Во власти равновесия

Потому что силы мне ещё понадобятся. Я был уверен: рано или поздно найду способ добраться до Мёртвых земель. И когда этот день наступит, я должен быть готов.

В очередной вечер мы с парнями сидели в архиве, зарывшись с головой в стопки бумаг, выписки и пометки на полях древнего договора, и, когда дверь тихо скрипнула, никто из нас даже не поднял головы.

— Надо же, — протянул знакомый голос. — Без меня решили спасти мир?

Я резко поднял взгляд. В дверях стоял Илар. Бледнее обычного, всё ещё заметно осунувшийся после ранения, но с привычной спокойной улыбкой.

Сайрен первым откинулся на спинку стула.

— О, наконец-то наша спящая красавица соизволила явиться. Я уж думал, ты решил навсегда поселиться в лекарском крыле.

Корин тут же поднялся навстречу.

— Как себя чувствуешь? Швы не разошлись? Голова не кружится? Есть нормально начал?

Илар тихо рассмеялся.

— Папочка Корин, я в порядке. Честное слово. Ещё немного — и ты начнёшь укрывать меня одеялом и проверять, не замёрз ли я ночью.

Даже на лице Корина промелькнула едва заметная улыбка.

— Не зарекайся.

Илар подошёл ближе к столу и только сейчас заметил лежащий посреди него огромный потрёпанный том. Его глаза мгновенно загорелись.

— Это ещё что за сокровище?

Я коротко пересказал всё, что произошло за последние дни: разговор с Этраном, новую миссию, поисковые отряды и нашу безуспешную попытку найти в договоре хоть одну лазейку. Илар внимательно выслушал и осторожно провёл ладонью по старой обложке.

— Люблю такие вещи.

Он сел рядом, открыл книгу на случайной странице и почти благоговейно выдохнул:

— Невероятно...

Мы снова углубились в чтение, и спустя несколько минут Илар ткнул пальцем в одну из строк.

— Смотрите. Здесь говорится о знаках и символах Цитадели, по которым определяется принадлежность к Собирателям.

Сайрен оживился.

— Тогда, может, просто переоденемся? Как мы делали в Пределе.

Я уже почувствовал, как внутри вспыхнула надежда. Но Илар молча перелистнул несколько страниц вперёд и указал на приписку мелким почерком.

— Поправка, внесённая позже.

Я прочитал вслух:

— «Под нарушением договора понимается пересечение границы любым Собирателем Цитадели. Смена облика, сокрытие знаков или отказ от символов Цитадели не освобождают от действий договора».

В архиве повисла тишина.

Сайрен медленно запрокинул голову.

— Какой же муд... — Сайрен осёкся, покосившись на строчку. — Мудрый человек это написал...

Корин только устало потёр переносицу, и мы продолжили искать. Каждый раз, когда казалось, будто нашли решение, через страницу или две обнаруживалась новая оговорка, перечёркивающая все наши надежды.

Через пару часов Корин поднялся.

— Так. С нас хватит. Я принесу чай и что-нибудь поесть, иначе мы тут окончательно сойдём с ума.

Он вышел, оставив нас втроём.

Я откинулся на спинку стула и прикрыл глаза.

— Что будем делать, если ничего не найдём?

— Найдём, — спокойно ответил Илар. — Осталось ещё больше сотни страниц. Если здесь и есть лазейка, то она спрятана достаточно глубоко.

Сайрен тем временем лениво барабанил пальцами по столу.

— А вас не смущает другое?

Мы одновременно посмотрели на него.

— Зачем вообще создавать такой договор? Не клочок бумаги на две страницы, а вот... это.

Он похлопал ладонью по талмуду.

— Для чего кому-то понадобилось продумывать столько деталей?

Мы переглянулись.

— Не знаю, — честно ответил я.

Илар медленно покачал головой.

— В академии нам рассказывали только, что договор существует и нарушать его нельзя. Почему его заключили и что ему предшествовало — никогда.

В голове вдруг что-то щёлкнуло. Если понять, зачем этот договор вообще появился, возможно, удастся понять и его слабое место.

Я вскинул голову.

— Кажется, у меня появилась идея.

Сайрен прищурился.

— Поделишься?

— Если сработает — обязательно.

В этот момент вернулся Корин с горячим чаем и подносом, заставленным нехитрой едой. Пока мы молча перекусывали, я снова смотрел на договор.

Нет.

Мы копали не там.

Я резко выпрямился.

— Есть ещё один человек, который способен помочь нам узнать про Мёртвые земли.

Сайрен и Илар почти одновременно произнесли:

— Саймон.

Я машинально хлопнул себя по карману и раздражённо выдохнул. Кристалл связи остался в комнате.

— Дай свой, — повернулся я к Корину, сидящему рядом.

Он застыл всего на мгновение и виновато пожал плечами.

— Кажется... потерял его ещё в Хольме. До нового так и не дошёл.

Я нахмурился.

— Ты? Потерял?

— Бывает.

Что-то в этом ответе показалось мне странным, но времени разбираться сейчас не было.

Я перевёл взгляд на Сайрена.

— Тогда твой.

Тот без лишних слов достал кристалл и положил его в центр стола. Я коснулся холодной поверхности ладонью. Несколько долгих секунд ничего не происходило, а потом из глубины камня раздался хрипловатый сонный голос:

— ...Да?

Уголок губ Сайрена тут же дёрнулся.

— Поднимай свою задницу, новый лидер. И тащи её к своему нерадивому братцу. У нас к нему есть дело.

На другом конце повисла короткая пауза.

— Рей? — голос Кая мгновенно стал собранным. — Вы что-то нашли?

Я устало провёл ладонью по лицу.

— Пока нет. Уже который день бьёмся над договором с Мёртвыми землями и не можем найти ни одной лазейки. Нам кажется, Саймон может знать что-то, чего не знаем мы. Он был ближе всех к Этрану и к старым архивам.

— Понял, — без лишних вопросов ответил Кай. — Дайте мне несколько минут.

Связь не прервалась — только послышались торопливые шаги.

Пока он шёл, Корин как будто невзначай спросил:

— Как вы там?

На другом конце кристалла снова стало тихо.

Спустя мгновение Кай негромко ответил:

— Справляемся. Не очень хорошо... но справляемся. Жить без Собирателей оказалось сложнее, чем мы думали.

Сайрен тихо хмыкнул.

— Да что ты говоришь. А ведь совсем недавно кое-кто был не против похоронить нас всех под завалами.

Едва слова сорвались с его губ, как он сам понял, что сказал лишнее. В архиве повисла тяжёлая тишина, и перед глазами на мгновение снова вспыхнул разрушенный Хольм, оседающая каменная пыль и люди, которых мы безуспешно пытались вытащить из-под обломков.

Я молча посмотрел на Сайрена, и он виновато отвёл взгляд. Из кристалла донёсся тяжёлый выдох Кая.

— Я сам каждый день об этом помню.

Больше никто ничего не сказал.

Через несколько секунд шаги снова ускорились.

— Ждите. Я спускаюсь к Саймону.

Пока Кай быстрым шагом спускался куда-то вниз, его голос снова раздался из кристалла:

— Что говорит Этран? Он вообще собирается искать Ари?

Я на секунду прикрыл глаза.

— Нет, — даже сейчас это слово далось тяжело. — Он запретил любые попытки её вернуть. Для него она потеряна. Сказал, что не станет нарушать договор с Мёртвыми землями ради одной девушки.

На другом конце повисло молчание.

Я продолжил уже спокойнее:

— Вместо этого он поручил мне найти таких же, как она. Дал полный доступ к архивам, людям и поисковым отрядам. Мы уже начали работу. Официально это теперь моя основная миссия.

Из кристалла послышался тихий скрежет — словно Кай стиснул зубы.

— Мудак...

Сайрен тут же сухо заметил:

— Не все любят действовать так радикально как ты и твой брат.

Ответа не последовало.

Я машинально перевёл взгляд на Илара. Тот сидел неподвижно, положив ладонь на раскрытую страницу договора. Лицо его оставалось совершенно спокойным, но пальцы едва заметно сжались. Он просто смотрел в одну точку и лишь спустя несколько секунд медленно перевернул страницу. Я снова вернул вернул взгляд к кристаллу, но странное ощущение так и не отпустило меня. Слишком уж странная реакция на оскорбление Этрана.

Глухое эхо, скрип тяжёлых дверей и лязг замков, доносящиеся из кристалла, оборвали поток мыслей.

— Просыпайся, — голос Кая прозвучал уже совсем близко. — Тут есть кое-кто, кто очень хочет с тобой поговорить.

Когда в кристалле послышался скрип тяжёлой двери, а затем шаги по каменному полу, мы невольно притихли.

Через мгновение раздался ленивый голос Саймона:

— Какая честь. И кому же я понадобился среди ночи? Или вы решили, что держать меня в клетке недостаточно и стоит ещё лишить сна?

Сайрен закатил глаза.

— Закрой рот. Из-за тебя мы чуть не сдохли под завалами, а ты ещё позволяешь себе жаловаться.

В ответ донёсся тихий смешок.

— Какой тёплый приём. Уже скучаю по тебе, Сайрен.

Я перебил их раньше, чем перепалка успела разгореться.

— Саймон. Что ты знаешь о договоре с Мёртвыми землями?

На другом конце воцарилась подозрительно долгая тишина.

— Ого... — наконец протянул он. — Вот это вы глубоко копнули. И зачем вам понадобилась такая скучная бумажка?

— Вопросы здесь задаём мы, — холодно произнёс Илар.

— А я, стало быть, обязан отвечать?

— Да.

— Забавно. Мне казалось, мы давно вышли из возраста, когда кто-то кому-то что-то должен.

Сайрен шумно выдохнул и сделал шаг назад от стола. Я заметил, как у него дёрнулась челюсть. Ещё немного — и он просто разобьёт кристалл.

— Саймон, — как можно спокойнее сказал я. — Пожалуйста. Расскажи всё, что знаешь.

Он удовлетворённо хмыкнул.

— Вот так уже лучше. Вежливость, Рейнар, украшает человека.

Мне пришлось промолчать.

— Договор я не видел, — продолжил он. — Но знаю, что написан он был не на пустом месте. Такие документы не рождаются из прихоти.

— Тогда зачем его заключили?

— Хороший вопрос.

— Саймон.

— Очень хороший вопрос.

Я медленно сжал кулак.

Кажется, он улыбался.

— Может, вам спросить у Этрана? Думаю, он расскажет куда больше моего.

— Он не расскажет.

— Тогда какая жалость.

Даже обычно невозмутимый Корин пробормотал себе под нос:

— Вот же сволочь...

Саймон будто услышал.

— Спасибо. Всегда приятно получать заслуженные комплименты.

Сайрен резко отвернулся к полкам с фолиантами и начал поправлять один за другим, выравнивая криво стоящие стопки. Я видел, каких усилий ему стоило не вмешаться.

— Хватит, — сказал я. — Нам нужна всего одна вещь. Почему этот договор вообще появился?

На этот раз Саймон ответил не сразу.

— Потому что он был жизненно необходим.

— Кому?

— Не Этрану.

Сердце неприятно кольнуло.

— Тогда кому?

— Дому Агилар.

Мы переглянулись.

— Что ещё за дом Агилар? — нахмурился Сайрен.

Неожиданно заговорил Илар:

— Правящая династия Ксардана.

Даже Саймон на секунду замолчал.

— Надо же, — протянул он. — Хоть кто-то из вас иногда читает книги.

Я подался ближе к кристаллу.

— И при чём здесь Ксардан?

— А вот это, мои дорогие, вам стоит выяснить самостоятельно.

— Саймон...

— Пораскиньте мозгами. Зачем соседнему государству понадобилось, чтобы между ним и Цитаделью существовали Мёртвые земли? Почему договор выгоден именно им? Ответ лежит на поверхности.

Он выдержал паузу и тихо усмехнулся.

— Неужели я должен ещё и разжевать его вам?

В архиве стало так тихо, что я услышал собственное дыхание.

Сайрен первым нарушил молчание:

— Да пошёл ты.

— С удовольствием. Но, к сожалению, дверь моей камеры заперта.

Я понял, что большего сегодня мы не добьёмся.

— Кай.

— Да?

— Если он ещё что-нибудь расскажет... сразу сообщи нам.

— Понял.

Уже собираясь прервать связь, Корин вдруг негромко произнёс:

— Берегите там себя. И своих людей тоже. Передай... всем, чтобы не забывали есть и хотя бы иногда спали.

На другом конце послышался короткий и какой-то горький смешок Кая.

— Передам.

После этого кристалл погас, а в архиве снова остались только мы, древний договор и одна новая зацепка, которая вопросов породила гораздо больше, чем дала ответов.

***

Первый отчётный день наступил незаметно. С самого утра я принимал командиров отрядов одного за другим. Кто-то докладывал лично, кто-то связывался через кристалл связи, но итог у всех был примерно одинаковым.

Проверено три семьи.

Проверено ещё две.

В одном доме жили глубокие старики, давно потерявшие детей. В другом вся семья погибла несколько лет назад. В третьем не обнаружилось ничего, кроме пустых стен и пыли.

К вечеру передо мной лежала аккуратная стопка донесений. Я ещё раз внимательно перечитал их, свёл результаты в единый отчёт и, поставив подпись, направился к кабинету Этрана.

У двери привычно стоял Эрик. Высокий, худой до болезненности, с впалыми щеками и безжизненным взглядом, он больше напоминал оживший скелет, чем человека. Как всегда, секретарь молча распахнул передо мной дверь.

— Командир Валор, — произнёс Этран, даже не поднимая головы от бумаг. — С чем пожаловали?

Я коротко поклонился.

— Первый отчёт по поисковой операции, сэр.

Он протянул руку, и я молча передал ему свиток. Несколько минут в кабинете слышался только шелест бумаги.

Наконец Этран отложил отчёт.

— Негусто.

— Да, сэр.

— Впрочем, я и не рассчитывал на быстрый результат. Продолжайте поиски. Главное — тщательность, а не скорость.

Я кивнул, но уходить не стал.

Этран поднял на меня взгляд.

— У вас есть что добавить?

— Да, сэр.

Я сделал короткую паузу.

— Во время операции в Хольме я упустил одну деталь. Мне показалось важным доложить о ней сейчас.

— Слушаю.

— Остатки сопротивления, вероятнее всего, скрылись за границей Мёртвых земель. Я видел, как часть людей ушла именно в том направлении.

Этран едва заметно постучал пальцами по столу.

— Много?

— По моим оценкам — не более двухсот или трёхсот человек.

Один уголок его губ дрогнул.

— Без Собирателей они долго не протянут, — он произнёс это так спокойно, словно говорил о погоде. — Значительной угрозы они больше не представляют.

Я промолчал.

— Но я рад, что вы сообщили об этом, командир Валор, — его взгляд стал внимательнее. — Вы доказали свою исполнительность, верность приказам и оправдали возложенные на вас ожидания.

Внутри всё неприятно сжалось. От Этрана я ожидал чего угодно, но похвалы — меньше всего.

Он продолжил:

— Именно поэтому я принял решение предоставить вам доступ, которого прежде у вас не было.

Я невольно напрягся.

— Завтра после полудня состоится закрытое заседание Совета Цитадели.

На мгновение мне показалось, что я ослышался. Подобные собрания всегда проходили без рядовых командиров.

— Я хочу, чтобы вы присутствовали.

Несколько секунд я молчал.

— Для меня это честь, сэр.

— Не воспринимайте это как награду, — холодный голос Этрана мгновенно вернул меня к реальности. — Воспринимайте это как новую ступень ответственности. Вам предстоит узнать вещи, о которых знает далеко не каждый в Цитадели, — он слегка наклонился вперёд. — Надеюсь, вы не разочаруете меня.

— Не разочарую, сэр.

Этран удовлетворённо кивнул.

— Тогда можете быть свободны. Увидимся на заседании.

Я коротко поклонился и развернулся к выходу.

Эрик всё это время неподвижно стоял у стены, молча наблюдая за разговором и что-то записывая в тонкую чёрную книгу.

Когда дверь кабинета закрылась за моей спиной, я не сразу сделал шаг. Несколько секунд просто стоял в пустом коридоре, пытаясь понять, что только что произошло. Слишком много доверия. Слишком много полномочий. И ни одного ответа на вопрос, который волновал меня больше всего.

Что на самом деле задумал Этран?

На следующий день я стоял перед массивными дверями зала Совета. Даже за годы службы мне ни разу не доводилось переступать этот порог.

Я глубоко вдохнул и вошёл внутрь.

Помещение оказалось значительно меньше, чем я ожидал. Вдоль длинного овального стола уже сидели люди — большинство мне были незнакомы. Некоторые подняли головы, с любопытством рассматривая меня, словно пытались понять, что здесь делает обычный командир.

Во главе стола, как и следовало ожидать, находился Этран. Он лишь коротко кивнул в знак приветствия. Я занял указанное место и молча огляделся.

Постепенно зал наполнился, и, когда двери закрылись, Этран спокойно произнёс:

— Начинайте.

Первым поднялся седой мужчина в тёмной мантии.

— По программе воспроизводства населения докладываю. За последний цикл успешно завершилось пять беременностей. Родилось трое фильтров и двое равновесов. Остальные женщины продолжают наблюдение, осложнений не выявлено.

Этран выслушал без единой эмоции.

— Начните новые испытания. Мне нужны результаты скрещивания фильтра и равновеса в обоих вариантах. Женщина-фильтр с мужчиной-равновесом и наоборот. Любые изменения фиксировать. Любые отклонения документировать.

— Будет исполнено.

Я сидел неподвижно, но перед глазами сами собой всплывали лица женщин из Хольма. Теперь становилось мучительно ясно, зачем их собирались забрать живыми.

Следующим выступил руководитель исследовательского корпуса.

— Продолжаем наблюдение за процессами эмоционального истощения. Пока не удалось добиться полного подавления отдельных чувств без разрушения личности. Работа ведётся.

— Продолжайте, — сухо ответил Этран. — Меня интересует возможность выборочного извлечения эмоций. Страх. Гнев. Привязанность. Если это достижимо, мы должны научиться делать это сознательно.

Несколько человек сделали пометки. Мне стало не по себе. Для них всё это звучало так буднично, будто речь шла о выращивании новой породы зерна, а не о человеческих судьбах.

Потом слово взяли специалисты по кристаллам.

— Запасы продолжают сокращаться. Скорость роста нестабильна. Испытанные методы не дали ожидаемого результата.

На этот раз Этран позволил себе раздражение.

— Тогда ищите новые методы. Или мне стоит усомниться в вашей компетентности?

Мужчина мгновенно побледнел.

— Нет, сэр.

— Хорошо. Потому что кристаллы мне нужны.

Я не отреагировал внешне, но внутри меня это прозвучало как приговор. Если кристаллы исчезнут, Собиратели перестанут существовать. А следом рухнет всё, что держится на их существовании.

Следующим поднялся глава разведывательного отдела.

— Наши агенты передают, что делегация Ксардана уже выдвинулась в Мёртвые земли.

Всё внутри словно остановилось. Вот оно.

— Цель визита?

— Неизвестна.

— Продолжайте наблюдение. Любые изменения докладывать немедленно.

Я почти перестал слышать дальнейшие слова.

Ксардан. Мёртвые земли. Значит, между ними действительно существовала связь. И мне нужно выяснить какая именно.

Под конец заседания Этран неожиданно заговорил сам.

— В ходе недавней операции был подтверждён ещё один факт. Начали появляться люди, сочетающие в себе свойства фильтра и равновеса.

По залу пробежал едва уловимый шёпот.

— Их существование открывает перед нами новые возможности. Если исследования подтвердят предварительные выводы, подобные особи могут оказаться ценнее кристаллов.

Я заставил себя сохранить невозмутимое лицо, но внутри всё кипело.

— Поэтому приоритетной задачей становится поиск подобных людей и изучение их способностей.

Тихий гул голосов в зале нарастал как снежный ком. А я сидел неподвижно, пытаясь уложить в голове всё услышанное.

— Если есть вопросы задавайте, — сказал Этран сухо, и все в зале замолчали.

Вопросов не последовало, и на этом заседание завершилось.

Люди начали расходиться. Я уже собирался уйти вместе со всеми, когда услышал холодный голос:

— Командир Валор. Задержитесь.

Я подошёл к столу.

Этран некоторое время молча рассматривал меня.

— Вижу, сегодняшняя информация произвела на вас впечатление.

— Так точно, сэр.

— Если у вас есть вопросы, задавайте.

Шанс был слишком хорош, чтобы им не воспользоваться. Я сделал вид, будто немного колеблюсь.

— Меня заинтересовал Ксардан.

Бровь Этрана едва заметно приподнялась.

— Только это?

Я тут же опустил взгляд.

— Прошу прощения, сэр. После событий на границе с Мёртвыми землями я невольно обращаю особое внимание на всё, что связано с тем регионом.

Несколько секунд он изучал меня и наконец заговорил:

— Мёртвые земли существуют не только как угроза, — он поднялся из-за стола и подошёл к высокому окну. — Они служат разделительной полосой между нами и Ксарданом.

Я молчал.

— У Малкора под рукой находятся... особые ресурсы, размеры которых вам даже трудно представить. Если договор будет нарушен и эта сила двинется на север, пострадают все.

Я чуть нахмурился. Ресурсы? Что он имеет в виду?

Он повернулся ко мне вполоборота.

— Именно поэтому мир с Мёртвыми землями выгоден не только нам.

Он замолчал, возвращая внимание на бумаги, и я понял, что больше он ничего не расскажет, но всё равно что-то внутри не давало уйти.

Я медленно поднял на него взгляд.

— Сэр... могу я задать ещё один вопрос?

Этран поднял на меня взгляд.

— Задавай.

Я на мгновение замялся.

— Почему вообще существует этот договор? Почему мы столько лет терпим Мёртвые земли? Почему просто не уничтожить их?

На лице главнокомандующего впервые за всё время промелькнула эмоция. Похожая на усталое раздражение. Он медленно откинулся на спинку кресла и сцепил пальцы перед собой.

— Поверь мне, командир Валор, если бы всё было так просто, я бы давно это сделал, — несколько секунд он молчал, будто подбирал слова. — Мёртвые земли — как гнилой зуб. Они болят, мешают, отравляют всё вокруг одним своим существованием. Но если вырвать его не вовремя, можно потерять всю челюсть.

Я внимательно слушал.

— Они стоят между нами и Ксарданом. С одной стороны, мешают нам приблизиться к ним и понять их истинные возможности. С другой — сами становятся буфером, который удерживает две силы от прямого столкновения.

Он поднялся и подошёл к окну.

— У Малкора огромная армия безумных. Настолько большая, что даже мои лучшие разведчики не могут назвать её точную численность.

В кабинете повисла тишина. Внутри меня всё похолодело.

— Если мы первыми нарушим договор и переступим границу, он получит повод бросить эту армию на нас. Мы победим... вероятно, — он сделал небольшую паузу. — Но цена будет слишком высокой.

Я невольно сжал челюсти.

Этран продолжил уже спокойнее:

— Мы потеряем людей. Потеряем Собирателей. Потеряем ресурсы. Ослабнем. А если в этот момент Ксардан решит воспользоваться ситуацией и ударить одновременно, последствия могут оказаться катастрофическими, — он повернулся ко мне. — Государством нельзя управлять эмоциями, Рейнар. Иногда приходится терпеть то, что ненавидишь.

Впервые за весь разговор он назвал меня по имени. И это прозвучало тяжелее приказа.

— Понимаю, сэр, — коротко кивнул я, но уходить всё ещё не спешил. — Тогда позвольте ещё один вопрос.

Он вопросительно приподнял бровь.

— Если... чисто теоретически... я однажды найду способ уничтожить Мёртвые земли без полномасштабной войны. Без огромных потерь. Вы позволите мне этим заняться?

Этран долго смотрел мне прямо в глаза. Настолько долго, что мне показалось — он пытается прочитать мои мысли.

— Если ты действительно найдёшь такой способ, я готов его выслушать, — он сделал акцент на последнем слове. — Но до тех пор твой главный приоритет остаётся неизменным. Поиск полукровок. Все остальные идеи — только после выполнения основной задачи.

— Да, сэр.

— Свободен.

Я поклонился и направился к двери.

Уже выходя из кабинета, я позволил себе едва заметно выдохнуть. Он сам дал мне то, что было нужно. Разрешение искать путь. А значит, если этот путь существует, я его найду.

После собрания я долго бродил по коридорам Цитадели, прокручивая в голове всё, что услышал сегодня.

Сокращение запасов кристаллов. Разведение фильтров. Шпионаж за Ксарданом. Изучение эмоций людей.

Цитадель оказалась... намного сложнее и страшнее, чем была для меня до сегодняшнего дня. И я пока не мог понять, что именно чувствую на счёт этого.

За всеми этими мыслями я не заметил, как пришёл к архиву. На самом деле сейчас меня волновал один вопрос: как Ксардан выжил после катастрофы? Почему они так боялись Тирен, что решили обзавестись союзником в лице Малкора?

Ответ я мог найти только здесь.

За стойкой меня снова встретил Дункан. Но я даже не посмотрел на него. Просто прошёл мимо, скрываясь за дверями архива. Медленно двигаясь вдоль полок, я водил глазами по фолиантам и почти сразу наткнулся на то, что мне было нужно.

«Ксардан. История становления государства. До и после Великой катастрофы.»