Наследница огня

Мариус встал рядом со мной.

- Проходите, не стойте в дверях. – звонким, словно у молодой кокетки, голосом произнесла она.

Я услышала, как дверь за нашими спинами захлопнулась.

Ведьма отхлебнула из своего бокала и облизнула губы. Именно в этот момент я поняла, что она пьет и почему губы у ведьмы красные. Кровь. Она пьет кровь.

- Здравствуй тетя Марина.

Марина перевела взгляд на меня.

- А ты почему не здороваешься со мной, Серафима?

- Здравствуйте. – поспешно выпалила я.

На ее губах появилась улыбка.

- Давно не видела тебя, Мариус. И тебе я очень рада, Серафима. – она кивнула нам обоим и встала со своего кресла.

Подойдя к нам, она поочередно обняла нас обоих.

- Мне нужна твоя помощь. – без предисловий начал Михаил.

- Конечно нужна, - она потрепала Мариуса по щеке – иначе бы ты никогда не вспомнил о своей бедной старой тетушке. А вот Люциус – она осуждающе ткнула пальцем Мариусу в грудь – постоянно связывается со мной. Вот он хороший племянник, не то что некоторые. – Марина всплеснула руками - Мы же семья, а ты даже сейчас смотришь на меня, будто я тебе чужая.

- Прости, тетя. – сухо выдавил из себя Мариус.

- Ладно уж. Просто постарайся не забывать о родственниках и по маминой линии, ведь мы тоже твоя семья. – она небрежно отмахнулась от извинений Мариуса – Чего пришел?

Я не понимала, как Марина могла столь спокойно и легко относиться к Мариусу, даже несмотря на то, что они родственники. Темные, которые были ее родственниками, находились в заточении, и Мариус был к этому причастен. Мне никогда не понять эту семью.

- Не знаешь ли ты заклинание, которое способно оградить от нежелательных гостей?

Марина прищурила глаза.

- Однажды я уже рассказала о похожем заклинании твоей бабке, и с тех пор мой племянник привязан к одному замку без возможности когда-либо разорвать связь с ним.

- Не такое уж и действенное твое заклинание, раз я снова пришел за помощью к тебе. Но ты и так знаешь о выходках Люциуса, ведь так?

- Он сын моей сестры, так же, как и ты. - Марина пожала плечами, а затем развернулась и пошла по направлению к лестнице – Следуйте за мной.

Мы поднялись в огромный круглый зал со стеклянным потолком и пентаграммой на весь пол. Вместо голубого неба и мирно плывущих облаков, я увидела холодное ночное небо. Зал освещал лишь свет луны и звезд. В центре зала стояла трибуна с толстенной книгой. Книга была раскрыта и перо какой-то птицы без чьей-либо помощи заполняло эту книгу. Закончив писать страницу, перо перевернуло страницу, обмакнуло свой кончик в чернильницу и продолжило писать дальше.

- В этот раз она нам не пригодится. – сказала Марина, увидев мое изумленное лицо. – Это книга пророчеств.

Она прошла к шкафу с книгами и достала оттуда немного потрепанную книжку со светящимися письменами на обложке. Взяв книгу, мы пошли в другую комнату. Потолки в этой комнате были настолько низкими, что Мариусу пришлось согнуться. Комната была завалена всяким барахлом: от свертков ткани до чучела совы. Подойдя к пыльному низкому столику, заставленному книгами, картами и исписанными страницами, Марина одним махом скинула все содержимое стола на пол и залезла под стол в поисках чего-то, буркнув «присаживайтесь» из-под стола.

Мы с Мариусом сели на пол и принялись молча ожидать дальнейших указаний Марины. Вылезла из-под стола она с прозрачным шаром и подставкой для него. Шар был поставлен в центр стола, а Марина принялась задумчиво листать книгу.

- Мариус, - сказала Марина не отрываясь от книги – положи руку на шар и думай о том, что тебе нужно. Четко проговаривай в голове свою цель, иначе ничего не получится. А ты, Серафима, - она оторвалась от книги – иди погуляй. Во время обряда здесь не должно быть никого кроме меня и Мариуса, иначе твои мысли могут нарушить структуру заклинания.

Марина и Мариус положили руки на шар. Это последнее, что я видела прежде чем вышла из комнаты.

Какое-то время я просто стояла, выставленная за дверь, и оглядывалась, перекатываясь с пяток на носки. Решив, что глупо просто стоять, я решила вернуться в зал с волшебной книгой и понаблюдать за ней. Уж очень она меня заинтересовала.

В зале все так же царствовала звездная ночь, а перо неустанно строчило строчки в книге. Как только я подошла к алтарю и заглянула в книгу, ее страницы засветились желтым цветом, подсвечивая написанные в ней слова.

- Я знаю тебя. – раздался женский голос из книги.

Испугавшись, я отскочила от книги.

- Да, я была здесь – я указала рукой на дверь у меня за спиной, все еще следя за книгой – пару минут назад…

- Ты связана с пророчеством.

- Каким пророчеством?

- Я не могу сказать. – отрезала книга - Лишь ведьма может прочесть меня, а ты не ведьма.

- Поверь, милая, это к лучшему. – я обернулась на голос Марины – За все в жизни нужно платить, в том числе и за знания. Для каждого плата своя, но все, кто приходят ко мне, жалеют о сделке с книгой пророчеств.

- Раз плата так высока, то почему же тогда люди приходят к тебе, чтобы услышать пророчества о своей судьбе?

Марина пожала плечами.

- Люди так устроены. Все они желают знать, что будет и закрывают глаза на мои предупреждения. Ведь пророчества — это то, что невозможно изменить ни при каких ухищрениях. Если ты хочешь, то я прочитаю тебе твое пророчество, - она подошла к книге и принялась листать страницы – но предупредить тебя о последствиях я была обязана.

Я отрицательно замахала руками.

- Спасибо, не надо! Мне и так проблем хватает.

- Мудрое решение. – Марина подмигнула мне – Могу обрадовать тебя: Мариус получил то, зачем пришел, но вам придется заглянуть к еще одной его родственнице, которая не так добра, как я.

- Почему ты нам помогаешь? Ты же поддерживаешь притязания Люциуса на трон, значит, мы твои враги, а ты все равно добра к нам.

- Неужели у старой одинокой женщины, живущей в древнем лесу, не может быть причуд? – ответили мне вопросом на вопрос.

Поняв, что никто ничего мне объяснять не собирается, я пошла искать Мариуса.

Мариус уже ждал меня в зале с камином, в который мы попали, когда вошли в избу. Марина не изъявила желания проводить гостей. Мариус стоял, облокотившись на камин, и смотрел на пляшущие языки пламени. Увидев меня, о сразу же отошел от камина и пошел к входной двери.

- Наконец-то! – раздражённо рыкнул он на меня, и в его голосе звенело напряжение, будто каждая лишняя секунда действительно могла стоить нам чего-то важного – Долго тебя еще ждать!? Давай быстрее, мы должны попасть в зачарованный лес до заката.

Я ускорила шаг, почти переходя на бег, чтобы поравняться с ним, и всё же не удержалась:

- Не волнуйся ты так. До заката еще уйма времени.

- До заката в зачарованном лесу полчаса. – огорошил меня Мариус – Или ты думала, что на всех уголках мира время течет одновременно? – иронично спросил он.

Мне ответить было нечем, ведь в этот раз я действительно сглупила.

Как только мы вышли, Мариус телепортировал нас в вечерний лес.

Если лес Марины был тяжёлым, древним, будто пропитанным чужими страхами, то этот дышал жизнью. Лес, в который мы попали светился, не смотря на заходящее солнце, подсвечивающее лишь макушки деревьев.

Свет струился отовсюду. Не яркий, не ослепляющий — мягкий, словно дыхание. Он исходил от листьев, от травы, от тонких стеблей цветов, от крошечных насекомых, зависших в воздухе, как живые искры. Даже кора деревьев переливалась изнутри, будто под ней текла светящаяся кровь.

Воздух был густой от запахов — сладких, свежих, терпких. Я чувствовала, как они кружат голову, как будто сам лес пытался убаюкать меня, заставить забыть, зачем я здесь. Но Мариус не дал. Он снова потянул меня за собой.

Когда мы вышли к пруду, я замерла.

Голубая вода светилась изнутри, мягко пульсируя, как сердце. Поверхность её была гладкой, почти зеркальной, но время от времени по ней пробегали лёгкие круги — от движения девушек, которые в ней находились.

Девушки были в воде, на берегу, среди травы — и все, как одна, выглядели нереально красивыми. Их кожа отливала светом, волосы переливались оттенками зелени, золота, тёмного дерева. Они смеялись, плескались, лежали на траве.

— Это дриады, — спокойно пояснил Мариус, даже не замедлив шаг.

Ему было всё равно. Он шёл вперёд — прямо к трону, сплетённому из массивных корней, словно выросшему из самой земли. И чем ближе мы подходили, тем сильнее я ощущала напряжение.

На троне восседала черноволосая женщина. Её волосы — густые, чёрные — стекали по телу, скрывая его, как тёмная вода.

Завидев наше приближение, она недобро сощурила глаза, и шепнула что-то на ухо девушке, стоящей рядом с ней, и та тотчас же убежала куда-то.

Как только мы подошли к трону, Мариус не успел и слова сказать, как черноволосая дриада встала с трона и прошипела, словно змея:

- Пошел вон.

Ее лицо выражало неприкрытую ненависть. Вот, что Марина имела в виду, когда говорила, что она единственная добра к Мариусу. Все остальные родственники ненавидели его и, скорее всего, жаждали его смерти.

- Бабушка, послушай…

- Ты мне давно уже больше не внук.

Так значит эта дриада – бабушка Мариуса по маминой линии. Теперь вполне логичен ее, мягко сказать, не теплый прием.

Нас окружили войны, приведенные девушкой, которую послала бабушка Мариуса. Хотя, войнами их назвать было сложно, так как из оружия у них были деревянные копья.

- Прошу покинуть нашу обитель, - высокомерно произнесла бабушка Мариуса – вы мешаете нашему празднику заячьей луны.

Мужчины направили на нас копья.

- Помоги нам, и я верну твоему народу часть отобранных земель. – выпалил Мариус на одном дыхании.

Дриада подняла руку и войны убрали копья.

- Все земли. – твердо сказала она.

Мариус покачал головой.

- Одна треть. Магия зачарованного леса нужна империи.

- Вы отобрали наши леса! – загорелась дриада – Загнали нас на мелкие клочки некогда великого леса! А теперь я, королева, - она ударила себя в грудь - должна, словно побитый пес, клянчить жалкие клочки нашей земли!

- Так ты согласна?

Глаза бабушки Мариуса недобро сверкнули и, на это мгновение, мне показалось, что она откажет нам, но в следующее мгновение она кивнула.

- Да.

Она махнула рукой и нас тут же оставили наедине с бабушкой Мариуса. Когда лишние уши уже не могли нас слышать, Мариус принялся выкладывать свои требования.

- Нам нужно что-то, что сможет оградить нас от нежелательных гостей. Марина сказала, что то, что нам нужно есть у тебя.

- Ах, Марина, - она снисходительно улыбнулась и покачала головой – кто же еще, как не наша мягкосердечная Марина, помогает своим врагам. Не знаю, где я ошиблась в ее воспитании. – ее взгляд переметнулся на меня – А ты кто такая?

- Серафима. Я ученица Мариуса.

- Она новая Светлая. – поправил Мариус.

- Так это в твою честь недавно был устроен бал, на который меня не пригласили. – она указала на меня своим длинным пальцем – Как я была удивлена и раздосадована, когда какая-то безродная девчонка была объявлена членом императорской семьи без каких-либо прав на свой титул, в то время, как мой старший внук и наследник трона лишен права на престолонаследование.

- Бабушка, Люциус безумен. – попытался вразумить ее Мариус – Он не может наследовать трон.

- А по мне так это вы безумцы! И для тебя я Августина, королева дриад, мальчишка. – она одернула себя – Впрочем, неважно. Я знаю, что вам нужно. Дриады владеют знанием приготовления волшебной мази, которая не впустит в дом того, против кого она будет применена. Смажете все входные двери во дворец, и Люциус больше не сможет вас побеспокоить, пока вы сами его не впустите. Вам повезло, именно сегодня та ночь, когда я смогу приготовить мазь. Мне нужна ваша кровь.

- Может, обойдемся только моей кровью? – уточнил Мариус.

- Нет. – отрезала его бабушка – Двое должны мазать мазь на двери и читать заклинание в унисон, иначе оно не сработает. Идите за мной в храм леса, там вы пожертвуете свою кровь и до утра можете идти на все четыре стороны.

Августина привела нас к огромному, размером с половину императорского дворца, дереву. Оно, словно король всех деревьев, возвышалось над лесом так, что вершину невозможно было разглядеть. Это дерево и было храмом. Внутри оно было полым и делилось на множество этажей, на которые подниматься нужно было по лестнице, спиралью закрученной вокруг дерева.

Я тяжело вздохнула. Подниматься придется ножками.

Поднимаясь по спиральной лестнице, я быстро начала задыхаться. Ноги налились тяжестью, дыхание сбивалось.

Где-то на середине высоты дерева, Августина наконец-то свернула внутрь дерева.

- Почему… нет… лифта… - тяжело дыша, я оперлась на стену.

Внутри дерева не было окон, но дупло было настолько большое, что они вряд ли были необходимы.

Это был этаж со всякими котлами, книгами и склянками, а значит, здесь готовили зелья. В отличие от комнаты Марины, здесь царила идеальная чистота и все лежало на своих местах. Августина взмахнула рукой и светлячки, до этого сидевшие на полках с книгами, закружились вокруг нее, подсвечивая ей надписи на баночках с разным содержимым. Взяв все, что нужно, она водрузила это на стол.

- Осталась только ваша кровь и кое-какой ингредиент, который мне принесут попозже.

Она взяла полностью золотой кортик, украшенный драгоценными камнями, покоящийся на специальной подставке.

- Кто первый? – она развернулась к нам и вопросительно изогнула бровь.

Мариус подошел к бабушке и протянул ей руку. Взяв его за руку, она кольнула Мариуса в указательный палец и сцедила пару капель в пробирку, что-то тихо напевая. Как только его руку отпустили, Мариус тут же отдернул ее и прижал к себе, словно раненый зверь.

- Кто бы мог подумать, что кронпринц боится крови. – буркунула Августина недовольно.

- Защитный инстинкт. – так же недовольно пояснил Мариус, сжимая и разжимая руку – Кровь – ингредиент всех самых ужасных проклятий, а ты, бабушка, в этом мастерица.

- Твой брат никогда бы…

- Я не мой брат! – прикрикнул Мариус на Августину – Уж извините, бабушка.

Мариус отвернулся от нее и уставился на начавшую подниматься из-за горизонта луну. Я же подошла к Августине и протянула ей свою руку.

Я понимала эту женщину и ее нелюбовь к Мариусу. Но понимала и Мариуса – часть его семьи отвернулась от него и это терзало его душу.

Августина вдруг схватилась за прядь моих волос.

- Красивые. – она принялась пальцами перебирать прядь – Необычный, редкий цвет. Знала я один род, у которых были такие же волосы, но их древо уже давненько как иссохло. А, впрочем, - она бросила играться с моими волосами – не важно.

Дриада уколола меня в указательный палец и несколько капель моей крови упали в пробирку.

- Больше вы мне не нужны, - Августина махнула рукой – можете идти.

- С вашего позволения, я останусь. – Мариус все так же не смотрел на бабку – В конце концов, сейчас в ваших руках кровь кронпринца. Я должен проследить за тем, как вы ее используете.

- А вот я прогуляюсь. Никогда не была на празднике заячьей луны.

Когда я прошла мимо Мариуса, его глаза недовольно сузились, но я ни за что не проведу всю ночь в одном помещении с двумя противоборствующими людьми. Это же пороховая бочка, а мне проблем и так хватает.

- Повеселюсь за нас обоих. – я подмигнула Мариусу и побежала вниз по ступенькам, пока Мариус не заставил меня остаться.

Глава 6:

Чем выше поднималась луна, тем ярче светился лес. Дриады пели и танцевали вокруг голубого пруда. Устроившись в тихом уголке, я наблюдала за разворачивающимся действием.

Как только луна поднялась высоко над небом и осветила пруд, повсюду из земли начали прорастать цветы, сияющие голубым так же, как и вода в водоеме. И на этом все. Дриады просто уселись на траву и, молча, сидели, любуясь цветами.

Я решила прогуляться по лесу, но не отходя далеко, чтобы не заблудиться.

Гуляя, я заметила, что голубые цветы испускаю странный запах, от которого путались мысли, словно от алкоголя Сначала я почти не обращала на это внимания, пока ноги не стали заплетаться, а мир — слегка плыть перед глазами. Налетев на дерево и больно ударившись лбом, я тихо выругалась и попыталась сосредоточиться.

Нужно было возвращаться. Вот только куда?

Я остановилась, оглядываясь. Деревья вокруг казались одинаковыми. Слишком одинаковыми. Словно лес нарочно стер все ориентиры.

Перед глазами начало все плыть, но я упорно продолжала идти, ища знакомые места. Вдруг, я услышала шепот где-то в чаще леса. В груди будто натянулась тонкая невидимая нить — и тянула меня вперёд.

- Серафима!

Я обернулась на голос, звавший меня и шепот в моей голове начала затухать.

— Серафима, стой!

Кто-то схватил меня за плечо и развернул. Перед глазами все плыло, и я едва смогла сфокусировать зрение на лице Мариуса. Он был охвачен ужасом: глаза широко открыты, зрачки расширены, к носу прижата какая-то тряпка.

- Нужно выбираться отсюда, сегодня не праздник заячьей луны, а кровавой луны! Августина обманула нас, чтобы мы попали под воздействие чар этих чертовых цветов. Она хочет сдать нас Люциусу! - он встряхнул меня – Проснись! Нужно найти укрытие, чтобы не дышать пыльцой цветов. Августина прыснула мне пыльцой прямо в лицо, в таком состоянии я не могу телепортировать нас…

Слова доходили с трудом, как будто через воду.

Шепот становилась все тише и в моей груди будто начала образовываться черная дыра. Мне было физически больно идти в противоположную сторону от шепота.

— Подожди… — тихо сказала я. — Там…

Мариус обернулся и заглянул мне в глаза.

– Серафима, послушай меня, это все в твоей голове, что бы ты не слышала, это не настоящее.

- Ты не понимаешь! – я вырвалась из его рук – Мне нужно идти!

- Я не могу это позволить.

Мариус снова схватил меня и потащил, но у меня было преимущество: вторая рука Мариуса зажимала его нос, а вот моя была свободна. Свободной рукой я ударила его в лицо. Шокированный, Мариус схватился за место удара, но не той рукой, которой держал меня, а той, которой зажимал нос.

- Ты с ума сошла! Если я надышусь этой пыльцы, то…

Тут он осознал, то перестал зажимать нос, но было уже поздно, его легкие уже наполнились пыльцой. Все еще не отпуская меня, он скрючился и зарычал, словно дикий зверь, борясь с действием волшебных цветов. Я увидела, как напряглись мышцы на его шее, как под кожей дернулась жила.

Я тихонько тронула его за лечо. Лучше бы я этого не делала. Резко выпрямившись, он развернул меня к себе. Зрачки расширены, почти съедали радужку.

Мариус рычал прямо мне в лицо, скаля зубы. Вот только это были не его зубы, а клыки зверя.

В сознании промелькнуло воспоминание о том, что гербом династии был белый волк. Значит легенды не врут и в роду Маруиса действительно были оборотни.

Я инстинктивно попятилась. Но он догнал меня в одно движение. Схватил за запястье и резко дернул на себя. Я ударилась о его грудь.

- Ты никогда не слушаешь меня. – его горячее дыхание обожгло мою кожу – Так и хочется впиться зубами в твою шейку.

Он провел рукой по моей шее. Пальцы обвели линию челюсти, спустились ниже.

— Заставить тебя кричать… — продолжал он, почти ласково, но от этих слов становилось только страшнее, — молить… Но больше всего…

Его рука резко легла мне на затылок. Пальцы запутались в волосах.

– …мне хочется сделать это.

Его губы врезались в мои. Не поцелуй, а захват – голодный и резкий. Я ахнула — но звук утонул в нём. Он целовал так, будто не умел иначе.

Я сначала уперлась в его грудь, пытаясь оттолкнуть, но он не сдвинулся ни на миллиметр. Только сильнее прижал меня к себе. Его пальцы в волосах не давали отстраниться.

И в какой-то момент что-то внутри меня дрогнуло. Ответило.

Я закрыла глаза всего на секунду, но этого оказалось достаточно. Поцелуй перестал быть борьбой - теперь уже я отвечала на его ласки.

И именно в этот момент где-то на краю сознания я снова услышала шепот.

Я резко вдохнула и с усилием отстранилась. Воздух ударил в лёгкие, как холодная вода.

— Прости… — голос прозвучал чужим. — Мне нужно идти.

- Не уходи. – он нежно провел рукой по моим волосам.

Я заглянула в глаза Мариуса, в его взгляде всё ещё был этот зверь. На мгновение я действительно хотела остаться.

Но шепот давил на меня вынуждая уйти.

Я бросилась бежать на зов. Я выскочила на поляну, усеянную голубыми цветами. Светлячки, кружившие по поляне, освещали силуэт, спрятанный под сенью дерева. Шепот пульсировал в моей голове почти доводя до боли.

Увидев меня, незнакомец, вышел из-под защиты дерева. Оказалось, что этот незнакомец не такой уж мне и незнакомый. И тут все затихло.

- Ты слышал шепот?

Люциус не ответил.

Тогда я подошла к нему вплотную и, принявшись трясти его за плечо, вновь задала тот же вопрос. И лишь сейчас он кивнул.

- Да, я слышал его.

- Ты знаешь, что это было?

Он отрицательно замотал головой.

— Тогда я пойду…

Я сделала шаг в сторону, но его рука легла мне на запястье.

— Ты не в том состоянии, чтобы бродить по лесу, — спокойно сказал он.

Я попыталась сделать ещё шаг — и покачнулась. Ноги не слушались. Я выдохнула и опустилась на траву.

— Я… — я сглотнула, — просто посижу немного.

Он лег на землю рядом и, подложив под голову руки, принялся задумчиво изучать звезды, а я крутилась вокруг, собирая цветы и напевая какую-то мелодию. Собрав букет голубых светящихся цветов, я принялась плести венок из них, продолжая петь.

- Сильно же ты надышалась пыльцой.

Я надела венок Люциусу на голову.

Он улыбнулся и снова посмотрел в небо.

- Скоро рассвет…

- И что? – машинально спросила я, плетя очередной венок.

- С восходом солнца цветы завянут, и действие их пыльцы закончится.

Я тоже легла на землю и принялась рассматривать меркнувшие звезды.

- Ты же не галлюцинация? – я повернула голову к Люциусу.

Он повернулся на бок ко мне и ущипнул себя за руку. Потом немного подождал и, улыбнувшись, вынес вердикт:

- Нет.

Я хихикнула.

- Вот вы где!

Мы оба посмотрели на приближающуюся фигуру черноволосой девушки-молнии. Подойдя, она нависла над нами, словно мать над непослушными детьми, скрестив руки.

- Ты не должен здесь быть. – обратилась она к Люциусу.

Он неохотно встал, чтобы быть наравне с девушкой, хотя теперь это он нависал над ней.

- Я просто хотел поговорить с Серафимой, но она сейчас не в состоянии что-то понять.

Рассветало. Меня начало отпускать от действия цветов, потому что страх постепенно, но начал закрадываться в мою душу. Мысли все еще путались в голове и ноги были словно из ваты, но дрожь начала покрывать все мое тело.

Цветы в венке на голове Люциуса на глазах увядали.

Люциус подошел ко мне.

– Не бойся меня, я твой друг. Сейчас мне нужно идти, но мы вскоре вновь встретимся.

Он отвесил мне шутливый поклон.

- И, кстати, - он махнул головой влево – поселение дриад там.

После этой вполне полезной подсказки, Люциус растворился в портале, а я поплелась на поиски кого-то живого. Мертвые голубые цветы хрустели под моими ногами, словно маленькие косточки, а эхо от этих звуков заставляло ранних пташек взмывать в небо и улетать подальше от меня. Бродить мне пришлось долго, но с курса, указанного Темным, я не сбивалась и, в итоге, когда солнце уже было полностью на небе, я вернулась к пруду дриад. На удивление, пруд и вся поляна пустовали. Тогда я направилась к древу и чем ближе я подходила, тем громче становился гул голосов. Как только древо дриад предстало передо мной, я увидела настоящий пчелиный рой. Дриады бегали вверх-вниз по этажам, что-то передавали друг другу и переговаривались. Не смотря на безмерное количество дриад, никто даже не взглянул на меня, пока я поднималась по лестнице. Поднявшись на тот же этаж, на котором я в последний раз видела Августину, я заглянула внутрь. Удивительно, но я искала наугад и попала с первого раза. Августина расталкивала в миске листья какого-то растения, наматывая круги по лаборатории. Увидев меня, она остановилась.

- Невероятно! Ее все ищут, а она сама пришла!

- Ты не знаешь, где Мариус?

- Знаю, - она кивнула – он на нижнем ярусе высыпается после ночной прогулки и ждет, когда мои помощницы найдут тебя. – она поставила миску и отряхнула руки – Я провожу тебя.

Когда мы с Агустиной спускались, мой мозг пробудила воспоминания вчерашней ночи. Я вспомнила, что говорил мне вчера Мариус прежде чем мы расстались. Его бабка вчера предала его.

Августина ведет меня в ловушку.

Мы с Августиной вошли в зал почти у самого основания дерева и внутри него оказалась еще одна винтовая лестница, ведущая глубоко под землю. Вместо свечей, путь нам освещали огромные светящиеся голубоватым цветом грибы. Света едва хватало, чтобы поставить ногу на следующую ступеньку и не сломать себе шею.