Наследие Цикла. Равновесие

— Дешёвка.

Сияние вокруг Посоха резко потемнело. Если бы у него было лицо, оно бы исказилось в приступе гнева — и подобострастия.

— Хозяин

— Заткнись, — отрезал чародей. — С этого момента мы действуем лишь в рамках Контракта. — Он сжал в кулак левую руку, на ладони которой всё ещё алел след от церемонии Заключения Контракта.

— Как скажете, хозяин. — Свистящий шёпот был полон яда, но Горату было всё равно.

Он уже здесь.

Сегодня он сделает то, о чём мечтал все эти годы, ради чего жил, набирался сил и убивал.

Сегодня он поставит на колени целый мир. И не примет ни единой просьбы о пощаде.

Ну и что, что он один? И в одиночку можно свернуть горы. Что он и доказал сам себе — и всем вокруг.

Он вспомнил, как по покровом ночи проник в здание Департамента.

Как прошёл сквозь все барьеры, не почувствовав боли. Ни одно из трёх сотен защитных заклинаний не подействовало, признав в нём Келуса.

Отпечаток Стронгдора. Его панацея, его ключ, его спасательный круг.

Старый дурак не заметил, как Тёмный маг снял его. Или заметил?

Нет. Он был ещё слишком слаб.

И будет таким впредь.

Горат улыбнулся сам себе. Ведь он мог использовать Отпечаток любого из сотрудников Департамента. Например, Сьюзен Оуэн. Или её заместителей.

Система безопасности не распознала бы подвоха.

Но нет. Ему нужен был именно след сребробородого лиса. Как доказательство собственной мощи.

Маг презрительно взглянул на Посох, который забился в угол кабинета и плавно покачивался в воздухе. Чёртова деревяшка. Заставила заключить Контракт. И пыталась манипулировать им. Но он не позволил. Не того поля ягода. Любой Контракт можно нарушить. А последствия У него хватит сил с этим разобраться.

Он вспомнил мага, которого при помощи Сьюзен отправил в далёкую датскую деревню. Идеальный план. Всё сработало, словно швейцарские часы. Всё шло хорошо — даже слишком хорошо. Горат чувствовал себя гроссмейстером, разыгрывающим идеальную шахматную партию.

Всё-таки он поступил правильно, решив не убивать господина Рэндела.

В какой-то момент он почувствовал благодарность к Стронгдору за то, что тот не позволил этому случиться. Дрянной старикашка. Но сильный. Насколько? Страж уверял, что не настолько, как он сам, пробудивший древнюю Силу и ставший Воплощением. Но доверять нельзя было никому.

Мужчина ощутил гордость за себя. Да, не без помощи Стража, он шестнадцать лет искал подсказки и ключи к замку, что запер на долгие века само Мироздание, заточив его в темницу. И теперь — грандиозный финал.

Наконец-то золотой мальчик оправдал все ожидания.

Единственное, что было плохо — ещё никто об этом не знал.

Мужчина медленно отошёл от окна и сел в расшитое бордовым бархатом викторианское кресло. Он достал из внутреннего кармана мантии свёрнутые в аккуратную трубочку письмена. Самое ценное, что у него сейчас есть. Единственный подарок от его дражайшего деда — того, что объявился спустя пару лет после начала Пути. Того, что годами вынашивал свой, не менее продуманный План.

Он еле заметно ухмыльнулся, убирая пожелтевшие от времени листы с письменами в ящик стола и вспоминая беседу с Визерусом.

Пришлось оставить уродливый шрам. Чтобы старик знал своё место. И не мешал.

Горат всегда знал, на что надавить.

В дверь аккуратно постучали, и, не дождавшись ответа, приоткрыли её.

— Мисс Оуэн, доброе утро, вы так рано, я не видела вашу машину! Я принесла вам ко — Секретарша Агата, как всегда взлохмаченная, сделала шаг внутрь кабинета, но, увидев незнакомое лицо, замерла и осеклась. — Ой.

— Ой, — с охмуряющей улыбкой ответил ей Горат. — Доброе утро, леди.

— Д-доброе утро, — Она выглядела растерянной. — А где мисс Оуэн?

— Миссис, — невозмутимо поправил её мужчина. — Миссис Оуэн. А кто вы?

Агата оценила сидящего на месте Сьюзен человека. Симпатичный, длинноволосый, стильно одет. Похож на какую-то телезвезду.

— Я Агата Дауни, сэр. — Ей нравилось обращаться к мужчинам старше неё «сэр». — Личный помощник мисс миссис Сьюзен.

— А я — Горат, ваш новый Глава Департамента Магии и Магических Явлений.

— Но меня Никого не предупреждали, — возразила Агата, ощутимо потряхивая в своей руке стаканчик с кофе, который вот-вот был готов выплеснуться.

Что ей сейчас делать? Звать охрану? Кнопка висела в приёмной. Попытаться заговорить зубы этому красавцу? Пожалуй, она могла бы раздеться перед ним, чтобы потянуть время, но что потом? Какой-то он слишком самоуверенный. И где, всё-таки, миссис Оуэн?

Спокойствие.

Она в самом охраняемом здании в мире. Вокруг неё — полторы тысячи магов.

Да, вчера случился сбой в системе безопасности. Да, Департамент погрузился в спячку аж до полуночи из-за сбоя в одном из защитных заклинаний, но специалисты уже устранили эту неисправность. И утром на счета всех сотрудников прилетела «премия» в размере двойного оклада за месяц. Всё было в порядке.

Но этот мужчина Он нравился Дауни — и отторгал. Притягивал — и словно говорил «беги».

— Никого предупреждать и не надо.

— Мужчина, — взяла себя в руки Агата, — я вас не знаю. Вы сидите в кабинете Главы, прямо на месте Сьюзен Оуэн, и говорите мне о том, что вы наш новый управленец. — Она набрала побольше воздуха в грудь и тараторила, боясь, что незнакомец перебьёт её. — Когда меняется Глава, премьер-министр присылает официальное письмо с гербовой печатью, и мы за неделю готовимся к церемонии утверждения

Маг оценил её ум, знания директив и желание беспрекословно их исполнять.

— Вы закончили, леди? — Горат сидел, оперевшись локтем на бархатную, зелёную поверхность рабочего стола.

— Да. — Агата машинально отхлебнула предназначавшийся миссис Сьюзен кофе. — Я вызываю охрану.

Всё-таки, ей не очень нравился этот человек.

Вернее сказать, очень не нравился. И глаза у него были — чёрные. Неприятные.

Те самые глаза, которые сейчас буравили её милую мордашку.

Она привыкла к такому взгляду, который ловила от мужчин всех возрастов каждый день.

Но не привыкла к тому, что сидящий в викторианском кресле маг внезапно атакует её. Из воздуха появились множество мелких, чёрных нитей, похожих на паутину, которые вмиг опутали её, сжав тело в тиски. Девушка ойкнула и разжала ладонь, в которой был стаканчик с кофе. Тот, словно в замедленной съёмке, упал, и горячий напиток выплеснулся на ковёр, отдельными каплями ошпарив оголённые ноги.

— Я тебя не знаю, леди. — Он продолжал улыбаться. — И не знаю, сколько ещё ты протянешь, если будешь так со мной разговаривать. В охране нет никакой нужды. Я не хочу лишаться горстки крепких боевых магов. И, как ни странно, мне сейчас нужна твоя помощь.

— Помощь? — сдавленно прохрипела Агата, пытаясь удержать равновесие. Неужели никто не видит, что сейчас здесь происходит? Она кинула взгляд в левый верхний угол, в надежде найти мигающий красный огонёк видеокамеры — но его не было. Камера была отключена.

— Именно она. — Нити сдавили горло девушки, и её лицо быстро покраснело, но Горат, казалось, упивался её мучениями. — Я — новый повелитель магического мира. Сьюзен Оуэн Ушла в бессрочный отпуск. Мне нужны сподвижники, леди. Я хочу, чтобы вы стали моей правой рукой.

Агата, сквозь прорезающую ткани боль, сквозь недостаток кислорода заметила какое-то трепыхание в углу кабинета, и сиреневый отблеск резанул её по налившимися слезами глазам.

Она увидела Посох Душ. Великолепный. Притягательный. Смертоносный. Тот, что она видела только на картинках.

А ещё она почувствовала, как что-то в глубине её души зашевелилось, словно просясь наружу. Сопротивляться этому желанию было сложно.

— Я уловил ваш взгляд, леди. И почему-то мне кажется, что вы понимаете, что будет, если вы откажетесь.

— Он меня сожрёт? — прошептала она.

— Сожру, — шипящим шёпотом подтвердил Посох. — Обглодаю душу Да, хозяин?

— Да.

Это было самым страшным «да» в её жизни. Она ощутила холодные щупальца, которыми артефакт ощупывал её сердце. Ей вмиг вспомнилось всё то, что она так стремилась забыть.

Аборт, который она совершила по глупости в пятнадцать лет.

Воровство денег у собственного отца, которые она тратила на брендовые вещи, пока её мама гнила в государственной наркологической клинике, хотя могла бы излечиться быстрее в частной.

Измена, которую она так и не смогла простить.

Невыносимо.

Обжигающе холодно.

Больно.

Она взглянула на всё ещё стоявшую фотографию Сьюзен Оуэн на столе.

Такую молодую — и такую мудрую. Что такое шестьдесят пять для мага, который проживёт под две сотни лет?

Расцвет.

Агата чувствовала, что предаёт.

Но она не могла иначе.

«Простите», мысленно извинилась она перед своим руководителем.

— Я сделаю всё, что захотите! — завопила она, пытаясь вырваться из опутавшей её чёрной паутины. — Только остановите его!

— Это клятва верности? Или ты просто боишься меня? — Холодный, но манящий голос Гората лился в её уши.

— Верности! Верности! Умоляю, только прекратите это!

— Врёшь.

Мужчина дал отмашку, и Посох перестал высасывать её душу. Она почувствовала заполняющее её нутро тепло — по которому она очень сильно соскучилась. Словно в горячую ванну после целого ведра снега за шиворот.

— Ты врёшь. Но я дам тебе шанс стать лучше. Просто — Он вышел из-за стола и протянул ей правую руку, всё ещё держа девушку опутанной, — будь со мной.

Путы внезапно исчезли, и Агата, рухнув на колени от бессилия, зарыдала.

Она лишь принесла Сьюзен Оуэн традиционный утренний кофе — а её успели сломать и запугать за каких-то пять минут.

Она подняла голову и посмотрела на Гората глазами цвета неба, которое затянули тяжёлые, грозовые тучи, вот-вот готовые разразиться проливным дождём.

И протянула ему свою маленькую, аккуратную ладонь.

— Умница, — Мужчина снова одарил её своей улыбкой. — Седьмая по Потенциалу?

— Д-да, — всё ещё рыдая, ответила девушка.

— Поэтому лишь в секретарях, а не на вершине. — Горат помог ей подняться.

— Что вы хотите от меня? — вытирая слёзы, спросила Агата.

— Мне нужно, чтобы ты оповестила всех в Департаменте о смене власти. И свяжись с «Вестником Магии», я должен быть на первой полосе. А ещё лучше — занимать всю сегодняшнюю газету. Если они что-то напечатали — пусть уничтожат тираж.

— Вас так и представить, — всхлипнула Агата, — Горат?

— Всё верно. Ещё мне нужно организовать встречу с премьер-министром.

— Телефон забит в быстрый набор под номером четыре.

— Тогда пока что всё.

— Всё? — Девушка вспомнила босса на своей первой работе, который сразу после знакомства и ознакомления с обязанностями потащил её для утех в переговорную. И делал это с крайне высокой периодичностью. — Ради этого вы меня Мучали? — Она с опаской посмотрела на Посох. Если бы у него был рот и язык, Агата бы сказала, что он облизывается.

— Да. Мне не нужно от тебя ничего, кроме исполнительности и верности. А про эту грязь, — он пристально посмотрел на её гладкий, без единой морщинки лоб, — вообще забудь.

Секретарша с ужасом поняла, что он прочитал её мысли.

— П-поняла, — снова запинаясь, пробормотала она. — Какие-то ещё мероприятия запланировать на сегодняшний день?

Горат задумался.

— У меня очень много планов, леди. Начните с того, о чём я вас попросил. Буду держать вас в курсе. — Он отпустил её руку, и Агата на негнущихся ногах вышла из кабинета, захлопнув за собой дверь.

— Вы умеете убеждать, хозяин — прохрипел Посох. — Будь у меня руки, я бы вам похлопал.

— Я знаю, — в голосе мага снова сквозил холод.

Через пятнадцать минут по громкой связи прозвучало объявление об уходе с поста Сьюзен Оуэн и о назначении на пост главы нового Высшего мага по имени Горат.

Также прозвучало и предложение присягнуть на верность. Для этого каждому магу нужно было ровно в восемь часов утра держать на ладони свой Отпечаток Силы.

— Присягнуть на верность? — пуская сизый дым из своего рта, возмущался вечно взъерошенный Колин МакПирсон, доставлявший отчёты для миссис Оуэн. — Мы что, секта?

— Да уж, ну и утро, — пробасил Ройс, затягиваясь. — Какая-то ерунда творится. И что он там сказал? Я слушал музыку и половину пропустил.

— «Пойдите за мной или умрите», — повторил Намбай. — «Я — спасение вашего мира.» Угрожает. И куда смотрит служба Внешней Безопасности? Кто его вообще назначил? Если опять лейбористы, я за них голосовать больше не пойду.

— «Все вы будете жить лучше, если присягнёте мне». Очередной шизоид, — подтвердил Камбербэтч, закуривая вторую сигарету. — Ничего, с дурой Оуэн справились, и с этим. Рядовые сотрудники живут дольше их руководителей, — хрипло посмеялся он.

— Семь пятьдесят девять, — взглянув на часы, сказал Ройс. — Поверим? У всех места на кладбищах куплены?

— Да ерунда это всё, — буркнул Намбай. — Звоните безопасникам. Кто-нибудь звонил мисс Оуэн?

— Не знаю, я точно нет, — отозвался Ройс.

— Я ещё не видел, чтобы Глава начинал свой путь с угроз. Или это проверка, или

МакПирсон не успел договорить.

Ярко-алая волна прошила пространство, с хрустом ломая кости, выбивая их из суставов, разрывая ткани и заливая всё вокруг густой, алой кровью, которая ритмично выливалась из ран. В воздухе повис запах железа.

Ноги Колина внезапно подкосились, его горло сдавил предсмертный хрип, а тело грузно повалилось на пол.

Как и тела всех остальных, кто не успел принять присягу.

Численность сотрудников ровно в восемь утра по Гринвичу сократилась на треть.

Здание на Пэти-Фрэнс, 102 окрасилось в красный цвет.

— Я не шучу, — злобно произнёс Горат, сжимая в кулак правую ладонь, горячую от только что выплеснутой Силы. На его лице не было ни следа боли. — Я никогда не шучу.

«Наконец-то, никакой Платы», подумал он, убирая прядь волос с лица и не чувствуя ничего, кроме звенящей в воздухе магии.

Небо над Лондоном заполонили свинцовые тучи, а проливной дождь забарабанил по окнам. Где-то вдалеке ударила молния, и через пару секунд оглушительный гром заставил стёкла в окнах дрожать.

— Как теперь обстоят дела с чашей весов? — с небольшой издёвкой спросил маг.

— Вы На верном пути, Повелитель — просвистел Посох с присущей ему холодностью. — Первый шаг Сделан

— Сделан, — подтвердил Горат. — И я собираюсь дойти до конца.

— Вас Не остановить.

— Я сделаю всё, чтобы к концу этого дня мир трещал по швам.

Чародей подошёл к столу и взял телефонную трубку в виде золотого кубка, зажав клавишу с цифрой четыре. Раздались протяжные гудки.

— Алло, премьер-министр Айлиш? Добрый день, меня зовут Горат, я новый Глава Департамента Магии и Магических Явлений. Да-да, это экстренная мера без вашего согласования. Я понимаю, — он холодно перебил говорившего, — но это уже данность, хотите вы того или нет. Срочно отменяйте все свои дела. Я буду у вас в кабинете через десять минут. — Маг бросил трубку и сделал глубокий вдох.

Ещё чуть-чуть.

Теперь о нём узнают все.

— Добро пожаловать в новую эпоху, — голос Гората разнёсся по сводам внезапно окунувшегося в полную тишину здания.

В углу кабинета, покачиваясь, словно на волнах, висел Посох Душ, который только что закончил свой завтрак.

— Достаточно для ритуала? — спросил мужчина, обращаясь к артефакту.

— Почти Нужно семьсот семьдесят семь Но я поглотил не более полутысячи

Горат кивнул.

У него было откуда взять ещё пару-тройку сотен душ.

Но его нутро не было спокойно. Оно бурлило, словно кипящая лава, оранжевым потоком низвергающаяся по склонам давно спящего вулкана.

Кракатау во плоти.

Пять сотен трупов в одно мгновение.

Такой мощи не было ни у кого.

Он чувствовал себя почти что всесильным.

Но тревога грызла, точила его сердце.

Сердце?

У него нет сердца.

Он оставил его в далёкой пещере в Дании.

Это, почему-то, не мешало боли, которая липким ядом разливалась внутри его грудной клетки.

— Это Точно необходимо? Все эти жизни, Посох. Они ведь были кому-то нужны.

Артефакт завибрировал

— Вы сами сказали, Повелитель В рамках Контракта Напомнить?

В воздухе возник объятый пламенем кусок пергамента.

«ПЕРВОРОДНАЯ МАГИЯ В ОБМЕН НА СЕМЬСОТ СЕМЬДЕСЯТ СЕМЬ ДУШ. НАКОРМИТЬ ПОСОХ».

Он напомнил себе свои собственные слова, которые сказал себе в той самой пещере.

Нельзя испытывать сомнения на Пути. Хоть Путь и пройден, но

Горат закрыл глаза и вспомнил вздымающиеся в небо яркие грибы из дыма и сажи.

А за дверью стояла, держа в дрожащих руках свежий номер «Вестника Магии» секретарша Агата Дауни, тяжело дыша и благодаря саму себя за то, что осталась в живых.

Она только что почувствовала, как уровень её Потенциала повысился. Скорее всего, до Второго. Её трясло и тошнило — это была чуждая, противная ей Сила, непривычная и почему-то холодная. Но избавиться от неё уже не было никакой возможности.

— Входите, Агата, иначе я буду считать, что вы подслушиваете. — Голос Гората был холоден.

Девушка на негнущихся ногах второй раз за день вступила в кабинет, подошла к мужчине и положила перед ним газету.

— Ты и правда исполнительная особа, — с удовлетворением сказал мужчина. — Скажи мне вот какую вещь, Агата. Ты боишься меня?

— Боюсь, — честно ответила она, стремясь унять дрожь. — Вы только что одним махом убили несколько сотен человек, как я могу вас не бояться?

— Верно, — улыбнулся ей чародей, сворачивая в трубочку свежий номер «Вестника». — И всё же, ты сейчас почувствовала изменение своего Потенциала?

— Почувствовала.

— И как ощущения?

Она вгляделась в его пустые чёрные глаза.

Если идти — то до конца. Что ей терять? Её жизнь и так была похожа на старую, рваную тряпку. Сколько ни штопай, нормальный вид ей уже не придать.

— Противно, — честно ответила она.

— Как любопытно. Это был мой подарок для вас, леди. Я вознаграждаю верных мне людей.

— Спасибо, — Агата не знала, как реагировать. Она очень хотела, чтобы у неё в руках очутился либо огромный острый топор, либо миниатюрная машина времени. — Ни один мужчина ещё не делал мне таких подарков.

— Дальше — больше, если ваша верность будет непоколебимой, госпожа Дауни. Сейчас я отбываю в Верхнюю палату Парламента. Оставляю вас за главную. Через час я ожидаю в своём кабинете глав всех отделов. Подумать только, — мечтательно протянул Горат, — ещё вчера мне было некем управлять, а уже сегодня

— Вы сделаете с ними То же самое?

— Нет-нет, — засмеялся маг, и смех этот был очень неуклюжим, неестественным. — Они нужны мне для другого. Вашу задачу я озвучил.

— Я свободна? — едва слышно спросила Агата, подавляя жгучее желание выброситься с окна. Она отметила про себя, насколько спокойным был этот Горат. После убийства пятисот человек. А то и больше.

— Вы — навеки моя, — загадочно протянул чародей. — Есть ещё кое-что.

— Слушаю?

Маг помедлил перед ответом.

— Во-первых, я назначаю Билла Кройца главой боевого отряда «Алеф».

Агата согласно кивнула.

— Во-вторых Сейчас в розыске у Департамента находятся трое беглецов. Келус Стронгдор, Агнесса Биксберри и Арктурус Рэндел. Я хочу, чтобы все они были схвачены живыми и доставлены ко мне до заката сегодняшнего дня. Передайте эти слова руководителям боевиков. Тем, решил остаться в живых, само собой.

Агата кивнула снова.

Сьюзен никогда не поручала ей столь важных дел. Девушка считала, что получает свою зарплату только за то, что трижды в день приносит кофе в этот кабинет.

А Дауни чувствовала, что эти люди крайне важны для Гората, иначе тот не стал бы упоминать их имён.

Её жизнь переменилась ровно за одно утро. Ещё вчера — одна из тысяч.

Сегодня — правая рука неизвестного, но очень сильного мага.

Главы Департамента.

Оплакивать ушедших она будет потом.

— И в-третьих. — Он протянул ей какую-то круглую, золотистого цвета сферу, окружённую сплетением тонких нитей. — Передайте им это. По копии на каждого, в первую очередь — отряду «Тау». Они поймут, что это такое. — Маг закрыл глаза, словно сосредотачиваясь. — И пусть проверят Университет Борнмута. Что-то подсказывает мне, что их можно будет найти именно там. — Горат улыбнулся девушке, и та поняла, что тает от этой улыбки, но сдержалась. — Можете идти.

Агата вышла из кабинета Главы Департамента и плотно прикрыла дверь.

В её левом кармане лежало второпях написанное на клочке бумаги письмо. То самое, за которое Горат убил бы её прямо там. У неё было ровно пять минут, чтобы добраться до голубятни.

А в правом — отпечаток Силы Келуса Стронгдора, который передал ей Горат.

Она всё ещё не понимала, что ей делать, но решила действовать в точности так же, как её бывшая начальница.

И нашим, и вашим.

Она ещё понимала, что совершает ошибку, которая будет стоить ей жизни.

И не только ей.

***

— Ты точно поняла свою задачу? — Визерус с сомнением посмотрел на свою собеседницу, сидевшую напротив. Утро в кофейне было пропитано сладким ароматом свежих, только что снятых с огня блинчиков. Персонал не стал раздвигать жалюзи, поэтому помещение оставалось погружённым в полумрак.

— Конечно, поняла. — Та надула губы.

— Дело не из лёгких.

— Понимаю. Но я буду делать то, что умею лучше всего.

— Играть наивную дурочку?

— Да. Куда бы он ни пошёл, я всегда буду знать, где он. — Женщина, чей силуэт был скрыт в полумраке, едва уловимо посмотрела на свою правую руку, отпивая кофе из белоснежной кружки. — Что бы ни делал.

— Следи за ним. Неустанно. Только так мы сможем — МакТирни осёкся, подождав, пока мимо проплывёт преклонного возраста бабушка в клетчатом платке, неся в руке полную тарелку политых черничным джемом панкейков. — Сможем перевернуть всё в свою пользу. Не допусти ошибку. Это может разрушить наши планы.

— А обязательно Вот так?

— Как?

— Ты поступаешь с ним Как со скотом.

— Иначе нельзя, и ты это знаешь.

— Это будет для него сильным ударом.

— Обязательно, — кивнул ректор. — На то и расчёт. Вмешайся только тогда, когда посчитаешь нужным. Нанеси удар. Точный и быстрый. А момент настанет скоро.

— Я уже знаю, что и где произойдёт, не волнуйся. — Женщина улыбнулась. — Кто ещё в курсе?

— Только ты. Что бы со мной ни случилось, — МакТирни сверлил взглядом её красивые глаза, — доведи дело до конца. Не дай ему совершить ошибок.

— Не дам, Визерус. Будь уверен.

— Я в тебе не сомневаюсь. Я сомневаюсь в нём. И ещё кое-что.

— Что?

Чародей подумал перед тем, как ответить.

— Я надеюсь, ты не привяжешься к нему слишком сильно.

— Не думай обо мне настолько плохо.

— Когда настанет момент, ты ему всё расскажешь. Хочешь — соври. Хочешь — скажи правду. Но он должен всё знать Чтобы план был исполнен. Мы обязаны

Собеседница ректора отвернулась посмотреть на проезжавшее мимо такси.

Когда она открыла рот, чтобы что-то ему сказать, старого мага уже не было.

Зато на столе лежало десять золотых монет.

Женщина улыбнулась.

Она, сама того не понимая, заключила с ним Нерушимый Контракт.

Глава 4. Низвержение

— Все здесь. — Чернобородый маг, одетый в небесно-голубую мантию с вышитыми на ней золотистыми кругами, обвёл всех присутствующих взглядом своих карих глаз, спрятанных за элегантными очками в тонкой оправе, и закашлялся. Замшелые стены подвала Университета Борнмута, освещённые тусклыми факелами на каменных колоннах, наполняли спёртый воздух сыростью. Потолок, уходящий ввысь на добрые метров пять, скрывался во мгле; оттуда изредка капала вода, мелкими каплями, словно только-только начинающийся дождь. — Собрание Хранителей Цикла объявляю открытым. Прошу всех присутствующих, — он сотворил из ниоткуда планшет с пожелтевшей от времени бумагой и перо, — поставить подписи напротив своих фамилий. Как и всегда.

Стронгдор вдохнул аромат свежей травы, ворвавшийся с лёгким ветром через небольшую решётку с продольными прутьями под самым потолком.

— Откуда шрам, Визерус? — с лёгкой улыбкой спросил Келус, расписываясь своей фирменной закорючкой в протоколе. — Опять пострадал от магических экспериментов?

— Не язви ему, — шикнул сидящий рядом Коден, путавшийся в полах бордовой, словно томатный сок, мантии. — Он на взводе ещё со вчерашнего вечера.

— Всё сказал? — холодно ответил МакТирни, всё ещё чувствуя, как горит его правая щека. — Может, и тебе есть, что мне рассказать?

— О-о-о, — мечтательно протянул Стронгдор, поправив повязку на правом глазу и передав бланк Астору. Его живот за последний год увеличился, как минимум, раза в три. — Есть.

— Когда будет твоя очередь, тогда и выскажешься, — отрезал Визерус. — Прошу всех отчитаться о проделанной работе, прошло не менее двенадцати часов. Доллен?