Наследница света

Тарос остановился первым. Некоторое время он молча смотрел вперёд, потом поднял руку и указал на тёмное пятно за редеющим лесом.

— Люмрок.

Я подняла взгляд. Вдалеке, среди густого тёмного леса, виднелся город. Каменная стена окружала его неровным кольцом. Со стороны холма она казалась высокой и неприступной, но ближе к лесу постепенно снижалась, местами почти скрываясь за деревьями и густым плющом. А над крышами поднимались десятки чёрных дымовых столбов. Даже отсюда был слышен далёкий металлический гул — будто сам город непрерывно стучал молотами. Шахтёрский город.

У подножия стен виднелись огромные деревянные подъёмники и конструкции, уходящие глубоко под землю. По дорогам двигались телеги, нагруженные ящиками и каменными глыбами, от которых иногда исходило слабое голубоватое свечение.

Почему-то от одного взгляда на Люмрок мне стало не по себе. Слишком мрачным он казался.

— Здесь и заночуем, — сказал Тарос.

Мы свернули с дороги и углубились в лес неподалёку от города. Между корней старых деревьев быстро организовали небольшой лагерь.

Салос и Рик взяли мешки.

— Мы сходим за припасами, — сказал Салос. — Заодно посмотрим, что происходит в городе.

— Почему вы вдвоём? — спросила я.

— Мы с Риком меньше привлечём внимания в городе, — ответил Салос. — Тарос останется с тобой. Если что-то случится, он сможет вывести тебя через лес.

Минотавр коротко кивнул.

— От костра не отходи. А вы постарайтесь никого не убить, — буркнул Тарос.

Рик ухмыльнулся.

— Ничего не обещаю.

Они скрылись среди деревьев, а мы с Таросом остались у костра.

Некоторое время стояла тишина. Тарос точил нож длинными размеренными движениями, а я смотрела на огни Люмрока, мерцающие вдали между деревьями. Иногда мне казалось, будто где-то из глубины города доносится странный низкий гул. Словно под землёй двигалось что-то огромное. Через несколько минут движения Тароса стали медленнее. Он провёл точильным камнем по лезвию, поморщился и почесал шею под воротником.

— Ты в порядке?

— Да. Насекомые, — буркнул он и зевнул.

Расправив плечи, будто пытался прогнать сонливость, Тарос осторожно повёл раненым плечом. Я решила, что рана снова дала о себе знать. Весь день он делал вид, что она почти не беспокоит его, но усталость могла взять своё.

— Завтра к утру будем у дворца, — вдруг сказал он.

Я перевела взгляд на него.

— Так близко?

Он кивнул и едва заметно подавил зевок.

— Если всё пойдёт нормально.

— А если нет?

Тарос поднял глаза от ножа.

— Тогда будем разбираться по пути.

Очень обнадёживающий ответ. Он убрал нож в ножны и подкинул ветку в костёр, но промахнулся мимо пламени. Несколько мгновений смотрел на упавшую ветку, словно не сразу понял, что произошло, а затем наклонился и поправил её.

— Ложись спать, — сказал он. — Выйдем ещё до рассвета, чтобы пройти город незаметно.

Глава 12. Люмрок

Я легла спать, укрылась плащом и попыталась закрыть глаза. Но сон не шёл. Стоило мне задремать, как перед глазами вспыхивали чёрные глаза Люциуса, золотистые линии на моих руках, лицо Колина, исчезающее в темноте. Я ворочалась с боку на бок, прислушиваясь к лесу, к потрескиванию костра, к далёкому гулу города.

Тарос уснул почти сразу. Сначала просто тяжело дышал, потом начал негромко похрапывать. Это показалось странным. Обычно даже во сне он реагировал на каждый шорох, а сейчас не пошевелился, когда в костре громко треснула ветка.

Я приподнялась на локте и недоверчиво посмотрела на него.

— Серьёзно? — прошептала я.

Тарос не ответил. Конечно. Рика и Салоса всё ещё не было. Я села, обхватила колени руками и посмотрела в сторону Люмрока. Город светился. Не так, как обычные города ночью. Сквозь деревья пробивалось мягкое голубое и зелёное сияние. Оно поднималось над крышами туманными полосами, переливалось между башнями и скользило по воздуху, будто сам город дышал светом. Иногда в этом сиянии вспыхивали яркие искры — синие, изумрудные, бледно-золотые — и тут же гасли. Под землёй снова прокатился низкий гул. Я невольно посмотрела в сторону города. И тогда услышала голос.

— Мелейна…

Я резко выпрямилась и оглянулась. В лесу никого не было. Только потрескивал костёр, шелестели ветви и где-то вдали продолжал гудеть Люмрок. Мне показалось. После всего, что случилось за последние дни, это было неудивительно. Я почти не спала и вполне могла услышать то, чего не было. Я снова легла и натянула плащ до подбородка.

— Останься у костра, — тихо сказала я себе. — Дождись Салоса и Рика. Хотя бы один раз поступи разумно.

Я закрыла глаза, но недавний бой и всё, что осталось по другую сторону Стены, смешивались в один тревожный кошмар. А потом голос прозвучал снова. — Мелейна…На этот раз он был тише, но отчётливее. Будто кто-то произнёс моё имя совсем рядом, за пределами света от костра. Я резко села. Сердце забилось быстрее. Здесь никто не должен был знать моего полного имени. Я посмотрела на спящего минотавра.

— Тарос, — позвала я негромко.

Он не пошевелился. Я подалась ближе и коснулась его плеча.

— Тарос, проснись.

Он что-то невнятно пробормотал во сне и отвернул голову.

— Мне кажется, что тут кто-то есть.В ответ раздалось только сонное ворчание. Я потрясла его сильнее, стараясь не задеть раненое плечо.

— Тарос.

Он нахмурился, пробормотал что-то и снова захрапел. Я растерянно убрала руку. Это было совсем на него не похоже. Наверное, он просто вымотался. Последние дни мы почти не отдыхали, а рана в плече всё ещё беспокоила его, хотя Тарос упорно делал вид, что давно о ней забыл. Возможно, организм наконец взял своё и заставил его уснуть крепче обычного. Я ещё несколько секунд смотрела на него, затем вернулась к костру прислушиваясь к лесу.

Голос больше не повторялся. Наверное, мне действительно показалось. Возможно, он приснился в тот короткий миг, когда я начала проваливаться в сон. Я вернулась на своё место, обхватила колени руками и стала ждать.

Прошло около часа, уснуть я не смогла. Рик и Салос не возвращались. Тарос продолжал спать, а голубое и зелёное сияние Люмрока мерцало между деревьями, притягивая взгляд. Я пыталась не смотреть в ту сторону, но каждый раз невольно поворачивала голову. Мне казалось, что ответ находится совсем близко — там, за лесом и городской стеной. Нужно было только подойти немного ближе и убедиться, что никакого голоса не было.

Я поднялась.

— Просто посмотрю издалека, — тихо сказала я сама себе. — И сразу вернусь.

Оправдание было слабым. Очень слабым. Я уже потянулась за плащом, но остановилась. Идти к незнакомому городу без оружия было слишком глупо даже для меня. На поясе Тароса я заметила небольшой кинжал. Рукоять торчала из ножен совсем близко. Несколько мгновений я просто смотрела на неё, убеждая себя, что беру оружие ненадолго. Я подошла к Таросу и осторожно потянула кинжал из ножен. Он вдруг громко храпнул. Я замерла, не дыша, уверенная, что сейчас он откроет глаза и спросит, что я делаю. Но Тарос только повернул голову в сторону и продолжил спать. Я медленно вытащила кинжал до конца, спрятала его под плащом и ещё раз посмотрела на него.

— Я быстро.

Тарос снова ничего не ответил. Я сделала первый шаг. Потом второй. Лес вокруг лагеря был тёмным и влажным. Под ногами мягко пружинил мох, ветки цеплялись за плащ, будто пытались удержать меня. Чем дальше я отходила от костра, тем сильнее становился гул Люмрока.

Город манил. Голубое сияние становилось ярче. Зелёные отблески ложились на стволы деревьев, делая их похожими на кости под водой. В воздухе пахло сыростью, железом и гарью. Я остановилась на краю леса. Передо мной открывался Люмрок. Город окружала невысокая каменная стена, сложенная из тёмных неровных глыб. Она не выглядела неприступной, скорее старой границей, которая отделяла город от леса и напоминала путникам: дальше начинается чужая территория.

За стеной уже виднелись дома, башни и узкие крыши, тесно прижатые друг к другу. Между камнями в городских стенах и зданиях бежали тонкие светящиеся жилы — голубые и зелёные, как застывшая молния. Башни были узкими, острыми, слишком высокими, и их верхушки терялись в ночном тумане.

Я вышла на дорогу, ведущую к воротам. У арки стояли двое. Фигуры в длинных плащах почти не двигались. Их лица скрывали глубокие капюшоны, а в руках мерцали фонари с холодным зелёным огнём. Я остановилась. Вот теперь точно стоило развернуться и вернуться к костру. Прямо сейчас. Я уже сделала шаг назад, когда из-за ворот донёсся шум города. Голоса. Смех. Звон стекла. Где-то внутри что-то вспыхнуло — ярко, изумрудно, красиво. А потом снова прокатился тот самый низкий гул, от которого земля под подошвами едва заметно дрожала. И вдруг сквозь этот шум я снова услышала голос. Тихий и почти неразличимый.

— Мелейна…

Я застыла. Голос звучал будто из самой глубины города — негромко, но так ясно, что я невольно сделала шаг вперёд. Первой мыслью было вернуться к лагерю и разбудить Тароса. Но стоило отвернуться от города, как внутри поднялась необъяснимая тревога, будто я упускаю единственный шанс узнать что-то жизненно важное.

— Мелейна…

Теперь голос прозвучал мягче, почти ласково. Мысли о лагере становились скользкими и далёкими, словно принадлежали уже не мне.К главным воротам я не пошла. Вместо этого сошла с дороги чуть правее ворот и двинулась вдоль стены, держась тени деревьев. Стена была невысокой. Не такой, чтобы её нельзя было перелезть, но достаточно высокой, чтобы что нибудь сломать если упасть с нее.

Я провела ладонью по холодному камню, пытаясь найти выступ. Камни были влажными и скользкими. Пальцы срывались, сапоги плохо цеплялись за неровности. Я отступила и тогда заметила плющ. Тёмные толстые плети тянулись по стене вверх, цеплялись за камни и переползали на другую сторону. Я посмотрела на них. Потом на ворота. Потом снова на плющ.

— Это ужасная идея.

И всё равно я ухватилась за ближайшую плеть. Плющ выдержал. Я поставила ногу на выступ, подтянулась и полезла вверх. Влажные камни скользили под пальцами, плащ цеплялся за ветви, капюшон то и дело сползал на глаза. На середине стены я остановилась. Внизу оставались лес, костёр и спящий Тарос, но их словно отделяла от меня густая пелена. За стеной шумел Люмрок, и зов тянул меня дальше. Я стиснула зубы, перекинула ногу через край и спустилась на другую сторону. Сапоги коснулись мокрой брусчатки. Сердце тяжело ударило в груди. Я была внутри.

Люмрок оказался не похож ни на один город, который я видела раньше. Улицы были узкими и неровными, словно их не строили, а вырубали прямо в скале. Дома поднимались по склонам друг над другом, сросшиеся с камнем, с корнями, с тёмными стволами деревьев, проросших прямо сквозь стены. Между крышами висели цепочки фонарей с голубым и зелёным огнём. Свет от них не был тёплым, как от свечей. Он был холодным, подземным, будто исходил не от пламени, а от глубокой воды. Я шла медленно, стараясь держаться ближе к стенам. И чем дальше заходила, тем яснее понимала: Люмрок не спал.

Сначала улица была почти пустой. Узкая, кривая, вырубленная будто прямо в камне. По обе стороны поднимались тёмные дома с маленькими окнами, в которых мерцал холодный голубой свет. Где-то капала вода. Где-то под землёй глухо стучало, будто огромные молоты били по камню. Я старалась ступать тише, но шаги всё равно слишком громко отдавались от узких каменных стен. На первом перекрёстке я остановилась. Дорога расходилась в три стороны. Слева тянулся узкий проход между домами, такой тёмный, что я сразу решила туда не идти. Справа виднелась лестница, уходящая вниз, под землю, откуда тянуло сыростью и горячим металлом. А прямо впереди улица становилась шире, и оттуда доносились голоса. Я пошла на звук. С каждым шагом Люмрок становился громче. К гулу под землёй прибавились смех, звон металла, скрип тележных колёс и чьи-то резкие выкрики. В воздухе запахло жареным мясом, дымом, мокрым камнем и чем-то острым, похожим на серу. Я свернула за угол и едва не столкнулась с маленькой тележкой, которая ехала сама по себе. На ней лежали светящиеся грибы, а рядом, подпрыгивая от каждого камня, бежал низкий гном с бородой, заплетённой в три косы.

— Смотри под ноги, ночная ворона! — буркнул он, даже не остановившись.

Я поспешила дальше. Чем ближе подходила к центру города, тем больше существ появлялось на улицах. Одни выходили из низких дверей, другие спускались по наружным лестницам или переговаривались у стен, пряча лица в тени. Вскоре улица резко оборвалась, открывая широкую площадь. Ночной рынок раскинулся в самом сердце города. Там было столько существ, что я на мгновение застыла. Высокие эльфы в тёмных плащах разговаривали с приземистыми гномами, чьи бороды были заплетены в кольца со светящимися камнями. Маленькие феи порхали над прилавками, споря тонкими звонкими голосами. Рогатые существа, лишь издали похожие на людей, выбирали ножи у торговца с четырьмя руками. Мимо прошла женщина с кожей цвета мокрого камня и прозрачными плавниками вдоль шеи. Её глаза светились бледно-зелёным.

Я натянула капюшон ниже. В маминой книге существа были нарисованы аккуратно и красиво. Здесь же всё было настоящим.

У одного торговца прямо из плеч росли прозрачные синие кристаллы, острые, словно осколки льда. При каждом движении они тихо звенели. На прилавке перед ним стояли пузырьки с дымом, принимавшим разные формы: птиц, глаз, лиц и крошечных городов. Чуть дальше сидела старуха с длинными седыми волосами. Из её висков тянулись тонкие зелёные кристаллы, похожие на ветви. Перед ней на чёрной ткани лежали светящиеся камни.

— Сны, потерянные в дороге! — выкрикивала она хриплым голосом. — Воспоминания, которые не жалко забыть! Последние слова мёртвых!

Я быстро отвела взгляд. Мне не хотелось знать, правда ли это.

По площади прошёл огромный мужчина с бычьими рогами и кожей, покрытой тёмными трещинами, из которых пробивался янтарный свет. За ним бежал маленький зверёк с двумя хвостами и глазами, похожими на раскалённые угли. У фонтана смеялись трое существ с серебристой кожей. Вместо волос у них росли тонкие кристаллические нити, переливающиеся зелёным и голубым. Их смех напоминал звон стеклянных бусин. Я обошла прилавок с сушёными травами и едва не задела клетку с крылатыми ящерицами. Они одновременно повернули ко мне все шесть голов.

— Осторожнее, девица, — прошипел продавец.

Он был невысоким, с серой кожей, жёлтыми глазами и слишком длинными пальцами. На скулах торчали мелкие фиолетовые кристаллы.

— Я не…Он прищурился.— Не местная.

Это был не вопрос.

— Просто смотрю, — ответила я.

— В Люмроке за простой взгляд тоже иногда платят.

Я не стала уточнять чем. Развернулась и быстро пошла дальше, стараясь не оглядываться.

Рынок словно затягивал. На прилавках лежали светящиеся грибы размером с кулак и тонкие кинжалы из чёрного стекла.

У одной из оружейных лавок я невольно замедлила шаг. На чёрной ткани лежали два одинаковых кинжала. Серебряные рукояти украшали крупные красные камни, а по центру каждого чёрного лезвия тянулась тонкая алая нить, мерцавшая так, словно внутри металла теплился огонь. Рядом стояла небольшая табличка: «Пятьсот золотых. Клинки Владыки демонов». Я не знала, правда ли они принадлежали Владыке или торговец просто придумал историю ради высокой цены. Но даже без неё оружие выглядело необычным.

К прилавку подошли двое широкоплечих гномов, и мне пришлось отступить, освобождая им место. Поток прохожих подхватил меня и понёс дальше по торговым рядам. Неподалёку старый гном спорил с женщиной, по шее которой поднимались золотые чешуйки, а маленькие существа с ушами, как у летучих мышей, таскали корзины с фруктами, шевелившимися сами по себе.

Я уже почти решила свернуть к лавке с украшениями, когда слева распахнулась дверь низкого здания, залитого красным светом. Изнутри вырвалась музыка — тягучая, глухая, заставляющая сердце невольно подстраиваться под её ритм. Над входом висела вывеска с чёрной розой. У дверей смеялись феи и эльфы в тонких полупрозрачных одеждах, зазывая прохожих внутрь.

— Заблудилась?

Передо мной возникла фея. Её длинные светлые волосы свободно спадали почти до бёдер. Верх тела оставался открытым, а лёгкая полупрозрачная ткань лишь обвивала талию и прикрывала самые интимные места. Шею покрывали десятки нитей бус — стеклянных, костяных, каменных и металлических. Они лежали друг на друге от ключиц почти до груди и тихо звенели при каждом движении.

— Нет, — быстро ответила я.

Я опустила голову и попыталась пройти, но фея легко шагнула в сторону, снова преградив дорогу.

— А ты хорошенькая.

Она окинула меня внимательным взглядом и чуть втянула воздух носом.

— И ещё невинна.

Я замерла.

— Не понимаю, о чём ты.

— Конечно, не понимаешь, — усмехнулась она. — Но твой запах… Он необычный.

Фея приблизилась и кончиками пальцев провела по моему плечу. Я резко отстранилась.

— Не трогай меня. И пропусти.

Она подняла руки, показывая, что не собирается удерживать меня.

— Какая пугливая.

— Я сказала, пропусти.

Фея улыбнулась шире.

— А ты бойкая. Люблю таких.Она снова окинула меня внимательным взглядом, но теперь смотрела не на лицо и не на одежду. Казалось, её глаза следили за чем-то, что было невидимо для меня.

— Раньше я не встречала такой ауры, — задумчиво произнесла она. — Светлая, сильная… и тьма рядом с ней вьётся, но поглотить не может.

Я ничего не ответила. Лишь натянула капюшон ниже и шагнула в сторону, собираясь обойти её. Фея неожиданно схватила меня за запястье. Я резко дёрнула руку, но её тонкие пальцы оказались сильнее, чем выглядели.

— Отпусти.— Не торопись, — произнесла она уже без прежней насмешки. — Послушай совета старой феи.

Старой она совсем не выглядела, скорее даже юнной. На вид ей можно было дать немногим больше пятнадцати лет, хотя в её глазах таилась усталось. Она наклонилась ближе, и многочисленные бусы на её шее тихо звякнули.

— Та тьма, что следует за тобой, уже коснулась твоей души, — прошептала фея. — Не позволяй ей проникнуть глубже. Иначе однажды оглянешься и поймёшь, что дороги назад больше нет.

Фея разжала пальцы. Я тут же вырвала руку и отступила. На запястье осталось неприятное ощущение от её прикосновения, будто холодные пальцы всё ещё сжимали кожу.

Не сказав ни слова, я поспешила прочь. За спиной раздался звонкий смех феи, но я не обернулась. Толпа быстро сомкнулась вокруг меня. Чьи-то плечи задевали плащ, чужие голоса сливались в густой гул, а в голове снова и снова звучало её предупреждение. Что она имела в виду? Я сжала пальцы, стараясь отогнать плохие мысли. Спрашивать фею было уже поздно, да и оставаться здесь дольше становилось всё опаснее. Нужно было немедленно вернуться к лагерю. Пока меня не заметил кто-нибудь ещё. Я уже начала искать дорогу к выходу. И тогда снова услышала голос:

— Мелейна…

Я резко остановилась. Голос скользнул между выкриками торговцев, музыкой и звоном стекла так отчётливо, будто кто-то прошептал мне прямо на ухо. Я обернулась, но рядом никого не было. Только толпа, холодное сияние фонарей и десятки незнакомых лиц.

— Мелейна…

На этот раз голос будто шёл откуда-то впереди. Я медленно повернулась. Передо мной стояла лавка с украшениями. На чёрном бархате лежали кольца, цепочки и броши из серебра и незнакомого тёмного металла. Но среди них выделялся небольшой прозрачный кристалл в золотой оправе. Внутри него горел мягкий голубой огонёк.

Стоило мне посмотреть на него, как всё вокруг начало исчезать. Сначала отдалились голоса. Потом стихла музыка. Очертания прилавков и прохожих расплылись, холодные огни Люмрока потускнели. Остался только кристалл — ясный и яркий посреди серой неподвижной пустоты.

— Мелейна…

Я больше не чувствовала толпы вокруг и не слышала собственных шагов. Кристалл манил, обещая ответ, который находился совсем близко. Нужно было только подойти. И я пошла. Я не помнила, как обогнула людей, и не заметила, как оказалась возле прилавка. В следующий миг кристалл уже лежал передо мной, а рука сама тянулась к золотой оправе.

Пальцам оставалось всего несколько мгновений до холодного камня, когда в запястьях вспыхнула боль. Под кожей проступили тонкие золотистые линии. Они загорелись так ярко, что свет на секунду вырвался из-под рукавов. Кристалл дрогнул. Наваждение рассыпалось. Голубой огонёк внутри камня вспыхнул в последний раз и погас, оставив после себя только прозрачную безжизненную оболочку. Шум рынка обрушился на меня разом. Кто-то засмеялся совсем рядом, торговец выкрикнул цену, за спиной снова загрохотала музыка. Я резко отдёрнула руку и прижала ладонь к запястью. Золотистые линии уже тускнели, но кожа всё ещё горела.

Только тогда я заметила, что несколько существ возле соседних прилавков смотрят в мою сторону. Двое о чём-то тихо переговаривались, не сводя глаз с моих рук, а женщина с серебристой кожей поспешно отступила от меня на шаг. Я быстро спрятала запястья под плащом и оглянулась, не понимая, как оказалась возле кристалла и сколько времени простояла перед ним.

— Что я здесь делаю? — прошептала я.

— А мы ждали тебя.

Я резко обернулась. Передо мной стояли двое мужчин в длинных тёмных плащах. На первый взгляд оба напоминали эльфов: высокие, худощавые, с острыми чертами лица. Но стоило присмотреться, как становилось ясно — с ними что-то не так.

У первого были светлые волосы и жёлтые глаза с узкими вертикальными зрачками, как у кошки. Он смотрел на меня не мигая, слегка склонив голову набок.

Второй был темноволосым, с обычными карими глазами, но под его плащом что-то медленно шевельнулось. Длинное и гибкое, похожее на хвост.

— Всё хорошо, — мягко сказал светловолосый. — Ты просто устала. Пойдём, мы отведём тебя в безопасное место.

Они подошли ближе. Я отступила.— Что вам нужно?

Мужчины остановились. Светловолосый несколько мгновений пристально смотрел на меня, а затем нахмурился.

— Она вышла из-под шёпота, — удивлённо произнёс он.

Я сделала ещё один шаг назад и упёрлась спиной в край прилавка. Отступать было некуда. Темноволосый лишь коротко взглянул на своего спутника.

— Это уже неважно. Держи её.

Они одновременно двинулись ко мне. Я резко обернулась к прилавку. Только теперь заметила торговца, стоявшего за украшениями. Это был худой пожилой гном с редкой седой бородой и мутно-серыми глазами. На его пальцах блестели тяжёлые кольца, а из-под рукавов торчали тонкие чёрные кристаллы. Он смотрел не на меня, а на мужчин в плащах. Наши взгляды встретились, но гном тут же отвернулся и начал торопливо накрывать украшения плотной тканью.

— У меня обед, — пробормотал он. — Лавка закрыта.

Он окончательно закрыл лавку и поспешно скрылся за деревянной перегородкой. Помощи от него ждать не стоило. Я снова повернулась к мужчинам.

— Мне нужно пройти.

Я попыталась обойти светловолосого справа, но он тут же шагнул в сторону и снова оказался передо мной. Я метнулась в другую сторону — темноволосый преградил путь. Они медленно теснили обратно к прилавку. По обе стороны тянулись торговые лавки, за спиной стоял стол с украшениями. Отступать было некуда.

— Лучше не сопротивляйся, — предупредил мужчина с кошачьими глазами. — Не заставляй нас применять силу.

Они приблизились. Светловолосый схватил меня под локоть, а второй сжал другую руку. Я дёрнулась и оглянулась на прохожих. Несколько существ заметили происходящее, но никто не вмешался. Одни поспешно отвернулись, другие продолжали наблюдать с равнодушным любопытством, будто похищение посреди рынка было обычным делом.

— Отпустите!

— Не устраивай сцену, — тихо сказал светловолосый. — Просто иди спокойно.

Я попыталась вырваться, но его пальцы сжались сильнее.

— Я никуда с вами не пойду.

Темноволосый резко дёрнул меня к себе.

— Тебя не спрашивают.

Его хватка стала болезненной.

— Ты идёшь с нами.

Я на мгновение перестала сопротивляться. Мужчина решил, что я сдалась, и немного ослабил пальцы. Этого оказалось достаточно. Я развернула кисть, высвободила руку и ударила его локтем в лицо. Он отшатнулся, зажав нос. Светловолосый попытался схватить меня за талию, но я наступила ему на ногу и ударила основанием ладони под подбородок. Его голова дёрнулась назад. Я рванулась между прилавками, однако темноволосый успел схватить меня за край плаща. Ткань затянулась на горле. Его вторая рука на мгновение скользнула под плащ и коснулась моего бедра. Он пытается нащупать оружие, и я резко дёрнулась в сторону. Выхватив кинжал, полоснула по собственному плащу рядом с его пальцами. Ткань разошлась. Мужчина отдёрнул руку, а я вырвалась и бросилась бежать.

— Стой! — раздалось за спиной.Я нырнула в узкий проход между торговыми рядами, едва не сбив с ног маленькую фею с корзиной. Торговец что-то закричал мне вслед, но я уже не разбирала слов. Позади грохотали быстрые шаги. Они преследовали меня. Я петляла между лавками, расталкивала прохожих и старалась не потерять капюшон. Прилавки мелькали по сторонам: светящиеся грибы, клетки с крылатыми ящерицами, оружие из чёрного стекла