

Эрика Мосс вошла в кабинет, и Шталь как заколдованный уставился на её покачивающиеся бёдра, так обтянутые тканью брюк, что ему на мгновение показалось, будто на ней вообще ничего нет. Мысль была настолько яркой, что он забыл, зачем её вызвал.

Шталь сглотнул.

— Присаживайся, Эрика! — неожиданно для себя он дал петуха.

Она опустилась в кресло напротив и закинула ногу на ногу — так, как не умел делать никто другой во всей АРП. Движение было плавным, отработанным и абсолютно убийственным.

— Добрый день, сэр. Вызывали? — Эрика посмотрела ему прямо в глаза.

— Э-э-э-э, — только и смог сказать всесильный директор АРП.

— Вы хотели сказать — «Эрика»? — начала подсказывать она. — Для меня есть какое-то задание?

Шталь понял, что в очередной раз погружается в пучину своих фантазий без малейшего шанса вернуться к реальности. Пауза затягивалась. Его взгляд против воли скользнул куда-то в район её декольте, и он осознал, что ещё секунда — и он окончательно себя дискредитирует. Оставалось последнее средство.

Он укусил себя за руку.

Сильно.

— Что вы делаете, директор? Вам плохо?! — Эрика вскочила с кресла и подбежала к нему. — У вас приступ? Вызвать врача?

Она схватила его за запястье и попыталась оттянуть мизинец — видимо, рассчитывая, что от боли он разожмёт челюсти.

Эффект получился неожиданным. Боль в мизинце действительно вывела его из ступора.

— Какого хрена ты делаешь?! — взревел Шталь, вырывая руку. — Что ты себе позволяешь?! А ну-ка вышла и зашла, как полагается!

Эрика отскочила на два шага. Вытянулась по стойке «смирно», развернулась через левое плечо и строевым шагом проследовала за дверь. Каблуки простучали по паркету — раз-два-три-четыре. Дверь закрылась.

Шталь остался один. Он тяжело дышал, глядя на укушенную руку. На коже уже проступал багровый след.

«Ну почему? — думал он, яростно растирая запястье. — Почему каждый раз, когда она входит, я веду себя как кретин? Что она обо мне думает? Так ты её никогда не завоюешь, Виктор. Никогда».

Он встал, одёрнул пиджак, поправил сбившуюся причёску. Глубоко вздохнул. Посмотрел на себя в тёмное стекло — отражение снова напоминало руководителя спецслужбы, а не подростка на первом свидании.

— Где ты там? Давай уже заходи! — крикнул он.

Дверь открылась. Вошла Эрика.

— Разрешите войти, сэр. Вызывали, сэр?

— Проходи, — Шталь почувствовал, как в животе снова начинают порхать проклятые бабочки, и мужественно ущипнул себя под столом за коленку. Боль отрезвила. — Садись. Нужно кое-что обсудить.

Эрика опустилась в кресло — на этот раз без демонстративного закидывания ноги, за что Шталь был ей мысленно благодарен.

— У нас проблема, — начал он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Вернее, потенциальная возможность.

Он развернул голографический экран, радуясь, что можно смотреть на данные, а не на неё.

— Наш старый друг, полковник Коул из ОКБ, провёл закрытое совещание со своей аналитической группой. Через день покинул расположение. Вернулся только вчера. Наш источник сообщает: Коул встречался с Джаггером Морроу, свои бывшим сослуживцем.

— «Папаша», — тут же отозвалась Эрика, переключаясь в рабочий режим. — Бывший оперативник ОКБ. Уволился семь лет назад. Сейчас — лидер группы охотников за головами. Специализация — захват и ликвидация. Серьезный спец.

— Именно. И через несколько часов после встречи Морроу и его команда экстренно свернули отпуск. Вернулись на корабль. Готовятся к операции.

— Цели?

Шталь переключил экран. Появились пять портретов.

— Лоренсо д'Аржан, Гектор Страуд, Верити Синклер, адмирал Теренс Вейл, сенатор Маркус Ортега, — медленно произнесла Мосс, читая с экрана. — Картельный пул. Те самые, на кого мы сами собираем досье последние два года.

— Именно. А теперь скажи мне, Эрика: почему Коул, вместо того чтобы передать эти данные нам для совместной разработки или, скажем, в Генеральную прокуратуру, нанимает частных убийц?

Мосс задумалась. Ответ был очевиден, но она предпочитала не озвучивать очевидное без необходимости.

— Потому что законные методы не работают, — сам ответил Шталь. — Потому что эти пятеро слишком хорошо защищены. Потому что любой официальный запрос будет заблокирован на уровне Сената. Коул это понимает. И он решил действовать в обход.

Эрика удивленно вскинула бровь.

— Смело. И глупо.

— Не делай так больше. — голос директора АРП на миг стал сиплым.

— Что, простите? — кажется Эрика не поняла, что происходит, прокручивая в голове новую информацию.

— Я говорю, это открывает перед нами интереснейшие возможности. — Виктор не был бы директором АРП, если бы не мог взять свои эмоции под контроль, хоть и не сразу.

Шталь поднялся, подошёл к панорамному окну и несколько секунд смотрел на Сенатскую площадь, залитую утренним солнцем. Где-то там, в одном из этих зданий, сенатор Ортега, вероятно, пил свой утренний кофе, не подозревая, что его имя уже значится в списке смертников.

— Посмотри на ситуацию шире, Эрика, — наконец произнёс он. — ОКБ последние три года получает приоритетное финансирование. Их бюджет на двадцать процентов больше нашего, хотя их формальная зона ответственности уже, чем у нас. Они переманивают лучших специалистов. А теперь ещё и затевают нелегальную операцию по ликвидации пяти граждан Федерации.

— Вы хотите сдать их властям?

— Власти ничего не сделают. У Коула слишком хорошие связи. Но если эта информация попадёт к нужным людям... — он сделал паузу. — К людям, которые являются целями этой операции... то они примут меры.

Мосс медленно кивнула.

— Картель ликвидирует охотников. ОКБ потеряет исполнителей, а вместе с ними — шанс завершить операцию. И когда выяснится, что Коул санкционировал незаконную ликвидацию, его снимут с должности.

— Не только его, — поправил Шталь. — Всё руководство ОКБ. Отдел попадёт под расследование. Их бюджет урежут, полномочия ограничат. А освободившиеся средства... — он выразительно посмотрел на Мосс, — перераспределят. В пользу более эффективных служб.

— Которыми, безусловно, являемся мы.

Эрика переварила услышанное. Риски были очевидны: если операция вскроется раньше времени, если картель не успеет среагировать, если охотники всё-таки выполнят заказ... Но Шталь был прав. Ставка стоила того.

— Как передадим информацию? — спросила она.

— Через посредника. Он работает на д'Аржана и не знает, что на самом деле втемную работает на нас. Сольём ему данные под видом утечки из ОКБ.

— Когда?

— Всё нужно сделать сегодня. Время — критический фактор.

— Поняла, — Эрика поднялась. — Разрешите идти.

Она направилась к двери. Шталь позволил себе посмотреть ей вслед — ровно секунду, не больше. Пять лет она работала его заместителем. Пять лет он пытался — нет, не перевести отношения в иную плоскость, он был слишком профессионален для этого, — но хотя бы дать ей понять, что такая возможность не исключена. И пять лет она мастерски игнорировала все намёки, продолжая оставаться лучшим замом, о котором только можно было мечтать. Виктор вздохнул, затем еще раз ущипнул себя за ногу через карман брюк и вернулся к сводкам.

---

К вечеру того же дня всё было готово. Данные упаковали в зашифрованный контейнер и передали через цепочку подставных серверов агенту по имени Грегор Хейл — мелкому посреднику, который искренне считал, что работает на картель. На самом деле он уже два года был марионеткой АРП, сам того не подозревая.

Мосс лично контролировала передачу, стоя за спинами дежурной смены связистов в защищённом терминале на минус третьем этаже штаб-квартиры. Когда на экране загорелся сигнал «доставлено», она позволила себе короткий выдох. Дело пошло. Теперь — доложить.

Она вышла из комнаты связи, расписалась у дежурного и вызвала лифт. Войдя в кабину, нажала сто десятый этаж. Пока лифт бесшумно поднимался, Эрика машинально поправила причёску, затянула пучок на затылке. После смены в душном терминале она наверняка выглядела не лучшим образом. Впрочем, для доклада это не имело значения.

Лифт остановился. Она прошла по коридору, кивнула охраннику и вошла в приёмную директора.

За столом сидела Лорен — немолодая женщина с острым взглядом поверх очков, которая работала секретарём ещё у двух предыдущих директоров АРП и знала об Агентстве больше, чем иные начальники отделов. Она подняла глаза на вошедшую Эрику и хмыкнула.

— Лорен, он у себя? — спросила Эрика.

— У себя. Сейчас узнаю, сможет ли он тебя принять.

Лорен потянулась к трубке, но замерла на полпути и снова бросила взгляд на Эрику — на этот раз поверх очков, что означало высшую степень неодобрения.

— Верхнюю пуговицу застегни, — сказала она сухо. — А то господина директора удар хватит. Точно скорую вызывать будем.

Эрика опустила глаза. Чёрт. Во время смены в душном терминале она расстегнула верхнюю пуговицу блузки и напрочь забыла об этом. Теперь эта деталь могла стоить ей десяти минут потерянного времени, пока Шталь будет приходить в себя.

Она быстро застегнула пуговицу. Лорен, удовлетворённо кивнув, нажала кнопку селектора.

— Сэр, к вам Эрика.

Из динамика донеслось нечто нечленораздельное.

— Поняла. Хорошо, сэр, — Лорен положила трубку и сделала приглашающий жест. — Проходи. Он тебя ждёт.

Эрика глубоко вздохнула и решительно открыла дверь.

— Разрешите войти, сэр. Данные ушли. Наш слепыш получил контейнер. Через пару часов информация будет у д'Аржана.

Шталь не поднимал головы от документов. Это помогало.

— Отлично.

— Есть ещё кое-что, сэр.

— Что именно?

— Я подготовила аналитическую записку для премьер-министра. О том, что АРП выявило подозрительную активность ОКБ. О том, что мы предупреждаем о возможных нарушениях. И о том, что мы готовы взять на себя часть функций ОКБ в случае реорганизации.

Шталь всё-таки поднял глаза. На этот раз — не как заворожённый идиот, а как руководитель, оценивающий работу подчинённого. Эрика мысленно поблагодарила Лорен за напоминание о пуговице.

— Ты подготовила это заранее?

— Ещё до вашего вызова. Как только увидела сводку о передвижениях Коула.

Он смотрел на неё и вынужден был признать: она была чертовски хороша. Во всех смыслах.

— Эрика.

— Да?

— Ты лучший зам, который у меня когда-либо был.

— Я знаю, — она улыбнулась. — Поэтому я работаю именно у вас.

— Да что ж ты со мной делаешь... — пробормотал Шталь, и его голос опять дал слабину.

— Простите, не расслышала, сэр.

— Я хотел сказать... — он замялся. — Там, в прошлый раз, когда ты была в моём кабинете... я вёл себя непрофессионально. Этого больше не повторится.

— Вы это уже в третий раз за неделю говорите, сэр.

— Правда?

— Правда. В прошлый раз вы обещали то же самое. И в позапрошлый.

Шталь открыл рот, закрыл и снова открыл.

— Ладно. Тогда просто иди работай.

— Есть.

Она развернулась и пошла к двери. Шталь героическим усилием воли заставлял себя смотреть в документы, но взгляд был намертво прикован к удаляющейся фигуре. Пуговица застёгнута, но брюки-то никуда не делись.

Когда дверь закрылась, он выдохнул, откинулся в кресле и потёр укушенную днём руку. След от зубов уже начал заживать, а коленка под столом всё ещё ныла от щипков.

«Когда-нибудь, — подумал он, — я найду способ завоевать тебя. Но, видимо, не сегодня».

---

Тем временем, Хейл, получив информацию, немедленно связался со своим куратором из окружения д'Аржана. Ещё через час данные легли на стол начальника службы безопасности картеля. А ещё через два — на стол самого Лоренсо д'Аржана.

В «Гнезде» — родовом поместье на Элизиуме — зажёгся свет.

Д'Аржан сидел в своём кабинете, отделанном деревом ручной резьбы, и читал досье. Напротив него, в кожаном кресле, расположился человек, которого никто не знал по имени, но все называли по позывному — Крайт. Начальник службы безопасности. Бывший полковник разведки Флота, уволенный за «чрезмерную жестокость» десять лет назад. Сухой, жилистый, с лицом, которое, казалось, никогда не знало эмоций.

— Пять целей, — произнёс д'Аржан, откладывая досье. — Пятеро охотников. Интересно.

— Источник надёжный? — спросил Крайт.

— АРП считает, что использует Хейла вслепую. На самом деле это мы вслепую используем их. Так что да, источник надёжный. Забавно, не правда ли? Спецслужбы играют друг против друга, а мы получаем информацию от обеих.

Крайт не ответил. Он не находил это забавным.

— Охотники представляют угрозу? — спросил д'Аржан.

— Мы подняли досье. Морроу — профессионал. Бывший оперативник ОКБ. Его команда — четыре человека, все с боевым опытом. Специализация — захват и ликвидация высокозащищённых целей. Показатель успешности — девяносто четыре процента. Если они уже получили заказ, они начнут действовать в ближайшие дни.

— Кто, по-вашему, первая цель?

Крайт задумался.

— Адмирал Вейл, — сказал он наконец. — Он самый уязвимый. Игрок, долги, слабая охрана. Если бы я планировать эту операцию, я бы начал с него.

— Я тоже так думаю, — д'Аржан поднялся, подошёл к окну. За стеклом три луны Элизиума отражались в спокойных водах океана. — Значит, мы должны действовать на упреждение.

— Сделать так, чтобы охотники исчезли?

— Нет. Это слишком просто. И слишком... скучно. Если они уже знают о нас, значит, ОКБ собрало на нас досье. Просто убить исполнителей — значит оставить заказчика нетронутым.

— Тогда что?

— Мы заманим их в ловушку, — сказал д'Аржан, поворачиваясь к Крайту. — Но так, чтобы все знали, что бывает с теми, кто пытается играть против нас.

Крайт смотрел на него без выражения.

— Это рискованно.

— Это весело, — возразил д'Аржан. — И это пошлёт сигнал. Не только ОКБ. Всем, кто думает, что может вмешиваться в наши дела.

Он вернулся к столу и активировал коммуникатор.

— Свяжитесь с Айзеком, — приказал он. — Скажите, что у меня есть для него работа.

Крайт кивнул и вышел.

Д'Аржан остался один. Он налил себе бокал вина, поднёс к свету, любуясь рубиновым оттенком, и улыбнулся.

— Как же это волнительно, — на его лице играли красные блики. — Партия началась. И я намереваюсь её выиграть.

Глава 8 Упреждающий удар

Экстренное совещание картеля началось в виртуальном пространстве.

Д'Аржан не любил виртуальные встречи. Он предпочитал живое общение — запах дорогого табака, блеск антикварного серебра, игру теней на лицах собеседников. Но время поджимало, и собирать всех на Элизиуме было некогда. Поэтому он согласился на компромисс: защищённый канал, пять голографических аватаров, каждый в своей локации.

Сам Лоренсо находился в кабинете «Гнезда». Перед ним на столе стоял бокал с рубиново-красным вином и лежала трубка, из которой поднималась тонкая струйка дыма. В углу комнаты, вне поля зрения голокамер, неподвижно стоял Крайт — начальник службы безопасности, готовый в любой момент предоставить необходимые данные.

Остальные участники подключались один за другим.

Первым появился аватар Гектора Страуда. Промышленник сидел в своём рабочем кабинете на фоне глухой бетонной стены — никаких украшений, только массивный металлический стол и терминал с производственными сводками.