ПЕДАГОГИКА ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

Заняв должность директора колонии, Герд в первую очередь категорично отказался от тюремных атрибутов: стражи, камеры, карцера, надзирателей и пр. Более того, весь внутренний строй колонии больше походил на обычное и даже в чём-то привилегированное учебно-воспитательное учреждение, где господствовала крайне корректная форма обхождения с подопечными. Вместе с тем весь внутренний строй колонии подчинялся строгому распорядку. Пять часов воспитанников ежедневно уходила на учёбу, четыре – на работу. Будучи прекрасным дидактом, Герд вёл многие учебные занятия с воспитанниками, применяя при этом наглядность, предметность, проблемную подачу учебного материала, экскурсии в природу. Кроме того, им успешно реализовывалась на практике методика семейного воспитания, предложенная и апробированная Песталоцци. Все воспитанники колонии делились на семьи из 15-17 человек. Во главе «семьи» стоял воспитатель. Его ближайшим помощником являлся один из лучших воспитанников, как бы старший брат для остальных. Каждая «семья» жила в отдельном помещении, следила ним, делала его более уютным, «одомашненным». Основным средством перевоспитания педагогически запущенных детей и подростков, вслед за Руссо, Песталоцци, Герд определял производительный труд. Руководителю колонии, воспитателям стоило больших усилий заставить колонистов силой убеждения каждый день без лени и обмана трудиться на общую пользу: пилить дрова, копать в огороде землю, мыть полы, делать другую разнообразную черновую работу. При этом сам директор колонии показывал воспитанникам личный пример. Эффективность педагогического воздействия во многом определялась слаженностью педагогического коллектива, единством требований к воспитанникам. Большим подспорьем для воспитателей колонии выступала систематическая пропаганда Гердом творческих идей и опыта известных педагогов, его беседы с воспитателями на темы общения с подопечными, индивидуального подхода к ним. Как видим, Герд в качестве руководителя колонии и педагогического коллектива ставил перед собой задачу повышения уровня педагогического мастерства своих педагогов, знакомил их с теоретическими основами воспитания. Это тем более ценно, что российская педагогика к тому времени ещё не накопила опыта перевоспитания несовершеннолетних правонарушителей и принцип «делай как я» был ведущим в практике подготовки воспитателей. (166, с. 86).

Герд с завидным упорством изучал сломленные жизнью характеры воспитанников, их сильные и слабые стороны, сравнивал, анализировал, подбирал к каждому индивидуальный подход, добиваясь, как писал, вспоминая Герда, один из его современников, нравственной связи между воспитателем и воспитанником. (23, с. 3).

Нетрудно заметить, что задолго до появления феномена Антона Семёновича Макаренко появился интереснейший опыт Резенера-Герда, опыт, которому не суждено было быть теоретически обоснованным и который замолчали на долгие почти полтора столетия. Думается, пришла пора приоткрыть завесу, рассекретить достойное фундаментального изучения педагогическое наследие, тем более, что проблема перевоспитания несовершеннолетних, к сожалению, и на сегодняшний день чрезвычайно актуальна.

Итак, мы позволили сделать небольшое историческое отступление для того, чтобы показать, что в условиях отсутствия в России Х1Х в. системы подготовки педагогических кадров для перевоспитания малолетних преступников миссию эту успешно выполняли общественные учреждения исправительного воспитания и видные российские педагоги-общественники.

Вернёмся к системе подготовки учителей гимназий и уездных училищ. Подготовка эта осуществлялась в специальных педагогических институтах, входивших в состав университетов. Срок обучения – 3 года. Учебный план включал предметы по специальности и методику преподавания, утверждался собранием профессоров университета. С 1835 г. срок подготовки учителей был увеличен до 4 лет. Каждый преподаватель вёл 2-3 предмета. Главные формы и методы обучения: собеседования, диспуты, семинары, упражнения, пробные лекции, «примерные уроки» с последующим анализом.

Имела место и другая модель подготовки учителей с университетским образованием. Открывались двухгодичные педагогические курсы, принимавшие выпускников историко-филологических и физико-математических факультетов университетов. Это обучение давало дополнительное образование по общепедагогической и методической подготовке.

Во второй половине Х1Х в. основная часть профессионально подготовленных учителей для классических гимназий проходила подготовку на историко-филологических факультетах институтов г.г. Петербурга (основан в 1867 г.), Нежина (1875 г.) и государственных учебных заведений, приравненных к вузам.

Предпосылки возникновения высшего педагогического образования появились в конце Х1Х- начале 20 в.в.

Теоретико-методологическую основу становления и развития высшей педагогической школы составили идеи К.Д. Ушинского, Н.И. Пирогова, П.Ф. Каптерева, В.П. Вахтерова, Л.И.Петражицкого, В.М. Бехтерева, П.Ф. Лесгафта, А.П. Нечаева и др.

В России имелось небольшое число учебных заведений, представлявших собой собственно педагогические вузы, готовившие учителей средних школ. Это были упомянутые выше историко-филологические институты в Петербурге и Нежине, Педагогическая академия, Женский педагогический институт и Фребелевские курсы в Петербурге, Высшие педагогические курсы и Педагогический институт им. П.Г.Шелапутина в Москве и Фребелевский институт в Киеве. (193, Т. 2, с. 236).

Педагогические вузы создавались по инициативе общественности и даже частных лиц. Передовые деятели науки и просвещения, и среди них Д.И.Менделеев, настаивали на необходимости развития специальной сети учебных заведений для подготовки преподавателей средних школ. Но царское правительство относилось к педагогическим вузам подозрительно, опасаясь распространения революционных настроений среди слушателей – будущих народных учителей. Только незадолго до февральской революции министерство народного просвещения приступило к созданию одногодичных курсов «для подготовки учителей и учительниц средних школ».

Особое место занимали учительские институты. В них принимались лица, окончившие высшие начальные училища и учительские семинарии. Срок обучения – 3 года. Слушателей готовили к преподаванию всех предметов в высших начальных училищах. Обучающиеся получали основательную педагогическую подготовку, но уровень научной подготовки был низкий. В 1917 г. в России было всего 58 учительских институтов с 4 тыс. слушателей.

Подготовка учителей также осуществлялась и в системе университетов, и высших женских курсов, и в духовных академиях.

Мы представили краткую характеристику подготовки учителя в дореволюционной России. А каким было его материальное положение? Ответить на этот вопрос нам поможет очень интересный, добротный материал авторов Т.В.Филоненко и А.В.Шипилова. (174).

Так, в конце ХУШ в. в год по штату Воронежского главного народного училища, директор получал 500 руб., учитель 1У класса – 500 руб., Ш класса -475 руб., П класса – 275 руб., 1 класса – 150 руб., учитель французского языка – 100 руб. (обратите внимание на резкую, пятикратную градацию учительского жалования, в зависимости от класса и предмета), при казённой квартире, дровах и свечах. Для того, чтобы примерно представить себе, о каких суммах идёт речь, можно заметить, что ржаная мука здесь в данное время стоила не дороже 20 копеек за пуд, пшеничная – 40 копеек, баранина – 60 копеек, говядина и осетрина – 80 копеек, мёд – 2 руб. 80 копеек. Учитель 1у класса, таким образом, на свою месячную зарплату мог купить 3413 кг. ржаной муки или 1706 кг. пшеничной муки, или 1138 кг. баранины, или 853 кг. говядины или осетрины, или 248 кг мёда.

Как видим, даже учитель французского языка, получавший в пять раз меньшее жалование, был относительно обеспеченным человеком и на свой заработок мог содержать семью и прислугу (при этом жильё, отопление и освещение были бесплатными). (Там же, с. 66).

В 1804 г. был введён в действие новый школьный устав, по которому систему общеобразовательных учебных заведений стали составлять приходские училища, уездные училища и гимназии. Уровень заработной платы в это время сильно не изменился. Так, в год смотритель уездного училища, назначавшийся, как правило, из учителей гимназии или уездного же училища, получал 300 руб., учитель – 250 руб. При этом оба могли получать ещё по 75 руб. за ведение дополнительных предметов; квартира, отопление и освещение были казёнными. Для сравнения заметим, что в это же время столичные рабочие зарабатывали от 36 до 168 руб., в среднем 80 руб., т.е. в 3-4 раза меньше уездного учителя.

Материальное положение основной массы учителей в начале Х1Х в. в России несколько понизилось. В то же время социальный статус учителей повысился, т.к. учительские должности в законодательном порядке были соотнесены с чинами Табели о рангах. Учителя уездного училища состояли в ХП классе (губернский секретарь), учитель рисования – в Х1У (коллежский регистратор), смотритель уездных училищ – в 1Х классе (титулярный советник), гимназический учитель рисования состоял в ХП классе, учителя языков – в Х классе (коллежский секретарь), учителя наук – в 1Х классе (титулярный советник), директор гимназии – в УП классе (надворный советник). Чин Х1У класса в статской службе давал дворянство, чин УШ класса – потомственное дворянство, со всеми соответствующими правами и привилегиями.

Как известно, при Николае 1 последовал новый школьный устав. Расписание чинов и должностей осталось прежним. Дело обстояло таким образом, что любой лично свободный человек, обладавший элементарными навыками чтения, письма и счёта, мог поступить на должность учителя начальной школы и таким путём получить возможность быть причисленным к высшему привилегированному сословию: все учителя имели дворянские звания.

При следующем российском императоре Александре П., который вошёл в историю как инициатор буржуазно-демократических реформ, одной из реформ стала школьная реформа 1864 г. Размер жалованья теперь в основном определялся не по читаемому предмету, а по количеству часов учебной нагрузки. Гимназический учитель чистописания, рисования и черчения за свои 13 недельных уроков получал 600 руб., учитель русского языка и словесности (12 уроков) – 900 руб., учитель математики (17 уроков) – 1200 руб., учителя немецкого и французского (19 уроков) – 1320 руб., учитель истории и географии (22 урока) – 1500 руб. и т.д. Для сравнения ординарный профессор в университете получал 3000 руб., экстраординарный – 2000 руб., доцент – 1200 руб. Таким образом, некоторые учителя в гимназии получали жалование больше, чем университетские доценты, а зарплата директора гимназии равнялась жалованию экстраординарного профессора. В то же время квалифицированные рабочие зарабатывали по 15-20 руб. в месяц, т.е. по 180-240 руб. в год. Таким образом, учитель истории с его 125 руб. в месяц получал в 6-8 раз больше рабочего.

В 1871-72 г.г. была осуществлена новая школьная реформа. Классные чины школьного образования остались прежними, что же касается жалования, то здесь произошли существенные изменения. По Уставу 1864 г. размер учительского жалования определялся количеством уроков в неделю, которое колебалось от 12 часов до 22 часов, а размер жалования, соответственно от 900 руб. до 1500 руб. в год. Теперь же вводилось разделение учителей на 4 разряда, различавшихся размером жалования, выплачивавшегося за нормативную нагрузку, составлявшую 12 уроков в неделю: учитель четвёртого разряда получал 750 руб., третьего – 900 руб., второго – 1200 руб., первого – 1500 руб. Интересно, что за классное руководство (должность классного наставника) выплачивалось 160 руб.

В 1880 г. средний размер учительской зарплаты составил 191 руб. в год. На 1896 г. земский учитель получал в среднем 270 руб. Зарплата в разных губерниях была разной. Так, наибольшую зарплату учителям платили земства Таврической губернии – 408 руб. в среднем и Пермской – 367. Наименьшая зарплата выплачивалась учителям Калужского земства – 199 руб.

В 1912 г. был принят специальный законопроект об улучшении материального положения учителей. Размер зарплаты учителя увеличился. Так, учитель с высшим образованием и 20-летним стажем работы, проводивший не 12 нормативных уроков, а 18 и исполнявший должность классного наставника, получал в год 3550 руб. В итоге учитель получал в 14 раз больше средней зарплаты рабочего. Для сравнения приведём цены некоторых продуктов того времени: гречневая крупа – 1 руб. 40 коп. за пуд, пшено – 1 руб. 60 коп., мука пшеничная – 2 руб. 6о коп., говядина – 5 руб. 85 коп., яйца – 29 руб. 50 коп. за 1000 штук и т.д. Как видим, государство обеспечивало учительскому корпусу вполне достойный уровень жизни. Правда, учителя начальных классов получали значительно меньшую зарплату. Нельзя забывать, что рабочий год учителя был очень сокращён, порой он работал с сентября – октября по апрель-май. В большинстве территорий школа в течение 4-6 месяцев в году была закрыта и учитель мог заниматься другими видами деятельности. Кроме того, учитель жил на казённой квартире или в доме – жильё предоставлялось бесплатно. Примечательно, что из учительского бюджета вполне можно было оплачивать даже труд прислуги. (Там же).

Как показала жизнь, всё это не так уж и плохо по сравнению с позднейшими периодами истории российского учительства и особенно с настоящим положением не только учителя школы, но и педагогов средней и высшей профессиональной школы.

Рассматривая ретроспективно систему подготовки учительских кадров в России, материальное положение учителя, невольно встаёт вопрос – а какова история методического обеспечения учебно-воспитательного процесса в учебных заведениях на начальном этапе создания этой системы? К сожалению, этот вопрос в педагогической литературе раскрыт очень слабо и поверхностно.

Истории педагогики уже были известны замечательные труды выдающихся педагогов Запада и России, в частности, Я.А.Коменского, Ж.-Ж. Руссо, И.Г.Песталоцци, К.Д.Ушинского, призывавших к развитию познавательных возможностей обучаемых через наглядность. Практически же решить эту проблему повсеместно было невозможно, особенно в России. Более того, у нас не только не изготовлялись наглядные пособия, но на них и спроса не было. Почти все учебно-наглядные пособия для начальной и средней школы производились тогда заграничными фирмами.

Необходима была не только пропаганда принципа наглядности в учительских кругах, но и показ конкретных наглядных пособий, которые могли бы быть использованы в практике учебной работы. (4, с. 212). Эту задачу и стал выполнять Педагогический музей г. Петербурга. Педагогический музей был образован на основе библиотеки военно-учебных заведений в 1864 г. Музей стал отделом Музея прикладных знаний, организованного военным ведомством с целью распространения научных знаний в применении их к технике, промышленности и искусствам, путём устройства выставок, публичных лекций, изданий книг, журналов и брошюр.

Работа Педагогического музея строилась главным образом на общественной самодеятельности, объединяемой учебно-воспитательным комитетом. Всеми отделами бесплатно руководили видные учёные и методисты. Штатными были лишь должности директора, его помощника, хранителя и лаборанта.

В первые годы музей занимался главным образом сбором и систематизацией учебно-наглядных пособий. Получив от 2-ой Петербургской военной гимназии некоторое количество педагогических коллекций и около тысячи книг, музей стал пополнять их, собирая экспонаты от отдельных лиц и приобретая их через соответствующие торговые фирмы.

В 1865 г. музей приступил к организации первой в России педагогической выставки. Открылась выставка в 1866 г. Подготовка выставки осуществлялась путём пополнения коллекции новыми наглядными средствами и методическими пособиями. Посетило выставку огромное количество педагогов, как самого Петербурга, так и других городов России. Удивительно, но выставка вызвала волну позитивного отклика посетивших её – многие пожелали передать в музей свои авторские наглядные средства и пособия, высказывались предложения о необходимости изготовления новых пособий, полезных для русской школы вообще. Педагогическая выставка несомненно способствовала популяризации в русской школе идеи наглядного обучения и вместе с тем заставила музей заняться производством дидактических наглядных пособий.

Постепенно появилась возможность приступить к массовому изготовлению наиболее значимых, необходимых для школы наглядных материалов. Для этого необходимо было подобрать и изготовить образцы, оценить их в кругах специалистов и учителей, совершенствовать готовые модели и вместе с тем наладить производство пособий в достаточном количестве, при невысокой стоимости каждого из них. Стали создаваться при Педагогическом музее предметные комиссии, которые и занимались изготовлением образцов, рассмотрением предложенных конструкций и апробацией их вначале в классах военных гимназий.

В связи с тем, что своего опыта ещё не было, на первых порах чаще всего приходилось обращаться к заграничным моделям. Активно работая, комиссии вышли на собственные позиции, свои отечественные модели. Стали появляться оригинальные русские пособия по математике, физике, естествознанию, истории, родному языку и другим предметам школьного курса.

Практика показала, что заграничные дидактические материалы, изготовленные из дорогого сырья, быстро выходили из строя. Их дороговизна препятствовала широкому распространению в учебных заведениях России. Кроме того, эти пособия, что вполне естественно, не всегда отвечали нашей отечественной ментальности, задачам русской школы. В результате комиссии вынуждены были отказаться от многих зарубежных образцов и заменить их своими конструкциями.

Благодаря многолетнему труду предметных комиссий музея, были созданы различные учебно-наглядные пособия. Интересен тот факт, что вдруг стали поступать заявки на наши дидактические материалы из–за рубежа. Наглядные пособия широко распространялись не только в школах России, но и в зарубежных школах. Отрадно, что некоторые пособия, например, по физике, математике дошли до наших дней и с успехом применяются в практике современной школы.

Интересен вопрос: а кто изготавливал пособия? Ответ просто ошеломляющ – массовым производством дидактических наглядных пособий занимались тюрьмы. Так, в Петербургской морской тюрьме было налажено изготовление пособий по арифметике и геометрии. Арифметические ящики, выполненные заключёнными, оказывались очень дешёвыми и выгодно отличались от иностранных образцов своей простотой и прочностью. Постепенно в Педагогическом музее рядом с арифметическими ящиками, бывшими в продаже по 24 рубля, появились ящики, изготовленные в тюрьме, стоимостью в 2 рубля 32 коп. (4, с. 214).

Вскоре тюрьма была завалена заказами со стороны школ, и тогда стали возникать в столице и небольшие мастерские для производства наглядных пособий. Школы получили возможность использовать их в обучении детей, причём в три раза дешевле, чем ранее. Через некоторое время при музее было организовано комиссионерство по изготовлению и сбыту наглядных пособий. Дело было поставлено на коммерческие основы, что вело к значительному удорожанию стоимости пособий и сокращению возможности их получения для школ. Музей вновь вернулся к прежнему варианту – изготовлению пособий в тюрьмах и домах трудолюбия.

Распространению в школах наглядных материалов способствовали педагогические выставки.

В начале 80-ых г.г. Х1Х в. музей ознакомил московских кустарей с производством учебных пособий, которые быстро набирали обороты и развёртывались в солидные производственные центры.

Важным является также факт подготовки Педагогическим музеем каталога наглядных пособий и учебных руководств для начальной и средней школы, распределённых по отделам учебных предметов. Таким образом, каталог представлял собой своеобразную педагогическую энциклопедию, знакомящую учителей с многообразием наглядных средств обучения, с методикой использования пособий в школе и с теми задачами, которые ставились педагогикой.

Успешная деятельность Педагогического музея позволила ему вскоре организовать международные выставки: парижскую географическую выставку, брюссельскую гигиеническую, участвовать со значительным числом педагогических коллекций в Лондоне, в Филадельфии, в Венеции, в Чикаго, в выставках по экспериментальной психологии во Франкфурте-на-Майне, Женеве, Берлине.

Более того, результативная работа Педагогического музея по пропаганде опыта подготовки дидактических наглядных пособий и его успешного образовательного влияния на массы в процессе международных выставок привели к тому, что не только на территории России, но и во многих странах стали создаваться подобные музеи (В Бельгии, Франции, Германии, Японии, США, Голландии, Швейцарии, и в Италии.)

Как видим, Педагогический музей Петербурга стал не только учреждением, объединившим педагогическое дело в России, но и России с европейскими странами. Он влиял на разработку некоторых вопросов педагогики во многих странах мира. В первую очередь осуществлялось это через выставки и съезды, в которых своими педагогическими коллекциями наш музей демонстрировал уровень развития педагогики в России, в ряде вопросов опередившей Запад. (Там же, с. 225).

Примечательно также, что именно Педагогический музей, организуя педагогические конкурсы, впервые ввёл премию имени К.Д.Ушинского. Первоначально средства на эту премию в размере 6 тысяч рублей в 1896 г. предоставили Н.К. и К.К. Ушинские. «Капитал этот, - сказано было в акте передачи, - жертвуется нами, нижеподписавшимися, Педагогическому музею для учреждения премии имени отца нашего, Константина Дмитриевича Ушинского…». (Там же, с. 229).

Назовём создателей, активных разработчиков и пропагандистов идей внедрения дидактических наглядных материалов первого в мире Российского Педагогического музея. К ним в первую очередь относятся Н.Х. Вессель, К.К. Сент-Илер, В.А. Евтушевский, Ф.Ф. Эвальд, В.П. Коховский, И.И. Паульсон, Д.Д. Семёнов, А.Н. Острогорский, Н.Ф. Бунаков, А.Я. Герд, Н. Корф, П.Ф. Лесгафт, П.Ф.Каптерев Вполне очевидно, что теоретико-методологической основой для целостной системы всей этой многомасштабной работы музея послужили идеи величайшего дидакта Я.А.Коменского и основателя отечественной педагогики К.Д. Ушинского.

После Октябрьской революции педагогическое образование получило огромный размах. Его развитие осуществлялось на фоне систематизации, обобщения лучшего дореволюционного опыта, поисков новых форм и методов обучения.

Среднее педагогическое образование давали педагогические техникумы, педагогические классы средних школ, краткосрочные курсы. Ведущими учебными заведениями, готовящими учителей начальных классов и воспитателей дошкольных учреждений, стали педагогические училища.

Система педагогических институтов СССР в основном сложилась в 30-ые годы. Для подготовки учителей У-УП классов была создана сеть учительских институтов. В конце 50-ых годов некоторые педагогические институты были присоединены к университетам. На начало 2000 г. подготовку кадров по направлениям и специальностям педагогического профиля в России ведут свыше 170 вузов, из них 90 педагогических университетов и педагогических институтов, которым принадлежит особая роль в развитии педагогического образования как открытой, гибкой и вариативной системы , развивающейся с опорой на традиции отечественного образования и науки с учётом особенностей современной экономической и социокультурной ситуации. (193, Т.2, с. 236).

За последние годы в высшем педагогическом образовании произошли существенные изменения. Высшая педагогическая школа получила возможность интегрироваться в общую систему вузовского сообщества, что открывает новые перспективы её развития. Сложились различные пути получения высшего педагогического образования: педагогические университеты, педагогические институты, университеты, отраслевые вузы, учебно-научно-педагогические комплексы «педагогический колледж - педагогический вуз».

Многообразная сеть образовательных учреждений (гимназии, лицеи, колледжи, школы с углублённым изучением предметов, образовательные комплексы различного вида) потребовала подготовки качественно нового учителя, готового к работе в новых условиях, способного адаптироваться к педагогическим инновациям и быстро реагировать на современные и перспективные процессы социального и экономического развития общества.

Основой для формирования личности педагога нового поколения стали требования государственных образовательных стандартов, повлекших за собой изменение содержания высшего педагогического образования, предусматривающие его фундаментализацию, гуманитаризацию, гуманизацию и дифференциацию, а также разработку и реализацию инновационных педагогических технологий обучения.

В ходе реформирования высшего педагогического образования осуществлён переход на обучение по образовательным программам высшего профессионального образования, которые реализуются непрерывно и по ступеням. Наряду с традиционной для высшего педагогического образования программой пятилетней подготовки специалистов ведётся обучение по образовательной программе подготовки бакалавров и магистров образования. Данные образовательные программы разработаны на основе государственных требований к минимуму содержания и уровню подготовки бакалавров и магистров по шести направлениям высшего педагогического образования, государственных требований к минимуму содержания и уровню подготовки специалистов по 42 специальностям, причём, спектр педагогических специальностей значительно расширен.. Открыта подготовка педагогических кадров по таким специальностям, как экономика, психология, философия, политология, юриспруденция, социальная педагогика, специальная психология, коррекционная педагогика, социология, экология, валеология и др. Расширение спектра специальностей обусловлено общей тенденцией дифференциации специальностей социокультурной сферы, новыми направлениями деятельности педагогов в современных условиях.