Полная версия
––На исповеди, –– подсказал Чамча.
––Вот-вот, –– продолжил Койт, –– и потом, Кейт, мы жили с тобой в государстве с правилами и законами, с теми людьми, что заставляют жить по этим правилам, и мы были гражданами, а значит и сами согласились на это. На то, что называют…
––Непреложными атрибутами государства, –– опять встрял Чамча.
Койт подсел к Кейт вплотную и шепнул ей:
––Давай обсудим это там, на воле, без лишних ушей…
***
На сборы у наших беглецов ушло полчаса. Рюкзачки и карманы комбинезонов были набиты под завязку. Кейт даже засомневалась, утащат ли они это всё, но Койт отмахнулся, дескать, под горку пойдёт, а там, может чего и выкинем. И, в отместку Чамче, он засунул шесть банок пива в сетчатый мешок, что снял с днища кислородного баллона и прицепил эту сетку к крючку под рюкзачком.
Прежде чем выбираться наружу, Койт поинтересовался у Чамчи, какие у него есть сведения о происходящем в последние часы. ИИ ответил, что работают только экстренные каналы связи, и он ловит иногда первый канал телевидения Империи. Вся спутниковая группировка противоборствующих сторон уничтожена флотом кольца. Ни император, ни президент республики к нациям не обращались. Боевые действия прекратились, но перемирие, судя по всему, никто не объявлял, как никто не объявил себя победителем, и никто не признал своей капитуляции. Удар с орбиты вывел из строя, по подсчётом Чамчи, до семидесяти процентов вооружённых сил противников. Жертвы мирняка были тоже чудовищными. И ещё, по-видимому, барон начал движуху на федеральных землях, подминая их под себя.
–– Короче говоря, ничего не понятно, но это пока… –– сделал вывод Койт.
Они уже собрались встать на четвереньки и проползти под тягачом, когда Кейт, как обычно, дёрнула Койта за локоток комбеза:
–– Может возьмём его с собой?
––Кого?
––Чамчу.
Койт набрал в грудь воздух и вместо ответа потряс обеими пятернями перед грудью, так, что стороннему наблюдателю сразу было бы понятно, что он просто потрясён идиотизмом сделанного предложения:
–– Какого, едрить, Чамчу? Мы что, серверную с собой потащим?
––Я уверена, что ИИ довольно компактен и мобилен, иначе военные вряд ли бы поступили.
–– Так что же они его с собой не забрали?
––Я довольно надёжно изолирован, –– вмешался в перепалку Чамча, –– к тому же персонал госпиталя явно рассчитывал вернуться, но что-то пошло не так, и мне пришлось оставаться автономным.
–– А ты самостоятельно ходить можешь? –– спросил Койт.
–– Ну, в пределах разумной эргономики я вполне мобилен…
––То есть, у тебя и ручки, и ножки… –– заулыбалась Кейт.
––Я вполне антропоморфен.
––Всё, я отсюда никуда не пойду, пока ты нам не покажешься, –– Кейт скинула поклажу и уселась на баллон из-под кислорода.
–– Я нахожусь в сомнениях, –– Чамча ответил не сразу. –– С одной стороны мне всё равно нужно покинуть безопасное помещение, поскольку заряд изотопных источников истощается, и мне надо переходить на автономное питание от лучистой энергии светила. С другой стороны, я хотел это сделать после вашего ухода, дабы не вызвать у вас реакции отторжения моей внешности…
–– Ты чего, страшненький? –– Кейт отмахнулась, –– да не переживай, мы всякое видали.
––Знаешь, что, –– наконец подал голос Койт, –– говори за себя. А то вылезет твой новый дружок и сожрёт нас за милую душу…
––Я не питаюсь белковой плотью, –– отозвался Чамча, –– я потребляю электроэнергию и атмосферный воздух, мне хватает этого и для функционирования и для утилизации продуктов жизнедеятельности…
––Да выходи ж ты, в конце концов! –– не выдержав, крикнул Койт, –– она ж ведь упрямая как террианский летун, пока своего не добьётся, мы отсюда не уйдём. А ведь как сама рвалась на волю ещё вчера вечером…
Входной шлюз наполнился чувствительной вибрацией. Койт взволновано посмотрел на завал, как бы не начался дальнейший обвал песка. А в это время наверху, на балконе, посыпалась штукатурка, и тотчас открылись створки потаённого помещения, что было за моторным отсеком лифта, в самом углу. Кейт кинулась по лесенке на балкон, и Койт не успел схватить её за руку.
Спрятанная серверная была заполнена флуоресцентным голубым свечением. Кейт почувствовала прохладу и запах грозы. Чамча был ростом не выше её, но гораздо шире в плечах. Он стоял и равнодушно смотрел на Кейт большими карими глазами усталой лошадки.
–– Ну и чего ты стеснялся, ты довольно милый, хотя и с первого взгляда ясно, что ты кукла, жизни в тебе не хватает, –– затараторила Кейт, и продолжая болтать, тащила покорно передвигавшегося Чамчу за собой, –– бедолага, ты столько лет сидел в этой комнатушке. Тебе наверно было страшно, одиноко, тоскливо и печально…
––Я понимаю смысл этих слов, Кейт, –– ровным голосом отвечал Чамча, –– но там мне было безопасно и комфортно. Воздух охлаждался и кондиционировался, я регулярно проходил очистку, мне не о чем было переживать, пока имелся заряд батарей…
Койт увидел, как по лесенке с балкона вслед за Кейт спускается существо, издалека напоминающее ребёнка, но сложенное не совсем пропорционально. Койт сразу отметил, как под ним проминались прутья ступенек, Чамча, очевидно, был тяжеловат. Существо это двигалось уверено, но осторожно, будто просчитывая каждый шаг. Росточком оно было не выше Кейт, но голова чересчур большая, толстая короткая шея, широкая грудная клетка и коротковатые конечности. Если Чамчу и задумывали поместить в тело ребёнка, то ребёнок этот выглядел очевидно нездоровым. Когда Кейт подвела Чамчу ближе, Койт увидел, что кожа ИИ была смуглая, но не производила впечатления живой. Волосы на голове тоже выглядели скорее как запутанная чёрная леска. Одет Чамча был в серебристый костюм без молний.
–– Смотри, Койт, –– Кейт нисколько не смущаясь, повернула голову Чамчи к Койту, –– у него и ротик есть и носик и ушки, и отверстия в них есть.
–– Что за придурки взяли и стпрятали ИИ в тело несуразного мальчишки? И вот на кой ему ротик? –– Койт отодвинулся, не желая быть нос к носу с Чамчей.
–– Мои габариты оптимально подходят для маскировки компонентов, а рот мне необходим для поглощения воздуха, –– ответил Чамча. –– В моей голове находится поглотительный элемент, что сепарирует из атмосферы кислород, водород, азот и углерод, а сопутствующие газы выводятся через ноздри. В голове же у меня и циркуляционной насос, что подаёт обогащённую пасту в процессор. У меня комбинированный процессор, сочетающий квантовые пиксели, нейромодули и позитронные блоки коррекции…
–– То есть башка тебе нужна, чтобы в неё жрать, –– усмехнулся Койт, –– а мы вот башкой думаем, мозги у нас там.
––Я хорошо знаком с людской анатомией, –– никак не отреагировав на усмешку, ответил Чамча, –– если проводить аналогию, то мозги у меня здесь, –– он, хоть никто и не просил, довольно ловко стянул с себя серебристую курточку и ткнул пальцем в грудь.
–– Если мне становится жарко, –– продолжал раскрывать свои секреты Чамча, то я могу охладиться вот так…
Рёбра псевдогруди существа вдруг раздвинулись, показались широкие щели, ведущие в полость грудной клетки, откуда лилось розоватое свечение и тихое гудение.
–– Твою ж… –– Койт дёрнулся, слегка испугавшись подобного превращения. –– Ты прямо как акулий тритон с южного океана.
––Жабр у меня нет, –– констатировал Чамча.
А вот Кейт изумлённо и даже восторженно выпучила глаза:
–– Вот класс, а где твои солнечные батареи, Чамча?
–– Скорее всего, на заднице, –– продолжал иронизировать Койт.
–– Отчасти ты прав, –– ответил Чамча, реально приспустив штаны до колен и повернувшись к Койту.
И тут мальчишка увидел, как сквозь кожу ИИ начали пробиваться фиолетовые шильца проростков, будто террианская осока, что быстро прорастала на заливных лугах великой реки, когда с них сходила весенняя вода. И вот не прошло и минуты, как вся спина и ягодицы Чамчи превратились в гибкую солнечную панель, состоящую из тысяч шестиугольничков. Кейт, то ли придуриваясь, то ли и вправду в порыве экзальтации, захлопала в ладоши, и вдруг тихо-тихо спросила:
–– Чамча, а в попе у тебя тоже дырочка есть?
––Послушай, Кейт, ты совсем головой повредилась? –– не дав Чамче ответить, возмутился Койт, ––что за дебильные вопросы.
––Ну мне и правда интересно, –– Кейт даже присела, будто того и гляди заглянет, есть ли там у Чамчи анус или нет.
––Да, у меня там есть технологическое отверстие, через которые можно эндоскопически производить замену блоков и профилактику процессора, –– Чамча, похоже, был готов даже продемонстрировать Кейт это отверстие, но девчонка уже повернула ИИ к себе передком.
–– Узнаю военных, –– Койт усмехнулся, но как-то зло, –– у них тяга делать важные дела через одно место… Не ожидал от тебя такого поведения, Кейт, я думал, что ты, (Койт искал подходящее слово), что ты деликатная девчонка, а ты натуральная…
И тут он выдал такой эпитет из подворотни, что Кейт замахнулась, явно целясь попасть Койту ладонью по губам.
–– Я всю жизнь мечтала о таком пупсе, дурак, –– пыталась пояснить своё поведение Кейт, –– он же кукла моей мечты, Койт, моей детской девчоночьей мечты. У него даже причиндальчики все на месте. Посмотри сам.
Ну да. Половая принадлежность Чамчи не вызывала сомнений.
–– И что тебе туда засунули? –– криво усмехнулся Койт.
––Пенис, это выносная антенна, а тестикулы в мошонке, это модуляционные блоки, –– на полном серьёзе выдал Чамча.
Койт зашёлся в беззвучном смехе:
–– Ну теперь понятно, что он ни одну волну поймать не может, мелковата антенка-то…
––Ты не обижайся, не слушай дурака, –– Кейт протянула руку к Чамче, –– А он у тебя мягенький?
––Ну ты точно долбанутая, –– Койту стало реально противно, –– давай, прощупай там всё как следует. А тебе Чамча, лучше было бы быть девчонкой, было бы ещё одно технологическое отверстие, чтобы засунуть туда чего надо…
––А вот за это тебе не ладонью по губам, а розгой по жопе надо… –– реально обидевшись, зашипела Кейт.
–– Да пошла ты, –– Койт тоже не на шутку окрысился, –– тебе самой-то хоть раз прилетало вот так, розгой?
––Знаешь что, ёжик белобрысый, я пожила своё с вашими монашками. Там мать настоятельница душеспасительным беседам предпочитала посвистывание пластикового прута в полуподвальчике, под визги попавшихся ей под плохое настроение и горячую руку девчонок.
И тут у Койта в мозгах понеслось-поехало. Он на удивление ярко и живо представил себе жаркий и сырой полуподвальчик с щербатыми кирпичными стенами. И жгучий солнечный лучик через мелкое оконце, что ярко пригревает голую попку Кейт, так, что видна и гусиная кожица и мелкие тонкие волосёнки, что вздыбились от ужаса предстоящего наказания. А вот и мать настоятельница, в образе матушки Эммы, попадьи настоятеля чектаунского собора, что взмахнула почему-то белого цвета пластиковым прутом и, прицелившись, безжалостно со свистом опустила его. И Койт представил себе взвизгнувшую Кейт, и тотчас его колышек вскочил, как заснувший на посту дневальный, которого застукал Нахнахыч.
«Вот блин!» –– пронеслось в голове Койта параллельно видению, ––«Неужто теперь у меня постоянно будет такая хрень…»
Мальчишка вскочил и бросился к засыпанному тягачу, на ходу подцепив рюкзачок и штурмовую винтовку, истерично крича оставшимся у него за спиной Кейт:
––Вот и оставайся здесь со своим кукольным дружком, а я пойду на волю! Можешь сюсюкать и щупать своего пупса сколько хочешь….
Койт, пыхтя, полз по желобу и лихорадочно думал, что ведь ещё совсем недавно он совершенно был равнодушен к этим любовным делишкам и жил себе спокойно и, в этом отношении, совершенно беззаботно. И вот –– на тебе. И стыдно, и глупо, и хочется, ой как хочется ещё раз почувствовать тёплую капельку на бедре… Почему всё так быстро перевернулось в его простой ребячьей жизни? Вроде бы ответ на этот вопрос требовал глубокого осмысления, но ответ Койт придумал тут же, ползя в водостоке, и ответ этот даже заставил его замереть, поскольку пронзил его разум молнией. Конечно! Он же принял веру, он крестился, он давал обещания следовать указанному господом пути. А раз так, то тут же под бочок к нему притулился не иначе как сам сатана. Вот кто его мучает и искушает. Койт обрадовался этому выводу. Получается, что он вроде как ни в чём не виноват. Что он как был хорошим мальчиком, так и остался. А это приставший к нему бес возбуждает и его плоть, и бередит разум развратными видениями…
Ещё секунда, и башка Койта высунулась бы из-под тягача над асфальтовой площадкой. Но боженька остановил его. Вразумил. И Койт сам удивился, насколько быстро вожделение сменилось липким страхом совершить непоправимую ошибку. Наверняка, выталкивающий завал тягач разбередил всю округу, и если где-нибудь поблизости был летучий отряд штурмов или погранцов, то их снайпер наверняка взял на прицел входной шлюз. Или залётный дрон завис в задумчивости над входом. И ещё мгновение, и белую тыковку Койта разнесло бы пулей или осколком, и, здравствуй, корабль, плывущий к неизведанным берегам…
Вот было бы зеркальце… То, спасительное зеркальце мышонка. Койт высунул бы его наружу, побликовал, снайпер, если он там и вправду есть, точно бы не выдержал и пальнул бы… Но зеркальца не было. Койт помедлил ещё несколько секунд, а потом взял глок и просто выкинул наружу рюкзачок. Загрохотали пивные банки. Тишина.
Койт змейкой сам выполз на волю. Его обдало жарой богатого на солнце практически уже летнего дня.
***
–– Вы поругались и расстались. Койт ушёл от Кейт и это нехорошо, ведь поодиночке вы гораздо слабее. –– Чамча вроде как рассуждал вслух, глядя, как зад мальчишки, на котором болталась сетка с пивными банками, исчезает под тягачом. –– Тебе надо догнать его, Кейт. Иначе он уйдёт, и вы потеряете друг друга…
––Чамча, пойдём с нами, –– Кейт пыталась сдвинуть Чамчу с места, как и Койта, схватив за ткань на локотке курточки, но как там, в серверной, не получилось. Теперь Чамча никуда идти не собирался, а сам он был куда тяжелее мальчишки и с места не сдвигался.
–– Я не могу Кейт, не могу без приказа. Даже если и война закончилась, даже если сам главком это объявит, то я не покину госпиталь без команды непосредственного начальника, то есть главврача или его зама, или кого-нибудь вышестоящего из управления медицинской службы вооружённых сил республики. Ты, Кейт, мне кажется, должна это понимать.
––Должна… –– Кейт вздохнула. –– Сколько ты протянешь?
––Если ты имеешь в виду время моего функционирования, то мой изотопный блок, –– Чамча положил руку на живот, –– рассчитан лет на пятьдесят. А если я перейду на частичную подзарядку от светила, то по энергетическим запасам я и век протяну. Труднее будет с программным обеспечением и функционированием процессоров. Нужна профилактика, иначе я теряю когнитивные функции…
––У людей это называется Альцгеймером…
––Кейт, пока мы говорим, Койт может уйти далеко. Я не имею возможности следить, что происходит снаружи…
–– Да что ты за меня переживаешь! Койт не оставит меня одну. Этот мальчишка без меня и ста шагов не сделает, не вляпавшись в какую-нибудь какашку. Даже если я два дня буду тут с тобой сидеть, он всё равно как собачонка будет крутиться около, а то и сам сюда заявится, проверить, не случилось ли что со мной…
Кейт подумала, обняла Чамчу и погладила его по проволочной шевелюре:
––Обещаю тебе, что вернусь и освобожу тебя. Как, когда –– я не знаю, но ты должен ждать меня и надеяться.
––Хорошо Кейт, я буду ждать…
И прежде чем Кейт нырнула под тягач, она попросила Чамчу:
––Ну, может попробуешь улыбнуться-то на прощанье?
Чамча подвигал мускулами лица, типа «я улыбаюсь», но Кейт только покачала головой:
––Ладно, не надо тебе изображать эмоции, не получается у тебя…
––Я знаю Кейт, я военный ИИ, и мне эмоции не нужны.
***
Койт подполз к краю обрыва и глянул вниз. Весь склон, да и сам асфальт были усеяны разноцветными мелкими стеклянными капельками и сопельками. А вот сползшая вниз воротина и куски бетона обнажили совершенно иную породу. Остекленение ландшафта произошло потому, что Койт увидел менее чем в километре внушительного вида эллиптическую воронку, на дне которой чернела плюшка вроде как металла. Воронка разорвала дорогу, а взрыв превратил всю растительность в округе в пёструю тёмную пыль. Койт догадался, что это, наверняка, взорвались позитронные батареи их с Кейт экзотов. Для боеголовки кольца воронка, да и сам масштаб взрыва были просто ничтожны.
Койт лёг на спину на нагретом Альсафи асфальте. Тепло приятно успокаивало его сорванную погрузчиком поясничку. Он закрыл глаза и опять подумал, что вот если бы при нём кто-либо посмел ударить Кейт, пусть даже за дело, он бы тотчас бросился на обидчика. Пусть даже и без оружия, пусть даже и пришлось вцепиться врагу в горло своими не знавшими зубной щётки, жёлтенькими но острыми и крепкими зубками…
––Лежишь, жопу греешь, –– раздался знакомый голосок.
Койт открыл один глаз, да и тот прикрыл ладошкой от солнечного света:
–– А где твой пупсик, что, под тягачом застрял? Я его вытаскивать не буду…
––Он не пойдёт с нами Койт. Он не может без приказа…
––То есть, ты вылезла сказать мне прощай и остаёшься с ним на веки вечные?
Вместо ответа Кейт схватила Койта за грудки и с неожиданной силой встряхнула мальчишку, поставила его на ноги, да ещё и пару раз ударила снизу по скуле, не выпуская из кулачка ткани ворота койтового комбеза:
––Да ты реально ревнуешь, –– Кейт смеялась, но, пожалуй, с толикой досады в голосе.
––Ты чего, чего… –– Койт слегка опешил, такой энергичности подружки.
––Вот что ты сейчас чувствуешь, Койт? –– не унималась Кейт, –– Обиду, досаду, недоуменнее, злость… Да, ты злишься Койт, потому что ты человек. И я человек. Мы с тобой дети, из которых сделали два чёрт-те что. А вот Чамча ни хрена не переживает. Ни за себя, ни за нас. Это нам только кажется, что он волнуется, а он просто констатирует вероятный исход, будто консультирует хирурга при операции, для этого он и создан. Эх, был бы у нас в поезде такой… Чамча, Койт, в отличии от нас, это просто чёрт-те что, из которого сделали подобие ребёнка. Но он нас спас, и мы в долгу перед ним. Ему может и наплевать, где он сдохнет, хорошо, что хоть в этот раз не от твоей пули, а я вот не хочу, чтобы он потихоньку сходил с ума без профилактики.
Кейт отпустила друга и приблизилась своим лицом к лицу Койта:
–– Ну, ревность прошла? Сейчас в нос укушу…
Койт испугано сделал шаг назад и сказал явно глупость:
––Это… Не надо, у меня козявки от пыли…
––Так возьми и промой же, –– Кейт рассмеялась и начала спускаться вниз по склону, скользя ступнями.
Койт поспешил за ней, поровнялся, и притормозил подружку:
––А вот насчёт того, что не от моей пули, и что ты просила меня не убивать больше… Так не получится Кейт. Ты сама понимаешь, кто мы такие. Так просто в нашу гибель не поверят. За нами будет охота. Уж бароновские ищейки точно на след встанут… Да и мир кругом одни предатели и сволочи…
––Ну, не прям же все…
––Да в основном… А ты, вот опять говорю, то рвалась в бой, а теперь считаешь что всё, твоё чувство мести удовлетворено?
––И да и нет… Но одно я тебе, Койт, скажу точно. Теперь, если что, моя очередь убивать. Или ты во мне сомневаешься?
––Да уж после твоих выкрутас с Чамчей я ничему не удивлюсь. –– Койт показал Кейт на воронку, –– А это ведь батареи наших экзотов рванули, слышишь, Кейт.
Но девчонка не посмотрела в ту сторону, она вообще не оглядывалась, а шла себе вперёд по дороге, смотря под ноги. Шла вперёд уверено, вроде как и не заботясь ни о дронах, что могли видеть и атаковать их парочку сверху, ни о тех, кто могли неожиданно появиться им навстречу за любым поворотом пути, в отличие от заметно нервничавшего Койта, что вертел башкой по сторонам и, прищурившись, иногда поглядывал на небо.
Глава 4.
Подбиральщики.
Они шагали уже долго. Шагали по пеплу и стеклянным сопелькам. Раньше тут, наверное, была густая растительность, а теперь от неё ничего не осталось. Постепенно кустарник, сгоревший напрочь, в пепел, стал переходить в просто спалённый на корню буш, торчащие чёрные и бурые стволы. Еще шагов через пятьсот стали попадаться растения с более-менее целыми стволами и скелетными ветками. Прошагав ещё минут тридцать, Койт и Кейт были окружены бушем, не горевшим, а просто спёкшимся от жара, даже листья были на месте, только поникшие и скручены. Если бы кругом были земные растения, то наши путники морщились бы от невыносимого запаха гари, но террианская флора, хоть и была по сути белковой, но состояла из иных кирпичиков жизни, поэтому для человека практически не пахла. На Терре три не было цветковых растений, что опылялись насекомыми или иными представителями животного мира, поэтому и природа с человеческой точки зрения не благоухала. Поэтому резкий и неприятный запах, принесённый слабым порывом ветра из-за поворота дороги, напугал сперва Кейт ( она остановилась и без слов показала пальцем на свой нос), а затем и Койт уловил весьма противоречивый и несомненно тревожный аромат. Тут был и запах нечистот, и кислый дух отрыжки, как после перееденных сырников. Этот запах мог идти только от присутствия людей, причём с этим людским поселением случилось явно что-то нехорошее.
–– Может обойдём стороной, Койт? –– Кейт явно побаивалась идти за поворот.
–– Ну же, смелей, девчонка, –– Койт взял наизготовку штурмовую винтовку. –– Нам всё одно через кустарник не пролезть, сама же знаешь этот террианский буш. Пусть они нас боятся, а не мы их.
Койт положил цевьё винтовки на предплечье, ближе к локтю. Так он сможет, поворачиваясь всем телом, вести огонь длинными очередями.
За поворотом, на прогалине, был бивуак беженцев. Было непонятно, то ли они пришли сюда после ядерной атаки, то ли ядерная атака застала их в этом месте. Стояли три каркасные палатки, вроде не опалённые, но уже завалившиеся на землю, и надувной медицинский модуль, вход в который был раздвинут и было ясно, что он пуст. Вся поляна была усеяна трупами, обезображенными в разной степени. Все они были буквально облиты сочившейся кровью, что застывала крупными каплями прямо на телах. Многие были либо совершенно без одежды, либо в одном белье. Кожа, где её было видно, была в белёсых, наполненных слизью волдырях ожогов, а кое с кого она слезла просто струпьями, обнажив жир и тёмное багровое мясо.
Койт оцепенело осматривал груды мертвецов, а Кейт выглядывала из-за его спины, до боли вцепившись пальчиками в плечи мальчишки:
––Они попали под лучевой удар, Койт. Это радиация буквально разорвала их тела. –– шептала она, –– клетки просто не могут держаться друг за дружку, и ткани тела расползаются как сгнившая половая тряпка…
––Мне больно, Кейт, отцепись… –– девчонка, тотчас, и вправду опомнилась и ослабила хватку.
––И запах точно как от гнилой тряпки… –– прошептал Койт.
Тут стало ясно, что мертвы были не все. На большом куске ткани, что была пристелена к стенке медмодуля, ещё шевелились пятеро бедолаг, будто специально сползшихся в одно место. Двое мужиков лежали на спинах и хрипели, их головы были повернуты на бок, и изо рта у них при выдохе брызгала кровь. К надувной стенке прислонилась немолодая женщина в одних легенсах. Койт видел, что её большие груди были буквально дырявыми, пожалуй, в эти зияющие серозные полости можно было засунуть палец. На краю застеленного пространства лежали две окровавленные длинноволосые фигурки. Две девчонки, возрастом лет четырнадцать и лет десять, не более. Их светлые волосы были уже не столько на голове, сколько спутанными клоками валялись вокруг них. Все эти несчастные уже явно не воспринимали окружающий мир, во всяком случае, никак не отреагировали на появление рядом чужаков.
–– Надо оборвать их мучения, Койт, –– шепнула из-за спины Кейт.
Койт положил винтовку на землю и достал из-за пояса глок:
––Сама говорила, что твоя очередь. На. Только стреляй в висок, от лба может отрикошетить.
––Нет, Койт, нет…. –– Кейт отшатнулась, –– только не так. Им не должно быть больно и страшно…
––Да куда уж страшней и больней… Ладно. Я сам…
