Реггилиум. Книга 1. Том 3

Извилистые, но довольно широкие улицы, кое-где неплохо освещаемые факельными столбами, переплетались меж собой, уводя куда-то вглубь города. Здесь вполне можно было заблудиться, но только не тёмному мэтру. Провокатор запоминал каждый шаг, каждый перекрёсток и проулок, уже точно зная план отступления в случае чего.

Встретившиеся на пути представители нелюди – а среди них были два внушительных размеров тролля, которые волочили за собой огромные мешки, громыхающие на всю округу, неприятный на вид огр с громадным пузом и ручищами почти до самых колен и несколько низкорослых кобольдов – сначала уступали дорогу патрулю скааргов, прижимаясь к обочинам, но, завидев в их кольце людей, сразу издавали грозный вой, рёв или улюлюкание, тем самым давая понять, что таких гостей здесь не жалуют. Каждый из них предпочёл бы увидеть четвёрку в тёмных рясах в тарелке со своей похлёбкой, нежели живыми и невредимыми посреди родного города. И лишь резкие выкрики предводителя скааргов заставляли нелюдь успокоиться и продолжить путь восвояси.

Меж тем из-за широкой спины скаарга в красных доспехах, что по-прежнему шёл впереди, Провокатор заметил, как постройки начали редеть, а улица стала намного шире. И вот, наконец, перед его взором появилась центральная площадь, на которой и располагалась резиденция правителя Островов Вечного Молчания.

Ничего удивительного в этом месте, как и во всём остальном городе, не было. Единственным отличием служили более-менее прилично выложенная камнем мостовая перед резиденцией, да несколько гружённых добром телег на огромных колёсах размером с человеческий рост. Видимо, телеги эти перемещали с места на место тролли или огры, потому что признаков наличия здесь лошадей или же тяглового скота нигде не прослеживалось.

Само здание резиденции представляло из себя грубо обтёсанную каменную постройку, квадратную в плане, около дюжины метров высотой, с небольшими ассиметрично разбросанными окошками и неким подобием купола, выглядевшего довольно нелепо и напоминавшего формой луковицу. Здесь – прямо перед зданием скаарг в красных доспехах и остановился.

– Пришли, – произнёс он, обернувшись к остальным.

– Превосходно, – кивнул ему Провокатор.

– Делаем так: внутрь зайдёшь только ты, – скаарг ткнул мага пальцем в грудь, от чего тот слегка пошатнулся. – Остальные твои соратники останутся здесь под присмотром моей гвардии.

– Нет. Так не пойдёт. Я хочу, чтобы мои люди шли со мной.

– Твои люди останутся здесь, – бросил скаарг с пренебрежением. – Ступать в резиденцию конунга своими грязными ногами им запрещено. Скажи спасибо, что такая великая честь даруется тебе.

Провокатор промолчал, отчётливо слыша за спиной презрительное шипение Хладны.

– Идём, – велел скаарг.

– Как я могу быть уверен, что с моей свитой всё будет в порядке? Может, сюда набегут ваши горожане и попытаются устроить им расправу. Не уверен, что твоя доблестная гвардия бросится их защищать. А, судя по тем троллям, что мы уже повстречали, нас тут совсем не жалуют.

– Так оно и есть, и, кажется, я уже неоднократно об этом говорил.

– Я предлагаю или вернее прошу, чтобы мою свиту поместили под крышу в какое-нибудь более безопасное место, пока я буду беседовать с конунгом. Очень не хотелось бы устраивать на этой прекрасной площади кровавую баню в случае агрессии со стороны ваших горожан.

– Это угроза, человек? – оскалился скаарг.

– Отнюдь. Я же уже сказал, что это просьба.

Скаарг недовольно осмотрелся по сторонам.

– Хорошо. Отведите их в бараки, – бросил он своим, – но не дальше порога. И следите за ними как следует.

– Мэтр! – вскричала Хладна, схватив Провокатора за руку. – Мы должны идти с вами! Я им не доверяю. Я не могу оставить вас наедине с этими…

– Тссс! – прижал палец к её губам Провокатор и тихо, шёпотом, так, чтобы его услышала только Хладна, произнёс: – Всё под контролем. Всё идёт по плану. Они мне ничего не сделают. И вам тоже. Главное без глупостей, Хладна, хорошо?

– Я всё поняла, – шепнула она ему в ответ.

– Хватит шептаться! – проревел один из скааргов-гвардейцев, хватая мощной рукой Хладну за запястье. – А ну пойдём!

Хладна покорно пошла за ним, не проронив ни слова.

– Убери руки! Я сам пойду! – взвизгнул писклявый тьмапоклонник. – Я могу идти сам, ещё раз повторяю.

Провокатор проводил своих спутников взглядом. Перед входом в резиденцию остались лишь скаарг в красных доспехах и ещё два гвардейца, что стояли позади мэтра.

«Что ж, приманка уже в мышеловке. Надеюсь, Хладна не подведёт меня своей импульсивностью».

– Вы не нужны более, – сказал главный скаарг своим гвардейцам. – Идите в бараки, присоединяйтесь к остальным.

Скаарги, покорно кивнув, последовали прочь.

– Идём, – велел главный, отпирая дверь в резиденцию.

Они оказались внутри просторного тускло освещённого коридора с высоким потолком. Здесь всё было простенько: какие-то подстилки на полу, отдалённо напоминающие ковры, грубо обтёсанные неровные и абсолютно голые стены, словно в подземелье. Лишь кое-где на них красовались мерно потрескивающие факелы. Одна кривая деревянная лестница с высокими ступенями располагалась слева от входа. Чуть дальше с обеих сторон вырисовывались очертания дверей. Всё это напоминало больше застенки тюрьмы, нежели королевские хоромы.

– За мной, – произнёс скаарг. – Нам наверх.

– Как прикажете.

«Неужели здесь совсем нет охраны? Или они все спят? Любопытно, любопытно».

Миновав два этажа, скаарг указал рукой на небольшую по меркам его роста дверь. Войдя в неё, они очутились в довольно узком коридорчике, который уводил куда-то вглубь здания. Пройдя по нему мимо возникавших то справа, то слева ответвлений и проходов, тёмный мэтр и скаарг в красных доспехах, наконец, достигли цели.

«Хитро, хитро. Водишь меня кругами по своим лабиринтам. Думал запутать меня, вот только я уже догадался, что попасть сюда мы могли намного раньше. Посмотрим, что от тебя ещё ожидать, уважаемый».

– К чему весь этот цирк, Конунг скааргов? – неожиданно спросил Провокатор, но его спутник не подал ни малейших признаков удивления.

– Решил, наконец, показать насколько ты умён, что раскусил тупого и неотёсанного скаарга, притворившегося рядовым гвардейцем? – надменно бросил он, отперев последнюю дверь на их пути.

– Я этого не говорил, – парировал Провокатор. – И догадался я не сразу. Да и ты притворялся далеко не рядовым гвардейцем, если уж на то пошло. Всё прояснилось, когда ты решил остаться со мной с глазу на глаз. Довольно смелый поступок, учитывая, что тебе прекрасно известна моя репутация.

– Не вижу оснований бояться тебя. Тем более, что ты пришёл с миром. Кажется, так ты выразился на пристани?

– Так как величать тебя, о Конунг? – иронично спросил тёмный мэтр.

– Шагарак, – ответил скаарг. – Милости прошу.

Провокатор зашёл внутрь первым, Шагарак следом. Они очутились в маленькой комнатёнке, совершенно не похожей на королевские покои. От стены до стены напротив двери стояла деревянная кровать, и кроме неё в комнате ничего больше не было. Сквозь небольшое окошко на неё падал узкий луч лунного света. Рядом на стене был закреплен факел, тускло освещавший остальную часть комнаты.

– Да, к такому интерьеру вы, люди, вряд ли привычны, – произнёс Шагарак. – Здесь, в Ард-гра-Балаке, ты не встретишь золотых хором ни у кого. Мы, скаарги, в отличие от вас не нуждаемся во внешних атрибутах власти. Нам эта показуха чужда. Богатство развращает, а настоящему правителю не нужны излишества. Он должен познавать бытие, находясь в постоянных лишениях. Так меня учили предки, и потому наш народ всё ещё существует на этой земле.

– Довольно интересный взгляд на мир. Заслуживает уважения. Я могу присесть?

– Присядь, коли устал, – Шагарак небрежно махнул рукой в сторону кровати.

– Ты прав, подобный интерьер очень располагает к размышлениям, – сказал Провокатор, осмотревшись. – Наверное, много интересного ты здесь надумал, конунг Шагарак?

– Давай перейдём к сути твоего визита. Я не намерен долго слушать твои рассуждения и исповедоваться перед тобой тоже не собираюсь.

– Как будет угодно, но прежде хотел задать тебе два вопроса, если позволишь.

– Попробуй.

– Где ты так хорошо научился нашему языку?

– Это знание передаётся у нас в роду из поколения в поколение. Я, если ты хочешь знать, прямой потомок древнего королевского рода. Некогда моим предкам принадлежали земли южного Кримзохха и почти весь Истрген. Я ненавижу ваш язык, но должен знать его, чтобы общаться с храмовниками. В этом нет ничего удивительного. Многие рядовые скаарги хоть немного, но говорят по-вашему. А вот откуда ты знаешь скааргский?

– Я знаю множество языков. Часто бываю то тут, то там. Такова моя работа, – ответил Провокатор. – И мой второй вопрос: как ты, конунг, оказался на пристани? Неужели патрулируешь город вместе с рядовыми? Никогда в это не поверю.

– А вы думали попасть на наши Острова незамеченными? Считаете, что скаарги не способны защитить свою землю? Очень зря. Это храмовники непонятно для чего там плавают – всё равно никого засечь не могут. А мои патрули – маленькие и неприметные в ночи – засекли вас ещё до того, как вы достигли акватории островов. Дальше в дело вступили мои шаманы. Так что я давно знал о том, сколько человек на борту вашего корабля, и, конечно, готовился к встрече.

– Мои поздравления. В одном мы сходимся с тобой, Шагарак, – мы оба умнее храмовников.

– Ты задал свои два вопроса, – недовольно буркнул скаарг. – Переходи уже к делу.

Провокатор тяжело вздохнул, словно разочарованный нелюбовью Шагарака к обычной светской беседе.

– Намечается война между людьми и храмовниками. Интересует эта тема?

– Продолжай.

– Храмы теряют контроль над людьми. Им верят всё меньше и меньше. Несмотря на все обещания, жизнь лучше не становится. Грядут смутные времена. Разбои и нападения нечисти участились во всех регионах Эйнхрона, и Храмы с их инспекторами уже неспособны противостоять всему этому. Огромный снежный ком катится, набирая ход, и скоро похоронит под собой Новых Богов.

– Причём тут снег? Какой ещё ком?

– Не бери в голову. Это была метафора, – махнул рукой Провокатор. – Так вот, простой люд бунтует, и всё это неминуемо перерастёт в великую войну. Всеобщий хаос и смятение. Представляешь себе такую картину?

– Люди! Люди! Люди! Храмы! – прорычал Шагарак. – Это всё, что я услышал от тебя. Плевал я на людей и на их войны, ясно? Причём здесь я и мой народ?

– Неужели ты не понимаешь, Шагарак? – таинственно улыбнулся тёмный мэтр. – Это ваш шанс.

– Наш шанс? – повторил за ним конунг скааргов. – Наш шанс стать пушечным мясом, дабы при штурме Храмов погибло меньше людишек? Это ты имел в виду?

– Я предлагаю вам воспользоваться всеобщей смутой, чтобы вернуть по праву принадлежащие вам земли, с которых так унизительно прогнали твоих, Шагарак, предков.

– Не смей говорить о моих предках! – взревел конунг скааргов в порыве гнева и попытался замахнуться на Провокатора, но рука его зависла в воздухе – тёмный мэтр вновь применил свою магию.

– Вот этого не нужно, – совершенно спокойно сказал он, и взбешённый Шагарак отошёл к окну, пытаясь совладать с собой.

– И что дальше? – прошипел скаарг сквозь зубы.

– Просто нужно вступить в войну и наконец-то насладиться кровью людей. Вот и всё. Разве я в чём-то не прав? Мне кажется, что вы просто обязаны отомстить за прошлые обиды. Так ли мы отличаемся друг от друга? Руки, ноги, голова. Почему одна раса решила, что она превосходит остальные? По какому праву они сослали вас гнить на проклятых островах? Разве не вы были хозяевами Эйнхрона после исчезновения пяти первых рас? Мне это не совсем понятно.

– Люди же были созданы по подобию божьему, а мы лишь неудавшийся эксперимент. Так говорили моим предкам. Но при Первых Богах скааргов боялись. А Новые Боги дали отмашку на наше уничтожение и помогали нас добивать. Вот как всё было, и ты сам это наверняка знаешь, тёмный маг.

– Безусловно, я это знаю. Но сейчас нет смысла так далеко копаться в истории, тем более, что её пишут победители. И сейчас тот самый момент, когда победителями можем стать мы с тобой.

– Какой тебе интерес в том, чтобы скаарги вступили в войну? Почему ты, человек, идёшь против своих?

– Я не иду против своих, ибо все мои давно состоят в нашем Ордене. Судьба остальных людей меня не волнует. Мне, как тьмапоклоннику, важно, чтобы Храмы и Боги канули в лету, и воцарилось новое правительство Тёмного Властелина. То есть меня. Я хочу захватить власть над миром и ищу как можно больше союзников. В случае победы я в качестве награды дарую вам земли ваших предков и особый статус при дворе. Таков мой замысел, и теперь ты его знаешь.

– А откуда мне знать, что ты не обманешь? Откуда мне знать, что твой новый строй не будет ещё хуже существующего?

– Мудрый вопрос, конунг, – ухмыльнулся Провокатор. – Действительно подтвердить я этого не смогу. Политика довольно тонкое искусство. Угодить всем не всегда является возможным. Я могу лишь дать тебе своё Слово, что не обману.

– Слово Провокатора ничего не стоит. Впрочем, как и любого другого человека.

– Что ж, очень жаль, – тёмный мэтр картинно понурил голову, – но я всё же советую тебе подумать ещё раз. До скончания времён прозябать в этой дыре под вечным присмотром ненавистных храмовников или, взявшись за оружие, осуществить великое мщение и стать победителями. Что выберешь ты, Шагарак? Чего ты пожелаешь своему народу: вечного рабства или всё-таки свободы?

Шагарак отвернулся к окну. Сквозь пелену тумана пробивались первые солнечные лучи.

– Речи твои полны пафоса, – произнёс он тихо, – но очень заманчивы. Ещё никогда на острова не ступала нога человека с подобным предложением. Ты ничем не можешь доказать свои слова, и мне остаётся только поверить им и повести свой народ в логово противника. Абсурд! Но… – Шагарак повернулся и медленно подошёл к Провокатору. – Но я давно уже собирал силы для удара. Я давно готов к войне с людьми и Храмами, и в этом нет твоей заслуги, тёмный маг.

– Тогда проблем нет вовсе, – ответил Провокатор, встав напротив скаарга и глядя тому прямо в глаза снизу вверх. – Мы преследуем общие интересы, верно?

– Да, но в мои планы не входит быть под властью кого бы то ни было. И уж тем более под властью тёмного подонка, предавшего свою расу ради собственной выгоды.

– Я сделаю вид, что не слышал твоего оскорбления, и мы продолжим.

– Ты можешь делать вид, какой тебе угодно. Но когда мы одолеем Храмы и всех людей, я буду тем, кто собственноручно вонзит в твою спину острый меч. И никакая тёмная магия тебе не поможет.

– Вообще я полагал, что ваше исконное оружие – это молоты, но, если хочешь, можешь и меч в меня вонзить. Я правильно понимаю, что ты только что дал согласие вступить в войну, но с небольшой оговорочкой?

– А ты точно маг или, может быть, шут? – проскрипел Шагарак.

– Нам юмор строить и жить помогает. Знаешь такую пословицу? Впрочем, неважно. Так ты ответишь мне: мы вместе или нет?

– Вместе.

– Прекрасно, – довольный собой потёр руки Провокатор.

– Неужели ты так уверен в своей неуязвимости?

– Не в этом дело. Сейчас главное – устранить храмовников и Богов. А на следующем этапе мы уж как-нибудь с тобой разберёмся.

– Ладно. Каков твой план?

– Для начала я должен переговорить с представителями троллей, огров и кобольдов, – ответил Провокатор. – И очень рассчитываю на твою поддержку.

– Насчёт этого не волнуйся. Я сам с ними поговорю.

– Правда?

– Да, – заверил Шагарак. – Мнение конунга скааргов для них имеет особое значение, уж поверь мне. Они последуют за мной куда угодно.

– Отлично. Люблю тяжёлую артиллерию. Тогда, у меня есть кое-что для тебя, – Провокатор засунул руку в карман и достал оттуда глиняную табличку – такую же, что дал Пурмедду. – Держи.

Шагарак взял табличку в руки и принялся пристально её рассматривать.

– Что это?

– Средство связи. Всегда держи её при себе. Как только она засветится – значит, момент настал. А пока готовь армию и будь начеку. Я обязательно свяжусь с тобой.

– Чудно, – оскалился Шагарак, изобразив некое подобие улыбки. – А как я смогу найти тебя, если ты мне понадобишься?

– Я сам тебя найду. Не беспокойся об этом.

– И что нам делать с храмовниками?

– В смысле?

– С теми, что патрулируют море. Целый флот мимо них не пройдёт. А хотелось бы достигнуть большой земли без лишних проблем.

– Тьмапоклонники возьмут патрули на себя. Мы нейтрализуем их ещё до того, как вы выйдете в море.

– И когда всё это начнётся?

– Точно пока не скажу. Но скоро. Мне нужно будет посетить ещё пару мест, спровоцировать войну, а как только фитилёк загорится – большого пожара не миновать. Тут-то в дело вступите вы, друзья мои скаарги.

– Не смей больше так говорить, – пригрозил ему Шагарак, ударив себя кулаком по красной кирасе.

– Извиняюсь, – исправился Провокатор. – Какие мы друзья. Так, просто союзники до поры до времени. Что ж, полагаю, мы обсудили всё, что я хотел. Теперь я забираю своих людей и немедленно отправляюсь восвояси.

Шагарак молча открыл перед Провокатором дверь.

– Благодарю, – сказал тот, выйдя в коридор.

– В Валихамии есть мои бойцы, – вдруг обмолвился Шагарак, указав тёмному мэтру дорогу к лестнице.

– Очень интересно, – изумился Провокатор.

– Несколько десятков скааргов, – продолжил Шагарак. – Мы уже давно занимаемся тем, что потихоньку переправляем своих воинов на большую землю. Готовим, так сказать, почву для начала войны. Так вот, можно будет воспользоваться ими.

– С какой целью? – спросил Провокатор, спускаясь вниз по лестнице.

– Когда вы будете разбираться с патрулём, я хочу, чтобы мои воины пошли вместе с твоими людьми. Я хочу быть уверен в том, что храмовники будут убиты, и моё войско не ждёт на пути какой-нибудь сюрприз.

– А где гарантия, что твои скаарги не учудят чего лишнего?

– А где гарантия, что на большой земле нас не будет ждать засада? Я всё ещё не знаю, на что ты в действительности способен, Провокатор.

– Ха-ха-ха, – громко рассмеялся маг. – Думаю, мы договорились.

– Я свяжусь со своими воинами, и они будут ожидать вас в заброшенной гавани к югу от столицы Валихамии. Знаешь, где это?

– Конечно, знаю. Не такая уж она и заброшенная нынче. Я сам ею воспользовался, отправляясь к вам.

– К тому моменту, как вы доберётесь туда, посторонних там не будет на много километров в округе. Это я тебе обещаю.

– Как тебе будет угодно. Мы же союзники.

– Ага, союзники.

Провокатор с трудом приоткрыл тяжёлую дверь и вышел на улицу. Здесь, несмотря на предрассветный час, всё ещё было тихо и пустынно.

– Где мои люди? – осмотревшись, спросил мэтр.

– Сейчас их приведут, – ответил Шагарак.

Через несколько минут Хладна и остальные спутники Провокатора появились на горизонте. Сопровождало их по-прежнему не менее десятка вооружённых молотами гвардейцев.

– Вы в порядке? – спросил Провокатор.

– Да, всё хорошо, – ответила Хладна за всех.

– Сопроводите их до корабля. И чтобы остались целы и невредимы, – велел Шагарак своим гвардейцам по-скааргски. – Эти люди изъявили желание помочь нам в противостоянии с храмовниками. Они нам ещё пригодятся.

– Благодарю за понимание, конунг, – вежливо поклонился Провокатор напоследок. – Всего доброго.

– Ступай уже, – буркнул Шагарак и, хлопнув дверью, вернулся в свою резиденцию.

– За мной, – велел Провокатор и быстрым шагом двинулся прочь той самой дорогой, которой они пришли сюда. Скаарги покорно последовали за ним, выполняя указание своего конунга, хотя на их грубых лицах явно читалось некое недоумение вкупе с недовольством.

– Ну как? – полушёпотом спросил тьмапоклонник, который до того всё время молчал. – Успешно?

– Успешно, Валберус, – ответил Провокатор, накинув капюшон на голову.

– А поподробнее? – загорелась интересом Хладна.

– Не при них. Вернёмся на корабль, и я всё расскажу. Вы уже побывали у них в заложниках. Не хотелось бы спровоцировать их снова. Теперь уже по-настоящему.

– Вы как всегда правы, мэтр, – тотчас воскликнула Хладна. – Как всегда.

– Идёмте, – кивнул ей Провокатор.

Через полчаса галера тьмапоклонников благополучно покинула пристань Острова скааргов и взяла курс обратно на Валихамию.

Глава 2

Шестой Демон

Демонические сущности угрожали Эйнхрону не единожды. Губительные нашествия адептов Тьмы случались в разных уголках мира в разные эпохи. Кого-то удавалось уничтожить сразу, а кто-то на долгие годы погружал во мрак и кровавое безумие захваченные регионы. Многие тёмные маги были близки к тому, чтобы стать настоящими демонами, но за всю историю удалось это лишь пятерым.

Магические потоки – неуловимые для простого смертного волновые колебания, пронизывающие всё сущее. Чтобы чувствовать их, а впоследствии и управлять ими, нужен особый дар. Эта способность и отличает мага от простолюдина. Потоки имеют различные частоты колебаний: от низких, доступных практически каждому магу, до сверхвысоких, подвластных лишь единицам. Чем выше частота колебаний, тем большим уроном обладают заклятия, на них основанные. В рамках природного диапазона чувствительности маги и развивают свои навыки, выбирая для себя в итоге то направление, в котором больше всего преуспевают. Успех мага в той или иной области, как правило, определяется его врождёнными способностями. Впрочем, история знает достаточно примеров, когда упорство и постоянный труд над собой делали великими не самых талантливых от рождения личностей.

Магия крови, некромантия, переселение душ – дисциплины высшего ранга, базирующиеся на тёмных потоках, основа для тех, кто решил познать магию Тьмы, – всегда стояли особняком. Тёмные потоки имели диапазон иного порядка, практически не перекликаясь ни с одной из известных частот магических колебаний. Лишь немногие маги могли ощутить их незримое присутствие, но зная, к чему это может привести, не отваживались ступать на проклятую тропу. Те же, кто отважился, навсегда становились служителями Тьмы.

Тьма, в свою очередь, вознаграждала лишь самых преданных. Для тех, кто добровольно прошёл сквозь неведанные муки и страдания, было уготовано вознаграждение – великая трансформация, после которой обычный тёмный маг становился демоном. Силы демонов в разы превосходили силы лучших колдунов, что позволяло им создавать армии чудовищных существ, призванных из небытия с единой целью – уничтожить всё живое.

Хозяин чертей, Швея, Сэр Абрахам, Колесо и Парящий. Все, кто хоть немного знаком с демонологией, знают эти имена наизусть. Пять демонов Эйнхрона, пять отвратительных сущностей, сгубивших тысячи невинных душ во славу Тьмы. По сравнению с ними Орден Тьмапоклонников, да и другие более древние ордена были не более чем детской страшилкой на ночь. Первые трое сгинули ещё до пришествия Новых Богов, четвёртого убил Илларион Иергарх, а пятый долгое время находился в заточении в катакомбах Храма викентийцев.

Парящий – демон, состоящий из разрозненных фрагментов плоти, которые буквально витали в воздухе, не имея общей структуры, – был основоположником армии призраков. Каким-то неведомым образом сумев использовать древнюю утерянную коллекцию душ, собранных ещё Сэром Абрахамом, он материализовал их в послушных беспощадных убийц, после чего был пойман и на долгие годы заточён в темнице Валькерием Викентом.

Все опыты над демоном оказались безрезультатны. Познать его сущность викентийцам не удалось. Парящий был уничтожен, а его верные духи по неизвестной храмовникам причине не погибли вслед за создателем, а растворились на просторах Эйнхрона. Это был тревожный знак. Тогда Викент впервые понял, что Тьма набрала силу, и её атака в будущем неизбежна.

Армия Парящего снова дала о себе знать лишь в 3692-м году. Призраки, объединившиеся с кланами северных кровососов, получили в народе название «Коалиция Теней». А возглавил её некто Аккиэль – беглый викентийский маг, прозвавший себя Шестым Демоном…

***

К северу от Кримзохха расположилось государство Кентнерб. На востоке оно граничит с Яханг Горном – оплотом легендарных монастырей, где взращивают великих воинов, о подвигах которых сложено немало преданий; на западе с Геманном – богатой страной, родиной лучших поэтов, художников и ремесленников; а на севере с Сайберхорфом – княжеством суровых северян – исследователей ледяных просторов.

Так уж сложилось исторически, что сам по себе, Кентнерб не являлся прародиной великих героев, не видывал на своей земле глобальных войн и революций и, в целом, представлял из себя довольно спокойное для жизни обывателей место. Лишь на закате эпохи Первых Богов ужасный Абрахам – ставший демоном зажиточный землевладелец из знатного рода – подвергал народ Кентнерба пыткам и страданиям. Но после того, как он был убит великим Овсипертисом, в стране снова воцарились мир и гармония. Правители Кентнерба всегда держались в стороне от политических дрязг более именитых соседей и предпочитали поддерживать мирное и размеренное существование своих граждан. Налоги храмовникам платили исправно, волнения, если таковые имели место быть, улаживали без кровопролитий и неприятностей Храму не доставляли. Сам Илларион Иергарх неоднократно говорил, что Кентнерб – образец для подражания и эталон смирения.