Вакансия: Смерть

Евгений Павлиди

Вакансия: Смерть

Глава 1

Шеф не запрещал сотрудникам думать. Он только просил делать это осторожно, по одному и желательно не перед обедом. Потому что в Канцелярии любая свежая мысль сначала выглядела как улучшение, потом как совещание, а потом как бедствие с печатью.

Канцелярия с утра шумела так, будто вечность опять не успевала к сроку.

Хотя, если говорить честно, она никогда к нему не успевала. Сроки в Канцелярии были странной вещью: вроде бы вечность, спешить некуда, а все всё равно бегали с таким лицом, будто конец света уже начался и теперь требовал подпись начальника отдела.

По широкому мраморному холлу неслись сотрудники. Ангел из отдела приёма душ тащил стопку папок, прижимая их подбородком. Папки всё равно расползались, как тараканы при включённом свете. Две младшие сущности пытались поймать сбежавшее дело о случайном совпадении, которое, пользуясь случаем, уже трижды совпало не там, где надо. Возле автомата вечного кофе стоял старый бес в коричневом жилете и ругался с аппаратом.

— Я просил крепкий, — говорил бес.

Автомат булькнул и выдал стаканчик с надписью: «Надежда».

Бес посмотрел внутрь.

— Это не кофе.

Автомат мигнул: «Зато полезнее».

— Я тебе сейчас покажу полезнее, — сказал бес и пнул автомат копытом.

Автомат обиделся и выдал ему чек на три страницы.

В этот момент мимо пронеслись две сущности из отдела мелких чудес, несли какую-то сияющую вешалку, спорили, кому она вообще нужна, и на повороте не вписались. Вешалка с грохотом упала прямо бесу на плечо.

— Да чтоб вам всем по три века без выходных! — взвыл бес.

— У нас и так без выходных! — радостно ответила одна сущность.

— Тогда по четыре!

Ангел у двери вздрогнул, сделал шаг назад и тут же наступил на хвост кому-то невидимому. Из пустоты раздался обиженный писк.

— Простите, — сказал ангел.

— Все так говорят, — ответила пустота. — А хвост один.

Над всем этим висела большая строгая табличка:

КАНЦЕЛЯРИЯ

Отделы жизни, смерти, переходов, судеб и иных вопросов, которые люди всё равно потом обжалуют.

Под табличкой стояла очередь. Очередь в Канцелярии была отдельной формой жизни. Она умела расти, изгибаться, занимать коридоры, переходить из одного отдела в другой и возвращаться к началу, не испытывая по этому поводу ни малейшего стыда.

В очереди спорили трое ангелов, один демон, два архивариуса и седая женщина из отдела спорных совпадений. Женщина доказывала, что если человек третий раз подряд опаздывает на самолёт и благодаря этому избегает катастрофы, то это уже не совпадение, а бардак в маршрутизации судьбы.

— У вас нет подписи сектора вероятности, — говорил архивариус демону.

— Зато у меня есть печать срочности, — отвечал демон.

— Печать срочности без подписи вероятности не даёт срочности.

— А что даёт?

— Повод вернуться в конец очереди.

Демон посмотрел на конец очереди. Конец очереди терялся где-то за колонной, потом, судя по звукам, заходил в соседний отдел и, возможно, там создавал семью.

— У вас тут ад, — сказал демон.

Архивариус устало поправил очки.

— Ад этажом ниже. У нас приём по записи.

И вот через этот живой, шумный, абсолютно рабочий беспорядок шёл новый Управляющий Канцелярии.

Он был собран, свеж, аккуратен и опасно уверен в себе. Такие люди всегда хорошо выглядят до первого столкновения с реальностью. На нём был тёмный костюм, идеально ровный значок временного допуска и выражение лица человека, который ещё не понял, что в Канцелярии нельзя просто так взять и улучшить вечность.

Под мышкой он нёс папку.

Папка была толстая, новая, с золотыми буквами на обложке:

ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ

ПО ПОВЫШЕНИЮ ЭФФЕКТИВНОСТИ ВЕЧНЫХ ПРОЦЕССОВ

Ниже, мелко и очень уверенно:

Версия 1.0

Такие папки в Канцелярии знали. Их обычно приносили новые сотрудники, вдохновлённые карьерой, порядком и личной трагической недооценкой масштабов происходящего. В папках всегда было много таблиц, стрелок, красивых слов и ни одной живой проблемы, которая согласилась бы в эти таблицы лечь.

Новый Управляющий остановился у приёмной Шефа.

Перед дверью сидела секретарь. На её столе лежали три стопки документов: «Срочно», «Очень срочно» и «Люди опять что-то придумали». Последняя стопка была такой высокой, что возле неё пришлось поставить маленькую лестницу.

Секретарь что-то писала, одновременно слушала три звонка и взглядом удерживала на месте письмо, которое пыталось улететь.

— К Шефу? — спросила она, не поднимая глаз.

— Да. Новый Управляющий Канцелярии.

— По какому вопросу?

— Оптимизация вечных процессов.

Секретарь подняла глаза.

Письмо тут же воспользовалось моментом и дёрнулось к краю стола. Она спокойно прихлопнула его ладонью.

— Всех процессов? — спросила она.

— Пока ключевых.

— Осторожный подход, — сказала секретарь.

Управляющий вежливо кивнул.

— Благодарю.

— Это не похвала.

Он сделал вид, что не понял.

— Шеф принимает?

— Шеф принимает многое. Вопрос в том, что потом с этим делает.

Секретарь нажала кнопку на столе. За дверью тихо звякнул колокольчик. Где-то в глубине Канцелярии кто-то чихнул, и сразу посыпались три неподписанных разрешения на дождь.

— Проходите, — сказала секретарь. — И папку крепче держите. У нас тут однажды инициативу унесло сквозняком. Потом три отдела год исполняли.

Кабинет Шефа оказался совсем не таким, каким новый Управляющий его представлял.

Он ожидал чего-то величественного. Может быть, сияния. Может быть, огромного трона. Может быть, бесконечного пространства, где звёзды крутятся вокруг стола, а каждая мысль звучит как гром.

Вместо этого был большой светлый кабинет. Деревянный стол. Несколько кресел. Чайник. Чашки. Стопка старых дел. Окно, за которым одновременно виднелись облака, обычный городской двор, кусок осеннего парка и край какой-то планеты, где, кажется, шёл дождь вверх.

На подоконнике стоял кактус. Судя по выражению, он давно работал в Канцелярии и уже никому не верил.

За столом сидел Шеф.

Формально его называли Создателем. В старых документах — Первым Источником. В торжественных случаях — Тем, Кто Начал. Но в Канцелярии все давно звали его Шефом. Так было проще. И безопаснее. Чем длиннее титул, тем больше шансов, что кто-нибудь создаст под него отдельный отдел.

Шеф выглядел спокойно. Не грозно. Не торжественно. Просто спокойно, как человек, который видел все ошибки мира, часть из них заранее предупреждал, а потом всё равно помогал разбирать последствия.

Он поднял глаза на Управляющего и улыбнулся.

— Проходите. Только аккуратнее. У нас сегодня коридоры нервные.

Как раз в этот момент за дверью кто-то громко вскрикнул.

— Это не я! — тут же крикнул кто-то другой.

— А кто тогда поставил тележку с делами посреди прохода?

— Она сама!

— Дела сами не ездят!

— В отделе свободной воли с вами не согласятся!

Шеф подождал, пока шум немного стихнет, и показал на кресло.

— Садитесь. Чай?

— Благодарю, я по делу.

— У нас все по делу. Просто некоторые дела потом приходится отпаивать чаем.

Управляющий сел. Папку положил на колени, потом решил, что так несолидно, и положил на стол. Папка легла уверенно. Словно была готова изменить мир, даже если мир не просил.

Шеф заметил название на обложке.

— Оптимизация вечных процессов, — прочитал он. — Смело.

— Спасибо.

— Я всё ещё не хвалю.

Управляющий чуть улыбнулся, но папку открыл.

— Я изучил структуру Канцелярии. Разумеется, в предварительном порядке. Система огромная, сложная, многоуровневая. В целом эффективная, но местами перегруженная историческими решениями.

— Историческими решениями, — повторил Шеф. — Хорошее выражение. Обычно так называют то, что давно пора тронуть, но все боятся, потому что оно может ответить.

— Я бы сказал мягче.

— Новые управляющие всегда сначала говорят мягче.

Управляющий достал первый лист. На нём была схема. Кружки, стрелки, квадраты, подписи. В центре крупно стояло слово «УСТОЙЧИВОСТЬ».

— Моя задача — повысить устойчивость процессов, — сказал он. — Уменьшить зависимость от отдельных исполнителей. Обновить регламенты. Создать резерв. Проверить слабые места.

— Слабые места у вечности? — спросил Шеф.

— У любой системы они есть.

— Верно. У людей, например, слабое место — уверенность, что они всё поняли.

Управляющий снова улыбнулся. Уже осторожнее.

— Я не претендую на полное понимание.

— Это хорошее начало.

— Но некоторые вопросы требуют пересмотра.

— Например?

Управляющий перевернул лист.

— Рассветы работают стабильно. Сезонность в целом тоже, хотя отдел осени злоупотребляет драматизмом. Совесть перегружена, но там проблема спроса. Отдел случайностей нуждается в аудите. Любовь, насколько я понял, принципиально не сдаёт отчёты.

— Любовь считает, что отчёты убивают романтику.

— Но самый сложный вопрос, — Управляющий сделал паузу, — это должность Смерти.

В кабинете стало чуть тише.

Не страшнее. Просто тише. Как бывает, когда в шумной комнате кто-то произносит имя человека, без которого все привыкли жить, но о котором не любят говорить вслух.

За дверью тоже вдруг стихло. Даже скандальный бес, кажется, перестал ругаться с автоматом.

Шеф поставил чашку на стол.

— Продолжайте.

Управляющий расправил плечи. Это было ошибкой. В такие моменты лучше, наоборот, немного сутулиться, чтобы судьба решила, что ты уже достаточно наказан.

— Должность крайне важная, — начал он. — Никто не спорит. Но она слишком персонифицирована. Слишком много зависит от одного сотрудника. Вернее, сотрудницы. Нет прозрачной процедуры замещения. Нет кадрового резерва. Нет понятного регламента на случай временного отсутствия. Огромное количество жалоб. Высокая эмоциональная нагрузка. Репутационные риски.

— Репутационные риски у Смерти, — повторил Шеф.

— Да.

— Сильная мысль. Люди, значит, недовольны?

— Постоянно.

— Они и зимой недовольны. И налогами. И соседями. И тем, что пирожок остыл. Это не всегда повод отменять пирожки.

— Я не предлагаю отменять.

— Это уже радует.

— Я предлагаю подумать о возможной замене.

Шеф посмотрел на него внимательно.

— Замене?

— В перспективе. Или хотя бы о распределении функций.

— Смерть по отделам?

— Частично.

— Хорошо звучит. Особенно для тех, кто не окажется в отделе.

Управляющий понял, что разговор идёт не так гладко, как в презентации. В презентации стрелки двигались послушнее.

— Поймите правильно, — сказал он. — В любой серьёзной структуре нельзя держать ключевую функцию на одном лице. Что, если сотрудница устанет? Что, если она ошибётся? Что, если потребуется временно передать полномочия?

Шеф молчал.

Управляющий принял молчание за интерес.

— Можно начать с малого. Создать резерв. Провести внутренний конкурс. Выделить компетенции. Описать профиль должности. Утвердить критерии. Если понадобится — привлечь смежные службы.