Да будет тьма

– Хорошо, – продолжил мистер Хэтэуэй. – Дело в том, что у нас есть небольшая посылка для мистера Флойда Бранчестера, и вам следует ее доставить.

– Хех, посыльным я никогда не работал. Скажу прямо, для меня это необычный опыт, – усмехнулся Уильям. – И сколько же вы платите за передачу посылки?

– Десять долларов, – слегка вскинув голову, ответил Томас.

– Десять долларов?! – удивленно вскрикнул Уильям. – Что за посылка? В чем подвох?

– Нет никакого подвоха. Вам всего лишь нужно доставить посылку, а после получить свою награду.

– Хорошо мистер Хэтэуэй, я согласен, – с воодушевлением согласился Левингстон. – И что же всё-таки я должен передать мистеру Бранчестеру?

Томас Хэтэуэй развернулся и направился к дальней стене, скрывшись во тьме комнаты.

– Прошу прощения, мэм, – обратился Уильям к Барбаре, – могу я задать вам вопрос?

– Разумеется, мистер Левингстон, – ответила Барбара.

– Вы с мужем так богаты. У вас такой роскошный дом, и, видимо, денег у вас хватит, чтобы выкупить весь этот чертов город, раз вы платите такие суммы за пустяковые поручения. В чем же секрет вашего благосостояния?

– Что ж, – улыбнувшись, начала девушка, переведя взгляд на череп. – быть может, однажды Томас поделится своими секретами, и вы это узнаете.

– Всему свое время, мистер Левингстон, – раздался голос Томаса, выходящего из темноты. В руке он держал деревянную шкатулку, обёрнутую шнуровкой, скрепленной печатью. – Всему свое время.

Томас приблизился к столу и положил шкатулку перед Барбарой, которая, в свою очередь, обеими руками подвинула ее к Уильяму.

– Итак, мистер Левингстон, это и есть посылка, которую вам необходимо доставить, – продолжил Томас, обходя стол. – Вам всего лишь нужно передать ее в руки мистеру Бранчестеру, и вернуться за наградой.

Как только антиквар оказался за спиной Левингстона, Уильям ощутил, как холодные руки хозяина дома легли на его плечи, и Томас продолжил:

– Но вам нужно все сделать правильно. Мистер Бранчестер ждет посылку от других… особ. Поэтому он будет удивлен вашему появлению и, возможно, будет насторожен или даже враждебен. Не удивляйтесь его поведению, ведь он ожидает мистера Джонатана Уайлберга в качестве посыльного. Вам следует представиться и сообщить ему, что мистер Ричард Фокс доволен его работой, а Джонатану Уайлбергу в пути стало нехорошо, поэтому ее принесли именно вы. Передав шкатулку, сразу возвращайтесь к нам.

Томас приблизил голову к уху Уильяма и тихо продолжил:

– И ни в коем случае не упоминайте ему про нас, мистер Левингстон. Шкатулку вам передал Джонатан Уайлберг лично. А когда получатель в этом усомнится, в качестве доказательства покажите Флойду это.

Томас достал жетон, на котором было изображено солнце.

– Хм, странно это все, – недоверчиво проговорил Уильям, беря жетон.

– Мистер Левингстон, если вы не согласны, то… – начал Томас.

– Нет-нет-нет! Я согласен! – спешно возразил Уильям.

– В таком случае вам следует сделать все в точности, как я вам сказал, – проговорил мистер Хэтэуэй, возвращаясь за спину Барбары.

– Так, значит: передать, что Ричард Фокс доволен работой Флойда, а Джонатану Уайлбергу стало плохо, поэтому я доставил шкатулку. Про вас не упоминать. Если что – жетон в помощь. Все ясно, – повторил инструкции Уильям.

– Все верно, мистер Левингстон, – утвердил Томас.

Уильям взял шкатулку и встал из-за стола. Он держал шкатулку и переводил взгляд то на пару антикваров, то на шкатулку, словно хотел спросить что-то еще, но не стал. Повернувшись к двери и начав движение к ней, Уильяма остановил голос Томаса:

– Мистер Левингстон.

– Да, мистер Хэтэуэй? – обернувшись, спросил Уильям.

– Я так понимаю, ваш кулон тоже достался вам от ваших родителей? – спросил Томас.

– Да, мистер Хэтэуэй. Мне его передала мать, – с долей грусти ответил Уильям. – Вы хотели бы и его выкупить?

– О нет, мистер Левингстон, ни в коем случае. Я не имею права вас лишать последней вещи, напоминающей вам о матери, – ответил Томас все в той же сухой манере. – Носите этот кулон и никогда с ним не расставайтесь.

– И еще кое-что, – вмешалась Барбара. – Незамедлительно возвращайтесь к нам, чтобы не произошло. Мы с большим нетерпением ждем вашего возвращения.

Уильям, кивнув, продолжил свой путь к выходу. Дверь открыл Дворецкий и тот, не обронив ни слова проводил гостя к выходу. Уильям вышел на улицу, щурясь от резкого выхода из темноты на свет.

Позади раздался учтивый голос дворецкого:

– Успехов вам, мистер Левингстон, и до скорой встречи.

Уильям услышал, как за ним закрылась дверь.

Он долго пытался собраться с мыслями. Все эти указания казались странными, и у него возникло дурное предчувствие – а оно никогда его не подводило. Он подумал заглянуть в шкатулку, но она была опечатана сургучной печатью, на которой бала гравировка имени «Ричард Фокс». Уильям понимал, что, несмотря на все странности поручения, таких денег он не сможет так быстро заработать, а в его бедственном положении выбирать особо не приходилось. Левингстон выбросил все сомнения и направился к ферме Флойда Бранчестера.

Путь занял около часа, и наконец Уильям добрался до пункта назначения. Солнце стояло в зените и светило как никогда ярко. Долгая дорога под палящим солнцем изрядно вымотала посыльного, который с самого утра ко всему прочему ничего не ел. Весь путь Уильям напоминал себе те указания, которые ему дал Томас Хэтэуэй, чтобы не забыть. Подойдя к двери, парень постучал, убрав за спину шкатулку. Дверь спустя несколько минут открыл Флойд Бранчестер.

– Кто ты такой? – грозно спросил Флойд.

– Я Уильям Эвери Левингстон, – ответил гость.

– И что ты тут забыл? – продолжил опрос хозяин дома.

– Я должен вам передать эту шкатулку, – Уильям вынес руку со шкатулкой перед собой. – Ричард Фокс передает, что доволен вашей работой.

– Да? – с подозрением спросил Флойд. – А почему…

– Мистеру Джонатану Уайлбергу нездоровится, поэтому он попросил, чтобы я и принес эту посылку вам. – прервал Флойда Уильям.

Флойд высунул голову за порог, посмотрел по сторонам, пальцами взявшись за сургучную печать, разглядел ее целостность, после достал из-за спины пистолет и направил его на Уильяма.

– Ты знаешь, что в ней? – взглянув в глаза Уильяма, спросил Флойд.

– Черт, успокойся, мужик! Ничего я не знаю, мне лишь только велели тебе ее передать, – испугавшись и отшагнув назад, ответил Левингстон.

– Кто велел? – спросил Бранчестер.

– Джонатан… Джонатан Уайлберг, – соврал Уильям, достав жетон, который ему дал Томас Хэтэуэй.

Флойд вырвал из руки Левингстона жетон и пристально его рассмотрел.

– Хм, ладно, – сказал он, вырвав шкатулку из рук Уильяма. – Проваливай! И передай Джонатану, чтобы живо тащил свою больную задницу сюда, есть еще очень ценная информация.

Дверь захлопнулась перед лицом Уильяма. Он почувствовал сильное облегчение, ведь все прошло строго по плану мистера Хэтэуэй.

– Вот черт! – выругался про себя Уильям. – Вот уж не думал, что посыльным быть так опасно.

Левингстон направился обратно за заслуженной наградой. Немного отойдя от дома, он почувствовал тень, пронесшуюся, словно что-то резко пролетело над ним в сторону дома, но, подняв голову, ничего не увидел, кроме ослепительного солнца на фоне чистого неба. Через несколько минут отойдя на достаточно большое расстояние от фермы, Уильям услышал, как со стороны дома раздался хлопок, похожий на выстрел. Левингстон уже было направился к дому, но вспомнил указания Барбары и, немного поколебавшись, ускорив шаг, направился в город без оглядки.

Голову его заполнили мысли. Что черт возьми все это было? Какого черта этот мужик наставил на меня пистолет? Что было в шкатулке? Почему Хэтэуэй требовали скрыть свое участие, и что было бы, не выполни я всех указаний мистера Хэтэуэй? И был ли тот хлопок выстрелом, а если да, то кто в кого выстрелил? Уильям перебирал разные версии ответов на эти вопросы, и каждая догадка тревожила его все сильнее. Он уже подумывал отправиться к шерифу или маршалу, чтобы те проверили дом Бранчестера, но не стал этого делать, опасаясь, что, если что и случилось страшное, то блюстители закона не станут разбираться и арестуют самого Уильяма. Так поступая, они упрощали свою работу, а сомнительная репутация Уильяма не вызвала бы подозрений у судей. Уильям все же решился выполнить последнюю инструкцию Барбары и идти к Хэтэуэй за обещанной наградой.

Добравшись до города, Уильям направился к дому семьи Хэтэуэй, чтобы получить награду и, возможно, ответы на вопросы, которые назрели у него. Он постучал в дверь, и она так же моментально открылась, словно дворецкий вообще не отходил от нее.

– Рад вас вновь видеть, мистер Левингстон. Вы быстро вернулись. Но отчего вы имеете столь бледный вид? Вам нездоровится, мистер Левингстон? – культурно обратился дворецкий.

– Не скажу, что я рад видеть вас вновь, – ответил Уильям. – Просто я очень голоден.

– Ах, я уверен, что мистер и мисс Хэтэуэй будут рады видеть вас на обеде, – проговорил дворецкий. – Пройдемте за мной, мистер Левингстон, мистер и мисс Хэтэуэй ожидают вас.

Дворецкий провел гостя к хозяевам тем же путем, в тот же темный кабинет. Когда Уильям вошел в кабинет, дверь за ним закрылась, но с одной особенностью: дворецкий запер снаружи ее на замок. Страх пробрал Уильяма, отразившись у него на лице.

– Присаживайтесь, мистер Левингстон, – Барбара обратилась к Уильяму и рукой указала на кресло перед столом.

Уильям молча и настороженно сел в него.

– Что ж, мистер Левингстон, – разорвал тишину голос Томаса. – Вы молодец. Вы выполнили все указания в точности, за что вы получите причитающуюся награду.

– А как вы поняли, что я выполнил все, как вы сказали? – поинтересовался Уильям.

– Вы вернулись целы и невредимы, это уже тому доказательство. Мистер Бранчестер наверняка угрожал вам оружием, – ответил Томас Хэтэуэй.

– Этот идиот чуть меня не застрелил! – возмутился Уильям. – Почему вы мне не сказали, что он схватится за пистолет?

– Я дал вам все необходимые инструкции, вы их выполнили в точности, потому и целы, – спокойно отвечал Томас, – А что до пистолета, согласились бы вы, скажи я вам об этом?

– Вряд ли.

– Я же вас не обманул. Я не сказал всех подробностей, но упомянул, о возможной враждебности мистера Бранчестера к вам. Инструкций, данных мной, хватило, чтобы все прошло по плану, не так ли?

– Постойте… А откуда вы вообще все это знали? Откуда вы знали, что и как произойдет?

– Опыт, мистер Левингстон. Богатый опыт дает возможность видеть детали и прогнозировать все с точностью до мелочей.

Уильям недоверчиво слегка нахмурил брови. Он чувствовал, что Томас явно чего-то недоговаривает.

– А что там произошло? – задал вопрос Уильям.

– О чем вы? – спросила Барбара.

– Там… Когда я отдал шкатулку Флойду, то позже я услышал… похоже, это был выстрел, – с тревогой сказал Уильям.

– Ах, вы про это, мистер Левингстон, – вмешался Томас. – Вам не стоит об этом тревожиться. По всей видимости, мистер Бранчестер потерял голову от разочарования, распечатав посылку.

– А вы становитесь счастливым обладателем солидной суммы денег, мистер Уильям Эвери Левингстон. Вот ваша награда, – сказала Барбара, достав из ящика стола сверток с деньгами и протянув его Уильяму.

Уильям нерешительно взял деньги, положил сверток в карман. Тут же он услышал, как щелкнул замок двери. На мгновение Уильям кинул взгляд на дверь, и снова посмотрел на антикваров, которые пристально глядели на него. Левингстон медленно встал из-за стола, не отводя взгляда от хозяев дома, и направился к выходу. И снова вслед он услышал голос Томаса:

– Мистер Уильям Эвери Левингстон, не желаете ли вы отобедать с нами? У вас очень голодный вид.

– Нет, спасибо, – не оборачиваясь, ответил Ульям.

– В таком случае до встречи, мистер Левингстон. Дальнейшее наше сотрудничество принесет вам еще больше богатств, о которых вы так мечтаете, – попрощался с гостем Томас.

– Это вряд ли, – ответил Уильям.

– Вы заблуждаетесь, мистер Левингстон. Мы с вами очень скоро встретимся вновь, причем в стенах этого дома, – спокойным тоном сказал Томас. – И будьте любезны, не распространяйтесь по поводу нашего с вами сегодняшнего дела – ради вашего же блага.

Уильям молча покинул жилище антикваров в сопровождении дворецкого. Перед тем как закрыть дверь за Уильямом дворецкий произнес:

– Успехов вам, мистер Левингстон, и до скорой встречи.

Уильям направился домой, по пути захватив в магазине немного еды и выпивки. В его голове все никак не могло уложиться все то, что сегодня произошло. Странные указания Томаса Хэтэуэй, которые в точности исполнились, словно он знал наперед каждый вопрос, который задаст Флойд, увидев перед собой Уильяма. Все эти странности, вселяли страх в сердце Левингстона. Он даже не стал заходить в бар Джона – то ли просто желая говорить об этих событиях, то ли считая, что Джон не поверит в эту историю.

Но что же случилось в том доме? И правильно ли поступил Уильям, что ушел оттуда, или же стоило нарушить указания Томаса, остаться и узнать правду? Эти вопросы не покидали разум Уильяма. А фраза Томаса Хэтэуэй об их скорой встрече и дальнейшем сотрудничестве, беспокоила его особенно сильно, ведь Уильям точно не собирался больше возвращаться во мрак этого дома по собственной воле ни при каких обстоятельствах. Размышляя обо всем этом, он осознал, почему все, кто имел дело с этими проклятыми антикварами вскоре покидали город – подальше от этой зловещей семейки – и не заводили никаких разговоров про них. Городские байки оказались истиной.

Уильям долго не мог уснуть, но все же сон одолел его. В ту ночь ему снился кошмар, в котором Уильям, увидев белые глаза во тьме коридора, от которого он не мог убежать. А в голове, не прекращаясь, звучала фраза, которую произнес дворецкий: «До скорой встречи, мистер Левингстон».

III

После пробуждения и небольшого завтрака Уильям все же решил сходить в дом Флойда и узнать, что там произошло. Но едва он вышел из дома, как увидел нескольких констеблей, приближающихся к нему, среди которых шли шериф и его молодой помощник. Левингстон понял, что они идут именно за ним. Скорее всего, Флойд действительно мертв, и Уильям – под подозрением.

– Именем закона, Уильям Эвери Левингстон, вы подозреваетесь в убийстве! – крикнул один из констеблей.

– Уильям, не делай глупостей! – так же крикнул шериф Стив Браун. – Подними руки и не сопротивляйся!

Уильям покорно повиновался требованию законников, и его скрутили констебли, связав руки за спиной.

– Что происходит, Стив? – крикнув Уильям обратился к шерифу.

– Не делай вид, что не знаешь, Левингстон! – ответил тот же констебль. – Все факты говорят, что ты убийца.

– Не торопите события, – возразил шериф. – Его вина пока не доказана, а ваши факты – это лишь показания единственного свидетеля.

– Не беспокойтесь, мистер Браун, его вина будет доказана. Этот подонок окажется на эшафоте.

– Что? Но я не… я не убивал никого! – оправдывался Уильям.

– Успокойся, Уильям! – сказал Стив Браун. – Только не делай глупостей. Если ты не виновен, то тебе нечего страшиться.

– Но… – попытался продолжить Уильям, но констебль не дал ему закончить, толкнув в спину.

– Замолкни! – рявкнул констебль, – Откроешь свой рот, когда того потребуют, а пока ни слова больше.

Уильям, не стал оспаривать требования представителей закона. Глядя на Стива, он пытался найти поддержку, ведь шериф прекрасно знал Уильяма, и тот хоть и нарушал закон, но на убийство был не способен. Но шериф молча смотрел на происходящее и, как только констебли повели Уильяма к маршалу, закурив трубку, направился вслед за ними. Помощник шерифа, Глен Вест, шел рядом, и шериф видел, что у того назрело много вопросов, но не решался их задать.

Глен Вест устроился на должность помощника шерифа пару недель назад. Это был худощавый энергичный молодой человек с выразительным карим взглядом. Он не придавал значения своему облику, считая это излишним, отчего обычно имел неопрятный внешний вид. Глен получил отменные рекомендации с прежнего места службы, где он безупречно проявил себя, будучи констеблем. Для него новая работа была не просто работой, а имела оттенок увлечения. Он все пытался узнать что-то новое, во всем участвовать, и на фоне спокойного и размеренного шерифа смотрелся как его полный антипод.

– Задавай, – сказал Стив, переведя взгляд на Глена.

– Что? – растерянно спросил тот.

– Я вижу, что ты хочешь что-то спросить, не так ли?

– Да… Да, мистер Браун, конечно, – так же растерянно продолжил Глен. – Вы действительно думаете, что это сделал Уильям Левингстон?

– Нет, сынок. Хоть Уильям еще тот проходимец, но в то, что он убийца… нет, я не могу в это поверить, – ответил Стив

– И все же я никак не могу сопоставить, некоторые имеющиеся факты. Как сказал маршал, свидетель утверждает, что он примерно в полдень видел Уильяма направляющимся к ферме Бранчестера, и спустя полчаса он уже был замечен уходящим оттуда. Как я прикинул, за это время он бы успел лишь дойти до фермы и вернуться, не более того. При обыске, в доме не нашли следов борьбы, а мистер Флойд Бранчестер был обезглавлен и подвешен на мясницком крюке. Едва ли подозреваемый успел бы это сделать за это время, да и сил поднять тело Бранчестера у него явно не хватило, – поделился своими рассуждениями Глен.

– Да, сынок, я тоже об этом подумывал, но… – рассуждал шериф.

– Но что? – поинтересовался Глен.

– Безусловно. Меня больше беспокоит, как именно Уильям Эвери Левингстон, связан убийством. Ведь он является единственным подозреваемым. Но выводы делать рано, – продолжал рассуждать Стив, – Посмотрим, как пройдет допрос, быть может нам станет известно что-то новое.

– Верно, мистер Браун, не будем торопиться с выводами.

– Хотя даже не это все меня беспокоит сейчас… – пробормотал невнятно шериф.

Прибыв в участок, Уильяма поместили в камеру. Вид у Левингстона был подавленный. Всю дорогу он размышлял: рассказать ли о сделке с Хэтэуэй или все же выполнить просьбу Томаса не распространяться об их деле.

Немного позже перед задержанным предстал маршал Джонатан Картер. Это был высокий крепко сложенный брюнет лет сорока с ухоженной короткой бородкой. Суровое выражение лица олицетворяло всю серьезность его отношения к своей работе, а его взгляд казался агрессивным. Появление такого человека вогнало Левингстона в еще большее отчаяние, ведь от такого типа вряд ли стоило ждать сострадания.

– Уильям, это предварительный допрос. Будь добр, отвечай на вопросы и ничего не скрывай, и тогда я смогу тебе помочь, – обратился первым шериф.

– Довольно любезностей, шериф, мы все же не на светском рауте, – иронично начал маршал. – Уильям Эвери Левингстон, так?

– Да, – ответил Уильям.

– Где ты был вчера в районе полудня?

Уильям замешкался: упомянуть ли о своем поход к дому Бранчестера или соврать, но все же решил сказать, как все было с упоминанием сделки с Хэтэуэй. Но не успел он и слова сказать, как в помещение вошла Барбара Хэтэуэй в сопровождении дворецкого. Все присутствующие перевели на нее взгляд.

– Что здесь происходит, господа? – спросила девушка весьма приветливым тоном для столь неожиданного появления.

– Для начала вам бы стоило самой объясниться, мэм. Кто вы и что вы тут делаете? – спросил маршал с недовольной ухмылкой на лице.

– Перед вами госпожа Барбара Хэтэуэй, и попрошу соблюдать более вежливые манеры по отношению к даме, – вмешался дворецкий.

– Хах, надо же! Старик не знает, с кем разговаривает? Вам, мэм, стоит преподать урок вашему папаше, или кем он вам приходится, – нагло продолжил маршал.

– Я прекрасно осведомлен, кто передо мной. Маршал Джонатан Картер, если быть точным. Три недели тому назад вы получили повышение, или лучше сказать – одобрение мэра на получение этой должности – и были переведены сюда. А дома вас ждет прекрасная жена Велма и юная дочурка Дженифер. – ответил дворецкий.

– Откуда черт побери...? – настороженно спросил Картер, оглядываясь на окружающих.

– Я наслышана про грубость местных блюстителей порядка, но вы превзошли все мои самые смелые ожидания, маршал. Объясняетесь немедленно, что здесь происходит? – уже в менее вежливом тоне спросила Барбара.

– Нет уж, это вам следует объясниться, мэм! Кто вы, и что это за старикашка, черт возьми?! – вскрикнул Картер, вскочив из-за стола.

– Тише, тише, Джонатан, успокойся, дай мне с ней поговорить, – вступился Стив.

Шериф повернулся к Барбаре, держа свою курительную трубку в обеих руках.

– Мисс Хэтэуэй, прошу прощения за грубость моего коллеги, но его можно понять. Этот человек, – сказал шериф, указывая на Уильяма, – обвиняется в убийстве. Но не успели мы начать допрос подозреваемого, как вы вломились сюда и начали мешать ведению расследования.

– Какой вздор! Этот человек не виновен, отпустите его немедленно, – возразила Барбара.

– Как же я ненавижу баб в такие моменты… – тихо пробурчал маршал.

– Тише! – шикнул шериф.

– Что? – возмутился Картер. – Давай, разговаривай с ней, раз вызвался.

– Мисс Хэтэуэй, боюсь, что ваша просьба не может быть выполнена. Этот молодой человек подозревается в убийстве, и если в ходе расследования мы докажем его невиновность, то мы его отпустим.

– Постойте, постойте… Вы знакомы с подозреваемым? – вмешался Джонатан.

– Конечно, это Уильям Эвери Левингстон, – ответила Барбара.

– А кем он вам приходится? – продолжил опрос маршал.

– Это наш новый работник. С недавних пор он работает на нас и выполняет наши поручения, – ответила Барбара.

Уильям, наблюдая за всем этим, не мог поверить в появление Барбары и тем более в то, что она пришла его вызволять из лап законников. Он понял, что она – его шанс на спасение, и решил ей подыграть, хотя сначала даже подумал возразить на ее заявление, и согласно кивнул на ее слова.

– Ты работаешь на нее? – спросил Стив.

– Да, да, да, точнее на нее… то есть на них… на семью Хэтэуэй, если быть точным, – растерявшись, ответил Уильям.

Шериф сделал удивленную гримасу услышав ответ Уильяма, на что тот пожал плечами и развел руками.

– И какое же поручение мистер Левингстон выполнял вчера на ферме Флойда Бранчестера? – спросил Картер.

– Он всего лишь относил посылку мистеру Бранчестеру. Один наш коллега по бизнесу мистер Ричард Фокс, отправил одну антикварную шкатулку мистеру Флойду Бранчестеру. Но, увы, штатный его посыльный не смог доставить ее. А мистер Левингстон любезно согласился доставить ее вчерашним днем, – ответила Барбара. Она перевела взгляд на дворецкого и сказала ему представить письмо от мистера Ричарда Фокса.

Маршал взял письмо и, вновь сев за стол, начал его читать.

– А кто такой этот Ричард Фокс? – поинтересовался шериф.

В этот самый момент в помещение ворвался запыхавшийся взволнованный мэр города Корнелиус Лоуренс.

Корнелиус Ван Вик Лоуренс в свои сорок четыре года был весьма влиятельным человеком. Он был первым избранным мэром Нью-Йорка, а также президентом банка штата. Его состоятельность и влияние были столь же грандиозны, как и его требовательность к подчиненным. И такой неожиданный визит, и растрепанный вид столь почтительного джентльмена были, мягко говоря, необычными.

– Стоп! Немедленно…! Стоп! – задыхаясь, прокричал мэр. – Я требую…!

Маршал резко подскочил – то ли от неожиданности, то ли от удивления увидеть перед собой мэра в таком виде. Присутствующие констебли также были растерянны, увидев сию картину. Лишь только шериф вздрогнул от неожиданности, но не потерял самообладания и сохранил внешнее спокойствие.

– Успокойтесь, мистер Лоуренс. Чем вы так взволнованны? – шериф попытался успокоить мэра.

– А? Что? – все так же запыхавшись, выкрикнул мэр, переведя взгляд на шерифа.

Сделав несколько тяжелых глубоких вздохов, Лоуренс увидел Барбару. Вытерев платком пот со лба, он выправил свою осанку и поправил свой помятый воротник.

– Мисс Хэтэуэй, здравствуйте! Как я рад вас видеть! Хе-хе… – пытаясь сдерживать тяжелое дыхание, обратился Корнелиус к Барбаре.

– Я тоже рада вас видеть, мистер Лоуренс, вы как раз вовермя – вежливо ответила Барбара на приветствие.

– Надеюсь вы… То есть вам… э-э-э… Все ли в порядке, мисс Хэтэуэй? – виновато склонив голову, трясущимся голосом спросил Корнелиус.

– Не совсем, мистер Лоуренс, но, быть может, вы окажете содействие, и поможете разобраться в этой нелепой ситуации? – все в той же вежливой манере отвечала Барбара.

– Конечно, конечно, конечно, – протараторил мэр, переведя взгляд на маршала, взгляд которого выражал недоумение, и гневно обратился к нему: – Что тут происходит, мистер Картер? Немедленно объяснитесь!