Когда ты уйдёшь

Но огонёк надежды в груди погас, едва успев загореться. Перед ней стояли Нелл и Кэрол.

– Алисса, – сказали они почти одновременно.

И в голосах, и в лицах – недоверие. Она поежилась от изучающе-недоверчивых взглядов и только тогда поняла, как сильно себя запустила. Было ошибкой предстать перед ними в таком виде: неумытой, с давно нечёсаными волосами, бледной кожей, давно не видевшей солнца.

– Что случилось? – спросила Кэрол после взаимного минутного молчания.

Алисса жестом велела им пройти в прихожую и затворила дверь. Обе были румяные и шмыгали носами, с волос капал октябрьский дождь. Она и не задумывалась о том, как похолодало на улице; за прошедший месяц девушка покидала квартиру едва ли раз пять, а окон почти не открывала.

Нелл как кошка отряхнулась от дождя и буквально вцепилась в неё.

– Что случилось?! Брендан сказал, что Маркуса нет в городе! Ни он, ни ты не берёте трубки! Мы не знали, что и думать! И ты тут… в этом… это… – Она и слов не могла подобрать, чтобы выразить свои эмоции. – Нам кто-нибудь объяснит, что здесь к чёрту творится?!

– Он уехал, – ответила Алисса. – Он больше не вернётся.

Она закрыла лицо руками и прильнула к стене. Подобно ребёнку, наказанному родителем за непослушание, она плакала безутешно, опираясь лбом о холодный камень. Слова подруг, вопросы и тихие недоверчивые возгласы не долетали до её сознания. Она столкнулась с мыслью, от которой с самого начала бежала, и только произнеся её вслух пришла к пониманию, что она может оказаться правдой.

Её обхватили в четыре руки и усадили за кухонный стол. С первого взгляда подруги заметили невероятный беспорядок: пирамида грязной посуды, немытая плита, спёртый запах жира. Кэрол распахнула окно, мрачно оценивая масштабы катастрофы, пока Нелл робко поглаживала плачущую по плечу.

Алисса рассказала всё за вычетом некоторых неприятных подробностей. Местами она точь-в-точь повторяла слова Маркуса: начиная со звонка Стеллы и заканчивая тем, как он напился и позволил коварной интриганке себя соблазнить. Она не говорила о том, что почувствовала, застукав их вместе – они и так прекрасно это поняли; рассказала о драке, о том, как Маркус прогнал дрянь восвояси, как винил себя в произошедшем, а затем – исчез.

– О, господи! Да как он мог?! – воскликнула Нелл при первой возможности. – И я не о том, что он уехал! Как он мог кинуться в постель к этой… к этой… ух, пристрелить бы её! Сама катится вниз и другим счастья не даёт! Вот ведь дрянь!

От злости и бессилия она стукнула кулаком по столу трижды, прежде чем Кэрол утихомирила её. Она, в отличие от Нелл, не стала сразу высказываться, а дала себе время на раздумья.

– Я догадывалась, что всё не очень хорошо, но такое мне бы и в голову не пришло, – произнесла она тихо, взглянув на Алиссу исподлобья. – Это всё скверно. Надо было тебе сразу всё нам рассказать. Уж мы-то придумали бы, как его образумить.

– Откуда я могла знать, что он уедет?! Как мне такое могло прийти в голову?! – теперь уже гневно спросила Алисса. – Я и не знала, что у него на уме! Я думала… мне было так плохо, но я думала, что всё образуется. Я думала, мы сможем… мы перешагнём через это и будем жить дальше, – прошептала она, отведя взгляд. – Я бы никогда не позволила этой дряни испортить нам жизнь! Никогда! Но Маркус… он так корил себя!

Кэрол нашла бумажные салфетки и протянула ей.

– И правильно, что корил! – выдала Нелл. – Это ж надо так облажаться!

– Нелл! – прервала её Кэрол.

Но про Нелл давно все знали: если уж что-то взбрело ей в голову, то остановить поток её мыслей уже невозможно.

– А что? Он в самом деле виноват! Знал же, что с этой чокнутой дрянью нельзя иметь никаких дел! Сколько раз она себя показала во всей красе! А он мало того, что помог – ну, это я ещё могу понять, – так ещё и впустил в свой дом, и позволил себя… Тьфу!

Девушка отряхнулась, будто пытаясь избавиться от мерзких её сердцу мыслей.

– Но он был пьян, – заметила Кэрол многозначительно. – А люди в пьяном угаре порой совершают некоторые… ошибки.

Она не позволила себе ни одного косого взгляда, но Нелл уловила намёк в свой адрес и сердито зашипела. Месяц назад после грандиозной пьянки она оказалась в постели с Бренданом – лучшим другом, давно в неё влюблённым. Стоило ли говорить, что после этого инцидента их дружба пошатнулась.

– Это не то же самое! – буркнула она.

Блондинка промолчала, но с весьма красноречивым видом.

Некоторое время подруги молчали. Они не знали, чем её утешить, и, собственно, она не ждала никакого утешения. Что могло ей помочь? Кто мог ей помочь? Вряд ли они могли взмахнуть волшебной палочкой и вернуть Маркуса на место. Или, что лучше, отмотать время назад и помочь избежать той страшной ночи.

– Ты думаешь, он не вернётся? – спросила Нелл. – Но почему? Я не понимаю! Маркус ведь не дурак! Он любит тебя, а ты – его! Зачем ему…

– Он думает, что так будет лучше, – ответила Кэрол. – Он винит себя во всём плохом, боится, что своим присутствием разрушает её жизнь. Считает, что Алиссе будет лучше без него. Это не так, я знаю, – добавила она, когда Нелл раскрыла рот, – но пока он верит в это, то ни за что не вернётся. Таков уж он есть.

– Ну и дурак! – рассердилась Нелл. – Что за глупые мысли?! Ох, никогда я не понимала этих ранимых творческих личностей! Что за бедлам у него в голове? Если ты любишь человека – так и будь с ним, зачем выдумывать всякие несуществующие препятствия и заставлять страдать?! Всё ведь так просто!

– В любви нет ничего простого, – сказала Алисса тихо. Это были её первые слова за прошедшие полчаса. – Поначалу я тоже думала, что виной всему – алкоголь. Ведь он пробуждает в нас худшее… ну, чаще всего. А теперь мне кажется, что всё не так однозначно. Ведь они были вместе. Очень долго. Дольше, чем со мной. И я всегда подозревала, что у него к ней остались какие-то чувства. Он жалел её. Считал, будто она не так плоха, как кажется – и это после всех её мерзких делишек. Может быть, в глубине души Маркус сам хотел этого, потому что до сих пор любил.

Девушки поражённо уставились на неё.

– Алисса! Какая чушь! Ну что ты выдумываешь? – воскликнула Кэрол, позабыв о прежней сдержанности. От избытка эмоций она принялась нервно вышагивать по комнате. – Я бы никогда не поверила, будто…

– Он ни с кем не был так счастлив, как с тобой! – возмутилась Нелл. – Уж точно не с этой стервой! Ты же буквально спасла его! Он и жить без тебя не мог!

– Не мог? Тогда почему уехал? – спросила она с горькой усмешкой. – Если бы он любил, то ни за что не оставил бы. Счастливая любовь не заканчивается… вот так, как закончилась у нас. Да, ему действительно было хорошо со мной, я знаю. Но эта ночь со Стеллой… должно быть, это пробудило в нём те чувства, о которых он хотел забыть. Что бы там ни было. И это оказалось сильнее его любви ко мне.

– Это говорит твоё отчаяние. Не ты, – сказала Кэрол твёрдо. – Ты пытаешься найти ответ, которого нет. Маркус любил тебя. И то, что он ушёл, не значит, будто…

– Он не бросил бы меня, если бы это было правдой, – ответила Алисса и поднялась. Склонилась к ней, глядя немигающими красными глазами. – Посмотри на меня. Что со мной стало? Я даже в зеркало боюсь смотреть. Я не выходила из дома неделю и не знаю, сколько ещё здесь просижу. Мне и жить-то не хочется. И он знал, что так будет, потому что знал меня. Не мог бы он жить спокойно, пока я в таком состоянии, если бы действительно любил.

Её маленькая фигура за столом сгорбилась. Она закрыла лицо руками в наивной и детской попытке скрыть потоки слёз.

Нелл и Кэрол сказали, переглянувшись:

– Алисса..

– Я думала, он любит меня. Но, видимо, я ошиблась, – просипела она. – Извините, я больше не могу. У меня нет сил. Захлопните за собой дверь, ладно?

Не дождавшись ответа, она скрылась в спальне, рухнула в постель и уткнулась в подушку. Сон пришёл спустя несколько минут – под шорох чужих шагов и тихий, неразличимый шёпот.

В тот раз она проспала неожиданно долго. А по пробуждении её ждала пустая и до блеска вычищенная квартира. С уколом стыда и бесконечной благодарности подругам Алисса пообещала никогда больше не запускать жильё настолько сильно. В конце концов, Маркус оставил ей квартиру не для того, чтобы она превратилась в свинарник. Когда он вернётся… если он вернётся… здесь должны царить уют порядок. Так он будет знать, что она ждала его, и ждала до последнего.

Глава 3. Весточка из прошлого

Она не могла сказать с уверенностью, что именно в конце концов заставило её собраться с силами. Отчасти, возможно, то была природная живучесть: за двадцать семь лет жизни Алиссе пришлось пройти через столько неприятностей, что, видимо, у неё выработался неплохой иммунитет ко всевозможным бедам. Эта девушка была не из тех, кто хоронил себя заживо после любого несчастья; пусть медленно, устало и с бесконечным страхом, но она вернётся в колею и продолжит жить – на то ведь был завет Маркуса.

С другой стороны, она не хотела больше волновать подруг, ведь её состояние явно не на шутку перепугало их. После того визита они навещали её чуть ли не каждый день, и вскоре ей начало казаться, что все её усилия – наведение порядка, готовка еды, даже уход за собой – направлены на то, чтобы успокоить их. Только обмануть их бдительность оказалось не так просто. Им недостаточно было её преувеличенно бодрого «у меня всё в порядке»; они не могли игнорировать, как она подавлена и апатична, как чурается людей и избегает общества. И в конце концов Кэрол, встревоженная, несколько раз высказалась о необходимости посещения специалиста.

Алисса сдалась не сразу. На протяжении двух месяцев она упорно пыталась убедить и себя и их, что всё пройдёт само. Но чуда не случилось. В цепочке «Отрицание-Гнев-Торг-Депрессия-Принятие» она так и застыла между третьей и четвёртой стадией: в слепой надежде, что Маркус вернётся, и вместе с тем в бесконечном отчаянии от мысли, что никогда больше его не увидит. Но сомнения разрешились сами собой. Однажды посреди очередного серого, изувеченного тоской дня раздался звонок, которого она ждала меньше всего.

– Алисса?

Она остолбенела. У неё онемели губы.

– Да? – прошептала она с трудом.

Это была Мелоди. В ушах у девушки зазвенело, будто кто-то приставил серебряные колокольчики к мочкам.

– Ты не занята? Извини, что беспокою, – голос у мачехи Маркуса был торопливый и смущённый. – Я забыла посмотреть, какое у вас время. У нас сейчас полдень. Я только что узнала о… ну… о вас.

– О, – отозвалась Алисса безэмоционально.

В трубке послышался посторонний голос. Женщина сердито на кого-то зашипела.

– Я просто хотела сказать, – продолжила она прежним своим тоном, полным материнской заботливости, – что бы там между вами ни произошло, понимаешь… в общем, не важно, что между вами случилось, но двери нашего дома всегда для тебя открыты. И если ты захочешь приехать, вместе с друзьями, например – мы будем тебя ждать.

Алисса смолкла в изумлении.

– Для меня ты стала членом семьи, – добавила Мелоди. – И для Карла – тоже. Знаешь, мы оба были вне себя, услышав, что…

После длительной смущённой паузы девушка ответила, тщательно проговаривая слова:

– О… Спасибо, Мелоди. Я тоже успела к вам привязаться. Для меня это очень важно.

На той стороне трубки, к счастью, не могли видеть её заплаканных глаз. Алисса закрыла рот ладонью, удерживая рыдания. Мелоди продолжила говорить что-то, а она различила только:

– … это не важно, я просто хотела убедиться, что ты в порядке. Мы с Карлом беспокоимся. За вас обоих.

Девушка беззвучно вдохнула в лёгкие побольше воздуха и заговорила, как ей казалось, вполне непринуждённым тоном:

– Я понимаю. У меня всё в порядке. Со мной мои… подруги. Я справлюсь.

– Правда?

Судя по встревоженному голосу, она звучала совсем неубедительно.

– Да-да. Конечно, – сказала та, надеясь показаться беззаботной. И, чтобы усыпить бдительность, спросила как можно непринуждённей: – А как там Маркус? Он не с вами?

– О, он сейчас в Англии, – ответила Мелоди удивлённая. – Ты разве не знала?

– Нет. Я больше ничего о нём не знаю.

– Ах! Ну, в общем, да… Он позвонил нам час назад. Он там уже давно. Поселился в квартире, которую оставил ему дядя Альберт. Мы бы и не узнали, что Маркус на другом конце света, если бы ему не взбрело в голову вернуть себе парочку книг. Попросил нас отослать вещи в Лондон, как ни в чём ни бывало. Как это похоже на него!..

– Да уж, – ответила Алисса.

Мелоди несколько раз уточнила, не хочет ли она приехать к ним в Фэйрвью. Её ответ был вежливым и твёрдым. Миссис Батлер, разумеется, почувствовала что-то не то, но решила, что не имеет права настаивать. Когда Алисса с неизменной вежливостью попрощалась и положила трубку, Мелоди устремила взгляд на супруга. Карл восседал в кресле, напряжённый и мрачный. Он до сих пор был вне себя после звонка сына. Она привыкла, что почти все их разговоры заканчивались ссорами, но такого грандиозного скандала в доме не было уже давно.

Мистер Батлер приподнял брови в немом вопросе. Мелоди, вздохнув, присела на подлокотник его кресла.

– Она очень подавлена. Мне показалось, она вот-вот расплачется. Бедняжка! Что же между ними произошло?

– Что бы там ни произошло, в одном я уверен: во всём виноват Маркус, – изрёк Карл без толики сомнения. – Натворил что-то и умчался на другой конец света, подальше от своего стыда. Он и в детстве был таким. Раз уж ты совершил ошибку – неси за неё ответственность, так я его и учил…

– Видимо, он чувствует себя виноватым, – заметила Мелоди. – Виноватым настолько, что ему легче исчезнуть, чем примириться с тем, что натворил. Зря он это. Очень зря. Это всё так глупо! Теперь они оба должны страдать! Алисса, конечно, ничего не скажет, но я же слышала – она совсем потерялась…

– Да, это всё ужасно неприятно, – сказал Карл с приличествующей сдержанностью. – Порой я скучаю за временами, когда можно было решить все проблемы, поставив его в угол. Или выпоров.

– Никогда ты его не порол, – изобличила его Мелоди, хмыкнув. – Ни за что в это не поверю!

– Да, не порол. Ну и зря, как оказалось.

Миссис Батлер встревоженно огладила складки на юбке.

– Может, стоит поговорить с ним лично? Надо же выяснить, что случилось. У тебя, случаем, нет никаких дел в Лондоне?

– Вскоре намечаются. Но, дорогая, боюсь, любые мои попытки вмешаться только усугубят положение. Ты что же, не знаешь Маркуса? Такого упрямого осла ещё поискать. Я годами пытался на него повлиять, и чем сильнее пытался, тем больше он сопротивлялся, – заметил мистер Батлер. – Помнишь, каким он был подростком? Чего только не вытворял! Я всего-то велел ему вести себя прилично – а он в ответ взял и сбежал из дома, поселившись в какой-то палатке у моря! И что сказал, помнишь? «Лучше быть бездомным бродягой, чем жить с тобой»! Ещё через пару лет снова сбежал, жил сам по себе, вот смеху-то было! Сын Батлеров – доблестный работник супермаркета! Что за шутка! А что он сделал с деньгами, которые я выделил ему на учёбу, помнишь? Вложил в какую-то книжонку! И так всю жизнь! Чего ему не скажи – обязательно поступит наоборот, да ещё и посмеётся!

Мелоди без особых успехов скрыла улыбку. Супруг мог ворчать и злиться сколько угодно, но даже в его ругани улавливалась неизменная любовь к своему единственному дитя. Она была уверена: в глубине души он даже восхищался им, да только сам был слишком упрям, чтобы признаться.

– Тогда лучше всего не вмешиваться, – сказала она. – Нам остаётся только надеяться, что он сам образумится. Но как бы там не стало слишком поздно.

– О чём это ты?

Женщина слегка смутилась под пристальным взглядом мужа. Она коснулась весьма щекотливой темы, которой теперь нельзя было избежать.

– Ну… Он ведь не единственный молодой человек на всей планете, правда? А Алисса… красивая девушка. И мужчины ею интересуются… некоторые, – добавила она значительно.

Карл сразу понял, к чему она клонит. Точнее, к кому. Увлечённость Эйдана Блэкуотера Алиссой не была здесь секретом. Больше того: год назад кто-то из их прислуги даже разнёс по всему Фэйрвью, будто друг Карла неравнодушен к его так называемой невестке. Сколько сплетен и пересудов тут было!

– Надеюсь, до этого не дойдёт, – пробормотал он.

Мелоди безмолвно согласилась с ним. Карл никогда не сплетничал о своих друзьях, но у них обоих было полно знакомых по всей Америке и за её пределами: она предостаточно слышала о похождениях Блэкуотера, его многочисленных романах с молоденькими манекенщицами и даже, упаси бог, о нескольких внебрачных детях. Он считался искушённым соблазнителем. Пока Алисса и Маркус были вместе, Эйдан ничего не предпринимал. Но узнав об их расставании, он в стороне не останется – немедленно перейдёт к действиям. И тут уж останется только гадать: сможет ли Алисса перед ним устоять?

Глава 4. Точка невозврата

Алисса брела домой в опустошении и унынии. Люди неслись мимо, как неслась мимо сама жизнь, а ей не оставалось ничего, кроме как замереть и с завистью наблюдать за чужим счастьем.

«Зря я пошла туда. Всё зря. Наивная дура! На что я рассчитывала? Мне не стало лучше, а наоборот. Нельзя просто довериться незнакомому человеку, сколько раз я это проходила! Какой же дурой надо быть!..».

Она истязала себя всю дорогу до дома. А на выходе из автобуса её уже караулила Нелл. Алисса не ожидала встретить её, но удивляться не приходилось. Нелл бросила работу четыре месяца назад и до сих пор не нашла ничего подходящего. И в отсутствие дел она часто захаживала, чтобы проведать её, пожаловаться на идиотов-работодателей и заодно полакомиться чем-нибудь.

– Привет! – воскликнула Нелл. – Я не знала, когда ты вернёшься! У тебя телефон опять выключен.

После звонка Мелоди Алисса была вне себя и спрятала телефон куда подальше, лишь бы избежать дальнейших звонков. На вопрос Нелл «как всё прошло?» ей даже отвечать не хотелось. Но и сдерживать свои чувства она тоже не могла. Поэтому дома, сидя на кухне над чашкой горячего шоколада, она промолвила краткое:

– По её словам, у меня депрессия. И уже давно. И я… ну, в общем, Маркусу было тяжело со мной. Я стала для него обузой. А измена – это был просто предлог, чтобы расстаться с таким ужасным человеком, как я. Вот так.

Нелл чуть не разлила свой напиток.

– Постой, что? – протянула она, протирая рукой испачканные шоколадом губы. – Ни за что в это не поверю! Она в своём уме? Уж не хочет ли она сказать, будто он специально с этой Стеллой в койку прыгнул?!

Следующие минуты она поносила психолога на чём свет стоит. Алиссе с трудом удалось остановить поток священного негодования. Она рассказала о звонке миссис Батлер, и Нелл тут же переключилась на новую тему. Маркус в Англии! Несчастный врач мгновенно был позабыт.

– А мы с Кэрол всё гадали, где же он! Мы были уверены, Брендан что-то знает, но не говорит, – сказала она, отведя глаза. – Из нас только он с ним и общается. Кэрол устроила ему допрос, но он заартачился. Сказал только, что у Маркуса всё в порядке. Сговорились оба. Тоже мне, партизаны!

«Ну, хотя бы у него всё хорошо», – подумала Алисса отстранённо. Вероятно, он не страдает так сильно, как она. Конечно, с чего бы? Если верить словам врача, то ему как раз должно было стать легче после разрыва, ведь теперь его никто не обременял.

– А ты с Бренданом не видишься? – поинтересовалась она. – До сих пор?

Подруга качнула головой.

– С чего бы нам видеться? – пробурчала она в полупустую чашку. – У него своя жизнь, у меня – своя. Незачем нам встречаться после всего… что было. Ещё и теперь, когда мне всё стало ясно! Я думала, он мне друг, а он просто…

Алисса с присущей тактичностью промолчала и сдержала улыбку. До чего они забавные оба. Один годами прятался в тени друга, боясь раскрыть свои истинные чувства, вторая игнорировала любые намёки, а, когда всё вскрылось, глубоко оскорбилась. Долго ли это будет продолжаться? Нет, они с Кэрол просто обязаны что-нибудь придумать и помирить их!

Напоминание о Брендане омрачило настроение Нелл, и она быстро засобиралась домой. Алисса, проводив её, направилась в супермаркет. Она рассеянно бродила между полок с продуктами – это давно стало для неё одним из тех скучных, но необходимых ритуалов, помогающих отвлечься – и упорно игнорировала незаметную тень, что преследовала её по пятам от самого дома. Только у подъезда с двумя пакетами наперевес Алисса наконец обратила внимание, что некто неизвестный следует за ней по пятам. Насторожившись, она полезла в карман за ключами – исключительно для самообороны. И обернулась.

Тёмные глаза, тщательно обведённые карандашом, насмешливо уставились на неё.

– И что, ты убьёшь меня своими ключами? – поинтересовалась Стелла.

Она демонстративно выпрямила плечи и предстала во всей красе в своём чёрном меховом полушубке и обтягивающих стройные ножки брюках. Кудри каштановых волос рассыпались по плечам, тщательно наманикюренные пальчики прижимали к груди маленькую кожаную сумочку. Она надела туфли на высоких каблуках, несмотря на ненастную зимнюю погоду. Этот гламурный прикид идеально подошёл бы для Нью-Йорка или Парижа с их помпезным глянцем и модными показами, но на краю промышленного провинциального городка образ столь холёной фифы смотрелся довольно нелепо.

– Долго будешь мною любоваться? – поинтересовалась МакКинли. – Фе, а на тебя вот без слёз не взглянешь! Сколько ты не меняла гардероб – уже лет десять? И куда тебе столько еды, интересно? Не верю, что ты всё это съешь! Хотя глядя на твою фигуру… может, и поверю. Похудеть не пробовала?

– Какого чёрта ты здесь делаешь? – промолвила Алисса.

Это всё, что её волновало. Поток гадостей и завуалированных оскорблений был проигнорирован. Как после всего произошедшего эта гадина ещё смела появляться перед ней?

– Да так, решила зайти в гости. Убедиться, что ты до сих пор живёшь своей жалкой несчастной жизнью, – съязвила Стелла. – Ну, ты меня не разочаровала!

Алисса с полминуты молча смотрела на неё, а затем поставила пакеты на ступени и сжала ключи посильнее.

– Тебе жить надоело? – поинтересовалась она. – Ты, как я посмотрю, никак не можешь обойтись без приключений на свою задницу? Ну, это я могу тебе устроить.

Ей даже не приходилось преувеличивать. В последнюю их встречу она была в таком бешенстве, что чуть не порвала мерзавку на клочки; повезло Стелле, что Маркус оказался рядом. Но теперь его не было, и нахалка сама напрашивалась на новую взбучку.

– Да что ты мне сделаешь?! У тебя сил как у цыплёнка, – небрежно бросила Стелла, но в лице её мелькнула тень сомнения. Как будто незаметно она начала отдаляться от соперницы на безопасное расстояние.

Алисса не остановилась. После постылых дней ледяной апатии в ней вдруг пробуждался, хоть и медленно, странный опасный огонь. Она и не думала о Стелле – почти ни разу за эти три месяца. А ведь если бы не она с её коварством и больным рассудком, Маркус был бы здесь. До нахалки вдруг начало доходить, что она станет объектом сконцентрированной ненависти.

– Не подходи! Сумасшедшая! – прикрикнула она, оглядываясь в поисках помощи. – Помогите! Она хочет меня убить!

Прохожие оглядывались, и, к её несчастью, оставались равнодушны или принимали её слова за шутку. Алисса выдавила презрительную улыбку.

– Никогда больше не приходи сюда. Держись от меня подальше, – произнесла она. – Иначе я за себя не ручаюсь.

Ей стоило усилий повернуть обратно. Но Стелла не оценила свалившегося на неё спасения и бросила:

– Эй! Стой! Я только хотела узнать, где Маркус!

Мисс Сторм воззрилась на неё с ненавистью.

– Что ты сказала?

Та процокала на своих каблуках пару шагов и остановилась в нерешительности.

– Я хотела с ним поговорить, – промямлила она неожиданно робко. Она походила на девчонку, допустившую осечку перед строгим преподавателем. – Я неделями караулю у его дома. Телефон недоступен. Он что, уехал?

– Тебя не касается. Убирайся к чёрту, – холодно ответила Алисса.