Полная версия
Багровые врата
— Лиара.
Она посмотрела на него.
— Что бы ты ни услышала за этой дверью, не отвечай.
Он ушёл.
Лиара осталась одна в темноте перед семью красными печатями.
За стенами замка шумела тревога.
Она заставила себя отойти от двери.
Шаг.
Ещё один.
Потом побежала.
К вечеру замок изменился.
Исчезла обычная суета. Слуги говорили шёпотом. Стражники стояли у каждого прохода. На стенах зажгли смоляные чаши, хотя солнце ещё не село. Во дворе собирали женщин и детей из ближайших деревень. Кузнецы раздавали копья тем, кто никогда не держал оружия.
Разведчики не вернулись.
Ни один.
Лиара узнала это от мальчишки-конюха, который плакал в пустой стойле. Его старший брат был среди тех двадцати всадников.
— Они должны были прислать птицу, — повторял он. — Хотя бы птицу.
Лиара не знала, что сказать.
Поэтому просто села рядом на солому и молчала.
Иногда молчание было единственной честной вещью, на которую она была способна.
Когда мальчик уснул, обессиленный слезами, Лиара вышла из конюшни и поднялась на стену.
Северная дорога была пустой.
Только ветер гнал по ней сухие листья.
Капитан Маррен стоял у зубцов и смотрел вдаль через подзорную трубу.
— Вы должны быть в восточной башне, — сказал он, даже не оборачиваясь.
— Все сегодня говорят мне, где я должна быть.
— Возможно, потому что вы никогда там не бываете.
Лиара подошла ближе.
— Вы знали?
Маррен опустил трубу.
— О чём?
— О двери в западном крыле. О печатях. О том, что отец собирался вывезти меня из замка.
Капитан долго молчал.
Потом сказал:
— Я давал клятву вашему отцу.
— А мне?
— Вам я давал другую.
— Какую?
Он посмотрел на неё.
— Защитить вас, даже если вы будете этому мешать.
Лиара горько усмехнулась.
— Звучит похоже на меня.
— Более чем.
На мгновение между ними появилось что-то почти обычное. Почти тёплое.
Потом Маррен снова посмотрел на север.
Лиара проследила за его взглядом.
У горизонта что-то темнело.
Не туча. Не дым.
Полоса мрака двигалась слишком низко и слишком ровно.
— Это армия? — спросила она.
— Не знаю.
— Разбойники?
— Нет.
Она почувствовала, как пальцы похолодели.
— Тогда кто?
Маррен не ответил.
Внизу на стене зажёгся ещё один факел. Потом второй. Потом весь северный участок вспыхнул тревожным огнём.
Лиара услышала, как по двору пробежал приказ:
— Лучников на стены!
Сердце забилось быстрее.
Но тёмная полоса у горизонта вдруг остановилась.
Ветер стих.
Полностью.
Факелы на стенах вытянулись ровными неподвижными языками.
Даже лошади внизу перестали ржать.
Мир затаил дыхание.
А потом на западе вспыхнул свет.
Лиара резко обернулась.
Над западной башней — той самой, без окон, с запертой дверью и семью печатями, — поднялся багровый столб.
Он прорезал серое небо, как рана.
Сначала свет был тонким, почти незаметным.
Потом расширился.
Внутри него закружились чёрные искры.
Камни башни задрожали. По стенам побежали красные линии, похожие на трещины в раскалённом стекле.
Лиара шагнула назад.
— Нет, — прошептал Маррен.
В его голосе было не удивление.
Ужас.
Лиара посмотрела на него.
— Что это?
Капитан Маррен побледнел.
— То, что ваш отец боялся увидеть всю жизнь.
Багровый свет ударил в небо.
Где-то глубоко под замком что-то ответило глухим, древним гулом.
И Лиара вдруг услышала своё имя.
Не ушами.
Кровью.
— Лиара
Она обернулась к западной башне.
Свет звал её.
И на этот раз она знала:
дверь больше не ждёт.
Она открывается.Глава 2
Безликие у ворот
До рассвета оставалось меньше часа, когда северная дорога исчезла.
Ещё мгновение назад она тянулась между холмами серой лентой, мокрой от ночного тумана. Лиара видела её со стены: изгиб у старой сосны, каменный мостик через овраг, две придорожные часовни, в которых путники оставляли монеты перед дальней дорогой.
А потом всё это пропало.
Не скрылось за дымом.
Не растворилось в тумане.
Именно пропало, будто кто-то провёл по миру чёрной ладонью и стёр дорогу вместе с холмами, кустами и первым бледным светом утра.
На её месте двигалась тьма.
Она шла не волной и не облаком. Она шла строем.
Капитан Маррен стоял рядом с Лиарой у зубцов стены. В одной руке он держал подзорную трубу, другой сжимал рукоять меча так крепко, что костяшки пальцев побелели.
— На восточную башню, — сказал он.
Лиара не сразу поняла, что он обращается к ней.
— Что?
— Ваш отец приказал вывести вас через нижний ход.
— Нет.
— Сейчас не время спорить.
— Именно сейчас и время.
Маррен резко повернулся.
— Ваше Высочество
— Там мой отец. Там люди. Там весь замок.
— И поэтому вы должны уйти.
— Чтобы потом всю жизнь знать, что сбежала первой?
В глазах капитана мелькнула боль.
Не раздражение.
Не злость.
Именно боль.
— Чтобы потом вообще была жизнь.
Лиара хотела ответить, но внизу, во дворе, ударил колокол.
Один раз.
Глухо.
Второй удар подхватили башни внутреннего кольца.
Третий — часовня.
Потом весь замок заговорил железом.
Люди побежали. Стражники поднимались на стены. Лучники занимали позиции. Слуги тащили бочки с водой и мешки с песком. Из конюшен выводили коней, но животные ржали, вставали на дыбы и отказывались идти к северным воротам.
Багровый свет над западной башней всё ещё горел.
Он не рассеялся за ночь. Наоборот, стал ярче. Тонкий столб света бил из башни в небо, и облака вокруг него казались порезанными изнутри.
Лиара не могла отвести от него глаз.
В этом свете было что-то неправильное. Он не освещал камни, не отбрасывал тени, не грел. Он просто существовал, как открытая рана в воздухе.
И звал.
Сначала тихо.
Почти неслышно.
Лиара
Она вздрогнула.
— Вы это слышали? — спросила она.
Маррен смотрел на север.
— Я слышу колокола.
— Нет. Голос.
— Какой голос?
Она не ответила.
Потому что голос исчез.
Зато с севера пришёл другой звук.
Шёпот.
Он был далёким, как шелест сухих листьев, но от него у Лиары заледенели пальцы. Шёпот не складывался в слова. Он шёл сразу отовсюду: из тумана, из камней, из щелей между зубцами стены.
Лучник рядом с ними тихо выругался.
— Что это? — спросил он.
Никто не ответил.
Тьма на дороге приблизилась.
Теперь Лиара видела фигуры.
Их было много. Слишком много для разбойничьего отряда, слишком мало для обычной армии. Они шли медленно, без барабанов, без рогов, без знамён. Ни один не спотыкался. Ни один не оглядывался. Ни один не нарушал строй.
Высокие.
Тонкие.
Закутанные в длинные серые плащи, которые волочились по земле, хотя ветра уже не было.
— Поджечь ров, — приказал Маррен.
Сигнальщик поднял красный флажок.
У северных ворот стражники опрокинули чаши с маслом. Через мгновение перед стеной вспыхнула огненная линия. Пламя рвануло вверх, осветив лица защитников, мокрые камни и железные наконечники стрел.
Люди на стене немного выдохнули.
Огонь всегда казался ответом на тьму.
Но те, кто шёл по дороге, даже не остановились.
Первый вошёл в пламя.
Лиара увидела, как огонь охватил его плащ, пополз по плечам, взвился вокруг головы.
Фигура продолжала идти.
Без крика.
Без боли.
Без лица.
Когда она вышла из огня, пламя на ней погасло само, словно его задушили невидимые пальцы.
На стене кто-то прошептал молитву.
Маррен поднял меч.
— Лучники.
Тетивы натянулись.
— Целься в головы.
Тёмные фигуры подошли ближе.
Теперь Лиара ясно видела их лица.
Вернее, то место, где лица должны были быть.
Гладкая бледная кожа. Ни глаз, ни носа, ни рта. Только ровная пустота, слишком человеческая по форме и слишком нечеловеческая по сути.
Один из них поднял голову.
Хотя у него не было глаз, Лиара вдруг почувствовала, что он смотрит прямо на неё.
Холод прошёл сквозь грудь.
— Пли! — крикнул Маррен.
Стрелы сорвались со стены.
Десятки чёрных линий рассекли воздух и ударили в наступающих.
Некоторые стрелы прошли сквозь серые плащи, будто через туман. Некоторые застряли в телах, но Безликие даже не дрогнули. Один вытащил стрелу из груди и уронил её на землю. Древко успело почернеть, прежде чем коснулось грязи.
— Ещё! — крикнул Маррен.
Второй залп.
Третий.
Ни один не упал.
Тьма двигалась дальше.
— Закрыть ворота внутреннего двора! — крикнул кто-то внизу.
— Они и так закрыты!
— Тогда держать!
Северные ворота замка Эйрен были старыми, дубовыми, обитыми железом. Их строили, чтобы выдержать таран, пожар и осаду. На них оставались следы прошлых войн: зарубки от топоров, вмятины от камней, тёмные пятна, которые не смылись даже за десятилетия.
Первый Безликий подошёл к воротам и положил на них ладонь.
Просто ладонь.
Без удара.
Без заклинания.
Железные полосы на воротах застонали.
Дуб потемнел. По дереву побежал иней — чёрный, как сажа. Он расползался от пальцев существа, превращая крепкую древесину в сухую хрупкую кору.
Маррен побледнел.
— Масло! Лить вниз!
Солдаты опрокинули котёл.
Кипящее масло обрушилось на Безликого.
Его серый плащ задымился. Земля вокруг зашипела.
Но существо не убрало руку.
Ворота треснули.
Лиара услышала этот звук даже сквозь колокола и крики.
Треск был низким, сухим, окончательным.
Так ломаются не двери.
Так ломаются обещания.
Во двор выбежал король Арден.
На нём не было короны. Только кольчуга под тёмным плащом и меч у пояса. За ним шли личные гвардейцы с щитами Эйрена — серебряная башня на синем поле.
Он двигался быстро, отдавая приказы на ходу.
— Вторую линию к воротам! Женщин и детей в нижние залы! Всех лекарей к часовне! Лучникам — смоляные стрелы!
Его голос разрезал панику, как клинок.
Люди слушались.
Даже страх отступал там, где говорил король.
Лиара почувствовала, как в груди болезненно сжалось.
Вот таким она знала отца.
Не старым, не усталым, не прячущим правду за закрытыми дверями.
А тем, кто стоял между своим народом и тьмой.
Арден поднял голову и увидел её на стене.
Даже с такого расстояния Лиара поняла, что он разозлился.
Он резко указал в сторону восточной башни.
Уходи.
Она покачала головой.
Нет.
Лицо отца стало каменным.
И в этот момент ворота рухнули.
Не раскрылись.
Не разлетелись щепой.
Они просто рассыпались внутрь, будто за секунду сгнили за сто лет.
В проём вошли Безликие.
Первым навстречу им бросился рыцарь в латах. Лиара знала его — сэр Данвел, командир северного караула. Ещё вчера он смеялся у конюшен и спорил с кузнецом, что старый мерин умнее половины придворных.
Теперь он поднял меч и ударил Безликого в грудь.
Клинок прошёл насквозь.
Не рассёк.
Не ранил.
Именно прошёл, как через плотный дым.
Безликий наклонил голову.
Потом вытянул руку и коснулся рыцаря двумя пальцами под подбородком.
Сэр Данвел замер.
Его тень на камнях задрожала.
Лиара увидела это слишком ясно.
Тень оторвалась от ног рыцаря.
Сначала медленно, будто густая чёрная ткань. Потом рывком потянулась к Безликому. Данвел закричал. Его тело выгнулось, меч выпал из руки, латы заскрежетали.
Безликий втянул тень в себя.
Крик оборвался.
Рыцарь рухнул на колени.
Он был жив.
Но лицо его стало пустым. Не безликим — нет. Глаза остались, рот остался, шрамы, борода, морщины. Только из них исчезло всё, что делало его человеком.
Он медленно опустил голову.
И больше не двигался.
— Святые звёзды, — прошептал лучник рядом с Лиарой.
Во двор хлынули Безликие.
Стражники ударили щитами, пытаясь сдержать проход. Копья вошли в серые тела и вышли с другой стороны. Топоры скользнули по плечам, не оставляя ран. Лишь иногда удар, нанесённый в багровую искру под плащом, заставлял Безликого отступить на шаг, но никто не понимал, куда бить.
Зато Безликие били точно.
Их оружие не было похоже на обычные мечи.
Это были тонкие тёмные клинки, будто выкованные из ночи. Они не звенели о сталь. Когда такой клинок касался щита, железо покрывалось белыми трещинами и осыпалось ржавой пылью. Когда касался человека, кровь не брызгала.
Вместо этого гасла тень.
На стене началась паника.
Один из молодых стражников выронил лук и попятился.
— Они не умирают.
Маррен ударил его ладонью по щеке.
— Стоять!
— Но они не умирают!
— Значит, будем держать их, пока не поймём как!
Капитан выхватил у солдата смоляную стрелу, поджёг её от чаши и сам выстрелил вниз. Стрела ударила одному из Безликих в шею. На мгновение под серой кожей вспыхнул красный огонёк.
Существо отшатнулось.
— Видели? — крикнул Маррен. — В шею! Под капюшон! Ищите свет внутри!
Лучники снова подняли луки.
Лиара стояла, вцепившись в холодный камень.
Она не могла уйти.
Не могла и помочь.
Это было хуже всего.
Она знала, куда ударить деревянным мечом живому человеку. Знала, как читать карту. Знала, как спорить с лордами, которые считали её ребёнком.
Но против этого все её знания были бесполезны.
Внизу король Арден сражался у внутренней арки. Его меч светился бледным синим огнём. Лиара никогда раньше не видела этого клинка в бою. Он казался обычным ceremonial sword — парадным мечом, который отец носил на праздниках и во время приёмов.
Теперь она увидела, что это не украшение.
Арден ударил Безликого в грудь. Синий свет вспыхнул, и существо впервые вскрикнуло.
Нет.
Не вскрикнуло.
Звук, вырвавшийся из него, был похож на сотню голосов, которые одновременно попытались вспомнить одно и то же слово.
Безликий рассыпался в тёмный пепел.
Солдаты вокруг закричали.
— Король ранит их!
— К королю!
— Держать строй!
Надежда вспыхнула так резко, что Лиара почти поверила: они выстоят.
Но потом за воротами появилась вторая волна.
И третья.
И среди них шли другие.
Выше остальных.
Их плащи были не серыми, а чёрными, как глубокий колодец. Там, где у обычных Безликих была гладкая пустота, у этих под кожей двигались бледные линии — будто кто-то пытался нарисовать лицо изнутри, но каждый раз стирал.
Один из чёрных поднял руку.
Колокола замка замолчали.
Все сразу.
Крики на мгновение тоже исчезли.
Лиара открыла рот, но не услышала собственного дыхания.
Мир стал немым.
Затем тишина ударила по стенам.
Камни дрогнули.
Северная башенка треснула от основания до зубцов. Несколько лучников упали вниз, даже не успев закричать.
Звук вернулся вместе с грохотом.
Маррен схватил Лиару за руку.
— Всё. Довольно.
— Отпустите!
— Я вынесу вас отсюда силой, если придётся.
— Мой отец там!
— Именно поэтому я должен выполнить его приказ!
Он потянул её к лестнице.
Лиара вырывалась, но Маррен был сильнее. Они сбежали со стены в боковой проход. За их спинами кричали люди, гремело железо, рушился камень. Запах дыма смешался с чем-то новым — холодным и горьким, как погребальная свеча.
На лестнице им навстречу выбежала Мирта.
Её платок сбился, лицо было белым.
— Ваше Высочество! Сюда!
— Где дети? — спросил Маррен.
— В нижних залах. Но западный коридор перекрыт. Там свет там стены
Она замолчала, увидев Лиару.
— Что там? — спросила Лиара.
Мирта покачала головой.
— Не ходите туда.
И тут Лиара снова услышала зов.
Теперь он был сильнее.
Не шёпот.
Не голос.
Песня без мелодии. Приказ без слов. Память о чём-то, чего она никогда не знала.
Лиара
Она резко повернулась к западному крылу.
Где-то там, за толстыми стенами, стояла дверь с семью печатями.
Та самая дверь, которую отец запретил ей открывать.
Та самая дверь, за которой было «прошлое».
Та самая дверь, которая сейчас звала её так, будто знала с рождения.
Маррен заметил её взгляд.
— Нет.
— Вы не слышите?
— Я слышу, что замок падает.
— Там что-то есть.
— Там смерть.
— Нет, — сказала Лиара. — Там ответ.
Капитан сжал её руку крепче.
— Иногда ответ и есть смерть.
В этот момент по коридору прокатился крик:
— Они во внутреннем дворе!
Мирта вскрикнула.
Маррен выругался и выглянул за угол.
Снизу, по главной лестнице, поднимались люди. Не солдаты — слуги, дети, раненые, женщины с узлами в руках. Они бежали к восточной башне, где начинался нижний ход.
А за ними двигались Безликие.
Трое.
Медленно.
Спокойно.
Они не торопились, потому что знали: все дороги всё равно ведут к ним.
Маррен отпустил Лиару и шагнул вперёд.
— Бегите к башне, — сказал он. — Обе.
— Капитан — начала Мирта.
— Сейчас!
Он выхватил меч и спустился на несколько ступеней ниже.
Лиара увидела, как первый Безликий поднял голову.
Маррен ударил.
Сталь прошла через серое тело, оставив после себя только дрожание воздуха.
Безликий коснулся стены.
Камень вокруг его пальцев покрылся инеем.
Лиара поняла, что Маррен не сможет задержать их надолго.
Никто не сможет.
Кроме, возможно, того, что звало её из западной башни.
Она посмотрела на Мирту.
— Веди людей к нижнему ходу.
Служанка побледнела ещё сильнее.
— А вы?
— Я должна вернуться.
— Вы обещали королю.
— Я обещала не открывать дверь.
— Вот именно!
Лиара оглянулась на лестницу.
Маррен отбил удар тёмного клинка щитом. Щит треснул по центру. Капитан отшатнулся, но устоял.
— Если эта дверь связана с ними, — сказала Лиара, — то, может быть, она связана и с тем, как их остановить.
— А если нет?
Лиара не ответила.
Потому что ответа не было.
Она сорвалась с места и побежала в западное крыло.
— Лиара! — закричала Мирта.
Первый раз в жизни без титула.
Но Лиара уже исчезла за поворотом.
Замок вокруг неё превращался в лабиринт дыма, криков и красного света.
Она бежала через галерею предков, где портреты королей смотрели на неё из темноты. Один портрет упал со стены прямо перед ней, рама раскололась, и лицо давно умершего правителя оказалось перечёркнуто трещиной.
Лиара перепрыгнула через него.
В нижнем коридоре лежал раненый стражник. Он прижимал руку к боку, но крови почти не было. Под ним не было тени.
Он смотрел в потолок и тихо повторял:
— Я не помню её лица. Я не помню её лица. Я не помню
Лиара остановилась на мгновение.
— Чьего лица?
Стражник повернул к ней пустые глаза.
— Не знаю.
Она заставила себя идти дальше.
У дверей часовни толпились люди. Священник держал в руках серебряную звезду и пытался успокоить плачущих детей. Когда где-то рядом раздался глухой удар, все вздрогнули.
— В западное крыло нельзя! — крикнул ей один из стражников.
Лиара не остановилась.
— Приказ короля!
Она тоже закричала в ответ:
— Я дочь короля!
Это сработало ровно на три секунды.
Ей хватило.
Она проскользнула мимо, сбежала по узкой лестнице и оказалась в старом коридоре.
Здесь битва словно отступила.
Звуки стали глуше, будто стены западного крыла не хотели впускать в себя настоящее. Воздух был ледяным. Факелы не горели. Но теперь Лиаре не нужен был огонь.
Багровые линии светились на стенах.
Те самые, которые ночью она видела под слоем пыли, теперь пульсировали, как жилы под кожей. Они тянулись по камню, сходились к башне, к двери, к семи печатям.
С каждым шагом зов становился сильнее.
Лиара
Она прижала ладони к ушам.
Не помогло.
Потому что звали не уши.
Звали кровь.
— Кто ты? — прошептала она.
Стены ответили тихим гулом.
Она дошла до конца коридора.
Дверь стояла там же.
Высокая.
Чёрная.
Без ручки.
Семь печатей горели красным светом. Символы миров на них словно ожили: круг людей, лист эльфов, крыло ареев, волна сирен, гора великанов, пламя драконидов, звезда Люмеры.
Но между ними теперь проступал ещё один знак.
Тонкий.
Едва заметный.
Почти стёртый.
Восьмой круг.
Лиара затаила дыхание.
— Значит, я не ошиблась, — сказала она.
За спиной послышался шорох.
Она обернулась.
В коридоре стоял Безликий.
Один.
Серый плащ висел на нём мокрыми складками. Гладкое лицо было повернуто к ней. В руке он держал тёмный клинок.
Лиара попятилась к двери.
— Не подходи.
Безликий пошёл вперёд.
Медленно.
Она схватила с пола обломок старого копья. Деревянное древко было тяжёлым, наконечник потемнел от времени. Смешное оружие против существа, которого не брали мечи.
Но лучше, чем пустые руки.
— Я сказала, не подходи.
Безликий остановился.
И вдруг Лиара услышала звук.
Не от двери.
От него.
Тихий, рваный, почти человеческий.
Будто кто-то пытался говорить через воду.
— Ли а
Она похолодела.
— Что?
Безликий сделал ещё шаг.
— Ли а ра
Он знал её имя.
Копьё задрожало в её руках.
— Кто ты?
Существо подняло свободную руку и коснулось своей гладкой пустой кожи там, где должен был быть рот.
Потом протянуло пальцы к ней.
Не как враг.
Как просящий.
Лиара замерла.
В его груди, под плащом, мелькнула слабая багровая искра.
Такая же, как свет над башней.
