Мрачная магия — 2. Месть старейшин

— Красивая штучка, — заметил Дал, останавливаясь у самого края провала. — Жаль, что нам придется её сломать.

— Мы не будем её ломать, идиот, мы должны её перегрузить, — Кассандра нервно поправила волосы, которые встали дыбом от статического электричества.

— Аля, сейчас! — скомандовал Риан, делая шаг вперед и протягивая руку к кристаллу.

Аля шагнула следом, чувствуя, как эльфийское наследие в её крови протестует против такого грубого обращения с энергией. Она положила ладонь на ледяную поверхность камня, и её тут же прошило током такой силы, что зубы клацнули. Но тут же она почувствовала другую силу — тяжелую, горячую и пахнущую серой. Риан накрыл её руку своей, вливая в процесс потоки своей темно-светлой, необузданной энергии, которая служила идеальным проводником и одновременно щитом.

— Держись, мелкая, — прошептал он ей на ухо, и это было почти ласково, если не считать того, что у него при этом из глаз едва не сыпались искры.

— Я держусь, просто не дай мне сгореть, — ответила она, закрывая глаза и концентрируя остатки сил.

Кристалл обиженно загудел, его пульсация участилась, становясь болезненной для восприятия. Свет внутри него из небесно-голубого превратился в грязно-фиолетовый, а затем внезапно погас, словно кто-то просто выдернул вилку из розетки мироздания. В ту же секунду иллюзорные стены вокруг них начали осыпаться крупными пикселями, открывая вид на залитую солнцем арену и тысячи зрителей, которые застыли в немом ожидании.

Тьма отступила, оставив после себя только запах гари.

— И МЫ ИМЕЕМ ПОБЕДИТЕЛЕЙ! — Громовой голос Билли Ягниса, усиленный всеми возможными артефактами, едва не снес их с ног.

Билли буквально парил над ареной на своей платформе, размахивая руками так активно, будто пытался взлететь самостоятельно. Его лицо на огромных магических экранах сияло таким восторгом, будто он лично изобрел магию и только что получил за это патент. Толпа на трибунах взорвалась таким ревом, что Аля невольно поморщилась — после тишины лабиринта этот шум казался физической атакой на барабанные перепонки.

— Это было невероятно! Это было феерично! «Поцелуй Сумерек» снова в деле! — вопил Ягнис, не обращая внимания на то, что «герои» едва стоят на ногах.

— Ненавижу этого парня, — процедил Дал, вытирая меч о штанину. — Когда-нибудь я засуну ему этот микрофон туда, где солнце не светит даже в самый ясный день.

— Зато баллы посмотри, — Кассандра указала на табло, где цифры напротив их команды стремительно росли, обгоняя всех конкурентов.

Аля, однако, смотрела не на табло, а на судейскую ложу, где восседали Старейшины во главе с Радиосом. Там не было ни радости, ни аплодисментов. Лица инквизиторов напоминали маски, высеченные из холодного гранита, а взгляд Радиоса, направленный прямо на неё, был полон такой ледяной ярости, что Аля почувствовала, как по спине пробежал холодок. Их победа не была для Совета поводом для гордости; она была для них проблемой, которую нужно было срочно решать.

— Посмотрите на этих кислых микоризов, — хмыкнул Тарк, появляясь рядом. — Кажется, мы только что испортили им обед.

— И не только обед, — добавил Риан, чей голос мгновенно утратил ту каплю теплоты, что была в лабиринте.

Он снова надел свою маску «Принца Света и Тьмы», холодную и непроницаемую, как доспех. Аля посмотрела на него и почувствовала, как между ними вновь вырастает невидимая стена, которую она так надеялась разрушить. Она помнила те вспышки его памяти, которые видела в зеркалах: его страх перед собственной силой, его одиночество среди интриг двора, его отчаяние. Но сейчас Риан стоял рядом с ней, чужой и закрытый, словно они не только что делили одно дыхание на двоих.

— Ты как? — тихо спросила она, когда они начали движение к выходу.

— Прекрасно. А ты надейся, что в следующий раз зеркала не покажут тебе лишнего, — бросил он, даже не взглянув в её сторону.

Эта реплика ударила больнее, чем магический разряд кристалла. Аля закусила губу, чувствуя, как в груди закипает обида пополам с тревогой. Она знала слишком много, и Риан явно не собирался её за это прощать, предпочитая прятаться за своим высокомерием. Напряжение в команде стало почти осязаемым, густым и липким, как болотная жижа, в которой им всем предстояло барахтаться дальше.

— Ладно, семейные разборки оставим на потом, — вмешался Дал, перехватывая их взгляды. — Нас уже ждут.

Охрана академии, затянутая в серые мундиры, уже выстроилась живым коридором, оттесняя восторженных фанатов. Слуги суетились вокруг их магического экипажа, грузя вещи с такой скоростью, будто за ними гналась стая голодных кроколей. Атмосфера праздника мгновенно сменилась деловитой суетой побега — Совет явно не хотел давать им время на отдых или общение с прессой.

— Куда теперь? — спросила Кассандра, запрыгивая в салон экипажа.

— В академию демонов, — ответил Адал, появляясь из ниоткуда с пачкой предписаний в руках. — И советую вам выспаться по дороге, потому что там отнюдь не дружелюбные демоны.

Экипаж тронулся с места, оставляя позади сверкающую арену и крики толпы. Аля прижалась лбом к холодному стеклу, глядя, как башни второй академии скрываются в тумане. Впереди была неизвестность, пахнущая прелой листвой и древней магией, которая не знала пощады к чужакам. Опасность турнира нарастала с каждым пройденным этапом, и Аля понимала, что их самая большая битва еще даже не началась.

***

Академия Демонов встретила их так, словно кто-то решил превратить ночной кошмар гота в архитектурный шедевр, но на полпути у него закончился бюджет и начались проблемы с запрещенными веществами. Воздух здесь не просто был тяжелым, он казался живым, пропитанным первобытной тьмой, которая липла к коже, как мокрая шерсть, и пахла озоном, серой и старой обидой на всё светлое. Стены зданий, сложенные из обсидиана, сочились магической гарью, а небо над головой напоминало плохо заживший синяк — такое же багрово-фиолетовое и пугающее. Аля сделала вдох и едва не закашлялась: кислород явно не входил в список приоритетов местных обитателей, уступая место концентрированному пафосу и мрачной энергетике. Повсюду сновали студенты в шипастых мантиях, чьи взгляды могли бы колоть дрова, если бы те не сгорали от одного только их присутствия.

Добро пожаловать в ад, версия два ноль.

Команда продвигалась вглубь территории, стараясь не наступать на подозрительно шевелящиеся тени под ногами. Тарк что-то невнятно бормотал себе под нос, лихорадочно перенастраивая свои магические линзы, которые в этом мареве начали выдавать картинку в стиле «белый шум на кладбище».

— Если я застряну здесь дольше, чем на сутки, мои линзы окончательно покроются копотью, — проворчал гном, вытирая окуляр грязным пальцем. — У них тут даже тени имеют острые края. Как они вообще здесь живут без приличного освещения и нормального эля?

— Они не живут, Тарк, они доминируют, а это занятие требует жертв в виде чистого воздуха и здравого смысла, — сухо бросила Кассандра, нервно поправляя волосы, которые в этом мареве начали странно искрить статическим электричеством. — Посмотри на их лица. Кажется, улыбка здесь карается немедленным изгнанием в мир розовых пони.

Путь к Яме Теней преградила группа местных «звезд» — пятеро демонов в мантиях, расшитых серебряными когтями. Возглавлял их высокий, как могильный памятник, парень с рогами, загнутыми назад с таким изяществом, будто он потратил на их укладку всё утро. Его кожа имела оттенок дорогого гранита, а в глазах плескалось столько высокомерия, что его хватило бы на небольшое островное государство. Он стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на прибывших так, словно они были назойливыми насекомыми, случайно залетевшими в его личный склеп. Остальные члены его команды ухмылялись, обнажая клыки, и лениво поигрывали темными сгустками магии между пальцами, демонстрируя полное пренебрежение к гостям из Ведьмограда.

Их лидер сделал шаг вперед, полностью игнорируя Риана, стоявшего впереди.

— Глядите-ка, к нам прислали сборную солянку из отбросов и… чего-то симпатичного, — его взгляд остановился на Але, медленно сканируя её с головы до ног.

— Полагаю, «симпатичное» — это я, но мой график на сегодня забит выживанием в вашей дыре, — парировала Аля, стараясь, чтобы голос не дрожал от накатывающей волны темной энергии. — Так что можешь оставить свои комплименты для зеркала, уверена, оно от них в восторге.

Демон по имени Краз — как Аля узнала из шепота пробегавших мимо студентов — растянул губы в подобии улыбки, которая больше напоминала оскал голодной акулы. Он проигнорировал её колкость, сделав еще один плавный, хищный шаг в её сторону, сокращая дистанцию до неприличия. Его сокомандники загоготали, перебрасываясь шуточками о том, что «светленьким» здесь самое место, особенно если они готовы признать превосходство истинной тьмы над всякими гибридными подделками. Атмосфера вокруг начала стремительно накаляться, и это не имело никакого отношения к температуре воздуха, которая и так была на уровне хорошей сауны.

— Слушай, куколка, зачем тебе этот хмурый принц с сомнительным прошлым? — пропел Краз, протягивая руку к её волосам. — В Академии Демонов любят таких, как ты. Мы могли бы научить тебя настоящей магии, а не этой жалкой имитации, которой вас кормят в Ведьмограде. Оставайся, я лично прослежу, чтобы твое обучение было… незабываемым.

Риан, до этого момента хранивший ледяное молчание, издал тихий, утробный звук, от которого у Али мурашки пробежали по спине.

— Убери руку, — произнес он голосом, в котором звенела сталь и крошился лед. — Или я сделаю так, что твои рога станут единственным, что от тебя останется.

Краз расхохотался, и этот звук подхватила вся его команда, наполняя коридор неприятным, дребезжащим эхом. Он демонстративно проигнорировал предупреждение, коснувшись пряди волос Али и слегка накрутив её на палец, при этом его глаза светились вызывающим багровым огнем. Сверху, на парящей платформе, внезапно материализовался Билли Ягнис, чей микрофон уже был включен на полную мощность, усиливая каждое слово для невидимой аудитории. Его глаза фанатично блестели, предвкушая зрелище, которое поднимет рейтинги турнира до небес, и он явно не собирался разнимать дуэлянтов, скорее наоборот.

— О-хо-хо! Вы только посмотрите на это напряжение! — возопил Билли, размахивая руками так активно, что едва не свалился с платформы. — Наш наследный принц против местного альфа-демона! Самый скандальный роман турнира на грани кровавой развязки! Дамы и господа, ставки принимаются немедленно! Разобьет ли Краз сердце принца или Риан превратит оппонента в кучку пепла прямо на входе?

— Риан, не надо, он того не стоит! — крикнула Аля, хватая его за локоть, но рука принца была твердой, как обсидиан.

Вместо привычной трансформации в демона, Риана начало окутывать нечто иное — холодное черное пламя, которое не излучало свет, а поглощало его, создавая вокруг него зону абсолютной тьмы. Его фигура начала искажаться, удлиняться, а за спиной с резким, хлопающим звуком раскрылись огромные крылья, состоящие не из перепонок, а из плотного обсидианового дыма. Это был облик Сумеречного Стража — легендарного защитника, о котором Аля читала только в запрещенных архивах, и который считался мифом на протяжении последних трехсот лет. Краз, чей пафос мгновенно испарился при виде этой метаморфозы, побледнел и попытался отступить, но пространство вокруг него внезапно застыло.

Он выглядел как человек, который только что осознал, что решил подразнить спящего вулкана зубочисткой.

— Теперь моя очередь проверять твою магию на прочность, — прорычал Риан, и его голос теперь звучал как шепот тысячи призраков, доносящийся из самой бездны.

Без лишних слов он взмахнул крылом, и волна светлого пламени буквально смела команду Краза, отбросив их к стенам с такой силой, что на камне пошли трещины. Местные чемпионы, которые еще минуту назад чувствовали себя королями мира, теперь барахтались в пыли, пытаясь отодрать от себя липкие тени, которые связывали их по рукам и ногам. Риан сделал шаг к повалившемуся Кразу, и каждый его след на полу оставлял выжженную дыру, из которой сочился темно-белый дым. Аля поняла, что если она сейчас ничего не предпримет, то первый раунд в Яме Теней закончится массовым убийством и их дисквалификацией.

— Риан, посмотри на меня! — взмолилась она, врываясь в его ментальное поле со всей силой своей эльфийской магии.

Внутри его разума бушевал шторм, в котором крики его демонической сути перемешивались с холодным расчетом Сумеречного Стража. Аля транслировала ему тепло их общих воспоминаний, ту тихую нежность, которую они делили в библиотеке, пытаясь создать якорь в этом море разрушительной ярости. Она чувствовала, как его гнев сопротивляется, как он хочет разорвать обидчика на части, но её голос в его голове продолжал звучать настойчиво и ласково. Постепенно черное пламя начало утихать, а крылья из дыма стали менее материальными, хотя Риан всё еще выглядел как воплощение первобытного ужаса.

Он замер, тяжело дыша, и его когтистые пальцы разжались в сантиметре от горла Краза, который уже прощался с жизнью.

— Убирайся, — выплюнул Риан, и его глаза на мгновение стали человеческими, прежде чем снова вспыхнуть багровым. — Если я еще раз увижу твою руку рядом с ней, Яма Теней станет твоим вечным домом. И поверь, тебе там не понравится.

Краз и его побитая команда не стали дожидаться повторного приглашения; они вскочили на ноги и растворились в тенях коридора с такой скоростью, которой позавидовали бы лучшие спринтеры мира. Билли Ягнис на своей платформе буквально захлебывался от восторга, выкрикивая в эфир эпитеты один краше другого, пока зрители на трибунах сверху заходились в экстазе. Для них это было лучшее шоу сезона — возвращение легендарного облика и унижение заносчивых местных чемпионов в одном флаконе. Аля чувствовала, как её собственные силы на исходе, но она продолжала удерживать ментальную связь, помогая Риану вернуться в реальность.

— Всё хорошо, я здесь, — прошептала она, подходя ближе и осторожно кладя ладонь на его пылающее плечо.

Риан медленно обернулся к ней, его облик постепенно возвращался к человеческому, но в глубине зрачков всё еще метались остатки черного огня. Он смотрел на неё так, словно видел впервые, и в этом взгляде было столько боли, страха и чего-то невысказанного, что у Али защемило сердце. Она понимала, что сегодня они перешли черту, которую Совет Старейшин им никогда не простит — они показали мощь, способную перевернуть весь их уютный мир. Но глядя в глаза Риана, она знала одно: пока они держатся друг за друга, никакая тьма Академии Демонов не сможет их сломить.

— Спасибо, — хрипло ответил он, накрывая её ладонь своей, и в этом жесте было больше смысла, чем во всех словах мира.

— Леди и джентльмены, существа и сущности! — взревел он, размахивая золотым микрофоном. — Приготовьте свои амулеты и нервы, потому что «Темные звезды» Ведьмограда входят в Яму Теней! Смогут ли они укротить первородный хаос или станут закуской для призрачных гончих? На кону — не только баллы марафона, но и ваши жизни, дорогие участники! Начинаем обратный отсчет!

— Он меня когда-нибудь доведет, — Дал хрустнул пальцами, и его глаза начали заливаться непроглядной чернотой.

— Спокойно, Дал, не трать энергию на комментатора, — Аля коснулась его плеча, чувствуя, как под кожей демона перекатывается мощная, необузданная сила. — Тебе она сейчас пригодится.

Как только команда спустилась на дно Ямы, звуки трибун приглушились, сменившись утробным рычанием, идущим из-под самой земли. Воздух внезапно застыл, и из стен кратера начали сочиться чернильные сгустки, которые на глазах превращались в призрачных хищников — многоглазых тварей, состоящих из чистой злобы и полупрозрачного тумана. Это была не просто атака, это был экзамен на выживание, где любая секундная слабость означала, что тебя просто вычеркнут из списков живых без права на пересдачу. Аля почувствовала, как её эльфийский свет внутри испуганно сжался, понимая, что здесь его сожрут первым, если она не предпримет что-то кардинальное.

Первая тварь метнулась к ней со скоростью молнии.

Дал отреагировал быстрее, чем Аля успела вскрикнуть. Он не просто атаковал — он взорвался, выпуская на волю свою истинную демоническую натуру, которую так долго сдерживал в стенах академии. Из его спины вырвались плети живых теней, похожие на огромные чернильные щупальца, которые с влажным хрустом перехватили хищника прямо в воздухе. Далемир стоял в центре этого хаоса, его фигура двоилась и расплывалась, превращаясь в нечто монументальное и пугающее, а стены из густой тьмы начали расти вокруг команды, отсекая их от внешнего мира.

— Назад! — рявкнул Дал, и его голос теперь звучал как скрежет камней в жерновах.

Тарк и Кассандра послушно вжались в центр круга, пока Дал методично разрывал призраков на части, превращая их в бесформенные ошметки тумана.

Риан не остался в стороне, и его трансформация была не менее эффектной, хотя и совершенно иной по своей природе. Его окутало сияние, которое было слишком ярким для демона, но слишком холодным для обычного мага — то самое «холодное пламя», которое он научился контролировать после их ментального слияния. Его мечи вспыхнули ледяным багровым огнем, и он бросился в самую гущу тварей, двигаясь с грацией хищника, который наконец-то нашел достойную добычу. Каждый взмах его клинка оставлял в воздухе выжженные полосы, от которых призраки рассыпались искрами, не успевая даже издать предсмертный визг.

Это было красиво и жутко одновременно.

Аля понимала, что её черед настал: пока парни устроили на арене филиал преисподней, ей нужно было стать тем самым клеем, который не даст этому всему взорваться. Она лихорадочно вытащила модифицированные Тарком артефакты, чувствуя, как под пальцами пульсирует магическая энергия, требующая выхода. Её задача была ювелирной — поддерживать стабильность отряда, перераспределяя силы между Далом и Рианом, и при этом не выдать свою истинную природу перед бдительными инквизиторами. Она закрыла глаза, концентрируясь на резонансе, который теперь связывал её с Рианом.

«Ты — мой фильтр», — прошептала она в мыслях.

Аля начала ткать заклинание, пропуская свой свет сквозь потоки пламени Риана, маскируя его под отблески его собственной демонической мощи. В глазах наблюдателей это выглядело так, будто принц просто черпает энергию из воздуха, усиливая свои атаки, но на самом деле это Аля выстраивала сложнейшие магические цепи, стабилизируя его всплески. Она виртуозно подменяла спектр своего излучения, заставляя светлую магию мимикрировать под темную, пока Дал и Риан демонстрировали абсолютное доминирование на арене. Местные демоны на трибунах начали затихать, и их ропот восхищения постепенно сменялся суеверным страхом перед такой сокрушительной синхронностью.

— Они работают как один механизм, — прошептал кто-то из судей, но Аля этого не слышала.

Она была полностью погружена в процесс, чувствуя, как её артефакты нагреваются, поглощая излишки энергии, которые могли бы выдать её с головой. Дал воздвиг вокруг них настоящий купол из теней, внутри которого Риан устроил огненный шторм, выжигающий саму суть призрачных хищников. Это был идеальный симбиоз — грубая сила чистого демона и отточенная, почти невозможная мощь гибрида, скрепленная невидимой волей светлого. Аля видела, как тени Дала впитывают в себя остатки «холодного пламени» Риана, создавая эффект абсолютного затмения, который подавлял волю противников еще до начала прямого столкновения.

— Еще немного, — выдохнул Риан, его голос прозвучал прямо у неё в голове.

— Я держу, — ответила она, чувствуя, как магия течет через неё, словно расплавленное серебро.

Последний призрачный хищник, огромный и многоголовый, попытался прорваться сквозь теневой заслон Дала, изрыгая сгустки эктоплазмы, которые разъедали даже камень. Но Риан, предугадав его движение, совершил невозможный прыжок, вонзая оба меча в грудь монстра и выпуская внутрь концентрированную волну энергии. Вспышка была такой силы, что зрители на мгновение ослепли, а по Яме Теней прокатилась ударная волна, сбившая с ног даже тех, кто стоял на самом краю кратера. Когда пыль улеглась, в центре Ямы стояла команда Ведьмограда — измотанная, покрытая копотью, но абсолютно невредимая среди обломков магических сущностей.

Тишина на трибунах стала почти осязаемой.

— Святой Хаос, они это сделали! — завопил Билли Ягнис, едва не свалившись со своей платформы от возбуждения. — Дамы и господа, вы видели это?! Это была не просто битва, это была аннигиляция! Команда Ведьмограда только что переписала правила выживания в Яме Теней! Делайте ваши ставки, господа, потому что эти ребята только что доказали, что они — самые опасные хищники в этом лесу!

Аля тяжело дышала, чувствуя, как магия медленно остывает в её жилах, оставляя после себя приятную пустоту.

— Неплохо для начала, — Тарк отряхнул рукав, стараясь не смотреть на догорающие останки призрака у своих ног.

— Это было… впечатляюще, — Кассандра наконец-то отпустила подол мантии, её пальцы всё еще дрожали.

Риан подошел к Але, его глаза всё еще мерцали багровым огнем, но взгляд был теплым и полным немого признания. Он не сказал ни слова, но она почувствовала, как их связь укрепилась еще сильнее, превратившись из вынужденного союза в нечто гораздо более глубокое и опасное. Они только что показали миру силу, которую Совет пытался уничтожить веками, и хотя это принесло им победу в раунде, Аля знала — настоящая охота на них только начинается. Инквизиторы на трибунах уже что-то лихорадочно записывали в свои журналы, и их взгляды не обещали героям ничего хорошего в будущем.

Риан медленно возвращался в человеческий облик, и этот процесс выглядел так же «приятно», как попытка запихнуть огромный рояль в почтовый ящик — скрежет, искры и много сомнительных звуков. Его кожа еще мерцала обсидиановым отливом, а в глазах вместо зрачков плескалось что-то, напоминающее черную дыру в миниатюре, жаждущую поглотить парочку зазевавшихся инквизиторов. Аля сделала осторожный шаг к нему, стараясь не наступать на ошметки теней, которые всё еще извивались на земле, как полудохлые магические гадюки, не желающие признавать поражение.

— Эй, ты как? Живой или мне начинать искать некроманта со скидкой для друзей? — хрипло спросила она, пытаясь разрядить обстановку своим фирменным скепсисом.

Риан только тяжело выдохнул, и из его рта вырвалось облачко серого дыма, которое тут же попыталось укусить пробегавшую мимо тень.

— Бывало и лучше, — ответил он, и его голос всё еще звучал так, будто он проглотил ведро щебня, настоянного на чистой злости. — Но, по крайней мере, я никого не съел. Кажется. Дал, проверь, все наши на месте?

Тарк, который до этого момента был занят исключительно спасением своих драгоценных линз от вездесущей копоти, вынырнул из-за плеча Кассандры, выглядя как гном, только что переживший падение в угольную шахту с последующим праздничным фейерверком. Его окуляры были покрыты слоем магической гари такой плотности, что сквозь них можно было безопасно смотреть на взрыв сверхновой, не опасаясь за зрение. Он лихорадочно тер линзы краем своей мантии, которая уже давно потеряла всякий намек на первоначальный цвет, превратившись в нечто среднее между «грязным асфальтом» и «трауром по здравомыслию».

— Мои линзы! — возопил он, игнорируя вопрос о личном благополучии. — Они безнадежно испорчены этим вашим демоническим выхлопом! Вы хоть представляете, сколько стоит полировка магического кристалла после контакта с Сумеречным Стражем? Это же бюджет небольшой эльфийской деревни на три года вперед!

— Успокойся, Тарк, мы скинемся тебе на новые окуляры, если выживем до конца тура, — бросила Кассандра, нервно отряхивая руки от невидимых искр.

В этот момент небо над Ямой Теней, и без того не отличающееся жизнерадостностью, буквально треснуло от визгливого, пронзительного звука, который мог принадлежать только одному существу в обеих империях. Билли Ягнис, этот неугомонный двигатель магического пиара и ходячая катастрофа на парящей платформе, спикировал вниз с такой скоростью, что его мантия едва не загорелась от трения о воздух. Он выглядел как человек, который только что выиграл в лотерею, нашел философский камень и узнал, что его заклятый враг объелся просроченным зельем — и всё это одновременно, за один завтрак.

Микрофон в его руке сиял, как маленькое солнце, транслируя его восторги на всю округу.