Пирожное из лунной пыли. Том первый

Первичный осмотр показал, что выстрел едва не разнёс энергоячейку, превратив проводку в оплавленные лохмотья. Не снимая шлема, девушка полезла за ремонтным комплектом, порадовавшись в душе, что не задет ни один из важных узлов двигателя. До заката оставалось каких-то двадцать или тридцать минут, после чего тоннели будут заполнены жуками.

Нужно было снять защитную панель с двигателя, убрать все повреждённые кабели и протянуть новые, плёвое дело!

Шесть винтов, выкручены, панель снята, под панелью минимальные повреждения. Девушка краем глаза следила за тем, как лавандовый диск звезды спускается за горизонт. Чёртовы провода отрывались от коннекторов, замедляя работу. Ушло целых пятнадцать минут, чтобы выдрать из покорёженного нутра моноцикла уничтоженную коммутацию и начать замену.

Внимание девушки привлёк тихий шорох, идущий из глубины галереи. Обернувшись, она увидела, как на площадку выползает огромная, длиной в человеческий рост и толщиной с мужское бедро, многоножка. С тихим стрекотом насекомое поводило из стороны в сторону головой, увенчанной парой угрожающе изогнутых жвал.

Не сводя застывших от страха глаз с проснувшегося обитателя улья, Сандра открыла рюкзак, доставая сухой паёк. Отломив небольшой кусок от брикета сухой лапши с мясом, гонщица бросила его к застывшей многоножке. Этому трюку её научил Барр, когда она только готовилась к первому выезду.

Удар сублимата об пол заставил насекомое дёрнуться в сторону. Было видно что многоножка сонная и пока не агрессивная. Почуяв рядом с собой что-то съедобное, она опустила закованную в хитин голову к лапше, словно изучая её. Жвала сухо щёлкнули – объект подходил под определение пищи. Извергнув на сублимат тонкую струю едкой слизи, многоножка стала собирать его с пола пучком коротких щупалец под головой.

Сандра не переставала работать руками, поглядывая на представителя роя с ужасом. Стоило ей закончить с проводкой, как насекомое подняло голову от пола – пришлось бросить добавку. Двигатель не отзывался, девушка лихорадочно искала проблему, «прозванивая» соединения мультитулом. Один из коннекторов оказался загнут и не позволил корректно присоединить кабель. Придётся делать скрутку.

В глубине тоннеля нарастал стрекот, означающий, что через минуту на площадку выползет десяток таких многоножек. Девушка до крови прокусила губу, чтобы не закричать. Скрутка была кривая, ненадёжная, без изоляции, но Сандре она казалась верхом инженерной мысли. Остатки сублимата с размаху полетели за галерею.

Многоножка на площадке услышала знакомый стук упавшей на пол еды и с жутким проворством рванулась за ней. Послышался яростный скрип хитина и щёлканье жвал – видимо, вспыхнула потасовка за лакомый кусок.

Дрожащими руками девушка взялась за руль – система ожила! Хрипло выдохнув, Сандра оседлала взвывший моноцикл и включила мощную фару, направив её на копошащееся месиво из когтей, хитина и жвал. Насекомые шарахнулись в сторону от света, освобождая дорогу вниз.

***

Кабинет оператора приветствовал пришедших вспыхнувшим светом и тихим гудением терминала контроля орбиты. Вошедший первым Вилл предложил следовавшей за ним Карелиан кресло, а сам уселся за рабочий стол напротив собеседницы. Кари сидела неестественно прямо, глядя на него из-под медной чёлки и не мигая.

– Чёрт, я прям знал. Ну не мог это быть просто визит вежливости, – вздохнул он, исподлобья глядя на капитана Ртути. – Прошлая твоя просьба о помощи стоила мне кучи нервов и в хлам раскуроченного гейта.

– Стоп. Не накорми я смертника пулей, и был бы раскуроченный купол, – Кари воздела палец к потолку и оглянулась на встроенный в стену мини-бар.

– Не спорю, я благодарен. Само собой, – Вилл поднялся из-за стола и направился за алкоголем. – Но ведь можно в этот раз обойтись без пальбы?. М-м, вина?

– Простой воды со льдом, прошу тебя, – Кари потёрла пальцами переносицу и обессиленно откинулась в кресле. – В этот раз должно обойтись без стрельбы Вилли, мы потеряли Йохана неделю назад.

Оператор на секунду замер с бокалом в руке, после чего взял второй и плеснул в него виски.

– Дерьмо. Хороший был парень. Как это вышло?

Смерть члена экипажа на корабле наёмников была обыденностью, однако, Ртуть славилась тем, что с основания команды её состав оставался неизменным.

Карелиан пригубила предложенную воду и посмотрела в глаза Виллу.

– Йохан погиб по моей вине. У нас был заказ на доставку автономной исследовательской станции в сектор беженцев. Знаешь, где была эпидемия Пандоры?

Вилл кивнул собеседнице.

– Хренова космическая чума, все знают. Мне казалось, что весь сектор выжгли дотла, разве нет?

– Новостями РУОФ можно бедных кормить. Они целиком из лапши. Остались изолированные колонии, о которых мы не знали.

Пандора была кошмарным сном любого мирного жителя региона – пришедшая из ниоткуда болезнь заставляла клетки человеческого тела делиться с невообразимой скоростью, быстро превращав носителя в истекающую кровью и гноем бесформенную груду плоти. Самым страшным было то, что мутировавшие ткани не переставали расти даже после смерти несчастного. Более того, они начинали искать источники биологического материала вокруг. Образовавшаяся биомасса быстро адаптировалась к окружающим условиям, получая возможность самостоятельно перемещаться в пространстве, искать носителей ДНК и убивать.

Чтобы заразиться, достаточно было капли инфицированной крови на коже. Неудивительно, что эпидемия приобрела немыслимые масштабы уже через месяц. Первый город в котором проявилась инфекция был уничтожен спустя восемнадцать часов после объявления карантина. Было принято решение об орбитальной бомбардировке, поскольку разведка не смогла обнаружить следов выживших, а заражённые организмы начали спаиваться в огромные коконы (названные впоследствии ульями), извергавшие из себя невиданных ранее, закованных в хитин тварей и облака спор, которые с удивительной скоростью начало разносить по планете.

В течение следующей недели аналогичная инфекция проявилась на остальных планетах этой системы, а затем и в соседней системе, уже у другой звезды, словно споры могли перемещаться со сверхсветовой скоростью. Война с Пандорой заняла больше года, миллионы людей погибли, а пять звёздных систем полностью опустели, приобретя статус закрытой территории и общее название "Сектор Беженцев", из-за массового исхода людей, не желающих оставаться на обречённых планетах.

Никто так и не понял как открылся ящик Пандоры. Ходило множество предположений, от правительственного эксперимента до вмешательства неизвестных человечеству рас. Самым реалистичным было заявление учёных, утверждавших, что через все поражённые системы прошло одно и то же блуждающее облако межзвёздной пыли, сейчас ушедшее за пределы региона.

– Мы знали, куда лезем, поэтому рассматривали вариант покупки скафандров высшего класса защиты. Вот тех самых. Я оценила разведданные и отказалась от этого. Они ведь дорогие и не особо-то часто нужны. Варианта взять в аренду не было, я предложила рискнуть.

– А объект был зачищен до вас?

Вилл сел напротив собеседницы, поставив бокал на столик и сцепив руки за затылком.

– Нет, – девушка развела руками, – это ведь даже не луна была, астероид. Голый кусок камня, неоткуда там взяться органике, думала я.

Оператор с силой провёл ладонями по лицу и застонал, уже понимая, какое продолжение истории его ожидало.

– Высадились я, Феб, Йохан и Тир. За тридцать минут доставили станцию на нужное место, запустили протокол её развёртывания и уже уходили, когда открылись коконы. Прямо из-под камня. Слишком близко, чтобы избежать столкновения, они почуяли движение или как-то ещё нас распознали.

Кари поколебалась, но не стала рассказывать о том, как повёл себя Феб перед столкновением с заразой. Стрелок словно заранее понял, что произойдёт. Он закричал и начал стрелять в серый грунт ещё до того, как ячейка вскрылась. Перед вылетом он пытался отговорить капитана от выполнения заказа, но никак не смог это объяснить. Стрелок что-то скрывал, в то же время, едва ли это имело отношение к делу. Оператор понял её молчание по своему.

– И как вы отбились? – просипел Вилл сквозь пальцы, – заражённые не спешат падать от пуль.

– Плазменные гранаты. У нас часто по паре таких с собой. Перекрыли тварям путь расплавленным камнем и отошли. Потом Феб приказал Ртути вырыть небольшой карьер на месте их логова. Йохан упал за секунду до этого. Смотрю – в его бедро воткнулся какой-то дротик или коготь. Скафандр пробило на несколько миллиметров, но этого хватило, сам знаешь.

– Знаю, читал отчёты, – оператор ссутулился в кресле и начал щипать себя за бородку, – что было дальше?

– Дальше? – Карелиан посерела лицом, воспоминания явно давались ей нелегко. – Дальше Йохан орал, что его кровь кипит, Тир орал, чтобы я его добила, Феб расстреливал астероид пушками Ртути, а я... я стояла и не могла. Первый раз в жизни не могла выстрелить Пока не увидела, как глаза моего хорошего друга затягиваются белесой, словно рыбье брюхо, плёнкой. Вот тогда получилось. Теперь нам нужен второй пилот, Вилл.

Бокал с водой лопнул в руках девушки, заставив оператора вздрогнуть.

– Чёрт, Кари! Погоди, я дам салфетку. Прости. Не стоило мне спрашивать.

Вилл помог девушке избавиться от засевших в пальцах осколков и обработать порезы.

Карелиан совершенно по-девчачьи шмыгнула носом.

– Йохан вообще не должен был идти. Сказал, что никогда не высаживался на астероиды, мол, интересно. И чего интересного? Тир уже неделю пьёт. Считает, что это он не уследил.

Оператор вспомнил сложный характер невысокого инженера Ртути.

– Не кори себя. Не ошибается только тот, кто ничего не делает. Йохана жалко, но он ведь знал, на что шёл. Значит, нужна рекомендация. Условия прежние?

– Спасибо. Да, оклад и процент от каждого заказа в карман. Медицина, импланты, обучение, всё за мой счёт. Прости за бокал. – вопрос об условиях привёл девушку в себя и она, словно стыдясь недавней слабости, быстро настраивалась на деловой лад.

Вилл взглянул на неё и задумался. Пять лет назад они прибыли сюда совсем зеленью. У них даже экипаж не был укомплектован – Карелиан привела корабль, чтобы забрать с луны канонира. Пока они отмечали в пивнухе начало карьеры, на доске появился срочный заказ. И так сложилось, что кроме новичков было некому его выполнять – в системе не было других охотников. В итоге, команда Кари своим первым заказом взяла запрос на уничтожение террориста от РУОФ.

Именно тогда они и познакомились – следуя протоколу, команда наёмников обратилась за помощью к местном правительству, коим и являлся для этой луны оператор гейта. Он, в свою очередь, обязан был предоставить ведущим расследование оперативникам всю возможную поддержку. Вместе им удалось обнаружить на планете следы готовящегося теракта.

Чёртовы религиозные фанатики послали на луну идиота, который должен был подорвать ядерный заряд внутри купола. Он-то и стал первой добычей команды Карелиан. Сразу после его смерти, сообщники террориста попытались протаранить шлюзы гейта. К счастью, Вилл задолго до этого вывел весь персонал из этих помещений и всё обернулось только ремонтом. Дорогим, но это лучше ядерного взрыва под куполом. Кари тогда несла какую-то чушь про «добро с кулаками», а Вилл смеялся, мол, нет в этом мире добра.

Следующие пять лет они не встречались, что не мешало им оставаться друзьями, а также сотрудничать. У Вилла было много знакомых, кому он был рад посоветовать перспективную команду славных ребят. Те не оставались в долгу и делились процентом от самых удачных заказов. Что может быть лучше? Пожалуй, чтобы команда не меняла состав.

Вилл опомнился, поняв, что Карелиан смотрит на него в повисшей тишине. Это была уже не та юная девушка с горящими глазами, что ворвалась к нему в кабинет со сканом лица подозреваемого когда-то давно.

– Прости, – оператор прочистил горло, – забудь о бокале. Я просто задумался о том, как всё поменялось. Вы в десятке самых лучших команд. Известные по всему региону ребята начинали свой путь вот в этом кабинете.

Карелиан слабо улыбнулась. Быстрому карьерному росту они были обязаны владельцу Гнезда, да собственной совести. Не было случая, чтобы они изменили контракту – это не всегда было выгодно, но репутация того стоила. И всё же, ошибаются все.

– Кажется, известность не всегда играет нам на руку. Нас тогда долго не выпускали из терминала, ссылаясь на карантин и сопутствующие проверки. И вот странное дело, облик поддельного Феба андроида был скопирован именно с того дня. Понимаешь, это ведь не просто так – скопировать данные с терминала. Нужны серьёзные связи.

– С терминала, говоришь? – Вилл свёл брови. – У меня немало врагов, вы могли просто попасться под руку. Но доступ к планетарному терминалу может быть только у приближенных к официалам ребят. Выходит, они этим нападением дали нам направление для поиска.

Карелиан развела руками, показывая, что не ждала от Вилла иного.

–Впрочем, отложим. У меня есть для тебя человек. Она выколет мне глаза, если узнает, что я не позволил ей стать штурманом.

Капитан Ртути улыбнулась.

– Как в старые-добрые времена!

Глава 4

Разбитый моноцикл лежал на боку, чем-то напоминая выброшенную на песчаный берег камбалу. Сандра Милл истекала кровью, зарывшись лицом в токсичную пыль, а стоящий над ней Макс остервенело стрелял с двух рук. Пули хлопали по броне джипа, укрывавшего раскуроченной мордой троих вооружённых мужчин.

Один торопливо заряжал ручной гранатомёт, готовясь накрыть позицию Макса. Однако, едва высунувшись, он с воплем упал на землю, держась за простреленное бедро – из-за стоящего поодаль вездехода тоже вели огонь.

Макс улучил момент, схватил левой рукой лежащую девушку за ворот гоночного комбинезона и пятясь потащил к вездеходу, продолжая при этом стрелять. На мгновение выстрелы спрятавшегося за бортом Феба смолкли, после чего прозвучало семь тяжёлых хлопков, за каждым из которых на броне джипа появлялась рваная пробоина размером с ладонь, а сам джип заметно протаскивало по песку.

– Как дети малые, честное слово! – бормотал Макс, затаскивая девушку за укрытие, – Феб, как ты считаешь, на что рассчитывали эти джентльмены, приказывая нам развернуться и уйти?

– На джип, Макс, на свой хренов джип! – Феб сидел за гусеницей и вытряхивал гильзы из переломленного вбок револьвера, – Нужен финал, у меня патроны заканчиваются.

– Предлагаю гранаты на бис. У тебя остались? – Макс уложил девушку за гусеницей и посмотрел на индикаторы боезапаса на пистолетных рукоятках. Бок гонщицы пропитался кровью, но времени на перевязку не было. – Я как-то тоже не ожидал позиционной войны вместо утреннего кофе!

Револьвер в руках Феба сочно клацнул, приходя в боевое положение.

– Всегда ношу с собой парочку для особого случая! – канонир достал из-за пазухи два шарика размером с грецкий орех. – Термобарические.

– Вот же умница! – расплылся в улыбке Макс.

По гусеницам завизжали пули.

– Всё, пора.

Тяжёлый стук пулемётной очереди со стороны бункера Криса ворвался в происходящее, закончив бой за несколько секунд. Стоило грохоту стихнуть, как Феб поднял окуляры на лоб, убрал револьвер в кобуру на пояснице, и уже не скрываясь двинулся к джипу мимо изорванных крупнокалиберными пулями тел.

За джипом лежал незадачливый гранатомётчик, безуспешно пытающийся наложить на ногу жгут. Увидев подступающего канонира, он попытался выхватить из кобуры пистолет, однако стрелок Ртути просто забрал его из слабеющей от потери крови руки.

Отбросив оружие в сторону, канонир поднял валяющийся рядом жгут и в три движения остановил кровотечение из пробитого бедра. После чего вытащил из набедренной кобуры пистолет, и ни слова не говоря прострелил гранатомётчику второе бедро.

Наёмник захлебнулся криком, в ужасе пытаясь ползти куда-то вбок, но Феб просто схватил его за ногу и подтащил ближе. Достав из нарукавного кармана перевязочный пакет, стрелок залил рану гемостатической пеной с одной и другой стороны, полностью останавливая кровотечение. Капсула с нашатырным спиртом лопнула под носом у раненого, заставляя того выйти из полуобморочного состояния и сфокусировать взгляд на Фебе.

– Статья триста пятнадцать, часть восьмая, кодекс о ведении боя на нейтральной территории. Ты знаешь кодекс? – Феб присел на корточки и всмотрелся в лицо наёмника. – Там написано, что принадлежность нападающих к военизированной группе позволяет обороняющимся проводить допросы с пристрастием. Это значит, что я имею право тебя пытать. Ты этого хочешь?

Лежащий дёрнул головой из стороны в сторону. Его дыхание со свистом вырывалось сквозь стиснутые от боли зубы. Феб кивнул.

– Хорошо. Тогда назови мне своё имя, звание, и расскажи, зачем вам убивать гонщицу.

Наёмник приподнялся на локтях, приоткрыл рот и тут же захлопнул его. В светлых глазах протаял намёк на решимость, заставивший Феба по-доброму улыбнуться. Пожалуй, надо отпустить парня после допроса.

– Дружище, оно тебе не надо. Смотри, – стрелок потянулся к ножнам у кобуры, – это – вибрационный стропорез. Я им могу нарезать из твоих ног вермишель, да так, что ты даже в обморок не упадёшь. Но ходить не сможешь потом даже на протезах, честное слово.

Этого было достаточно. Наёмник мелко закивал, глаза увлажнились, лишая лицо бравого вида.

Феб убрал нож от ноги и полез за сигаретами. Ему стало немного жаль неудавшегося головореза – совсем ещё мальчишку, если судить по виду. Такие нередко становились частью банд грабителей, рэкетиров и прочего сброда, не способного пройти элементарный экзамен на получение лицензии гражданского охотника.

– Будешь курить? Давай с простого, имя и звание.

Наёмник с третьей попытки сумел закурить и жадно втянул табачный дым. Ядовитый песок налип на его губы, но кратковременный контакт с токсичной средой его не сильно пугал.

– Джо. Рядовой Бара, взвод «Стоунер».

– Красиво назвали. А командир твой кто?

Глаза допрашиваемого метнулись в сторону лежащих у джипа тел.

– Понятно, он уже ничего не ответит. К какой организации принадлежите? У вас вообще есть разрешение на деятельность здесь?

Джо затянулся несколько раз подряд. Он не понимал, что вообще произошло. Ещё несколько минут назад они гнали по пустыне девчонку на моноцикле. Весёлое сафари. Откуда вылезла эта парочка? Наёмник мазнул глазами по издырявленному джипу. Словно корабельная пушка поработала. Сердце билось так, что его всего покачивало.

– Пожалуйста, отпустите меня. Если я начну выкладывать детали, меня всего на фарш пустят, не только ноги.

Феб хмыкнул. Как быстро человек забывает о дырках в ногах. Стропорез бесшумно покинул ножны и упёрся остриём в коленную чашечку начавшего подвывать рядового.

– Представляешь, как это больно, да?

– Нет, да нет у нас никакой организации, нас набирают из разных команд, когда бригада нужна, мы даже не знаем друг друга!

– Кто набирает? – Кончик лезвия надавил на ткань и провалился в кость, как в прохладное масло, передавая в неё микро-вибрации. Джо завопил от нестерпимой боли. Стоило ей стихнуть, как он затараторил.

– Контракты всегда анонимные, оплата токенами, я третий Третий раз всего участвую, у меня даже звания раньше не было, честно!

Страшное лезвие отдалилось, оставив после себя небольшое пятнышко крови на пустынном камуфляже.

– Цель задания на этом объекте?

– Адресная работа, ликвидация свидетелей, – он продолжал, повинуясь кивку стрелка, – тут готовится что-то, какая-то операция. Эти видели то, что не надо было видеть, просто оказались не там. Поэтому нас и послали. Что-то важное, я не знаю, не знаю!

Феб снова кивнул. Синдикаты нередко нанимали охотников, чтобы избавиться от лишних глаз, и не пачкать своих рук. Парня ждёт лет тридцать рудников, в лучшем случае. Может, поймёт, что стрелять в некомбатантов к беде. Всё это значило, что наёмники должны иметь при себе инструкции.

– Где бриф с целями?

Ещё один кивок в сторону командира.

Феб прошёлся до окровавленного тела и раздобыл из недр камуфляжа чудом уцелевший коммуникатор. Разблокировать его, конечно же, не было никакой возможности, как и брать с собой – это просто маяк для противника. Оставалась последняя надежда, что этот олух оставил какие-то записи у себя. Вернувшись к свернувшемуся в клубок Джо, Феб бегло того обыскал. Зажигалка, контрацептивы, пачка жевательной резинки. В нагрудном кармане оказался прямоугольник компактного компьютера.

– Разблокируй, – Феб поднёс экран к лицу лежащего и дождался, пока тот прочертит взглядом отпирающий символ. Стрелок со вздохом стал листать папки с записями, уже думая, что пора дать пленному обезбол.

Открыв позапрошлую заметку, канонир Ртути похолодел. С трёхмерного фото на него смотрела мёртвая девушка с ребёнком. Обнажённые, изувеченные, окружённые позирующими бойцами в знакомом снаряжении. Крутанув фото, Феб увидел, что снимал человек, телосложения, как у лежащего перед ним юнца.

Кристофер учил его, что таким людям наплевать на всё и на всех. Жалость уступила место глухой злобе. Мы живём в дерьмовом мире, иногда даже убивая друг друга. Но какой же падалью надо быть, чтобы наслаждаться вот этим.

Стрелок молча показал фото лежащему и замер, ожидая реакции. Джо сперва не понял – ему с самого первого «сафари» уже показалась весёлой традиция собирать трофеи. Этот был его первым. Убивай или будь убитым, так говорили товарищи.

– Феб, я, конечно, её перевязал, но ты возишься слишком долго! – подошедший Макс покривился, глядя на ноги наёмника. Им редко приходилось кого-то допрашивать, да и в целом такая практика не считалась хорошей в команде. – Мне трудно судить по воплям, ты ему стихи свои что ли зачитывал?

Взяв протянутый товарищем коммуникатор, архитектор с силой выдохнул через нос. Затем пролистнул ещё несколько заметок и произнёс:

– Какая же херня, Феб. Кари расстроится, что не она его грохнула. Ты или я?

– Вы чего? Я же всё рассказал! – полулежащий рядовой переводил жалобный взгляд с утративших человечность лиц на песок и обратно, словно ища выход.

– Есть правила, – Феб вытащил пистолет и прострелил пленному голову.

***

Потрескавшиеся губы болели так сильно, что спать стало совершенно невозможно. Сандра облизнула их, ощутила ненавистную песчаную горечь и открыла глаза. Правый бок стянуло болью, заставив глухо выматериться. Девушка вспомнила, как близкий взрыв сбросил её с моноцикла – должно быть, какой-то осколок нашёл дорогу к телу.

– Осторожно, рана откроется, – голова болела от звуков, но голос показался знакомым.

Повернуться на другой бок было непросто, но любопытство пересилило. Неужели и правда она? Сандра упёрлась рукой в жёсткий матрас, развернулась и воззрилась на лицо капитана Ртути. Включилась профессиональная деформация, заставляющая девушку подмечать детали увиденного. Зелёные глаза, неровная рыжая чёлка со следами ранней седины, упрямая складка рта, обветренная кожа. Вблизи она совсем не казалась избалованной жизнью.

– Привет, – Карелиан Саар сидела рядом с кроватью, пристально наблюдая за гонщицей. – Крис сказал, что ты приходишь в себя, вот я и пришла пообщаться. Как ты?

Сандра опустила глаза, чтобы осмотреть бок. Она была раздета и затянута в несколько слоёв регенерирующих повязок, под которыми угадывалась какая-то пена. Не смущаясь наготы, гонщица села на кровати, пытаясь понять, насколько тело ей повинуется. Кроме головокружения, боли в боку и ощущения, что её возили лицом по песку – всё было почти в рамках нормы.

– Средней дерьмовости. Что случилось? Половину пустыни взорвали, чтобы до меня добраться?

– Ты мне скажи, – Карелиан провела глазами по торсу собеседницы, на секунду задержавшись сперва на гематомах, а затем на небольших грудях. А девчушка-то не из робких. Или извращенка. Под серыми газами такие тени, словно одного переливания плазмы было мало. – Мои ребята застали только развязку истории, когда тебя догнала ракета.

Капитан закинула ногу за ногу и выжидательно подняла бровь. Она прибыла с час назад. Этого времени хватило только на то, чтобы выслушать полный доклад от Макса с Фебом, да ознакомиться с полем боя. К великому счастью, им противостояла не корпоративная армия – это сводило последствия к минимуму. Однако, разобраться хотелось.