Дракула: метод параллельного погружения

“Take care,” he said, (“Будьте осторожны,” — сказал он,) “take care how you cut yourself. (“осторожнее с тем, как вы режете себя.) It is more dangerous than you think in this country.” (Это опаснее, чем вы думаете, в этой стране.”) Then seizing the shaving glass, (Затем, схватив бритвенное зеркальце,) he went on: “And this is the wretched thing that has done the mischief. (он продолжил: “И вот эта жалкая вещица натворила беды; wretched — жалкий, mischief — вред, беда.) It is a foul bauble of man’s vanity. (Это отвратительная безделушка человеческого тщеславия; bauble — безделушка.) Away with it!” (“Долой её!”) and opening the heavy window with one wrench of his terrible hand, (и, открыв тяжёлое окно одним рывком своей ужасной руки; wrench — резкий рывок,) he flung out the glass, (он выбросил зеркальце,) which was shattered into a thousand pieces (которое разбилось на тысячу осколков) on the stones of the courtyard far below. (о камни двора далеко внизу.) Then he withdrew without a word. (Затем он удалился, не сказав ни слова.) It is very annoying, (Это крайне раздражает,) for I do not see how I am to shave, (ибо я не представляю, как мне бриться,) unless in my watch-case (разве что в крышке моих часов,) or the bottom of the shaving-pot, (или в донышке бритвенного стаканчика,) which is fortunately of metal. (который, к счастью, металлический.)

“Take care,” he said, “take care how you cut yourself. It is more dangerous than you think in this country.” Then seizing the shaving glass, he went on: “And this is the wretched thing that has done the mischief. It is a foul bauble of man’s vanity. Away with it!” and opening the heavy window with one wrench of his terrible hand, he flung out the glass, which was shattered into a thousand pieces on the stones of the courtyard far below. Then he withdrew without a word. It is very annoying, for I do not see how I am to shave, unless in my watch-case or the bottom of the shaving-pot, which is fortunately of metal.

When I went into the dining-room, (Когда я вошёл в столовую,) breakfast was prepared; (завтрак был приготовлен,) but I could not find the Count anywhere. (но я не мог найти Графа нигде.) So I breakfasted alone. (Так что я позавтракал в одиночестве.) It is strange that as yet I have not seen the Count eat or drink. (Странно, что до сих пор я ни разу не видел, чтобы Граф ел или пил.) He must be a very peculiar man! (Он должно быть очень необычный человек!) After breakfast I did a little exploring in the castle. (После завтрака я немного исследовал замок.) I went out on the stairs, (Я вышел на лестницу,) and found a room looking towards the South. (и нашёл комнату, выходящую на юг.) The view was magnificent, (Вид был великолепный,) and from where I stood there was every opportunity of seeing it. (и с того места, где я стоял, было всякое удобство рассматривать его полностью.) The castle is on the very edge of a terrible precipice. (Замок стоит прямо на краю ужасной пропасти; precipice — обрыв.) A stone falling from the window would fall a thousand feet without touching anything! (Камень, упавший из окна, пролетел бы тысячу футов, ни обо что не ударившись!) As far as the eye can reach is a sea of green tree tops, (Насколько хватает глаз — море зелёных верхушек деревьев,) with occasionally a deep rift where there is a chasm. (с редкими глубокими разломами, где зияет пропасть; rift — трещина, chasm — бездна.) Here and there are silver threads (Тут и там — серебристые нити) where the rivers wind in deep gorges through the forests. (где реки извиваются по глубоким ущельям сквозь леса; gorges — ущелья.)

When I went into the dining-room, breakfast was prepared; but I could not find the Count anywhere. So I breakfasted alone. It is strange that as yet I have not seen the Count eat or drink. He must be a very peculiar man! After breakfast I did a little exploring in the castle. I went out on the stairs, and found a room looking towards the South. The view was magnificent, and from where I stood there was every opportunity of seeing it. The castle is on the very edge of a terrible precipice. A stone falling from the window would fall a thousand feet without touching anything! As far as the eye can reach is a sea of green tree tops, with occasionally a deep rift where there is a chasm. Here and there are silver threads where the rivers wind in deep gorges through the forests.

But I am not in heart to describe beauty, (Но у меня нет душевных сил описывать красоту,) for when I had seen the view I explored further; (ибо, когда я полюбовался видом, я продолжил исследовать замок;) doors, doors, doors everywhere, (двери, двери, двери повсюду,) and all locked and bolted. (и все заперты и заперты на засов.) In no place save from the windows in the castle walls (Нигде, кроме как из окон в стенах замка,) is there an available exit. (нет ни одного доступного выхода.)

The castle is a veritable prison, (Замок — настоящая тюрьма; veritable — истинный,) and I am a prisoner! (и я — узник!)

But I am not in heart to describe beauty, for when I had seen the view I explored further; doors, doors, doors everywhere, and all locked and bolted. In no place save from the windows in the castle walls is there an available exit.

The castle is a veritable prison, and I am a prisoner!

CHAPTER III (ГЛАВА III)

JONATHAN HARKER’S JOURNAL—continued (ДНЕВНИК ДЖОНАТАНА ХАРКЕРА — продолжение)

WHEN I found that I was a prisoner (КОГДА я понял, что я был пленником; prisoner — пленник) a sort of wild feeling came over me. (меня охватило какое-то дикое чувство; came over — охватило) I rushed up and down the stairs, (я метался вверх и вниз по лестнице; rushed — бросился, метался) trying every door (проверяя каждую дверь; trying — пробуя) and peering out of every window I could find; (и выглядывая из каждого окна, какое только мог найти; peering — вглядываясь) but after a little the conviction of my helplessness overpowered all other feelings. (но вскоре убеждённость в своей беспомощности пересилила все прочие чувства; conviction — убеждённость, overpowered — подавила) When I look back after a few hours (когда я оглядываюсь назад спустя несколько часов; look back — оглядываться) I think I must have been mad for the time, (я думаю, что, должно быть, был безумен в тот момент; mad — безумный) for I behaved much as a rat does in a trap. (потому что я вёл себя так же, как ведёт себя крыса в ловушке; trap — ловушка) When, however, the conviction had come to me that I was helpless (когда же убеждённость в собственной беспомощности окончательно овладела мной; helpless — беспомощный) I sat down quietly (я тихо сел; quietly — спокойно) —as quietly as I have ever done anything in my life— (так же спокойно, как когда-либо делал что-либо в своей жизни; ever — когда-либо) and began to think over what was best to be done. (и начал обдумывать, что лучше всего предпринять; think over — обдумывать) I am thinking still, (я думаю до сих пор; still — всё ещё) and as yet have come to no definite conclusion. (и пока не пришёл ни к какому определённому выводу; definite — определённый)

CHAPTER III

JONATHAN HARKER’S JOURNAL—continued

WHEN I found that I was a prisoner a sort of wild feeling came over me. I rushed up and down the stairs, trying every door and peering out of every window I could find; but after a little the conviction of my helplessness overpowered all other feelings. When I look back after a few hours I think I must have been mad for the time, for I behaved much as a rat does in a trap. When, however, the conviction had come to me that I was helpless I sat down quietly—as quietly as I have ever done anything in my life—and began to think over what was best to be done. I am thinking still, and as yet have come to no definite conclusion.

Of one thing only am I certain; (Лишь в одном я уверен; certain — уверенный) that it is no use making my ideas known to the Count. (что нет смысла сообщать свои мысли Графу Дракуле; no use — нет смысла) He knows well that I am imprisoned; (он прекрасно знает, что я в заточении; imprisoned — заключённый) and as he has done it himself, (и так как он сделал это сам; himself — сам) and has doubtless his own motives for it, (и, несомненно, имеет свои мотивы для этого; doubtless — несомненно, motives — мотивы) he would only deceive me if I trusted him fully with the facts. (он лишь обманул бы меня, если бы я полностью доверил ему факты; deceive — обманывать, trusted — доверил) So far as I can see, (насколько я могу судить; so far as — насколько) my only plan will be to keep my knowledge and my fears to myself, (мой единственный план — держать свои знания и страхи при себе; to myself — при себе) and my eyes open. (и держать глаза открытыми; eyes open — быть настороже) I am, I know, either being deceived, like a baby, by my own fears, (я, как я понимаю, либо обманываюсь собственными страхами, как младенец; baby — младенец) or else I am in desperate straits; (или же я нахожусь в отчаянном положении; desperate straits — отчаянные обстоятельства) and if the latter be so, (и если верно последнее; latter — последнее из упомянутого) I need, and shall need, all my brains to get through. (мне нужны — и понадобятся — все мои умственные способности, чтобы справиться; brains — ум, get through — справиться, пройти через это)

Of one thing only am I certain; that it is no use making my ideas known to the Count. He knows well that I am imprisoned; and as he has done it himself, and has doubtless his own motives for it, he would only deceive me if I trusted him fully with the facts. So far as I can see, my only plan will be to keep my knowledge and my fears to myself, and my eyes open. I am, I know, either being deceived, like a baby, by my own fears, or else I am in desperate straits; and if the latter be so, I need, and shall need, all my brains to get through.

I had hardly come to this conclusion (Я едва успел прийти к этому выводу, hardly — едва, come to a conclusion — прийти к выводу) when I heard the great door below shut, (как услышал, что внизу хлопнула большая дверь, shut — захлопнулась) and knew that the Count had returned. (и понял, что Граф вернулся, returned — вернулся) He did not come at once into the library, (Он не вошёл сразу в библиотеку, at once — сразу) so I went cautiously to my own room (поэтому я осторожно пошёл в свою комнату, cautiously — осторожно) and found him making the bed. (и застал его за тем, что он застилал кровать, making the bed — застилал постель) This was odd, (Это было странно, odd — странно) but only confirmed what I had all along thought— (но лишь подтвердило то, что я всё время думал, all along — всё время) that there were no servants in the house. (что в доме нет слуг, servants — слуги) When later I saw him through the chink of the hinges of the door (Когда позже я увидел его через щёлку в дверных петлях, chink — щёлка, hinges — петли) laying the table in the dining-room, (накрывающим на стол в столовой, laying the table — накрывать стол) I was assured of it; (я убедился в этом окончательно, assured — уверен) for if he does himself all these menial offices, (ибо если он сам выполняет всю эту черновую работу, menial offices — низкие/черновые обязанности) surely it is proof that there is no one else to do them. (то, разумеется, это доказательство, что больше некому её выполнять, surely — несомненно).

I had hardly come to this conclusion when I heard the great door below shut, and knew that the Count had returned. He did not come at once into the library, so I went cautiously to my own room and found him making the bed. This was odd, but only confirmed what I had all along thought—that there were no servants in the house. When later I saw him through the chink of the hinges of the door laying the table in the dining-room, I was assured of it; for if he does himself all these menial offices, surely it is proof that there is no one else to do them.

This gave me a fright, (Это меня испугало, gave me a fright — напугало) for if there is no one else in the castle, (потому что если в замке больше никого нет, no one else — никто больше) it must have been the Count himself (то, должно быть, это был сам Граф, must have been — должно быть был) who was the driver of the coach that brought me here. (который был кучером экипажа, привёзшего меня сюда, coach — экипаж) This is a terrible thought; (Это ужасная мысль; terrible — ужасная) for if so, what does it mean that he could control the wolves, as he did, by only holding up his hand in silence. (ибо если так, что же означает то, что он мог управлять волками, как он и сделал, лишь подняв руку в молчании, control — управлять, holding up his hand — подняв руку) How was it that all the people at Bistritz and on the coach had some terrible fear for me? (Как получилось, что все люди в Бистрице и в экипаже испытывали какой-то ужас за меня? terrible fear — сильный страх) What meant the giving of the crucifix, of the garlic, of the wild rose, of the mountain ash? (Что означали дары в виде распятия, чеснока, шиповника, рябины? crucifix — распятие, garlic — чеснок, wild rose — дикая роза/шиповник, mountain ash — рябина) Bless that good, good woman who hung the crucifix round my neck! (Да благословит Бог ту добрую, добрую женщину, что повесила мне распятие на шею! Bless — благослови). for it is a comfort and a strength to me whenever I touch it. (ибо оно приносит мне утешение и силы всякий раз, как я к нему прикасаюсь, comfort — утешение, strength — сила)

This gave me a fright, for if there is no one else in the castle, it must have been the Count himself who was the driver of the coach that brought me here. This is a terrible thought; for if so, what does it mean that he could control the wolves, as he did, by only holding up his hand in silence. How was it that all the people at Bistritz and on the coach had some terrible fear for me? What meant the giving of the crucifix, of the garlic, of the wild rose, of the mountain ash? Bless that good, good woman who hung the crucifix round my neck! for it is a comfort and a strength to me whenever I touch it.

It is odd that a thing which I have been taught to regard with disfavour and as idolatrous (Странно, что вещь, которую меня учили считать дурной и идолопоклоннической, odd — странно, disfavour — неприязнь, idolatrous — идолопоклоннический) should in a time of loneliness and trouble be of help. (оказывается полезной в часы одиночества и беды, loneliness — одиночество, trouble — беда) Is it that there is something in the essence of the thing itself, (Не в том ли дело, что есть нечто в самой сущности этой вещи, essence — сущность) or that it is a medium, a tangible help, in conveying memories of sympathy and comfort? (или же она служит посредником, осязаемой поддержкой, передающей воспоминания о сочувствии и утешении? medium — посредник, tangible — осязаемый, conveying — передающий) Some time, if it may be, I must examine this matter and try to make up my mind about it. (Когда-нибудь, если будет возможно, я должен исследовать этот вопрос и попытаться составить о нём мнение, make up my mind — решить для себя) In the meantime I must find out all I can about Count Dracula, (Тем временем я должен узнать всё возможное о Графе Дракуле, find out — выяснить) as it may help me to understand. (поскольку это может помочь мне понять, help me to understand — помочь мне понять) To-night he may talk of himself, if I turn the conversation that way. (Сегодня ночью он, возможно, заговорит о себе, если я направлю разговор в эту сторону, turn the conversation — повернуть разговор) I must be very careful, however, not to awake his suspicion. (Однако я должен быть крайне осторожен, чтобы не пробудить его подозрение, awake suspicion — вызвать подозрение).

It is odd that a thing which I have been taught to regard with disfavour and as idolatrous should in a time of loneliness and trouble be of help. Is it that there is something in the essence of the thing itself, or that it is a medium, a tangible help, in conveying memories of sympathy and comfort? Some time, if it may be, I must examine this matter and try to make up my mind about it. In the meantime I must find out all I can about Count Dracula, as it may help me to understand. To-night he may talk of himself, if I turn the conversation that way. I must be very careful, however, not to awake his suspicion.

Midnight.— (Полночь; midnight — полночь) I have had a long talk with the Count. (У меня был долгий разговор с Графом Дракулой; talk — разговор) I asked him a few questions on Transylvania history, (я задал ему несколько вопросов об истории Трансильвании; history — история) and he warmed up to the subject wonderfully. (и он удивительно оживился при обсуждении этой темы; warmed up — оживился, subject — тема) In his speaking of things and people, (когда он говорил о событиях и людях; speaking — речь) and especially of battles, (и особенно о сражениях; battles — битвы, сражения) he spoke as if he had been present at them all. (он говорил так, словно присутствовал при всех этих событиях; present — присутствующий) This he afterwards explained (позже он объяснил это; afterwards — впоследствии) by saying that to a boyar the pride of his house and name is his own pride, (сказав, что для боярина гордость его рода и имени есть его собственная гордость; boyar — боярин, pride — гордость) that their glory is his glory, (что их слава — его слава; glory — слава) that their fate is his fate. (что их судьба — его судьба; fate — судьба)

Midnight.—I have had a long talk with the Count. I asked him a few questions on Transylvania history, and he warmed up to the subject wonderfully. In his speaking of things and people, and especially of battles, he spoke as if he had been present at them all. This he afterwards explained by saying that to a boyar the pride of his house and name is his own pride, that their glory is his glory, that their fate is his fate.

Whenever he spoke of his house (Всякий раз, когда он говорил о своём роде; house — род, династия) he always said “we,” (он всегда говорил «мы»; we — мы) and spoke almost in the plural, like a king speaking. (и говорил почти во множественном числе, как говорит король; plural — множественное число) I wish I could put down all he said exactly as he said it, (я хотел бы записать всё, что он сказал, в точности так, как он это сказал; put down — записать) for to me it was most fascinating. (потому что для меня это было чрезвычайно увлекательно; fascinating — увлекательный, чарующий) It seemed to have in it a whole history of the country. (в его словах будто заключалась целая история этой страны; seemed — казалось) He grew excited as he spoke, (он возбуждался, пока говорил; grew excited — приходил в возбуждение) and walked about the room pulling his great white moustache (и ходил по комнате, трогая свои большие белые усы; moustache — усы) and grasping anything on which he laid his hands (и хватая всё, к чему прикасались его руки; grasping — сжимая, laid his hands — к чему касались его руки) as though he would crush it by main strength. (как будто хотел раздавить это своей грубой силой; crush — раздавить, main strength — грубая физическая сила) One thing he said which I shall put down as nearly as I can; (одну вещь, которую он сказал, я запишу так точно, как смогу; as nearly as I can — насколько могу точно) for it tells in its way the story of his race:— (потому что она по-своему рассказывает историю его рода; race — род, происхождение)

Whenever he spoke of his house he always said “we,” and spoke almost in the plural, like a king speaking. I wish I could put down all he said exactly as he said it, for to me it was most fascinating. It seemed to have in it a whole history of the country. He grew excited as he spoke, and walked about the room pulling his great white moustache and grasping anything on which he laid his hands as though he would crush it by main strength. One thing he said which I shall put down as nearly as I can; for it tells in its way the story of his race:—

“We Szekelys have a right to be proud, (Мы, секеи, имеем право гордиться; right — право, proud — гордый) for in our veins flows the blood of many brave races (потому что в наших жилах течёт кровь многих храбрых родов; veins — вены, races — роды, народы) who fought as the lion fights, (которые сражались, как сражается лев; fought — сражались) for lordship. (за право властвовать; lordship — господство) Here, in the whirlpool of European races, (здесь, в водовороте европейских народов; whirlpool — водоворот) the Ugric tribe bore down from Iceland the fighting spirit (угорское племя принесло с Исландии боевой дух; bore down — принесло, spirit — дух) which Thor and Wodin gave them, (который Тор и Один даровали им; Wodin — Один (архаич.)) which their Berserkers displayed to such fell intent (который их берсерки проявляли с такой свирепой яростью; Berserkers — берсерки, fell — свирепый, жестокий, intent — намерение) on the seaboards of Europe, (на прибрежных землях Европы; seaboards — морские побережья) ay, and of Asia and Africa too, (да, и Азии, и Африки тоже; ay — да (архаич.)) till the peoples thought that the were-wolves themselves had come. (пока народы не начинали думать, что прибыли сами оборотни; were-wolves — оборотни (архаич.)) Here, too, when they came, they found the Huns, (и здесь, когда они пришли, они нашли гуннов; Huns — гунны) whose warlike fury had swept the earth like a living flame, (чья воинственная ярость сметала землю, как живое пламя; warlike — воинственный, fury — ярость) till the dying peoples held that in their veins ran the blood of those old witches, (пока умирающие народы не решили, что в их жилах течёт кровь тех древних ведьм; held — считали, witches — ведьмы) who, expelled from Scythia had mated with the devils in the desert. (которые, изгнанные из Скифии, якобы сочетались с демонами в пустыне; expelled — изгнанные, mated — сочетались, devils — демоны) Fools, fools! (Глупцы, глупцы!; fools — глупцы) What devil or what witch was ever so great as Attila, (какой демон или какая ведьма когда-либо была столь велика, как Аттила; great — великий) whose blood is in these veins?” (чья кровь течёт в этих жилах; veins — вены)