Дороги

Надежда всю войну прослужила военным врачом в медсанбате. Она встретила Победу в Берлине начальником медсанбата в звании подполковника медицинской службы. Надежда вышла замуж за коллегу-военврача, а сразу после войны родила двоих детей: мальчика и девочку. Она с мужем так и осталась после войны жить и работать в Ленинграде. В дальнейшем она работала в городе врачом, а потом в шестидесятые годы её перевели главным врачом в один из санаториев Ленинграда.

Любовь после школы окончила курсы радистов и в 1943 году тоже ушла на фронт. Закончила войну сержантом в Праге кавалером двух орденов Славы. Затем была на партийной работе в Москве, вышла замуж и родила троих детей, двух девочек и последнего мальчика.

Наталья в июне 1941 года пошла в военкомат вместе с Прохором и тоже стала проситься на фронт. Как я уже рассказывал, Прохора определили в танковое училище, а Наталье предложили на выбор: или идти на завод «Красный Пролетарий» учиться профессии, или работать санитаркой в военном госпитале.

В станках она не разбиралась, а для ухода за ранеными, опыта ей вполне хватало, ведь Наталья вырастила пятерых детей в нелёгкое для молодой страны время. А потом она вспомнила о своей работе в медсанчасти полка и рассказала об этом в военкомате. Узнав, что она воевала в Гражданскую, её сразу же направили в ближайший госпиталь медсестрой.

В госпитале она работала до сентября 1946 года дослужилась от медсестры до должности главной сестры госпиталя и звания капитана медицинской службы, а также заслужила три медали: «За оборону Москвы», »За Доблестный Труд вовремя ВОВ», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.».

Сам Алексей Никифорович, служил в Германии и в Польше дослужившись до звания генерал-лейтенанта ушёл на пенсию в 1961 году, он не попал под хрущёвское сокращение Советской Армии. Но видя, что творит Никита Сергеевич, генерал счёл своим долгом уволится из армии, освободив место молодому полковнику. Которого тоже собирались уволить по сокращению, но благодаря благородству генерала вынуждены были оставить его в армии, так как не кому было занять его должность кроме этого полковника.

Генерал-лейтенанту тогда уже исполнилось 65 лет. стали болеть старые раны, нашлись какие-то болезни, да и пенсию ему назначили очень хорошую, поэтому работать он никуда не пошёл, стал заниматься внуками, а также небольшим садом на даче, ходил на рыбалку, собирал грибы.

Огорода у них на даче не было, впереди был фруктовый сад, а вокруг дома, где и жили они с женой до самой своей смерти, росли многовековые сосны и одна голубая елочка перед крыльцом, Алексей Никифорович посадил её для детей и внуков, чтобы не рубить каждый Новый Год новую. Умер он счастливым отцом и дедом в 1983 году в возрасте 87 лет.

Наталья всю свою жизнь была хранительницей домашнего очага, очень любившей своего мужа, после войны она в 1946 году поехала к мужу и до конца службы прослужила вместе с ним, обеспечивая его быт. Алексей был для неё идеалом мужчины, отца, мужа и офицера. Наталья родила и воспитала в сложное, даже можно сказать, очень тяжёлое послереволюционное время, пятерых детей.

Ведь не было ничего. Порой даже еда была на столе не каждый день. А потом пришла война, а за ней были не менее сложные годы восстановления народного хозяйства. Но Наталья всё преодолела и перенесла.

Особенно тяжело Наталье было потерять сына уже после войны, в мирное время. И хотя его смерть стала последствием войны, но хоронить своих детей всегда страшно.

Хотя Наташа была моложе мужа на пять лет, пережить его надолго не смогла. Как она сама говорила, когда он умер, для неё словно свет выключили. Жизни без мужа она себе не представляла. Наталья, похоронив мужа, прожила без него только один год. Её похоронили рядом с ним на Ваганьковском кладбище в Москве.

Это правдивая история произошла с моим родственником, двоюродным братом моего деда Григория Васильевича Воронцова. Я изменил в ней совсем немного, только лишь для художественного фона, ну и конечно поменял некоторые фамилии и имена.

Комсомольцы

В марте 1925 года в семьях рабочего посёлка под Луцком, с разницей в несколько дней, родились два мальчика, Михась и Василь. Они вместе росли и вместе пошли в школу. Один из них, Василь, был отъявленным хулиганом. Он издевался над кошками, привязывая к их хвостам пустые консервные банки, кидал палки в собак, стараясь попасть по лапам, чтобы их перебить. В школе он нередко разбивал стёкла, лампочки, подкладывал кнопки на кресла учителям. При этом, свою вину он всегда отказывался признавать, сваливая её на других. Он очень любил оговаривать одноклассников, ябедничал и грубил учителям.

Однажды он принёс в школу мышь и подложил её в стол учительнице, а коробку, в которой он принес мышь, подбросил своему однокласснику Михасю. Когда она нашлась, никому из учителей и в голову не могло прийти, что Михась способен на хулиганство. Парень сказал, что он не приносил мышь и ему поверили. Василя это очень разозлило.

Но однажды в один прекрасный день всё вскрылось, и проделки Василя стали достоянием гласности. Разъяренные одноклассники сразу устроили ему «тёмную». Теперь, если случалась в школе какая-то гадость, то все думали на Василя. Даже если он пытался оправдаться, ему уже никто не верил.

Второй мальчик, Михась, был полной противоположностью Василя. Он был одним из первых пионеров в посёлке. На него все равнялись, как на честного, добросовестного, спортивного, умного и прилежного парня. Во всех хороших делах в школе Михась был первым заводилой. Когда пришла пора стать комсомольцем, в школе его первым приняли в Коммунистический Интернационал Молодёжи (КИМ). Как тогда говорили: пионер всем ребятам пример. Вот таким и был наш герой.

Они с Василем были как две противоборствующие силы. Один хулиган, другой комсомолец. Василь ушёл из седьмого класса работать на завод токарем, где через год его тоже приняли в комсомол. После пары лет работы на производстве парня как подменили, он вступил в комсомол, получил разряд, пошёл учиться в школу рабочей молодежи. Учился в школе на «хорошо» и «отлично», хотя очень нелегко было работать и учиться.

Ребята соревновались друг с другом во всём: в метании ножей, в поднятии гири, в подтягивании, в прыжках с трамплина на реке или на озере. Оба записались в ОСОАВИАХИМ, где учились кидать гранату, стрелять из винтовки и пулемёта, водить мотоцикл и автомашину. Во всём они обгоняли своих товарищей, но выбрать из них лучшего было очень сложно. Оба высокие, под метр девяносто ростом, оба – спортивные и накаченные. Им было трудно дать меньше двадцати лет хотя, когда 22 июня 1941 года началась война, ребятам было всего по семнадцать.

Михась перед войной окончил девятый класс и перешёл в десятый. Почти сразу после начала войны в посёлке началась эвакуация. С завода вывезли всё оборудование, а затем взорвали и его бывшее здание. Началась эвакуация.

Люди уходили от войны пешком. Шли по степи два дня. На третий день утром колонну беженцев атаковала фашистская авиация. Самолёты кидали бомбы и стреляли из пушек по гражданскому населению. Особенно, фашистским лётчикам нравилось стрелять по гужевым повозкам и автомашинам с красным крестом.

После налёта вражеской авиации на поле остались мечущиеся кони и люди, разбитые повозки и горящие автомашины. Вместе с гражданскими шли человек пять красноармейцев разных родов войск. Двое из них были вооружены винтовками, а у одного сержанта на поясе имелась кобура с наганом. У остальных кроме сапёрных лопаток никакого оружия не было. Правда, на поясе у них висели подсумки для патронов.

Где-то через час, уцелевшие после налёта люди снова двинулись вперёд. Лишь родственники погибших остались хоронить своих близких. Наконец, показался мост через реку. До переправы оставалось метров шестьсот. За мостом уже должны быть войска Красной Армии.

Но тут послышался треск мотоциклов. К колонне людей приближались немцы на мотоциклах с колясками, на которых были установлены пулемёты. Увидев немцев, толпа людей бросилась вперёд, сбивая с ног и давя друг друга. Красноармейцы остались на месте и быстро окапывались, сделав себе маленькие окопчики для стрельбы лежа. Ребята, Михась и Василь, тоже залегли спрятавшись в придорожной канаве.

Когда немцы приблизились, один из красноармейцев удачно бросил гранату, убив сразу двух солдат на мотоцикле. Трое одновременно выстрелили из винтовок и нагана, и ещё три мотоциклиста остались лежать без движения. Мотоциклы остановились, прозвучали ещё три выстрела, прервавшие жизнь ещё трёх фашистов.

Уцелевшие мотоциклисты оправились от неожиданного нападения и открыли ответный огонь. Красноармейцы залпом выстрелили ещё раз, и ещё три немца погибли. В живых остался лишь один, но он стрелял из пулемёта, не останавливаясь, не давая поднять головы нашим бойцам. Наконец, в пулемёте закончилась лента. Немец рванул с груди автомат, и тут же был сражён тремя меткими выстрелами советских бойцов.

Красноармейцы подошли к фашистам, собрали трофейное оружие: десять автоматов и штук десять гранат. Затем они побежали по полю догонять остальных. Срезая путь, бойцы приняли правее, поэтому ребят, лежащих за обочиной в кювете, они не заметили.

Василь предложил забрать немецкие мотоциклы и поехать к нашим, забрав остальное оружие, Михась согласился. Каждый взял себе по мотоциклу, погрузив в них четыре пулемёта, два автомата, пистолеты, кинжалы, оставшиеся гранаты, запасные обоймы и пулемётные ленты.

Сначала ребята робели. Всё-таки приходилось иметь дело с мертвецами, но показать друг другу свой страх для каждого из них было равносильно смерти. Михась предложил снять с убитых сапоги, сами-то они шли босиком. Ботинки у них развалились ещё вчера. Василь побледнел, но виду не показал, а Михась уже не мог отказаться, так как сам это и предложил. Ребята закинули в коляски мотоциклов двенадцать солдатских ранцев. Слив бензин с других мотоциклов в свои и заполнив все запасные канистры, оставшиеся машины они подожгли. После чего двинулись на переправу к своим.

Неожиданно раздался сильный взрыв, и мост взлетел на воздух. Ребята увидели позади себя облако пыли. Скорее всего к реке приближалась колонна танков. Смельчаки рванули мимо взорванной переправы в сторону небольшого леска, который находился примерно в двух километрах. Укрывшись за деревьями, ребята осмотрелись. Заодно разобрались, как заряжаются немецкие пулемёты и автоматы. С советских оружием они были знакомы, благодаря занятиям в ОСОВИАХИМЕ. Со стрелковым оружием потихоньку разобрались. Остались гранаты. Василь повертел одну из них в руках, нашёл крышку на ручке, открутив которую увидел небольшой шнур. Ребята поняли, что именно он и детонирует гранату.

Теперь перед ними встал извечный вопрос: что делать? Искать брод и пробиваться к нашим, или идти в партизаны. Посовещавшись, ребята решили всё-таки остаться в тылу врага и партизанить, чтобы вредить врагу по мере возможности. Если они перейдут реку, и окажутся в Красной Армии, воевать их никто не возьмёт, потому что им было только семнадцать лет.

От дома они ушли довольно далеко, до наших войск тоже теперь стало не близко. Лесов тут очень мало, немецкая авиация летает весь световой день и, конечно, разбомбит или расстреляет их из пулемётов, если ехать по дороге или по степи.

Размышления ребят о будущем прервали немецкие танки, их было шесть штук. Они подъехали к брегу реки и стали молотить по нашим позициям. Артиллерия Красной Армии отвечала неплохо: два танка запылали сразу, третий загорелся через минуту. Уцелевшие немецкие боевые машины сразу же отъехали подальше от наших позиций, на безопасное расстояние.

Через некоторое время прилетели немецкие самолёты. Наших соколов совсем не было видно. Фашисты отбомбились и улетели, танки же опять подъехали поближе. Но Советская артиллерия не спала и сожгла их сразу, как только они выехали на пристрелянные позиции нашей армии.

Но тут снова прилетели немецкие самолёты. Это случилось так быстро, как будто ждали за углом. Они отбомбились и улетели, а к реке подошли ещё шесть немецких танков и грузовые автомашины, которые подвезли к реке шесть артиллерийских орудий. Они открыли огонь по позициям Красной Армии. Нашим бойцам досталось крепко, но и немцам тоже. Три немецких танка были сожжены. Но очень скоро выстрелы нашей артиллерии прекратились. Немецкая батарея время зря не теряла, и, видимо, уничтожили все наши орудия.

Наконец, стемнело. Отъехав от берега, немцы остановились на ночёвку и развели костры. Они чувствовали и вели себя, как хозяева, как будто им никто не противостоит. Ребята решили наказать фашистов, используя трофейные гранаты.

В темноте они подобрались ближе к врагу, взяв с собой по шесть гранат. Стояла жара, и люки танков были открыты даже ночью. В них то ребята и швырнули по две гранаты. Прозвучали три взрыва, а за ними начали рваться снаряды в танках. Боевые машины загорелись. Получился хороший бум.

Немцы проснулись и стали таращиться на небо, думая, что это авианалёт. Между тем ребята подбежали к машинам с прицепленным к ним орудиями и кинули гранаты в кузова шести автомашин. В них находились снаряды, которые почти сразу начали взрываться. От автомашин загорелись пушки, горели колёса и краска орудий, а заодно и оптика. Наверное, пушки стали совсем непригодными к бою. Однако, на всякий случай, ребята бросили в стволы по гранате, и их разорвало.

Наведя у немцев шухер, ребята остались лежать в тени подальше от пламени. Когда немцы успокоились, ребята потихоньку пробрались в лесочек, сели на мотоциклы и не включая света поехали по степи к ближайшему лесному массиву. Ехать пришлось всю ночь на предельной скорости. Рассвет наступил в три часа тридцать минут, а до леса оставалось ещё километров пятьдесят. Василь сказал, что немцы до шести не проснутся, и потому есть шанс успеть добраться до спасительных деревьев.

В пять часов утра 27 июля 1941 года ребята въехали в лес, там они остановились у ручья. И тут они вспомнили, что еды то у них нет. Свой мешок, где было немного сухарей, они забыли в лесочке. Решили посмотреть еду в немецких ранцах и не прогадали. У фашистов нашёлся шпик, галеты, консервированные колбаски ну и, конечно, шоколад. Имелся даже шнапс. Но ребятам он был пока не нужен, но выбрасывать его не стали, вдруг пригодится на что-нибудь поменять.

Молодые люди плотно перекусили и решили остаться на днёвку в этом лесу, дежуря по очереди. Они, конечно, понимали, что вдвоём очень трудно бить врага, но если они примкнут к какой-нибудь группе красноармейцев, то им придется быть на вторых ролях. Подай, принеси, в лучшем случае их возьмут в хозяйственный взвод, а уж оружие точно заберут. Мало того, что они гражданские, так еще и несовершеннолетние. По их мнению, им надо или оставаться вдвоём, или создать группу из таких-же пацанов, как и они. Решили пока воевать вдвоём, а там будет видно.

Часов в восемь вечера ребята начали движение вперёд. Им надо было изучить новое место, чтобы потом уметь ориентироваться в незнакомом лесу. Вскоре они натолкнулись на группу красноармейцев в количестве двенадцати человек. Они были плохо вооружены и, судя по всему, голодные. Двое из них выскочили на дорогу перед мотоциклами с винтовками на перевес, ребятам пришлось остановиться. К ним подошёл старший в форме старшины и очень грубо спросил, кто они и откуда. Михась сказал, что они местные партизаны и двигаются в своё расположение.

Тогда старший сказал, что он реквизирует у ребят оружие и мотоциклы. Михась и Василь вынули по последней гранате и отвернули колпачки. Михась поправив автомат на груди сказал, чтобы бойцы отошли от мотоциклов, иначе они закидают их гранатами. И добавил:

- Надо воевать с фашистами, а не грабить своих, отнимая у них добытое в честном бою оружие.

Василь предложил им отдать пулемёт, но Михась сказал, что раз они такие самоуверенные и наглые, то пусть сами попробуют отбить оружие у врага.

Мотоциклы они не глушили, поэтому сразу рванули вперёд. Старшине осталось только стоять и смотреть вслед удаляющимся ребятам.

Михась подъехал к Василю и спросил: «Ты понял?». Тот кивнул.

«Нам нужно держаться только своей компанией» - продолжил Михась. Василь опять кивнул.

Проехав километров двадцать пять, ребята упёрлись в большой хутор. В нём было домов триста и даже небольшая церковь. Пока они стояли около хутора и думали, стоит заезжать в него или нет, со стороны леса вышли три девушки. В руках у них были небольшие узелки. Ребята окликнули их и познакомились. Девушек звали Оксана, Наталка и Олеся. Они пришли в гости к родственникам из соседнего большого села. Олеся уже окончила школу, а Оксана и Наталка перешли в десятый класс.

Василь не стал темнить и спросил, есть ли на хуторе молодёжь, способная сражаться с врагом. Девушки сказали, что на хуторе их ровесников нет. Они все эвакуировались. Остался лишь один молодой помощник кузнеца Микола, одноклассник Олеси. Ребята предложили девушкам сходить в гости, чтобы не привлекать внимания, а потом привести к ним Миколу.

Микола оказался парнем среднего роста со здоровенными плечами и сильными руками. Он работал помощником кузнеца с двенадцати лет, а полгода назад старый кузнец заболел, и Микола стал работать один. Ребятам понравился кузнец, и они сразу предложили ему вступить к ним в отряд. Микола с радостью согласился. Девчонки, когда услышали, что Миколу берут в отряд, тоже захотели в партизаны. Михась и Василь согласились. Даже для караульной службы им необходимо было не меньше пяти человек, а шестеро ещё лучше. Всё равно надо было учить Миколу боевым навыкам, вот и будут учиться вчетвером.

Учились в овраге, который обнаружился километрах в четырёх от хутора. Ночевали там же, сделав два шалаша - один для мальчиков, один для девочек. Однажды, когда ребята сидели вокруг костра, Василь предложил разбиться на три пары - три девочки и три мальчика, предложив выбрать, кто с кем хочет воевать. Ребята написали имя своей желаемой напарницы на листочке, а девушки своего напарника. Все пары полностью совпали. Осталось раздобыть третий мотоцикл, и можно действовать по парам.

Сначала стали учиться обращаться с трофейным оружием: разбирать и собирать пистолеты, автоматы, пулемёты. Потом тренировались в стрельбе и метании гранат. Патронов было не очень много поэтому ребята решили научить новичков стрелять без патронов. Лишь в конце им дали по пять патронов для стрельбы из автомата. У них отлично всё получилось.

Больше решили боеприпасы не тратить. Поучились кидать ножи, у Миколы и Олеси это очень хорошо получалось. А вот Оксанка и Наталка никак не могли научиться. У них вообще ничего не получалось. Василь нашёл в мотоциклах немецкие сапёрные лопатки. Заточил их со всех сторон и предложил девушкам попробовать метать их. У девушек дело сразу пошло лучше. Также новобранцев обучили управлению мотоциклом. У ребят было два автомата и два пистолета. Всё это оружие отдали девочкам, а сами ребята взяли себе три пулемёта. Остальные оставили в резерве.

Михась спросил у Миколы, может, он знает какое-нибудь укромное место, где можно оборудовать базу для их отряда. Ведь в колясках мотоциклов они возят целый оружейный и продуктовый склады. Микола предложил охотничью сторожку своего деда, о которой почти никто не знал. Сам дед умер перед самой войной, когда ему было сто четыре года, поэтому сторожка теперь стоит пустая. Микола знал к ней секретную гать через болота. Её сделал местный помещик для охоты почти сто лет назад, и о ней никто кроме его деда не ведал.

В сторожку решили ехать немедля. При въезде в лес дорогу им перегородила полуторка. Её поперёк прошила очередь из авиационного пулемёта. Внутри кабины ребята нашли тела убитых водителя и сопровождающего груз старшины. Кроме разбитых стёкол других повреждений автомашина не имела.

В ящиках, стоявших в кузове, оказались гранаты. В десяти из них были гранаты РГД (наступательные), еще в десяти Ф-1(оборонительные). Еще десяток ящиков были с противотанковыми гранатами. Больше в автомашине, кроме инструмента и запасной канистры бензина, ничего не было. Убитый старшина был вооружён наганом. У шофёра остался карабин калибром 7,62 мм и тридцать патронов в подсумке на ремне.

Ребята вынули погибших из кабины. Они пролежали там почти двое суток, и от них уже пошёл трупный запах. Похоронив убитых бойцов Красной Армии, они забрали уцелевшее оружие и патроны. Василь спросил Миколу, проедут ли они на автомашине по тропе на болоте, тот ответил, что едва-ли. Тогда они просто взяли с собой по ящику гранат каждой системы.

Машину отогнали в лес и замаскировали ветками, сами же двинулись по секретной тропе. В колясках места не было, поэтому двое сели сзади за мотоциклистами, а двое время от времени присаживались на груз оружия и боеприпасов, уложенный в колясках. Впрочем, дорога была плохая и сильно заросшая кустарником и молодыми деревьями, поэтому ехали долго, а километров пять толкали мотоциклы руками. Потом дорога стала по лучше и мотоциклы пошли своим ходом. Еще через пять километров оказались на месте. Избушка стояла в глухом лесу на сухом месте. Она была довольно в хорошем состоянии, а рядом с ней бил из земли родник. Разгрузили мотоциклы, приготовили спальные места, потом поели. Василь взял себе револьвер убитого в машине старшины, а Михась карабин водителя.

В шестнадцать часов Василь поднял уснувших ребят. В отряде все имели равные права, но лидером как-то стал Василь.

На первое задание решили пойти 4 августа 1941 года. Проезжая мимо грузовика с гранатами, ребята взяли себе по пять гранат каждого вида. Они знали, что в селе, которое находится примерно в пятидесяти километрах от хутора Миколы, расположен немецкий гарнизон. Он был небольшим - всего двенадцать фашистов и два полицая. Немцы жили в сельсовете, лейтенант – в соседнем в доме, а полицаи – в своих хатах. Кто и где живёт, им рассказали местные ребята.

Мотоциклы оставили на краю села, разбились на три группы по два человека. Михась и Наталка пошли в дом к лейтенанту. Его они нашли без труда. У калитки стоял мотоцикл, а на крыльце полулёжа или полусидя нёс службу часовой. Нападения он явно не ожидал, но подойти к нему близко было трудновато. Он лежал спиной к двери, а с двух других сторон его прикрывали перегородки на крыльце от ветра.

Чтобы с ним справиться надо было только стрелять или кидать нож. Но ножом, наверняка, сразу не убьёшь, потому, что часовой находился в полулежачем положении. Наталка подала Михасю камень, он кинул его в голову часового. Тот остался лежать уже замертво, даже ойкнуть не успел. Отодвинув ногами тело часового, ребята прошли в дом. Лейтенант спал, как говорят, без задних ног. Он пришёл в себя только, когда ему связали руки за спиной. Михась и Наталка прихватили его форму, а также оружие обоих немцев. Они заставили лейтенанта погрузить своего солдата в коляску мотоцикла, после этого ему опять завязали руки сзади и посадили рядом с трупом, а из пулемёта, на всякий случай, вынули ленту.

Микола с Олесей отправились к полицаям. Те жили в одном доме. Там проблем не возникло. Они оба мирно спали в доме на хозяйских кроватях, выгнав последних жить в сарай. Ребята связали полицаям руки и привели их к зданию сельсовета.

Василь с Оксаной двинулись к сельскому совету заранее. У него стояли два немецких мотоцикла с колясками, в которых имелись пулемёты, их даже не сняли с турели. У входа в здание стоял часовой. Василь метнул ему в грудь нож, а затем в назначенное время ребята просто закидали сельсовет гранатами. Выпрыгивающих из окон немцев добивали из пулемёта. Очень скоро к ним присоединились и другие группы. Лейтенанта и полицаев Василь расстрелял одной очередью. Их тела забросили в здание сельсовета.

Василь, Михась и Микола зашли в здание и собрали всё трофейное оружие. Теперь у них было десять автоматов с запасными обоймами, полсотни гранат, десять кинжалов. К этому добавилось оружие часового. Они также забрали форму убитых солдат и их ранцы. Сельский совет освещали три керосиновые лампы. Ребята сбросили их на пол, деревянное и сухое здание быстро загорелось.

Партизаны не стали ждать, пока соберётся народ, а быстро погрузили все трофеи в коляски и на пяти мотоциклах свалили из села. Когда выехали за околицу, дорога пошла по кругу, огибая пахотные поля. Михась заметил, что какие-то тени бегут им наперерез. Ребята сбавили скорость, приготовив пулемёт к бою. Однако он не понадобился. К ним, размахивая руками, бежали двое: парень и девушка. Ехавший первым Михась остановился. Бежавшие к ним ребята, запыхаясь в один голос прокричали:

- Возьмите нас с собой.

Василь показал парню, чтобы тот сел позади него назад, а девушку усадил в коляску. Сразу поехали дальше, время приближалось к двенадцати часам ночи. Партизаны решили заехать ещё в одно село, где жили четыре полицая и староста. На околице их должен был ждать знакомый Миколы. Не доезжая до места, остановились и спешились. Новеньких оставили приглядывать за мотоциклами. Для контроля недалеко от них осталась и Наталка.