Тихая революция

Ни одно из этих изменений не является необратимым. Но для того чтобы обратить их эффекты вспять, потребовалось бы резкое падение преобладающих уровней экономической безопасности и образования. Недостаточно остановить расширение образования. Например, молодые когорты, вступающие сейчас в электорат, настолько более образованны, чем уходящие, что образовательный уровень электората в целом продолжал бы расти по меньшей мере ещё пару десятилетий, даже если бы доля получающих высшее образование была навсегда заморожена на нынешнем уровне. Чтобы остановить долгосрочный процесс ценностного сдвига, экономическая и образовательная стагнация должна была бы сохраняться достаточно долго, чтобы когорты, приобретающие политическое значение, более не были постматериалистичнее тех, что уходят.

*Примечания к главе 3*

[1] Наши данные 1971 года указывают на показатели межпоколенческой социальной мобильности около 25 процентов для Бельгии, Франции и Нидерландов. Показатели для других стран, по-видимому, несколько выше. Некоторые статистические данные о социальной мобильности приводятся в главе 7.

[2] Дополнительные свидетельства связи между более высоким экономическим уровнем и менее материалистическими установками см.: Louis Harris, The Anguish of Change (New York: Norton, 1973), 36-41.

[3] См., например: Kenneth Langton and M. Kent Jennings, "Political Socialization and the High School Civics Curriculum in the United States," American Political Science Review, 62, 3 (September, 1968), 852-867; ср.: Edgar Litt, "Civic Education, Community Norms and Political Indoctrination," in Roberta S. Sigel (ed.), Learning About Politics (New York: Random House, 1970), 328-336.

[4] Что несколько удивительно, ответ на этот единственный вопрос является более сильным предиктором ценностного типа, чем совокупные ответы на два вопроса наших опросов 1970 года, касающихся знания того, кто является премьер-министром и кто является министром иностранных дел страны респондента.