Омут

А во время летних репетиций мне повезло: он выбрал меня на роль Розы – мы начали готовить «Маленького принца» к осеннему фестивалю, а первого сентября был запланирован показ демоверсии из нескольких сцен.

На репетициях он показывал мне, как нужно двигаться. Прикасался. Становясь сзади меня, бережно поправлял мои руки и плечи, и я чувствовала его дыхание кожей.

А еще классно было оставаться вдвоем после кружка или наоборот приходить пораньше и вместе ждать остальных. Мы болтали про музыку и кино, смеялись, подкалывали друг друга. Потом он иногда стал провожать меня домой, брал за руку по дороге, мог обнять.

Когда он впервые поцеловал меня, это была полнейшая эйфория. Не чувствуя ничего под ногами, не веря себе и сомневаясь, что все это произошло на самом деле, я стояла в подъезде, прислонившись спиной к двери, с другой стороны которой мы только что попрощались. Глупенькая, наивная, счастливая дурочка. Уверена, ты до сих пор помнишь тот поцелуй.»

Я помнила. Не могла не помнить.

— Алиса, включи Zero People — «Танцующий апрель».

Голос Красовицкого поплыл из колонок, и я закрыла глаза. Текст я знала наизусть, он въелся в подкорку ещё тогда, десять лет назад, когда я слушала его по кругу, лёжа на кровати и глядя в потолок.

Вспомни свой первый поцелуй

Будто бы миллионы пуль

Изрешетили как могли

И ноги не чувствовали земли

Как била неуёмно дрожь

И все запреты уничтожены

И притяжение, и страх

Привкус восторга на губах

И тишина, и мир, сжавшийся вокруг

И эта война в груди — всего лишь сердца стук

Никто, никто так тонко и красиво не сможет описать первый настоящий поцелуй. Тот, после которого понимаешь, что все предыдущие были так, фикцией. Пустышкой.

««А дальше были второй, третий, сотый. В парках, на крышах, в его машине, на репетициях — пока никто не видит. Перед свиданиями я всегда рассасывала карамельку, а он говорил, что у меня сладкие губы.

А потом прикосновения стали настойчивее. Ещё настойчивее. И ещё.

Я знала, что скоро придётся сдать крепость. И ждала этого. Наверно, даже больше, чем он. Нужен был только «особый случай» — ну нельзя же просто так!

Наша мини-премьера на линейке казалась вполне подходящим поводом. Сильно значимый был и не нужен, ведь мы были вместе почти три месяца. Мне так казалось. Что не нужен. Что вместе. Что два месяца. С каждым днем я вертелась в этом чувственном водовороте все быстрей и быстрей и видела вокруг себя всё меньше и меньше.

А потом он вдруг пропал. До первого сентября оставалась неделя, он перестал приходить на репетиции, а на мои звонки и сообщения отвечал отмазками или не отвечал вообще. Говорили, что ему срочно пришлось уехать, что у него появились какие-то дела и всякую другую ерунду. Наша Людмила Павловна к тому времени уже вышла с больничного, и проводила репетиции сама.

Я так надеялась, что первого сентября он все-таки придет. Представляла, как принесет цветы, будет смотреть на меня и улыбаться, поддержит перед выступлением и похвалит после. Но он не пришел.

Знаю, ты помнишь все эти дни в безызвестности: невозможно ни учиться, ни тусоваться с друзьями, ни вообще думать о чем-то, кроме него. Пытаться искать причины, почему он так поступил. Узнавать у общих знакомых, не слышали ли они новостей про него.

И вот сейчас, только сейчас – через два с половиной месяца! – все прояснилось. Оказывается, он удачно попал в программу международного обмена и уехал учиться на год в Китай.

Почему, почему он ничего не сказал? Почему резко перестал со мной общаться, а те несколько сообщений, что все-таки пришло от него, написаны как будто сквозь зубы? Словно он узнал обо мне что-то ужасное и решил разорвать все связи. Но что такого он мог узнать? Или, вернее, что ему могли наплести? Ведь я ничего, совсем ничего не сделала плохого.

А может, он тогда просто хотел поразвлечься, был неискренен и лжив? Нет, не могли эти губы, эти руки и глаза врать. Я знаю, я верю в это.

Столько вопросов, а ответов нет. Появятся ли они когда-нибудь? А, повзрослевшая и поумневшая я, ты нашла ответы?»

— Нет, детка, и у меня их нет. – с грустью подумала я.

«Я плачу каждую ночь, а дни проживаю как на автомате. Уже почти не пишу ему, стараюсь забыть. Вот и письмо это родилось, чтобы я могла выговориться, чтобы всё снова прочувствовала и поняла, что пора выбираться из этого омута. Пора жить снова, готовиться к ЕГЭ, встречаться с друзьями и читать книги. Пора снова стать собой: веселой, легкой и позитивной.

Надеюсь, хоть ты, повзрослевшая и поумневшая я, смогла это сделать? Если да, может подскажешь мне оттуда, из будущего, из черт-знает-какого года, что мне сделать, чтобы так не болело сердце? Чтобы не вздрагивать от каждого сигнала телефона – вдруг он написал! Что забыть, отпустить и вспоминать потом все это со снисходительной улыбкой?

13.11.2014»

Снисходительной улыбки не было. Это не был наивный бред — это была настоящая боль, упакованная в слова.

— Ах, детка, — шепнула я. — Если б я могла сейчас обнять тебя, лежащую в плюшевых розовых штанах и рыдающую в подушку. Я бы рассказала тебе, что он не вернётся. Что вы больше никогда не заговорите. Что он уедет в Москву, женится, будет счастлив — без тебя. Еще долго ты будешь по привычке пытаться узнать, как и чем он живет, но почти всегда безуспешно. Потому что в социальных сетях он ничего о себе не пишет, а общих знакомых не так много.

Но ещё я бы сказала тебе, что через пару месяцев ты встретишь другого. Он не сразу, но залечит раны. Станет другом, мужем, крепостью. И через десять лет вы будете сидеть на свадьбах и делать ставки на то, сколько протянут другие. С высоты своего счастья.

— Всё будет хорошо, детка, — сказала я пустоте. — Ты даже не представляешь, как хорошо.

И тут запищал домофон.

«Черт, Аринка пришла, — догадалась я, пытаясь понять, как умудрилась зависнуть на несколько часов в воспоминаниях. Так, что даже забыла о визите подруги и обещанных ей пирожных и бутылке вина.

— Нет, ну надо же праздник отметить, — резонно сказала она утром по телефону и обещала заявиться к семи вечера.

Пока она поднималась на шестнадцатый этаж, я дособирала вещи, сунула конверт с письмом обратно в коробку — подальше, на дно. Улыбнулась, открыла дверь.

Арина была как всегда в хорошем настроении, и немного развеяла мою задумчивость, навалившуюся после погружения в воспоминания.

— А чего это ты такая загадочная была, когда я пришла?

— Да так, Андрея вспомнила, — нехотя призналась я.

— О, того самого? Который тебя кинул в одиннадцатом классе? — она закатила глаза. — Режиссёр недоделанный. Помню, ты рассказывала

Мы познакомились только в универе, поэтому она не была свидетельницей моей истории, однако через знакомых знала Андрея. У нас небольшой город, и даже двух-трех рукопожатий достаточно, чтобы дотянуться до любого жителя.

— Да, он. Сегодня Кокос все вещи со шкафов раскидал, и я пока собирала, нашла старое письмо, которое писала как раз в самый тяжелый период, когда страдала по нему. Я много лет вообще не вспоминала эту историю, а тут что-то нахлынуло.

— Ах, чего теперь это вспоминать. У тебя нынче крутой муж, любите друг друга как подростки и целуетесь, пока на светофоре горит красный. Тебе только ленивый не завидует! А Андрей пусть подавится, что ему такая девушка не досталась.

— Ну, у него, кажется, тоже все хорошо сложилось. Живет в Москве, успешный, женатый, — пожала я плечами.

— Да он развелся уже полгода как, — фыркнула Арина.

Крошка пирожного встала поперёк горла. Я закашлялась, прикрывая рот ладонью. Арина хлопнула меня по спине, но кашель был не в лёгких — в голове.

— С чего ты взяла?

— Костя рассказывал, брат мой двоюродный. Они же с Андреем одноклассники. Он его встретил недавно тут, у нас. Он теперь здесь частенько бывает, какие-то дела по работе.

— Понятно. — Я откусила ещё кусок пирожного, чтобы чем-то занять рот. — А как там Костик?

Слова застряли в голове и не хотели выходить. Я кивала Арине, смотрела, как она жестикулирует, рассказывая про Костика, а внутри стучало: развелся, бывает в городе, развелся.

Почему это бьёт? Почему виски сдавило, будто чужой рукой? У меня есть всё. Муж, работа, кот, пирожные по вечерам. Тёплое, уютное, счастливое... болото?

Стоп. Какое болото? Ты с жиру бесишься. У тебя лучший муж. Ты реализовалась. Ты путешествуешь. Ты счастлива.

«Всем бы такое болото», — повторила я, но внутри уже не верила.

***

— Да это же сумасшествие! — Егор, высокий мальчишка в худи, даже привстал с места. — Ради каких-то побрякушек лезть в Англию, сражаться, рисковать жизнью Глупость, а не подвиг!

Солнце ударило ему в глаза, он зажмурился, отмахнулся, будто от мухи.

— Побрякушки? — Настя подалась вперёд, щёки вспыхнули. — Это честь королевы! Честь женщины! Ты вообще понимаешь, что такое честь?

— Честь, честь — Даня с задней парты закатил глаза. — Да плевали они на честь! Это чистый адреналин. Им как будто бросили вызов: «Слабо?». И они поскакали, как пацаны во дворе — доказать, что не слабо.

Я обожала свой книжный клуб. Он проходил в старом кабинете литературы, где на стенах висели пожелтевшие портреты классиков. Летом мы не встречались, но у всех было задание – прочитать «Трех мушкетеров», чтобы после каникул собраться и обсудить.

Атмосферу я на этих встречах специально создавала свободную, чтобы ребята не боялись высказывать свое мнение и участвовать в дискуссиях. Поэтому ученики расселись кто на стульях, кто на задних партах, кто на подоконнике. Обсуждали значение авантюрных поступков в романе. Мне нравилось, что подростки спорят до хрипоты, что у них горят глаза.

— А вот мне интересно, — сказала я, когда шум немного стих, — если бы не было никакой королевы и подвесок, пошли бы они на такой риск ради чего-то своего? Ради любви, ради дружбы?

— Ради дружбы — да! — тут же откликнулась Настя.

— А я считаю, нет, — отрезал Егор. — Никто не станет рисковать жизнью просто так. У тебя должна быть цель покруче.

— Ну вот! — Даня победно вскинул руки. — Значит, это была игра. Проверка себя. Им нравилось ходить по краю.

Разговор снова вспыхнул, ребята перебивали друг друга, кто-то стучал кулаком по столу, кто-то смеялся.

Я смотрела на них и ловила себя на мысли, что в их голосах — та энергия, которой во мне давно нет. Желание играть, даже если игра не стоит свеч.

Слово «азарт» стукнуло где-то под ложечкой. Я отогнала его, подняла руку:

— Так, спорщики, стоп. Одни говорят — подвиг, другие — глупость, третьи — игра. Пусть каждый выберет сам. На то и литература, чтобы у каждого был свой дАртаньян.

Ребята засмеялись, зашуршали рюкзаками.

А слово осталось. Сидело внутри и ждало.

***

Саша еще не вернулся из командировки, и я уже начинала немного скучать. Чтобы занять себя, решила прибраться дома. Взяла тряпку, включила музыку. Протирала пыль, вспоминала день.

Дети — их так легко захватить азартом. Им мало что терять, и они готовы нырять с головой. А когда это проходит? У кого-то — с работой, семьёй, детьми. У кого-то — после удара судьбы. А у меня, похоже, третий вариант: я просто не нанырялась в юности. Всё просидела за книгами, пока другие прожигали жизнь. А теперь — экстремальный спорт, прыжки, адреналин... и всё не то. Потому что надо было тогда, а не сейчас.

«Нет таких слов, говорящих о том, что

Первая любовь — это что-то на «прошлом»

Первый поцелуй у подъезда вечером

Первая любовь — это что-то на «вечном» -

донёсся из колонки голос Жени Трофимова.

Ах, Женя, тезка мой прекрасный, не всегда. Бывает, человек просто исчезает, вычёркивает тебя из жизни — и десять лет молчит. А тебе интересно: каким он стал? Что слушает, что читает, о чём говорит? Не чтобы вернуть, а просто — что стало с тем, кто когда-то сформировал тебя. Кто остался в каждой бессонной ночи, в каждом разговоре с подругой, в каждой попытке понять: почему? Из этого «почему» и родилась та я, которая сейчас стоит у окна с чашкой чая.

А еще Андрей всегда был для меня тем самым человеком, к которому в своих мечтах я, повзрослевшая и красивая до безобразия, подъезжаю на дорогой красной машине, когда он, жалкий и продрогший, стоит под дождем на остановке в ожидании автобуса. У каждой девчонки такой есть. Тот, которому надо показать: смотри, какая я стала успешная и счастливая.

По всем этим причинам невозможность общения с Андреем показалась мне в тот момент какой-то вопиющей несправедливостью, словно тебя по рукам и ногам связали, и ты даже пошевелиться не можешь. Не имеешь выбора.

И вот эта невозможность — просто спросить «как ты?» — начала бесить. Не то чтобы я хотела его вернуть, нет. Но сам факт: он есть, а я не могу. Связана по рукам и ногам. Нет выбора. Воспоминания последних дней смыли с меня какой-то защитный слой, и наружу полезло это бессилие.

Чтобы остыть, взяла телефон, зачем-то залезла в соцсети. Я редко там бываю, но иногда листаю ленту — отвлечься. Сама пишу часто: отзывы на книги, фото, ролики. И всегда в глубине души надеялась, что он это увидит. Что случайно наткнётся, прочитает, поймёт, какая я стала. Но он не в друзьях, так что шанс — один на миллион.

Когда-то я следила за его страницей, пытаясь выудить хоть что-то. Но он не из тех, кто выставляет жизнь напоказ. Всё глухо.

От внезапной мысли уголок моего рта дрогнул, и я набрала в строке поиска заветную фамилию. Зашла на страницу. Увидела знакомую аватарку и надписи «18 общих друзей» и «Был в сети 13 часов назад». Как и предполагалось, ничего нового. Уже лет пять.

Пролистав хорошо знакомые фото, я вздохнула. Ну почему, почему нельзя просто написать тебе «Привет! Как дела?» и просто получить ответ.

Хм, а почему нельзя? Можно. Только Жене он не ответит. А кому-то другому — может быть.

Сердце забилось чаще. Азарт, о котором я сегодня столько думала, ударил в голову, и в груди стало горячо, будто выпила коньяку.

«Выйти из аккаунта?» — спросила меня сеть.

«Да», — ответила я.

Зарегистрироваться.

Введите номер телефона.

Хм, а ведь он имеется. Старая симка, которую выдавали еще в институте на одном из проектов. Интересно, не отключили ли

Я влезла на нижний ящик, дотянулась до антресоли. Оттуда посыпались коробки, наушники, какие-то провода — я выкидывала их на пол, не глядя.

«Детка, ты чего? — спросила я себя. — Это просто симка. Может, её уже нет».

Но руки продолжали шарить. Инструкции, зарядки, сломанные часы... Вдруг в дальнем углу мелькнуло знакомое сочетание цветов компании – мобильного оператора. Я вытащила конверт. Симка была внутри.

Окей, первый этап одобрения Вселенной моего безрассудства пройден. Теперь следующий: будет ли номер активен, или его давно отдали в счастливое пользование какой-нибудь Светлане Петровне.

Пальцы дрожали, когда я вставляла симку. Она не влезала, пластик противно скрипел. Перевернула — сработало. Телефон ожил, посыпались уведомления. Номер работает!

Я нервно усмехнулась и тут же почувствовала на губах кровь — прокусила, даже не заметила.

Ах черт с ними, подумала я. Поехали дальше.

Скармливаю ВК одиннадцать заветных цифр номера телефона, и он просит меня ввести имя и фамилию.

Так, об этом я пока не подумала. Как же будут звать мое инкогнито-воплощение?

Имя Татьяна показалось подходящим – уж очень я была похожа когда-то на молодую барышню, безответно влюбленную в Онегина.

Теперь фамилия. Ларина будет слишком карикатурно. Нужно что-то простое, но изящное. Пусть будет Лебедева, например, – решила я.

Заполнив все нужные поля, я смотрела на свою новую страничку: ну привет, подруга!

Дальше нужно было найти его профиль – это труда не составило.

А вот теперь главное: что написать? Нельзя же просто спросить «как дела?»

Я озадаченно разглядывала экран. Только сейчас ко мне начало приходить осознание, что нельзя просто так написать человеку сообщение с явно подставного аккаунта и ждать, что он выложит всё о себе.

И что же теперь, все было зря?

Ну-ка, детка, представь, что ты Миледи Винтер. Умная и коварная интриганка. Стратег, который просчитывает на три хода вперед. Королева на шахматной доске. Тут, конечно, не подвески Анны Австрийской, но всё же задачка.

Дано: человек, который мало общается в социальных сетях и ответит на сообщение с неизвестного аккаунта, только если в нем будет очень серьезный крючок.

Найти: способ наладить с этим человеком общение и узнать, каким он стал и чем живет.

Решение: отсутствует

Нет, у Миледи найдется решение даже для самой сложной задачи! Думай, детка!

Решение

Есть идея!

Кровь прилила к щекам, в груди что-то словно закопошилось. Приятное чувство, черт возьми!

Палец стал бегать по экрану:

«Здравствуй, Андрей! И сразу прости за эту инкогнито-страницу и вымышленное имя. Дочитай до конца, и тебе все станет понятно.

Когда-то много лет назад мы с тобой познакомились на одном из проектов и знакомство это зашло довольно далеко. И почему оно не закончилось чем-то более серьезным, одному Богу известно.

Юность моя была очень яркой, а вот личная жизнь в итоге не сложилась ни во что серьезное. И недавно я себя поймала на мысли, что частенько вспоминаю о тебе. Написала бы и со своей настоящей страницы, да вот когда тебе уже не 15, так тяжело делать первый шаг!

Не знаю, свободно ли сейчас твое сердце. И прости заранее, если это письмо вызовет непонимание со стороны твоей второй половинки, если она есть.

Ну а если ее нет, я буду очень рада продолжить общение, узнать, как сложилась твоя судьба, чем сейчас занимаешься и т.д.

Прошу тебя не оставлять это сообщение без ответа, потому что я переживаю, как школьница. И еще раз прости, если оно принесет тебе какие-то неприятности...»

Я перечитала несколько раз и попыталась посмотреть на сообщение его глазами.

Во-первых, если он действительно одинок, его может заинтересовать возможность общения с девушкой, с которой уже была какая-то история.

Во-вторых и в-главных, крючок, на который, надеюсь, он попадется – это инкогнито. Тайны, загадки, недосказанность – прием, старый как мир. Прекрасные незнакомки работали во все времена, а не только в эпоху мушкетеров.

Удовлетворенно хмыкнув, я скопировала сообщение в чат ВК, занесла палец над иконкой отправки сообщения, и тут же, вздрогнув, выронила вибрирующий телефон из рук. Сообщение от мужа «Ты еще не спишь?». Сердце подпрыгнуло, я дрожащими пальцами набрала: «Дома убмралась, скорл пойду». Отправила.

Через секунду пришёл ответ: «Значит, приеду в убмранную квартиру, здорово».

Я тупо уставилась на экран. Две опечатки. За все годы — ни разу такого. Сейчас он что-то заподозрит.

Тпру, детка! Куда тебя понесло? Заподозрит что? Да, у вас с мужем никогда не было секретов друг от друга. Ты рассказываешь ему все, что думаешь и чувствуешь, и он делает так же. Но сейчас ты просто решила позволить себе маленькую безобидную шалость, только и всего. А ведешь себя, как Анна Каренина, решившая тайно уйти от мужа к Вронскому.

Да я же ничего вообще не сделала предосудительного. Можно даже Сашке рассказать про эту авантюру, он поймет и посмеется вместе со мной.

Успокоив себя таким образом, я отшутилась про опечатку и пожелала мужу добрых снов. На часах было ближе к полуночи.

Я снова открыла ВК, перечитала сообщение. Палец завис над кнопкой. «Сосчитай до десяти», — сказала я себе. Один, два, три Воздух на выдохе обжигал горло. Четыре, пять, шесть Сердце колотилось где-то в висках. Семь, восемь, девять «Десять» я не дождалась. Нажала.

7 сентября 2024. Женя

Саша вернулся из командировки к обеду. Я услышала, как щёлкнул замок, и выскочила в прихожую — бросилась на шею, ткнулась носом в колючую щёку.

— Ой, ну грязный же, после самолета, — он отстранился, но глаза улыбались. — Дай хоть в душ сходить и в порядок себя привести. А потом уже обнимашки, целовашки и всё вот это, чего ты так любишь.

Картинно сделав вид, что обиделась, я пошла на кухню ставить чай. Вернувшись из душа, муж в красках рассказал, как прошла поездка. Он любит посвящать меня во все нюансы своей работы, хотя и знает, что я не так уж много понимаю.

Он редко заходит в ВК, вряд ли уже увидел. Интересно, какая будет реакция? Может, меня ждет полное молчание. Или он пошлет неизвестную особу куда подальше. Тогда, пожалуй, у меня больше нет идей, как узнать о настоящей жизни моей прошлой любви.

— Ну ты только представь, насколько это глупо, — прорвался в мое сознание веселый Сашкин голос, и я подхватила его смех, лишь капельку запоздав с реакцией. Черт, о чем это он, интересно, рассказывал

Стараясь больше не выпадать из разговора, я отогнала неуместные мысли и обратилась во внимание.

— А как там результаты твоего конкурса, кстати? Обещали же к началу учебного года, — спросил Саша, закончив с подробностями своей поездки.

— Пока тишина, ждем.

В прошлом учебном году я, как молодой и подающий надежды учитель, отправила заявку на участие в конкурсе для педагогов. Придумывала интересные идеи занятий для разных классов, записывала видеоролики и проводила открытые уроки. Была в числе победителей сначала на уровне города, потом региона. В мае участвовала в этапе Южного федерального округа, победа в котором даст шанс выйти во всероссийский финал.

Результаты обещали опубликовать к началу учебного года. Попадание в число победителей означает поездку в Москву и участие в важном профессиональном событии, где соберутся лучшие учителя страны. Ну а если получится там стать одним из призеров, о чем я, конечно, не могла и мечтать, то в третьей четверти меня ждала стажировка в Москве, куда нужно будет ездить раз в две недели.

— Представляешь, если прошла на следующий этап, станешь местной знаменитостью: будут везде писать, какой у нас классный в городе учитель работает. Родители захотят к тебе своих детей отдать. И даже Горелова может от тебя отстанет, — усмехнулся он.

— Думаю, этого не случится, даже если я получу награду как лучший учитель планеты, — содрогнулась я, вспомнив самую скандальную мамашу, с которой меня сводила жизнь. Леди Макбет нашего южного уезда.

Он ушёл спать с дороги, а я убирала со стола. Солнце заливало кухню тёплым сентябрьским светом. Я вытерла руки, покосилась на телефон. Просто проверить, есть ли что-то новое. В своём аккаунте — ничего. А в том, новом?

Я бесшумно прошла в спальню, приоткрыла дверь. Саша лежал на боку, дышал ровно. Спит.

В гостиной, присев на край дивана, я переключилась на аккаунт Татьяны Лебедевой. Пальцы чуть дрожали, когда приложение загружалось. Ну же, ну...

Экран ожил. Я уставилась на иконку сообщений. Пусто. Ни единички, ни намёка.

Зашла в диалог — он был онлайн вчера. Значит, просто не видел. Выдохнула с таким облегчением, будто гора с плеч. И тут же поймала себя на мысли: как сильно бы меня задело, если бы он промолчал.

«Спокойно, — сказала я себе. — Ты всего лишь написала бывшему с левого аккаунта. Велика важность».

Из спальни донёсся сонный голос, я быстро вышла из аккаунта, зашла в свой и пошла к мужу.

***

День прошёл отлично. Мы встретились с друзьями, гуляли по набережной, ели мороженое, смеялись до колик. Южный сентябрь щедро дарил тепло, закат разлился оранжевым по всему горизонту. Обычно после таких вечеров мы с Сашей засыпали счастливые и уставшие, растворившись друг в друге.

Но сегодня у меня был план.

Он уснул быстро. Я полежала немного, считая его дыхание, потом осторожно взяла телефон и снова переключилась на «Таню».