Мишень Номер Один: Попасть в сердце

– Да чтоб сто лет мне такого фаната не видать.

– Ну-ну, я не так плох, как ты себе думаешь. Твоя сестричка не жаловалась. И ты не жалуйся, – приблизился он к моему лицу. Раз за разом посматривая на мои губы. Пальцы Дыма мягко прошли по моей щеке, оставляя после себя мерзкое послевкусие. Так и хотелось ему врезать. По-мужски. Кулаком в зону виска, или куда там обычно парни начинают бить в случае разборок. Только этот придурок расположился между моих ног, да так, что я пошевелиться не могла.

Я замерла на мгновение. Вены внутри тела натянулись и готовы были стрельнуть в этого героя, который посмел прикоснуться ко мне. Я сдерживала крики, слёзы, ругательства. Сдерживала всё! Я не знала, что делать, чтобы не навредить Светлому. Не хочу, чтобы Дым устроит ему жизнь ещё слаще. Но и терпеть такое поведение я тоже не намерена.

Особенно когда его рука прошлась по моей груди. Спать с подонком, который убил ребёнка и удерживает моего любимого – верх героизма. На который я пойти не готова.

– Клешни убери, а то придётся отрезать, – сквозь зубы сказала я. – И поверь, сделаю я это с пребольшим удовольствием.

– Рядом с тобой, у меня просыпается желание отрезать тебе язык, – продолжали его рука блуждать по моему телу, пока вторая заламывала мою левую руку за спину. – Но девушка без языка – это, как еда без соли. Пресная, безвкусная, однообразная Так что, придётся оставить. Считай это моим свадебным подарком, как сестре моей будущей жены.

– Разговаривать с тобой было очень интересно. Но мне пора идти, – попыталась вырвать я своё запястье, которое тот держал мёртвой хваткой.

– Обязательно, – криво улыбнулся он мне в губы. – Только сначала отдай то, что забрала.

Внутри всё похолодело и сжалось в тугой узел. Я не могла позволить ему забрать единственное, что связывало меня со Светлым и всей этой криминальной тематикой. Зачем он тогда весь этот цирк устроил, если знал, что я копалась в его вещах, если понял, что я украла ноутбук?

– Я ничего не брала, – стояла я на своём, пытаясь прикрыть сумку своим телом.

– Да? – насмешливо бросил он. – У тебя вкусные духи. Правда. И до хрена стойкие. Ими пропиталось всё в этой квартире. Особенно то, что ты сейчас прячешь в своей сумке. За очаровательной и такой наглой спинкой.

– Я буду кричать, – попыталась напугать его я. – Учти, верещу я, как свинья на убое. Всех соседей на уши подниму.

– Отдай мне сумку. По-хорошему. Сегодня я не в настроении окрашивать стену твоими тупыми мозгами. Отпущу с мелким сотрясением.

– Какая забота. Прям на слёзки пробило, – сжала я ключ между пальцев, чтобы напасть, как в последний раз. Надеюсь, последним он не будет. – А тебе как? Плакать не хочется?

– Не особо. Только если от твоего жалкого вида.

– А сейчас? – спросила я и резко ударила ключами ему в зону кадыка. Он сложился пополам. Держась за горло и хватая воздух ртом. Я поняла, что это мой шанс сбежать. Который испарился, как только я подбежала к двери. Этот ублюдок схватил меня за волосы и ударил лицом в эту же дверь. Я думала, что потеряю сознание от столь резкого удара. Но желание жить и спасти Светлого было сильнее обжигающей боли и потери координации.

– Инна, мне нужна помощь... – из последних сил сказала я. И заметила, как напрягся наш Лжесветлый. Он даже на секунду позабыл обо мне, что и помогло оттолкнуть его прямо в рядом стоящую обувь. Приземление было нежным, как пушинка лёг. Я же в свою очередь, убежала в противоположном направлении.

Забежав в спальню, дрожащими руками и с выпрыгивающим сердцем из груди, я заперла дверь, которую этот мудак начал выламывать. Нет, ну вы только подумайте.

– Сука, ты не сбежишь! – прорычал он, как злой пёс, готовый сорваться с цепи.

Взглядом я быстро нашла окно. Идея бредовая. Как и всё, что я делаю в этой жизни. Но вход здесь только один, а выхода два. Грех не воспользоваться вторым выходом.

Дополнительно подперев дверь рядом стоящим стулом, я подбежала к окну, которое открыла настежь. В комнату ворвался ледяной воздух и пушистые снежинки. Я думала, что во второй раз прыгать из окна намного легче. Но нет. Здесь третий этаж, зима, асфальт и сомнительного качества мусорный бак. Благо, открытый и заполненный мусорными мешками. Из одного даже банановая кожурка выглядывает. Как мило. Обо мне позаботились дорогие соседи Светлого. Подумали, вот захочет сигануть из третьего этажа какая-то идиотка, нужно ей мягенькое подстелить.

– Господи, прости, – настраивалась я на прыжок, крепко прижимая к себе сумку с ноутбуком.

Я считала до трёх. До десяти. До тридцати! Но никак не могла решиться на этот маленький шажок. До того момента, как позади меня с хрустом не выломалась дверь, а стул не отлетел в стену.

– Попалась, – сжимал кулаки Дым. – Я просил по-хорошему.

– А вот и не угадал, – быстренько поднялась я на ноги, царапая каблуками белоснежный подоконник. – Птичка упорхнула из твоих рук. Чао, Дым!

Я поняла, что оттягивать больше некуда. Быстренько перекрестилась, мысленно попрощалась со всеми и, с надеждой на то, что мой трупик будет хотя-бы красивым – прыгнула.

Казалось, будто я лечу несколько часов, а не пару ничтожных секунд. Вся жизнь перед глазами пролетела. Прямо как я перед окнами соседей снизу. Во время полёта, я даже успела поймать взгляд бабули, которая мило поливала цветочки, а потом схватилась за сердце. Конечно, такой ангелочек с небес падает. То ещё событие! Сердечникам лучше не смотреть.

Приземлилась я на спину. В позе звезды и перепугом на глазах. Падение было мягким, комфортным и крайне вонючим. Пахло тухлятиной, собачьими консервами, рыбкой и немного морской свежестью. Один Бог знает откуда в грязном мусорном баке морская свежесть.

Дыма в окне видно не было. Боясь, что он уже спешит по мою душу – я резко поднялась, оттерла рукав от какой-то слизи, поправила волосы в которых запуталась та самая кожура бананчика, которая давно поглядывала на меня, и попыталась перекинуть ноги через бак. Наткнувшись на шокированного маленького мальчика в прикольной красной шапочке, который просто хотел выбросить мусор, а тут такое чудо.

– Никогда так не делай. Особенно, если бак пустой, – кряхтя, я вывалилась кубарем из бака, почти повалив его.

– Вы ангел? Мне бабушка о таких рассказывала.

Главное, чтобы этой бабушкой не оказалась та, которую только что кондратий хватил. Иначе, он точно посчитает меня ангелом. Ангелом смерти.

– Он самый, – усмехнулась я. – Считай это нашим секретом. Я бы ещё поговорила, но ангелу пора порхать по делам.

Мальчик непонимающе смотрел мне вслед.

– И хорошо учись в школе! – прокричала я напоследок. – Запомни, я за тобой наблюдаю.

– Хорошо – тихо ответил он.

Убедившись, что ноутбук и мои конечности в порядке – я поплелась в ближайшее кафе, чтобы вызвать такси и поехать к Косте с Инной.

Глава 16

ОНА БЫЛА ЕГО домом, который Светлый искал всю свою жизнь.

Однажды он услышал одну фразу: дом – это не место, не холодные стены или крыша над головой. Дом – это человек рядом. Тот, кто дарит тепло, заботу, любовь и желание возвращаться домой, чтобы увидеть одну лишь ласковую улыбку, ждущую тебя одного целый день.

Сначала это звучало, как бред безнадёжного романтика. Ведь человек лишь дополнение к дому. Он не может согреть поздней зимней ночью или быть местом, где можно отдохнуть после тяжёлого рабочего дня. Но именно этот бред стал критерием понимания собственных чувств.

Валя, которая кубарем ворвалась в его жалкое существование – стала любовью всей жизни. Любовью, которая делает его уязвимым и крайне неустойчивым. Обычно, таких он в своей жизни не держал. Расставался до того, как начинал привязываться. Но Валентина сумела подобраться к его сердцу так незаметно, что он даже не успел опомниться, как начал перечитывать каждое её сообщение по несколько раз, как начал разговаривать с ней по телефону часами. Хоть ранее и считал это бессмысленной тратой времени.

– Роман Андреевич, а вы сами сегодня что делали? – наполнилась тишина спальни насмешливым голосом Вали. – Наверное, над своим философским златом весь день чахли. Небось, забыли обо мне. Пока я тут сгораю от высокой температуры и вашего безразличия.

– Оленьева, о тебе забудешь. Ты ведь, как воздух, заполняешь собой всё пространство.

– Я так и знала, что вы без меня жить не можете, – довольно рассмеялась девушка. – Признались наконец-то. И года не прошло.

– Мне казалось, я признался в этом, ещё когда сказал, что люблю тебя, – заиграла улыбка на его лице. – И жутко скучаю

– Наслаждайтесь тихими минутками, Роман Андреевич, – вырвался у Валентины из груди кашель, который заставил Светлого дернуться от неожиданности и беспокойства за её состояние. – Когда я на ноги встану – приеду к вам с вещами, крепкими обнимашками и намерениями жить припеваючи у вас дома.

– Ты хочешь съехаться?.. – Светлый резко подскочил со своей кровати и начал мерить шагами комнату. После таких новостей и заявлений – сон, как рукой сняло.

– После твоей реакции – уже не особо, – ответила она с ноткой грусти. – Извини, наверное, я тороплю события. Мы ведь не совсем давно встречаемся, да и ты не готов к

– Валя, я готов и очень этого жду, – прервал её Светлый. – Я и сам хотел это предложить, но боялся, что ты откажешься.

– Это с какой такой стати я откажусь?! – вспыхнула Валя. – Чтобы получше узнать человека – нужно начать с ним жить. Вдруг, ты носки по всей квартире разбрасываешь или храпишь, как теплоход? Об этом нужно знать заранее. А то вдруг Петрушке гены отца передадутся.

– Почему сразу отца? Да будет тебе известно, Валентина, особенности сна ребёнок унаследует от матери. От отца ему может в подарок прийти рост, тип телосложения и зубы.

– Поверь мне, сплю я, как ангелочек на мягком облачке. Никакого сопения, кряхтения и слюней на подушке. Петрушка будет идеальным ребёнком.

– Главное, чтобы у Петрушки не было привычки залазить в постель к взрослым мужчинам, – напомнил ей Светлый. – Как у его прекраснейшей матери. Пагубная привычка.

– Знаешь, бывают привычки намного пагубнее. Например, в детстве я верила в монстра, который живёт у меня под кроватью. Он каждую ночь выходил из своего логова, чтобы съесть мои мозги. Я его называла фиолетовым чудищем. Чтобы он не сожрал меня – приходилось каждый вечер проверять его отсутствие под кроватью.

– Какой кошмар, – Светлый пытался не рассмеяться от столь серьёзного тона Валентины, чтобы не задеть её и без того хрупкие чувства. – И до какого возраста фиолетовое чудище жило у тебя под кроватью?

– До шестнадцати, – немного тише сказала она. – Даже почти семнадцати

– До шестнадцати?!

В этот раз Роман Андреевич сдержаться не смог и рассмеялся. Казалось, будто его смех звучит в каждом уголке этой пустой и такой пресной квартиры. Валина наивность и искренность поразили его до глубины души. Каждый день он умилялся этой восхитительной девушкой, которая открывала ему самые сокровенные тайны. Немного постыдные и даже глуповатые, но такие особенные в жизни Его Валентины.

Этой ночью они не спали. Болтали всю ночь напролёт, бросая в друг друга едкие шуточки и ласковые слова. Он представлял, что Валя лежит рядом, расположилась где-то на груди, а её нежный голос шепчет на ухо всякий несусветный бред, который для него является самым важным в жизни.

***

На следующее утро, Олеся начала написывать Светлому. Желания разговаривать с ней у него не было. Не после тех слов, которые она бросила в сторону Валентины. Она предлагала встретиться и сходить куда-нибудь, чтобы нормально поговорить и обсудить их помолвку. Сначала он всячески отнекивался и говорил, что обсуждать ровным счётом нечего. Однако Олеся слушать Светлого не стала, угрожая тем, что знает его адрес, и в случае чего может приехать лично.

– Рома, понимаю, что женитьба со мной тебе больше не интересна, – спокойно, почти нежно начала Олеся говорить в трубочку. – И твои отношения с Валей теснее дружеских. Романтичные. Я бы даже сказала страстные. Я видела вас в окне. Не скажу, что вы очень скрывались. Но я не осуждаю! Я желаю тебе и Валечке только счастья. А вот папа Он тебя просто так не отпустит. И поверь мне, может испортить тебе не только бизнес, но и жизнь в целом. Однако, я могу тебе помочь.

– Помочь? – насмешливо переспросил Светлый не поверив своим ушам. Даже покупка новых акций технологической компании стала не так интересна. – Думаю, я достаточно взрослый, чтобы самостоятельно поговорить с Валентином. Олеся, твоя помощь мне не нужна.

– Как раз таки нужна, если ты планируешь встречаться с Валечкой. Ты ведь знаешь отца, он ни за что в жизни не позволит вам быть вместе. А я могу быть твоим помощником. Неким посредником, который на него надавит и укажет на все плюсы вашего с моей сестрёнкой союза.

– Ну допустим, – коротко ответил Светлый не веря ни единому её слову. – А тебе то что с этого? Какая выгода?

– Помимо того, что моя сестрёнка будет счастлива с моим лучшим бывшим? – с лёгкостью спросила Олеся.

– Именно.

– Ну, я буду рада избавиться от бремени твоей невесты и получу желанную свободу. И ещё кое-что Но я бы предпочла поговорить об этом лично. Если ты не против.

Светлый не долго думая – согласился. Их натянутые с Валентином отношения являются весомой преградой в их с Валей совместном будущем. Роману Андреевичу хотелось доказать ему, что он достоин быть с его дочерью, несмотря на разницу в возрасте и положении в обществе. Они с Олесей договорились встретиться в одном из кафе, которое расположено почти что на окраине города. Светлому не хотелось, чтобы мимо проходящая Валентина увидела их вместе. А здесь ей делать нечего.

Разница между двумя Оленьевыми была очевидна. Полные противоположности друг друга. Олеся пыталась показать себя, как даму голубых кровей, весь вечер фыркала, грубила официантам и давилась постным зелёным салатом. Невзначай говоря, что поддерживает свою утончённую фигуру и посещает занятия по пилатесу четыре раза в неделю. Конечно же, она не такая, как все. Очень любит горные вылазки, конкурсы кошек и обаятельных мужчин. Таких, как Светлый. Которого болтовня Олеси больше раздражала, чем завораживала. Учитывая тот факт, что от её речи веяло фальшью и враньём.

Вместо того, чтобы обсудить интересующую их тему – она флиртовала с ним. Используя женские чары и старые приёмы, которые давно не работают. Например, смеялась с любой несмешной шутки, соблазнительно поглаживала свою шею и даже пыталась прикоснуться к ладони Светлого. Её попытки выглядели жалко, и в сравнении с манипуляциями Валентины – смешно.

Светлый убедился, что Валентина была единственной и неповторимой. Живая, яркая, интересная и до безумия красивая. Рядом с ней он терял дар речи, буквально слушал с открытым ртом, гадая, что это сумасшедшая сделает дальше. Может, пошлёт куда подальше, а может и поцелует так, что забудешь, как тебя зовут.

Она говорила, что хотела, делала, что вздумается и думала только о себе. Её никогда не интересовало чужое мнение или осуждения. Она не пыталась понравиться. Была живой и такой настоящей. Светлый почувствовал это ещё несколько лет назад, когда эта сумасшедшая поцеловала его в университетском коридоре. Незнакомого человека! Заставила думать о себе и постепенно сходить с ума от столь чувственного поцелуя. Да так, что Светлый вспоминал о ней каждый день. Даже хотел разыскать её. Правда что-то его остановило, но она нашла его сама. Влетев вихрем в его жизнь, оставляя после себя только тепло и лёгкую недосказанность. Загадку, которую хочется разгадать.

Олеся, в свою очередь, хотела сыграть на давно забытых чувствах. Думала, что в сердце Его Светлости всё ещё живёт её частичка. Она ошиблась. В сердце Светлого целиком и полностью поселилась взбалмошная Валентина. Рядом с ней хотелось улыбаться, слушать её голос каждую секунду, пробуя его на вкус. Вспоминать и никогда не забывать. Она стала его путеводной звездой. Идеальной Валя никогда не была. Слишком шумная, суетливая, раздражительная и переменчивая. Но рядом с ней чувствуешь себя живым. Понимаешь, ради чего стоит жить и просыпаться по утрам. Одна её улыбка и глупая шутка стоит всех потраченных нервов и седых волос от очередной дурацкой выходки. Чего только стоит её фееричный выход из окна, когда сердце Светлого на секунду замерло и начало биться вновь, только когда она мягко положила голову на его плечо. В этот момент, ему хотелось убить её, поцеловать и никогда не отпускать.

Глядя на Олесю, он чувствовал только раздражение. Понимал, что время – самый драгоценный ресурс, потрачен зря. Непонятная болтовня, которая в его жизни не имеет никакого значения.

Он усмехнулся, когда вспомнил их с Валентиной ночные посиделки. То, как он через силу отбрасывал телефон, чтобы не позвонить ей снова. Пятый раз за день.

– Я сказала что-то смешное? – с ноткой раздражения спросила Олеся.

– Всё зависит от того, что ты сказала, – даже не пытался любезничать Светлый.

– Ясно, – недовольно выдохнула она. – Я говорила тебе, что скучала. Скучала по тебе, по нам, по по всему скучала. Знаю, что между нами было лёгкое недопонимание в прошлом, но я выросла и больше не планирую вести себя, как раньше.

– Это всё? – холодно поинтересовался он. – Может, уже обсудим то, ради чего пришли.

– Я тебе не нравлюсь? Недостаточно красивая или в чём проблема?

Светлый внимательно осмотрел Олесю. Глупо отрицать то, что она выглядела привлекательно. Свежо, женственно, ухоженно. Девушка почти не изменилась с их первой встречи. Белоснежные волосы мягко ложились на оголённые плечи, взгляд притягивал соблазнительный вырез на груди, а общепринятый идеал женского лица стимулировал мозг, хоть редко, но обращать внимание на Олесю. Только её ангельская внешность не спасает токсичную натуру и отвратительный характер. Да и сердце не позволяет посмотреть на другую.

– Ты говорила, что можешь помочь мне с Валентином, – сказал Светлый. – Начнём разговор или закончим наш званый ужин. Тем более, свой салат ты почти доклевала.

– Умеешь ты перевести тему, – недовольно закинула она в себя очередную порцию салата, от которого, казалось, её начало тошнить. – Знаешь, я правда думала, что в тебе осталось хоть немного человечности. Я бросила все дела, приехала, сижу здесь с тобой, вместо того, чтобы отдыхать с подружками в киношке, а ты Ведёшь себя, как раньше.

– Не стоило идти на такие жертвы, – усмехнулся Светлый, сцепив руки в замок. – И помощи я не просил. Ты сама предложила. Дружеский совет, никогда не предлагай помощь, жертвуя собственными желаниями. Чтобы потом обидно не было.

– Дружеский совет, не хами человеку, который может спасти тебя в этой всей твоей заварушке с моей сестрёнкой.

– Это называется «отношения», – холодно улыбнулся Светлый уже посматривая на время. – Которые я с тобой обсуждать не намерен.

– Всё ещё злишься, что я выбрала Диму? – попыталась задеть его Олеся. – Мне казалось, что я уже извинилась. Но нет, ты у нас человек злопамятный. Настолько, что решил использовать в качестве мести Валю. Выглядит жалко. Она, как овца последняя

Светлый перебил её:

– Во-первых, при мне обижать Валентину я тебе не советую. Плохо закончиться. Во-вторых, на тебя, Олеся, никто не злиться. Как говорится, время лечит. В третьих, ради мести твою сестру никто не использует. Я её люблю. И, поверь мне, с твоей помощью или без неё, мы будем вместе.

– Да кто тебе позволит? Отец тебе только пинка под зад даст, для ускорения. Знаешь, я передумала. На мою помощь можешь не рассчитывать. Если не извинишься.

– Ты изначально помогать мне не планировала, – отпил немного кофе Светлый. – Не знаю, чего ты хотела добиться этой встречей. Уверен, план у тебя был коварный. Возможно, ты планировала разрушить мои отношения с Валентиной, а может надеялась на то, что я всё ещё к тебе что-то испытываю. Кто знает Но добрых намерений у тебя не было. За сорок минут нашей встречи, ты не сказала ничего путного. Помимо своей никому не интересной жизни.

На её лице вспыхнуло разочарование и злоба. Она сжала клетчатую скатерть и изо всех сил попыталась улыбнуться.

– Рома, я правда хотела тебе помочь, но если ты продолжишь так грубо со мной общаться – я уйду.

Светлый безразлично кивнул и допил остывший кофе.

– Я не шучу, – вспыхнула она.

– Вперёд. Надеюсь, домой ты доберёшься в безопасности.

– Пошёл ты, – резко поднялась она, хватая сумку и недовольно откидывая волосы назад. – Строишь из себя мачо. Думаешь, если у этой придурошной будет выбор – она выберет тебя? Нет, милый мой. Просто эта дура с самого детства привыкла подбирать за мной. Донашивала одежду, а теперь донашивает парня. Считай это моим подарком. Если бы я с тобой не связалась – Валя с тобой бы даже за один стол не села, не говоря уже про койку.

Светлый злобно усмехнулся. Его захлестнула ярость. Холодная, разрушающая. Такая, которую сдерживаешь изо всех сил, пока она не заполнила твой разум.

– Ты меня с первого раза не поняла? – немного приподнялся Светлый, еле сдерживаясь, чтобы не сорваться. – Я тебя уничтожу, сотру в пыль, если посмеешь обижать Валентину. И даже твой отец тебя не спасёт. Возможно, даже спасибо скажет.

Она отвела глаза, не в силах выдержать испепеляющий взгляд Светлого. Хотела что-то сказать, но осеклась и развернувшись на каблуках – ушла. Даже не попрощавшись.

Домой он поехал в ужаснейшем настроении. Перед этим заехал в зал, чтобы выпустить пар на боксёрской груше. Уже дома, Светлый сел за документы с мыслями о Валентине, которая не давала сосредоточиться и понять, что Поклонник успел подобраться слишком близко.

Глава 17

СНАЧАЛА КЛЫКОВ В мой бред сумасшедшего поверить не мог. А я не могла всё нормально объяснить. Меня бросало в пот, было страшно и ужасно больно. Я могла только плакать и запинаться после каждого слова. Инна, которая всё это время была со мной на связи – пыталась всячески меня успокоить. Даже чаем с мятой поила. За что я ей очень благодарна.

– Валя, ты понимаешь, как это звучит? – смотрел на меня, как на дурочку Костя. – Что настоящего Рому где-то удерживают, а похититель живёт его жизнь. Звучит бредово

– Я знаю! – стукнула я кружкой по столу. Случайно. – Но это правда. Это просто человек, который им притворяется. И притворяется, честно говоря, хреново.

Клыков сомневался. Сжимал кулаки и будто что-то обдумывал, даже Инна, которая повисла у него на плече, не смогла переубедить этого упёртого барана.

Как же я злилась! Почему все вокруг считают меня сумасшедшей?! Почему Костя тратит время на никому ненужные сомнения?! Светлый в опасности. Ему нужна помощь и слушать какое-то недоверия – я не намерена. Я могла показать ему ту запись, которая и заставила меня убедиться в том, что Лжесветлый правит парадом, но когда я трясущимися руками открыла долгожданную папку – камера чудесным образом перестала работать. Её выключили! Этот мерзкий человечешка отрубил единственную связь с Моим Светлым! Он уничтожил доказательство моих слов. Самое ужасное – я не знала, что он сделал со Светлым. Может, избил, а, может, и убил И все из-за моей глупости! Ненавижу себя! Ненавижу за тупость и самоуверенность! Конечно, он решил отомстить ему. Пришёл и сказал: «Это тебе за твою деваху, которая сбежала у меня прямо перед носом.» И ударил, что есть силы.

Кажется, я была тогда немного не в себе. Кричала, плакала, злилась, посылала Клыкова куда подальше. Я бы на него посмотрела, если бы он увидел убитого ребёнка и любимого человека, к которому относятся, как к грязи из-под ногтей. Его убедили только файлы на ноутбуке и отсутствие этого маньячела в квартире Его Светлости. Он сбежал. Забрал сумку с деньгами, машину Светлого и просто уехал. Его видели камеры подъезда.

По всей видимости, когда я валялась в мусорном баке, он хотел догнать меня, но потом передумал. Камера засекла, как он остановился у самого выхода, крепко сжимая телефон, а потом направился обратно в квартиру. Вышел только через десять минут в капюшоне и помятой сумкой на плече.

Инна с Костей перевернули всю квартиру вверх дном. Нашли кучу чеков на покупку каких-то верёвок, строительных материалов, дешёвой еды и собачьего корма. Все сходилось с тем, что я наговорила Клыкову. А деньги, которые он захватил с собой за компанию – принадлежали Светлому. Этот урод опустошил один из счетов Романа Андреевича. Всё до копейки. Одного личика и подписи хватило, чтобы работники банка дали допуск к одному из самых новых счетов. Денег там было не так много, как на других сберегательных счетах Светлого. Но сумма была внушительной.

Самое обидное, что в поисках Светлого и этого маньяка – я была бесполезной. Я не была гением программирования и взлома, как Инна. Не имела столько связей и рычагов давления, как Костя. Я ничем не могла помочь ему. Кажется, Светлый выбрала себе не самую полезную девушку. Здесь он просчитался, но он бы не остановился. Не опустил руки, даже когда сил и возможно нет.