Наблюдатель: Книга 2 Эффект вторжения

Поправляет волосы.

Смотрит чуть дольше, чем нужно.

Улыбается, когда он поворачивается.

Он не замечал. Совсем.

— Сергей, — позвала она.

Он поднял голову, вопросительно глядя на неё. Аннасеэль указала на супермаркет, потом на себя, потом на него — хаотичный, неуклюжий жест, который должен был означать: «Почему ты не смотришь на меня так, как эти женщины смотрят на мужчин?»

Он не понял. Совсем.

— Там что-то случилось? — спросил он, вглядываясь в окно.

Аннасеэль вздохнула. Раздражённо. И села на подоконник, отвернувшись.

***

Собрина. Предложение

Вечером, когда суета немного улеглась, Сергей устроился в пустом классе на первом этаже. Рядом на столе сидел Иннокентий, дремавший после долгого дня. Напротив, на старом диване, устроились эльфийки — Олесиэль устало прикрыла глаза, а Аннасеэль смотрела в стену с обиженным видом.

— Сергей, — раздался в голове голос Собрины. — У меня есть предложение.

— Какое?

— Я могу передать часть языковой модели русского языка через обруч. Эльфийкам. Не всему языку, конечно, — достаточно для базового общения. Чтобы они понимали, что говорят люди. И чтобы ты понимал их без постоянного перевода.

Сергей задумался.

— Это безопасно?

**>>Процедура безопасна. Я уже делала нечто подобное, когда ты активировал обруч. Процесс обратим. Но потребуется время — около часа. И тихое место.**

— Есть риск?

**>>Минимальный. Лёгкая головная боль, возможно, некоторая дезориентация в первые минуты. Но это лучше, чем объясняться жестами каждый раз.**

Сергей посмотрел на эльфиек. Олесиэль, почувствовав его взгляд, открыла глаза. Аннасеэль продолжала смотреть в стену.

— Я согласен, — сказал он. — Найдём безопасное место. И проведём.

Процедура

Тихим местом оказалась кладовая в подвале школы — сухая, без окон, с единственной лампочкой под потолком. Сергей принёс матрасы, воду, несколько одеял. Эльфийки вошли внутрь с опаской, но доверились.

— Садитесь, — сказал Сергей, показывая на матрасы. — Будет странно. Но не больно.

Олесиэль села первой, поджав ноги. Аннасеэль — следом, всё ещё немного обиженная.

Сергей сел напротив. Обруч на его голове слабо засветился.

— Начинай, — мысленно сказал он Собрине.

**>>Инициирую передачу. Языковая модель — русский, базовый уровень. Объём — 15% от общей лингвистической базы. Достаточно для понимания бытовых фраз и несложных конструкций.**

Тепло разлилось по вискам Сергея. Обруч загудел — тихо, едва слышно. Эльфийки вздрогнули, когда первая волна информации коснулась их сознания.

Олесиэль замерла, широко раскрыв глаза. Аннасеэль схватилась за голову.

— Терпите, — сказал Сергей. — Сейчас пройдёт.

Минута. Две. Пять.

Потом Аннасеэль открыла рот и произнесла:

— С-с-с-ер-гей?

Голос был хриплым, непривычным, но это было его имя. Произнесённое правильно.

— Я здесь, — ответил он.

Она посмотрела на него. В её глазах мелькнуло что-то новое — не обида, не раздражение, а... понимание.

— Ты... думал... я... ребёнок? — спросила она, медленно, по слогам.

Сергей замер.

— Что?

— Ты... не видел... во мне... женщину. Потому что... думал — маленькая.

Он открыл рот, чтобы ответить, и закрыл. Потому что она была права. Он действительно думал, что ей лет шестнадцать-семнадцать. Хрупкая, юная, почти девочка.

— Аннасеэль, я...

— Мне... двести лет, — сказала она.

Тишина.

Иннокентий на плече Сергея каркнул и отвернулся, пряча клюв в перьях.

— Что? — переспросил Сергей.

— Двести, — повторила она. — Эльфы... живут долго. Я... не ребёнок.

Олесиэль, наблюдавшая за этим диалогом с лёгкой улыбкой, кивнула.

— Сестра... старше, — добавила Аннасеэль. — Но я... тоже взрослая.

Сергей потёр лицо руками.

— Ладно, — сказал он. — Признаю. Ошибся. Извиняюсь.

— Извиняюсь? — переспросила Аннасеэль, пробуя новое слово.

— Это значит... я был не прав. Прости.

Она кивнула, принимая извинение. И добавила:

— Теперь... будешь... смотреть... как на женщину?

Сергей покраснел. Иннокентий, не выдержав, расхохотался — по-человечески, раскатисто, с присвистом.

— Карр! — прокаркал он. — Попал, Сергей! Карр!

— Заткнись, — буркнул Сергей.

Но улыбнулся. И Аннасеэль — тоже.

Впервые за долгое время — не обиженно, не растерянно, а по-настоящему.

**После процедуры**

Когда они вышли из подвала, в школе уже готовились к ночи. Люди укладывались спать, кто-то дежурил у окон, кто-то просто сидел в темноте, глядя в одну точку.

Олесиэль и Аннасеэль теперь могли понимать отдельные слова, простые фразы, жесты обрели новые смыслы. Это не делало их людьми, но делало их ближе.

Аннасеэль, проходя мимо Сергея, слегка коснулась его плеча.

— Спокойной ночи, — сказала она. Медленно, выговаривая каждую букву.

— Спокойной ночи, — ответил он.

И она улыбнулась. Не той улыбкой, которую он видел раньше — робкой, испуганной, почти детской. А другой — уверенной, женской, обещающей.

Иннокентий, сидя на подоконнике, проводил её взглядом и каркнул:

— Карр. Кажется, у кого-то скоро начнутся неприятности.

Сергей вздохнул.

— Знаю.

Он посмотрел на дрона, который всё ещё кружил над супермаркетом. Там уже было тихо — мародёры разошлись, унося награбленное. В городе наступала ночь. И новая жизнь.

**Сюжет 5: Архитектура хаоса и первый совет**

Город, в котором они оказались, был слепком эпох. Сергей, стоя на школьном крыльце, вглядывался в его панораму и не мог отделаться от мысли, что кто-то нарочно собрал здесь всё — от империи до наших дней.

В центре, среди новостроек, возвышались дореволюционные особняки с лепниной на фасадах, с колоннами и мезонинами. Некоторые были ухожены — свежеокрашены, с пластиковыми окнами и утеплёнными фасадами, что выглядело нелепо, как если бы на портрет XIX века надели солнцезащитные очки. Другие — облупленные, с выбитыми стёклами, но всё ещё гордые.

Рядом с ними — советские пятиэтажки, серые, унылые, с торчащими антеннами на крышах. Ещё дальше — современные высотки, стеклянные и бетонные, с остеклёнными лоджиями и кондиционерами на фасадах. Они смотрелись дико на фоне деревянных домов с резными наличниками, которые жались к их подножью.

Узкоколейка, ржавая, покосившаяся, тянулась к бывшему складу, на котором ещё виднелась вывеска интернет-магазина. Рельсы были разорваны, некоторые искрили — по ним до сих пор шло напряжение.

Две церкви — каменная с облупившимся куполом и деревянная, почерневшая от времени, — смотрели друг на друга через улицу, будто спорили, кто из них старше.

— Город-призрак? — спросил Иннокентий с плеча.

— Город-франкенштейн, — ответил Сергей. — Сшит из того, что было под рукой.

---

**Первый контакт**

Когда люди немного пришли в себя, Сергей попросил собрать всех на школьном стадионе. Это было удачное место — старые советские трибуны могли вместить несколько сотен человек, а само поле позволяло разместить остальных. Вдоль школы тоже было свободное пространство — там можно было стоять или сидеть на принесённых с собой стульях.

Люди стекались медленно, но организованно. Кто-то нёс с собой детей, кто-то помогал раненым, кто-то просто шёл, глядя под ноги. В воздухе висело напряжение.

Сергей поднялся на трибуну, где была установлена небольшая импровизированная сцена — несколько сколоченных поддонов. Иннокентий устроился на его плече. Рядом, чуть поодаль, стояли Олесиэль, Аннасеэль, Грыз-а и Владимир.

— Я не буду врать, — начал он, и его голос, усиленный портативной колонкой, разнёсся по стадиону. — Вы не в России. Вы не на Земле. Вы в другом мире.

Толпа загудела. Кто-то заплакал, кто-то закричал, кто-то просто молчал, глядя в одну точку.

— Я знаю, это звучит безумно, — продолжил Сергей. — Я сам здесь несколько месяцев. И до сих пор не привык. Но факт остаётся фактом: мы не вернёмся. По крайней мере, не сейчас.

— Откуда ты знаешь? — крикнул мужчина из толпы.

— Потому что я пытался, — ответил Сергей. — Сигналы, связь, попытки найти выход — ничего не работает. Единственный способ вернуться — это найти тех, кто нас сюда перенёс. И я ищу. Но на это нужно время.

— А что нам делать сейчас? — спросила женщина с ребёнком.

— Сейчас — выживать, — сказал Сергей. — У нас есть вода, еда, лекарства на несколько дней. Этого мало. Поэтому мы будем искать ресурсы, строить убежище, учиться жить в этом мире.

— А если мы не хотим? — спросил молодой парень.

— Тогда уходите, — пожал плечами Сергей. — Но я не советую. Этот мир опасен. Здесь есть магия, монстры, другие расы. Не все они дружелюбны.

Толпа снова загудела. Но теперь в голосах было меньше паники, больше обсуждения.

— Я не прошу вам нравиться, — сказал Сергей. — Я прошу сотрудничать. Вместе у нас больше шансов.

---

**Научный центр. Решение академика**

В научном центре «Урал-Био» тем временем шло своё собрание. Академик Румянцев, седой, с усталыми глазами, но цепким умом, сидел во главе стола в конференц-зале. Вокруг — его сотрудники, лаборанты, несколько приезжих учёных.

— Итак, — сказал он, — что мы имеем?

— Другой мир, — ответил его заместитель, молодая женщина с короткой стрижкой. — Судя по спектральному анализу атмосферы, иная планетарная система. Два солнца. Две луны. Гравитация — земная. Магнитное поле — нестабильное.

— Магия, — усмехнулся Румянцев. — Они называют это магией.

— Мы назвали это «энергией неизвестного происхождения», — поправила заместитель.

— Пусть будет магия, — отмахнулся академик. — Нам не привыкать изучать неизвестное. Но сейчас не об этом. Вопрос: что делать с людьми?

— Эвакуироваться? — предложил кто-то.

— Куда? — спросил Румянцев. — В Долину, которую предлагает этот Сергей? У нас нет гарантий, что там безопасно.

— У нас нет гарантий, что безопасно здесь, — возразил другой голос.

Спор разгорался. И тогда слово взял Иван Петрович, пришедший сюда представлять интересы гражданских.

— Академик, — сказал он спокойно, — я понимаю вашу осторожность. Но у людей нет времени ждать. Им нужно есть, пить, спать под крышей. Школа — не лучшее место, но она есть. В Долине — вода и защита. Вопрос не в том, кому верить. Вопрос в том, как выжить.

— И что вы предлагаете? — спросил Румянцев.

— Объединиться, — ответил Иван Петрович. — Вы — наука. Мы — люди. Вместе мы сможем больше, чем по отдельности. А административные вопросы... оставьте нам. У вас есть чем заняться поважнее.

Румянцев долго молчал. Потом кивнул.

— Хорошо. Мы будем изучать этот мир. Но техника, оборудование, приборы — всё остаётся при нас. Если придётся эвакуироваться, мы заберём всё. Я настаиваю на этом.

— Разумно, — поддержал Иван Петрович.

---

Собрина и МРТ

Сергей, стоявший в стороне и слушавший разговор через динамик в планшете, мысленно обратился к Собрине:

— Что думаешь?

**>>Академик прав. Оборудование — это ключ к пониманию этого мира. Особенно МРТ.**

— МРТ? — переспросил Сергей. — Зачем тебе магнитно-резонансная томография?

**>>Сергей... я сама не до конца понимаю, как я существую в твоём мозге. Я — нейро-цифровой слепок. Моя память неполна. Моя структура — загадка даже для меня. МРТ может помочь мне увидеть себя. Понять, как я устроена. Это может дать ответы.**

— Ответы на что?

**>>На всё. Как я сохраняюсь? Как я взаимодействую с твоими нейронами? Почему я — это я, а не просто программа? И... возможно, люди с потерей памяти, которые сейчас здесь, — те, кто потерял годы жизни, — имеют что-то общее со мной. Что-то, что ваши учёные не заметили. Что-то, что связывает их с асгардскими технологиями.**

Сергей задумался.

— Ты думаешь, их память стёрли не случайно?

**>>Я думаю, что совпадений не бывает. Двадцать три человека с амнезией неясного генеза. Перенос целого города. Проколы реальности. Всё это связано. И МРТ может стать первым шагом к разгадке.**

— Хорошо, — сказал Сергей. — МРТ — в приоритете. Как только наладим связь с научным центром, займёмся этим.

**>>Спасибо. И... Сергей?**

— Да?

**>>Я надеюсь, что мы найдём ответы. Не только для меня. Для них тоже.**

Сергей посмотрел в сторону школы, где толпились люди с пустыми глазами и стёртой памятью. Они не знали, кто они. Не знали, откуда пришли. Может быть, МРТ поможет и им.

— Найдём, — ответил он. — Обязательно.

---

Подготовка к совету

К вечеру Сергей понял, что просто разговаривать с людьми по группам недостаточно. Нужно общее собрание. Всех. Чтобы каждый услышал одно и то же, чтобы не было слухов, чтобы не было паники.

— Мы соберём совет, — сказал он Ивану Петровичу и директору школы. — Завтра утром. На стадионе. Там есть трибуны, поле, место вдоль здания — все поместятся.

— Хорошее место, — кивнул Иван Петрович. — Я помню этот стадион. Ещё в советское время строили на славу.

— Все — это сколько? — спросила Татьяна Сергеевна.

— Четыреста тридцать в школе, тридцать в научном центре, плюс те, кто в городе. Около пятисот человек.

— Это много, — заметил Иван Петрович.

— Это меньше, чем могло быть, — ответил Сергей. — И с каждым днём может стать ещё меньше. Поэтому мы должны действовать быстро.

Он раздал поручения: Владимир — собрать разведданные по городу, Грыз-а — организовать охрану периметра, Олесиэль и Аннасеэль — помочь с ранеными, Иннокентий — следить за порядком (что вызвало у попугая гордое «Карр! Я справлюсь!»).

Сам Сергей сел готовить речь. Не официальную, не казённую. Простую, человеческую. О том, что они в другом мире. О том, что это страшно. О том, что они не одни. И о том, что выжить можно только вместе.

Собрина помогала, подбирая слова, корректируя интонации, советуя, где сделать паузу, а где — добавить твёрдости.

Ты справишься, — сказала она в конце. — Ты уже справляешься.**

— Спасибо, — ответил Сергей.

И продолжил писать.

Ночь перед собранием

За окном темнело. Две луны поднимались над горизонтом, отбрасывая странные, двойные тени. В городе было тихо — лишь изредка слышались крики, лай собак, шум ветра.

Сергей сидел на трибуне стадиона, глядя в небо. Рядом, на перилах, устроился Иннокентий.

— Боишьшь? — спросил попугай.

— Да, — честно ответил Сергей. — Не за себя. За них. Они не готовы к этому миру.

— Никто не готов, — философски заметил Иннокентий. — Но ты даёшь им шанс.

— Надеюсь, они им воспользуются.

Где-то вдалеке, у научного центра, зажёгся свет. Учёные работали. Изучали. Анализировали. Рядом с ними, в комнате отдыха, Иван Петрович обсуждал с медсестрой завтрашний день.

Город затихал. Но не спал.

Все ждали утра. Все ждали совета. Все ждали, что кто-то скажет им, что делать дальше.

И этот кто-то готовился.

Глава 2 Подготовка к эвакуации

Глава 2: План эвакуации

Сюжет 1: Совет в школе

Утро после первого общего собрания выдалось хмурым. Два солнца прятались за тяжёлыми тучами, и ветер гнал по пустынным улицам города обрывки бумаг и сухую траву. В спортзале школы, который на время стал штабом, собрались те, от кого теперь зависели жизни почти пятисот человек.

Сергей сидел во главе стола, составленного из нескольких парт. Рядом — Владимир, хмурый и сосредоточенный, с картой города в руках. Сергуус, поправляя очки, что-то записывал в свой потрёпанный блокнот. Олесиэль и Аннасеэль, после вчерашней процедуры понимавшие уже отдельные слова, старались не перебивать, но внимательно слушали. Иннокентий в образе попугая устроился на спинке стула, важно оглядывая присутствующих.

— Итак, — начал Сергей, — вчера люди услышали правду. Реакция... разная. Но большинство восприняло с пониманием.

— Страх делает людей покладистыми, — заметил Сергуус. — Или наоборот — агрессивными. Нам повезло, что пока преобладает первый вариант.

— Повезло? — усмехнулся Владимир. — Это не везение. Это Иван Петрович. Он умеет с ними говорить. И слушать.

Сергей кивнул. Иван Петрович, бывший следователь, потерявший память пять лет назад, но не потерявший рассудок, стал негласным лидером гражданских. Вчера, после собрания, он подошёл к Сергею и сказал: «Люди напуганы, но они не враги. Они просто хотят знать, что будет дальше. Дай им план — и они пойдут за тобой».

— Иван Петрович предложил организовать штаб эвакуации, — продолжил Сергей. — По типу гражданской обороны. Списки, транспорт, маршруты, очерёдность. Люди это понимают. Это им знакомо.

— Разумно, — одобрил Сергуус. — Чёткая структура снижает панику.

Владимир развернул карту.

— У нас есть автодома, грузовые прицепы, несколько легковых машин, которые уцелели при переносе. Ищем водителей среди выживших. Транспорта мало, придётся делать несколько рейсов.

— А что с топливом? — спросила Олесиэль, медленно, но чётко выговаривая слова.

— Бензин на исходе, — ответил Сергей. — У нас есть электромобили и солнечные панели. «Крепость» и прицепы — на электричестве. Остальное... будем использовать в крайнем случае.

Сергуус поднял голову от блокнота:

— Я уже составил предварительный список того, что требует эвакуации в первую очередь. Люди, медикаменты, запасы еды, оборудование из научного центра, инструменты. Всё остальное — по мере возможности.

— Научный центр — отдельная песня, — заметил Владимир. — Румянцев упирается. Не хочет бросать оборудование.

— Он не будет его бросать, — сказал Сергей. — Мы заберём всё, что можно вывезти. МРТ-установка, лабораторные столы, реактивы — всё в приоритете.

— Академик согласен? — удивился Владимир.

— Не совсем, — усмехнулся Сергей. — Но он понимает, что без нас его оборудование станет грудой металла. Никто не будет его охранять, если город опустеет.

Олесиэль, слушавшая этот разговор, вдруг сказала:

— Люди... напуганы. Но они не знают настоящего страха. Они не видели того, что видели мы.

Аннасеэль кивнула, поддержав сестру.

— Мы покажем им Долину. Расскажем о том, что там безопасно. Но... может быть, стоит объяснить и об опасностях? Чтобы они понимали, почему эвакуация — не прихоть, а необходимость.

— Хорошая мысль, — согласился Сергей. — Но без лишних подробностей. Не надо пугать их монстрами и дроу. Скажем, что мир в целом враждебен, а Долина — единственное место, где можно жить без постоянной угрозы.

— Врёшь? — прямо спросил Иннокентий.

— Не договариваю, — ответил Сергей. — Это разные вещи.

Единственные, кого не устроило такое положение дел, обнаружились к полудню.

Группа школьников — человек десять, в основном одиннадцатиклассники — собралась у ворот школы. Они не просили, не спорили, не требовали. Они просто стояли и смотрели на взрослых с тем особенным выражением, которое бывает у подростков, уверенных, что они умнее всех.

— Мы не поедем, — сказал парень, которого звали Денис. Высокий, с взъерошенными волосами и цепким взглядом. — По крайней мере, не сейчас.

— Почему? — спросил Сергей, подходя ближе.

— Потому что мы не видели никаких эльфов, — ответила девушка с короткой стрижкой, Катя. — Никаких орков. Никакой магии. Мы видели пустой город, странное небо и группу взрослых, которые говорят нам, что мы в другом мире.

— Вы не верите? — спросил Владимир.

— Мы не верим, что нам угрожает опасность, — поправил Денис. — Может быть, вы и правы. Может быть, мы и правда в другом мире. Но пока мы не увидим доказательств, мы не собираемся бросать всё и бежать в неизвестность.

Сергей посмотрел на них. Упрямые, смелые, глупые — как все в их возрасте.

— Что вы предлагаете?

— Мы хотим осмотреться, — сказала Катя. — Съездить в эту вашу Долину. Посмотреть, что там. Если всё, как вы говорите — мы вернёмся и убедим остальных.

— А если нет? — спросил Иннокентий с плеча Сергея.

Денис усмехнулся:

— Тогда мы найдём способ вернуться домой. Или хотя бы понять, где мы на самом деле.

Сергей вздохнул. Он узнавал в них себя — такого же упрямого, самоуверенного, не желающего верить на слово.

— Хорошо, — сказал он. — Но с одним условием: вы поедете с кем-то из наших. С Грыз-ой. Она покажет вам Долину и объяснит, что к чему.

— С орком? — удивилась Катя.

— С орком, — подтвердил Сергей. — Она не кусается. Если вы, конечно, не будете делать глупостей.

Подростки переглянулись.

— Идёт, — сказал Денис.

Когда они ушли, Иннокентий каркнул:

— Они опасны.

— Они просто молодые, — ответил Сергей. — И им нужно увидеть правду своими глазами.

— А если они увидят то, что мы не хотим им показывать?

— Тогда придётся объяснять.

Он посмотрел вслед уходящим школьникам. Они шли уверенно, с чувством собственной правоты. Время покажет, кто из них был прав. А пока — нужно было готовиться к эвакуации.

Сергей вернулся в спортзал, где Владимир и Иван Петрович уже составляли списки. Впереди был долгий день. И ещё более долгая ночь.

Сюжет 2: Оценка ресурсов

Пока школьники собирались в свою разведывательную поездку с Грыз-ой, Сергей, Владимир и Иван Петрович занялись тем, что в любой эвакуации было самым важным, — оценкой ресурсов.

Спортзал школы превратился в импровизированный штаб. Вдоль стен стояли стулья для добровольцев, в центре — несколько столов, на которых разложили карты города, блокноты и планшеты. Собрина, подключённая к камерам дронов, уже провела первичное сканирование и теперь выдавала данные прямо в голову Сергея.

>>Продукты, — начала она. — Супермаркет на улице Мира — частично разграблен, но склады в подвале не тронуты. Ориентировочно: 200 кг крупы, 150 кг консервов, 50 кг сахара, 30 кг соли, детское питание — около 100 упаковок. Магазин на Октябрьской — цел, но заперт. Требуется вскрытие.

— Продукты — первым делом, — сказал Сергей, записывая. — Владимир, возьми нескольких человек, съездите на Мира. Склад в подвале — приоритет. Второй магазин пока трогать не будем, оставим на потом.

Владимир кивнул.

— Медикаменты, — продолжила Собрина. >>Аптека на Ленина — разграблена частично. Основные препараты: антибиотики, обезболивающие, перевязочные материалы — сохранились. Городская больница — цела, охраняется местными. Там есть и медикаменты, и оборудование. Но требуется переговоры.

— С больницей потом, — решил Сергей. — Аптеку забираем. Иван Петрович, сможете организовать людей для сбора?

— Смогу, — кивнул бывший следователь. — Медсестра наша уже составила список необходимого. У неё есть опыт.

— Инструменты и стройматериалы, — продолжала Собрина. >>Хозяйственный магазин на Комсомольской — цел. Инструменты: молотки, отвёртки, пилы, топоры, гвозди, проволока. Стройматериалы: утеплитель, фанера, доски, цемент (испорчен, не брать).

— Цемент не берём, — отметил Сергей. — А инструменты — всё. Пригодятся для укрепления лагеря.

— Оборудование, — голос Собрины стал чуть тише, словно она что-то обдумывала. >>Научный центр — МРТ, лабораторные столы, реактивы, микроскопы. Запчасти для копировального аппарата — в приоритете. А также... компьютеры и серверное оборудование. В моём состоянии — это важно.

— Компьютеры? — удивился Сергуус. — У нас же есть ноутбуки.

>>Серверы научного центра содержат базы данных, которые могут помочь мне восстановить память. Кроме того, их можно использовать для создания распределённой сети для управления дронами и системами слежения. Не игнорируйте этот пункт.

Сергей усмехнулся:

— Понял. Компьютеры — в список.

Когда список был составлен, Сергей разделил его на три категории: первая — жизненно необходимое (продукты, медикаменты, вода), вторая — полезное (инструменты, стройматериалы, тёплые вещи), третья — стратегическое (оборудование научного центра, компьютеры, запчасти).

— Всё, что из первой категории, забираем немедленно, — сказал он. — Второе — по возможности. Третье — если останется время и транспорт.

— А если не останется? — спросил кто-то из добровольцев.

— Тогда будем возвращаться, — ответил Сергей. — Эвакуация — это не спринт. Это марафон.

Владимир поднялся, проверяя свой пистолет.

— Первая группа готова. Два автобуса, три грузовика. Водители — из местных, кто умеет управлять. Поехали?

— Поехали, — кивнул Сергей. — Забирайте продукты и медикаменты. И будьте осторожны — в городе ещё есть мародёры.

— Справимся, — усмехнулся Владимир. — Мы не в первый раз.

Он вышел, и через несколько минут со двора школы донёсся гул моторов. Первый конвой отправлялся в Долину.

Сергей остался в штабе, собирая второй. Грузовиков и автобусов было немного, приходилось рассчитывать каждую машину, каждого водителя, каждый километр пути.

Сергуус возился с картами, прокладывая маршруты.