Сердце Духа

Я скептически хмыкнула:

– А местные как здесь моются?

– Местные… – парень скривился от боли, натягивая шлепки. – Местные как самих себя понимают лесных тварей. Знают, как не разозлить, как уйти с дороги, а где лучше на нее и не заходить.

Резко стало не по себе, и я быстро выскочила из воды, не обращая внимания на боль в бедре. На лице Йоши красовалась одна из самых ехидных улыбок, что я видела. Впрочем, а чего еще ожидать? Вряд ли он за ночь преисполнился альтруизмом и перестал злиться за вчерашнее. Помогать вот ринулся только с целью повнимательнее осмотреть округу. Проблема заключалась в том, что сейчас он был единственным доступным человеком, не желающим избавиться от меня. По его словам, опять же.

– Идем, – он глянул в сторону зарослей, за которыми ожидал наш тюремщик. – Не стоит заставлять гордого воина слишком долго ждать.

На пути назад местные вдруг решили проявить к нам больше внимания: кому-то достаточно было прямых наглых взглядов, а вопросы тех, кто успевал переброситься с нашим провожатым парой фраз, заставляли меня с силой вцепляться в Йоши, вызывая каждый раз его недовольное бурчание. Одна девушка, по-хозяйски осмотрев мои волосы, заявила, что хочет забрать их себе. А подошедший мужчина, такой же сухой и жилистый, как наш охранник, но имеющий куда больше разноцветных колец в ушах, заверил Йоши, что планирует сделать меня своей женщиной и так решить проблему моей надвигающейся смерти.

– Да ты нарасхват, – усмехнулся Йоши, когда за нами загрохотал засов.

– Ужасно, – застонала я, упав на тонкую циновку. Желание продолжать обмениваться колкостями осталось где-то за дверью. – Все это звучит не слишком радужно. Как будто из колец водного змея мы приплыли в пасть к тигру.

– Угроза замужества заставляет тебя мыслить здраво? Или это яд мун-гао так подействовал?

Я подняла взгляд на Йоши. Где-то в груди будто из огромного чана разлили отчаянную усталось от подобного отношения. Пожалуй, впервые за несколько лет кто-то вызывал во мне настолько безотчетное желание проверить, насколько сильный урон я смогу нанести.

– Знаешь, если ты отвратительный кретин, лишенный способности к любви и состраданию, я ни при чём. Я считаю, что все сделала верно, и поступила бы так снова!

– Я не настолько монстр, каким ты меня видишь, – спокойно ответил Йоши.

– Да?! Тогда ответь мне: ты был абсолютно уверен в том, что ребята бы выжили, не приплыви мы на помощь?!

Тишина после моего крика повисла в пространстве пылью и звоном.

– Нет, – наконец ответил он.

– Ты хуже жертвы дзенку.

Я отвернулась, делая вид, что небольшое окно под низкой глиняной крышей куда интереснее, чем реакция Йоши. Впрочем, он похоже, и не планировал никак реагировать: разлегшись на циновке рядом, он выбрал объектом пристального внимания дверь.

«Кто такие дзенку?»

По позвоночнику маленькими игольчатыми лапками заскользила тревога. Впервые я пропустила появление Нихила в голове. Могло ли это значить, что он набирает силу?

«Духи, которые нападают на тех, кто предает близких из-за трусости, а потом терзается чувством вины».

«И почему же он хуже?» – Нихил звучал умиротворенно, даже довольно, а моя тревога тем временем обратилась в пульсирующий холодом ледяной капкан, охватившие внутренности.

«Потому что его дзенку обошли бы стороной. Они питаются виной, а в нем ее нет ни капли».

Я не выдержала и потрогала прохладный металл обруча, хотя обещала себе не делать подобного при посторонних: отвод глаз на артефактах – штука весьма хрупкая. Однако Йоши, к моему счастью, все еще гипнотизировал дверь. А вот от Нихила подобное, конечно же, не укрылось.

«Поверь, если я вдруг обрету больше силы в твоем сознании, ты этот момент не пропустишь».

«Почему?»

«Ну это же твое сознание, – в голосе послышалась усмешка. – Кстати, где мы проснулись сегодня?»

«Вроде как в тюрьме радикально настроенного к чужакам племени».

Нихил удовлетворенно хмыкнул и затих.

«Не спросишь, как я тут оказалась?» – не выдержала я.

«Если честно, я уже смирился, что больше двух ночей ты нигде не проводишь. Без мужчин в постели и ладно. Хотя сейчас этот тип в опасной близости».

Я фыркнула. Не знаю, что позабавило меня больше: мысль о том, как некомфортно Нихилу было бы увидеть в моей постели голого мужчину, или то, что он всерьез опасается увидеть в этой роли Йоши.

Рассмотрев каждый сюн окна, я осознала, что тревога отступила. Да и злость на моего вынужденного соседа тлела едва заметным угольком. Оба – и Нихил, и Йоши – выбрали для себя тактику снежной рыси, что без единого звука по несколько часов может поджидать добычу в лесах Индаая.

Ничего не делать так долго оказалось невыносимо, и я, ловким движением перегнувшись через Йоши, подхватила свое странное книжное приобретение. Тот лишь вскинул брови, но ничего не сказал. Моя закладка из высохшего куска нож-травы никуда не делась, хотя второй читатель, судя по загнутой страничке, ушел куда дальше.

«А ты любишь делать одно и то же, ожидая разный результат, да?» – ирония в голосе Нихила едва проглядывалась.

«На самом деле, он всегда разный. Это ведь жизнь, а не какой-то отлаженный механизм».

«Странное убеждение. Какие-то вещи всегда будут приводить к одному и тому же».

«Например?»

«Например смерть».

Я не сдержалась и рассмеялась, тут же словив от Йоши заинтересованный взгляд.

«Ты сейчас серьезно? Ты вот тоже вроде бы как умер».

«Это другое», – буркнул Нихил, но пояснять дальше не стал.

Хоть мне и хотелось доказать некроманту, что результат может быть разным, однако через несколько страниц я вновь запуталась в пространных, порой напоминающих поток мыслей сумасшедшего строчках и с раздражением захлопнула книгу.

– Попробуй шестую главу: там его врач, похоже, угадал с лекарствами.

Я ошалело перевела взгляд на Йоши. Интересные способы у него обстановку разряжать.

Пролистав до указанной главы и обнаружив там действительно более ровный и читаемый текст, я с интересом вгляделась в строчки.

«Согласно результатам эксперимента, подробно изложенного в предыдущей главе, формирование устойчивой мировой ткани требует присутствия двух принципиально разных типов энергии. Именно этот фундаментальный момент был полностью упущен в теоретических расчётах Рейвлока, что, в свою очередь, ставит под сомнение корректность всей его модели множественных миров.

Первый тип энергии хорошо изучен и сравнительно стабилен: он действительно обнаруживается в виде локализованных сгустков, фиксируемых в зонах повышенной энергетической плотности. Его можно накапливать, перераспределять и, при определённых условиях, использовать для инициации мировых структур.

Однако второй тип энергии принципиально отличается по своей природе. Он не поддаётся локализации и не существует в виде изолированных резервуаров. Напротив – его структура изначально распределённая. Эта энергия уже присутствует в мирах, образуя сложную связующую систему, своего рода невидимый каркас, на котором держится сама возможность их сосуществования.

Анализ спектральных искажений показывает, что данный энергетический слой не принадлежит ни одному миру в отдельности. Он пролегает между ними, связывая их в единую систему и обеспечивая стабильность всей межмировой конфигурации. Любая попытка изъять или перераспределить эту энергию неизбежно приводит к дестабилизации всего каркаса.

Возникает закономерный вопрос: если подобное расширение действительно невозможно, то на чём именно держится новый мир, появление которого официально признано? И что именно было использовано в качестве замены второго энергетического контура – или же его отсутствие намеренно скрывается?»

– То есть он считает, что создание миров – это всемирный заговор? – От подобной мысли голова внезапно потяжелела, а к горлу подкатила легкая тошнота.

– Более того, – Йоши, казалось, веселило происходящее. По крайней, мере уголки его губ заметно подергивались, а взгляд стал не таким колючим. – Он думает, что это доказал: глянь главу с экспериментом.

Глубоко вздохнув, чтобы прогнать тошноту, я отлистала на несколько страниц назад и прочла название опыта: «Рождение и смерть мыльного пузыря, или фазово-энтропийный резонанс энергии на примере жизненного цикла мыльных пленок».

– Понятно. – Я захлопнула книгу. – Удивительно: как книгу о том, что миры нельзя создавать, потому что мыльные пузыри лопаются, вообще напечатали.

– Меня больше поражает, что существуют люди, которые ее покупают, – Йоши уже совершенно не скрывал своего веселья.

– Может, и хорошо, что нас не выпустят отсюда живыми, – усмехнулась я. – Ты не сможешь никому рассказать о моих специфичных вкусах.

– А ты уже смирилась с грядущим замужеством, как я погляжу.

– Нет…

«Мне бы тоже хотелось видеть больше твоих действий и мыслей, ведущих к побегу», – голос Нихила звучал отстраненно, как будто он лишь сделал вид, что вовлечен в происходящее со мной.

«Вот сам об этом и подумай», – мысленно рявкнула я и сосредоточилась на более живом собеседнике. Раз уж Йоши проявил способности к нормальному диалогу, этим стоило воспользоваться.

– Насколько все действительно плохо? Ты как-то не выглядишь напуганным скорой смертью.– Ну-у, все было бы проще, разводи Ан-жи ядовитых змей, ящериц, лягушек. Да кого угодно, а не гребаных мун-гао, – уголки его губ вновь дрогнули, но в этот раз в глазах плескалось раздражение. – В племени шесть вождей: двое на мирное время, двое управляют традициями и ритуалами, и двое должны решать конфликты. Из-за того, что по округе прыгают эти недокролики, племя включило военный режим, и решения принимает не мирный вождь, с которым у Ветви хорошие отношения, а другой, более поехавший. Думаю, до казни дело вряд ли дойдёт: племени совершенно ни к чему портить отношения с Ветвями. Но им, похоже, приспичило показать, что они тоже, вообще-то, хозяева островов. А мы станем наглядным пособием.

Йоши смотрел прямо на меня. Пришлось отвести взгляд. Ногти по привычке впились в ладони, заглушая вспышку паники. Подтекст слов парня читался отлично: я здесь наименее ценное пособие, и вопрос только в том, когда это поймут местные.

Требовалось прийти в себя, и я решила растормошить Нихила, который хоть и пребывал в сознании, молчал с самого начала разговора.

«Если я отсюда выберусь, то составлю наиподробнейший план дальнейших действий, и буду давать себе минимум день на обдумывание каждого решения», – мысленный диалог требовал концентрации, постепенно оттесняя паническое желание прямо сейчас пытаться сбежать любой ценой.

«Я запомнил, – подал, наконец, голос некромант. – Но не думаю, что Йоши даст им что-то с тобой сделать: он хоть и выглядит отбитым придурком, но ведет себя с тобой весьма недвусмысленно».

«У вас на Тарнуме желание испепелить во взгляде считалось флиртом?»

«Испепелять можно по-разному».

Решив не погружаться настолько глубоко в культуру Тарнума, я замолчала, окунувшись в попытки просчитать вариантыдальнейшего развития событий. Выходило отвратительно. Нихил погрузился в сон, оставив после себя отвратительную головную боль, к которой со временем добавилась ещё и тошнота от голода. К счастью, именно в этот момент наш тюремщик появился с подносом, полным маленьких мисок, и кувшином воды.

– Думал, ты предпочтешь голодать, – Йоши с нескрываемым интересом наблюдал, как я набросилась на кукурузный суп, очень напоминающий по вкусу варево Ан-Ёна. – Еда, приготовленная недругами, да еще и где-то в сотнях метров отсюда…, – с издевкой добавил он.

– Можешь не есть, если тебя это беспокоит.

– Никогда не беспокоило, – фыркнул он и поспешил присоединиться.

Кроме кукурузы во всех возможных ее формах нам принесли еще несколько кусочков белого мяса и какую-то сушеную траву, пробовать которую я не решилась.

– Они своих кур в болоте купают перед приготовлением? – Прожевав напоминающий резину кусок, я поморщилась: во рту остался привкус тины и застоялой воды.

– Нет, – хихикнул Йоши. – Просто эти курицы выглядят как змеи, шипят как змеи, ну и мясо у них соответствующее.

Я с трудом осилила еще один кусок змеиного мяса и решила прекратить на этом знакомство с местной кухней. Голодная смерть мне определенно уже не грозила.

– Так как все-таки вышло? Думал, на юге растят приличных девушек. Или ты из тех, кто меняет убеждение, выходя за границы Индаая? – Йоши тоже отложил тарелку и теперь с интересом ждал ответа.

– Я раздумываю, что из этого можно оставить в подношение местным духам, – разочаровала я его. – А еда – просто разумная необходимость. Мне определенно нужны будут силы.

Йоши усмехнулся:

– А я то гадал вчера, зачем Ан-жи оставляет на полу миски с печеньем.

– Считаешь, это глупо?

– Отчасти, – кивнул он. – Мы не можем отрицать тонкий план в других мирах как факт, иначе заклинатели бы попросту не могли тащить туда духов, но и слепо равнять все миры под один весьма самонадеянно. Хотя…в этом ведь весь Индаай.

– Индаай всего лишь научился разговаривать с нами… – Я отставила небольшую миску с сухими лепешками в угол, а остальное быстро собрала на поднос.

– Считаешь духов только удобным инструментом для разговора? – Йоши немного прищурился.

Он смотрел как-то подозрительно, и я готова была поклясться, что думает он совершенно не о духах.

– Отдай поднос охраннику за дверью, – внезапно заявил он.

– Зачем?

– Хочу кое-что проверить.

Я сложила руки на груди и вопросительно вскинула брови, показывая, что без более подробных объяснений никуда не сдвинусь.

Йоши раздражено вздохнул и закатил глаза. Наши едва потеплевшие отношения сковало осенней наледью, но злость Йоши все еще ни в какое сравнение не шла с той холодной яростью, которую иногда источал Во’он. Мысли быстро переключились на искателей, однако, к счастью, испытать очередной болезненный укол в районе ребер я не успела…

– Мне показалось, что охранник тоже имеет на тебя виды, – сподобился ответить мой собеседник. – Он как-то слишком раздраженно отреагировал на желание того типа иметь тебя в качестве жены, – пояснил он.

Я непроизвольно поморщилась. Интересно, устроил бы бабушку подобный зять? Колец в ушах у него много. Может, и не так уж он плох по местным меркам?

Решив больше не раздражать Йоши, я подхватила поднос и, подойдя к двери, стукнула в нее несколько раз. За доли секунды я осознала, что для хорошего эффекта кое-чего не хватает, и быстро откопала воспоминание с самым ледяным взглядом Джуна. Глаза моментально зажгло от соленых капель.

Дверь открылась всего на несколько сюнов, однако увидев меня, наш охранник распахнул ее пошире. Я закусила губу и подняла на мужчину самый несчастный взгляд, на который была способна, а затем, отдавая поднос, нежно сжала его пальцы. Он удивился, однако желания спасать или делать со мной что-то еще совершенно не читалось в его глазах. Скорее наоборот. Лицо его закаменело, а дверь захлопнулась, обдав меня потоком влажного воздуха.

– Тебе противопоказано думать лишний раз, да? – в глазах Йоши тоже не читалось неземной любви. – Кара, они любят сильных женщин! Ему понравилось именно то, что ты не впадала в истерику и не рыдала.

– Ну, знаешь! В следующий раз ты будешь его соблазнять, – прошипела я. – Если уж в твою голову не приходят светлые мысли полностью поделиться планом и всей информацией.

Злость вскипела внутри со скоростью воды в горах, но кричать на Йоши, кажется, не было никакого смысла. Я резким движением приземлилась на циновку и вновь уставилась в небольшое мутное окно, в котором не происходило ровным счетом ничего. В небольшом проеме был виден лишь небо и небольшой кусочек крыши соседнего дома.

Нихил, погрузившийся куда-то в дальние уголки сознания, вероятно, решил, что пока я рядом с Йоши, на мою злость реагировать бессмысленно и трудозатратно. Сам же объект злости достал откуда-то дайсы для гонги и методично выбрасывал на них порядок за порядком. Он выбросил шестой, а затем переключился на комбинации ключей, бросая каждый по несколько раз.

– Играешь? – в очередной раз поймав дайсы, Йоши обратил внимание, что окно проиграло ему в борьбе за мое внимание.

– Нет, – я качнула головой.

– Самое время освоить, – он придвинулся ближе и положил передо мной дайсы. – Не будешь же ты до конца дня изучать интерьер.

– Почему до конца дня?

Йоши прищурился.

– Ан-жи должен слинять из своих королевских апартаментов и посетить нашу скромную обитель, чтоб сообщить, как обстоят дела.

По лицу парня было невероятно сложно читать эмоции, но сейчас он казался совершенно серьезным.

– Хорошо, – я бросила дайсы на циновку. – Только предупреждаю: я отвратительная ученица.

𓆝 𓆟 𓆞

Весь смысл предупреждения Йоши прочувствовал уже через час, однако с упорством горного барана до самой темноты продолжал бороться с моим врожденным отсутствием предрасположенности к этой игре. Дайсы летели куда угодно, но только не по заданному направлению. На удивление, он не язвил и как будто совершенно не злился на меня, похоже, всерьез пытаясь найти подход к обучению.

– Ты все еще ловишь их как какие-то капли дождя, – устав объяснять, Йоши подставил свою ладонь под мою.

От неожиданной близости по позвоночнику пробежали мурашки, но вырывать руку я не стала.

– Расслабься. Я покажу, как это должно ощущаться.

Свободной рукой он подкинул дайс и, развернув мою ладонь по диагонали, навстречу кубику, сжал наши пальцы.

Я попыталась повторить подобное без него, осилив четвертый уровень, но в очередной раз лишь проследила глазами за улетающим дайсом.

– Итак, – усмехнулся мой незадачливый учитель, – играешь ты отвратительно, а обучаешься еще хуже. Соблазнять охранников тоже не умеешь. Кара, а что ты делаешь хорошо?

– Готовлю, – буркнула я. – А насчет соблазнения, ты сам не рассказал мне, на что ведутся местные охранники.

Йоши уже раскрыл рот для ответа, но вдруг замер и прислушался. Сумерки вошли в деревню уже как с полчаса, и шума с улицы стало заметно меньше. Крики, удары и прочие бытовые звуки сменились на тихий стрекот ночных цикад, лязгающее кваканье лягушек и странные стоны, издаваемые местными птицами.

Стараясь не шуметь, Йоши подошел к окну и, слегка подтянувшись, принялся разглядывать что-то в темноте.

– Хочешь реабилитироваться в роли соблазнительницы? – впился он в меня хитрым взглядом.

Я быстро кивнула.

– Тогда отвлеки охранника минут на пять, постарайся говорить громче и не давать ему заглядывать сюда.

В этот раз я не стала дожидаться благосклонности нашего охранника и, постучавшись, сама скользнула к нему на плохо освещенную веранду. Осенний вечер здесь был влажным, если не сказать липким, и кожа моего объекта соблазнения блестела под старой кристаллической лампой.

– Мы не с того начали, – я смотрела ему прямо в глаза, в которых сейчас читалось непонимание. Наречие местных ощутимо отличалось от того, на котором говорят под куполом, и предложения, вероятно, стоило формулировать проще.

– Я тебе нравлюсь?

Во взгляде промелькнуло осознание, он немного помолчал, а затем шагнул ближе.

– Да, – его рука оказалась в сюне от моего лица, и я резко отшатнулась.

– Трогать нельзя, – для верности я быстро замотала головой. – Мне нужна защита.

Он схватил меня за запястье.

– Ты просишь защиты, но защищать я буду только свою женщину.

– В моем мире делают наоборот.

Запястье сжало тисками. Своеобразный подход к ухаживаниям у них в племени. Или дело в том, что я здесь не особенно ценюсь? Впрочем, кажется, именно жесткость и ультиматумы работали на нашем охраннике лучше всего.

– Сначала защита, потом остальное, – прошипела я и дернула руку на себя. Освободиться не вышло, но хватка ослабла.

Плечи мужчины расслабились, а голова слегка склонилась на бок. Лоб пересекла пара складок, и я осознала, что запустила в его черепушке сложный мыслительный процесс. Наконец, вновь сфокусировав на мне взгляд, он ответил:

– Завтра на рассвете будет совет. На нем скажу, что хочу забрать тебя к себе в дом.

– Договорились, – наконец, я выдрала руку из его клешни и поспешила за дверь, надеясь, что Йоши все успел.

– Ну, как прошло ваше общение? – этот гений встретили меня наглой ухмылкой.

– Он предложил мне место в своем доме. Это можно считать успехом?

– Только если ты планируешь замуж.

Я фыркнула.

– Лучше скажи, как прошло твое уединение.

Особенно не надеясь на объяснения, я приземлилась на циновку, с облегчением заметив, что боль в бедре почти прошла.

– Ан-жи приходил. Сказал, их апартаменты в два раза больше, с удобными гамаками и запасом еды и воды.

– Если вы разговаривали только об этом, то я никогда больше не буду тебе помогать.

Уголки губ Йоши дернулись, а в глазах мелькнуло веселье, но оно как-то слишком быстро вновь вернулось к изначальному колючему равнодушию.

– Ан-жи удалось связаться с отцом, он уже на пути сюда. Их с Тни-жи точно не тронут, по крайней мере пока.

– А нас?

– Говорит, мирный вождь уходит от ответа, а военный вообще не хочет разговаривать на эту тему.

– Надо бежать?

– Все не так просто, – Йоши отвернулся, предпочтя созерцать дверь вместо меня. – Во-первых, сбежать отсюда куда сложнее, чем тебе кажется. Да, нас караулит всего один человек, нет заборов и замков, но это иллюзия. Шаг не в ту сторону – или ты либо снова заперт, либо мёртв. Возможно, этого они и ждут. Решения о побеге. Тогда наши смерти легко будет списать на случайность. А во-вторых, успешный побег осложнит отношения. Нам всегда удавалось договариваться.

– Может, у племени передел власти? – Своим предположением я выиграла битву за внимание Йоши. – Ну, знаешь, военный вождь воспользовался мун-гао как предлогом, и сейчас пытается тянуть покрывало на себя.

– Возможно, – он закусил губу. – В любом случае бежать сейчас куда рискованнее, чем ждать.

Глава 9

Утро началось с врывающихся в самые далекие уголки сознания криков местных птиц. Мы с Нихилом проснулись одновременно, а вот Йоши лишь заворчал во сне и перевернулся на другой бок.

«Их там что, заживо на суп потрошат?» – зевнув, я подошла к окну и привстала на цыпочки, осматривая скудный вид.

Наше временное жилище-тюрьма, похоже, находилось чуть в стороне от основной деревни, и, конечно же, от безопасного спуска к реке – единственного способа побега с острова. Окно выходило на какой-то склад и невероятно густую рощу. Тонкие деревья, больше похожие на какие-то искусственные палки, стояли настолько плотно, что казалось, даже протиснуться сквозь них – задача, выполнимая лишь для очень худой кошки. Солнце только коснулось верхушек деревьев, и рассмотреть, что происходит за ними, не представлялось возможным.

«Думаю, у них просто брачный период». – Нихил сегодня ощущался куда живее и эмоциональнее, чем вчера.

Я уже без особых усилий выстроила для него все воспоминания за прошедший вечер.

«Негусто, – подметил некромант. – У меня почему-то ощущение, что твои друзья беспокоятся о ситуации сильно меньше, чем должны. Не хочешь выяснить, в чем причина?»

«Я не полезу ни в чей сон», – прозвучало резче, чем хотелось. Кажется, даже у меня существовали какие-то пределы сил.

«Простой выход из тела требует куда меньше ресурсов»

«Совет!» – вспомнила я вчерашний разговор с нашим охранником.

Приземлившись на циновку, я закрыла глаза и уже через несколько минут стояла посреди деревни, осознавая, что для того, чтоб попасть на совет, надо понимать, где он проходит. Я успела уже проклясть Нихила за бесполезную идею, но буквально в дзе от себя заметила нашего охранника. Он стоял на лестнице одной из хижин, как будто не решаясь зайти. Затем, сжав кулаки и тряхнув головой, распахнул дверь и шагнул внутрь, а я поспешила за ним.

Внутри и правда происходило нечто похожее на совет. Именно такую картину я представляла, когда услышала вчера от нашего охранника: «Совет племени». Кажется, здесь было человек двадцать. У двери столпилось пять или шесть парней, к ним примкнул и наш охранник, вдоль стен на циновках расположились старшие члены племени, они больше напоминали сильно иссушенные фрукты. Каждый имел по несколько татуировок, и, помимо других украшений, непременно палку с целый сюн, торчащую в перегородке носа. Во внутреннем круге сидели шестеро. Трое мужчин и три женщины. Их знаками власти, судя по всему, были толстые кольца в уголках губ, делающие лица похожими на морды огромных озерных жаб. Я уселась позади, отчаянно надеясь уловить хотя бы крупицы важной информации перед тем, как окончательно провалюсь в сон. Разговор шел спокойно, без криков и только среди этих шестерых, но это не слишком упрощало мне задачу. Собственный диалект и полное отсутствие контекста позволяли вычленять лишь отдельные слова.