Тигровая лилия

—Ладно, это всё очень интересно, — улыбнулся Эльдалин устало, — но я, пожалуй, пойду.

—Я с тобой, — сказала девушка.

—И я тоже, — кивнул Индил и, выпустив из рук спинку кресла, подошёл и протянул Эльдалину руку. — Извините нас.

—Будьте осмотрительны, — тихо, с осторожной теплотой сказал Имирин, тронув Лилию за плечо, когда она проходила мимо.

Девушка кивнула, обняла короля за шею. Втроём — Индил поддерживал под руку Эльдалина, Лилия просто шла с ними рядом — они вышли.

—Она тоже была с вами? — спросил Цивеон, кивнув в сторону закрывшейся двери.

Охтар бросил на него странный взгляд.

—Да, — спокойно ответил Имирин. — Было бы, может быть, лучше, если бы наш план удался… но она внесла и свою долю в то, что он оказался сорван.

—Не понимаю я вас. Ни одного из вас, — мрачно откликнулся Цивеон.

—Как будто это обязательно, — неожиданно проговорил Охтар, и, помолчав несколько секунд, вышел вон, ни на кого не глядя.

4

—Подозреваю, мне всё-таки нужно вернуться к отцу, — сказал Индил, когда они втроём пришли в лазарет.

—Похоже, — поморщился Эльдалин, с его помощью сев в кровати. — Только вот зачем?

—Цивеон чего-то от нас хочет.

—Я думала, он пришёл помогать или что-то вроде, — передёрнув плечами, Лилия отвернулась от окна.

—Изначально нет. Он ведь не знал, что здесь его не встретят. Однако настроен решительно, с ним его королевские гвардейцы.

—Так чего, по-твоему, Цивеон хочет? — спросил Эльдалин.

—Может быть, у него тоже появились соображения на этот счёт. Калианты зачем-то нападают на людей.

—Волки тоже нападают, — с нотой прежней язвительности в голосе заметил Эльдалин.

Индил ничего на это не ответил.

Чуть позже, оставив друга одного, Лилия с помощью Индила сняла платье и переоделась в обыкновенный свой костюм.

—Я хочу сходить к Финелю, — сказала она.

—Пора снимать повязку? — Индил указал на переломанную руку.

—Скорее всего, но не только поэтому. Финель уже два дня ждёт меня, скучает, — улыбнулась девушка.

—Скорее всего? — эльф удивлённо вскинул брови. — А ты не знаешь сама?

Лилия покачала головой.

—Пора по сроку, но я её почти не чувствую, так долго это всё у меня там…

Посмеявшись над собой и не договорив, девушка встала и вопросительно глянула на Индила.

—Значит, ты пойдёшь к отцу?

—Я провожу тебя немного, — с улыбкой ответил он и приобнял Лилию. — Но вернуться мне правда нужно.

—Кто же возражает, — сказала на это она, когда они уже спускались по лестнице. — Ты так сразу погрустнел…

—Да… всё как-то уж не слишком хорошо складывается.

—Непонятно, скорее, — пожала плечами Лилия, вспомнив о птицах.

—И это тоже. Мы вас сегодня слишком утомили?

—Ну, Эльдалин, кажется, расстроен, но ничего. А наши гости, эльфы с реки, они показались мне очень славными.

—Твоя правда, — согласился Индил. — Ритиса и Фолио я, кажется, смутно припоминаю… они всегда жили на Переправе, насколько я знаю. Когда всё случилось, мы единожды уже встречались с ними.

Супруги разговаривали, пока не дошли до начала улицы, где была кузница.

—А теперь оставлю тебя, если позволишь. Наверное, зайду позже, если задержишься у Финеля.

На этом они распрощались, Лилия поцеловала мужа и проводила его взглядом, мысленно пожелав ему держаться в том же духе. Когда же Индил скрылся за хижинами, девушка пошла дальше.

Постучавшись, Лилия вошла внутрь и сразу натолкнулась на изумлённый взгляд незнакомого ей эльфа.

Он сидел на табурете рядом с рабочим столом, но сразу вскочил и, поклонившись, воскликнул:

—Верно ли то, что я вижу?!

Лилия, сбитая с толку, промолчала, зато откликнулся Финель — он раздувал огонь в горне.

—Но она же перед тобой, — добродушно промурлыкал он, ничуть не отвлекаясь. — Лилия, это Ларка.

—О, я рада, — Лилия приветливо кивнула, подтащила другой табурет и села, чтобы не смущать эльфа. Он был очень юн. Живые тёмно-синие глаза и светлые, чуть вьющиеся волосы составляли красочный контраст с Финелем.

—Я кузнец, — объяснил своё присутствие Ларка, — и Финель уже показал мне свой труд, и я даже не знаю, с чего и начать! Похоже, всё оружие здесь — произведение искусства!

—Да, вы правы. И не только оружие.

—Имел честь видеть очаровательный клинок с цветочным мотивом… один из пары, а второй у вас, принцесса, если я правильно понял.

Лилия кивнула, продолжая рассматривать нового знакомого. Смущение смешивалось в нём с желанием узнавать всё и всех. Ларка забавно покраснел, пока говорил с ней, и это выдавало его простоту. Раньше девушка и сама бы смутилась нового лица, но последние события так утомили её, что на это сейчас не было сил.

—Финель предупредил меня о вашем приходе, а я, не поверив, выглянул за дверь, но никого не увидел! Однако вы пришли. Это совпадение?

—Рано выглянули, — непринуждённо ответила Лилия, надеясь потешить Финеля своим тоном. — Он обычно слышит наши шаги через улицу отсюда.

Глаза Ларки округлились… это напомнило девушке, как точно так же удивлялся и Марли.

—Вот как! Значит, верно… но ещё, — эльф невольно охватил взглядом всю её: в старом рабочем костюме, с не слишком заботливо забранными волосами, — вы…здесь, и… я хочу сказать…

—О, Финель тоже не хотел меня брать сначала, — простодушно сказала Лилия.

—Нет, не в том смысле…

Ларка вдруг сдался и умолк.

—Тебя смущает принцесса в обычной кузне, я прав? — подсказал Финель от горна.

Увидев ответ на его вопрос на лице молодого эльфа раньше, чем тот успел открыть рот, Лилия со смехом воскликнула:

—О, нет, я ведь не принцесса! То есть…

—Я его предупреждал, что от тебя церемоний не дождёшься, — с притворным разочарованием в голосе сказал Финель и наконец подошёл к ней; друзья тепло обнялись. — Скучал.

—Я тоже, — Лилия улыбалась, разглядывая его лицо, — но очень много было работы.

—О, конечно, я знаю это. Кстати, сегодня вы ведь встречались с нашими гостями?

—Да, — девушка поглядела на Ларку. — Командующий Ритис и наместник Фолио — сегодня имела честь с ними познакомиться. А знаешь, кому мы обязаны тем, что Цивеон добрался сюда живым? Полагаю, конечно, многим, но прежде всех Ацеру. Он командует разведкой. Вы знакомы, наверное?

Последний вопрос был адресован Ларке. Он улыбнулся и радостно закивал.

—Неужели и он там был? Да, мы с ним друзья. Ацер очень добрый и…

Эльф осёкся, странно поглядел на Лилию.

—Хороший он, в общем.

—А что ещё ты хотел сказать? — Финель, как всегда, держался без церемоний.

—Просто Ацер… да, он очень заинтересовался, когда узнал о вас, принцесса, — Ларка немного смущённо склонил голову. — У него тоже была верная подруга из ваших, давно, правда. Ацер очень уважает и жалеет людей. Говорит, с годами у них в головах всё больше темноты, чем света… простите.

—Надеюсь, он знает, насколько прав, — ответила на это Лилия.

Ларка ушёл, чрезвычайно довольный собой и ещё больше — Лилией. За какой-то час, что они беседовали, между ними сложились весьма доброжелательные отношения.

Оставшись с Финелем наедине, девушка привычно устроилась за рабочим столом. На нем, аккуратно сложенная возле инструмента, лежала кольчуга, которую она плела, казалось, уже очень давно. Придвинув широкий пояс к себе, девушка развернула его и стала разглядывать извилистые линии металла… надо же, ощущение такое, словно бы и не вспомнить даже, как это делается!

Финель подтащил табурет и сел наискосок, спиной к стене.

—Невероятно милый юноша. Только прибыл, а уже хватается за работу. Впрочем, я, конечно, понимаю его.

—Что он тебе ещё интересного рассказал? — спросила Лилия, убирая всё на место и поглядывая на Финеля.

—Их двое кузнецов в городище. Ларка умеет, помимо гарпунов, ковать и кинжалы, поэтому отправился вместе с остальными сюда.

—Гарпуны?

—Для рыбной ловли. Они, наши соседи… хозяйственные, домовитые. Живут промыслом, ни с кем не воюют. Сохранили эту черту ещё с тех времён. Ты видела, как он восхищался оружием... охотничьи и разделочные кинжалы, конечно, далеки от мечей.

—Будь ваша воля, и вы бы не воевали. Так что же? Научил бы меня точить плуг, например.

Финель улыбнулся такому предложению, и Лилия тихо рассмеялась. С горечью подумала: это, наверное, неправильно, что оружие может быть таким красивым.

—Нам сегодня нужно кое-что сделать? — после непродолжительного молчания спросил Финель.

Девушка поглядела на руку.

—Да, пора, кажется, снять всё это.

—Ты уже пробовала работать пальцами?

—Ну… да. Вроде она живая. Но так долго без движения, — Лилия невольно жестом показала на всю руку от плеча до кисти, — что я её пока не понимаю.

—Боишься, что она не будет работать, — со вздохом сказал Финель и поднялся. — Но мы постараемся.

Неспешно кузнец разматывал материю, слой за слоем; разобрал жёсткий каркас и тёплой водой ополоснул ставшую полупрозрачной кожу. Также внимательно осмотрел кости пальцами. Сейчас, когда предплечье стало совсем тоненькое, это было не в пример легче, и нехорошего Финель увидел больше.

—Не так хорошо, как могло бы… но она цела. Можно не бояться её использовать, только, конечно, не всё сразу, — сказал он и, наклонившись, дотронулся губами до похудевшего запястья.

Решения

1

После смертельного сражения Крепость словно погрузилась в сон, вся жизнь была сконцентрирована в замке, в лазарете. Остальная работа — на кухне, в садах и огородах — велась отчуждённо, лишь из необходимости.

Так продолжалось до появления эльфов Переправы и людей.

Они были здоровы и настроены на посильное участие во всем, что бы ни понадобилось. Эльфы и некоторые из людей сами пристроились для работ в кухне и кладовых. Чтобы разобрать привезённые припасы, потребовалась почти неделя. Вместе с вороными в конюшнях появились и конюхи. Лошади, казалось, были рады друг другу, и, к счастью, места хватило всем. Эльфы запустили долго молчавшую мельницу, вызывались выходить на охоту, несмотря на навязчивые предостережения остальных. Далеко они всё же не отходили, но неизменно возвращались не с пустыми руками. В поселении теперь не было так пустынно, улицы заполнились ищущими что-то или кого-то группами эльфов, из дворов и хижин доносились голоса.

Молчал теперь только лазарет.

Здесь осталось немного эльфов — только самые тяжелые, которые лишь сейчас стали выздоравливать. Лизель, Арель и Эльдалин — в их числе.

Им не требовалось столько помощи, как раньше; предстояли методичные уговоры, занятия, хождения туда-сюда и периодические слёзы. Было тут несколько эльфов с переломанными ногами. Им приходилось долго восстанавливаться. При них были товарищи, они поддерживали, ходили, уговаривали и заставляли.

И с ними по-прежнему постоянно была Лилия.

Ей приходилось вести записи — что получается, что нет. Она наблюдала за всеми, за тем, как они себя держат, когда более никто их не видит.

Лилия сидела, ходила, держала, подавала руки. Часто вечерами они все выходили в коридор. Кто-то упорно пытался ходить, держась за стены, кто-то садился на стулья, расставленные рядами под окнами, а иной раз и прямо на пол. Редко эльфы заводили разговоры, в основном — поглядывали друг на друга и на девушку. Прошла неделя с тех пор, как Финель освободил руку, но стоило занять её работой, как уже через несколько минут она немела, переставала слушаться. Часто Лилия упрямо продолжала, и тогда её жгло, жгло долго и неумолимо.

—Это теперь не пройдёт совсем… нехороший был перелом, — с сожалением говорил Финель каждый раз, когда она приходила. Работа её теперь тянулась долго, приходилось делать перерывы, и скоро Лилия перестала раздражаться: просто сидела и ждала. Потом перестала брать работу совсем.

Финель тогда заставлял её так же, как она заставляла своих подопечных.

Однажды вечером, когда Лилия сидела и разбирала свои записи о тех, кто, к сожалению, погиб за эти недели, а эльфы разместились в молчаливом сочувствии друг другу на привычных местах, на лестнице послышались незнакомые шаги.

—Добрый вечер.

Обернувшись, Лилия увидела Цивеона. С ним она не хотела встречаться с того утра, когда они держали совет. И вот он пришёл к ней сам.

—Здравствуйте. Ищете кого-то? — снова опустив взгляд к бумагам, поинтересовалась девушка.

Король молчал. Оглядел тех, кто сидел: за исключением Эльдалина, никто не обратил на него внимания; он же неспеша подошёл к Лилии и сел рядом.

—Чем обязаны? — спросил и эльф. Эльдалин заметил, что подруга не слишком-то жалует гостя.

—Просто пришёл навестить вас, — отозвался Цивеон.

—Сядьте тогда, там есть стул, — по-прежнему не отрываясь от разбора, предложила Лилия.

Цивеон, поколебавшись, взял его и поставил у стены.

—Как ты себя чувствуешь? — спросил он у Эльдалина.

—Получше, — коротко ответил эльф, не отрывая от него тёмных глаз.

—Что с тобой случилось?

—Удар в грудь, — Эльдалин нехотя указал ладонью.

Лилия продолжала слушать друга через день. То место, что молчало, стало меньше… но девушка была почти уверена, что это — всё, что могло восстановиться. Вряд ли это скажется на Эльдалине, когда он совсем восстановится от долгих страданий и неподвижности. В этом Лилия тоже была уверена, но видя, как медленно он ещё ходит, как устаёт, не могла перестать волноваться о нём.

Она вдруг почувствовала, как свело руку, и, поморщившись, начала разминать запястье.

—Ты так много времени здесь проводишь, — понаблюдав за ней, сказал Цивеон. — Признаться, мне казалось, что это уже не так необходимо.

Раздражение нахлынуло внезапно и так сильно, что девушка сжала зубы и помолчала. Эльдалин хотел уже взять разговор на себя, но Цивеон продолжил:

—Прости, вероятно, это не моё дело. Просто давно не видел тебя и подумал…

—Вероятно, это не ваше дело, — эхом отозвалась Лилия и с горечью взглянула на него. — Где мне, по-вашему, ещё быть? Моя помощь больше нигде не нужна, и вряд ли мне необходимо вести встречи.

Это было не совсем так. На самом деле, её очень ждали те из друзей, что занимались сейчас гостями, помогали им устроиться и принимали помощь от них. Эльфы Переправы, которым юная союзница принца показалась приятной собеседницей, каждый раз искали её в обеденном зале. Однако обедала она вместе со всеми в лазарете, не могла видеть гостей, боялась выходить наружу.

—Почему ты злишься на меня? — после паузы спросил Цивеон. Тон его был искренен, так что Лилия даже удивилась.

—Потому что вы до сих пор пытаетесь убедить меня в том, что здесь мне не место.

—Я не пытаюсь…

—Значит, у вас это получается невольно. Вы говорите со мной тоном покровителя, всё пытаетесь докопаться до того, зачем я делаю то, на что не способна. И, знаете что, даже если вы правы, я не собираюсь отчитываться перед тем, кто меня когда-то обманул. Кто совершает выходки не менее опрометчивые. Кто даже не знает свой народ.

Несмотря на резкость, которая не понравилась Эльдалину, он был вынужден признать, что девушка права.

—Всё вышло именно потому, что я хотел это исправить.

—Получилось? — ощерилась девушка.

—Не так чтобы очень, — сдался Цивеон.

—Лилия…

Эльдалин тронул её руку, которую девушка, забывшись, продолжала истязать. Она уже болела почти нестерпимо, и Лилия всё ниже склонялась над ней. Оглянувшись на друга, девушка смягчилась, опустила глаза.

В коридоре кто-то поднялся со стула и, прихрамывая, подволакивая ногу, подошёл к ним.

—Лизель? — узнал его Цивеон.

—Добрый…ве-чер, — медленно, почти по слогам отозвался эльф, и поглядел на Лилию. Она по привычке одобрительно кивнула.

После того, как эльф очнулся, у него почти не двигались правые конечности, он плохо говорил и странно вёл себя: его всё беспокоило, он расстраивался, что не может говорить, что его иногда даже сложно понять (хорошо ещё, что сам Лизель понимал всех); иногда эльф отказывался разговаривать, вставать, есть… вообще что-либо делать. Лилия продолжала упорно лечить его отварами, втроём с Эльдалином и Алальме постоянно уговаривали и заставляли силой. На удивление эльфы даже очень быстро восстанавливаются после таких травм. Сейчас Лизель почти свободно ходил по коридорам сам и мог даже спускаться по лестнице, а говорить стал хоть медленно, с запинками, но правильно.

Про Марли он спросил сам, у Алальме. Выслушал. Ни слова не ответил. Лилия усомнилась даже, понял ли… Но то, с каким взглядом встречал теперь её Лизель, отчаянно преданным, отчаянно желавшим, чтобы всё стало шуткой…да, без сомнений, он всё прекрасно понимал, как и раньше.

—Почему вы все не в комнатах сидите? — осторожно поинтересовался Цивеон. Его почти напугали глаза Лизеля, его металлический голос, его молчаливое присутствие.

Он втайне надеялся, что ему ответит Эльдалин или, на худой конец, Лилия; однако оба по очереди ободряюще глянули на Лизеля.

—Мы…друг другу…по-могаем.

Не увидев в глазах короля людей должного понимания, эльф отвернулся и ушёл.

«Помогаете, сидя в коридоре? Что за чушь?» — думал про себя Цивеон, провожая Лизеля взглядом. Лилия тихо попросила Эльдалина пойти посидеть с другом.

—Я сейчас тоже к вам приду, — сказала она вдогонку, хотя Эльдалин не возражал в любом случае.

Он отошёл, и тогда девушка пристально поглядела на короля.

—Вам стоило бы получше скрывать изумление на своём лице. Здесь все… калеки. И мы всего лишь пытаемся, чтобы они не остались ими до конца своей долгой жизни. Эльфы — не то, что люди, им очень важно быть вместе.

—По-твоему, людям это не важно? — изогнув бровь, спросил Цивеон.

Лилия покачала головой и усмехнулась.

—Ваше величество. Такие люди, о которых вы говорите, редкость. Почти все мы пытаемся быть вместе, когда нам плохо… и только тогда. А они, — девушка кивком головы указала на эльфов, — существа иного рода. Им плохо, когда они не вместе.

—А ты, значит, особенная? Чем-то отличаешься от остальных людей? Входишь в число редких? — с ухмылкой спросил король.

Девушка положила разобранные бумаги в сумку и пристально поглядела на него.

—Нет, к сожалению.

Она встала, и, не попрощавшись, ушла прочь по коридору, где нашла Эльдалина и Лизеля сидящими на ещё теплом после дневной жары каменном полу.

2

Лето ещё не отступало, с ярко-синего неба улыбался август, и Алальме пришёл утром с новостью.

—Сегодня собираемся у клёна! Приглашали всех, но нужно, чтобы основная наша компания поддержала затею!

В этот день они сворачивали лазарет. Почти все комнаты общими усилиями были вычищены и убраны, а всё, что было в рабочей комнате, Индил перенёс домой к Лилии. Ей хотелось вернуться туда, в поселение девушка не заходила дальше кузницы.

—Мне так стыдно, но я совсем забыла про цветы…

—Не волнуйся, с ними всё хорошо, — успокоил её Индил и подмигнул. — В конце концов, это моя прямая обязанность!

Эльф шутливо ударил себя кулаком в грудь, и Лилия рассмеялась, поблагодарив его поцелуем. Лилии с лепестками под стать летнему небу стояли все в цвету, источая сильный аромат. Индил и правда позаботился о них наилучшим образом.

—Я надеюсь, мы собираемся сегодня идти? — спросил он у неё, когда они вошли в хижину и стали раскладывать и развешивать всё принесённое по местам.

—Куда? Ах да, конечно! — Лилия весело оглянулась через плечо. — Ты только зайди сюда, ладно? Я боюсь одна.

Индил ласково улыбнулся ей.

Они договорились встретиться позже: Индил вернулся в замок, поговорить с людьми, а Лилия пошла проведать Финеля и узнать, появится ли сегодня он.

—Как же иначе, — промурлыкал на это кузнец. — Так давно многих не слышал… Садись-ка за работу.

Девушка послушно взяла полотно, которое начала для полной кольчуги. Пояс она доплела совсем недавно, Финель сработал к нему крючки, и теперь он красовался на стойке.

Вскоре пришёл Ларка.

Когда бы Лилия ни заглядывала в кузницу, она редко когда не встречалась с молодым кузнецом. Либо он уже помогал Финелю (и тогда девушка испытывала странную смесь гордости и лёгкой ревности, которая со смехом рассеивалась), либо же приходил перед её уходом. Но они всегда успевали побеседовать, иногда даже поспорить.

Вот и в этот раз Ларка очень обрадовался, и, поздоровавшись, приземлился на табурет так, что чуть не уронил его.

—Вы сегодня закрыли лазарет! Ацер сказал мне. Это так хорошо!

—Да, правда, — улыбнулась Лилия, — а ты, Ларка, слышал ещё кое-что?

Девушка лукаво поглядела на эльфа, а вот у него лицо вытянулось от удивления и смущения.

—Ну-у? Сегодня у нас собрание. Возле клёна. Неужели не слышал?

—А! А-а-а! — когда эльфа озаряло, это всегда выглядело примерно так. — Я слышал… да.

—Ты придёшь? — спросила Лилия, а когда Ларка испуганно посмотрел на неё, то она выпрямилась и сказала: — Ты придёшь.

—Но я… просто… В общем, я не хотел, потому что…

—Ацер не пойдёт? — Финель подошёл и остановился между ними.

—Да, он занят и… я не знаю.

—Брось, будешь со мной и Лилией. Познакомишься с нашими друзьями, не бойся.

Видно было, что Ларка совсем не перестал от этого нервничать, но спорить постеснялся. В конце концов заговорили о другом, а когда эльф собрался уходить, то вдруг остановился в дверях и сказал:

—Спасибо, правда! И, я думаю… вы не обидитесь, если я скажу кое-что?

—Вряд ли, но что такое? — Лилия не совсем его поняла.

—Я просто вдруг подумал, что это очень хорошо… что нам суждено стать хорошими товарищами! Да, мы, кажется, несколько даже похожи. Впрочем, до того, как мы отправимся в путь, я надеюсь, что успеем сдружиться ещё сильнее! В такой дороге это будет незаменимой удачей.

Сказав это всё, Ларка поклонился и беззаботно вышел, прикрыв за собой дверь. Он не видел, как согласная улыбка на лице Лилии сменилась непониманием.

—Финель, — протянула она, не сразу сумев оторвать взгляд от места, где только что стоял эльф. — Что это он сейчас сказал?

—По-моему, он прав. Предприятие само по себе будет тяжёлое, особенно поначалу. Конечно, рановато об этом думать, тем более до собрания, но Ларка уже покинул дом и перестрадал, но не потерял надежду. Он прекрасный мальчик и нужен вам, а вы — ему…

—Подожди, — Лилия невольно встала и подошла ближе к Финелю. — Я не поняла ничего из того, что ты говоришь! Какое предприятие?

Эльф прибирал инструмент в ящике, и так и замер с клещами в руках. Сумрачная догадка на его лице сменилась пониманием и изумлением. Финель повернулся к Лилии.

—Я думал, ты уже знаешь. Принято решение… покинуть крепость.

—Когда? — быстро спросила девушка. — И куда? И что произошло?

Финель не мог отвечать на все эти вопросы вот так вдруг, и промолчать тоже не мог; поэтому некоторое время колебался, прежде чем заговорить.

—Когда… ещё не решено окончательно, но, пожалуй, если ничего не произойдёт, вы отправитесь зимой, когда погода устоится…

—Вы? Мы? — Лилия тут же забыла об остальных вопросах или поняла, что ответ на них будет очень размытым. — Значит, не все? А кто? И надолго?

—Надолго, Лилия! — в испуге от признания воскликнул Финель. — Да неужели ты правда не знала? Мы должны повторить совершённое Переправой, потому что… потому что от этой беды не спрятаться за стенами!

—Мы уже выходили за стены… — растерянно сказала Лилия и отошла. Внезапно охватившая её тревога и непонимание от того, что она, действительно, до сих пор ничего не знала, заставили её замолчать.

—Лилия…

—Погоди. Переправа оставила хозяев и караульный отряд. В крепости кто-то остаётся.

—Нельзя бросить всё на погибель, — проговорил Финель. — Есть надежда вернуться, но нельзя этого сделать, оставив в руинах дома и замок.

—И ты останешься.

—Останусь.

Лилия снова села, положила подбородок на сложенные руки. Финель, опомнившись, наконец выпустил инструмент из рук, бросив его в ящик. Колеблясь, не зная, что сказать, он взял его и перенёс на место, вглубь комнаты. Выпрямившись, он вдруг уловил за своей спиной едва слышный свист и шорох. Он мог поклясться, что угли в печи ожили и пламя затанцевало в тёмном проёме горна. Боясь верить себе, своему чувству, эльф протянул руку и ощутил обжигающее пульсирующее тепло.

—Лилия, я всё понимаю, но оставь тревогу… что-то не так.

—Да, немного! — безрассудно раздражаясь, резко ответила девушка. — Нет, не то чтобы я хочу влезать в переговоры и решения, мне это никогда не было нужно, но всё-таки меня может интересовать, куда моего мужа и остальных понесёт в этот раз!

—Лилия, я прошу тебя, перестань! — Финель повысил голос и решительно подошёл к девушке; он сжал её плечи. — Посмотри на печь, потому что я не могу!

Она машинально глянула в ту сторону, не понимая, почему друг так взбудоражен.