Единоземье: трон Сильвитарии

— Но как-бы дева не пыталась — зачать дитя не удавалось, — перебил Урса. — Когда же плакать она стала — слеза на камушек упала. И камень вдруг преобразился, яйцом дракона обратился. То благодать богов была, ребёнка нимфа обрела.

Мы с Чарли переглянулись, подумав об одном и том же, а после с улыбками, в такт друг другу, начали шутливо аплодировать Урсе. Очевидно парень красовался.

— Да, дословно легенда изложена в балладе, которую нам всем так любезно продемонстрировал мой племянник, — продолжил Марвус, хмуря на Урсу брови. — Однако со временем, разлетевшись по свету, драконы почему-то перестали давать потомство, обрекая свой род на вымирание. Так уж вышло, что задолго до того, как Фэлдред пришёл к власти, мне удалось отыскать несколько драконьих яиц. Тогда я взял на себя огромную ответственность. С помощью отца Урсы и своего друга из Сильвитарии, я преобразовал это поместье в драконью ферму. Но народ Фера Трибус был недоволен тем, что драконы, которые, по его мнению, являлись наследием юга, нынче находились в руках людей, а потому затаил обиду. И эта обида, вперемешку с ненужной гордостью, не даёт южанам принять руку дружбы, которую я неоднократно им протягивал.

— И что же нам делать? — спросила встревоженная Шарлотта.

— Ужинать! — провозгласил Марвус. Мужчина подошёл ближе и возложил свои руки на наши с Чарли плечи. — Вам не о чем беспокоиться, дядюшка Марвус во всём разберётся. Однажды.

То, как мужчина себя назвал, вызвало на моём лице улыбку.

— Тогда мы, пожалуй, сходим наверх переодеться, — произнесла я, взяв подругу за руку.

Случайно бросив на Урсу взгляд, который только этого и ждал, я поспешила к лестнице, утягивая за собой Шарлотту. Разумеется слова про переодевание были лишь предлогом.

— Вы целовались?! — завопила подруга, вынуждая меня закрыть ей рот.

Хоть дверь моей спальни и была закрыта, я всё равно переживала, что нас кто-нибудь услышит. Точнее не кто-нибудь, а Урса.

— Скорее это было несанкционированное действие с его стороны, — шикнула я на Чарли, проясняя ситуацию. — Я ещё никогда не была так рада видеть Кайроса, как сегодня.

Шарлотта закатила глаза.

— По-моему, уже всем на этой ферме известно, что Урса положил на тебя глаз.

— Ну, разумеется, я это тоже заметила, — произнесла я, сложив на груди руки. — Но мне то что теперь делать?

Шарлотта присела на кровать и похлопала рядом, приглашая.

Вздохнув, я села к подруге.

— Скажи честно, Урса тебе нравится? Я знаю, что нравится.

— Раз знаешь, то зачем спрашиваешь?

— Затем, чтобы ты призналась в этом самой себе, — мягко произнесла Чарли. — Тебе нравится его компания, его дурацкие шутки. И не ври, что не смотришь на него, пока Урса не видит. Он может быть этого и не замечает, а вот я — да.

— Ладно, зайду к нему после ужина.

Шарлотта одобрительно кивнула, встав с кровати.

— Одолжить тебе один из моих корсетов? — спросила подруга загадочным тоном.

— Чарли, я собираюсь просто поговорить с Урсой, а не прыгать к нему в койку.

— Как скажешь, — пожала плечами Шарлотта, направляясь к двери. — Встретимся внизу? Я действительно хотела бы переодеться. Тебе, кстати, тоже не помешало бы.

Шарлотта подмигнула и скрылась за дверью. Я откинулась на кровать, глядя в потолок и размышляя о грядущем разговоре.

Ужин прошёл как обычно — шумно. Однако в этот раз шум был вызван не весёлыми историями Марвуса, а его руганью на Урсу. Как я и предполагала — парню изрядно досталось, а вот мне нисколько. К счастью, Марвус лишь лает, да не кусает. Казалось, мужчина давно смирился с выходками племянника и перестал надеяться на исправление его поведения. Однако как любой взрослый, Марвус считал своим долгом отругать Урсу.

— Не втягивай ты никого в свои безумные идеи, я бы может и слова тебе не сказал, — ворчал лидер сопротивления, явно лукавя. Конечно, он ворчал бы в любом случае. — Но мало того, что ты без спроса оседлал моего дракона, так ещё и неподготовленного всадника на него усадил.

Шарлотта отпила с глиняной кружки и встряла:

— Но ведь меня тоже можно назвать неподготовленным, а Кайросу летать со мной ты позволяешь.

— Кайрос каждый день совершает облёты, это его работа. Я предлагал Урсию заниматься драконами, но ему интереснее эта дурацкая магия!

Урсию. Марвус называл парня полным именем только когда действительно злился. Но чувства Марвуса можно было понять. Он хотел, чтобы Урса продолжал его драконье дело, но профету не было это так важно, насколько дяде хотелось бы.

— И вовсе она не дурацкая! — возразил Урса.

В его тоне я уловила раздражение. Атмосфера явно накалялась.

— Да, не дурацкая, — процедил Марвус, соглашаясь. — Когда умеешь ею пользоваться. Будь Рина с нами, она бы тебя всему обучила.

Хоть сам Марвус и начал уже отходить, но его последняя фраза подействовала на Урсу, как красная тряпка на быка.

— Говоришь мои идеи безумны? А как насчёт твоих? А?

Урса вскочил с лавки, с грохотом оперев руки на стол, после чего добавил:

— Не твой ли план погубил её десять лет назад?

Я едва ли не поперхнулась едой и с осуждением посмотрела на разгневанного парня.

— Твоя мать погибла, потому что Фэлдред сбил её дракона с высоты двухсот метров.

— Она погибла, потому что была верна тебе!

Со скоростью стрелы вылетев из-за стола, Урса стремительно направился к лестнице. Быстрые тяжелые шаги разнеслись эхом по поместью. А затем раздался хлопок от двери.

Я посмотрела на Марвуса. Мужчина тяжело вздохнул, устало потирая глаза. Сидевшая рядом с ним Шарлотта утешающе накрыла руку Марвуса своей.

— Всё в порядке, дорогая, — снисходительно улыбнувшись, произнёс мужчина. — Время от времени у нас случаются такие перепалки. Кровь молодого дракона бурлит яростнее, чем в жилах старого. Уверен, сейчас он больше всего злиться на самого себя.

Чарли вдруг посмотрела на меня и сказала:

— Сэм, ты, кажется, хотела о чём-то поговорить с Урсой. Иди, я помогу Марвусу убрать со стола.

Благодарно кивнув, я встала из-за стола, порывисто обняла хозяина поместья и поспешила на третий этаж.

Оказавшись перед комнатой Урсы, я занесла руку, чтобы постучать, но в моменте передумав, я ворвалась в спальню профета без какого-либо предупреждения.

Урса удивлённо уставился на меня. Торс парня был оголён, а в руках он держал снятую рубаху.

Закрыв за собой дверь, я сделала несколько шагов навстречу профету.

— Ты вообще понимаешь, что значит слово «приватность»? — Урса бросил рубаху на кровать, даже не пытаясь прикрыть голый торс. Его голос звучал резко, но в глазах читалось скорее усталое раздражение, чем настоящий гнев.

— После того как ты устроил истерику на весь дом, ты требуешь от меня приличия?

— Истерику?

— Ты набросился на Марвуса, выкрикнул гадости и сбежал, как…

Я запнулась, но было уже поздно.

— Как кто, Сэм? — Урса приблизился, и теперь расстояние между нами значительно сократилось. — Договаривай.

Я почувствовала, как учащается пульс, но отступать не собиралась.

— Как трусливый мальчишка.

Его глаза вспыхнули, но не от злости — в них появился азартный блеск.

— В таком случае, — начал Урса, усмехаясь. — Может, моя героиня хочет своим примером показать, что такое смелость?

Его слова повисли в воздухе, словно вызов. Я почувствовала, как кровь приливает к щекам, но не от смущения — от негодования.

— Ты хочешь смелости? — мой голос прозвучал низко и опасно.

Я резко шагнула вперед и вцепилась пальцами в его плечи. Его кожа была горячей под моими ладонями, мышцы напряглись в ответ на мое прикосновение.

— Вот тебе твоя смелость.

И прежде чем он успел что-то ответить, я впилась в его губы. Это не был нежный поцелуй — это была атака. Мои зубы слегка задели его нижнюю губу, руки нырнули в волосы, притягивая его ближе, лишая возможности отступить.

Урса замер на мгновение, будто не ожидая такой ярости. Но уже через секунду его руки обхватили мою талию. Его ответный поцелуй был таким же страстным, но более опытным. Он вëл этот танец, позволяя мне сохранять иллюзию контроля, но на самом деле полностью подчиняя себе ситуацию.

Я почувствовала, как его язык скользнул по моей губе, требуя большего. Мои пальцы непроизвольно сжали его волосы сильнее. В этот момент Урса одним движением развернул нас и прижал меня к стене.

Дыхание стало прерывистым, в ушах звенело. Когда мы наконец разорвали поцелуй, чтобы перевести дух, его губы скользнули к моему уху.

— Мне определенно стоит чаще тебя злить.

И прежде чем я успела ответить, его губы снова захватили мои, на этот раз медленнее, но не менее страстно.

Глава 9. Уроки охоты.

Тридцать дней, за которые всё перевернулось с ног на голову.

Тридцать ночей, большинство из которых я провела не в своей постели.

Сначала мне казалось, что это просто вспышка — случайная искра, зажжённая по неосторожности. Но искра не гасла. Она разгоралась с каждым прикосновением, с каждым украденным поцелуем в тени коридоров, с каждым шёпотом, который обжигал кожу горячее, чем должно было.

Кайрос, к слову, тоже не вчера родился. Парень то и дело вился около Чарли, распыляясь на бессчетные комплименты. А подруга и рада. Шарлотта была кокеткой, стала таковой в старших классах. Её яркая внешность и природное обаяние пленили всех, кто оказывался рядом. Однако от отношений девушка чаще всего увиливала, предпочитая длительным романам кратковременные интрижки. Я была весьма удивлена, когда Чарли приняла настойчивые ухаживания нашего обольстительного драконьего конюха и начала относиться к нему со всей серьёзность.

Зачастую я ловила себя на мысли, что всё происходит слишком легко. Как будто кто-то заранее прописал этотa сценарий: я и Урса, наши споры, переходящие в страсть, растворяющиеся в объятиях. Словно мы играли роли, уже известные наперёд. Возможно, мы были предназначены друг другу самой судьбой.

Но когда клинки в моих руках скрещивались с мечом Артики, когда мышцы горели от напряжения, а дыхание сбивалось в такт ударам, я чётко знала — это явно не по сценарию. А значит всё это реально. Все месяцы, проведённые в Броуди — реальны.

И наша лавочка под яблоней тоже реальна.

Сейчас мы вновь сидели здесь, плечом к плечу, и я снова ловила себя на мысли о том, как странно устроена жизнь.

Я перекатывала в ладонях перезрелое яблоко, чувствуя, как мягкая кожица поддается под пальцами.

— Ты не боишься? — спросила я, не поднимая глаз.

Урса медленно повернул ко мне голову:

— Боюсь? О чем ты?

— Ты знаешь, о чем. А если нет, то догадываешься. — Я раздавила плод в руке, и липкий сок начал стекать по пальцам. — Лето кончилось. Наступила осень. И мы не знаем, сколько я еще буду здесь.

Тень пробежала по его лицу, но он лишь скрестил руки на груди.

— Я обязана вернуться домой. — Голос дрогнул. — К близким мне людям. Но теперь… Теперь и ты мой близкий человек. И Марвус. И даже Кайрос, Великих ради. Я не хочу покидать вас. Но я должна. А от того, что день прощания мне неизвестен…

— Ты не можешь знать, сколько времени нам отпущено, — тихо закончил за мной Урса.

Он взял мою липкую от яблочного сока руку в свою.

— Тогда слушай, если нам придётся расстаться, — он поднёс мою ладонь к своим губам, оставив на коже лёгкий поцелуй. — Я найду способ навещать тебя во снах. Каждую ночь.

Сердце бешено заколотилось.

— Обещаешь? — прошептала я.

Урса улыбнулся — не своей обычной дерзкой усмешкой, а как-то по-новому, по-взрослому.

— Клянусь нашей яблоней.

И когда он обнял меня, а ветер сорвал с ветки очередной лист, я на какое-то время вновь успокоилась. Даже если этот мир не мой, эти чувства настоящие. И никакие границы между мирами не смогут их уничтожить.

***

— Мне следует волноваться, отпуская тебя на охоту? — спросила Артика, совершая молниеносный выпад.

Её клинок просвистел в сантиметре от моего плеча.

Я резко присела, позволив лезвию пройти над головой, и тут же контратаковала, ткнув навершием рукояти своего кинжала ей между лопаток.

— Не думаю, что олени или куропатки будут опаснее твоего меча, — фыркнула я, отскакивая на безопасное расстояние.

Артика развернулась, смахнув со лба капли пота. Её глаза блестели азартом.

— Олени не целятся в горло, — парировала она и внезапно сменила стойку, заставив меня отпрыгнуть назад.

Сталь звякнула, когда наши клинки скрестились. Я почувствовала дрожь в запястьях от силы удара.

— А вот разбойники — вполне могут, — проворчала она, увеличивая давление. — Ты уверена, что готова? Лес не для маленьких девочек.

Я резко провернулась, используя силу наставницы против неё, и оказалась у девушки за спиной.

— Готова ли я к охоте? Да.— Мой клинок был тесно прижат к её шее. — Не смей во мне сомневаться, Арктика.

Девушка рассмеялась и неожиданно провела подсечку, сбив меня с ног. Перед тем как я успела вскочить, её меч уже касался моей груди.

— Вот видишь, я всегда сомневаюсь. Потому что если перестану, — Она резко отпрыгнула назад, позволив мне подняться, и приняла боевую стойку, вращая мечом так, что лезвие резало воздух со свистом. — Ты расслабишься. А расслабленные дохнут первыми. — Глаза Артики сверкали, как отточенная сталь. — Так что лучше благодари за моё недоверие. Оно держит тебя в форме.

Я вытерла грязь с подбородка и оскалилась:

— Ну, тогда я вечно буду в идеальном состоянии.

Когда Марвус обратил на себя внимание свистом, я попрощалась с Артикой и направилась в поместье переодеваться.

Прежде я ни разу не была на настоящей охоте, да и мысль об убийстве животных ради забавы не приносила мне удовольствия. Но мои руки за эти месяцы ощипали и разделали столько зверья, что я научилась мириться со своей жалостью. Здесь не было супермаркетов, поэтому охота являлась не прихотью, а способом выживания.

И всё же я чувствовала невероятное предвкушение. В этот раз Марвус решил взять с собой не только Урсу, но и нас с Чарли, что вызывало во мне какие-то тёплые семейные чувства. Это было похоже на то, что должно быть испытывают дети, когда отцы берут их с собой на рыбалку или в поход. Мой, конечно, не возил меня ни туда, ни туда, но мне всегда очень этого хотелось. Что ж, пожалуй, охота бок о бок с лучшей подругой, любимым человеком и дядюшкой Марвусом намного круче любых рыбалок и походов с родным отцом.

Когда Марвус и Урса закончили проверку снаряжения, мы направились к конюшне, где Кайрос лениво лежал на сене в компании Дурмаса.

— Ну, здравствуй, дружище, — прошептала я, заходя в денник к своему гнедому коню. Буян тут же повернул ко мне умные глаза.

— Куда поедем на этот раз? — Его тёплое дыхание пахло люцерной.

— В лес. Марвус поведёт нас на охоту, — ответила я, почесав коня за ушами. — Кстати, у меня есть для тебя кое-что. Вот, держи.

Из кармана я извлекла кусочек сахара. Буян деликатно взял угощение с ладони, едва задев губами ладонь.

— Начало поездки уже радует, — довольно произнёс конь в моём сознании.

— С кем это ты там шепчешь? — за спиной раздался голос Марвуса. Он стоял, скрестив руки. — Неужто с конём?

— Ну… Да. Это странно?

Он хмыкнул, поправляя уздечку на своей кобыле.

— Учитывая твою необычную ситуацию — нет. Вот только я из раза в раз об этом забываю, — произнёс Марвус, постучав по своей голове.

Мы вывели четверых лошадей во двор. Буян бодро топал копытом, явно довольный перспективой прогулки и моим возвращением.

— Да хранят Великие твой путь, — произнёс Кайрос, после чего, поцеловав Чарли на прощание, он ловко подсадил её на пегую кобылу.

Когда вся наша компания оказалась в сёдлах, мы покинули Броуди, направляясь в лесную чащу.

Мы двигались цепочкой: впереди Марвус, за ним Чарли, затем я на Буяне, замыкал шествие Урса.

Холодный октябрьский воздух раздувал вылившиеся из косы передние пряди, наполняя лёгкие терпким ароматом хвои и влажной земли. Где-то в кронах перекликались птицы, а дятел выбивал дробь по старой сосне.

Внезапно Марвус поднял руку, останавливая караван.

— Видите эти зарубки? — Он указал на повреждённую кору дуба. — Самец метил территорию. Следы свежие — не больше двух часов.

Он спешился, провёл пальцами по земле, а затем добавил:

— Хромает на переднюю правую. Видите? Отпечаток копыта неглубокий. Ранен или болен.

Урса, не слезая с коня, провёл рукой по воздуху:

— Ветер в лицо. Он нас не учует.

Когда мы наконец заметили оленя на опушке, Марвус жестом велел нам затаиться. Я прилегла на загривок Буяна, чувствуя, как конь тревожно дышал подо мной. Сердце колотилось так громко, что казалось — олень обязательно услышит.

Шёпот Марвуса разорвал лесную тишину:

— Кайрос говорил мне о твоих успехах в стрельбе. Этот выстрел принадлежит тебе.

Подруга замерла, пальцы непроизвольно сжали лук. Я видела, как её горло сглотнуло комок нерешительности — убийство живого, даже раненого зверя, давалось нелегко. Но искра азарта в её глазах пересилила сомнения.

Белоснежное оперение стрелы мелькнуло, когда Чарли натянула тетиву. Но подруга не спешила делать выстрел.

— В его ноге… Нож. — её шёпот заставил меня насторожиться.

Внезапно Шарлотта выпустила стрелу, но не в оленя. Протяжный вой разорвал воздух — и на опушке рухнул айронфростский рейвен.

— Великие! — воскликнул Марвус, заряжая арбалет.

Из чащи вышли двое. Броня, секиры, лица, искажённые яростью. Между ними шагал второй рейвен.

— Опять вы… — прошипела я, вспоминая нашу последнюю встречу.

Увидев мёртвого волка, один из мужчин оскалился, взглянув на Шарлотту, и потянулся к поясу.

— На кинжалах яд! — крикнула я, вспомнив про сангвимор.

Всё произошло в одно мгновение.

Пегая кобыла Чарли вздыбилась с пронзительным ржанием.

— Чарли!

Подруга кувыркнулась из седла. Я спрыгнула с Буяна, мысленно приказав ему бежать, и бросилась к Шарлотте.

— Ты цела? — мои пальцы лихорадочно ощупывали её плечи, спину. — Слава Великим, — выдохнула я, заключая Чарли в объятья. — Ты в порядке.

Шарлотта не пострадала, но почему? Опытный воин просто не мог промахнуться. Если только целью наёмника была не Чарли.

Я обернулась, и мой взгляд упал на пегую кобылу, что лежала на земле с пеной у рта. Её глаза закатились, оголяя бельмо.

Хвала Великим мне хватило ума отослать Буяна прочь.

Лошадь хрипела в агонии. Сердце сжалось. Вынув короткий меч из ножен, я склонилась над кобылой и перерезала ей горло.

Спину пробил холодный пот, а руки затрясло. Колени подкосились, и мой желудок вывернуло наизнанку. Находясь в состоянии полного ужаса, я не сразу заметила, что Марвус и Урса слезли с сëдел.

Бой начался.

Марвус встретил первого нападающего клинком своего меча. Урса чертил в воздухе руны, замедляя врагов, и помогая дяде. Чарли выпускала стрелы в рейвена, но тот был слишком вëрток.

А я… Я так и стояла на коленях, не зная, что мне делать. Во рту было горько от желчи, а голова гудела от адреналина.

Я совсем забыла о втором наëмнике, пока он не оказался в двух шагах от меня. Его секира блестела в косых лучах солнца.

Вовремя спохватившись, моя рука потянулась за вторым коротким мечом. Мои клинки на фоне его секиры наверняка казались игрушечными.

— Ну-ка, покажи, на что способна! — проворчал он, делая первый размашистый удар.

Я едва успела подставить клинки крестом, принимая весь вес удара на себя. Глухой звон предшествовал боли, которая растеклась по моим запястьям.

— Неплохо, — усмехнулся он. — Но долго ты не продержишься.

Его атаки были методичными, как удары кузнечного молота — тяжелыми, неумолимыми. Я отступала, чувствуя, как подошвы скользят по влажной листве.

Нужно перехватить инициативу.

Когда он снова занëс секиру, я резко рванулась вперед, целясь клинком в незащищённую подмышечную впадину.

— Ах ты маленькая…!

Мой клинок скользнул по коже, оставив кровавую полосу. Но вместо того, чтобы замереть от боли, он развернулся и ударил меня рукоятью в живот.

Воздух вырвался из легких. Я согнулась пополам, но все же успела уклониться от следующего удара, перекатившись в сторону.

— Сдавайся, — мужчина тяжело дышал, но ухмылка не сходила с его лица. — И твоя смерть будет лëгкой.

— Великих ради, не утруждай себя делать мне одолжение, — прошипела я, вскакивая на ноги.

Мы снова сошлись. Удар, блок, контратака. Мои руки горели, спина покрылась липким потом. Он был сильнее, тяжелее, но я — быстрее.

Нужно выждать момент…

И он настал. Наемник, разозлённый моим упорством, сделал слишком широкий замах.

Я прыгнула вперед, целясь клинком прямо в горло…

Но мне было не потягаться с его опытом ведения боя.

Ответный пинок в грудь отбросил меня в дерево. Я осела на дубовый ствол.

— Сэм! — голос Урсы пробился сквозь звон стали.

Я подняла голову. Секира взметнулась вверх, солнце отразилось в лезвии…

И вдруг…

Дуб ожил.

Ветвь, как змея, обвила шею наемника. Я буквально чувствовала каждую прожилку дерева, каждое его усилие.

— Что за… — Хрип наëмника оборвал хруст.

Тело рухнуло на землю.

Я тяжело дышала, глядя на свои дрожащие руки. Из моего носа хлынула кровь, а голова закружилась, но я оставалась в сознании.

— Сэм… — Урса подбежал, его глаза были полны ужаса и восхищения.

Я не могла вымолвить ни слова. Только кивнула, давая понять — со мной все в порядке.

Развязка наступила быстро.

— Цела? — Урса схватил меня за плечи, его кровь капала мне на рубаху.

— Лучше, чем твоя бровь. — Трясущимися пальцами я коснулась его раны.

Марвус, прижимая окровавленное плечо, фыркнул:

— Охота удалась. Добыча — три мертвяка и пара тварей.

Чарли с облегчением опустилась на бездыханное тело рейвена, вытирая пот со лба:

— Ну что ж… Теперь у нас есть, чем удивить завсегдатаев Вереска.

Я поднесла пальцы к губам и резко свистнула. В тишине леса раздался топот копыт — Буян вылетел из-за деревьев, его медная грива развевалась на ветру.

Я вернулась в седло и помогла Шарлотте сесть мне за спину. Подруга обхватила меня за талию, её пальцы слегка дрожали.

Марвус кивнул, осматривая нашу потрёпанную компанию:

— Домой.

Мы двинулись обратной дорогой, оставляя позади место боя. Урса шёл первым, его лук то и дело взмывал вверх — через какое-то время на его седле уже болталась пара фазанов с пронзёнными грудками.

Тени становились длиннее, солнце катилось к горизонту, окрашивая небо в багровые тона. Когда показались первые огни Броуди, уже стемнело.

— Эй, смотрите! — Чарли ткнула пальцем вперёд.

На въезде в деревню нас ждал Кайрос с факелом в руке. Увидев нас, он резко выпрямился:

— Ну и вид… Сразу видно — охота удалась.

— Олень убежал, — сухо заметил Урса.

Чарли сползла с коня и тут же прислонилась к его плечу. Подведя Буяна к Кайросу, она передала ему уздечку.

— Зато лес оказался богатым на дичь, — я слезла с Буяна и потянулась, чувствуя, как ноют все мышцы.

Урса и Марвус молча подхватили наши вещи. В тёплом свете факелов мы побрели к поместью.

— Кажется, меня ждёт ванна, — пробормотала я.

— А меня мягкая кровать, — вздохнула Чарли.

— Мне достанется миллион вопросов от Кайроса, — добавил Урса, но в его голосе слышалась усталая усмешка.

Однако профету повезло. Вместо того, чтобы расспрашивать Урсу об охоте, Кайрос решил обсудить произошедшее с Шарлоттой, сидя на крыльце.

Едва завидев нас на территории поместья, Дурмас оживился и побежал навстречу. Паренёк принял Буяна и коня Урсы и направился к денникам вместе с Марвусом.

Я же захватила из дома чистые вещи и направилась в купель. Однако чьи-то быстрые шаги заставили меня обернуться.

— Всё хорошо? — спросила я, встретившись взглядом с Урсой.

— Хочу помочь тебе набрать воды, если не возражаешь.

Я пожала плечами.

Мы обошли дом Марвуса и зашли в отдельную пристройку — каменное помещение с глубоким бассейном, выдолбленным прямо в полу. Несмотря на то, что ванна нужна была мне, всю работу взял на себя Урса. Он наполнял деревянные вёдра из колодца, выплёскивая ледяную воду в чугунный котёл, раскалённый над огнём.

— Я всё думаю, неужели те наёмники выживали в лесу всё это время?

Парень о чём-то задумался, из-за чего мне пришлось повторить свой вопрос.

— Наверное, — произнёс профет, переливая холодную воду из ведра в купель. — Если ты враг сопротивления — лес тебя не отпустит. Так что их участь в любом случае была не завидна.

Когда вода закипела, мы осторожно перелили её в купель, смешивая с холодной, пока пар не начал стелиться над поверхностью, создавая дымчатое марево.

— Что ты делаешь? — удивлённо спросила я, когда Урса начал раздеваться.