Когда приходит Весна

Матильда выглядела более чем удивленной, но скорее приятно удивленной, как будто наконец отыскала недостающий кусочек пазла. Внезапно вся горячность с нее спала, она сузила глаза и призадумалась:

— Так вот откуда следы копыт Я не убивала Розу и могу это доказать.

— И как же? — с сомнением спросила Ада.

— Для призыва таких тварей как черт требуется кровь призывателя. Можете всю меня с ног до головы осмотреть — у меня ни единого пореза.

— На символе призыва не было крови.

— Тогда это не мог быть черт, — уверенно сказала Матильда.

— Эй, Ада, — шепнула Весна, — я могу ошибаться, но, похоже, нам пригодится ее помощь. Да и оговорка, которую она сделала — это же просто глупо. Если она знала, как убили Розу, зачем ей признаваться в знаниях о деталях призыва?

— Может, чтобы отвести от себя подозрение и толкнуть нас на поиски того, кто якобы мог украсть книги из их дома и разобрать написанное? — огрызнулась Ада. — Она все еще под подозрением. Однако есть та, кто разбирается в оккультных символах и призывах, которые сама же и исследовала, и точно не участвовала в происходящем — вот ее помощи мы и попросим.

VIII. Сияние

Встревоженная мать Матильды встретила кинулась на сестер, стоило им открыть дверь:

— Я сделаю все, что вы скажете, только отпустите мою дочь!

— Агата, не усугубляй ситуацию, — сказал мужчина с узкими черными глазами и такими же черными волосами, возраст которого варьировал от тридцати оборотов солнца до пятидесяти.

— Джу, я на суде в Цитадели готова присягнуть, что моя дочь ни-ког-да не использовала магию призыва. Может, она помнит какие-то элементы, но для призыва бестии нужны четкие детальные указания, иначе неизвестно, что выйдет из твоего круга.

— И что будет, если выполнить призыв неправильно? — спросила Весна.

— Чаще всего — ничего. Призыв просто не сработает. Но некоторые круги при нанесении дополнительных символов могут сильно изменить сущность призванного существа, — Агата умоляюще посмотрела на Весну. — Прошу, я расскажу все, что знаю, только отпустите Матильду.

— Сожалею, сударыня Линь, — Ада вытащила из кармана сферический артефакт и бросила его в центр комнаты — помещение заполнил голубоватый свет, и она спешно закрыла дверь. — Не советую входить вовнутрь — и шага не сделаете, как застынете. Как только мы найдем подтверждение невиновности Матильды, я тут же деактивирую артефакт. И чем быстрее мы отправимся на место преступления, тем лучше.

Агата проглотила слезы и коротко кивнула, выходя за сестрами во двор. Там Всеволод проводил их взглядом, покуривая папиросу. Рядом с ним стояла растрепанная и заплаканная Аксинья, которая было дернулась в сторону уходящей Весны, но отец ее остановил. Родителей Розы нигде не было, как и ее тела — осталось лишь багровое пятно на земле. Видимо, они дома оплакивают дочь и готовятся к похоронам.

С Агатой они добирались до места куда медленнее: ее необычное узкое шелковое платье с синими птицами не давало ей делать широкие шаги. Она посетовала, что стоило переодеться, но не хотела терять время на обратный путь. Когда они вошли в здание мельницы, там все еще лежал покалеченный автоматон, а вот круг был наскоро стерт.

— Убийца был здесь, пока мы говорили с Матильдой, — хмуро сказала Ада.

— Это ведь доказывает ее невиновность? — с надеждой спросила Агата.

— Боюсь, что нет, у нее мог быть сообщник.

— У Матильды? Здесь? На Дюневире? Видимо, она постеснялась вам рассказывать, что местные творили с нами до того, как мы покинули остров. Не могло быть у нее сообщников.

— Это только слова, — ответила Ада, — пока не найдем преступника, Матильда будет под подозрением.

Внешне Матильда была копией своей матери, но более бледной и несчастной. Возможно, это последствия пребывания на Дюневире перед свадьбой. Черные волосы Агаты были уложены в строгий гладкий пучок и зафиксированы длинной шпилькой, украшенной самоцветами. Среди гнилых досок и мучной пыли она выглядела нелепо в своем утонченном наряде, но не похоже, что ее хоть сколько-нибудь беспокоила чистота платья. Она без промедления опустилась на колени перед остатками мелового круга, вглядываясь в его призрачные очертания:

— Было ли тут что-то кроме круга?

— Пшеница и волосы, светлые и длинные.

— Ясно, — выдохнула Агата, поднимаясь, — это хульдра.

— Не черт?

— Круг призыва походит на полуденницу, но в помещении ее не призвать, так что думаю, что это была хульдра.

— Женщина с копытами и дырой в спине — задумчиво сказала Весна, — хульдры ведь не агрессивны, они просто защищают территорию и охраняют леса.

— Призванные бестии подневольны, они исполняют приказ призывателя, чтобы заиметь свободу и вернуться домой.

— Саму хульдру уже нет смысла искать?

— Почему же? — спросила Агата. — Круг был стерт впопыхах и несчастное создание похоже застряло на острове без возможности вернуться назад.

— Отчего вы так в этом уверены?

— Да оттого, что видела ее.

— Вы видели ее и ничего не сказали?!

— Я не думала, что она может быть причастна, — нахмурившись сказала Агата, — и не переживайте, с моей помощью мы ее быстро отыщем. Но у меня есть условие.

— Мы пока не можем отпустить Матильду.

— Это я знаю. Я не хочу, чтобы вы убивали хульдру. Она лишь выполняла приказ.

— Это опасная бестия, — отрезала Ада, — мы должны ее устранить.

— Так мы и сделаем, — кивнула Агата, — я просто отправлю ее туда, откуда она пришла. Нет — ищите сами, но помните, что хульдра передвигается в два раза быстрее вас.

Весна отвела сестру в сторону:

— Ада, это дело все равно не афишируется. Мы можем, конечно пойти на принцип, но время очень сильно поджимает.

— Мне кажется, нами помыкают все кому ни попадя, — закатила глаза Ада, — сегодня мы уже в который раз неидем на принцип. Пускай подождут — в финале я такой скандал учиню.

— Только заранее продумай оправдания нашим действиям. Еще один срок мне не нужен.

— Положись на меня, сестренка. — она повернулась к Агате. — Хорошо, помогите нам найти хульдру и после допроса мы отправим ее восвояси.

Агата удовлетворенно кивнула, повернулась к бочкам и ящикам за жерновами и сказала:

— Давай, дорогая, вылезай. Не бойся, они тебя не тронут.

Из-за нагромождений старых бочек показалась светловолосая макушка. Бестия пугливо поглядывала на присутствующих большими карими глазами и не торопилась целиком вылезать из своего укрытия.

— Она все это время была здесь? — удивленно спросила Весна.

— Да, — кивнула Агата, ласково маня к себе хульдру, — иногда мне жаль, что магия с рождения течет в крови лишь горстки людей. Вам нужно держать Кенназ, чтобы видеть следы жизни и магии. Я же их вижу сразу, без особых усилий.

Хульдра, похоже, была еще совсем ребенком. Худая, обнаженная, с длинными светлыми волосами, прикрывающими грудь. Ноги ее от колен до копыт были покрыты бурой шерстью, она теребила в ручках кисточку коровьего хвоста. Весна была очарована ею до тех пор, пока не рассмотрела на руках и животе запекшуюся кровь. Хульдра не говорила, только хлопала глазами и рассматривала девушек. Проследив за взглядом Весны, она постаралась вытереть руки о бедра, но только больше размазала грязь.

— Малышка, ты меня понимаешь? — Агата старалась общаться подчеркнуто нежно.

Девочка кивнула.

— Хорошо. Скажи, это ты убила светловолосую девушку?

Большие карие глаза наполнились слезами. Она часто неглубоко задышала и кивнула.

— Чем ты это сделала?

Малышка вытащила из своего укрытия сверток и, дрожа, передала его Агате. Внутри лежала острая конечность автоматона, покрытая кровью.

— Ты сделала это, потому что тебе не нравилась эта девушка?

Хульдра горячо замотала головой и заплакала.

— Тебя заставили это сделать?

Она закивала.

— Можешь ли ты указать на того, кто тебя заставил, если мы его тебе покажем? — спросила Ада.

Девочка кивнула.

— Это была девушка?

Хульдра покачала головой.

— Мужчина?

Она кивнула. Весна сняла свой плащ и накинула малышке на плечи. Она укуталась в него по самые глаза и испуганно посмотрела на Аду.

— Интересно выходит. Понимаю, ты хочешь быстрее вернуться домой, но нам еще пригодится твоя помощь.

Хульдра затрясла головой и, бросившись на пол, постаралась уничтожить следы круга призыва. Похоже, она вовсе не торопилась домой. Похоже, призыватель не посещал мельницу повторно, малышка сама поторопилась стереть круг, чтобы ее не отправили назад. Агата обратилась к сестрам:

— Позвольте мне ее забрать, — в ее глазах блестел тот же безумный огонь, что бывал у Ады, когда она нападала на след в запутанном деле.

— Что Вы собираетесь с ней сделать?

— Я научу ее говорить, — воодушевленно сказала Агата, — представьте, если она однажды сможет рассказать нам о месте, из которого пришла. Как сильно это продвинет науку на островах. Что если раньше она жила там, внизу, в бездне? Сколько чудесных открытий нас ждет!

Да, вот теперь родство Агаты с безумным алхимиком было видно невооруженным глазом.

— Если вы заберете ее в земли Азии, то технически она больше не будет находиться под нашей юрисдикцией, и ее не будут преследовать. Но как у вас относятся к бестиям?

— Я не собираюсь в полной мере раскрывать ее происхождение. Согласно легендам, если она венчается в церкви, ее хвост и копыта исчезнут. А до тех пор я позабочусь, чтобы никто не узнал ее секрет.

— Похвальная осторожность, — сказала Ада, — давайте вернемся в дом. Я понесу ее на спине, Весна, проконтролируй, чтобы копыта и хвост не торчали.

Хульдра была очень взволнована, когда они возвращались к дому Аксиньи. Она зарылась в волосы Ады, когда та проносила ее мимо кровавого пятна. В доме стояла гробовая тишина, когда Ада быстро пронесла малышку в комнату Аксиньи. Та сидела на кровати, разглядывая венок из красных роз, который вчера был на голове Розы.

— Кого это вы принесли? Почему она так похожа на

— Не горячись, Аксинья, это и есть наша убийца.

— Вы что, шутите? — недоверчиво спросила Ксюша, стараясь разглядеть девочку, прячущую от нее глаза за головой Ады. — Она же совсем дитя.

— Дитя, — подтвердила Весна, — но не человеческое.

Тут хульдра заерзала, пытаясь слезть со спины Ады. Та не очень аккуратно опустила ее на землю. Плащ упал на пол. Быстрым движением бестия шмыгнула под кровать, хозяйка которой испуганно вскрикнула, когда девочка коснулась ее коровьим хвостом. Оставив попытки успокоить малышку на Агату, Весна нетерпеливо развернула Аксинью за плечи лицом к себе.

— Это что за шутки?! Какого черта вы ее сюда притащили?!

— Ты же сама сказала, чтобы мы привели тебе убийцу, мы и привели, — холодно сказала Ада.

— Здорово, а теперь уведите, пожалуйста!

— Погоди, Акс, успокойся, — Весна пару раз встряхнула подругу, чтобы та перестала вертеть головой по сторонам, — она нам нужна. Ее кто-то вызвал и приказал убить Розу. Только она знает, кто это был.

Аксинья замерла:

— Так идемте, покажем ей Матильду.

— Она сказала, что это был мужчина.

— Она говорит?

— Технически

— Я хочу видеть своими глазами! — прокричала Аксинья. — Убери барьер, я притащу ее!

Ада пожала плечами и щелкнула переключатель на поясе. Аксинья вихрем вырвалась из комнаты. Как только она ушла, хульдра неуверенно высунула голову из-под кровати. Матильду притащили не очень нежно. Стоило малышке глянуть на девушку, она уверенно замотала головой из стороны в сторону. Матильда взглянула на девочку, ахнула и медленно подошла к ней.

— Мама, это кто?

— Позже помилу́етесь, — раздраженно сказала Аксинья. — Зачем ты надела на меня этот колючий венок? Пока вас не было, я проверяла его и так и эдак, но в нем не было ни капли магии.

— Извини, — буркнула Матильда, — назначение венка было лишь в том, чтобы показать, как ты меня бесишь.

Хульдра отнеслась к Матильде с большим интересом и вылезла из-под кровати, чтобы потрогать ее кучерявые волосы. На спине девочки зияла большая гниющая дыра.

— Она больна! — вскрикнула Аксинья.

— Нет, она — хульдра, — отрезала Матильда, — если желаешь помочь, найди во что ее одеть. Небезопасно будет носить ее по всему городу в плаще, ища убийцу.

— Ее вызвали, чтобы убить Розу, но это была не ты, — девушка невидящим взглядом смотрела в пустоту, — нет, о, нет!

— Ты что-то знаешь? — Весна тронула ее за плечо, Аксинья вздрогнула.

— Да, так уж вышло, что в детстве, после того как Матильда переехала, мы с ребятами играли в ее доме. Там было так много всего и мы нашли книгу. Она была странная, непонятная, но там было много рисунков. Одну забрала я, другую — Роза. Отец меня тогда сильно наругал. Говорил, что в книге инструкции для запрещенных заклинаний и их использование могут счесть за преступление. Я очень испугалась и рассказала, что у Розы есть такая же. Он очень быстро вышел из дома. Мою книгу он забрал, не знаю, где она сейчас. Роза потом была очень мной недовольна. Ее отец тоже забрал у нее книгу.

— Не торопись, мы же не знаем, куда потом они дели эти книги. Может, уничтожили.

— Тем не менее, именно их мы и проверим первыми, — сказала Ада, — Акс, помоги приодеть девчушку, а то замерзнет.

Аксинья нашла свое короткое платье чуть ниже колена, которое на маленькой хульдре стало платьем в пол, скрывая и хвост и раздвоенные копытца. Пусть в груди оно ей было великовато, сама девочка была в восторге. Она не захотела отдавать Весне плащ, вцепившись в него ногтями и зубами. Пришлось принести в жертву старого друга, чему Ада была только рада: в кои-то веки сестра купит что-то новое и перестанет походить на бездомную.

— Думаю, нам стоит дать ей имя, — сказала Весна.

— Может, Фредерика? — с надеждой спросила Агата.

— Ну уж нет, мам, меня одной с вычурным имечком вполне достаточно.

Девочка взяла венок, грустно глядя на красные цветы, потом надела его на голову.

— Надо же, я только заметила, — начала Весна, — она так похожа на Розу.

— Не просто похожа, — сказала Аксинья, — именно так Роза выглядела, когда была маленькой.

— Роза, — повторила девочка.

Аксинья тяжело вздохнула, поглаживая девочку по светлым волосам. Нужно было выдвигаться. Ада первая вышла на улицу. Последовав за ней, Весна увидела, как сестра выпускает стрекозу.

— Не рановато ли?

— Я почти уверена, что мы закончили, — заявила Ада.

У дома Розы сидело на лавочке несколько человек. Дряхлая старушка глянула на хульдру. Открыв рот, она проглотила имя и горько заплакала. К ним вышла мать девушки и преградила путь в дом:

— Прошу прощения, но я вынуждена просить вас уйти, мы сейчас не готовы принимать гостей.

— Мы не в гости, — сухо сказала Ада, — но можем и не заходить, просто позовите мужа.

— Зачем это? — она нервничала, губы были искусаны в кровь.

— Покончим с этим, Рита, — сказал усатый мужчина, удрученно глядя на хульдру, указывающую на него пальцем и дергающую Аду за плащ, — они не просто так ее сюда привели.

— Может поясните нам, зачем вы убили свою дочь?

— Не здесь, — люди у забора в ужасе глядели на главу семейства.

Хозяйка пошла к ним, тесня от дома и прося подождать с расспросами. Аксинья порывалась пойти с сестрами, но получила категорический отказ. Матильда и Агата увели хульдру в сторону дома.

Он провел их вглубь дома, где посреди большой комнаты на столе располагался гроб, в котором все в той же белой сорочке лежало тело Розы, накрытое чистой белой простыней.

— Я не прошу у вас сострадания и сопереживания, милосердия какого, просто расскажу, — речь его была монотонной, бесцветной и громоздкой, словно мысль шла не по прямой, а закручивалась в спираль. — До нас уже давно доходили слухи о занятиях Розы. Мы могли ей обеспечить любое жизнеделие, но она предпочла жертвоприношение себя и нас. Я долго пытался выбить из нее охотность и словоблудие. Дома она не сидела, только томилась. Я видел ухмылки местных соглядатаев, я понимал — им все известно. Стыд обуял, и я горел. Куда бы я ни шел, окружающие смеялись перед моей спиной, называли разными словами, шептались под окнами ночами. Жена мудрствовала, а потом услыхала и все поняла.

Ада прервала дальнейшие витиеватые объяснения, связав отца Розы светящимся лассо. Весна пошла методично выбивать закрытые двери. Комната Розы выглядела странно, как будто в ней уже давно никто не жил. Идеально заправленная постель, тонкий слой пыли на прикроватном столике, наглухо задернутые занавески. Она осмотрелась и, откинув коврик, нашла люк в погреб. Снаружи послышалась возня. В комнату ворвались Йоран и Бьёрн, Кристор следом тащил мать Розы, заламывая ей руки за спину. Бьёрн, не задавая вопросов, помог Весне откинуть тяжелый люк и, придерживая ее за руку, помог спуститься по отвесной лестнице вниз. Весна сложила руну Сигел и осмотрела гору тряпок, сложенных на манер гнезда, чуть дальше у стены висели железные кандалы.

— Что у вас там? — крикнула сверху Ада.

— Похоже, они держали ее здесь, — ответила Весна, оглядывая стены погреба, на которых Роза выцарапала «они в зеркалах». В тряпках лежали обломки ее ногтей.

Допрашивать мать оказалось так же бесполезно, как и отца. Она говорила невпопад, постоянно озиралась и пыталась вырваться. Весна уже не в первый раз видела такое. Безумие передавалось между членами семьи как чума. Стоит разделить мужа с женой и, быть может, через некоторое время женщина придет в себя. Неизвестно, занималась ли Роза вообще торговлей своим телом, или в этом ее убедил сошедший с ума отец. Ведь кроме горстки людей об этом не знал никто. Роза была красива, возможно отец так опасался за нее, что сам же в бреду выдумал похождения дочери. Мать сначала боролась, но близость с мужем извратила ее мышление и сделала похожей на супруга. Роза, по словам Аксиньи «видела то, чего нет» и боялась зеркал, о чем и пыталась сообщить надписью в погребе. Ее коснулся тот же самый недуг, что поразил ее отца.

Оставив охотников, Весна решила вернуться к дому Аксиньи, но у дома убийцы сгущалась встревоженная толпа. Вспомнив свой излюбленный метод выходить из дома, Весна полезла в окно, у которого еще не успели столпиться зеваки.

К счастью, прибытие охотников отвадило людей от дома Аксиньи, даже возле змея не было ни единого ребенка. Всеволод встретил Весну, смерив ее холодным взглядом. Прикрыв глаза, он потер их и с грустью посмотрел в сторону дома старого друга, медленно затягиваясь папиросой. В доме за огромным столом одиноко сидела Аксинья и устало смотрела в пустоту.

— Аксинья, — обратилась к девушке Весна, — Роза сама рассказала себе о своем методе заработка?

— Да, — тихо ответила она, морщась от голоса Весны, словно бы он причинял ей боль.

— А плоды этого заработка ты когда-нибудь видела?

— Да зачем это мне? Я только знаю, что ее отец всегда без какой либо причины обзывал ее шлюхой, еще с тех пор, как ей исполнилось тринадцать. Она устала терпеть избиения ни за что и выбрала соответствовать.

— Говорила ли она что-нибудь о зеркалах?

— Зеркалах? — удивленно спросила Аксинья, — бывало, особенно после того, как ее отец особенно сильно мог ее отходить. Мне казалось, у нее как будто рассудок помутнялся. Она все говорила, что в зеркале есть другая она, но не уточняла. Кажется, она стеснялась рассказать.

Весна отодвинула стул и села около нее, положив руку на ее ладонь:

— Роза страдала болезнью ума, как и ее отец.

— Да? — без особого участия спросила девушка. — Это многое объясняет.

— Что насчет тебя? Почему ты соврала, сказав, что отец силой хочет выдать тебя замуж. Зачем ты все это делала?

— Я просто — из ее глаз потекли слезы, которые она утерла рукавом своего ярко-красного платья. — Просто мне всегда нравилось внимание. Красивая была история: отец не понимает дочь и не дает ей выйти замуж за любимого. А когда он согласился стало ужасно скучно. Город опять гудел о всякой чуши. Мне захотелось новой драмы. А что может быть прекраснее несчастной девы, которую насильно выдают замуж. Ветер треплет ее волосы, — она отбросила копну темных волос за спину, — и она над обрывом поет слезливую песню о тяжести своей ноши.

— Но как же Бэнь? Ты подумала, что он будет чувствовать?

— Бень? — лицо Аксиньи приняло расслабленный вид. — Бень воспринимал это как приключение. Говорил, что на его родине таких девушек как я не сыскать. Огонь! — она с размаху ударила по столу. — Но похоже огонь во мне уже потух. Сорвался он только тогда, когда Роза к нему полезла. Счел это за оскорбление и разболтал отцу, тот наведался к отцу Розы. А он видимо только и ждал толчка, чтобы беспросветно увязнуть в своем безумии. Я не хочу здесь оставаться — не теперь. Свадьба пройдет на Шень-Чжоу, родном острове Бэня. Не сейчас, но очень скоро. Я больше не намерена устраивать страсти и интриги. Хватит с меня.

— А зачем тебя снова нарядили в красное? Боятся, что ты попытаешься исчезнуть на Шень-Чжоу?

— Да нет, конечно! — всплеснула руками Аксинья. — Я просто обожаю красное! Ты в курсе, насколько дорогое это платье? Да и как вообще насильно можно кого-то одеть? Ведь всегда можно переодеться! Оно же не припаяно ко мне, — она обессиленно ударилась лбом о стол и повернулась лицом к Весне. — Прости меня, подружка, я не хотела, чтобы наша встреча прошла вот так. Я думала просто разыграть небольшую драму, чтобы у всех остались воспоминания о моей самой грандиозной роли. И в самом конце, под венцом, раскрыть всем правду о том, что все это была только игра, а они купились. А потом тихонько выкрасть Розу на Шень-Чжоу. Теперь же это место мне претит. Тут больше нет ее.

— Скоро вы улетаете?

— Буквально через пару часов. Мы хорошенько спрятали хульдру на змее. Мама сейчас спешно собирает вещички. А куда пойдешь ты?

— Я бы хотела от всей души отдохнуть, — Весна легла на руки рядом с Аксиньей, — но у меня вообще нет денег. Наверное, вернусь домой.

— О, нет, — отрезала Ксюша, — только не туда, тебе там покоя не видать. Весь остров до сих пор считает тебя убийцей?

— Незаконно избежавшей наказания убийцей, — поправила ее Весна.

— Я пойду поговорю с Бэнем, считаю, твоя работа стоит денег. Достаточных, чтобы ты могла позволить себе хороший отдых.

Она быстро выскочила из дома, и через пару минут вернулась с женихом. Весна наконец смогла его рассмотреть. Он был невысок ростом, ниже Аксиньи, но очень красив на лицо. Несмотря на то что Матильда не была его родной сестрой, их черты лица были на диво похожи.

— Точно! — хлопнула в ладоши Аксинья. — Ты ведь спрашивала о его партнере. Ну о том, который шелком торговал.

Она бегло протараторила Беню что-то на китайском. Тот кивнул и, стараясь изо всех сил, обратился к Весне:

— Я потерять связь. Не так давно. Но он быть странный несколько лет. Забыть китайский.

— Да, судя по всему, это был вовсе не он. Но пока мы не знаем, кто выдавал себя за него. Вознесецкий уже давно мертв.

Бень выглядел напряженно. Он что-то тихо сказал Аксинье, она кивнула. Дальше он говорил на китайском как обычно, Аксинья переводила:

— Он говорит, что его всегда смущал этот торговый партнер. Объемы шелка, которые тот продавал в сотни раз выше, чем у других производителей, и в десятки раз дешевле, из-за чего на рынке случился демпинг и многие производители сменили сферу деятельности из-за невозможности конкурировать с Вознесецким. Он считает, что тут не обошлось без селекции бестий. Огромные пауки-шелкопряды. Иначе он и представить себе не может, как у Вознесецкого это получалось. Круг селекционеров очень узок и закрыт, но он может дать контакты одного парня, который не будет против помочь, если его попросит семья Линь, но говорит не ходить к нему с охотниками, иначе ничего не выйдет.

Весна тяжело вздохнула. Единственный способ не привести охотников к информатору — скрыть полученную информацию от Ады. Впрочем, она может убедить ее, что нуждается в отдыхе, а Аксинья вызвалась его финансово обеспечить. Просто не уточнять длительность этого отдыха.

— Хорошо, где мне его искать?

IX. Обязательная серия про горячие источники

«Твои слова водица, так не годится»

Певица ртом (с)

Решив совместить приятное с полезным, Весна и ее новый лучший друг — пузатенький кошель с монетами — незамедлительно отправились на Тихохолмск, где был чудесный гостевой дом с горячими источниками, который по совместительству являлся местом жительства информатора. Бэнь наскоро написал две записки, одна из которых предназначалась хозяйке дома, а вторая — информатору, и заверил их магической печатью семьи Линь. Ада была недовольна скорым отбытием сестры, однако согласилась, что той пора бы хорошенько отдохнуть — последние несколько недель выдались крайне насыщенными, и Весна накопила большой недосып. Сама она никак не могла отлучиться — помимо контроля группы, на ее плечах была ответственность за выгораживание сестры перед правительством и максимальным сокрытием факта ее участия в деле. Чтобы выкрутиться, придется немало постараться. Семья Линь вместе с родителями Аксиньи и ею самой не стали ждать возможного допроса и обыска и отбыли на Шень-Чжоу вместе с маленькой хульдрой, которую по легенде все же отправили назад до того, как Ада успела до нее добраться.