Наследница огня

Не знаю сколько это продолжалось, но точно очень долго, под конец я уже не могла сдерживать зевоту. Мариус же, будучи рожденным для того чтобы его задница грела трон, даже ни разу не зевнул. Он был словно каменная статуя, не смотря на долгие часы, проведенные во одной позе. Кассандра так и не объявилась.

Я решила узнать у Маруса, где же его тетя. Перемахнув через подлокотник своего трона, я смогла дотянуться до руки Мариуса, через трон Кассандры, и дернуть его за рукав.

- А где Кассандра?

Мариус даже голову в мою сторону не повернул.

- Она приболела. Это на нее похоже, думает все время только о себе.

Отчасти я его понимала, она публичная личность и не совсем принадлежит себе, у нее есть обязанности, которые она, скорее всего, регулярно игнорирует. Хотя, по правде, я больше завидовала Кассандре, чем злилась на нее.

Наконец-то последний гость выказал мне свое уважение и я, согнув спину, выдохнула. Теперь я должна объявить бал начатым, станцевав с Мариусом. Благо, Рене научила меня азам танца, и я вряд ли упаду, но, скорее всего, оттопчу ноги Мариусу.

Императрица поднялась со своего трона и хлопнула в ладоши, призывая гостей к порядку.

- А теперь Серафима с кронпринцем откроют бал.

Гости тут же освободили центр зала. Встав со своего трона, Мариус повел меня в центр бального зала. Музыканты, размещенные на ярусе практически под потолком, приготовились начать мелодию.

Вздохнув, я положила однуруку на плечо Мариусу, а другой взяла его за руку и посмотрела ему в глаз. Какие же у него прекрасные голубые глаз. Сейчас они смотрели на меня и будто светились, отражая свет ламп. А может быть они и на самом деле светились, кто знает.

- Если я оступлюсь, ты не дашь мне упасть?

Он улыбнулся мне и большим пальцем потер мою руку, успокаивая.

- Ничего не бойся пока я рядом.

От его слов мне стало как-то легче, и я расправила плечи. Музыканты начали играть первый аккорд, и мы уже хотели начать танец, как, вдруг, они снова замолкли. Первое мгновение, я ничего не понимала и подумала, что это я что-то сделала не так.

- Извините, опоздал.

Этот голос заставил меня вздрогнуть и обернуться.

На вершине лестницы, ведущей в зал, стоял Люциус.

Черный костюм сидел на нем безупречно, словно был сшит из самой тьмы. Ткань поглощала свет, делая его фигуру резче, почти нереальной на фоне сияющего зала. Его голубые глаза, напротив, светились — холодно, ярко, как два огонька в глубине бездны.

Он стоял расслабленно, почти лениво, словно пришел не на бал, а на скучную встречу, на которую не хотелось идти.

- Что я пропустил? — с наигранной вежливостью спросил он, медленно спускаясь по ступеням.

Он обвел своим взглядом бальный зал и остановился на нас с Мариусом.

- Оу, - удивился он - уже открытие бала.

Каждый его шаг отдавался гулким эхом.

Но никто не шевельнулся. Никто не закричал. Никто не попытался остановить его.

Я почувствовала, как пальцы Мариуса сжались чуть сильнее. Он сделал шаг вперед — и почти незаметным движением задвинул меня себе за спину.

- Чтож, — продолжил Люциус, скользнув взглядом по залу, — хотя бы не опоздал на наш с Серафимой танец. Ведь, по правилам, император, но за неимением оного, кронпринц должен открывать бал с новым членом семьи, а кронпринц – он указал на себя рукой – я. Или вы все об этом забыли? – его голос грохотал, словно гром.

Темный обвел глазами присутствующих и остановился на императрице.

– Чтож, придется вам напомнить.

Из ложи музыкантов выпрыгнула уже знакомая мне девушка-молния. Она приземлилась перед императрицей с глухим ударом, каменный пол под ее ногами едва заметно треснул. По ее рукам уже бежали фиолетовые разряды, извиваясь, словно живые змеи.

Воздух вокруг нее затрещал. Запахло озоном.

- Только двинься и я сделаю из тебя жареную курицу. – процедила сквозь стиснутые зубы она.

Нужно отдать должное императрице, она даже не вздрогнула, лишь презрительно взглянула на девушку-молнию.

Из толпы начали выходить маги, до этого притворявшиеся гостями. В начале, я не поверила своим глазам, когда увидела к некоторых из них эмблемы вышитые на их плечах, пламя в кольце – знак огненного ордена, но как только мои глаза нашли красные глаза Вельзевула, я поняла, что ошибки быть не может.

Он двигался неспешно, опираясь на свою трость, будто происходящее было для него лишь приятным развлечением. Демон, как всегда, опираясь на свою трость, встал перед нами с Мариусом и поклонился.

- Я пришел, чтобы лично уведомить вас в том, что наша сделка расторгнута, так как мой орден получил предложение о сотрудничестве на более выгодных условиях.

Он кивнул в сторону Люциуса, показывая, кто тот, на кого орден променял мир с империей.

- Вздор, - Мариус презрительно фыркнул – моему брату-изгнаннику нечего вам предложить, все его слова – ложь.

Вельзевул оперся обеими руками на свою трость и кровожадно улыбнулся.

- Ошибаетесь, Ваше Высочество.

Из рук Мариуса начал струиться свет, он был готов уничтожить Вельзевула за его предательство.

- Я бы не советовал вам это делать, - доброжелательно предупредил Вельзевул - вы в меньшинстве, Ваше Величество.

- Не правда! – вклинилась я в разговор – Нас тут целый зал, а вас небольшая горстка.

Послышался бархатный смех Темного. Мои слова так его развеселили, что он даже схватился за живот.

- Милая моя Серафима, вас трое. Никто из гостей на помощь не придет, более того, они жаждут нашей стычки, чтобы мы переобували друг друга.

Я огляделась, не понимая, как слова Люциуса могли быть правдой, но, приглядевшись, поняла, что гости даже не встревожены, более того, они все, как один, следили за развитием событий. Им было плевать на судьбу императорской династии.

- Он прав. – Мариус кивнул – Только сильнейшие достойны править, и подданные не станут нам помогать, пока мы не докажем, что сильнее претендента на престол.

- Не волнуйся, братец, сегодня я не в настроении убивать тебя, я вывихнул плечо. – он размял правое плечо и потер его рукой – Тем более, было бы весьма некрасиво, если бы мне пришлось испортить праздник нашей дорогой Серафимы, запачкав пол твоей кровью.

- Тогда зачем ты пришел? – спросил Мариус.

- Хм, - он сдвинул брови и задумчиво потер подбородок – зачем я пришел… Ах, точно! – он хлопнул в ладони – Кассандра! Душенька, выходи, где бы ты ни пряталась!

Он начал бродить по залу, убрав руки за спину.

- Касааандра, я иду искать.

Чуть ли не вприпрыжку, Темный наматывал круги, иногда заглядывая за цветы или за спины гостей. В итоге, первой этот театр абсурда не выдержала девушка-молния. Тяжело вздохнув, она потерла переносицу.

- Хватит. – она снова направила обе руки на императрицу – Где Кассандра?

- Ее здесь нет. – коротко ответила Лилит.

- Ну, зачем ты это сделала!? – Темный топнул ногой, словно обиженный ребенок – Мне нравилась эта игра.

Та лишь закатила фиолетовые глаза и цокнула.

- Не хочу проторчать здесь всю ночь. – раздраженно процедила она - Если ты не забыл, то мы пришли не только за твоей теткой.

- А ты права.

Темный порылся во внутреннем кармане пиджака и извлек из него нож.

Мое сердце пропустило удар.

Кровожадно улыбнувшись, он направился к императрице.

- Ты знаешь, что мне нужно. – он рассмеялся – Надеюсь, ты не против, бабушка.

Мариус дернулся вперед — резко, почти инстинктивно, — но я схватила его за руку. Если Мариус нападет, то прольется кровь и, скорее всего, его.

— Нет, — едва слышно прошептала я, сжимая его запястье сильнее. — Пожалуйста…

Я почувствовала, как он на мгновение перевёл взгляд на меня. В этом взгляде было всё: ярость, бессилие и страх.

Темный тем временем уже подошёл к императрице.

Лилит сидела неподвижно. Спина прямая, подбородок чуть приподнят. Ни тени сомнения, ни намёка на страх. Только холодное, почти презрительное спокойствие.

Она вытянула руку.

Я на секунду подумала — он порежет ладонь.

Темный покачал головой и сделал резкий выпад. Не успела я ничего понять, как по щеке императрице уже бежала дорожка свежей крови.

В районе шрама по коже императрицы в разные стороны побежали черные паутинки и остановили свой рост лишь, когда покрыли одну треть лица. Кожа императрицы потускнела. Словно из неё вытянули свет. Волосы — те самые, идеально уложенные — начали покрываться серебром. Не благородной сединой, а сухой, ломкой.

Лицо старело у меня на глазах. Морщины проступали резко, безжалостно, как будто время вдруг вспомнило о ней и решило наверстать всё сразу.

Мне стало плохо. Желудок сжался, в горле застрял крик, который я так и не смогла выпустить. И всё это — за какие-то секунды.

Люциус спокойно собрал несколько капель крови с лезвия в маленькую стеклянную пробирку. Его движения были аккуратными, почти бережными. Он закупорил её и убрал в карман. Нож он тоже убрал.

Только сейчас я поняла, что не дышала.

- Итак, - он хлопнул в ладоши, и этот звук прозвучал слишком громко в мёртвой тишине зала – а теперь перейдем к приятной части.

Он вышел в центр бального зала и встал шагах в десяти от нас с Мариусом.

- Сегодня твой день, Серафима, и я хочу вручить тебе свой подарок.

Люциус тепло улыбнулся и вытянул вперед руку, приглашая на танец.

Взяв себя в руки, я сделала шаг ему навстречу. Мариус схватил меня за руку и потянул назад, не сводя глаз с брата.

- Все хорошо, - я улыбнулась и положила руку ему на плечо – он не навредит мне, а вот тебе может.

- Лучше послушай ее, братец. – уже раздраженно произнес Темный.

Они смотрели друг другу в глаза, играя в гляделки. Рыкнув, Мариус отвел взгляд и отпустил мою руку. В этот раз Люциус выиграл.

Дрожа всем телом, я, шаг за шагом, приближалась к Темному. Я знала, что если бы он хотел причинить мне боль, то уже давно это сделал, но это не означало, что я не боялась его. Брат Мариуса был чудовищно силен, непредсказуем и, судя по всему, действительно безумен.

Подойдя, я вложила руку в его все еще вытянутую ладонь. Его пальцы были холоднее, чем я ожидала.

Люциус притянул меня к себе и второй рукой обхватил за талию, не сводя глаз с Мариуса за моей спиной. Когда послушался очередной рык Мариуса, на лице Темного расцвела злорадная улыбка. Люциус жаждал причинить как можно больше боли Мариусу и нашел его больную точку в виде меня.

- Итак, Серафима, добро пожаловать в нашу дружную семью. – саркастично произнес Темный – И вот тебе мой подарок.

Он вытащил нож, которым порезал императрицу и протянул мне.

Я осторожно взяла его. Руки дрожали. Я пыталась это скрыть, но пальцы всё равно предательски подрагивали.

Нож выглядел абсолютно обыкновенно: деревянная рукоять и ножны, с вырезанными неизвестными мне символами. Я вынула нож из ножен и начала рассматривать лезвие. Вдоль лезвия был выкован дракон, но, в остальном, ничего необычного я не заметила.

- Это не игрушка. – серьезно сказал Люциус, взяв у меня нож и снова вложив его в ножны – Этот нож один из нескольких артефактов, выкованных в пламени первого дракона Верховным Хранителем, они оба вложили в этот нож частичку своей магии. Ты уже встречалась с другим таким артефактом - кольцом Мариуса. И ты должна знать, что эти вещи действительно очень мощные, но и очень опасные, так как могут убить своего владельца.

Темный прицепил ножны к ремешку, который он тоже достал из внутреннего кармана пиджака, и, обвив ремешок вокруг моей талии, закрепил нож на мне.

- Этот нож способен лишать магических созданий магии на некоторое время, а шрам, нанесенный им, никогда до конца не затянется, сколько бы усилий его обладатель не вкладывал, пытаясь устранить его. Метка ножа будет преследовать того, кого он порезал, до тех пор, пока его плоть не разложится, оставив после себя лишь кости. – он похлопал по ножу на моем бедре – Поэтому будь предельна осторожна и не порань себя, когда будешь использовать его.

Это был воистину щедрый подарок. Нож, способный лишать врага магического дара, пусть и на время, это настоящее чудо. Хватит лишь небольшого пореза и противник обезоружен.

- Спасибо. — слова вышли тише, чем я хотела.

Люциус, конечно, псих, раз раздаривает такие артефакты направо и налево, но это не отменяет моей благодарности ему за дар.

- А теперь, - он злорадно улыбнулся, посмотрев мне за плечо – мы должны открыть бал.

Не успела я ничего сделать, как Темный щелкнул пальцами, и в ту же секунду под сводами зала ожила музыка. Сначала тихо, словно кто-то осторожно коснулся струн, потом — громче, увереннее. Скрипки потянули первую линию, к ним присоединились виолончели, и зал наполнился плавным, тягучим вальсом.

Его рука сомкнулась на моей ладони, вторая — легла на талию, и всё произошло так стремительно, что я просто не успела сопротивляться. Он сделал шаг — и повёл.

Мне пришлось подчиниться. Я положила руку ему на плечо, лишь бы не потерять равновесие. Пальцы коснулись плотной ткани его пиджака.

С первых же движений я узнала мелодию — Рене гоняла меня по ней бесконечное количество раз. Вальс. Тот самый, где главное — не думать, а чувствовать ритм.

Как бы Люциус ни пытался выглядеть безупречно, он не был идеален.

Его шаги иногда сбивались — едва заметно, но я чувствовала. В такие моменты его пальцы чуть сильнее сжимали мою руку. Это было коротко, на долю секунды, но достаточно, чтобы понять — его это злит. Танцуя, он был сосредоточен, будто ступал не по полу, а по минному полю и любой шаг мог стать последним. И это странно контрастировало с его привычной лёгкостью.

Но несмотря на всё это, со мной происходило нечто ещё более странное.

Музыка уносила. Страх, который сковывал меня ещё минуту назад, начал растворяться, будто его смыло волной. В груди стало легче.

Я будто не танцевала, а плыла. Я никогда не чувствовала этого на уроках с Рене. Там было старание, контроль, страх ошибиться. А здесь я просто двигалась.

И вдруг поняла, что Люциус внимательно изучает меня.

Вблизи он выглядел иначе. Его идеальность трескалась.

На лбу выступили едва заметные капли пота. В уголках глаз — тонкие красные сосуды, словно от усталости или боли. Кожа казалась бледнее, чем раньше. Он был истощён.

Мелодия начала стихать, а мы с Люциусом так и стояли, смотря друг на друга.

И тут произошло нечто неожиданное: Темный наклонился и поцеловал меня. Это было легкое касание губами, но я все равно слышала, как все гости вокруг нас, синхронно ахнули. Да я бы и сама ахнула, если бы не впала в шок.

Люциус отстранился так же резко, как и приблизился. Его взгляд переместился с меня на Мариуса. Он дразнил его и даже этого не скрывал.

Отпустив меня, он отступил на шаг.

- Думаю, нам пора.

И в этот момент его повело. Он качнулся, словно его ударили. Но тут же выпрямился, будто ничего не произошло. Только теперь это было невозможно не заметить.

Его лицо побледнело ещё сильнее. Под глазами легли тени — тёмные, почти болезненные.

Он поднял руки.

Между его ладонями заструилась магия — густая, тягучая, словно чёрный песок, пересыпающийся сквозь пальцы. Она скручивалась, сжималась, пока не образовала маленькую, идеально круглую черноту. Портал.Он раздвинул руки — и тьма раскрылась, превращаясь в зияющую дыру, в которую не проникал свет.

Маги из огненного ордена друг за другом входили в эту черную дыру и исчезали. Как только все войны исчезли, девушка-молния убрала руки от императрицы. Фиолетовые разряды погасли, оставив после себя лишь тонкий запах озона. Она разбежалась — и, не замедляя шага, нырнула в портал, словно в воду.

Последним покидал нас Люциус.

- До скорой встречи, Серафима.

Он отвесил мне поклон и исчез в портале, который тут же затянулся с его уходом.

Тут же ко мне подбежал Мариус и, схватив за руку, куда-то потащил. Пока меня выводили из бального зала, я мельком заметила, что музыка снова заиграла, а гости принялись танцевать, как ни в чем не бывало. Праздник продолжался.

Мариус привел меня на этаж со спальнями членов семьи и привел к кабинету, внутри которого я никогда не была. Внутри кабинета не было окон, а из мебели был лишь овальный стол в центре и стулья. Императрица уже сидела во главе стола, а, непонятно откуда появившаяся, Кассандра предпочла усесться прямо на стол.

- А она что здесь делает? – спросила Кассандра, указав кивком на меня.

- Теперь она член семьи. – вступился за меня Мариус.

- Не по крови. – буркнула Кассандра.

- Несмотря на то, что Серафима часть семьи не по крови, сегодня она показала, что на нашей стороне, в отличие от тебя. – последние слова он чуть ли не прорычал – Сегодня она проявила такую храбрость, на которую ты никогда не была способна! Где ты опять шлялась? Почему тебя не было на балу? Снова забилась в угол, когда почувствовала, что что-то не так?

Кассандра ощетинилась и, спрыгнув со стола, сформировала в руке магический шар.

- Люциус хочет украсить моей отрубленной головой свой кабинет, а ты предлагаешь мне постоянно светиться перед его глазами с нарисованной мишенью на груди? Не забывай, что он на свободе, потому что ты вступил с ним в схватку и проиграл, у него твоя кровь.

- Довольно. – властно произнесла императрица.

Мариус и Кассандра тут же разошлись в разные стороны комнаты, но продолжали недобро друг на друга поглядывать. Немного подумав, я решила сесть за стол напротив Лилит.

- Дети, мы не должны сорится, ведь сейчас у нас есть проблема куда поважнее. - она прикоснулась к своему шраму на щеке – Ваш брат хочет истребить нас, и вы делаете ему одолжение грызясь друг с другом. А теперь он получил мою кровь и стал еще на шаг ближе к абсолютной свободе. Он все еще не может надолго покидать пределы своей темницы, но, как видите, много ему и не надо.

- Мы должны напасть на него прямо сейчас. – вступил Мариус – Он ослаб после долгого нахождения вне темницы. Ты сама видела, как он удирал, едва стоя на ногах.

Кассандра в другом конце комнаты фыркнула.

- Мариус, Мариус, - она покачала головой – какой же ты все-таки идиот. Думаешь, но не готов к нашему нападению? Думаешь, его союзники сейчас не с ним? Если мы нападем на Люциуса на его территории, то нам не спастись.

- Согласна, - императрица кивнула – этого он и ждет. Мы должны найти другой способ обезопаситься от него.

- Убьем Серафиму. – непринужденно произнесла Кассандра, пожав плечами – Она явно для чего-то нужна Люциусу, так что мы вполне можем расстроить его план, уничтожив одно из звеньев в нем.

Тут уже я не выдержала:

- Тогда может и тебя тоже убьем? Ведь темный жаждет твою отрубленную голову, как ты сама сказала, а если мы тебя убьем, то он уже не сможет ее получить. – язвительно подметила я.

- Никто никого убивать не будет. – строго произнесла императрица, потерев подбородок – В этом вопросе нам нужна помощь, - она посмотрела на Кассандру - нужен взгляд в будущее.

- Я ничего не видела. – глаза Кассандры забегали - Даже если и видела, то сказать не могу, потому что тогда будущее изменит курс. – она сложила руки на груди.

- Дай подсказку – попросил Мариус, поддавшись вперед.

- Я сама точно не знаю, что видела, образ неразборчив, но, кажется, - она скривилась, словно заглотила лимон целиком - нашу проблему могут помочь решить ведьмы. Больше ничего сказать не могу.

Императрица сморщила носик, а Мариус тихо выругался. По их реакции я поняла, что ведьм императорская семья не жалует.

- Что-то не так?

Я начала переводить взгляд с присутствующих, ожидая, кто нарушит тишину и ответит.

- Ведьмы благоволят Темным. – пояснил Мариус – В совете ведьм их родственница.

- Но ты же тоже на половину Темный. – не понимала я - Неужели они нам не помогут?

- Кто знает. – Мариус пожал плечами – Не спросим – не узнаем.

- Тогда завтра же отправляйтесь к ведьмам. А теперь – императрица встала из-за стола – прошу всех вернуться на бал.

- На бал? – я не поверила своим ушам.

Императрица удивленно вздернула бровь.

- Мы не должны показывать, что выходка Темного напугала нас, а если мы сбежим с бала, то так и будет казаться. Так что возвращайся на свой праздник и танцуй до рассвета и, милая, - она улыбнулась, блеснув белоснежными зубами – улыбайся.

Как и обещала императрица, бал начал затухать лишь с первыми лучами солнца, поэтому поспать мне удалось только пару часов прежде чем Рене ворвалась в мою комнату и распахнула шторы, впуская свет.

Пока Рене расчесывала мои волосы, я решила побольше разузнать о тех, к кому мы сегодня с Мариусом отправимся. Вдруг, ведьмы такие же недружелюбные, как и огненный орден. В таком случае я буду руками и ногами цепляться за что-угодно, но не позволю затащить меня в очередную авантюру, из которой я могу не выйти живой.

Я откашлялась.

- Рене, расскажи мне о ведьмах.

Рене поймала мой взгляд в зеркале. Гребень мягко скользил по волосам, разделяя пряди, распутывая их, словно вместе с ними она пыталась разложить по местам и мои мысли.

- Если кратко, они безобидны. Живут отшельническим образом жизни в лесах и помогают всем, кто найдет к ним дорогу. Но, когда ты у них что-то просишь, нужно быть на чеку. Нужно четко формулировать просьбу, иначе результат тебе не понравится, в лучшем случае, в худшем, ты умрешь. Ведьма никогда не поможет тебе, если не попросишь, и никогда не даст верный ответ, если ты не задашь вопрос. А за любую помощь они попросят свою плату, которая частенько весьма высока, и я говорю не про деньги.

- У них еще есть какой-то совет. – припомнила я слова Мариуса.

- В этот совет входят сильнейшие ведьмы, но они редко собираются и только по очень важным вопросам. Тетя Мариуса и Люциуса входит в этот совет и является достаточно весомой фигурой. Она сводная сестра их покойной матери.

Рене заплела мои волосы как раз вовремя: в дверь постучались.

На пороге стоял Мариус. Только он взял меня за руку, как мы переместились в какой-то древний темно-зеленый лес.

Кроны деревьев смыкались так плотно, что свет пробивался сквозь них редкими, бледными лучами. В воздухе пахло сырой землёй и мхом.

Передо мной предстала ветхая избушка с крышей, полностью заросшей мхом, из которого свисали тонкие, почти прозрачные нити лишайника. Но это было не главное. Она стояла на ногах. Гигантских, деревянных, с узловатыми «суставами» и когтистыми, словно у птицы, лапами. Курьи ножки.

У меня вырвался тихий, почти детский восторженный вздох. Как в сказках, которые я читала в детстве.

Мы подошли к избушке, и перед нами предстало живое дерево. У него были руки. Ноги. Лицо, вырезанное в коре, и длинная борода из мха, свисающая до самой земли. Глаза тёмные и пустые.

- Уведомляю вас, что ваши силы будут заблокированы, пока вы будите находиться в стенах избы. - — голос был низким, глухим, будто доносился из глубины ствола.

Мы с Мариусом поклонились стражу и прошли его.

Курьи ножки были достаточно высокими, а лестницы я нигде не видела и не знала, как мы с Мариусом поднимемся к порогу избушки, пока мы не подошли к ней. Деревянные курьи ножки словно ожили и согнулись в присесте до уровня земли. Полусгнившая деревянная дверь с огромной ручкой сама по себе отворилась, впуская нас внутрь.

- Дамы вперед. – Мариус галантно подал мне руку, помогая забраться в избу.

Я недоверчиво заглянула в избу, но ничего кроме тьмы не увидела. К моему удивлению, внутри избы пахло не гнилью и старостью, а жасмином, но этот факт все равно не особо пробуждал во мне желание входить внутрь.

Прищурив глаза, я посмотрела на Мариуса, и сделала шаг назад.

- Не бойся, она тебя не съест, она завязала с этим. По крайней мере, по ее словам. – он пожал плечами.

Сглотнув, я сделала еще шаг назад. Меня снова заманили в какую-то авантюру, но в этот раз я сумею убежать прежде чем запахнет жареным.

Я развернулась, чтобы со всех ног бросится бежать подальше от этого сказочного места, которое за минуту превратилось в ночной кошмар, но не успела и с места сдвинуться как Мариус схватил меня и рывком втолкнул в избу.

Внутри было темно и жарко, словно в бане. Когда мои глаза привыкли к полумраку, я увидела, что избушка не так проста, как кажется на первый взгляд: внутри нее прятался настоящий огромный замок и я стояла в просторной гостиной с зажженным камином. Живой огонь трещал, разбрасывая искры, отбрасывая пляшущие тени на стены.

У камина стояло кресло и в нем сидела уже не молодая фигуристая женщина. Я бы дала ей лет сорок, но, уверена, эта женщина была намного старше, чем казалось. Длинные чёрные волосы струились по плечам, глаза — такие же чёрные, глубокие, как омут. Свою красоту ведьма умела подчеркивать: длинное облегающее наверху и свободное внизу черное платье прекрасно смотрелось на ней. Откровенный вырез обнажал грудь, но все остальное было скрыто тканью, а шею обрамляла подвеска с большим черным камнем. А вот губы у ведьмы были алыми.