Цена истины

— Черт! Черт-черт-черт! — и шофер вывалился из машины. Джинсы еле держались на его худых бедрах, затянутых широким ремнем с большой металлической бляшкой.

Джеймс выбрался следом, давясь пылью и гневом. Посреди дороги лежал большой, острый камень. От машины к нему тянулся маслянистый черный след.

— Как ты его не заметил? — голос Джеймса прозвучал тихо, почти шепотом, и от этого было не по себе.

— Клянусь, его не было! — руки таксиста тряслись. — Он как из-под земли вырос, клянусь вам! — Парень был на грани истерики. Он вытащил телефон, нервно тыкая в экран. — И связи нет! Брат меня убьет за машину!

— Как тебя зовут? — спросил профессор у таксиста, держась за голову.

— Мартин! — взорвался таксист, нервно дернув плечом.

— И что вы обычно делаете в таких ситуациях, Мартин? — поинтересовался Джеймс.

Парень вдруг прекратил все свои действия и, встав в полный рост на багажнике авто, изумленно посмотрел на профессора сверху вниз.

— Обычно? — переспросил он с иступленным видом. — Я работаю только третью неделю, сэр, и никогда не был в таких ситуациях! — завопил таксист и развел руками в стороны, продолжая искать связь. С самого утра у меня все летит в тартарары! Утром обнаружил спущенное колесо. Потом на почте потерял квитанцию, простояв в очереди сорок минут. Муха в кофе, птица в стекло… Бац! Ощущение, что сегодня весь мир против меня. Чувствовал, что ехать не стоит…

Джеймс отвернулся, стараясь взять себя в руки. Тучи разошлись, обнажив голубое небо, и солнце начало хорошенько пригревать. Опершись спиной об автомобиль, Джеймс скрестил руки на груди.

Водитель, отчаянно пытаясь поймать хоть одну полоску связи, вскарабкался на скользкий багажник, а оттуда пытался забраться на крышу автомобиля. Судорожно тряся телефоном, он сыпал обещаниями оплатить Джеймсу другое такси и в этот момент чуть не сорвался, сильно ударившись локтем о металл.

— Блин, блин, блин. Брат меня точно убьет! — начал причитать парень, схватившись от боли за руку и одновременно рассматривая глубокую вмятину, которую оставил после своего падения.

Надеяться было не на что. Только ждать, что кто-то из проезжающих предложит свою помощь… Прошел час. Еще один. Вдруг вдали показалось пылевое облако. Из Стэтлэнда ехал старенький пикап. Увидев их, он замедлил ход и остановился рядом со сломанным такси. Стекло опустилось — из дверных колонок послышался христианский хор. В автомобиле находились мужчина и маленькая девочка.

— Нужна помощь? — голос водителя был спокойным и глубоким.

Джеймс объяснил ситуацию. Джон Фостер, крепкий мужчина средних лет в джинсах и клетчатой рубашке, закатанной по локти, вышел из кабины, осмотрел камень, покачал головой.

— Связи тут не было и не будет. Все едут по асфальтированной дороге, в получасе отсюда. Как вас вообще сюда понесло?

Джеймс снова взглянул на Мартина и, уже не скрывая своего раздражения, тяжело вздохнул.

— Далеко направляетесь?

— В Гриэнгольт, — тут же ответил Джеймс.

— Да... Долго вам еще ехать, — посочувствовал он. — Могу вас подбросить до центральной дороги, если хотите.

Джеймс согласился. Мартин же почти с фаталистическим спокойствием отказался:

— Спасибо, но я не могу бросить машину.

— Как только доберемся до связи, скажем, чтобы за вами приехала помощь, — сказал Джон.

— Большое спасибо вам, сэр, — радостно ответил Мартин.

Он спрыгнул с автомобиля и подошел к Джеймсу.

— Правда, простите, — сказал таксист, не поднимая глаз.

Джеймс в ответ лишь покачал головой. Он взял вещи и забрался в пикап, сев рядом с девочкой.

— Моя дочь, Лили, — представил ее Джон.

— Привет, Лили.

— Здравствуйте, — девочка улыбнулась и подвинулась, освобождая место.

Пикап тронулся, оставив Мартина и его разбитое такси на дороге, словно памятник неудаче. Вскоре Джон свернул и поехал через бескрайнее кукурузное поле. Связь ненадолго вернулась. Джеймс успел набрать в службу помощи и попросил прислать эвакуатор за Мартином, как связь снова оборвалась.

Когда автомобиль выехал с поля, профессор увидел ферму и целую улицу отдельно стоящих возле нее домов с заколоченными фанерой окнами. Фермой Джон называл небольшой дом и амбар, к которому был пристроен маленький загон для животных. В двухстах метрах от дома Джеймс разглядел остатки от какой-то старой постройки. Это место уже поросло высокой травой, но даже через нее можно было увидеть обугленные балки, оставшиеся после пожара.

Джон притормозил у каменной дорожки, ведущей к старому дому. Тишина здесь была настолько гробовой, что казалось — слышен стук собственного сердца.

— Лили, не забудь продукты, — добавил отец вслед девочке. — И скажи маме, что я скоро вернусь.

— Хорошо, папа, — ответила девочка, вытаскивая большой бумажный пакет из-под сидения.

— Ну что, — обратился Джон к профессору, — поехали, отвезу вас на главное шоссе, как и договаривались.

Машина тронулась, оставляя за спиной дом Джона. Профессор бросил последний взгляд в боковое зеркало. Девочка все еще стояла на крыльце и смотрела им вслед.

— Послушная у вас дочурка. А учится где? Дома?

— Да, учим ее сами. Моя супруга Клер раньше в школе преподавала.

— Как вы справляетесь в такой глуши? — спросил профессор, повернувшись к Джону. — Не лучше было бы перебраться в город?

— Поверьте мне, Джеймс, здесь когда-то тоже было много жителей. Но с тех пор, как сгорела местная церковь, люди начали уезжать целыми семьями.

— Значит, здесь была церковь? — переспросил профессор, указывая на то самое место, поросшее травой, что он заметил ранее.

Джон кивнул.

— Да, прямо напротив нашего дома. После пожара все развалилось. Люди уехали, магазины закрылись. Только мы и остались. Отец Жозеф жил еще у нас какое-то время, но потом ему пришло письмо из Гриэнгольта. Как он объяснил, в соборе Святой Сюзанны ему нашли новую должность, и он вскоре был вынужден уехать.

— А что стало причиной пожара? — осторожно спросил Джеймс.

Никто точно не знает, — Джон тяжело вздохнул. — Одни говорят — поджог, другие шепчутся о проклятии. Знаете, Джеймс... здесь многое кажется странным. Живя тут, начинаешь замечать то, что другие называют «случайностью».

— И как давно вы тут живете? — поинтересовался Джеймс.

— Уже пятый год, — ответил Джон, видимо нисколько не жалея о своем выборе.

— Так почему же вы не уехали, как другие?

— Друзья предлагали нам переехать, но мы с Клер решили остаться. Мы выкупили несколько соседних полей и продолжили заниматься хозяйством. Так что это было наше общее с ней решение. А вы, Джеймс?

Вопрос прозвучал довольно неожиданно.

— Хочу попасть в собор Святой Сюзанны, — после секундной паузы ответил профессор. — Я был уже там год назад.

Джон медленно повернул к нему голову. Его глаза, казалось, впились в Джеймса, оценивая, сверяя с чем-то. Наступила неловкая пауза. Вдруг пикап подпрыгнул на колдобине.

— Джеймс… возможно, это покажется странным, даже безумием. Мне кое-что нужно вам передать, — наконец сказал Джон.

Профессор удивленно поднял брови. Джон потянулся к солнцезащитному козырьку и достал оттуда потертую фотографию. Бережно, будто какую-то реликвию, он протянул ее Джеймсу. На снимке были запечатлены сам Джон, его жена, дочка Лили и священник с пронзительными темными глазами. Они стояли на фоне той самой церкви, еще целой и невредимой.

— Перед своим отъездом отец Жозеф дал мне этот снимок, сказав: «Отдашь тому человеку. Он поймет, что делать». Прошло уже пять лет с того момента. Но я не знал, кому отдать. Пока не увидел вас сегодня у сломанной машины. Думаю, он хотел, чтобы я передал его вам.

— Мне? — удивился профессор и почувствовал, как у него похолодели пальцы.

— Он точно описал вас и эту встречу, — Джон сглотнул. — Я сам не верил. Пока не встретил вас у того такси. Думаю, он хотел, чтобы вы получили это фото быстрее.

Сердце Джеймса забилось чаще. Он перевернул снимок. На обороте мелким, изящным, но неровным почерком было написано всего два слова, которые привели его в ступор:

«Найди меня»

Джеймс нахмурился.

— Что это значит? — вдруг спросил профессор.

— Что значит «что»? — удивился Джон, приподняв брови.

— Надпись. Вот эти слова, — Джеймс протянул фотографию, указывая пальцем на буквы.

Джон взглянул на оборот старой фотографии, но ничего не увидев, вернул Джеймсу.

— Решили меня разыграть? — спросил он, добродушно улыбнувшись.

Он ничего не видел. Понимая это, Джеймс замолчал, чувствуя, как по спине бегут мурашки.

— Все в порядке, Джеймс? Вы побледнели.

— Да… Все нормально, — ответил профессор, решив больше не расспрашивать Джона о странной записи, чтобы его не приняли за сумасшедшего.

Фермер пожал плечами, посчитав, что разговор исчерпан. Джеймс спрятал карточку во внутренний карман пальто. «Найди меня!» — теперь из его головы не выходила эта надпись. Он понимал, что это послание только для него. Но что оно значит? Еще одной загадкой стало больше.

Через несколько минут пикап наконец выбрался из бесконечного зеленого лабиринта кукурузы и притормозил на пыльной обочине асфальтированной дороги.

— Вот и приехали, — сказал Джон. Он посмотрел по сторонам и добавил: Пока никого, но здесь шансов все равно больше, чем около сломанного такси! — Джон указал пальцем в направлении города. — Там находится Гриэнгольт, так что, если увидите машину, направляющуюся в ту сторону, можете смело останавливать. Желаю удачи!

— Спасибо что подвезли, Джон, — поблагодарил его профессор.

Взяв свои вещи, он пошел на противоположную сторону дороги. Пикап быстро скрылся за густой зеленью поля, оставив после себя лишь облако пыли. Оставаться одному на этой пустынной дороге было некомфортно, но он знал, что должен идти вперед. Пальцы сами потянулись к внутреннему карману, и он вытащил фотографию. Солнечный свет будто выжег бумагу, сделав надпись на обороте еще более четкой.

«Найди меня»

«Что это все-таки значит?» — пронеслось в голове. Однако это уже был не вопрос, а отчаянная мольба. Ответа Джеймс явно боялся.

* * *

Солнце уже клонилось к горизонту, но его лучи все еще пытались прогнать осеннюю прохладу. Как только вновь появилась связь, Джеймсу вновь пришло сообщение о звонке Стэнли и он набрал ему.

— А я думал, ты уже не позвонишь, — сразу ответил Стэн, не дав профессору открыть рот.

— Извини, утро выдалось просто кошмарное, связь то и дело пропадала, — начал сокрушаться Джеймс.

Разговор прервал нарастающий шум с дороги. Со стороны Гриэнгольта ехал минивэн. Заметив его, профессор сразу поднял руку, выставив большой палец вверх. Машина проехала мимо Джеймса, но через десяток метров вдруг резко затормозила и остановилась на обочине.

— Стэн, подожди, пожалуйста, я перезвоню, — подбегая к водительской двери, ответил профессор.

За рулем автомобиля сидела женщина преклонного возраста с белыми накрученными волосами и ярко накрашенными губами. Она медленно опустила стекло и окинула незнакомца холодным, оценивающим взглядом с ног до головы, не проронив ни звука. А из салона накатила волна тяжелых, сладковатых духов с приторным запахом ванили.

— Вы… в Гриэнгольт? — выдохнул Джеймс, пытаясь перевести дух.

— А куда же еще? — ее голос был пронзительно писклявым. — Ну и чего ты ждешь? Скоро стемнеет. Садись, не задерживай старуху! — скомандовала она.

На переднем пассажирском сиденье лежала бежевая дамская сумочка. И это явно было ее законное место. Старушка даже не пошевелилась, чтобы ее убрать. Джеймс, не раздумывая, уселся на заднее сиденье.

— Не возражаете, если я…? — он показал на телефон.

— Да сколько угодно, мне-то какое дело, — грубо буркнула она, доставая из сумочки пачку сигарет. Через мгновение густой едкий дым начал заполнять салон.

— Извини, Стэн, — Джеймс прижал трубку к уху, отмахиваясь от сизых клубов дыма. — Теперь я тебя внимательно слушаю.

— Машину нашел. Но теперь вопросов еще больше, — объяснил Стэнли.

— С Фрэнком все в порядке? Где он? — слова вырвались у Джеймса раньше, чем он успел подумать.

— Пока не знаю.

— Как не знаешь? — голос Джеймса сорвался на полтона выше.

Успокойся, Джеймс. Информация есть, но она… обрывочная. Что-то не складывается, — сдерживаясь, говорил Стэн. — Его машина отъехала от вокзала в 21:23. И пропала. В слепой зоне.

— В какой еще зоне?

— Участки без камер. Вчера из-за грозы некоторые камеры на дорогах перестали работать, и запись временно не велась.

Джеймс смотрел в окно на мелькающие поля и чувствовал, как его ладони покрываются холодным потом от волнения.

— И что теперь?

— Номер его машины поставлен на контроль. Программа сканирует сервера, поднимает все записи с камер города.

— Это надолго?

— Нет, сейчас гляну, что там.

Стэнли открыл папку, где собиралась информация о разыскиваемом автомобиле. В ней лежало несколько видеофайлов с камер дорожного движения, но поиск еще не завершился.

— Есть что-нибудь? — с нетерпением спросил Джеймс.

В трубке воцарилась тишина, нарушаемая лишь статичным шипением.

— Стэн?!

— Я пытаюсь… понять, — голос друга вдруг стал прерывистым. — Маршрут… движения…

— Я тебя плохо слышу! Повтори!

— …шрут… ж…н…я… — слова словно рассыпались.

— Стэн! Алло! Стэн! — повторял профессор, даже не заметив, как перешел на крик. Но в ответ — только нарастающая тишина, а затем — короткие гудки. Связь прервалась.

Джеймс еле находил в себе силы, чтобы от злости не швырнуть свой телефон куда подальше, когда вдруг заметил пристальный и недовольный взгляд женщины в салонном зеркале.

— Простите, что сразу не представился, — обратился к ней профессор, слегка улыбнувшись, чтобы показаться приветливым. — Меня зовут Джеймс, а вас?

Она недоверчиво посмотрела на профессора.

— Маргарет, — буркнула старушка. — Вы, похоже, в наших краях впервые, Джеймс? — добавила она надменным тоном.

— Почему вы так решили? — спросил он.

— Местные так не одеваются, — ответила она. — Судя по вашей одежде, вы не меньше, чем начальник какого-то завода, который, скорее всего, уже разорился, раз вы стояли там, на обочине, — она рассмеялась и тут же закашляла.

— Я работаю в институте, — соврал он ей. Маргарет снова посмотрела на него через зеркало заднего вида, прищурив один глаз, но в этот раз ничего не сказала.

Вдруг телефон Джеймса зазвонил — связь вновь появилась так же внезапно, как и пропала.

— Стэнли, наконец-то! — выдохнул Джеймс, прижимая телефон к уху.

— Ты в курсе, что Фрэнк несколько дней ездил на какой-то склад? — без предисловий спросил Стэнли. — Возле городской электростанции.

— Какой склад? — Джеймс нахмурился. — О чем ты?

— Откуда мне знать? Но факт — он там появлялся регулярно. Вчера тоже.

— Зачем, черт возьми, ему туда? — голос Джеймса дрогнул. Вспомнились слова Мэтью о выездах Фрэнка… но склад?

— Без понятия, — Стэнли сбавил тон. — Но я кое-что нашел и в записях с прошлой ночи. Кажется, знаю, куда делась машина.

— Стой… Так он был на складе вчера или нет? — Джеймс перебил.

— Был. И до этого тоже, — Стэнли ответил резко. — Но слушай дальше — важно, как он туда попал.

Джеймс стиснул зубы.

— Говори.

— Смотри, камеры под мостом не работали из-за бури, но потом я вспомнил, что на этом участке их две. По одной на въезд и на выезд, — Стэнли начал говорить быстро. — В первый раз я не обратил внимания на погрузчик, который заехал под мост следом за Фрэнком, но потом заметил, как он выехал, правда, не сразу. После моста дорога ведет в два направления, я посмотрел камеры, и на одной из них погрузчик ехал уже груженый, хотя до этого на нем тента не было. Конечно, я отследил маршрут, и знаешь, куда он поехал? — задал вопрос с подвохом Стэн.

— На склады, — тихо сказал Джеймс.

— Бинго! — Стэнли хлопнул чем-то по столу. — Я пробил номера грузовика, но установить владельца не получилось, номер липовый, поэтому больше ничего сказать не могу.

Джеймс молчал. В голове складывалась тревожная картина. Погрузившись в свои мысли, Джеймс даже не заметил, как Маргарет снова закурила — на этот раз, приоткрыв форточку, а Стэн продолжал что-то говорить в трубке.

— Алло! Джеймс! — раздавался голос Стэнли в трубке. — Алло! Ты там?

— Да, — наконец отозвался Джеймс задумчиво.

— Кажется, я его видел.

— Кого?

— Этот погрузчик. Мы с Фрэнком ехали на вокзал и заметили его на обочине.

Джеймс предположил, что, возможно, Фрэнк просто сломался, и его машину отбуксировали.

— Возможно и так, но тогда почему водитель тягача использует подставные номера? — задал встречный вопрос Стэнли. Джеймс молчал, теряя нить логики.

— Дальше — больше, — продолжил Стэн. — Через полчаса Фрэнк выехал со склада и направился к больнице Клифтона. Камера зафиксировала, как он вошел в главный вход…

— Погоди! Там же ночью никто не работает?

— В том-то и дело! Но его встретили.

— Видно лицо второго человека?

— Нет, камера слишком далеко. Через несколько часов они вышли и вместе поехали обратно на склад.

— Зачем? — пробормотал Джеймс.

— Слушай, я не… — Стэнли вдруг прервался из-за какого-то звукового сигнала.

— Что там? — насторожился профессор.

Стэн взволнованно сказал, что камера, кажется, только что засекла машину Фрэнка на пересечении Клейтона и Первой Западной.

— Думаю, что он сейчас на выезде из города. На других записях я уже видел, что он возвращался этой дорогой, — ответил Стэн. — Но подожди, давай посмотрим, вдруг я ошибаюсь.

Джеймс уже представлял худшее, хотя не мог понять причин странного поведения Фрэнка — всегда образцового отца, друга и христианина.

— Как и думал, он едет на выезд. Больше ничем не помогу, — вернул его к реальности голос Стэнли.

— Ты очень выручил, Стэн, спасибо. Я твой должник. До связи!

Джеймс убрал телефон, вдруг в салоне раздался смех Маргарет:

— Скоро приедем, Холмс!

Игнорируя язвительные замечания Маргарет, Джеймс набрал номер Мэтью. Тишина в трубке звучала зловеще. Затем он попытался дозвониться до самого Фрэнка, но в последний момент сбросил вызов — пусть лучше тот явится сам и все объяснит. Но объяснит ли?

Сумерки сгущались. Солнце скрылось, окрасив мир в свинцовые тона, а мокрый асфальт тускло блестел под редкими фонарями. Машина Маргарет, словно призрак, въехала в старый район, ее фары выхватывали из темноты облупившиеся фасады. Джеймс беседовал с Маргарет, когда ему вдруг позвонил Мэтью.

— Прошу прощения, — сказал профессор. — Мне нужно срочно ответить.

Женщина недовольно фыркнула и, достав очередную сигарету, закурила.

— Джеймс, он здесь! Фрэнк у меня! — голос Мэтью был наполнен почти детской радостью.

— С ним все в порядке? — Джеймс почувствовал, как сжалось сердце.

— Вроде да, но… — энтузиазм в голосе мгновенно угас, сменившись растерянностью. — Не знаю. Он сидит на кухне и уже несколько минут смотрит в стену. Ссадина на виске, но он о ней не говорит. Только твердит: «Все в порядке, Мэт». Машина помята… Может, авария? Катрин еще не видела его — я не могу отпустить его в таком состоянии домой…

Джеймс сглотнул ком в горле. Он уже знал правду.

— Мэт, слушай внимательно… — и он сжато, почти шепотом, изложил версию Стэнли: ночная поездка к больнице, таинственная встреча, фальшивые номера, склад.

На том конце провода повисло гнетущее давящее молчание.

— Я не верю своим ушам, — наконец прозвучал потерянный голос Мэтью.

— Мэт, никому ни слова. Я во всем разберусь. В конце концов, Фрэнк ничего не нарушил, поэтому не волнуйся за него, а мы со Стэнли выясним всё.

Профессор знал, что Фрэнк всегда отличался искренностью, и ложь никак не увязывалась с его натурой. Значит, случилось что-то ужасное. Какие тайны он теперь носил в себе? И какую цену за них уже заплатил?

— Где высадить? — Маргарет раздавила окурок в переполненной пепельнице. — Я сворачиваю на следующем перекрестке.

— Остановите здесь, пожалуйста, у сувенирной лавки, — Джеймс показал на тускло освещенную витрину.

Автомобиль притормозил у тротуара. Приоткрыв дверь, Джеймс на мгновение задержался в салоне.

— Спасибо, Маргарет, вы меня очень выручили, — он посмотрел ей прямо в глаза. На ее лице появилась натянутая улыбка. Не проронив ни слова, она дождалась, пока он захлопнет дверь, и резко рванула с места, растворившись в потоке вечернего трафика.

В воздухе запахло грозой. Ветер усилился, а горизонт озарили первые тревожные зарницы.

Собор невозможно было не заметить, он стоял на центральной площади города прямо в конце главной улицы, гордо возвышаясь над крышами окружающих его домов.

— Давно не виделись, — прошептал Джеймс, и старые воспоминания нахлынули волной. Он взглянул на часы, потрогал странную фотографию в кармане пальто. Время поджимало. Решительным шагом профессор двинулся к воротам собора. Ему нужно было найти Жозефа. И еще о многом узнать.

Глава 3

СКРЫТОЕ ПРЕДНАЗНАЧЕНИЕ

К тому времени, как Джеймс добрался до собора, город окончательно растворился в вечернем тумане. Свет фонарей тонул в сырой пелене, растекаясь блеклыми ореолами по мокрой брусчатке, отбрасывая длинные и безликие тени редких прохожих.

Собор появился из тумана и напоминал средневековый замок с узкими окнами-бойницами и высокими башнями, которые стремились в черное небо своими острыми шпилями. Он резко выделялся на фоне стоявших вокруг серых зданий своей уникальной архитектурой, содержащей черты византийского искусства. Его массивные стены с потемневшими от времени арками напоминали о вечности. Даже теперь, спустя столетия, это место продолжало восхищать своим величием, притягивая взгляды прохожих.

Джеймс медленно поднялся по каменным ступеням. Перед ним возвышались массивные дубовые врата, украшенные старинной резьбой со сценами из жизни святых. Ворота были высотой в три человеческих роста, но в одной из створок находилась обычная дверь — вход для прихожан и посетителей.

Джеймс замер у входа, внезапно осознав всю нелепость своего порыва. «Зачем я здесь? Рукопись обратилась в пепел, — пронеслось в голове. Он машинально провел ладонью по холодной стене, чувствуя под пальцами паутину трещин, напоминающих морщины времени. — Мэт был прав: это место меняет изнутри. Но что именно я ищу? Ответы? Или последнее подтверждение собственному безумию?»

Джеймс взглянул на свой портфель с записями и сделал глубокий вдох. Воздух пах дождем и гарью.

— Сомнениям уже не место, — сказал профессор сам себе. И взявшись за холодную металлическую ручку, потянул ее на себя. Тяжелая дверь с тихим стоном поддалась.

Когда профессор переступил порог, его охватило дежавю. Воздух был пропитан сладковато-терпким ароматом ладана, который смешивался с запахами ветшающего дерева и сырого камня. Эта смесь вернула его в тот день, когда он оказался здесь впервые. Глядя на мозаики и фрески, Джеймс чувствовал, как прошлое и настоящее сплетаются воедино.

В соборе шла вечерняя служба. Тени от свечей плясали на стенах. Музыка органа пронизывала тело низкими вибрациями, а завораживающее пение хора заставило профессора на минуту остановиться, забыв на мгновение обо всем. Это место казалось ему наполненным чем-то невидимым и необъяснимым.

Миновав притвор, он оказался под куполом, украшенным огромным изображением святых, которые, казалось, смотрели прямо на него. Ряды массивных колонн словно расступались, открывая неф, уводящий к алтарю у восточной стены, за которым взмывали вверх две каменные лестницы.

— Простите, сэр, вы кого-то ищете?

Голос за спиной возник внезапно. Джеймс вздрогнул и резко обернулся. Перед ним стоял молодой послушник с необычайно проницательным взглядом.