Время любить. Вторая любовь

– Конечно. Руками, – ответил Максим. – У нас тут никто на удочки не ловит.

– Разве можно поймать рыбу руками? – еще больше удивился Лёшка.

– Пойдём, научу, – сказал Максим, вставая.

Лёшка взглянул на Машу, молча спрашивая разрешения. Она подумала, если Лёшка с Максом побродят по мелководью, в этом нет ничего опасного, и чуть заметно кивнула. К тому же Маше очень хотелось поболтать с подругой наедине.

Максим и Лёшка закатали брюки до колен, спустились к речке и пошли вверх по течению к небольшой заводи.

А Маша и Таня остались валяться на покрывалах под жарким июньским солнцем, потягивая прохладный морс.

– Твой Лёшка настоящий красавец, – сказала Таня, когда мужья отошли достаточно далеко. – У него идеальная фигура. Спортом занимается?

– Какой спорт, Танька, у него же сердце больное. Но он старается держать форму. Кстати, у Максима фигура тоже ничего. Почему он не разделся? Меня стесняется, что ли? Или ты не позволяешь мужу раздеваться при чужих жёнах?

– Нет, – Таня хихикнула. – Просто я сегодня ночью ему всю спину исцарапала!

– Как? – удивилась Маша. – За что?

– А ни за что, – Таня смущенно зарделась. – В общем, я решила последовать твоим советам. Ну, пару фильмов еще вспомнила, Ленкины рассказы... Зажгла в спальне свечи, и разрешила Максиму смотреть на меня, и делать всё, что он хочет.

– Ну, и что он делал? – полюбопытствовала Маша.

– Он сначала удивился... спросил, что случилось, и зачем свечи. Тогда я сказала, что беременна, и с этого момента у нас всё будет по-другому. Он, конечно, очень обрадовался, что у нас будет ребёнок, и сказал, что нам теперь нельзя заниматься... этим. А я ответила, что у него устаревшие сведения... Но, честно говоря, Маша, мне сначала было очень неудобно и стыдно, когда Максим раздел меня и начал трогать. Но потом я забыла об этом, так мне стало хорошо. Максим стал меня гладить и целовать... везде... Мне было так приятно, что хотелось кричать, я еле сдерживалась. А потом... знаешь, мне всегда было немножко больно, когда... ну, ты понимаешь... и даже противно. А вчера мне просто хотелось вывернуться наизнанку, чтобы быть еще ближе к Максиму. Я так прижимала его к себе, что сегодня даже руки болят. Вот тогда-то я и исцарапала его, непроизвольно... Маш, ты права, это на самом деле было здорово. И нисколько не больно. Это... в общем... приятно до неприличия. Я даже не помню, как уснула. А когда проснулась, чуть со стыда не сгорела. Совершенно голая, при свете дня... и Максим смотрит на меня. Так неудобно...

– Почему неудобно? – удивилась Маша.

– Потому что всё, что мы делали, ужасно неприлично.

– Почему неприлично?

– Он трогал меня... там... руками! – Таня покраснела до корней волос от смущения. – А я – его... Ну... он попросил...

– Тань, Макс твой муж, и когда вы наедине, между вами не может быть ничего неприличного, – возразила Маша. – Гораздо неприличнее просто целоваться с полузнакомым парнем где-нибудь в подворотне.

– На что ты намекаешь? – прищурилась Таня.

– На то, как ты наставляла меня, как вести себя с парнями, чтобы понравиться им, – ответила Маша.

– Это было давно, и неправда, – махнула рукой Таня.

– Но кое-что из твоих наставлений я усвоила, – добавила Маша.

– Что? – полюбопытствовала Таня.

– Самой сделать первый шаг навстречу, – ответила Маша и пояснила: – Мы с Лёшкой были близки в первый раз через две недели после знакомства.

– Машка, разве я этому тебя учила? – возмутилась Таня, снова краснея.

– Ты учила меня быть менее скованной и более смелой. Вот мне и пришлось проявить смелость на полную катушку. Это было необходимо.

– Зачем? – удивилась Таня.

– Понимаешь, Тань... – начала Маша, решив рассказать подруге, почему Лёшка считал, что не имеет права любить, и как она хотела разубедить его в этом. Но не успела.

Со стороны речки девушки услышали вскрик. Маша сразу вскочила:

– Лёшка! – и бросилась к реке.

– Маш, ты куда? – Таня побежала за ней.

– Это Лёшка кричал, там что-то случилось, – ответила Маша, не останавливаясь.

– Машка, он же не маленький ребёнок, что ты всполошилась?

Маша не ответила, продолжая бежать к речке.

В заводи с медленным течением Лёшки и Максима не было. Маша с Таней побежали дальше. Они нашли своих мужей за излучиной речки на каменистом перекате. Лёшка лежал на камнях наполовину в воде, лицо исказила гримаса боли. Максим сидел рядом на корточках. Вид у него был испуганный.

– Максим, что произошло? – спросила Маша.

– Да ничего, – растерянно ответил он. – Мы шли по перекату, разговаривали... Лёшка поскользнулся и упал... И встать не может...

– Ясно, – кивнула Маша и склонилась к мужу. – Лёш, где больно?

– Не знаю, – одними губами прошептал он.

– Максим, помоги, – попросила Маша.

Они вытащили Лёшку из воды на траву. Маша сняла с него мокрые спортивные брюки. И Таня с Максимом увидели многочисленные шрамы на его теле.

– Что это? – тихо спросила Таня.

– Потом расскажу, – ответила Маша и снова склонилась к мужу. – Алёша, попробуй пошевелить пальцами ног, – попросила она.

Он пошевелил, морщась от боли.

– Слава Богу, все в порядке, дорогой, – облегченно вздохнула Маша, и Лёшка слабо улыбнулся ей в ответ.

Маша села рядом, чтобы ему было удобнее, положила его голову к себе на колени. Он лежал, закрыв глаза. Таня и Максим топтались рядом, ничего не понимая. Так прошло минут двадцать.

– Где больно, Лёшка? – снова спросила Маша.

– Правое колено. Там, наверное, синяк, – ответил он, не открывая глаз.

– Да. Небольшой, – согласилась Маша.

– И спина. Как всегда, – добавил Лёшка.

– Идти сможешь?

– Не знаю... попробую, – он открыл глаза и взглянул на Максима. – Извини, напугал тебя. Я сам испугался... Макс, Таня, извините, что испортил вам отдых.

– Да ничего... всё равно уже пора домой, – ответил Максим.

Маша помогла Лёшке встать и дойти до дома. Максим и Таня несли корзину и покрывала.

– Мы переночуем сегодня у мамы, – сообщила Таня, когда они подошли к дому Веселовых. – Я забегу к тебе вечером, можно?

– Конечно, – кивнула Маша.

Дома она уложила Лёшку в постель, сделала массаж, натерла спину обезболивающей мазью. Ему стало лучше, но по опыту Маша знала, что после падений спина у него болит не меньше трёх дней, и их придётся провести в постели.

*

Таня пришла в девять вечера, Лёшка уже спал. Маша сидела у телевизора и вязала.

– Привет, – сказала подруга. – Как Лёшка?

– Нормально, – ответила Маша. – Спит.

– А что с ним произошло? – спросила Таня.

– Лёшке нельзя падать, – объяснила Маша. – У него повреждён позвоночник... Будешь чай?

– Буду.

Маша накрыла стол в гостиной. Мама ушла поболтать к соседке, и подругам никто не мешал разговаривать.

– Ты обещала рассказать, откуда у Лёшки эти ужасные шрамы, – напомнила Таня.

– Нисколько они не ужасные, – ответила Маша. – Он получил их, когда мы еще не были знакомы. Три года назад по нему проехал комбайн, раздробил тазовые и бедренные кости. Повреждение позвоночника тоже оттуда.

– Какой ужас! – воскликнула Таня, округлив глаза. – Ой, Машка, так он же совсем больной!

– И что?

– И ты уверяешь всех, что счастлива с ним?

– Конечно.

– А я что-то сомневаюсь.

– Почему ты думаешь, что я вру? Зачем мне врать?

– Ну... не знаю... Зачем-то же врала в седьмом классе... извини, я не хотела тебя обидеть... Может, тебе просто стыдно признаться, что ты несчастлива?

– Я счастлива. Но если не веришь – не верь. Мне без разницы.

– А когда ты узнала, что он такой больной? – спросила Таня, подозрительно прищурившись. – Наверняка уже после свадьбы?

– Нет, раньше. Когда познакомились, тогда и узнала.

– Машка, тогда я не понимаю, зачем ты за него замуж-то пошла?

– Потому что люблю.

– Хорошо, что у вас детей нет, – с сочувствием в голосе проговорила Таня.

– Это почему же хорошо?

– Да, Маша, и не вздумай рожать, – жестко сказала Таня.

– Это еще почему?

– Ты что, сама не понимаешь? Он сердечник, а пороки сердца передаются по наследству. А повреждение позвоночника еще хуже! Не ровен час, у него ноги отнимутся... не дай Бог, конечно, – быстро проговорила Таня, поймав возмущенный Машин взгляд. – Что ты будешь делать с инвалидом, да еще с ребёнком на руках?

– Танька, не учи меня жить! Напротив, я собираюсь родить от Лёшки детей, и чем больше, чем лучше!

– Машка, ты сошла с ума! – воскликнула Таня. – Ну, нельзя же настолько поддаваться детской мечте, чтобы выйти замуж за парня только потому, что его зовут так же, как того, которого ты придумала!

– Таня, как ты не можешь понять, я его люблю! А что его зовут так же, совпадение!

– Да нет, ты просто вбила себе в голову, что любишь его, еще в седьмом классе, вот и всё. И связала себя с таким больным человеком, как будто здоровых тебе мало!

– Я его люблю, – упрямо повторила Маша.

– Я понимаю, он, конечно, красавец, и умница, но надо же и о будущем думать, – назидательно проговорила Таня.

– Нет, мы никогда не понимали друг друга, и не поймём, наверное, – Маша вздохнула. – Можешь оставаться при своём мнении, а я останусь при своём.

– Ладно, – Таня встала, собираясь уходить. – Но запомни, что я тебе скажу: ты еще наплачешься со своим Лёшкой.

– Это моя проблема, – холодно ответила Маша.

Таня ушла, а Маша убрала со стола и пошла спать. Лёшка спал спокойно и безмятежно. Дыхание было ровным и глубоким. Маша смотрела на мужа несколько долгих минут, и думала: «Боже, какое это счастье – даже просто смотреть на него».

*

К субботе Лёшка поправился, поэтому, когда пришла Лена и пригласила Машу и Лёшку на танцы, они согласились.

– А ты с кем пойдёшь? – поинтересовалась Маша.

– Как это с кем? С вами, – с усмешкой ответила Лена.

– С нами – это понятно. А твой Вадим разве не пойдет?

– Я давно с ним рассталась, – махнула рукой Лена.

– Как давно? – удивилась Маша. – Еще два месяца назад на свадьбе у Широковых вы были вместе.

– А после расстались, – равнодушно ответила Лена. – Ну ладно, я зайду за вами часиков в пять.

– Заходи, – кивнула Маша.

Вечером Маша, Лёшка и Лена отправились на танцы в районный Дом Культуры. Лена была очень весёлой и оживленной, и всё время разговаривала с Лёшкой, не давая Маше вставить ни слова. Ей хотелось сказать подруге: «Ты всё еще считаешь, что Лёшка слишком хорош для меня? А Танька уже так не считает». Но Маша только мысленно усмехалась.

Лёшка, как галантный кавалер, танцевал с Машей и Леной по очереди. Она не отходила от Лёшки и Маши даже в перерывах между танцами. Маша с затаенной улыбкой наблюдала, как Ленка строит глазки Лёшке.

Танцуя с Лёшкой в свою очередь, Маша сказала:

– Ты заметил, как Ленка всеми силами пытается тебя очаровать?

– О, да, – улыбнулся он. – Наверное, она ничего обо мне не знает?

– Конечно. Никто пока не знает, кроме Таньки. А она не успела никому разболтать.

– Лена уже интересовалась, что хорошего я в тебе нашёл. Это было сказано в мягкой, завуалированной форме, но суть я понял. Нет, она, конечно, заверила меня, что ты прекрасный человек, она уважает и любит тебя, как подругу, но мы... чисто по её мнению... как бы не очень подходим друг другу. То есть совсем не подходим.

– А ты что ответил?

– Сказал, что влюбился в тебя с первого взгляда, именно о такой девушке мечтал всю жизнь и считаю нас с тобой идеальной парой. По-моему, ответ не очень понравился Лене.

– А если ты меня сейчас поцелуешь, это ей понравится еще меньше, – лукаво проговорила Маша.

Лёшка улыбнулся, и поцеловал жену. Она хотела посмотреть, какое впечатление поцелуй произведет на Лену. Но глаза закрылись сами собой, а когда она их открыла, увидела, что подруга смотрит в другую сторону, и рядом с ней появились Таня и Максим. Таня что-то выговаривала Лене, поглядывая на Машу и Лёшку, а та слушала, иронично усмехаясь.

– Широковы пришли, – сообщила Маша. – И, по-моему, Танька рассказывает Ленке о тебе.

– Пусть рассказывает, – спокойно ответил Лёшка. – Интересно посмотреть, как Лена отреагирует на Танину информацию.

Танец закончился, Маша с Лёшкой подошли к Лене, Тане и Максиму. Маша с Таней не виделись несколько дней – с того вечера, когда они практически поссорились.

– Добрый вечер, – вежливо поздоровался Лёшка с супругами Широковыми.

– Привет, – сказала Маша, украдкой наблюдая за Леной.

Ничего особенного в поведении подруги она не заметила. Лена продолжала, как ни в чем ни бывало, строить глазки Лёшке.

«Может, я ошиблась, и они говорили не о нём», – подумала Маша.

Снова зазвучала музыка, Лёшка пошел танцевать с Леной. Максим тоже пригласил какую-то девушку, потому что Таня и Маша танцевать отказались.

– Ты обиделась на меня, да? – спросила Таня после недолгого молчания, поняв, что Маша не собирается заговаривать первой.

– А ты как думаешь?

– Ну, извини, я, наверное, была неправа. То, что ты рассказала о Лёшке, так неожиданно... Я была шокирована. Но подумала, и поняла, что если бы Максим попал под комбайн, я бы всё равно его любила, и всё равно пошла бы за него замуж.

– Рада, что ты поняла меня, – сказала Маша потеплевшим тоном.

– Но детей, Машка, вам всё равно не надо заводить, – добавила Таня.

– Опять ты за старое! – нахмурилась Маша.

– Ладно, ладно, не будем об этом, – Таня решила замять тему, и перевела разговор на другое. – Кстати, Маша, ты заметила, как Ленка вовсю ухлёстывает за твоим Лёшкой?

– Заметила, – Маша усмехнулась. – И мне очень весело наблюдать за её стараниями.

– Тебе будет очень весело, когда Ленка уведёт у тебя мужа, – проворчала Таня, и добавила: – Мы с самого начала вечера за вами наблюдаем, и возмущены Ленкиным поведением. И твоим тоже. Ты ведёшь себя так, будто ничего не замечаешь. Пришлось мне её предупредить, чтобы не увлекалась.

– Не стоило трудов, Танечка, – с усмешкой проговорила Маша. – Да мне не жалко, пусть Ленка бегает за Лёшкой, пока все подошвы не сотрёт до дыр.

– Маш, ну почему ты такая беспечная! – возмутилась Таня. – Говоришь, что любишь Лёшку, а сама и ухом не ведёшь, когда его у тебя отбивают!

– Да, потому что я в нём абсолютно уверена, – сказала Маша.

– Нельзя быть абсолютно уверенной ни в ком! – заявила Таня. – Скажу честно, Маша, хоть я и не в восторге от твоего замужества, но не хочу, чтобы Ленка портила тебе... вам обоим жизнь. Знаешь, из-за того, что Володька женился на другой, она готова мстить всем и каждому, кто хоть немного счастлив. Она даже за моим Максом пыталась бегать, представляешь?

Маша вспомнила, что на встрече выпускников Таня и Лена практически не общались, она это заметила, но не придала большого значения. Таня продолжала:

– Но я её быстро на место поставила, оттаскала за волосы, надолго отшибла охоту строить глазки моему мужу... А раз ты ничего не предпринимаешь, я предупредила её вместо тебя. Но она только усмехнулась, когда я попросила оставить твоего Лёшку в покое. Тогда я объяснила, какой он больной, надеялась, хоть это её остановит... Ну, ты же не запрещала рассказывать об этом... А она знаешь, что ответила? Что ей всё равно, больной он, или здоровый, потому что детей крестить она с ним не собирается. Ленка просто задалась целью переспать со всеми мужиками в районе, и ей неважно, кто этот мужчина – какой-нибудь заезжий командировочный или муж её близкой подруги.

– С Лёшкой этот номер не пройдёт, – уверенно сказала Маша.

– Почему ты так думаешь?

– Потому что мой муж не из тех, кто бросается на первых встречных.

– Ты же сама говорила, что переспала с ним через две недели после знакомства!

– Но я – не первая встречная, – усмехнулась Маша.

На это трудно было что-либо возразить, и Таня, помолчав, сказала:

– В любом случае, будь поосторожнее с Ленкой. Она на всё способна. И не обижайся на меня, я же тебе только добра желаю.

– Тогда пожелай мне поскорее забеременеть.

– Машка, ты неисправима! Ты никогда не слушаешь моих советов!

– И правильно делаю. Если бы слушала твои советы, то сейчас я была бы замужем за Максимом, а не ты.

На это Тане тоже нечего было ответить, и она промолчала. Танец закончился, и к ним подошли Лёшка, Лена и Максим.

Следующий танец с Лёшкой танцевала Маша.

– Знаешь, Таня рассказала Лене обо мне, – сообщил он. – Лена расспрашивала меня о том, как я попал под комбайн. И даже выразила желание взглянуть на следы, оставленные им на моем теле. Нетрудно догадаться, что это был скрытый намек на встречу наедине.

– И что ты ответил? – спросила Маша.

– Я сделал вид, что не понял намека, и пригласил пойти с нами на пляж, где она сможет всё... ну, или почти всё увидеть. Знаешь, я удивлен, что, узнав обо мне такие вещи, Лена не потеряла ко мне интереса.

– Потому что она не собирается уводить тебя у меня, – усмехнулась Маша. – Она хочет просто развлечься, переспать с тобой.

– С мужем своей подруги? – удивился Лёшка.

– А ей всё равно с кем, – ответила Маша, и, заметив, что Лена сразу упала в Лёшкиных глазах, добавила: – Ты не думай, Ленка не такая плохая, нет, она вполне нормальная девчонка. Ей просто не повезло в жизни. Парень, которого она, скорее всего, до сих пор любит, женился на другой, обожает жену, и скоро у них родится второй ребёнок. Вот Ленка и сходит с ума от ревности... Кстати, Володька с Наташкой тоже здесь, я их давно заметила. Хочешь, познакомлю?

– Познакомь, – согласился Лёшка, и они пошли в другой конец зала, где танцевали Наташа и Володя.

– О, Машенька, привет! – увидев их, обрадовалась Наташа. – Я как раз мечтала вас сегодня встретить!

– Я польщена, – улыбнулась Маша. – Наташа, Володя, познакомьтесь: мой муж Алексей.

– Очень приятно, – он вежливо улыбнулся Наташе и пожал руку Володе.

– Ваша жена, Алёша, единственная из всех девчонок относилась ко мне по-человечески, когда я была ужасно толстая и уродливая, – сказала Наташа.

– Вы, Наташа, были толстой и уродливой? – удивился Лёшка, оглядывая её стройную фигурку. – Ни за что не поверю.

– Это чистая правда, – с улыбкой подтвердил Володя. – И Маша тоже скажет.

Лёшка взглянул на Машу, она кивнула.

– Я вам потом покажу фотографии, – пообещала Наташа и добавила: – Маша, Алёша, приходите завтра к нам в гости, часам к трём, на мой день рождения.

– Пойдём? – спросила Маша.

– Конечно, – кивнул Лёшка.

– Спасибо за приглашение, мы придём, – сказала Маша.

– Машка, твой муж на самом деле еще красивее, чем на фотографии, – шепнула Наташа.

Маша довольно улыбнулась. Они еще поболтали с Наташей и Володей и вернулись к Лене, которая их потеряла, и теперь высматривала, вертя головой во все стороны.

– Ну вот они! – Лена облегченно вздохнула, когда Маша и Лёшка подошли к ней. – Куда вы запропастились?

– Ходили поздороваться с Рукавишниковыми, – ответила Маша.

– Наверное, Наташка приглашала вас на день рождения? – скривилась Лена.

– Да, – кивнула Маша.

– И вы пойдёте? – хмыкнула Лена.

– Да, – снова кивнула Маша.

– Лена, а ты пойдёшь? – спросил Лёшка.

– Даже если бы она меня пригласила, я бы не пошла, – презрительно усмехнулась Лена. – Но она меня не приглашает, боится, что уведу у неё мужа.

– Что, на самом деле уведёшь? – шутливо спросил Лёшка.

– Если бы хотела, давно бы увела, – фыркнула Лена. – Да только не хочу... Лёшка, пойдём лучше танцевать! Машка, сейчас моя очередь!

– Извини, Лена, – Лёшка прислонился к стене. – Я очень устал, и почти валюсь с ног.

– Может, пойдем домой? – предложила Маша.

– Ну, Лёшка, еще же так рано! – разочарованно протянула Лена. – Давайте останемся еще хотя бы на часик! Ты так хорошо танцуешь, Лёша!

– Если я потанцую еще полчасика, вообще не смогу идти, – отказался Лёшка.

– Но ты можешь не уходить с нами, – сказала Маша Лене. – Оставайся.

– Ага, а потом домой одной топать, – проворчала та. – Ладно уж, идёмте...

ГЛАВА 3. ОТКУДА БЕРУТСЯ ДЕТИ

Июль1985 – июль 1987 гг.

На дне рождения Наташи собралось много одноклассников, но Маша удивилась, увидев в числе приглашенных Олю Золотавину. А заметив Лёшку Кочергина, поняла, что Оля пришла с ним. Кочергин – друг Рукавишникова еще со школы, и было бы не совсем удобно пригласить Лёшку одного, без подруги. Хотя Олю Наташа недолюбливала, потому что в школе та часто насмехалась над её полнотой.

Сегодня Оля впервые увидела Машиного мужа. Улучив момент, когда Маша была одна, Оля подошла и сказала:

– Ой, Машка, ну и красавчика ты себе отхватила! Танька мне давно говорила, что твой Лёшка красавец, и фотку его я на вечере встречи видела, но живьём он еще красивее! Куда моему Лёшке до твоего!... А ты не боишься, что его у тебя уведут?

«Она тоже считает, что Лёшка слишком хорош для меня», – мысленно констатировала Маша и ответила:

– Мне его в четырёх стенах запереть, чтоб случайно никто не увидел? Да он тогда сам от меня сбежит. Лучше ты расскажи, как у тебя дела с Кочергиным? Замуж-то за него собираешься?

– Я-то собираюсь, да он не берёт, – махнула рукой Оля. – Чего ему торопиться-то, если он и так практически у меня живёт. Так что я вряд ли дождусь предложения руки и сердца. Он же махровый бабник, – она понизила голос: – Ты знаешь, у него ребёнок уже есть!

– Как? – удивилась Маша, и поняла, что удивлена, скорее, не тому, что у Кочергина есть ребёнок, а тому, что Таня об этом еще не рассказывала.

– Да, какая-то дурочка из Мошкино от него родила, – сообщила Оля по секрету то, что знал уже, наверное, весь район. – Думала, он женится на ней, если она родит. А он ребёночка-то не признал! А я уже три раза аборт делала. Не хочу безотцовщину плодить.

– А Кочергин знает про аборты? – спросила Маша.

– Нет, я ему ничего не говорила. Зачем? Чтобы он меня тоже бросил?

Лёшка Кочергин сильно упал в глазах Маши за те пять лет, что прошли после окончания школы. За это время она ни разу его не встречала, зато очень много слышала, когда приезжала к маме в гости, – в основном о его похождениях с женщинами. А сегодняшняя встреча с Кочергиным не в счёт. Он, скорее всего, даже не узнал её, и не обратил ни малейшего внимания.

– Олька, бросай-ка ты его сама, – сказала Маша. – Найди себе другого.

– Так мужики же на дороге не валяются, – развела руками Оля. – А те, которые валяются, мне не нужны. Не всем же так везёт, как тебе.

Маша не стала спорить. В конце концов, кто она такая, чтобы давать советы другим. Но ей была неприятна зависть подруги, и она сказала:

– А Танька уже не считает, что мне очень повезло.

– Почему? – удивилась Оля.

– Мой муж – инвалид, и у него больное сердце, – сказала Маша, наблюдая, какую реакцию произведут на подругу эти слова.

– Правда? – у Оли округлились глаза. – Да ты шутишь, Машка!

– Очень нужно мне так шутить, – Маша усмехнулась. – Это правда.

– Ну, сердечник – это не смертельно, – сказала Оля. – Но он не похож на инвалида. Или, может, у него с головой не в порядке? Что-нибудь типа эпилепсии? Тогда я тоже тебе не завидую.

– С головой у него всё в порядке, – ответила Маша. – У него повреждён позвоночник. Нельзя поднимать тяжелое, бегать, падать, и еще много чего.

– А по нему не скажешь, что инвалид, – проговорила Оля оценивающе, взглянув на Лёшку уже другими глазами. – Машка, но зачем тогда ты вышла за него замуж?

– Потому что люблю.