Ода к Огню, что Его сжигает

Прошло около десяти секунд, прежде чем детектив поняла, что парень всё ещё прижимает её к себе. Девушка поспешила выбраться из цепкой хватки сильных мужских рук и, развернувшись спиной к незнакомцу, подошла к телу стрелка на ватных ногах, затёкших от долгого сидения, и проверила пульс. Мужчина был мёртв. Точно по центру лба. Вот это меткость.

Чёрт. Вот это я, конечно, «удачно» заглянула. Теперь ещё и получать «затрещины» от шефа. Больше вопросов получила, чем ответов.

— Вы в порядке? — низкий, грубый мужской голос с умеренной хрипотцой прошёлся мурашками по телу девушки.

—В полном. А вы у нас... — детектив, не поднимаясь, посмотрела на незнакомца с подозрением, прищурив глаза, — Ваша рука!

Лина вскочила на ноги и подлетела к парню, чуть не споткнувшись о бывшего стрелка и крепко схватила его за руку. С левого плеча струилась кровь. Видимо, пуля задела перед тем, как он столкнулся с Линой. Девушка начала мотать головой в разные стороны и искать глазами, чем можно забинтовать рану, но парень моментально остановил её, схватив за запястье здоровой рукой. Детектив остановилась, вопросительно посмотрела на мужчину, бегло изучив его черты лица: острые скулы, прямой нос, довольно пухлые губы, широкие чёрные брови и глаза угольно-чёрного цвета, в которых не отличишь зрачка от радужки. И только теперь перевела взгляд на схватившую её руку.

На тыльной стороне ладони красовался глубокий бордовый шрам, будто бы выжженный, внешне похожий на пентаграмму, но окружность огибала не пятиконечную звезду, а необычные для современного мира символы. Это были буквы Эрмина — алфавит, которым пользовались в далёком прошлом, тогда, когда не существовало ни связи, ни автомобилей, ни фотоаппаратов.

Лина знала эрминский язык благодаря брату. В одно время Джерри безумно интересовался им, а поскольку сестра была зависима от старшего, то тоже захотела выучить мёртвый язык. Правда, в десять лет у неё была сильнейшая нехватка концентрации, поэтому всё, на что её хватило, это с трудом выученное написание букв. Даже не их значения. С возрастом это всё забылось, поэтому доучивать всё остальное ей пришлось уже в более сознательном возрасте по конспектам Джерри.

︶꒷꒦︶ ๋࣭ ︶꒷꒦︶ ๋࣭ ︶꒷꒦︶ ๋࣭

—Сегодня утром в районе Тэкпо недалеко от полицейского участка среди мусорных баков была найдена очередная жертва неизвестного серийного убийцы. Гражданин М., проходивший неподалёку около шести часов, заметил мешок с содержимым, от которого, по словам свидетеля, пахло смрадом. Полиция до сих пор не даёт никаких комментариев. Неужели...

Лина стояла у доски, увешанной фотографиями всех (или почти всех) изуродованных жертв неизвестного и подозреваемыми, и вглядывалась в каждый снимок, надеясь найти хоть малейшую зацепку, ведущую к поимке маньяка. Она отметила, что своеобразной визитной карточкой этого ублюдка были выжженные символы, находящиеся на каждом его «творении». Символы повторялись через каждые девять тел, но порядок их появления всегда отличался. Лишь одно оставалось неизменным: все знаки находились внутри такого же выжженного круга.

Что же это значит? — единственная мысль, которая беспокоила двадцатилетнего детектива.

—Вы уже видели новости? — первый вопрос только что зашедшего претар-детектива Мина.

—Доброе утро, — шеф Крэйг посмотрел на подчинённого, как на сумасшедшего — в отличие от некоторых особ мы уже и на месте преступления поработать успели. Выспался?

—Да как-то не особо... Эй, практикант, — решил сменить тему Мин, а точнее избежать дальнейшего словесного нападения со стороны начальника — чего ты там всё выглядываешь? Глаза ещё не болят? Ты же постоянно над этой доской торчишь. Лучше бы сидела и готовилась к зачёту. Пользы было бы больше.

Детективу Мину Лина Аварус совершенно не нравилась. То ли от того, что она была совсем юной и к тому же практиканткой, то ли от того, что всего за четыре месяца студентка смогла раскрыть три дела, за которые ответственным был он, то ли от того, что именно девушку поставили в основную группу по серийному маньяку, орудующему в Леттергоне вот уже больше пяти лет, хотя она ещё даже диплом не получила.

—Да вот, — Аварус прищурилась, рассматривая тела жертв, громко и протяжно выдохнула, выдержала долгую паузу и продолжила — что-то с этими пентаграммами не так... Символы кажутся знакомыми, будто я их уже видела, но никак не могу вспомнить где.

—Да, вот такая ты невероятная, — нервно закатил глаза парень, помотав головой и буркнув —тоже мне.

Разговор на этом закончился. Подобные перепалки между Линой и Мином длились с самого начала работы девушки в отделе, поэтому никто из команды уже не обращал внимания на них. Конечно, сначала Крэйг отчитывал обоих за какие-то выпады в сторону друг друга, но, поняв, что это бесполезно, решил оставаться в стороне и заниматься своими проблемами.

Аварус прошла к своему компьютеру, нашла на рабочем столе папку с дубликатами фотографий жертв маньяка и, рассматривая каждый снимок, приближала метки, оставленные убийцей, сохраняла их в таком виде и распечатывала.

За разглядыванием автографов маньяка время пролетело незаметно. Рабочий день уже закончился, почти все сотрудники покинули свои рабочие места, но Лина всё сидела и сидела. Её взгляд будто приклеился к этим фотографиям, девушка всё пыталась понять, где же она видела эти символы, но в голову ничего не приходило. В какой-то момент Аварус отвлёк раздавшийся необычайно громкой вибрацией телефонный звонок. На экране мобильного высветилось: «Верончик». —Ай, забыла совсем, — девушка подняла трубку и затараторила — Верончик, уже бегу, не ругайся!

Лина начала быстро собирать вещи, захватила распечатанные фотографии и, бросив единственному оставшемуся во всём здании Крэйгу «До завтра, шеф», выбежала на улицу.

У ворот уже стоял, облокотившись на свой чёрный джип, Верон и уже на крыльце практикантка заметила этот неодобрительный взгляд родных голубых глаз.

—Надеюсь, твоя задержка того сто́ит... Расскажешь, что случилось? —Ну, я весь день пялилась на символы и пыталась понять, где я их видела. Смотри, тебе они не кажутся знакомыми? — Верон прочувствовал в голосе подруги надежду, но, увидев знаки, отрицательно покачал головой. — Что ж, я пыталась. Поехали, чего стоим.

︵︵୨ ୧︵︵︵︵୨ ୧︵︵︵︵୨ ୧︵︵

—Здравствуйте, я бы хотел заявить о мошенничестве.

Лина подняла голову, оторвав взгляд от символов, перерисованных с фотографий, распечатанных ранее, и увидела шестидесяти семилетнего дедушку, что жил с ней в одном районе и указала рукой на стул, призывая его присесть.

—Я пошёл в банк, хотел снять деньги со своей банковской карты. И вы представляете, дочка, когда я вводил код, мне заблокировали карту! Да там же все мои накопления! Что мне делать? Это по-любому сделал мой сосед, этот.... ну как же его.... ну с первого этажа, с пятой квартиры, он ещё в коляске разъезжает постоянно, — казалось, будто он помнит обо всём на свете, кроме имени его соседа в коляске и кода от своей карты.

—Послушайте, — прервала его Аварус — вы наверняка просто забыли свой пин-код от карты и из-за повторно вбитого неверного кода карта была заблокирована, чтобы избежать попытки несанкционированного доступа.

—Да нет же, говорю вам, что это сделал сосед мой! Я точно знаю!

Лина подняла брови. Разговор только начался, но уже успел надоесть ей.

—Хорошо, в таком случае, — Лина не стала гнуть свою позицию, зная, что это бесполезно — вам нужно идти обратно в банк и блокировать карту, потому что мы — отдел тяжких преступлений. Мы занимаемся расследованием убийств, наркотиками, розыском реальных преступников.

Лине не нравилось, что после изоляции города их отделу приходится заниматься подобной чепухой. Все, кто когда-то занимался преступлениями на экономической почве, сразу уехали, оставив разгребать всё Крэйгу.

—Да как же так... Ну а если сосед успеет забрать мои деньги? На что мне похороны устраивать? — дедушка уже поднялся со стула и начал было медленно продвигаться к выходу, продолжая бормотать что-то про свою карту и соседа, но вернулся, всё также пытаясь доказать вину несчастного соседа, после чего резко оборвался на полуслове — это что у вас, символы Эрмина? Давно не встречал их. Последний раз, наверное, лет тридцать назад. Мы тогда с соседом

—Что?! —Лина ошарашено посмотрела на мужчину, а затем опустила взгляд на бумагу и вскочила со стула, словно ошпаренная. — Точно! Шеф, вот где я видела эти символы! Это же древний язык, который использовали в Эрмине несколько тысяч лет назад! Шеф, молю, отпустите пораньше, а? Мне срочно нужно проверить всё! — девушка настолько быстро говорила, что начала запыхаться, попутно собирая вещи, а дедушка остался стоять на месте, не понимая, что произошло и почему она так быстро исчезла, оставив его карту без защиты.

︶꒷꒦︶ ๋࣭ ︶꒷꒦︶ ๋࣭ ︶꒷꒦︶ ๋࣭

Теперь девушка благодарна брату как никогда. На шраме детектив смогла узнать два символа, что были помещены внутрь окружности: «Вего», на эрминском означавшее «азарт, риск», и «Мо» — смерть.

Они приковали внимание детектива, в голове всплыла открытка, полученная девушкой на семнадцатый день рождения от того самого ублюдка.

В.М.? Неужели...

Вопросы закрутились в голове с бешеной скоростью. Лина смотрела на символы, «выкованные» на руке незнакомца, с ужасом осознавая, что этот человек мог видеть смерть Джерри или быть им. Быть ублюдком.

Детектив медленно подняла полные ужаса глаза на парня и собиралась что-то сказать, но не смогла ничего придумать, а в горле встал ком. Мурашки прошлись по спине, волосы на теле встали дыбом. Прямо сейчас она стоит напротив возможного маньяка, за которым весь отдел гоняется уже много лет. Но почему Лина ничего не делает? Она ведь как никто мечтала найти его и закрыть своими же руками. Но страх начал захватывать разум, руки и ноги парализовало, а сердце колотилось так сильно, что казалось, будто оно сейчас вырвется наружу.

А потом неожиданно даже для самой девушки, с уст Лины слетело:

—Тогда на кладбище... — Аварус вспомнила о том дне, когда недалеко от могилы брата она увидела мужчину, на руке которого красовалась похожая татуировка.

—Что? Вы о чём? С вами точно всё в порядке? — в вопросах не было прямой заинтересованности, скорее попытка понять, что за ерунду она треплет.

—Эй, нам пора валить. С минуты на минуту примчатся «тяжкие» и лучше бы нас тут не было. — детектив впервые услышала голос Санчеса, от неожиданности девушка вздрогнула.

В помещении резко стало тихо и только теперь Лина поняла, что всё это событие с перестрелкой сопровождала противная клубная музыка.

В следующую секунду в вип-отдел «Сладкого орешка» ворвались шесть человек со стволами. Во главе этой команды стоял никто иной как Крэйг Перрс — начальник отдела тяжких преступлений, по совместительству являющийся и шефом Лины.

Приехали — выдохнула девушка, обернувшись.

— Что здесь, мать твою, произошло? — Перрс медленно провёл глазами от левого конца зала, где оставались догорать остатки дымовой шашки до правого, где продолжали неподвижно молиться свидетели, почти резко вернувшись, к стоящей в центре подчинённой, в ногах у которой валялось бездыханное тело, буквально окутанное кровью. — Аварус!

От резкого, почти бешеного тона девушка поёжилась. В её голове пробежали тысячи объяснений произошедшему, однако она не смогла выдавить ничего, кроме виноватого «ой».

На миг Лина забыла о странном компаньоне Санчеса и единственной проблемой стал неистовый крик Перрса, отражающийся от всех поверхностей и летящий прямо в лицо девушки. Он упрекал её за всё: за посеянную панику, за труп и за то, что не вызвала команду на потенциальное место преступления. Хорошо ещё, он не знает о взятке вышибале на входе, это бы его окончательно убило...

Но тут Лину будто ошпарило, она, уже не слушая возмущения начальника, обернулась назад и нервно начала оглядываться по сторонам.

— Нет, нет, нет! Только не это!

Лина сорвалась с места к выходу, через который ушёл хозяин клуба и впечаталась в дверь. Она была уже заперта.

От злости девушка пару раз ударила по двери и вернулась к команде, затараторив:

— Они ушли... Шеф... Стефано Санчес, он ушёл, он был прямо под носом, я собиралась проследить за ним. — девушка затопала ногами, злобно потормошив двумя руками волосы — Какого чёрта? А ещё... — запнулась; она засомневалась, стоит ли сейчас говорить о приятеле наркобарона команде.

— А ещё? — группа с недоумением смотрела на девушку, продолжая ждать ответа, но отчего-то детектив умолчала: возможно, потому что не была уверена в том, кто перед ней стоял, ведь он спас её жизнь, убив стрелка, целившегося в неё, а возможно от того, что хотела лично разобраться с этой проблемой.

Не факт, что именно он тот самый Вегас Морс, может, этот человек лишь одна из его жертв, что когда-то сумела сбежать.

От ублюдка невозможно сбежать... — это то, что Лина Аварус знала наверняка. И также она знала, что это не последняя их встреча. Тогда-то она всё и узнает. Возможно, эта ложь будет стоить ей многого, но она готова нести за это ответственность.

— А ещё в туалете сидит пристёгнутый к сифону извращенец...

Детектив Мин разразился диким хохотом. Не переставая смеяться, он дошёл до двери, ведущей в санузел, отпер её и увидел неприятного, толстого мужчину в очках, приподнявшего зад поближе к кистям и пытающегося ублажать себя скованными в наручники руками. Эта картина заставила весёлого сотрудника схватиться за живот, через который прошёл небольшой спазм от сильного напряжения. Никакие выкрики Крэйга не действовали на Мина. Никакое «Вы на службе, ведите себя серьёзно или вычту из зарплаты» не стало весомым для того, чтобы претар-детектив успокоился.

— Чёрт бы вас побрал, Мин, — Перрс махнул рукой в сторону умирающего от смеха наблюдателя за извращенцем, — я правильно понимаю, что смысла ждать хозяина заведения или хотя бы его заместителя нет? Чёртов Санчес. Его ещё не хватало, — старик потёр переносицу так, как делал это всегда: устало, нахмурив брови и сжав губы в ниточку. — Значит так! Сейчас разбираем все возможные улики. Двигаемся, как и всегда, от одного конца к другому. Обязательно собрать отпечатки на месте! Мин, вы отстёгиваете беднягу и грузите в машину, допросим. Я и детектив Аварус разбираемся с трупом, подаём запрос на выявление личности. Все остальные — по периметру! За работу! — похлопал в ладоши начальник отдела, и все приступили к делу.

︵︵୨ ୧︵︵︵︵୨ ୧︵︵︵︵୨ ୧︵︵

— Ну что? Что-то удалось узнать о стрелке? — Перрс крутил голову и так, и сяк, изучая все повреждения.

— Я отправила его фото и запросила данные из базы, попросила, чтобы прислали как можно раньше и вот, что удалось выяснить: Корри Шмин, тридцать шесть лет, довольно успешный адвокат из Бетдама, за всю карьеру всего двадцать пять проигранных дел из двухсот шестидесяти трёх. У него остались жена и трое детей.

— Из Бетдама? Ради преступления пересечь границу? Помнится мне, жителей Леттергона не жалуют там больше всего. Что же могло побудить тебя к этому действию, Корри Шмин?

— Думаю, он мстил Санчесу, — Крэйг оторвал взгляд от пулевого отверстия во лбу стрелка и вопросительно уставился на Лину, — он — адвокат, репутация у него хорошая, я бы даже сказала, идеальная. Семья, карьера. Не думаю, что он стал бы заказывать визу, плыть на корабле, ехать на машине сквозь густые леса только чтобы окачуриться в первом попавшемся клубе. Заметьте, он не начал пуляться направо и налево по всем подряд и в основной части клуба никто не был ранен. Он целился именно в Санчеса. Знать бы только, почему. Что Стефано сделал такого, что за ним охотятся аж с самого Бетдама?

— Мне нравится ход ваших мыслей. Оставляю вам это разузнать, детектив Аварус. Только пожалуйста — пожалуйста — не разнесите больше ничей клуб.

— Так точно, шеф! — Лина кратко отсалютовала начальнику и продолжила работу на месте преступления.

Они закончили глубокой ночью, когда время давно минуло за полночь. Одни поехали домой, другие вернулись в отдел заполнять первичные отчёты и допрашивать туалетного дядюшку. Лина также поведала историю со своей стороны и рассказала Перрсу и Мину историю о том, как и почему довела беднягу до такого состояния. Лейтенант Мин даже не совершал попыток перестать смеяться и вести себя более сдержанно, но даже суровый начальник отдела тяжких преступлений Леттергона пару раз не сумел скрыть улыбку.

Старый извращенец пытался оправдаться множество раз, говоря и о том, что Лина ни с того ни с сего напала на него, и о том, что это именно «рыжуля» (как он назвал её пару раз, отчего получил грозные выпады и пару отдавленных ног от Крэйга) решила его соблазнить, а он отказывал, видите ли, у него жена есть. По итогу, дядя-невинная душа, остался на пару-тройку ночёвок в отделе, а остальные разъехались по домам лишь к утру, получив выходной, длиною в первую половину рабочего дня. Что-что, а устраивать выходные не по графику, да ещё и в такие тяжёлые для отдела моменты, когда все буквально тонут в бумагах и прочей работе, было непозволительно, поэтому тот максимум, что могли себе позволить неспящие Лина, Крэйг и Мин, было решено потратить с пользой.

︵︵୨ ୧︵︵︵︵୨ ୧︵︵︵︵୨ ୧︵︵

Тёмное, сырое подвальное помещение. Даже несмотря на теплую весеннюю погоду холод пробирал до дрожи костей. В воздухе стоял отвратительный запах крови и жжёной плоти. На стенах виднелись следы крови. По углам пугливо прятались крысы. Даже эти маленькие зверьки чувствовали страх перед тем, кто находился рядом с ними. Одинокая лампа, источающая какой-то неприятный тусклый жёлтый свет тихонечко качалась из стороны в сторону по центру помещения. По периметру валялся хлам: арматуры, медицинский столик, пила, коробки, забитые верёвками, вырезками из газет и журналов. В совокупности всё выглядело так, точно это была комната какого-нибудь маньяка.

— Сегодня твой детектив заглянула ко мне в клуб. — констатировал мужчина, входя в эту мрачную бетонную коробку.

Мужчина обернулся. В его глазах появился блеск.

— Моя милая девочка. Она была прекрасна, как и всегда? — одно упоминание смысла его жизни, носившее имя Лина Аварус, вызывало в нём невероятный трепет. Стоило лишь произнести эти драгоценнейшие два слова, как на языке появлялось приятное послевкусие, а любовь к ней увеличивалась троекратно.

Он отвернулся, продолжив заниматься своими делами. Тщательный отбор красивых и свежих лепестков иберисов был важным для того, чтобы никто не подумал, что Вегас Морс делает свою работу плохо. Свежие цветы он считал залогом успеха.

Стефано покосился на мужчину напротив. Мурашки пробежали по его телу. Нужно было выбрать правильный ответ.

— Конечно. Она именно такая же, какой и понравилась тебе. — Санчес следил за его реакцией. Тот улыбнулся. Это хорошо. — Кстати. Она познакомилась с Фраусом. Что будешь делать?

Он замер.

— Фраус Вис? — он медленно вернул взгляд к другу, дожидаясь ответа. Тот кивнул. — Наблюдать. О, я уже предвкушаю эту прелестную историю. Уверен, что она приняла его за меня.

— Не боишься, что она выйдет на тебя?

Маньяк усмехнулся.

— Не выйдет. Я заполучу её раньше. — он поднял глаза и посмотрел в пустоту перед собой, а затем медленно и широко улыбнулся, оскалившись.

Стефано Санчес привык видеть друга в подобных проявлениях маниакального поведения, однако это выражение лица отзывалось лёгким страхом даже в его душе. Санчес нахмурил брови, с некой тревогой посмотрев на друга. Тот всё ещё улыбался.

Глава 5

Мой оставленный автограф – это

страстное письмо,

Написанное для тебя одной, и им

одним живу.

Часы пробили два часа дня. Противный звук будильника заставил Лину подскочить с кровати. От резкого подъема в глазах потемнело, тело по инерции отправилось назад.

Вот тебе и доброе утро.

— Ты поздно вернулась сегодня...

— Скорее рано, — поправила Лина отца, садясь за стол, — в одном клубе произошёл казус, пришлось разбираться. Потом отчёты, протоколы и всё в этом духе. В общем, всё как всегда — девушка никогда не вдавалась в подробности касательно своей работы, а в особенности всего того, что могло предоставлять угрозу. Тем более ей.

— Ох, не доведёт до добра твоя работа, не доведёт. Линочка, родная, может, уйдёшь? Ты молодая, ещё сможешь найти что-то другое. А вдруг с тобой что-то случится? Чует моё сердце неладное. — эти разговоры настолько часто преследуют семейство Аварус, что, порой, хочется выстрелить себе в глотку.

— Нет, — девушка пыталась сохранять спокойствие, хоть и эта тема выводила её из себя каждый раз всё больше, но до этого она не смела дерзить отцу.

Виктор никак не мог понять, почему Лина всё ещё не бросила свою затею. Он не хотел признавать, что теперь это единственное, для чего она живёт.

— Чего ты хочешь добиться? Забудь ты об этом! Джерри не хотел бы, чтобы ты рисковала собою ради непонятно чего. Месть — это же...

— Не смей обесценивать это, — под «этим» она подразумевала ни что иное, как смерть Джерри. Одно лишь упоминание имени брата отзывалась глубокой болью в душе и это же имя побуждало к бурной реакции, — ты не знаешь, чего хотел Джерри.

— Может, и так. Но он точно не хотел бы, чтобы подвергала себя опасности на этой чёртовой работе! Ты ведь хотела стать врачом. Уже забыла?

Эти слова стали последней каплей. Лина взорвалась.

— Хватит постоянно упрекать меня в выборе профессии, это моя жизнь! Хватит постоянно тыкать этим и напоминать из-за чего я всё это начала! И хватит уже предостерегать меня от всего так, будто я выйду на улицу и чёртов Вегас Морс приударит меня своей арматурой, чтобы расчленить на маленькие кусочки! — она резко замолкла, завидев накопившиеся слёзы на глазах отца и тут же пожалела обо всём сказанном, — пап, я...

Виктор зажмурился и закрыл глаза рукой, а другую выставил вперёд, как бы моля дочь замолкнуть. Он никогда, после смерти сына, не ругал её, не кричал, потому что понимал, насколько сильно это событие расшатало психику дочери. А ей только это и нужно было... Лина жаждала почувствовать себя живой, получив порцию настоящей ругани, она хотела ощутить эту пощёчину со стороны единственного близкого по крови человека. Может, тогда она пришла бы в себя и отступила бы от своего помешательства.

— Я пойду. Поем по дороге. Буду осторожна.

Дверь хлопнула, и Виктор наконец позволил дать волю эмоциям. Он не хотел проявлять чувства перед дочерью. Он старался выглядеть сильным в её глазах, чтобы та черпала силы, глядя на отца. Но, видимо, это возымело обратный эффект.

Аварус достал из шкафчика над плитой пузырёк успокоительного и опустился на стул. Сердце ныло. Да, боль в груди стала его постоянным спутником после смерти сына и перенесённого инфаркта миокарда, но сейчас это болело иначе. Эта боль – не последствие болезни, это боль родителя. Он чувствовал приближение чего-то очень плохого и всё больше боялся за Лину. Мужчина влил в себя двойную порцию успокаивающей микстуры, прекрасно зная, какие последствия могут быть, если он переборщит, и склонил голову к рукам, начав молиться. Виктор был глубоко верующим человеком, прибегающим к просьбе о помощи всесильного Авлена каждый день. Сейчас же он молился за безопасность своего ребёнка, что была превыше всего.

Не только Виктору было плохо. Лина буквально вылетела из квартиры, чтобы избавиться от этой угнетающей атмосферы и, как никогда быстро, добежала до Мируга. Ей было стыдно от того, что она наговорила отцу.

Да что со мной происходит?

Недоумение. Страх. До этого момента она никогда не дерзила отцу, не кричала на него и не упрекала в чём бы то ни было. Слёзы покатились по щекам, паника накрыла с головою. Аварус забегала дрожащими руками по карманам в поисках небольшой коробочки. Сигареты. Срочно. Нашла. Открыла, но внутри оказалось пусто.

Да твою же мать!

Бросила на асфальт, растоптала ногами. Оперлась локтями на перила и спрятала лицо в ладонях, не прекращая плакать.

В отличие от отца, Лина больше не молилась. Её вера умерла пять лет назад. В тот же день, когда девушка праздновала свой семнадцатый день рождения. В тот же день, когда ублюдок прислал свой «подарок» под дверь квартиры. В тот же день, когда она навсегда потеряла брата. Потеряла частичку себя.