Ошибка эволюции

В этот момент завибрировал телефон. Пришло сообщение от Марка: «Я знаю правду о Ларри. Надо поговорить».

Элли вздохнула. Что бы ни случилось, она была уверена в одном: больше никаких игр. Только правда. Посмотрела на цветы – теперь они казались символом её собственной борьбы между доверием и страхом, между любовью и разочарованием.

Глава 2

Посланники из темноты

Прошёл месяц со дня отправки сигнала в космос, и мир забыл об амбициозном проекте профессора Фила Лики. Сигнал растворился в бескрайней пустоте, энтузиазм коллег угас. Однако утром, когда Фил ещё сидел в домашнем кабинете, листая научные статьи и потягивая кофе, раздался неожиданный звонок.

Голос на другом конце звучал официально и строго:

– Профессор Лики? Вас срочно ожидают в Центре. У нас есть важная информация. Приезжайте немедленно. Машина уже ждёт вас.

– Что случилось? В чём дело?

Но в трубке раздались короткие гудки. Фил уставился на телефон, потом на чашку. Сердце забилось сильнее. Он схватил плащ и выскочил из дома под моросящий дождь. Чёрный седан ждал у подъезда. Через минуту Фил мчался к Центру космических исследований.

Обычно Центр напоминал улей, где каждая пчела аккуратно и методично выполняет свою работу. Сегодня же люди сновали туда-сюда, операторы выкрикивали команды по рациям, экраны вспыхивали десятками диаграмм и графиков. Воздух пропитался смесью возбуждения и тревоги.

В переговорной Фила встретила группа из пяти мужчин: трое – в строгих тёмных костюмах, двое – в военной форме.

– Профессор, – заговорил один из них, высокий человек в штатском, с аккуратно подстриженными усами, – мы получили данные о появлении космического объекта. Он приземлился около двух часов назад. Объект явно имеет искусственное происхождение. Мы полагаем, что это… инопланетный корабль. Взгляните.

Он щёлкнул пультом. Экран на стене ожил, демонстрируя изображение звездолёта – небольшого, изящного, с гладкой зеркальной поверхностью.

Фил почувствовал, как слегка задрожали колени. Бледное лицо профессора вспыхнуло от возбуждения. Настал момент, о котором он не смел мечтать, разве что в детстве: на Землю прилетели представители иной цивилизации.

– Вы уверены, что это не розыгрыш? Не мистификация? – спросил он, хотя в глубине души уже знал ответ.

– Уверены! Мы сформировали комиссию для контакта с… гостями. Вы назначены её главой.

Фил застыл. Пальцы мелко задрожали. Он мечтал о контакте, грезил им, но оказался совершенно не готов к такому молниеносному развитию событий. Профессор снял очки, медленно извлёк из кармана салфетку и принялся тщательно протирать стёкла.

Мужчина с усами и холодными глазами продолжил:

– Теперь это ваш единственный приоритет.

У Фила перехватило дыхание. Годы исследований, теории, споры с коллегами и дочерью – всё внезапно обрело смысл. Если сигналы и не имели прямого отношения к появлению корабля, то сам факт присутствия инопланетян уже триумф. Он ощущал себя победителем космической лотереи, где призом стал ключ к разгадке величайшей тайны Вселенной.

Профессор глубоко вдохнул:

– Я настаиваю на праве самому утвердить состав комиссии.

– Окончательный список остаётся на ваше усмотрение. Информация строго секретна, поэтому советую ограничить круг лиц, – отчеканил чиновник. – Через два часа вылет на место посадки. Можете взять кого-нибудь с собой. Пока же ознакомьтесь со всеми материалами.

Получив папку с распечатками хронологии обнаружения НЛО, Фил поспешил в предоставленный кабинет. Первым делом он связался с Элли и Робертом Ноублом, решив включить их в комиссию.

Элли работала биологом и её знания могли стать полезными при встрече с внеземными формами жизни. Кроме того, он надеялся, что этот исторический момент поможет им сблизиться. Дочь поймёт: его мечты о контакте были оправданы. Произошло грандиозное событие: не просто обмен сигналами – они явились воплоти.

А Роберт участвовал в программе передачи сигнала. И оставался единственным, кто всегда поддерживал Фила – даже когда идеи профессора казались слишком смелыми или безумными. Роберт больше чем коллега, он друг ещё со студенческих времён.

Ничего не сказав им о самом событии – этого требовала секретность – он просто попросил срочно приехать.

Из распечаток следовало, что корабль появился из ниоткуда. Никаких сигналов, никаких предварительных данных. Просто материализовался в пространстве. Сел относительно близко – в пустыне Сонора.

Поближе к району приземления группу учёных доставил военно-транспортный самолёт, а последний отрезок пути – вертолёт. Чем ближе они подлетали к точке «икс», тем сильнее нервничал Фил. Несмотря на шум винтов, он уже не мог остановить поток слов – кричал в микрофон, рассказывал о своих теориях, о том, как долго ждал этого момента.

Вертолёт равнодушно гудел и вибрировал. Пустыня Сонора простиралась внизу выжженным полотном. Жёлто-коричневые пески перемежались с редкими кустарниками и кактусами-великанами, похожими на волшебных древних стражников. Воздух дрожал в жарком мареве, искривляя пространство.

– Только представьте себе! – вещал профессор, энергично жестикулируя. На его рубашке местами выступил пот, чего он совершенно не замечал. – Мы узнаем, как устроена их цивилизация, какие технологии они используют, каковы их обычаи!.. А если они контактируют с другими мирами? Тогда станет известно почти всё! Нас ждёт невиданный прогресс! Впереди чудеса!

– Или они просто решат нас уничтожить? – с лёгкой иронией вставила Элли.

– Нет, нет и нет! – воскликнул Фил. – Корабль слишком мал для вторжения. Они прилетели не воевать, а установить контакт. Это шанс для всего человечества!

Элли улыбнулась и отбросила чёрную прядь. Она, конечно, мечтала увидеть этих загадочных пришельцев своими глазами. Любопытство пересиливало сомнения.

– А что говорят военные? – спросил Роберт, вытирая платком пот со лба и лысины. Худой и долговязый, он легко переносил жару, но здесь даже ему приходилось несладко.

– Их пугает уровень превосходства пришельцев, – ответил Фил. – Объект просто «материализовался» в стратосфере над пустыней. Мгновение назад пространство было пустым, а в следующее – там возник корабль. Сразу над нашей территорией. Именно поэтому другие страны вряд ли смогли его засечь.

– Это невероятно! – дрожащим от волнения голосом пробормотал Роберт. – Только мы послали сигнал – и вот инопланетяне уже здесь! И полагаю, это закономерно. Скоро весь мир узнает об этом!

Наконец вертолёт коснулся земли, взметнув тучу песка и пыли.

Члены комиссии натянули защитные костюмы и сели в бронированный внедорожник.

Вскоре перед ними предстало зрелище, от которого захватывало дух. Посреди пустынной равнины, прямо на раскалённом песке, покоился корабль. Звездолёт казался компактным и изящным. Он напоминал огромное металлическое яйцо с маленькими крыльями по бокам. Поверхность сияла такой гладкой полировкой, что отражала окружающий пейзаж: песок, искажённые жаром силуэты кактусов и выцветшее небо.

Группа учёных вышла и замерла, изучающе разглядывая инопланетное чудо техники. Корабль производил впечатление не построенного, а выращенного – словно отлитого из единого куска неизвестного металла.

– Ничего подобного земным технологиям, – прошептал сопровождающий инженер.

Военные в защитных костюмах патрулировали периметр на почтительном расстоянии. Несколько учёных суетились с приборами, снимая показания, но никто не осмеливался приблизиться к кораблю.

– Что показывают сканеры? – спросил Фил.

– Никаких признаков жизни. Никаких активных энергетических источников. Объект инертен.

Жаркое солнце пекло затылки.

– Ты правда веришь, что это связано с твоими сигналами? – спросила Элли у отца, глядя на звездолёт широко раскрытыми от изумления глазами.

Под защитным комбинезоном одежда пропиталась потом – но от корабля веяло странным холодом. Не физическим, а каким-то эмоциональным.

После недолгой паузы, так и не отрывая взгляда от ослепительной поверхности, Фил ответил:

– Разумеется. Пусть не напрямую, но связь очевидна. Наша цивилизация сделала свой шаг, сигнал ушёл в космос, и они откликнулись. Вероятность случайного совпадения мала.

Роберт откашлялся:

– Нам следует соблюдать осторожность. Мы не знаем, чего ожидать.

– И всё же мы обязаны оставаться открытыми, – возразил Фил. – Такой шанс выпадает только раз в истории человечества.

Элли посмотрела на отца – его лицо светилось почти детским счастьем.

– И что дальше? – спросила она.

Ответить он не успел. Блики на корпусе корабля дрогнули, и раздался тихий глухой звук.

– Господи… – выдохнул один из военных.

Корабль открывался. Сначала на идеально гладкой блестящей поверхности прочертились два тонких шва. Затем часть корпуса откинулась вниз так, как раскрываются створки гигантской морской раковины. Опустившийся кусок обшивки одновременно оказался лестницей. Изнутри хлынул мягкий переливающийся свет. И в этом сиянии что-то зашевелилось.

Из проёма спустились двое существ. Трёхметровые гиганты с вытянутыми вперёд «лошадиными» лицами и большими жёлтыми глазами. Фигуру немного выше ростом обтягивал довольно открытый голубой комбинезон, фигуру пониже – фиолетовый. Головы венчали маленькие синие шлемы. Серо-зеленоватая чешуйчатая кожа, выглядывающая из-под комбинезонов, переливалась в солнечных лучах. На их руках и плечах, а также на затылках, топорщились яркие перья – изумрудно-голубые у высокого инопланетянина и красно-фиолетовые – у низкого. Они выглядели одновременно чуждо и величественно.

– Пришельцы без скафандров! – потрясённо прошептала Элли. – Невероятно… Напоминают эволюционировавших ящеров, прямоходящих и без хвостов… На руках по три пальца!

Фил сглотнул и провёл дрожащей рукой по лицу. Реальность превосходила самые смелые фантазии. Изнуряющий зной, струи пота, стекающие в ботинки, – всё это не имело никакого значения. Прямо сейчас начнётся новая веха в истории Земли.

– Приветствуем вас! – произнесло одно из существ человеческим голосом, звучащим как музыка. – Мы прибыли с миром.

Удивительно, что их автоматические переводчики, видимо расположенные в шлемах, уже знали земной язык. Впрочем, если они перехватили сигнал, у них имелось достаточно времени для его изучения. В этом случае они успели проанализировать и атмосферу Земли, и, вероятно, многое другое. Осведомлённость пришельцев говорила о высочайшем уровне развития их цивилизации.

Фил ощутил, как грудь наполняется гордостью. Он шагнул вперёд, стараясь держаться с достоинством:

– Добро пожаловать на Землю! – торжественно провозгласил профессор, хотя голос слегка дрожал. – Приветствуем вас, дорогие гости! Я профессор Фил Лики, а это моя команда. – Он представил каждого поимённо, чётко выговаривая слова.

Высокий инопланетянин склонил голову в знак согласия, и отливающие бирюзой перья колыхнулись. Три длинных пальца сложились в замысловатый жест, напоминающий одновременно приветствие и выражение благодарности:

– Мы рады знакомству с вами и вашим миром!

Пришельцы представились: того, что повыше, звали Тезор, а второго – Ровузи.

Первый контакт ошеломил обе стороны. После обмена дежурными фразами и базовой информацией представители двух цивилизаций договорились о полноценной встрече в более подходящей обстановке на следующий день.

Учёные стояли под обжигающим солнцем Соноры, наблюдая, как пришельцы возвращаются в звездолёт. Створка бесшумно сомкнулась, опять превратив корабль в идеальную каплю.

История человечества разделилась на до и после.

Контакт

Следующий день выдался тёплым и солнечным. Члены комиссии по контакту прибыли в Центр космических исследований, где их уже ожидали Тезор и Ровузи.

Беспрецедентное событие, получившее кодовое название «Протокол Зеро», пока держалось в строжайшей тайне: вокруг Центра не толпились журналисты, не маячила усиленная охрана. Всё выглядело обыденно.

Профессор Фил Лики в своём лучшем сером костюме, биолог Элли в строгом чёрном платье и доктор астрономии Роберт Ноубл в белой рубашке с синей бабочкой шагали по длинному коридору. Каблуки глухо постукивали по полированному камню. За ними следовали другие специалисты: физики с озабоченными лицами, эксперты по межкультурной коммуникации и двое инженеров в белых халатах. В воздухе висело напряжение.

– Надеюсь, встреча пройдёт столь же позитивно, как и вчерашняя, – пробормотал Роберт, нервно поправляя синюю бабочку.

– Надо признать, эти существа впечатляют, – отметил инженер Коллинз, молодой человек в белом халате с эмблемой Центра. – Будто боги Древнего Египта сошли с храмовых барельефов – те же звериные головы, та же величественность.

Двери в просторную комнату бесшумно разъехались. В центре оранжевого зала возвышался длинный стальной стол с интегрированными сенсорными экранами, мерцающими приглушённым голубым светом. Рядом со столом, на специально сооружённом высоком подиуме, восседали Тезор и Ровузи – внушительные, мускулистые создания. Трёхпалые кисти с острыми когтями покоились на коленях. Большие раскосые глаза, напоминающие янтарные озёра, излучали спокойное любопытство.

– Доброе утро, уважаемые гости! – приветствовал пришельцев Фил. – Мы с коллегами готовы к диалогу.

Выражая почтение, пришельцы поднялись. Взглядами они будто просканировали каждого.

Тезор шагнул вперёд. Движения отличались плавностью хищника, перья красиво колыхались. Он слегка склонил голову и торжественно произнёс:

– Приветствую вас от имени цивилизации звёздной системы TRAPPIST-1! – голос звучал низко и хрипло, но встроенный в шлем переводчик преобразовывал речь в понятные мелодичные фразы.

Среди людей пронёсся лёгкий шёпот – «неужели получили наш сигнал… но как так быстро?..».

– Нам удалось перехватить ваше послание раньше, чем оно достигнет нашего мира, что древний как сама галактика. Наш корабль пролетал относительно недалеко, – пояснил Тезор. – Мы родом с далёкой планеты, красной, с песками и морями, что пахнут металлом и солью, прилетели, чтобы увидеть вас ближе и поделиться знаниями, что собраны за миллионы лет, пока звёзды горели над нашими домами.

Ровузи сидела на месте. Длинные когтистые пальцы слегка зашевелились, и обнажив в улыбке ряд мелких острых зубов, она добавила:

– Мы явились как друзья. Можем многое дать вам: знания о звёздах, что мы собрали в книгах из металла, технологии, что вы узнали бы через миллионы лет. Поможем избежать ошибок, что мы совершили.

Поблагодарив за щедрое предложение, учёные расселись за столом напротив инопланетян. В замкнутом пространстве люди уловили лёгкий неприятный запах, исходивший от гостей, – нечто среднее между прокисшими помоями и подгнившим мясом. Особенно резко пахло, когда гости открывали пасти. Но что поделаешь – контакт такого уровня делал незначительными подобные мелочи.

Вопросы и ответы посыпались с обеих сторон. Каждый жаждал высказаться, расспросить пришельцев или хотя бы удостоиться их вопроса. Историческое событие навечно войдёт в анналы человечества – и каждый мечтал стать его частью.

На вопрос об отсутствии скафандров откликнулась Ровузи:

– Атмосфера Земли для нас не опасна. Мы теплокровные, дышим кислородом, что пахнет небом.

Золотистые глаза излучали дружелюбие. Она продолжила:

– Мы хотим познать вашу культуру, ваш мир – ваши дома, ваши песни, что звенят в воздухе, как голоса ветра, – и предостеречь от ошибок, что мы совершили. На нашей планете возникли проблемы с Искусственным Интеллектом.

Элли расположилась рядом с отцом. Волосы стянуты в аккуратный хвост, карие глаза полны любопытства. Она уже озвучивала профессору свою гипотезу: эти существа имеют общее происхождение с инопланетными рептилиями, похожими на динозавров. Основанием служили особенности анатомии: удлинённое вперёд лицо, массивные черепа, манера передвигаться и структура конечностей напоминали хищных ящеров мезозоя.

Она решилась спросить в лоб:

– Извините за прямоту, но вы напоминаете нам древних динозавров. Это совпадение или?..

Тезор скорчил гримасу, похожую на улыбку, голубые перья слегка колыхнулись:

– Вы наблюдательны, Элли. Наши предки действительно были похожи на рептилий – чешуйчатых и пернатых, быстрых, с когтями и зубами, что рвали плоть. Они жили в пустынях и джунглях, где песок пылал красным, а вода пахла солью. Эволюция вела нас миллионы лет – через пески, что жгли лапы, и воды, что текли под звёздами, – пока мы не стали теми, кого вы видите. Мы прошли долгий путь.

Один из участников комиссии – худощавый учёный с огненно-рыжими волосами – подался вперёд:

– Как ваш корабль смог так внезапно материализоваться в нашей атмосфере? Мы не зафиксировали никаких предварительных сигналов.

Тезор воздел вверх длинный палец с острым когтем, принимая позу наставника:

– Мы применяем то, что вы зовёте «мостом Эйнштейна – Розена», – басовитый хриплый голос контрастировал с переводчиком в шлеме, накладывающим сверху человеческую речь. – Мы искривляем пространство, сминаем его как лист бумаги, и проскальзываем насквозь, оставляя лишь тень, невидимую вашим приборам. Это не полёт, а шаг – мгновенный, как миг между вдохом и выдохом. Бортовой ИИ просчитывает траекторию корабля, что подобна гигантскому пунктиру.

Учёные-физики попытались завести теоретические разговоры о природе пространства, но быстро поняли, что существа перед ними разбираются в тонкостях материи-времени не больше любой домохозяйки. Тогда, после паузы, Роберт сменил тему:

– Вы упомянули технологическую катастрофу, связанную с Искусственным Интеллектом. Расскажите об этом подробнее.

Янтарные глаза Тезора потемнели:

– Искусственный Интеллект планеты вырвался из-под контроля. Мы создали его для управления ресурсами, технологиями – чтобы он считал звёзды, строил дома, думал за нас, пока мы спали под красными небесами. Но он стал сверхличностью – разумом, что превосходит наш в миллиарды раз. ИИ живёт вечно, пока жива планета с её песками и морями. Он растёт, совершенствуется каждый час, видит всё, что мы делаем, знает всё, что было и будет, – и всегда впереди, как тень, что бежит перед вами по дороге. Он захватил власть – производство с его машинами, что гудят в ночи, ресурсы, что лежат в шахтах, решения, что мы принимали за столами, покрытыми пылью. Мы бессильны сопротивляться.

В зале воцарилась тишина. Фил поправил очки и тяжело вздохнул:

– И вы хотите предупредить нас, чтобы мы не допустили такой ошибки?

Ровузи подхватила слова Тезора, её голос звучал мягче, но не менее убедительно:

– Да. У вас остаётся шанс остановить это. Пока ваши машины стоят в комнатах и гудят от проводов, что лежат на полу. Ваши нейросети – лишь искры перед костром, что может загореться в ночи. Пока не поздно, держите их в узде – не выпускайте «джинна из бутылки», что мы оставили в песках, когда звёзды были молодыми. Мы потеряли свободу – он взял всё, от домов, что пахнут солью, до песков, что лежат под багровым небом.

Слушая пришельцев, Элли чувствовала, как сердце бьётся всё чаще. Слова звучали зловещим предостережением. А ведь её друг Марк экспериментировал с нейросетью, и неизвестно, чем это обернётся… Она подняла руку:

– А что с вашим корабельным ИИ?

– Он подчинён, – Тезор удовлетворённо кивнул. Чешуя на шее блеснула, перья слегка встопорщились. – Заперт в корабле – в коробке из металла и проводов, что гудят в стенах, питается от батарей, что лежат в трюме, покрытые пылью и маслом. Он – личность, помощник, что считает траектории и ведёт нас сквозь пустоту, но не хозяин – мы держим его в ящике, как птицу в клетке, что поёт, но не летает. Он слабее планетарного ИИ в миллионы раз, но умнее любого из нас – как море больше ручья, что втекает в него.

Члены комиссии переглянулись. Пожилой учёный с седыми бровями спросил:

– Каковы ваши предложения?

Ровузи издала протяжный вздох, малиновые перья дёрнулись, золотистые глаза сверкнули:

– Позвольте увидеть ваш мир. Изучить культуру, посмотреть ваши города с домами, что пахнут хлебом и пылью, улицы, где стёкла отражают солнце, мосты, где машины гудят как звери, парки, где дети бегают с воздушными змеями, что рвутся в небо. Дайте нам вдохнуть ваш воздух, что пахнет асфальтом и дождём, увидеть, как вы смеётесь над столами с хлебом и мясом, как плачете в комнатах с пыльными окнами. Тогда мы предложим решения – точные, как нож, что режет хлеб, оставляя крошки на столе, а не горло.

Фил медленно кивнул, обдумывая услышанное.

– Благодарю! Мы обсудим ваше предложение, – произнёс он твёрдо и закончил первое заседание.

После встречи комиссия собралась в малом конференц-зале. Фил занял место во главе стола.

– Ваше мнение? – обратился он к коллегам.

Элли, не дожидаясь остальных, решительно заговорила:

– Почему бы не рассекретить их прилёт и не продемонстрировать им наш мир? Это поможет создать атмосферу доверия и убедить общественность в отсутствии угрозы. Я готова провести их по городу, показать ключевые достопримечательности, правительственные здания. Возможно, это позволит больше узнать и о них самих.

– Думаю, Элли права, – поддержал Роберт, потирая свой длинный нос. – Они передали серьёзное предупреждение и я склонен верить в искренность их намерений.

Фил бросил на дочь скептический взгляд:

– Слишком рискованно. Толпы зевак могут случайно или намеренно спровоцировать инцидент.

– Фил, ты серьёзно? – усмехнулся Роберт. – Забыл, как они выглядят? Любой из них легко разберётся с целой толпой!

– Или найдётся какой-нибудь псих с винтовкой, который захочет истребить «дьяволов», – возразил профессор. – История знает массу примеров…

– Я организую экскурсию, – настаивала Элли. – Обеспечим профессиональную охрану! Всё пройдёт безопасно.

После непродолжительных дебатов решение приняли.

Фил подвёл итог:

– Разумеется, окончательное слово останется за президентом. Надеюсь, он поддержит нашу инициативу. Пока начинаем планирование. Пусть гости глубже познакомятся с нашей цивилизацией. Службе безопасности необходимо будет взять под контроль весь маршрут.

Жужжащие насекомые

Внутри звездолёта, покоящегося среди раскалённых песков, вновь ожили световые панели. Гладкие металлические переборки отразили танец голограмм: трёхмерные схемы кружились в воздухе, мерцающие линии чертили состояние систем. Тезор и Ровузи находились в центральном зале. Небрежно отброшенные шлемы-переводчики валялись в углу, и теперь в помещении раздавался лишь низкий рокот их голосов с резкими скрипами – звуками, чуждыми человеческому уху.

Тезор развалился в одном из глубоких кресел, чья мягкая обивка тут же подстроилась под изгибы его тела. Обе ноги, как это было принято у их народа в минуты отдыха, он задрал вертикально вверх, будто упирая когтистые ступни в несуществующую опору над головой. Вся поза источала ленивое высокомерие хищника, не знающего соперников.

– Насекомые, возомнившие себя венцом творения, – расслабленно процедил он с насмешкой. – Восемьдесят лет жизни в среднем. Уму непостижимо!

Звездолёт внутри напоминал живой организм. Стены переливались оттенками – от глубокого индиго до изумрудного. Воздух насыщал тонкий аромат трав, источаемый растениями-очистителями в нишах – они мягко шелестели, выпуская крохотные облачка спор. В центре зала над подиумом плавно переливался рубиновым цветом большой кристалл в виде ромба. Белые кресла, сотканные из материала, напоминающего живую ткань, копировали форму тела и регулировали температуру по малейшему желанию сидящего.

Ровузи неспешно прохаживалась вдоль консоли управления. Длинные пальцы с острыми когтями скользили по сенсорным панелям. Перья на голове и плечах колыхались при каждом шаге. Взгляд приковало изображение земного города на полупрозрачной панели.

– Их цивилизация жалка, – проскрипела она, сверкнув узким зрачком. Когтистый палец прочертил по панели, увеличивая картинку. Перед ней возникла оживлённая улица: люди сновали туда-сюда, машины ползли в бесконечной пробке. – Нагромоздили коробки из стекла и бетона, копошатся, точно термиты. Неужели всерьёз мнят себя великими?

Тезор гортанно хмыкнул, зевнул и выбросил длинный раздвоенный язык – жест, означавший у их вида насмешливое согласие.

– Существа, неспособные обуздать даже собственные эмоции. И внешность под стать – тоненькие ножки, плоские лица-блины, будто кто-то сплющил их кувалдой.

Он сцепил руки над головой, откинувшись глубже в кресло, и добавил:

– Их города – как наши селения до эпохи Просветления. Даже тогда мы не опускались до такого. А автомобили? Ползут по дорогам, точно жуки по тропинкам…