Ода к Огню, что Его сжигает

— Нет, ты не подельница, ты моя сестра. И именно по этой причине, я рассказал тебе об этом. Я доверяю тебе как никому другому. Разве могли у меня быть секреты от тебя?

Лина стояла неподвижно, смотря брату в глаза. Она была безмерно счастлива, что он рассказал ей о своём секрете, но при этом так сильно боялась, что эта привычка негативно скажется на его здоровье.

В один момент она поняла, что не дышит. Девочка повернула голову в противоположную от сигареты сторону.

— Убери от меня это. — после этих слов парень разразился хохотом и отпустил сестру.

Джерри повернулся к реке и опёрся сложенными руками к перилам моста Мируг. Лина посмотрела на спину старшего и повторила его положение.

— Так ты расскажешь причину, по которой начал?

— Стресс, дорогая моя, я лишь пытаюсь снять стресс. Все по-разному с ним справляются. Мне проще вот так, — он немного помедлил, покрутил сигарету пальцами, а после затушил. — Извини, что подвожу тебя. Теперь не такой уж и хороший пример тебе подаю. Смотри не наберись подобного, а то отец с нас обоих скальп снимет.

— Не говори так. Даже если я когда-то и закурю, это будет явно не из-за тебя, братец, — теперь настал черёд Лины смеяться.

Джерри посмотрел на сестру. В глазах читалось недовольство, от чего девушка моментально стушевалась.

— Лина, я серьёзно. Не смей прикасаться к этой дряни. Не вздумай даже мыслить и мечтать об этом.

— Да ладно тебе, я же пошутила.

— До тех пор, пока я жив, буду следить за тобой очень пристально. Пообещай мне, что не станешь брать с меня пример и не начнёшь курить. Никогда.

«До тех пор, пока я жив»

Девочка ненавидела эту фразу всей душой. Джерри перенял привычку отца говорить подобные вещи. После этих слов на неё всегда накатывало такое чувство, будто они собрались коллективно с моста прыгать.

Но Лина не хотела подвести брата. Она знала, что если сейчас даст это обещание, то обязательно его сдержит и нет в мире ничего такого, что могло бы заставить её его нарушить.

— Обещаю. Никогда.

︶꒷꒦︶ ๋࣭ ︶꒷꒦︶ ๋࣭ ︶꒷꒦︶ ๋࣭

Видно, всё же есть.

Детектив сделала последнюю затяжку и затушила сигарету. Она опустила голову и взъерошила кудрявые волосы руками. Никаких мыслей. В голове только давящая пустота.

Крэйг вернулся к коллегам. Все, кто видел произошедшее, разбежались по своим местам, чтобы не получить по шее от разъярённого начальника. Перрс молча достал мобильный, что-то напечатал и убрал телефон обратно в карман. Мужчина поднял голову и прошёлся взглядом по каждому сотруднику.

— Ну. Так и будем молчать?

Все молчали. Никто не знал, что это было и кто это сделал.

— Я вас спрашиваю, черти! Кто посмел достать фотографию из моего ящика?

Тишина.

Крэйг подошёл к своему рабочему столу и открыл ящик, закрытый до этого на ключ. Всё в порядке. Замок не был вскрыт. А фотография лежит на месте. Начальник ОТП насторожился, стрельнул взглядом на стол подчинённой. Снимок был на том же месте, на каком и остался.

— Кто сегодня пришёл первым?

— Я, — отозвался претар Чеми, — но если вы хотите спросить, то всё было в порядке. Ничего подозрительного.

— Значит так. Сейчас Чеми отправляется к охране проверять камеры, остальные берутся за проверку отпечатков и поиск жучков. Есть вероятность, что у нас были незваные гости.

— Так точно! — проговорили все хором и направились по поручениям.

Глава 6

Сколько прошло времени? Час? День? Или минут пятнадцать? Лина словно вышла из комы. Она даже не знала, что происходило вокруг всё то время, что она тут сидела, потому что мозг просто отключился.

Так или иначе, нужно возвращаться к работе. Нельзя сидеть тут вечно, соплями я себе точно не помогу.

Детектив подняла с бетонной ступеньки окурок и выкинула его в урну неподалёку. Девушка отряхнулась, поправила волосы, проверила, не начала ли осыпаться тушь и направилась ко входу в здание. Но в тот момент, когда она уже схватилась за ручку железной массивной двери, подъехала машина и вышедшие из неё люди почти синхронно окликнули её. Лина узнала бы эти два голоса из миллионов других. Отец и Верон Китмэн. Она обернулась. Двое близких ей мужчин стояли неподалёку и выглядели очень взволнованными.

Понимая, что выбора особо нет, а развернуться и уйти внутрь было бы ужасно грубо, девушка выдохнула и направилась в их сторону.

С каждым новым шагом Лина чувствовала себя всё хуже и хуже. А мимолётно взглянув на отца вспомнила утреннюю ссору и от этого девушке окончательно поплохело. Она опустила глаза, потому что испытывала ужасный стыд за своё поведение, но оказавшись лицом к лицу с ним, смолчать просто не смогла.

— Крэйг написал?

Каждый раз, когда у Лины происходили срывы из-за брата, Перрс сообщал об этом Виктору и тот приезжал в отдел, чтобы забрать дочь. Детектив никогда не стыдилась своего отца, но эти приезды действительно выводили её из себя.

— Мне что, пять лет? Мы в детском саду? Почему ты приезжаешь по каждому зову этого старика? — это был не упрёк, не попытка вновь поругаться, она просто не хотела, чтобы отец переживал за неё. — Я уже говорила, что сама могу справиться со своими проблемами. Ты ещё и Верона с собой притащил

Поведение подруги очень удивило Китмэна, поскольку он знал, как общается между собой семья Аварус. Парень то и дело поглядывал сначала на Лину, затем на Виктора. Оба были опечалены и обижены, но помимо этого, в обоих проглядывалась сильная тревога друг за друга.

«Между ними что-то произошло» — мысль посетила неожиданно, но Верон сразу понял, что попал в точку.

— Извини, дорогая, я понимаю, что тебе неловко, но и ты пойми, я беспокоюсь за тебя. С твоего дня рождения прошло не так много времени, ты наверняка ещё не пришла в себя. Знаешь же, я не желаю тебе зла.

Каждое слово словно лезвие вонзалось в сердце Лины, заставляя его утопать в крови. Как же отвратительно девушка себя чувствовала. Она повела себя действительно ужасно и понимала это. Нельзя было кричать на него, нельзя было развивать ту тему. Она поклялась оберегать отца от переживаний, но в итоге надавила на самое больное.

Просто проклятие, а не дочь.

— Нет, ты чего. Я не это имела ввиду! — девушка подняла глаза и затараторила, добавив быстрые размашистые движения руками, как бы показывая, что он не прав, — это ты извини меня, я не должна была так разговаривать с тобой. И нет, я никогда не стыдилась тебя! Просто — она запнулась. Лина не откровенничала с отцом ещё ни разу после смерти Джерри, поэтому никак не могла подобрать правильные слова, — В общем, меня просто злит, что Крэйг сообщает тебе обо всём, заставляя волноваться за меня. Я не хочу, чтобы ты переживал. Тебе нельзя ведь. Вдруг опять с сердцем что-то случится Я очень сильно не хочу вновь видеть тебя на больничной койке. Со мной правда всё в порядке, я просто не ожидала увидеть криминалистическую фотографию с Джерри, вот и понеслось, но я в порядке, честно! Я буду учиться справляться и мириться с его с — язык всё никак не поворачивался произнести это слово, поэтому она откашлялась — Всё будет хорошо. Прошу, верь мне.

Теперь оба молчали. Они переваривали всё сказанное, как Лина вновь вспыхнула.

— И за утро прости! Боже, я вообще с ума сошла, я не имела права так себя вести, папочка, не обижайся на меня, на дуру, я идиотка, я не хотела, правда. Поверь — девушка не поняла почему, но она начала плакать.

— Ну всё, прекрати так про себя говорить. — Виктор обнял дочь с самым спокойным видом, но как только его лицо вышло за пределы её зрения, слёзы полились по щекам старика сами собой.

Это был их первый искренний диалог за последние пять лет. Они оба вымотались и были слишком измучены одинокими страданиями по Джерри. Как Лине, так и Виктору нужна была поддержка, но девушка предпочла закрыться от отца, оправдывая себя тем, что так будет лучше, что так они смогут быстрее пережить утрату, а он молча принял это её желание, хотя хотел обратного. Виктор скрывал свою боль с помощью больших доз успокоительных, а Лина прятала своё состояние за работой в отделе, полностью посвящая себя поимке Вегаса Морса и совершению мести.

Они отстранились друг от друга и каждый постарался как можно незаметнее и быстрее смахнуть слёзы. Лина повернула голову вправо, чтобы о чём-то спросить друга, и только сейчас обратила внимание на то, что Верон стоял чуть поодаль. Он отошёл от родственников, чтобы дать им возможность всё обговорить и просто ждал, облокотившись на капот своего джипа и глядя в противоположную от отдела сторону.

— Верончик, а ты зачем тут оказался? — она слегка прикрикнула, чтобы друг точно услышал.

— А как бы мы без этой малышки тебя до дома довели? — он оттолкнулся от капота и пару раз похлопал по нему, после чего двинулся в сторону подруги. — На самом деле, я просто заезжал, чтобы передать вкуснейший чизкейк от мамы. Поехали пробовать.

Он встал прямо напротив неё и, достав из кармана маленький белый платочек, который когда-то подарила ему Лина, аккуратно вытер с глаз подруги тушь, подтёкшую от слёз.

— Никуда я не поеду. Я остаюсь здесь. — твёрдо произнесла девушка.

Мужчины сильно удивились её желанию, переглянулись и тяжело выдохнули, осознавая, что упрямство этой девчонки им не пересилить и можно даже не стараться.

— Первый раз так говоришь. Точно уверена, что смысла пытаться заставлять тебя сесть в машину нет, ангел?

— Так точно, мистер Китмэн. Ну, я ушла, работа не ждёт. Извините, что прокатались зря.

После этих слов Лина быстрым шагом направилась в отдел, не давая возможности задержать её. Она распахнула тяжёлую железную дверь и юркнула за неё, прячась теперь за стенами отдела.

— Как думаешь, это хороший знак или не очень? — Виктор всё ещё не понимал, как трактовать действия и поведение дочери, отчего пытался найти ответ у того, кто знал девушку лучше.

— Задаюсь тем же вопросом. — первый раз Верон не знал, что и думать, поэтому находился в таком же замешательстве, как и его собеседник.

Нет, она не была уверена в том, что ей не нужно садиться в машину. Сейчас она просто мечтала об этом: приехать домой, завернуться в одеяло, выпить горячего чая с лимоном, больно обжигающего язык и разговаривать с лучшим другом о своей тяжёлой участи.

Она неуравновешенная, её психика крайне нестабильна — это не секрет. Ей нельзя было оказываться в полиции, особенно нельзя было позволять ей работать над делом пятьсот сорок шесть. Но вместе с этим она прекрасно понимала, что жизнь продолжается. Мир не крутится вокруг неё, и никто не будет прыгать перед ней до конца жизни. Джерри не вернуть и вместо того, чтобы постоянно плакать, нужно заботиться о себе и об отце.

Это была умнейшая из её мыслей, но так уж вышло, что она слишком упряма, чтобы принять голоса из своей же головы и прислушаться к советам своего же внутреннего голоса. Да, она оставила машину Верона позади не потому, что действительно хотела преодолеть свои проблемы и морально вырасти, а потому что была идиоткой. Она всё ещё жила ради мести. Только грёзы о том, как она поймает ублюдка и услышит в зале суда, как ему зачитывают приговор, обеспечивающий пожизненное заключение в колонии строгого режима в самой охраняемой тюрьме, окружённой океаном со всех сторон, подпитывала какой-никакой стимул к жизни. Да, сейчас она вновь обманула отца, сославшись на хорошее самочувствие и уверенность в своих действиях, но она не пожалеет об этом.

Забежав в здание, Лина чуть не сбила Мина, который корячился на четвереньках с детектором жучков в руках, пытаясь обнаружить маячки.

— Под ноги научись смотреть! — язвительный тон прорезал барабанные перепонки девушки.

— А нечего на проходе в ролевые играть. Ты у нас кто: хаски или чихуахуа? Погавкай. Гав-гав. — для полной удовлетворённости можно было бы пнуть его за высказывания об отце, но Лина подавила это желание, решив, что чуть позже придумает что-нибудь получше. — Что делать мне, шеф? — неожиданно бодрый голос девушки отозвался недоумением на лицах присутствующих, отчего все начали переглядываться то друг на друга, то на начальника, что округлил глаза, в упор глядя на подчинённую, то на младшую сотрудницу.

— Ты уверена, что всё нормально? Я не подпущу тебя к этой теме и на пушечный выстрел, если существует хотя бы малая вероятность того, что ты мне тут в обморок свалишься.

— Я в порядке. Камеры или отпечатки? Что мне делать?

Крэйг не отрывал взгляда от Лины, поставил руки на пояс, ещё с минуту оценивал внешнее состояние Аварус и ответил:

— Помоги Чеми с камерами.

— Есть, шеф! — девушка улыбнулась начальнику одними уголками губ, показывая искреннюю благодарность.

Она вмиг скрылась из виду, оставив коллег разбираться с другой частью работы.

— Чеми, это я.

Лина постучала в железную дверь и вошла в комнату. Это было небольшое тёмное помещение без окон. В противоположной от входа стороне вдоль стены был расположен длинный стол с двумя офисными креслами на колёсиках. Над столом висели мониторы, в каждом из которых проигрывалась съёмка из разных частей огромного здания. На одном экране умещалось девять камер. Лина насчитала всего двенадцать таких мониторов. В здании также двенадцать этажей, а значит, один монитор приходится на один этаж.

Не мало ли девять камер на этаж?

Помимо Чеми в комнате находился оператор системы видеонаблюдения. Неприметный мужчина лет сорока восьми очень сильно держался, чтобы не уснуть в присутствии полицейского. Но стоило Лине войти, как он дёрнулся. Появление второго сотрудника полиции привело его в ещё большее уныние.

Претар обернулся и, слегка приподняв брови в удивлении, кивнул, без слов приглашая войти.

— Что-то нашёл уже? — Аварус подошла поближе, поставила одну руку на стол, перенеся основной вес на неё, а вторую положила на спинку кресла, на котором сидел Чеми.

Парень попытался встать, чтобы усадить коллегу на своё место, но Лина остановила его, возвращая его внимание на камеры.

— Пока нет. — парень явно был смущён, хотя и не понятно из-за чего.

Они продолжили молча смотреть в экран одного из мониторов. Претар перемотал запись назад, к тому моменту, когда Крэйг, Лина и Мин покинули отдел, оставив туалетного дядюшку ночевать в отделе.

— Разве девять камер на этаж не маловато? — вопрос был адресован оператору, который не сразу понял, что разговаривают с ним.

— На каждый этаж приходится по шестнадцать камер.

Лина, глядя на мужчину, прищурилась, отчего тот нервно сглотнул, обвела глазами потолок и пол и вопросительно уставилась сначала на монитор, затем на оператора. Наконец он понял, что девушка имела ввиду и поспешил ответить, запинаясь через каждый слог.

— На мониторе показываются только девять ключевых камер. При желании можно включить обзор других или вывести на соседние экраны абсолютно все камеры с этажа.

— Покажете как? — Чеми наконец подал голос, поняв, что упустил этот момент.

Мужчина быстро нажал пару кнопок и обзор сотрудников увеличился в почти два раза. Поискав глазами нужную камеру, что захватывает область прохода в отдел и рабочие места Перрса и Аварус Чеми увеличил её и отмотал назад. Вот сотрудники зашли в здание поздней ночью и посадили извращенца из клуба на небольшой допрос. Чеми слегка перемотал вперёд. Сотрудники покидают отдел и запирают дверь на ключ, предварительно включив сигнализацию.

— Отсюда внимательнее.

Коллеги просмотрели фрагмент записи с момента ухода Крэйга в пять утра и вплоть до прихода Чеми в семь. Два часа жизни в пустую. Они ничего не нашли. Никто не приходил, не уходил и уж тем более не оставлял чёртову фотографию на рабочем столе Аварус.

За то время, что претар и детектив провели прикованными к экрану, будто зомби, оператор успел принести себе чаю с бутербродами, перекусить и даже уснуть прямо за столом, уложив свою голову на скрещенные перед собой руки.

Переглянувшись друг с другом после окончания просмотра, Лина и Чеми тяжело вздохнули и, не говоря ни слова, девушка нажала на кнопку перемотки и оба вернулись к повторному просмотру.

Прошло ещё сорок минут. Время шло мучительно долго. Чеми, поставив локоть на подлокотник своего кресла и подставив под голову кулак, долго сопротивлялся своему организму, требующему сна, и внимательно вглядывался в бездвижную картинку, но в один момент тяжёлые веки всё же закрылись. А Лина тем временем, стараясь устроиться поудобнее на столько, на сколько позволяло затёкшее от почти трёхчасового стояния тело, легла на стол всей верхней частью корпуса, подняла левую ногу к правому колену, оказавшись в позе цапли, положила голову на руку, лежащую на столе. Это не было удобнее, но она слишком устала, чтобы что-то менять, поэтому Лина просто смирилась со своим неудобным положением.

Кажется, и безвыходность ситуации она приняла, потому что уже не разглядывала каждый пиксель записи. Это было бесполезно, она прекрасно это понимала. Сейчас они просто теряли время. Слишком драгоценное. Взгляд детектива теперь был сосредоточен на цифрах в левом верхнем углу экрана. Секунды сменялись быстро, минуты — реже.

Это была словно пытка вплоть до момента, пока время не съехало вправо буквально на миллиметр. Но этого миллиметра хватило, чтобы скука улетучилась. Лина подняла голову, нахмурилась и отмотала на несколько секунд назад. Пересмотрела. Убедилась, что это не обман зрения и попыталась сравнить время на часах, что висели недалеко от камеры, за секунду до и через секунду после съехавшего времени. Камеры писали в сером цвете и в не самом хорошем качестве, отчего точное время на часах нельзя было сказать даже несмотря на то, что они были расположены совсем недалеко. Однако пластиковые чёрные стрелки всё равно немного выделялись на записи, что позволяло рассмотреть хотя бы их смещение по кругу.

И уже через секунду девушка вскочила и громко затарабанила ладонями по столу, из-за чего Чеми и оператор подскочили, сильно испугавшись.

— Вот оно! Нашла! — детектив воскликнула так, что присутствующие зажмурились от такого шума. — Чеми, зови шефа! Срочно!

Претар, не задав ни вопроса, послушно вышел на поиски начальника. Спросонья он всё ещё не до конца ориентировался в пространстве, разок перепутав проход с дверным косяком, нехило приложившись лбом об угол стены.

— Крэйг, там тебя, ой, вас, оператор в детективную, ой, детектив в операторскую зовёт.

— Что-то нашли?

Чеми потупился, глядя в глаза Перрсу, после чего потёр рукой место удара, которое всё ещё кошмарно болело.

— Не знаю, она просто закричала и избила стол, просила срочно позвать тебя, ой, вас.

Крэйг дошёл быстро, даже очень, учитывая, что до операторской нужно было подняться на второй этаж и уйти в самый конец здания.

— Я тебя слушаю.

— Смотрите сами. — Лина усадила шефа на стул, на котором ранее спал Чеми, и включила запись длиною в секунд десять.

Когда мужчина, ничего не поняв, вопросительно, с лёгкой долей негодования в глазах, уставился на подчинённую, та закатила глаза, плавно развернувшись к экрану, перемотала назад и снова включила.

— Вот! Заметили? — она резко тыкнула пальцем в экран.

— Да что я должен увидеть здесь?! Говори прямо! — злость нарастала и нарастала. Перрс очень не любил загадки.

— Да твою налево. Вот. Смотрите на время в углу. — она вновь вернула запись назад. — Увидели? Время съехало вправо. Сначала. Теперь смотрите на настенные часы. Внимательно. Опа! Стрелки в разных местах. Согласитесь, что минуты не меняются подобным образом.

— Так Подмена? — мужчина потер подбородок рукой.

— Скорее склейка. Наложение, я бы даже сказала.

— А так можно на таком устройстве? — они переглянулись и одновременно посмотрели на оператора.

—А почему нет? Давайте покажу, я в этом почти что профи.

Наступила тишина. Кажется, он и сам не понял, что сказал.

— Да нет, не в том смысле. Я ничего такого тут не мудрил. Я к тому, что делал такое, когда подрабатывал пару лет назад монтажёром. Честно-честно.

— Показывай уже, не мудрил он. — с каждой секундой Крэйг становился всё напряжённее и даже не скрывал этого.

Оператор, на вид почти дедушка, очень быстро что-то понажимал, перенёс с одной стороны на другую и воссоздал нечто похожее на видео, которое раз за разом пересматривали коллеги.

Показав Крэйгу и Лине результат своей работы, оператор важно выпрямил спину, ожидая похвалы. И зря.

— Ну, теперь я хочу послушать вашу версию о том, откуда тут взялась склейка. Вы вообще в курсе, что происходит?

— А я не знаю. Я пришёл только утром. Ночью была смена Клива. Могу набрать ему. Надо?

— Бегом.

Долгое время ожидания, после долгие беседы с оператором по имени Клив, что был чуть ли не вдвое старше того, что вызвал его, не дали абсолютно никакого результата. Дедушка-охранник ничего подозрительного не видел и не слышал. Под запись протокола мужчина рассказал, как делал обход по первым двум этажам один раз в промежутке от пяти до семи утра.

— И что, ни сигнализации, ни звука открытия двери, ни сквозняка? — отряд «тяжких» в почти полном составе устало и, с некой долей раздражения, следил за каждым действием мужчины, оказавшимся абсолютно бесполезным.

— Ничего.

— Правда? А что насчёт того, что на запись одной из камер мельком попал кадр с вашим сладким сном? — подала голос Лина, уверенно и с явным раздражением вышедшая из-за угла, положила перед ним ранее распечатанный снимок, где, пусть и не чётко, но видно спящего на диване в углу коридора третьего этажа дедушку. — Или мне это привиделось?

Бросив мимолётный взгляд на Аварус, Крэйг вспыхнул. Ярость не читалась в его лице, она пылала во всём его теле. Казалось, ещё немного и огромные языки пламени заполонят всё здание, и все присутствующие просто сгорят заживо. Оператор явно не ожидал, что его поймают на таком действии.

Если бы в городе было спокойно, не существовало никакой преступности и не было никакого взлома в отделе особо тяжких преступлений — такое нарушение действительно все бы пропустили мимо глаз, но в такой критический момент мужчина совершил ужаснейшее преступление. Ни от кого нельзя было скрыть намерений Перрса доложить о произошедшем в отдел кадров для принятия соответствующих мер, под которыми подразумевалось незамедлительное увольнение оператора системы видеонаблюдения Клива Роттса.

— У меня семья, — начал было мужчина — дети, товарищ Перрс, мне надо их кормить

Лине на секунду стало жаль мужчину. Она только что сама подставила его под столь суровое наказание, но криминалистическая фотография тела старшего брата буквально врезалась в глаза девушки, сразу вытесняя всю жалость из головы.

— А у меня кошмарное преступление, товарищ Роттс, мне надо всеобщую безопасность сохранять. Свободен.

Дедушка ушёл. Все присутствующие проводили мужчину взглядами. Его уволят и ни для кого это не секрет. Крэйг не терпит подобного и способа уговорить его сжалиться не существует.

Всё. Это был тупик. Отдел это понимал. Неужели им придётся смириться с этим? Они не нашли абсолютно ничего. Ни жучков, ни каких-то неизвестных отпечатков. Записи с камер ничего не дали, кроме полученных знаний в склеивании разных видео меж собой. Старик проспал всё, что только можно было.

Новое дело — новый висяк.

День, казалось, длился уже целую вечность, хотя с обеденного подъёма девушки прошло всего шесть часов. Из них последние часа полтора она посвятила разбору своего рабочего места, которое забросила из-за найденной фотографии, в итоге заставившей понервничать весь отдел. Теперь работа шла куда продуктивнее, чем днём. У девушки появилось время обдумать всё, что произошло за день и расставить каждое событие по полочкам: утреннюю ссору с отцом было принято решение выбросить из головы, ибо всё разрешилось, ведь семья Аварус смогла наконец обсудить хотя бы одну из проблем, преследующих их на протяжении последних пяти лет; неожиданно найденная фотографии с телом старшего брата отправилась на самую высокую полочку в голове, чтобы помнить, но не видеть; подстава с оператором системы видеонаблюдения встала в самый центр, как напоминание о существовании безответственных людей и о том, кто подтолкнул Перрса на окончательное решение на обсуждение об увольнении старого человека; результаты баллистической экспертизы встали неподалёку от предыдущего события, потому что к этому ещё есть вопросы и важно о нём не забыть; встреча с подозрительным парнем из клуба, что даёт Лине сомнительную почву считать его за ублюдка и который твердит об обратном также, как и наличие данных о нём в базе.