Страна без имени

Едва та коснулась поверхности, как вспыхнула анимированная заставка. Светящиеся нити медленно переплелись друг с другом, складываясь в логотип и название:

«Омоидэ но Ито — Памятная нить».

— Странно. Никогда о них не слышала, — Акари передала буклет Рюдзи.

— Я тоже, — он нахмурился, чувствуя, как внутри поднимается неприятное предчувствие. Очередная неизвестная контора.

Немного успокоившись, мать Рэна тихо попрощалась и вместе с Нанами направилась к выходу.

— Что скажешь? — Акари проводила их взглядом.

— Не знаю… — Рюдзи задумчиво постучал буклетом по ладони. — Вернусь в отдел, проверю терминал Рэна.

— Я с тобой.

— Нет, ты иди. Займи мне место, — он кивнул в сторону одного из её бойцов, который уже нетерпеливо топтался у дверей. — Я догоню.

Не дожидаясь ответа, Рюдзи развернулся и быстрым шагом направился обратно к лифтам.

◇◇◇

В отделе уже никого не осталось. Даже в кабинете Кагеямы свет не горел. Рюдзи устроился за столом Рэна и включил терминал. На чёрном экране вспыхнул силуэт феникса — эмблема Департамента. Система коротко пискнула и вывела интерфейс.

Среди вороха непрочитанных сообщений взгляд сразу зацепился за свежий ответ из Службы городского контроля. Архив данных, аккуратно рассортированный по датам.

Рюдзи быстро пролистал несколько файлов: Хисаши выходит из магазина, Хисаши возле «Такао Гёдза»… И наконец — последняя запись.

На экране ожило видео. Хисаши вышел из переулка Камагасаки и направился к остановке. Через несколько минут рядом плавно затормозил микроавтобус. По борту на миг проступили крупные иероглифы: «Омоидэ но Ито». Ниже катаканой — «Памятная нить».

— «Памятная нить»... — Рюдзи покосился на лежавший рядом буклет.

Он перемотал запись и попытался приблизить номер, но изображение тут же расползлось чёрным пятном. Несколько секунд Рюдзи молча постукивал пальцами по столу, затем связался с отделом кибербезопасности.

— Это агент Коно, отдел контроля пробуждённых. С кем говорю?

— Рюдзи, только ты способен задавать столь идиотские вопросы.

— Юмико, привет. А Нао рядом?

— Ты время видел? Он уже сидит в ближайшей забегаловке и добивает третью кружку.

— А ты чего ещё на работе?

— Внеурочку взяла. Заходи — покажу.

— Как раз собирался. Я сейчас перешлю тебе файл. Сможешь вытянуть качество и пробить номер?

— Ордер есть?

— Конечно. За подписью генсека ООН. Это срочно, Юмико. Бумаги потом оформим.

— Не знаю… Мне потом по шее не прилетит? Когда меня вышвырнут из Департамента, будешь мою коляску катать?

— Не говори ерунды. Без тебя тут все развалится.

— Продолжай. Мне нравиться ход твоих мыслей. — на том конце послышался короткий смешок.— Ладно, присылай файл. И с пустыми руками не приходи.

Рюдзи отключился и на секунду задумался. Потом выдвинул верхний ящик стола.

Как и ожидалось — плитка шоколада. Наверняка Рэн прятал для Нанами.

— Прости, друг. Тебе она сейчас всё равно без надобности, — пробормотал он, убирая угощение в карман.

◇◇◇

Отдел кибербезопасности располагался на нижних уровнях Департамента — рядом с архивом и системами жизнеобеспечения здания.

Рюдзи остановился перед тяжёлой металлической дверью с кодовым замком. Едва его палец коснулся кнопки вызова, как вспыхнул красный глазок камеры.

— Пароль?

Он молча помахал перед объективом шоколадкой. Замок щёлкнул, и дверь мягко ушла в стену.

В лицо ударил сухой ледяной воздух. Ряды серверных стоек уходили вглубь, растворяясь в полумраке. Низко гудели системы охлаждения, голубоватый свет индикаторов рваными бликами скользил по чёрному мрамору пола. Между аппаратурой тянулся узкий проход, ведущий в операционный зал.

— Ты где там? К полу примёрз, что ли? — донёсся голос Юмико.

Ориентируясь на звук, Рюдзи прошёл дальше и вышел в просторное помещение. Десятки терминалов, кабели, тянущиеся по полу и под потолком. Одну из стен занимал объёмный экран: в центре которого мерцала увеличенная карта Осаки, по краям расположились контуры японского архипелага и других континентов. Чуть поодаль, за толстым стеклом, находилась комната глубинного погружения с тремя пустыми ваннами.

— Кофе будешь?

Голос прозвучал у самого уха.

Юмико сидела в технологичной трёхколёсной инвалидной коляске. Экзокаркас удерживал её тело в вертикальном положении, а пара механических манипуляторов ловко управлялась с кофемашиной. Худая, почти невесомая, с телом, предательски хрупким из-за врождённой болезни, она выглядела так, будто одно неосторожное движение могло её сломать.

Рюдзи всякий раз невольно отмечал: Катастрофа калечила даже тех, кто появился на свет уже после неё.

Коляска плавно развернулась. Подмигнув, Юмико протянула ему кружку.

Рюдзи машинально взял её. Однако манипулятор продолжил требовательно покачиваться в воздухе.

— Ну? — приподняла бровь девушка.

Он протянул плитку шоколада. Довольно хмыкнув, Юмико тут же сорвала обёртку и откусила половину.

— Ладно, показывай. Что там у тебя?

— Ифи фа мной, — пробормотала она с набитым ртом и покатила вглубь помещения.

Рюдзи сделал глоток горячего кофе и двинулся следом. Через несколько шагов его взгляд зацепился за фигуру, сидевшую напротив одного из терминалов. Издали её легко можно было принять за сотрудника отдела, но полное отсутствие движения настораживало.

— Это и есть твоя внеурочка? Кукла?

— Ага. Знакомься: Ай. Серийный номер NX9.

— Я думал, наверху решили, что их внедрение пока нецелесообразно.

— В ONI обкатывают новую модель ИскИна. Наш главный босс, директор Арасэ, лично попросил посодействовать. Видимо, хочет укрепить позиции перед городским советом.

— Ну и что скажешь? Есть у неё шансы оставить наших аналитиков без работы?

Юмико фыркнула.

— Без работы — вряд ли. Но рутину точно снимет. Простые задачи щёлкает сходу, но стоит добавить вариативности — начинает сыпаться. Хотя сегодня она меня удивила. Недавно кто-то ломанул систему распределительной подстанции в Амагасаки.

— Это когда перебои с электричеством были?

— Ага. Я прогнала логи через парсер, сверила адреса. Сначала думала, трафик завернули через шлюз в Эммёдзи.

— Пригород на востоке, у стены?..

— Точно. Сквозь стену мне не пробиться, но чую след тянется из Киото.

— Ну а твоя электронная подружка что говорит?

Юмико повернулась к кукле.

— Ай, выводы по инциденту в Амагасаки.

Женский голос, почти неотличимый от человеческого, заговорил ровно и последовательно.

Ай связывала между собой события, которые, казалось, не имели ничего общего: распад США, открытие крупнейшего нефтяного месторождения между Сахалином и Хоккайдо, срыв научной конференции в Осаке.

Поначалу Рюдзи решил, что ее алгоритм окончательно сошёл с ума.

Ай связывала между собой события, которые не имели ничего общего: распад США, открытие крупнейшего нефтяного месторождения между Сахалином и Хоккайдо, срыв научной конференции в Осаке. Но шаг за шагом из хаоса данных начинала выстраиваться странная, пугающе логичная конструкция.

Согласно её выводам, ответственность за сбой неожиданно ложилась на одного из Арбитров.

А затем Ай произнесла то, от чего по спине Рюдзи пробежал холод.

По расчётам ИскИна, одной из переломных точек, приведших к Катастрофе и определивших судьбу японского архипелага, стала смерть Коно Мияко — матери Рюдзи.

— Что это за чертовщина?.. Почему она упомянула мою мать?

— Не знаю. Раньше такого не было. Может, считала твой АйДи и поплыла.

— Жуткая хрень…

Юмико задумчиво нахмурилась.

— Это мне кое-что напомнило. Твою просьбу.

— Про номер?

— Нет. Хотя и номер тоже. Я про твоих родителей. Про человека, которого ты искал. Иноуэ Гэндзиро.

— Удалось что-то выяснить?

— Немного. Только то, что он жив и где-то в Осаке. Он проходил по программе защиты свидетелей. Имя, данные — всё было изменено. Если что-то и осталось, то только в архивах Службы общественной безопасности. А они сейчас...

— «Родан», — мрачно усмехнулся Рюдзи. — Эти вряд ли согласятся пойти навстречу простому агенту Департамента. Сможешь их ломануть?

— Слушай… Я не самоубийца. Тут меня не спасут ни моя исключительность, ни Нао, ни даже директор Арасэ.

— Ладно. Всё равно спасибо... Так что выходит: кто-то из Арбитров непонятно зачем ломанул энергоузел в Амагасаки и обрубил энергоснабжение города?

— Да. И в ONI это подтвердили. Официально — перегрузка системы, технический сбой…

— То есть вывод твоей подопечной верный?

— Получается, да. Только я не понимаю, как это вообще связано.

— Сделай мне распечатку её логов, — кивнул он в сторону Ай.

— Хорошо. Только я же говорю: там сам чёрт ногу сломит.

У стены зажужжал принтер.

— Ладно. А что с той тачкой?

— Ага, вот смотри.

Из-за спины Юмико выдвинулись два дисплея на механических кронштейнах. Один завис перед её глазами, второй развернулся к Рюдзи.

На экране светились чёткие цифры номера микроавтобуса.

— Пришлось повозиться, но Юмико, как всегда, затащила. По документам машина числится на балансе неких «Wago Zaidan».

— Черт…

— Знаешь их?

— Да. Сталкивался по работе.

— Ну тогда тебе это не понравится. Название фирмы, реквизиты, адреса — всё липовое. И это ещё не всё. Я пробила геолокацию. Машина колесила по всему городу, но чаще всего стояла в одном и том же месте.

На экране вспыхнул маркер в центральном районе, неподалёку от Дотонбори. Юмико вывела карту на большой экран. Подсветились названия организаций поблизости. Среди них был клуб, где Нанами в последний раз видела Рэна.

— Эй, Рюдзи, с тобой всё в порядке? — она помахала манипулятором у него перед носом. — Ты сейчас выглядишь, как дрифтер с зависшим «сидом».

Он моргнул.

— А… сейчас она где? Можешь определить?

— Нет. Она пропала из системы около суток назад.

— Скинь мне всё это на почту…

Он достал коммуникатор и набрал Акари.

После нескольких гудков раздался её слегка нетрезвуй голос:

— Ну, Рюдзи, ты где там? Шевели задницей, а то мне скучно…

— Я нашёл кое-что насчёт Рэна. И, возможно, твоего отца. Нужно проверить одно место.

Голос на том конце мгновенно изменился.

— Ты ещё в Департаменте?

— Да.

— Мы сейчас будем.

Рюдзи благодарно посмотрел на Юмико, подхватил распечатки и направился к выходу.

Когда дверь захлопнулась за ним, девушка чуть склонила голову набок и тихо произнесла:

— Всегда рады помочь, агент Коно. Да и шоколадка была зачётная.

◇◇◇

Акари вручила Рюдзи бронежилет, привычным движением закинула за плечо пистолет-пулемёт и захлопнула багажник.

Чёрный американский маслкар — длинный, приземистый, с раздутыми арками и хищной мордой, был будто вырван из другой эпохи. К этой машине Акари питала почти болезненную привязанность. Ещё когда они были вместе, Рюдзи не раз гадал, где она вообще доставала топливо для этой прожорливой твари.

Из-за угла показался один из её бойцов.

— Командир, здание давно заброшено, — доложил он. — Камер нет. Охраны тоже. Не понимаю, что именно мы ищем.

— Зайдём — узнаем. Сатоши, ты с нами. Кэндзи — прикрытие.

Акари указала на ближайший дом.

Кэндзи молча забросил за спину снайперскую винтовку, ловко ухватился за пожарную лестницу и через несколько секунд исчез среди балконов, труб и переплетений внешних коммуникаций.

Оставшаяся троица спрятала оружие под одеждой и направилась к зданию.

◇◇◇

— Ты уверен, что это то место?

Акари подсветила перевёрнутый игровой автомат и рассыпавшиеся по пыльному полу пластиковые шары от гачапонов.

— Похоже, раньше здесь было казино.

Рюдзи ещё раз окинул взглядом помещение. Облупленные стены. Провалившийся потолок. Старые рекламные панели. Выцветшие неоновые иероглифы. Обычная заброшка.

И всё же внутри не отпускало глухое, липкое ощущение, будто под этим слоем пыли скрывалось что-то ещё.

— Уверен.

Под подошвой хрустнуло стекло. С улицы вернулся Сатоши.

— В переулке нашёл спуск в подвал. Завален хламом — сразу не заметил.

◇◇◇

Они расчистили проход. Пластиковые контейнеры, рваные матрасы, сломанные офисные кресла — всё это перекрывало путь к массивной стальной двери.

Добравшись до неё, Акари на мгновение зависла над электронным замком, вскрывая защиту. Затем дёрнула ручку.

За дверью лежала густая, непроглядная темнота.

— Сейчас бы сюда дронов, — буркнула она и шагнула внутрь.

Луч фонаря выхватил из мрака коробки с оборудованием. Несколько рабочих станций. Мотки кабелей. Всё выглядело так, будто отсюда съезжали в спешке. Само помещение напоминало небольшую частную клинику: стойка регистрации, длинный коридор, ряд кабинетов.

Акари и Сатоши сразу ушли вперёд и слаженно начали прочёсывать комнаты. Через несколько минут вернулись.

— Пусто. На полу свежие царапины. Похоже, недавно вывозили что-то тяжёлое. И вот ещё.

Акари протянула Рюдзи чёрный обруч.

— Нейроблок?

— Похож. Но система определяет его как «Синаптический мост». Глубже сканировать я не рискнула.

Рюдзи повертел находку перед глазами.

— Отдам Юмико. Пусть разбирается.

— Только бы это не оказался склад «Keitech» или «Genrai». Потом утонем в рапортах.

Она окинула взглядом полупустое помещение.

— Что дальше?

— Проверим диски. — Рюдзи указал на одну из станций. — Поможешь?

— Второй раз за сегодня. — Акари поморщилась. — За каждое использование этого софта я потом отдельно отчитываюсь... Хотя к чёрту. Давай.

Пока Сатоши караулил у входа, они прямо на полу подключили одну из машин. По экрану побежали загрузочные логи. Когда система запросила пароль, зрачки Акари расфокусировались. Через пару секунд доступ к данным был получен.

Рюдзи быстро пробежал пальцами по клавишам.

— Похоже, нелегальная клиника. Здесь картотека. АйДи с пометками «активен» и «отключён». Чёрт… Думаю, половина — пропавшие за последние полгода. Хотя… — он задумался. — У всех объектов зависимость от ихора.

Он открыл ещё несколько вкладок.

— А вот список персонала. Почти все — бывшие военные. Фонд помощи ветеранам «Wago Zaidan». С этими данными можно накрыть всю их сеть разом.

Акари наклонилась через его плечо.

— А что с отцом и Рэном?

Рюдзи вывел одну из карточек.

— Мурата Хисаши... — его голос дрогнул. — «Пробуждение — успешно». Сущность: Мурата Кацумото. Офицер Императорской армии.

— Пробуждение?.. Кацумото?.. — Акари устало прислонилась к стене. — Отец всегда этого боялся… Его пробудили насильно? Он жив?

— Не знаю. Здесь только отметка: «переведен в центр».

— А Рэн?..

В этот момент Акари резко напряглась.

— Кэндзи передаёт: у нас гости.

Сатоши тут же закрыл дверь, подал знак и сместился в сторону, взяв оружие наизготовку.

Акари нырнула за стойку. Рюдзи — следом. Он не заметил, как обруч, который он машинально прихватил с собой, едва заметно мигнул тонкой белой полосой, подтверждая соединения с ПО рабочей станции.

Снаружи раздался приглушённые голоса.

— Такэ, я разве не велел тебе замаскировать вход?

— Я замаскировал... Наверное, бродяги или дети искали, чем поживиться.

— Осторожнее с сумкой. Там «пыль». Хочешь снова без ног остаться?

— Да знаю я... Вся грязная работа, как обычно, нам.

По лестнице загрохотали шаги.

— Зато баблом разживёмся. Через час будем в Кобе. Снимем номер в «Куромацу Гэмбл», нажрёмся, девок снимем…

Дверь открылась. Фигура, переступившая порог, резко застыла.

Акари выругалась про себя. Они не отключили станцию. Тусклое пятно холодного света разливалось по полу.

— Чего встал? — следом, держа в руках увесистую сумку, протиснулась вторая фигура.

Следом, держа в руках увесистую сумку, вошёл второй.

В ту же секунду в их лица вонзились лучи фонарей.

— Руки! Руки так, чтобы я видела! Мордой в пол! Живо! — рявкнула Акари.

Первый подчинился мгновенно. Второй — с сумкой — застыл, прикрывая лицо.

— Ты. Оглох? На пол! — жёстко повторил Сатоши.

В ответ донеслось:

— Иди к чёрту!

Сумка глухо ударилась об пол. Фигура рванула обратно за дверь.

Сразу следом раздались два приглушённых хлопка: один — из сумки, второй — снаружи.

Через порог обратно в помещение тяжело ввалилось мёртвое тело беглеца.

Кэндзи. Сработал чисто.

Из раскрытой сумки выкатился пластиковый контейнер.

Из него на пол потекла серая субстанция. Она тут же вспыхнула красноватыми искрами и, как живая хищная амёба, метнулась к лежащему мужчине.

А из раскрытой сумки выкатился пластиковый контейнер, из которого на пол потекла серая субстанция. Она тут же вспыхнула красноватыми искрами и, как живая хищная амеба, бросилась на лежащего мужчину.

Он заорал.

— Такэ, сволочь!.. А-А-А!

На глазах Акари его тело — большая часть которого состояла из аугментов — начало плавиться. Часть вязкой массы перекинулась на дверь. Часть потянулась к куче оборудования.

— Сатоши, ко мне! Живо! Не касайся этого дерьма!

В ту же секунду с ней связался Кэндзи.

— Командир, одного достал. Что у вас?

— Заражение «пылью». Свяжись с диспетчерской. Код красный. Нужны чистильщики.

— Принял.

Связь оборвалась. И только тогда Акари поняла, что потеряла Рюдзи из виду.

— Рюдзи?..

Он сидел у стены. Его тело била мелкая дрожь. В руке был зажат чёрный обруч. На поверхности прибора мерцала тонкая белая линия.

◇◇◇

Когда фонари ослепили незнакомцев, мир для Рюдзи погрузился во тьму.

Перед глазами застыла чёрно-белая рябь, похожая на дрожащие кадры старого кинофильма.

Зима. Кругом снег. По правую руку возвышается самурайский замок, а прямо перед ним бьёт родник с прозрачной, кристально чистой водой. Девушка в кимоно воду из родника. Затем медленно поворачивается. И в груди Рюдзи вспыхивает странное чувство радости и тревоги.

Картинка сменилась.

Ночь. Он внутри храма. Тусклый свет лампад озаряет каменные лики Будды, вытягивая из темноты неподвижные силуэты. Рюдзи толкает дверь, и в то же мгновение ледяной ветер пронзает его тело, швыряя в лицо ворох сухих снежинок. Он выходит наружу и, пригибаясь, крадётся вдоль стены. У каменной кладки прислонена лестница.

Следующий кадр.

Руки дрожат от тяжёлых ударов стальных клинков. Он сражается. Напротив — лицо незнакомого самурая, перекошенное ненавистью. На месте правого глаза — сплошная кровавая рана. Где-то за спиной, сверху, раздаются женские голоса. И вдруг острая боль пронзает грудь.

Мир качнулся, завертелся снежным вихрем и медленно погас.

◇◇◇

Рюдзи очнулся на диване. Несколько секунд он лежал неподвижно, пытаясь сфокусировать взгляд. Перед глазами плавали вязкие, расплывчатые контуры: стены с бежевыми обоями, книжные полки, массивный дубовый стол. Лампа отбрасывала ровный, почти хирургический свет на пустующее кожаное кресло.

— Пришли в себя?

Мягкий голос прозвучал сбоку.

Он медленно повернул голову. У стеллажа стояла Вакаба Рин — ведущий психотерапевт «ONI Corp». Она достала пухлую папку, на мгновение задержала взгляд на статуэтке богини Каннон, притулившейся между книг, затем неспешно закрыла стеклянную створку шкафа.

— Как я здесь оказался?

Зрение окончательно прояснилось.

На Вакабе был строгий корпоративный костюм. Тёмные волосы собраны в аккуратный узел на затылке. Взгляд — спокойный, внимательный, как у человека, привыкшего слушать гораздо больше, чем говорить. За её спиной висела картина: хаотичные чёрно-белые мазки складывались в очертания огромного глаза.

— Вы потеряли сознание. Похоже, во время спецоперации. Вас доставили сюда всего несколько минут назад, — спокойно ответила она.

Затем подошла ближе, села рядом и осторожно взяла его за руку. От её прикосновения Рюдзи неожиданно стало легче. Напряжение, сковывавшее тело, медленно ослабло. На короткое мгновение он ощутил себя ребёнком, укрытым в тёплых материнских объятиях.

— И, к слову, Рюдзи… может, объяснишь, почему ты стал игнорировать наши встречи?

Он закрыл глаза и провёл ладонью по лицу.

— Госпожа Вакаба…

Она едва заметно улыбнулась.

— Просто Рин. Помнишь? Мы ведь договорились.

— Да… Рин. Простите. Просто слишком многое навалилось.

— Ладно. Главное, что в этот раз мы успели.

Он нахмурился.

— Успели? Что вы имеете в виду?

— Не допустить худшего. Скажи, что последнее ты помнишь?

Рюдзи помолчал.

— Кажется… у меня были видения.

— Расскажи.

Вакаба чуть наклонила голову.

После короткого колебания он выдавил:

— Будто чужая память. Я видел людей… эпоху, которой больше нет. Всё было чёрно-белым, как старая киноплёнка. Но я будто действительно находился там. Чувствовал запах, холод… даже вкус крови. Всё казалось слишком реальным.

Женщина едва заметно прищурилась.

— А головные боли?

— Да. Но не такие, как раньше. Мимолётные. Слабые.

Она поднялась, пересела в кресло, взяла папку в кожаном переплёте и перевернула несколько страниц.

И только сейчас Рюдзи вдруг осознал: он никогда не видел, чтобы Вакаба пользовалась хоть какими-то электронными устройствами. Ни планшета. Ни терминала. Ее взгляд всегда оставался четким, словно она никогда не обращалась к Потоку.

— Похожие симптомы встречаются на ранних стадиях пробуждения, — спокойно произнесла она. — Обычно люди скрывают это. Боятся, что их сразу отправят в Кайдзэн. Хотя, если не запускать болезнь, её можно купировать.

Рюдзи резко вскинул голову.

— Это невозможно. У меня нет имплантов. Я не принимаю ихор.

— Конечно.

Она кивнула и сцепила пальцы.

— Тогда тревожиться не о чем.

Он нахмурился. Что-то в её интонации смутило его. Но ответить он не успел.

Голос Вакабы стал мягким и убаюкивающим.

— Давайте сегодня проведём обычный сеанс. Закройте глаза… доверьтесь дыханию…

Слова, словно успокаивающая мантра, постепенно размывали границы реальности. Рюдзи чувствовал, как мысли вязнут, как тяжелеет тело, как уходит напряжение. Через несколько секунд он уже не мог различить, где заканчивается собственная воля и начинается её голос.

Вакаба дождалась, пока его дыхание выровняется. Лишь тогда позволила себе подняться. Она подошла к Рюдзи и нежно коснулась губами его лба.

Затем направилась к окну, провела пальцами по ткани штор — и одним резким движением раздвинула их, впуская в комнату поток белого света.

За стеклом раскинулся другой город — не тот, что знал Рюдзи. Неоновые линии, холодные переливы света, бесконечные башни, уходящие вверх, как иглы. Цифровой Ямато. Виртуальный облик Потока. Идеальная, почти пугающая гармония, созданная лучшими архитекторами и визионерами.

В глазах женщины на мгновение вспыхнули тонкие строчки кода.

Её губы едва заметно дрогнули.

— …Да будет так.

Когда она обернулась, диван был пуст.

Глава 13

Перед глазами всплыло предупреждение: в реале ко мне кто-то пришёл. Я свернула его вместе с бесполезной командной панелью хаба — сейчас её функционал сводился к управлению базовыми параметрами: временем суток, температурой воздуха и готовкой. Бросив полный отчаяния взгляд на чёртов бассейн с алеющим разломом, я открыла глаза и проверила биометрию.

Ихора в крови всё ещё было достаточно. Спать хотелось невыносимо, но нельзя: стоило мне провалиться в сон — контроль над телом могла перехватить Сая.

Я бодрствовала уже сутки. Пыталась снизить уровень ихора в крови и заодно понять, что произошло в хабе Соломона. Почему, что бы я ни предпринимала, я неизменно возвращалась в одну и ту же точку — в самый центр бассейна, без возможности выйти в Ямато?

Я вздрогнула от громкого звука. Кто‑то колотил в дверь — тяжело, настойчиво, гулко, будто был готов снести её с петель.

«Кого там принесло?..»

Может, курьер «отца» привёз новую партию ихора? Или один из его головорезов явился убрать слишком любопытную воспитанницу? Нет… Вряд ли. Если бы меня решили наказать, «отец», как обычно, просто приказал бы Сае доставить меня в Киото.

Меня неоднократно посещали мысли о побеге. И плевать, что без доступа к препарату я снова окажусь в инвалидном кресле. Есть же люди, которые до сих пор так живут — как‑то справляются.

Но чем яснее я понимала, что, пытаясь докопаться до причин смерти Хины, сунула нос туда, куда не следовало, тем очевиднее становилось: куда бы я ни сбежала, меня всё равно найдут.

«Попробовать договориться с Саей? Обратиться в Департамент безопасности? Наверняка у них есть программы защиты свидетелей. Позвонить Рэну? Рюдзи?»

Но поверят ли они мне на слово? И не упекут ли в «Кайдзэн», если узнают, что я «проб»? В Киото нас с малых лет пугали этим местом: говорили, что осакские корпораты ставят там опыты на пробуждённых. Хотя, если задуматься… Разве в «Шинкае» занимались не тем же?