Небо над Белосветом

Мария упрямо продолжала перелистывать главу за главой, но ничего стоящего в местных изданиях ей не попадалось. Наконец, разочарованно вздохнув, она поднялась и снова ушла между стеллажей. Её внимательный взгляд скользил по корешкам в поисках хоть чего-то, что могло бы объяснить природу кошмаров Юноны. Вдруг на самой верхней полке её внимание привлёк увесистый том иностранного издательства с интригующим названием: «О сновидениях, страхах и болезнях рассудка».

«Может быть, именно здесь я найду ответы», — подумала про себя Мария.

Она подкатила к полке массивную деревянную лестницу, поднялась по скрипучим ступенькам и дотянулась пальцами до нужной книги. Не сходя с лестницы, Мария с интересом открыла её посередине и принялась бегло просматривать содержание. Её глаза загорелись профессиональным азартом. Захлопнув книгу, она быстро спустилась вниз и уверенным шагом направилась обратно к столу.

Мария так сильно спешила, что совсем перестала смотреть по сторонам. Завернув за угол очередного высокого стеллажа, она на полном ходу врезалась в Михаила, который в этот самый момент грустно шёл в отдел мифологии за новой порцией книг.

Удар оказался сильным. От неожиданности Мария вскрикнула, выронила книгу и начала падать назад, рискуя сильно удариться затылком о пол. Но отличная боевая реакция разведчика не подвела. Михаил мгновенно подхватил её за талию, удержал от падения и поставил на место. Мария лишь на миг зажмурилась, ожидая удара о паркет, но вместо этого почувствовала, что крепко стоит на ногах.

— Тихо, куда же вы так летите? Не ударились? — спросил он.

Мария открыла глаза и обнаружила, что пограничник всё ещё придерживает её за локоть. Он оказался так близко, что девушка могла в мельчайших деталях рассмотреть его зелёные глаза и забавные веснушки на переносице.

— Спасибо вам, что не дали упасть, — добавила она, всё ещё стараясь сохранять строгий профессиональный тон.

— Да не за что, долг службы, — улыбнулся Михаил. — Но вы так отчаянно носитесь по библиотеке, что рано или поздно точно где-нибудь упадёте. Прошу вас, будьте аккуратнее.

С этими словами он сразу же скрылся между стеллажами.

Мария проводила его долгим взглядом, а затем наклонилась за своей книгой о снах.

«Хм, а сам-то куда так торопится? Книги точно никуда не убегут», — подумала она, бережно прижимая книгу к груди и чувствуя, как сердце бьётся чуть быстрее обычного.

Юнона сидела за столом, задумчиво глядя в огромное арочное окно библиотеки, и лениво наблюдала за движением белоснежных облаков, неспешно плывущих по закатному небу.

В это же время Константин, окончательно уставший от бесконечных рядов сухих текстов, которые он изучал уже третий день, бессильно откинулся на спинку стула и тоже повернул голову к стеклу. Он отрешённо смотрел вдаль, даже не замечая, что Юнона занята ровно тем же самым. В это мгновение они сидели почти спина к спине, разделённые лишь парой метров, и оба разглядывали одно и то же пушистое облако.

Юнона вздохнула и снова уткнулась в свой альбом. Штрих за штрихом, её карандаш уверенно выводил на бумаге всё новые и новые детали.

На листе постепенно оживала вся безмятежная атмосфера городской библиотеки: мягкий свет, заливающий столы читального зала, уходящие в полумрак массивные стеллажи, словно подпирающие балкон второго этажа, и строгая сотрудница у входа, сосредоточенно вписывающая что-то в свой старый журнал.

Разведчик повернул голову в сторону Юноны и через её плечо увидел альбом. Константин невольно задержал взгляд на рисунке. Несколькими точными штрихами Юнона сумела передать и солнечный свет на столах, и высокие стеллажи, и даже усталую сотрудницу у входа.

— Вы талантливы, — негромко произнёс он. Разведчик поднялся со своего места и чуть наклонился над Юноной, чтобы поближе рассмотреть тонкую работу.

Она удивлённо обернулась. Девушка никак не ожидала, что суровый офицер станет так внимательно разглядывать её набросок, сделанный просто от скуки и ради того, чтобы унять дрожь в пальцах.

— Благодарю, — тепло улыбнулась Юнона, чуть прикрывая ладонью страницу, где на предыдущем развороте таился его собственный портрет. — А вы, капитан, похоже, ведёте весьма изнурительную борьбу с книгами.

— Да это так, пустяки… — промолвил он, поспешно отведя взгляд.

— Бросьте, капитан, — Юнона хитро улыбнулась. — Вы давно здесь сидите. Будь это пустяком, вы бы уже сдались и оставили свои поиски.

— Боюсь, Юнона, я не могу посвятить вас в эту тайну, — глухо ответил Константин.

Он отвернулся к окну и задумчиво уставился на облака.

— Тайну? Я люблю загадки, — подхватила она. — Но раз вы не можете довериться мне, делать нечего.

Юнона отвернулась, изо всех сил стараясь показать, что разговор ей больше не интересен.

Константин замер. В его душе бушевали сомнения. «Нельзя… Но… Может быть, если раскрыть ей некоторые детали? — Мысли в голове офицера разведки сменяли одна другую. — Нет, нельзя… Долг велит молчать. И всё же… Вдруг её свежий ум заметит то, чего не вижу я?»

— Боги… — вдруг негромко, точно в раздумье, произнёс Константин. — Что первое приходит вам на ум при упоминании этого слова?

— М? Боги? — Юнона удивлённо посмотрела на него. — Какие-то конкретные?

— Нет, просто боги.

— Боги бывают разные, — легко поддержала разговор девушка. — О них пишут, поют и даже ставят театральные пьесы. Хотя, признаться, не всегда удачные. Несколько дней назад в утренней газете, например, была очень интересная заметка о такой постановке. Заголовок был яркий: «Постановка "Боги" с треском провалилась в первый же день».

Она сказала это между делом, не придавая своим словам никакого значения.

Но Константина будто током ударило. В его памяти мгновенно всплыла вчерашняя погоня. Перед глазами предстал бранвальдский наёмник. Из кармана его мундира высовывались свёрнутые серые листы бумаги… «Неужели это была газета?!»

Константин стремительно повернулся и переспросил девушку:

— В утренней газете?

— Ну да, — Юнона слегка запрокинула голову, глядя на него снизу вверх. — Отец читал её за завтраком, заголовок бросился в глаза, я и запомнила. А что?

— Нет… Ничего особенного, — поспешно бросил он, скрывая волнение.

Константин круто повернулся и быстрым шагом направился к сотруднице библиотеки.

Юнона лишь молча смотрела, как он стремительно уходит в конец зала.

В этот момент между стеллажами мелькнула Мария. Она быстро подошла, присела рядом с Юноной и, раскрыв книгу, с головой погрузилась в чтение. Вскоре она достала свой блокнот и принялась что-то сосредоточенно записывать, вообще не замечая ничего вокруг.

Из-за стеллажей показался Михаил с очередной стопкой книг. Опустив их на стол, он оглядел зал в поисках Константина, но друга нигде не было видно.

— Простите, вы случайно не видели Константина? — обратился он к Юноне.

— Только что разговаривал с сотрудником библиотеки, — подсказала девушка.

— Надеюсь, он наконец что-нибудь нашёл. Если честно, ещё одну стопку книг по мифологии я уже не переживу, — вздохнул Михаил.

Вскоре с другого конца зала послышались быстрые шаги Константина.

— Миша, кажется, я нашёл! — воскликнул капитан, держа в руках вчерашний выпуск газеты.

— Наконец-то, — с облегчением выдохнул Михаил.

Они уселись рядом и принялись сравнивать шифр с текстом: страница, строчка, буква... страница, строчка, буква. Постепенно тайное послание обретало понятную форму.

Вдруг Мария поднялась с места и тихо произнесла:

— Юнона, я закончила!

— Что ж, тогда будем собираться, — сказала Юнона.

Девушки принялись аккуратно собирать книги со стола и складывать их на тележку, чтобы сотрудник библиотеки мог вернуть их на полки.

— Что ж, Константин, нам пора прощаться, — обратилась Юнона к капитану, и тот сразу же поднялся. — Было очень приятно вот так случайно встретить вас.

Юнона бережно вырвала лист из своего альбома и протянула ему:

— Держите. Этот рисунок библиотеки вам так понравился. Я дарю его вам.

— Спасибо. Для меня это большая честь.

— Пустяки. Надеюсь, ваши поиски закончатся успешно. Всего вам доброго, Константин.

— До свидания, Юнона, — ответил капитан, принимая рисунок.

Михаил и Мария обменялись вежливыми кивками, после чего девушки покинули читальный зал.

Константин ещё несколько секунд разглядывал рисунок Юноны и поймал себя на мысли, что отвлёкся от важного дела. Встряхнув головой, он сел обратно за стол и вернулся к расшифровке. Прошло около десяти минут, прежде чем шифр поддался им окончательно. Тайное послание гласило: «Императорский бал Любавы».

Разведчики удивлённо переглянулись и в спешке начали собираться. Проносясь мимо стола сотрудника библиотеки, Константин на мгновение задержался, чтобы коротко поблагодарить его за помощь.

Уже через минуту офицеры сели на коней и пустили их галопом по улицам Красноборска. Услышав за окном быстрый стук копыт, Юнона выглянула из кареты и увидела проносящихся мимо всадников.

«Кажется, он всё-таки нашёл то, что искал», — с теплотой подумала девушка и слегка улыбнулась.

Глава 4. Справлюсь ли я?

Наконец карета приехала во двор дома. Уставшие после долгих поисков в библиотеке, девушки вошли в дом.

— Мама, папа! — позвала родителей Юнона.

— Да, милая, мы здесь, — послышался голос Ольги из гостиной.

Юнона сразу же направилась туда.

Едва дочь вошла в гостиную, Ольга отложила книгу и поднялась навстречу. Юнона подбежала к матери и нежно обняла её.

— Что-нибудь нашли, Мария? — Георгий обратился к врачу, которая вошла в комнату вслед за девушкой.

— В одном из иностранных томов я нашла описание похожего случая. Очень интересная книга, надо признать. Там были методы лечения, — ответила Мария.

— Что же это за лечение? Надеюсь, ничего страшного? — настороженно спросила Ольга.

— Нет, всё намного мягче и проще. Один из методов — это запись снов.

— Запись снов? Как же это должно помочь? — в голосе матери снова прозвучало недоверие.

— Именно запись. Нужно не просто перенести кошмар на бумагу, а придумать для него другой финал и тоже записать его. Автор книги утверждает, что так человек как будто переписывает собственный страх. Со временем плохой сон теряет власть над разумом и приходит всё реже.

— Возможно, в этом есть смысл... Но неужели всё так просто? — спросил Георгий.

— Конечно, есть ещё некоторые вещи, которые Юнона теперь станет делать перед сном. Например, в книге описана особая техника дыхания, которая, по словам автора, освобождает сознание от тревог. Ну и в качестве дополнительного средства — успокаивающий чай.

— Звучит довольно просто. Но, возможно, в этом и кроется секрет успеха? — задумался Георгий.

— Вполне может быть, — согласилась Мария.

Кони скакали по лесной дороге прямиком к штабу. Разведчики торопились доложить подполковнику о своей находке. Войдя в кабинет, заполненный густым сигарным дымом, они сразу же начали доклад.

— Товарищ подполковник, мы разгадали шифр, — доложил Константин.

— И что же там было? — Ситцев тут же затушил сигару в пепельнице.

— Послание гласит: «Императорский бал Любавы». Судя по всему, речь идёт о скором дне рождения Любавы, — ответил Константин.

— Хм... — Ситцев глубоко задумался. — Молодец, Константин. Хорошая работа. Но как ты понял, что ключом служит газета?

— Чистая случайность, товарищ подполковник. Мне стало известно, что недавний утренний выпуск вышел с ярким заголовком: «Постановка "Боги" с треском провалилась в первый же день».

— Что ж, случайность или нет, но теперь мы знаем главное: этот бранвальдец точно действовал не один. Они используют для связи газеты. Нужно быть вдвойне осторожнее, — Ситцев задумчиво прошёлся по кабинету. — Проверьте издательство. Возможно, это ни к чему не приведёт, но лишним не будет.

— Так точно! — хором ответили офицеры.

Ближе к утру девушка снова увидела пугающий сон.

Юнона резко дёрнулась во сне и проснулась. Её глубокий, шумный вздох разбудил Марию. Врач тут же поднялась, подошла к постели Юноны и протянула ей блокнот с карандашом.

— Снова кошмар? — тихо спросила Мария, мягко гладя её по спине.

— Да... — ответила Юнона, растерянно потирая глаза. — Но какой-то странный. В этот раз я не погибла во сне, а просто резко проснулась. Я почувствовала, будто падаю не в сновидении, а по-настоящему.

— Запишите сон, и пусть концовка его будет счастливой, — мягко произнесла Мария. — А я пока заварю вам успокаивающий чай.

С этими словами она тихонько выскользнула за дверь. Мария спустилась на кухню и подогрела воду. Заварив чашку крепкого успокаивающего чая, она поднялась обратно. Когда она вернулась в комнату, Юнона уже закончила писать.

— Записали? — тихо спросила Мария.

— Да. И придумала другой конец, как вы велели.

— И что же произошло?

Юнона слабо улыбнулась:

— Когда волк загнал меня к обрыву, я прогнала его.

— Вот и хорошо, — одобрительно кивнула Мария. — Значит, вы всё сделали правильно. Вот, держите.

Мария протянула чашку Юноне. Та послушно выпила всё до капли.

Прошло буквально десять минут, и Юнона погрузилась в глубокий, спокойный сон. Убедившись, что она крепко спит, Мария с облегчением улеглась на диванчик неподалёку.

После кошмарных ночей утро было для Юноны как ещё одно лекарство. Вид улыбающейся матери и поцелуй отца на крыльце перед отъездом на конезавод напоминали ей о том, что кошмары — это всего лишь сны.

— Милая, для тебя пришло письмо из дворца, — Ольга протянула конверт дочери за завтраком.

— Из дворца? Зачем я им понадобилась? — Девушка заметно удивилась.

Юнона поспешно вскрыла его и принялась читать:

«Государственная канцелярия. От главного секретаря. Юноне Георгиевне Морозовой.

Нам стало известно, что ваши картины получили высокую оценку и одобрение императорской семьи. Поэтому по воле её императорского величества императрицы Агнии вам предписывается в самое ближайшее время приехать во дворец, чтобы написать портрет Любавы к предстоящему торжественному балу в честь её дня рождения.

Главный секретарь Алексей Толоков».

Юнона несколько секунд молча смотрела на лист.

— Это... это приглашение во дворец, чтобы написать портрет Любавы, — наконец выдохнула она, будто сама ещё не верила прочитанному.

— Какая честь! — воскликнула Ольга.

— Но я не понимаю одного... Где они могли видеть мои картины? — Девушка насторожилась.

— Это всё Руслан. Помнишь, он просил у тебя три картины в подарок для кого-то очень важного? — Георгий напомнил дочери о давней просьбе Руслана.

— Он что, подарил их императорской семье? — удивилась Юнона.

— Да, и они так понравились императрице, что она сразу заявила, что обязательно поручит тебе портрет дочери.

— Когда же ты узнал об этом? — Ольга удивлённо посмотрела на мужа, ведь она ни о чём не подозревала.

— Пару месяцев назад.

— Папа, почему же ты молчал? — расстроилась Юнона.

— А зачем? Ты бы только извелась от волнения. А так — на лишние нервы теперь просто нет времени. Да и вдруг что-нибудь изменилось бы за это время.

Юнона обдумала слова отца, поняла, что он абсолютно прав, и молча кивнула в знак согласия.

— Но Марию я тоже возьму с собой. Без неё, боюсь, я доставлю много проблем в дороге.

— Конечно, дорогая, это даже не обсуждается, — Георгий тут же согласился с дочерью. — Я напишу генералу Зайцеву, чтобы он помог с сопровождением. Так нам с матерью будет спокойнее.

— Хорошо, пап, как скажешь, — согласилась дочь.

Несколько дней Юнона провела в тревожных размышлениях.

«Какая честь… Но какая огромная ответственность… Справлюсь ли я?»

Теперь не только кошмары давили на юную художницу.

Глава 5. Офицеры.

По поручению подполковника Ситцева разведчики приступили к проверке издательств. Несколько дней они отсматривали материалы, отчёты и документацию, проверяли счета и каждого работника. Но найти что-то действительно полезное было трудно. Поиски в итоге ни к чему не привели. Вернувшись поздним вечером в штаб, Константин и Михаил сразу направились к подполковнику.

Ситцев сидел в своём кресле, читая отчёты, когда в дверь кабинета постучали.

— Войдите, — скомандовал подполковник.

— Подполковник, проверка не принесла плодов, — отчитался Константин. — Ничего не указывает на связь кого-либо из местных издательств с шифром.

Подполковник хмурил брови.

— И допросы ни к чему не привели?

— К сожалению, нет, — ответил Михаил, немного склонив голову.

— Что ж, жаль, но проверить стоило, — нахмурив брови, ответил Ситцев. — Я всё же надеялся, что эта проверка даст хотя бы одну зацепку.

В этот момент в кабинет вошёл секретарь подполковника и протянул ему конверт.

— Товарищ подполковник, срочное послание от генерала Зайцева.

— От самого Зайцева? — Ситцев удивлённо приподнял брови.

Он принял конверт, сломал печать и принялся внимательно читать. Закончив, он с улыбкой посмотрел на подчинённого.

— Константин, ты либо невероятно удачливый человек, либо сама судьба благоволит нам, — сказал подполковник и протянул ему генеральское письмо.

«Военная канцелярия. От генерала Зайцева. Подполковнику Николаю Ситцеву.

По распоряжению императорской семьи Юнона Георгиевна Морозова вызывается во дворец для выполнения важного поручения. Эта поездка требует надёжного военного сопровождения и постоянной охраны во дворец и обратно.

На основании имеющихся у меня рапортов и докладов о верной службе приказываю вам назначить капитана пограничной разведки Константина Разумова для сопровождения Юноны как лучшего офицера, проявившего особое усердие.

Капитану Разумову поручается немедленно прибыть в усадьбу Морозовых, взять под охрану девушку с её сопровождением и доставить их в канцелярию дворца в целости и сохранности. Об исполнении этого приказа доложить мне лично.

Генерал Виктор Зайцев».

— Не может быть! — шутливо возмутился Михаил, читая письмо из-за плеча напарника. — Ну нельзя же быть таким везучим!

— Товарищ подполковник, разве такое вообще возможно? — Константин и сам едва верил своим глазам.

— А почему бы и нет? В докладах ты числишься лучшим. Да и не время жаловаться на судьбу. Это редкая возможность попасть во дворец без лишних вопросов и присмотреться к тому, что там происходит. Сам должен понимать всю важность.

— Да, товарищ подполковник, прекрасно понимаю.

— Подполковник, назначьте-ка меня в патруль у реки! Может, и мне какая-нибудь важная девица попадётся? — вставил Михаил.

— А во дворец, получается, ехать не хочешь?

— Во дворец? — Михаил мгновенно выпрямился. — Товарищ подполковник, беру свои слова обратно. Река подождёт.

— Пусть Константин и лучший из моих офицеров, но разорваться между двумя делами он не сможет. Поедешь с ним и поможешь. Но помните: это вам не светская прогулка. Будьте бдительны и ни на минуту не забывайте о вашей основной задаче, — строго подытожил подполковник.

— Будет сделано! — хором ответили разведчики, выпрямившись по струнке.

— Всё, свободны. Мне ещё рапорт генералу писать.

Покинув кабинет подполковника, разведчики поспешно собрали необходимые вещи и отправились в усадьбу Морозовых.

Георгий сидел в кресле у камина и слушал, как Ольга зачитывала вслух страницу из нового романа, как вдруг в дверь дома кто-то постучал. Экономка Наталья тут же направилась к выходу. Отперев дверь, она увидела на крыльце двух высоких офицеров.

— Доброй ночи. С чем пришли в такое позднее время? — спросила она.

— Мы прибыли по приказу генерала Зайцева, — ответил Константин.

— Что ж, проходите. Я сообщу хозяину, — сказала Наталья, пропуская гостей в дом.

Она прошла в гостиную, чтобы доложить о прибытии военных.

— Георгий, к вам двое военных по приказу генерала Зайцева, — сказала Наталья.

— Пригласи их, — распорядился Георгий и поднялся с кресла.

В комнату вошли капитан Константин и ещё один молодой человек.

— Доброй ночи, господин Морозов. По приказу генерала Зайцева капитан пограничной разведки Константин Разумов и поручик Михаил Бордов прибыли в ваше распоряжение для сопровождения и охраны Юноны Морозовой во время предстоящей поездки во дворец.

Георгий шагнул вперёд и крепко пожал Константину руку.

— Капитан, рад видеть вас снова. После того, что вы сделали для моей дочери, я спокоен за её безопасность.

Константин заметно смутился.

— Я лишь выполнял свой долг, господин Морозов.

«Вот это дом...» — мысленно восхищался Михаил.

— Простите, что приехали так поздно. Надеюсь, мы не разбудили всю семью, — извинился Константин.

— Что вы, всё в порядке, — мягко ответила Ольга. — Хотите поужинать? Мы сами сели за стол совсем недавно, так что еда ещё горячая.

— Ох, признаться, мы с огромным удовольствием! — отозвался Михаил, слегка потирая живот. — За весь день, считайте, маковой росинки во рту не было.

— Наталья, проводите офицеров в гостевые комнаты. Пусть умоются и немного приведут себя в порядок с дороги. А я попрошу Людмилу накрыть для них ужин.

— Конечно, Ольга. Господа, прошу за мной, — Наталья кивнула и проводила разведчиков в гостевые спальни на втором этаже.

Когда они вышли, Ольга повернулась к мужу. От волнения она совсем забыла, как выглядел спаситель Юноны, и решила уточнить:

— Георгий, это ведь он... он тогда спас нашу дочь?

— Да, дорогая, он, — ласково ответил Георгий, слегка похлопывая жену по руке и провожая её в спальню.

Наталья вела молодых людей на второй этаж.

— А Юнона уже спит? — неожиданно спросил Михаил.

— Уже давно, — ответила Наталья. — Ольга велела не беспокоить её без повода.

— Значит, завтра удивимся за завтраком, — усмехнулся Михаил.

— Миша, помолчи, — устало бросил Константин.

Через некоторое время в дверь гостевой комнаты, где устроился Константин, негромко постучала Людмила. Из-за двери послышался её голос:

— Ужин подан. Проходите, пожалуйста, к столу.

Константин вышел и направился в столовую. Михаил уже ел угощение с огромным аппетитом и шутливо болтал с поваром:

— Представляете, а я стою и думаю: как же так вышло? Вот он я, служивый парень, стою весь из себя, а сам с ног до головы мокрый и в грязи!

Людмила изо всех сил старалась не рассмеяться на весь дом. Константин тихонько присел на стул и строго посмотрел на Михаила.

— Будешь болтать — подавишься, — остановил он друга. — Ешь быстрее и иди спать. Не приставай к людям со своими историями. Уже поздно, они тоже хотят отдохнуть.

— Простите, пожалуйста. Я как-то совсем об этом не подумал, — с виноватой улыбкой извинился Михаил.

Закончив ужин, все наконец разошлись по комнатам, и в доме снова наступила тишина.

Глава 6. Кричите!

Утро в доме началось рано. По приказу Георгия Морозова работники вовсю готовили к выезду просторный дормез, собирали снаряжение, продукты и всё необходимое в дальний путь. Сам же Георгий ещё на рассвете побывал на конезаводе и лично отобрал четвёрку лучших лошадей для предстоящего путешествия. Капитан Разумов следил за сборами, проверяя каждую мелочь: от прочности ремней на сундуках до исправности дорожного оружия. Михаил тем временем присматривал за укладкой дорожных припасов.

В спальне же Юноны царили полнейшая тишина и покой. Девушка спала, свернувшись клубочком в огромной постели под пушистым одеялом, словно маленькая птичка в гнезде. Утренний свет тонкой струйкой сочился сквозь щель в задёрнутых шторах. На диванчике неподалёку спала Мария. В эти минуты она совсем не походила на ту строгую, собранную девушку-врача, какой бывала днём: растрёпанная, она уютно устроилась на подушках, раскинув руки, и лишь изредка сладко причмокивала во сне.

Время близилось к завтраку, когда в комнату тихо вошла Ольга.

— Милая, пора вставать, — она подошла к постели дочери и ласково погладила её по плечу.

Девушка зашевелилась и сладко потянулась всем телом. Ольга прошла к окну, пошире распахнула тяжёлые шторы, впуская в комнату солнце, после чего приблизилась к дивану.

— Мария, просыпайтесь, уже утро.

— Утро?.. — сонно отозвалась Мария, принимаясь тереть лицо руками и зевать.

— Ну, дорогие мои, умывайтесь, одевайтесь и спускайтесь в столовую. Только вас двоих и ждём, — с улыбкой сказала Ольга и вышла из комнаты.

Юнона взглянула на Марию. Растрёпанный вид врача был настолько непривычным и забавным, что Юнона не сдержалась и тихонько рассмеялась.

Наконец утренние сборы были завершены, и девушки спустились на первый этаж. Мария сразу отправилась на кухню, чтобы распорядиться насчёт ромашкового чая. Юнона же в своей обычной манере быстро зашла в столовую и направилась прямиком к отцу. Нежно поцеловав его, она уже хотела пройти к своему месту, как вдруг заметила за столом посторонних.