Небо над Белосветом

Пламя освещало его мужественное лицо: тёмные, коротко подстриженные волосы, прямой нос и чётко очерченный подбородок выдавали в нём сильный характер. Он сидел в одной рубашке и брюках, а высокие кожаные сапоги лежали рядом.

«Красивый...» — неожиданно для самой себя подумала Юнона, заворожённо глядя на своего спасителя сквозь остатки сна.

— Где я?.. — тихо спросила девушка.

— Очнулись? — Константин тут же подошёл к ней. — Не бойтесь, вы в полной безопасности. Сухие ветки хорошо разгорелись, скоро вы согреетесь.

— Что случилось? — Девушка непонимающе оглядывалась, придерживая рукой растрёпанные волосы и пытаясь подняться.

Константин протянул ей руку, помогая опереться и сесть ближе к теплу.

— Я увидел вас в реке. Бурный поток нёс вас, и мне пришлось броситься в воду, чтобы спасти, — ответил разведчик, пристально вглядываясь в её лицо. — Простите за любопытство, но как вы вообще оказались в этой опасной реке?

— Я... я... — Она нахмурилась, пытаясь вспомнить всё, что произошло, и её глаза испуганно расширились. — Волк! За мной по лесу гнался огромный, голодный хищник... Я бежала… Но тут возник обрыв, и я свалилась прямо в реку…

— Большая удача, что вы ничего не переломали и остались живы.

— Не могу с вами спорить.

— Может быть, в таком случае нам стоит познакомиться? Я Константин Разумов.

— Константин... Красивое, сильное имя, — тихо отозвалась девушка. — А я Юнона Морозова.

— Что ж, приятно познакомиться, Юнона. Но скажите: что такая хрупкая девушка делала одна в этом глухом приграничном лесу? — В его голосе вновь проскользнули нотки профессионального недоверия.

— Я собирала цветы иван-да-марьи, — чуть всхлипнула девушка, придвигаясь ближе к огню.

— Цветы? — недоуменно переспросил он, приподняв бровь.

— Да. Из них получается редкий, невероятно красивый художественный пигмент.

— Так вы, получается, художница? — уточнил разведчик, присаживаясь рядом.

— Да, немного рисую, — глубоко вздохнула девушка, протягивая замёрзшие руки к пламени.

— Разве эта краска настолько редкая и ценная, чтобы ради неё рисковать жизнью в диком лесу? — Константин с подозрением прищурился, выискивая в её словах подвох.

— Видите ли, господин Разумов, для настоящего художника качество материалов имеет огромное значение.

— Вы, должно быть, очень трепетно и даже фанатично относитесь к своему делу, раз сами отправляетесь на поиски ингредиентов для красок.

— Наверное, так и есть. Скажите, вам знакомо имя Кирилла Воробьёва?

— Того самого знаменитого мастера, который написал портрет покойного императора Владимира? — уточнил Константин, и в его суровом голосе впервые проскользнули нотки искреннего почтения.

— Ещё раз приятно познакомиться, — девушка повернулась к Константину и, чуть наклонив голову, с лёгкой гордостью добавила: — Юнона Морозова, внучка Кирилла Воробьёва.

— Так вы... та самая Морозова?! — Разумов ошарашенно замер, едва не выронив ветку, которую подбрасывал в костёр.

— Именно так, — Юнона хитро прищурилась. — А вы, Константин, позвольте узнать, что сами делали в этой глуши? Вряд ли вы искали здесь цветы.

— Я нахожусь здесь по долгу службы, — сухо и уклончиво ответил он.

— Могу смело предположить, что вы из пограничной разведки. — Юнона хитро улыбнулась уголками губ.

— А вы весьма проницательны.

— О нет, тут не нужна проницательность. Обычная наблюдательность. Вы одеты по форме. Пусть на вас сейчас нет мундира — потому что он сохнет вон там, у костра — покрой ваших брюк и сапоги выдают принадлежность к ведомству. А так как мы находимся в паре километров от границы, то пазл складывается сам собой.

Девушка дрожала и шмыгала носом, её губы подёргивались от стука зубов.

— Замёрзли? — Константин тут же заметил её дрожь.

— Платье всё ещё насквозь мокрое...

— Юнона, прошу, не поймите моё предложение неправильно. При обычных обстоятельствах оно было бы крайне неуместным. Но сейчас выбора нет... — Пытаясь не обидеть девушку, Константин всеми силами старался быть тактичным.

— Не тяните, прошу. Вы так долго ходите вокруг да около. Просто скажите, что хотите предложить, — немного раздражаясь, ответила девушка.

— Давайте эту ночь поспим рядом? — выложил Константин своё предложение под её давлением, и его уши тут же предательски покраснели.

— Рядом? Что вы имеете в виду под этим «рядом»? — удивилась Юнона.

— Вы ложитесь перед костром, а я лягу за вашей спиной, так вам будет гораздо теплее, — попытался объяснить он.

— Возможно, в этом есть смысл. В любом случае выбора у нас нет, — согласилась художница и принялась медленно укладываться на бок лицом к костру.

Костёр тихо трещал, а в кустах неподалёку сверчки заводили убаюкивающую мелодию. Девушка потихоньку начала засыпать. Закрыв глаза, она очутилась в сновидении. Ей снилось, будто она идёт до города своим привычным маршрутом: солнце блестит в листве, а лёгкий ветерок развевает её волосы. Но знакомый лесок всё никак не кончался. Стоило ей это понять, как тучи сгустились над головой, а буря подняла пыль с тропинки, обрывая листья и ветки. Пытаясь защититься от ветра, Юнона зажмурилась. Попытавшись разглядеть дорогу, она увидела голодный оскал волка. Её дыхание участилось, лицо нахмурилось, сквозь сон проступили слёзы и редкие испуганные фразы:

— Волк... Волк...

Беспокойные разговоры девушки прогнали чуткий сон разведчика. Он повернулся и понял, что Юнона дрожит и плачет вовсе не от холода.

— Тсс... Всё хорошо... — тихонько говорил Константин, поглаживая её тёплой ладонью по плечу.

Девушка тут же расслабилась, её лицо разгладилось, и она тихо засопела.

Проснувшись утром, Юнона обнаружила, что находится в неожиданной близости от Константина. Одна его рука была подложена под голову, а другой он бережно прикрывал её плечо. Девушка увидела, что разведчик всё ещё мирно спит. Юнона ещё раз убедилась, что вчерашнее мимолётное впечатление её не обмануло: её спаситель и правда был на редкость хорош собой — высок, статен и удивительно красив.

Пока Юнона заворожённо разглядывала его лицо, маленькая голубокрылая бабочка бесшумно опустилась на густую бровь мужчины. Щекоча его своими крохотными лапками, она заставила Константина нахмуриться и недовольно качнуть головой. Бабочка тут же вспорхнула и улетела, а разведчик открыл глаза и встретился взглядом с большими зелёными глазами Юноны, которая продолжала рассматривать его в упор.

— Юнона? — удивлённо и хрипло со сна спросил он.

— Константин! — отозвалась девушка.

— Почему вы так смотрите на меня?

— Извините, но вы меня держите, — заметила Юнона.

Константин огляделся и с опозданием осознал, что за ночь так и не отпустил её плечо.

— Ох, простите, пожалуйста! Я случайно нарушил ваши границы... Вчера ночью вам, похоже, кошмар снился, и я просто хотел успокоить вас, — неловко извинился он, спешно убирая руку.

— Не стоит так переживать, — Юнона едва заметно, смущённо улыбнулась, пытаясь сесть.

— Вы... готовы идти? — Константин со смущённым видом поспешно попытался сменить тему, поправляя складки на своей рубашке.

— Ну, собирать мне здесь точно нечего, да и цветы теперь интересуют меня меньше всего. Так что да, я готова идти, — Юнона поднялась, слегка покачнувшись от слабости.

— Тогда я провожу вас до самых ворот дома, чтобы с вами больше ничего не случилось, — сказал Константин, туша костёр и подставляя ей руку для опоры.

Путь был нелёгким. Константин вёл девушку через бурелом вверх по реке. Его взгляд постоянно возвращался к противоположному берегу — он помнил о сбежавшем командире наёмников и держал руку на рукояти оружия. Юнона же, преодолевая усталость, просто послушно шла за ним, мечтая поскорее оказаться дома.

А в это же время в доме Морозовых все были на ушах. Ольга бледной тенью бродила по комнатам, не находя себе места от паники. Вчера утром Юнона ушла без предупреждения и не вернулась. Работники дома тоже упустили девушку из виду, так как весь день помогали хозяйке с пересадкой редких роз в дальнем саду. Весь дом, да что дом — весь приграничный городок со вчерашнего вечера был поднят на ноги для поисков Юноны. Хоть это был и не первый раз, когда юная Морозова уходила без предупреждения, но это был первый случай, когда она не вернулась домой.

— Ольга, прошу тебя, присядь, выпей чаю. Ты же извела себя совсем, — пытался успокоить её муж, Георгий, ходя за ней следом из угла в угол. Его лицо было серым от напряжения, хотя он и старался держать голос ровным. — Я уверен, дочь найдётся.

— Да как?! Как она могла бесследно пропасть среди бела дня?! Я не понимаю! — в отчаянии воскликнула Ольга, оборачиваясь к мужу. — С ней что-то произошло, сердце мне подсказывает... Она в беде, Георгий!

Тут с переднего двора послышались громкие, взволнованные крики.

— Юнона! Юнона вернулась! — истошно закричал старый работник Захар, тут же бросив вёдра с водой у колодца. Вода с плеском разлилась поземле, но старик даже не заметил этого, бросаясь к воротам.

— Ох, господи! Живая! Что с вами случилось-то, милая? — взволнованно захлопала руками повар Людмила, пулей выбежавшая с заднего двора на шум.

Ольга, услышав крики во дворе, бросилась к выходу, громко стуча каблуками по паркету. Выбежав на крыльцо, она замерла: перед ней стояла её дочь — вся грязная, бледная, в промокшем и помятом платье, а рядом стоял высокий мужчина в военной форме. Георгий вышел следом за женой, сурово нахмурив брови.

— Юнона! Дорогая! — Ольга ринулась с крыльца к дочери и крепко, до боли прижала её к себе. — Боже мой, мы весь город на уши подняли, пока тебя искали! Родная моя, живая...

Георгий спешно подошёл к ним и пристально, оценивающе уставился на Константина.

— Молодой человек, вы, как я понимаю, её нашли? — произнёс отец, обращаясь к офицеру.

— Здравствуйте. — Константин почтительно кивнул хозяину дома. — Её уносило бурным течением. Я бросился в воду и вытащил её на берег. К сожалению, спасение оказалось непростым — нас унесло слишком далеко вниз по реке. Назад пробираться в темноте было безумием, поэтому пришлось заночевать в лесу. Простите, что вернул вам дочь так поздно.

Константин виновато прижал руку к груди, искренне извиняясь перед главой семьи за задержку.

— Ты в лес ходила?! С ума сошла? Почему одна, без предупреждения?! — Ольга наконец отстранилась от дочери и принялась эмоционально её ругать.

— Мамочка, ну кто же знал, что так выйдет? Пожалуйста, не паникуй, всё ведь обошлось, — тихо оправдывалась Юнона.

— Что ж, спасибо вам огромное за то, что спасли нашу дочь, — Георгий сделал шаг вперёд и крепко, по-мужски пожал руку Константину. — Как ваше имя, спаситель?

— Константин Разумов, капитан пограничной разведки.

— Спасибо вам, Константин. Спасибо, что вернули мою дорогую Юнону, — со слезами на глазах поблагодарила Ольга.

Она повела дочь в дом, к теплу. Юнона послушно шла за матерью, но то и дело оборачивалась, глядя во двор, где её отец остался о чём-то негромко разговаривать с разведчиком.

— Константин, не хотите ли остаться с нами на обед? Нам бы хотелось принять вас как следует, — радушно предложил Георгий.

— Благодарю за приглашение. Прошу прощения, но я вчера не вернулся в часть вовремя. Коллеги, должно быть, уже бьют тревогу. Мне нужно срочно возвращаться в штаб, — ответил Константин и уже собрался уходить, но Георгий никак не хотел отпускать его просто так.

— Постойте. Как я могу отблагодарить вас за спасение дочери? Назовите любую сумму, моя семья перед вами в огромном долгу.

— Что вы, не стоит, — мягко, но твёрдо улыбнулся Константин. — Я просто выполнил свой долг. И сделал бы это для любого другого человека, независимо от его статуса и положения.

— Вы человек чести, Разумов, — уважительно кивнул Георгий. — Что ж, если так, задерживать вас не стану — служба есть служба. Ещё раз примите мою искреннюю благодарность. Но помните: если вам или вашему отряду что-то понадобится, двери дома Морозовых всегда для вас открыты. Мы рады будем помочь.

Константин ещё раз кивнул, развернулся и быстрым шагом вышел со двора, скрываясь в лесной чаще.

Тем временем Ольга продолжала ругать дочь. В ванной комнате было жарко, Людмила усердно мыла плечи Юноны ароматным мылом, а сама девушка блаженно зажмурилась, согреваясь в глубокой ванне с горячей водой.

— Дорогая моя, родная... Ну объясни ты своей матери, как так вышло? Я до сих пор поверить в это не могу, — Ольга взволнованно ходила из угла в угол.

— Ну мамочка, ну как «так»? Я решила сходить в лес за иван-да-марьей. Краска мне была нужна.

— Ну ты могла хотя бы зайти в сад и сказать нам?! — всплеснула руками Ольга. — Мы с отцом места себе не находили, всю ночь с фонарями носились по городу и окрестностям! Нам уже казалось, что тебя похитили ради выкупа... или убили! — Ольга судорожно всхлипнула. — А в реку-то ты как попала? Откуда на тебе эти жуткие синяки?

— Я пошла на ту самую дальнюю поляну, куда мы ходим гулять с Русланом. А там... там оказался волк. Огромный. Он бросился за мной, я побежала, не разбирая дороги. Впереди был только обрыв над рекой. Я сорвалась, — тихо произнесла Юнона, подставляя лицо под тёплую воду.

— Волк?! Юнона! Господи! — не выдержав, в ужасе прикрикнула Ольга, прижимая ладони к губам.

— Мамочка, прошу, не ругайся больше. Мне и без того было очень страшно, — виновато опустила голову девушка, разглядывая мыльную пену.

— Ох, родная моя... — Гнев Ольги тут же прошёл, сменившись щемящей нежностью. — Я прошу тебя, никогда больше не пугай нас так. Ты у нас одна, и мы тобой дорожим больше жизни.

Ольга подошла к ванне, опустилась на колени прямо на кафельный пол и крепко обняла Юнону, совершенно не заботясь о том, что низ её дорогого шёлкового платья мгновенно намок.

— Прости меня, мамочка... — прошептала Юнона, утыкаясь носом в мокрое мамино плечо.

— Ох, какое счастье, что капитан Разумов тебя спас, — отпуская дочь и поднимаясь с колен, выдохнула Ольга.

— Ты меня так быстро домой затащила, мама, что я даже поблагодарить его толком не успела, — тихонько заметила Юнона. Она вышла из ванны, надела ночнушку и накинула мягкий тёплый халат.

— Не переживай, родная, — отряхивая мокрый низ шёлкового платья, успокоила её мать. — Отец отблагодарит его как следует. Наш долг перед ним огромен.

— Константин не такой человек. Я уверена, он ничего не попросит и не возьмёт в благодарность, — с неожиданной твёрдостью в голосе произнесла девушка.

— Ладно уж тебе, дорогая, защитница нашлась. Отдыхай, набирайся сил. Людмила позовёт тебя, когда ужин будет готов, — Ольга ласково улыбнулась и оставила Юнону одну.

Девушка улеглась на свою мягкую постель. Она просто смотрела в потолок, прокручивая в главе всё, что произошло с ней за эти сумасшедшие сутки: волка, ледяную воду, капитана Разумова и треск ночного костра. В плену этих мыслей она незаметно для себя уснула.

Константин вернулся в штаб уже за полдень. Он направился прямиком к подполковнику, чтобы доложить о своём долгом отсутствии. Быстрым, уверенным шагом пройдя по скрипучему деревянному коридору, он постучал в тяжёлую дубовую дверь.

— Войдите! — послышался резкий голос изнутри.

Подполковник Николай Ситцев взволнованно ходил по кабинету из угла в угол, убрав руки за спину. В комнате пахло табаком и старыми бумагами.

— Прошу прощения, товарищ подполковник, задержался. Явился доложить обстановку, — войдя в кабинет, Константин отдал честь и начал объясняться.

— Так, Разумов, оставь формальности! — Ситцев резко обернулся. — Где тебя черти носили?! Мы уже думали, тебя этот бранвальдский тип в реке утопил или прирезал в чаще. А ты стоишь тут, живой, и ни царапинки на тебе!

Подполковник, несмотря на суровый тон, был очень обеспокоен судьбой своего лучшего капитана.

— Вчера, догнав бранвальдского наёмника у самой реки, я вырубил его в рукопашной, — чётко доложил Константин. — Но в этот момент увидел, как по бурному течению несёт девушку без сознания. Мне пришлось броситься в воду, чтобы спасти её. К сожалению, я не рассчитал силу потока — нас унесло слишком далеко вниз по течению на противоположный берег. Пришлось заночевать в лесу, разбить лагерь. А сегодня утром я проводил её до дома и сразу вернулся в часть… К сожалению, за это время оглушённый наёмник пришёл в себя и сбежал.

Константин произнёс это с явной горечью, чувствуя вину за упущенного врага.

— Спасение тонущего — дело, конечно, благородное, капитан, — Ситцев остановился у окна и нахмурился. — Но сбежавший командир шпионов — это огромная проблема для всего нашего сектора.

— Я понимаю, товарищ подполковник. Но бросить беззащитную девушку погибать на камнях я тоже не мог.

— Девушку? — Подполковник удивлённо приподнял седую бровь. — И что же она делала одна в приграничном лесу?

— По её словам, отправилась собирать цветы для красок. Признаться, мне самому это показалось глупым риском. Позже выяснилось, что это была Юнона Морозова, дочь Георгия и Ольги Морозовых.

— Морозова?! Вот это да… — Николай Ситцев озадаченно почесал затылок и задумался, глядя на капитана. — Ладно. Семья влиятельная, перед императорским двором на хорошем счету. Дело ты сделал благородное, спас их единственную дочь. Но о воинском долге забывать нельзя, Константин. Тем более, пока тебя не было, наши следователи кое-что выяснили у того бранвальдца, который сломал ногу при задержании.

— Что он успел рассказать? — Константин подался вперёд.

— Секретарь Эдмунда по личному, секретному приказу нового короля нанял их отряд для убийства нашей императрицы Агнии. Всё ради того, чтобы разорвать мирный договор, заключённый двадцать шесть лет назад. Эдмунд жаждет крови. Он спит и видит, как начнёт новую полномасштабную войну на уничтожение.

— Он точно безумец… — мрачно ответил Константин, глядя на разложенную на столе карту приграничья. — Но постойте, товарищ подполковник. Императорская семья без веской причины редко уезжает из столичного дворца. Как эти наёмники вообще надеялись подобраться к её величеству? На что они рассчитывали?

— Пленный говорит, что во дворце Белосвета у них есть свой человек, — Ситцев тяжело опустился в кресло и глухо постучал пальцами по столу. — Высокопоставленный предатель, Константин. Тот, кто имеет доступ к самым секретным кулуарам власти. Он должен был тайно провести убийц во дворец.

— Если у него действительно есть человек во дворце, то опасность грозит не только императрице. Он может знать расположение охраны, расписание встреч, передвижения всей императорской семьи. Кому теперь вообще можно верить?

Тут в кабинет ворвался Михаил. Запыхавшийся, бледный и покрытый потом, он отчаянно пытался что-то сказать, но из его пересохшего горла доносился лишь хриплый, прерывистый свист.

— Миша, тихо! Дыши! — Константин подскочил к напарнику, усадил его на свободный стул и поспешно налил в стакан холодной воды из графина.

Отхлебнув сразу полстакана и едва переведя дух, Михаил взволнованно затараторил:

— В городе! В самом Красноборске только что видели избитого мужчину. Это точно тот бранвальдский наёмник, Костя! По описанию свидетелей — один в один!

— Тогда чего вы сидите?! — Подполковник Ситцев с силой ударил ладонью по столу так, что подскочили чернильницы, и резко поднялся с кресла. — Объявляйте план перехвата! Собирайте весь отряд и прочесывайте каждый угол в Красноборске! Пока этого бранвальдского типа не схватим, никто из нас ни спать, ни есть не будет! Всё, выполняйте! Живо!

Уже через пятнадцать минут весь гарнизон был поднят по тревоге. Разведчики, городская полиция и конные патрули разошлись по Красноборску, прочёсывая улицу за улицей в поисках бранвальдского наёмника. Город накрыли вечерние сумерки. Они искали уже несколько часов, когда в полумраке, шагах в пятидесяти от них, заметили подозрительно знакомого мужчину, который спешил укрыться в тени.

— Кажется, это он. — Константин резко дёрнул Михаила за рукав. — Пойдём тихонько за ним.

Они двинулись по темнеющей улочке чуть позади преследуемого, стараясь слиться с немногочисленными прохожими. Бранвальдец шёл вперёд, на ходу разворачивая какой-то бумажный свёрток и то и дело сверяясь с написанным. Наёмник случайно выронил записку. Он остановился, чтобы подобрать её, но в этот момент обернулся и встретился взглядом со знакомым лицом Константина. Бросив бумагу, чужак со всех ног бросился бежать.

Константин тут же сорвался с места и пулей погнался за беглецом. Отдавая все силы, он летел по мостовой, отчаянно пытаясь догнать врага. Они неслись по тёмной улице, как два размытых ночных силуэта. Поняв, что от погони не уйти, наёмник принялся безжалостно толкать случайных прохожих на землю. Константину приходилось на ходу уворачиваться, чтобы не упасть и случайно не причинить вреда невинным людям.

Улочка вывела их прямо на центральную, бурлящую людьми площадь. Стараясь во что бы то ни стало удержать бранвальдского наёмника в поле зрения, Разумов нырнул в толпу. Он изо всех сил пробирался сквозь поток прохожих, но в этой суматохе в конце концов окончательно упустил врага.

— Чёрт... — выругался Константин, тяжёло дыша и пытаясь восстановить сбившийся пульс.

Он крутился на одном месте, до боли в глазах всматриваясь в лица людей, но всё было бесполезно: наёмник как сквозь землю провалился. Мысленно проклиная себя за оплошность, разведчик побрёл обратно к переулку, где остался Михаил.

— Упустил? — Напарник подбежал к нему, едва завидев мрачного Константина.

— Этот тип технично затерялся в толпе на площади, — глухо, едва сдерживая ярость, ответил Константин. — Ты нашёл то, что он выронил перед побегом?

— Да, смотри, — Михаил протянул небольшой, сложенный вчетверо свёрток плотной бумаги. Среди десятков цифр было только одно слово: «Боги».

— Шифр? — задумчиво нахмурился Константин, вертя записку в руках.

— Похоже на то. Но я, признаться, вообще не понимаю, как его разгадать, — почесал затылок Миша.

— Ладно... Убери. Надо доложить подполковнику.

Поиски наёмника на улицах города продолжались, но Константин с Михаилом спешно вернулись в штаб, обнаружив на месте побега важную зацепку.

— Товарищ подполковник! — ворвавшись в кабинет, Константин с порога протянул командиру бумажный свёрток.

— Что это ещё такое? — Ситцев нахмурил густые брови, принимая находку.

— Тот бранвальдец выронил это, когда уходил от погони в городе, — доложил капитан.

Ситцев аккуратно развернул помятый клочок бумаги. На нём чернел длинный, ровный ряд цифр, а в самом низу — единственное слово: «Боги».

— Похоже на шифр… — задумчиво протянул подполковник, разглядывая комбинации. — Книжный, как думаешь, Разумов?

— Трудно сказать, товарищ подполковник. Слишком мало данных, — ответил Константин.

— Что ж, тогда завтра утром, как только откроется городская библиотека, отправляйтесь туда искать разгадку. Думаю, это слово — прямая подсказка к книге-ключу. Проверьте мифы, религиозные тексты, летописи.

— Но, товарищ подполковник, почему именно мы?! — искренне возмутился Михаил, шагнув вперёд. — А кто будет ловить беглеца? Весь штаб на ногах, а нам в пыли ковыряться?

Константин тут же строго посмотрел на друга и слегка дёрнул его за рукав, призывая к порядку.

— Вы этот шифр нашли, вам его и разгадывать, — отрезал Ситцев, даже не взглянув на Михаила. — К тому же, Миша, ты у нас, помнится, большой любитель загадок. Вот и прояви себя.

— Товарищ подполковник, я шутки люблю и байки в баре за кружкой пива! А это какие-то ребусы! — уныло жаловался Михаил, пытаясь разжалобить командира.

— Всё! Разговор окончен. Идите, свободны, — непреклонно бросил подполковник и махнул рукой в сторону двери, возвращаясь к бумагам.

Едва покинув кабинет, Михаил принялся тихо, но очень выразительно ворчать себе под нос. Уж очень ему не хотелось провести весь завтрашний день в душном читальном зале среди старых книг, пока остальные оперативники будут прочесывать Красноборск в поисках бранвальдского шпиона.

Глава 2. Чай.

Каждый следующий день в усадьбе проходил всё в той же уютной атмосфере, что и прежде. Только ночью над домом будто нависали тучи, приносившие с собой леденящие кошмары.

Юнона тихо спала в своей постели, когда её лицо вдруг напряглось. Во сне она бродила по знакомым городским улочкам, но стоило ей на секунду обернуться, как всё вокруг стремительно изменилось — она очутилась в глухом, мрачном лесу. Деревья кружились вокруг неё, меняя пейзаж снова и снова, стирая тропинки. Вдруг за спиной угрожающе хрустнула ветка. Она резко повернулась и замерла: прямо перед ней, почти вплотную, оказалась пасть огромного волка. Зверь тяжело, горячо дышал ей в самое лицо, с его клыков капала слюна. Девушка бросилась бежать со всех ног, но сырая земля вязла под ногами, как болото, и сколько бы усилий она ни прикладывала — сдвинуться с места не удавалось. В следующее мгновение волк настиг её, яростно вгрызаясь зубами всё глубже.