Ересь Песков Времён: Сломанный Круг

— Наконец, закончили. Пора и поужинать, — устало и с надеждой сказал Мороб, глядя на закончившую выводить последнюю руну Анну.

Анна устало кивнула в ответ. За весь день она ещё почти не отдыхала. В животе урчало.

— Ну пошли. Надеюсь Томер и студенты приготовят нормальный ужин, а то я их спущу со скалы, — произнёс Мороб, зашагав в сторону лагеря.

От костра шёл дым, стояли палатки. Почти подойдя к лагерю, Анна услышала гудёж своих одногруппников. Она ускорилась. Все толпились в одном месте и обсуждали происшествие:

— Ему стало плохо, и он упал.

— Мне кажется, его укусила змея.

— Да, да, такая чёрная с синими полосками?

— Я её тоже видел.

Вдруг раздался суровый голос Дэргора. Он приближался быстрыми шагами:

— А ну, расступитесь.

Студенты умолки. Он прошёл вперёд. Одногруппник Анны лежал на траве без сознания.

— Ничего опасного. Его укусила сонная змея. Яд усыпляет, не убивает. Через пару часов он придёт в себя, в крайнем случае к утру, — сказал Томер, сидевший рядом.

Студенты зашушукали.

— А тут сильно опасно? — спросил один из них.

— В горах везде опасно, — буркнул Дэргор. — Вам надо научиться замечать опасности раньше, чем они настигнут вас. Мы установили сигнальные руны по периметру. Крупные звери к реке Алдай почти не приближаются, но стоит быть начеку.

— А река такая опасная, что её боятся даже звери? — поинтересовался Хорглин.

— Вы, наверное, видели цвет её воды. Это от минералов известняка и мифрила, которые окрашивают воду. Мифрил отлично подходит для создания магических артефактов и оружия. Принято считать, что именно он отпугивает зверей. Это фиксируется и в других местах. — объяснил мастер Мороб.

— Мифрил. Он же стоит кучу денег, — глаза у Хорглина загорелись.

— Ха. Если бы всё было так просто. Минерал с мифрилом может попасться только при невероятной удаче, иначе я бы уже был богачом. Займётесь поиском разных минералов завтра. Это и будет ваше задание, — подытожил Мороб и уже продолжил требовательным тоном: — А теперь лучше скажите: где мой ужин?!

И ужин был хорош. Каша из ячменя после долгой варки стала такой плотной и упругой, что в ней стояла ложка. Гномы добавили в неё обильное количество жирной солонины, порубленной крупными кубиками. Жирный бульон пропитал разварившиеся зерна. Довершили блюдо посыпанные сверху кусочки чеснока и укроп, которые добавили финальные ароматные нотки.

Анна не ела нормально весь день. От этого запаха сразу побежали слюнки. Ей дали большую металлическую чашку с кашей. Она зачерпнула первую ложку, положила в рот. Её вкус начал пьянить почти сразу. Она проглотила, тепло начало разливаться в пустом желудке. Каша показалась самой вкусной, которую она ела в жизни. Затем последовала вторая ложка, третья.

Вскоре совсем стемнело. Анна с ребятами сидела у костра. Все уже были сыты и довольны. Кто-то обсуждал поход, кто-то завтрашнее задание по поиску минералов, кого-то уже просто начинало клонить в сон. Мастер Мороб кашлянул.

— Хотите историю?

Показалось, что его голос эхом разлетелся по горной местности.

— О цене ошибки, — взгляд скользнул по всем сидящим. — Слушайте внимательно. Вот к чему может привести один неверный шаг.

Вот что он рассказал, с ухмылкой, от которой мороз по коже. Поучительная история «Алхимик и Тёмный Шёпот»:

***

— “В забытых пещерах жил алхимик Дорнек. Гном из клана Камнерезов, он был мастером рунической алхимии, жадным до знаний. Он исследовал древние руины. И однажды нашёл жилу тёмных манокристаллов.”

[ Мастер Мороб поднял голову и взглянул на звёзды. ]

— “Те редкие, как слёзы богов. Они прятались в стенах древних пород. Опасные. Эти камни тысячи лет впитывали ману. Как губка. Но со временем они темнели, наполняясь ядом, полные тьмы.

Дорнек мечтал очистить их. «Представьте, — бормотал он в своей лаборатории, усеянной рунами и котлами, — если выжать тёмную ману, кристаллы станут чистыми, как белые манокристаллы! И все заплатят золотом. Чёрный Морок? Ха, я перехитрю его!»”

[ Мороб остановился, опустил взгляд и посмотрел в костёр. ]

— “Гордыня. Он собрал всё: тёмный манакристалл, пульсирующий чёрным светом; руны баланса, вырезанные из нейтрального камня; и эссенцию чистоты, добытую из редкого цветка. Процесс был прост в теории: нагреть кристалл в алхимическом пламени, пропустить через руны, чтобы «выцедить» тёмную ману в запечатанный сосуд. Затем стабилизировать эссенцией.

Но Дорнек был жаден. Он решил очистить не один кристалл. А пять. Сразу. «Зачем тратить время? — подумал он. — Мана — всего лишь шёпот в ветре».

Ночью, под гудение своих устройств, он начал процесс. Кристаллы засияли в котле, руны вспыхнули золотом. Тёмная мана вытекала чёрным дымом в сосуд, а кристаллы светлели. Дорнек ликовал: «Я гений!»

Но…”

[ Мороб подкинул пару полен в костёр. Раздался треск от горящей древесины. ]

— “Но ошибка подкралась незаметно. Одна из рун баланса была вырезана на слишком мягком камне и не выдержала потока пяти кристаллов сразу. Трещина прошла по линии знака, и тёмная мана хлынула — прорыв Чёрного Морока.

Дым обвил Дорнека. Он закричал. Но было уже поздно. Тёмная мана вливалась в его тело потоком. Мутация началась мгновенно: кожа гнома потрескалась, как сухая земля, из трещин полезли чёрные шипы, испускающие дым. Руки удлинились в когтистые лапы, глаза загорелись красным, а разум заполнился шёпотами — видениями резни, разрушения и хаоса. Он стал чудовищем, втрое больше гнома. Сверху панцирь из кристаллов, внутри — кипящая тьма. Он рычал, крушил.

Дорнек-монстр вырвался из пещер, сея смерть. Он поглощал ману из всего живого, нападал на людей, превращал крестьян в мутированные тени. Человеческая церковь отправила элитных охотников. Они загнали его в ловушку, но потеряли двоих.”

[ Мастер затянул трубку. Кто-то из студентов поёжился. ]

— “Его сожгли. Но душа не ушла, став частью Чёрного Морока. Теперь она вечно шепчет в тенях. Вот что бывает, когда работаешь с маной. И допускаешь ошибку. Даже мелкую.”

***

Мороб закончил. Повисла тишина.

Анна смотрела в огонь. Руки дрожали. Завтра я буду делать то же самое. Формировать ядро с тёмной маной. Одна ошибка... Сглотнула. Она заметила, что Томер смотрит на неё. Может это он попросил рассказать? Последнее предупреждение.

— Анна, ты дрожишь. Страшно? — спросила Дзоргрит, сидевшая рядом.

— Да... немного.

Анна посмотрела на Дзоргрит, потом на других. Ей вдруг показалось, что все у костра знают, о чём она думает, о её тайне. Томер встал.

— Всем спать. Завтра тяжёлый день.

Перед глазами возник укушенный одногруппник, сонная змея, притаившаяся в траве. Одна ошибка. И всё. Либо справлюсь. Либо стану чем-то вроде Дорнека… Либо умру раньше.

3.13 Синее небо

— Мы простые исследователи. За что?

Острое лезвие перерезало горло. Тело пожилого гнома осело на колени, а затем рухнуло на камни рядом с валяющимся латунным диском. Три его товарища, мёртвые, лежали на камнях чуть поодаль под лучами восходящего солнца.

Джон Фард стоял на краю обрыва с картой в руках, делал пометки, отмечал ловушки, тропы, безопасные маршруты. Ему было около 40 лет — черноволосый, с сухим лицом. Маг второго уровня со сформированным ядром маны, опытный командир разведывательного отделения Штормовых Птиц из Алийской Империи.

Послышались шаги.

— Выяснили, кто они такие? — спросил он подошедшего солдата.

— Обычные гномы. Не повезло встретить нас. Всё возятся со своими камнями да рунами.

— Ясно. Что-либо ещё?

— Почти ничего, но пытались скрыть этот камень.

Джон взял небольшой камень алого цвета, покрутил.

— Похож на рубин. Небольшой бонус для нас. Разделим, как вернёмся домой, — улыбнулся Джон и попытался убрать его. — Странно. Не помещается в пространственную сумочку. Всё-таки он какой-то необычный. Магический артефакт? Хм… Ладно, разберёмся потом.

— Командир, зачем карта? Мы же разведчики, не картографы.

Джон не поднял взгляд.

— Готовится что-то крупное. Нам нужны маршруты.

— Война?

— Возможно. Эти гномы — заноза в заднице не только для нашей империи.

Вскоре подошли другие члены группы. Вместе их было пятеро. Все в лёгкой кожаной броне, поверх — серые плащи. Джон обвёл их взглядом и заговорил:

— Пора выдвигаться. К обеду доберёмся до реки Алдай. Пара дней и будем близ границы этого проклятого королевства гномов.

— Командир, мы совсем уже измотаны. Может используем артефакт полёта?

— Он сильно расходует ману. Задействуем только в крайнем случае. К тому же у этих гномов тут всё напичкано рунами обнаружения, они могут засечь нас слишком рано. И просто прикончат. Думай головой. Вперёд!

Отряд двинулся дальше, как раздалась команда:

— Стоять!

Бойцы удивлённо посмотрели на Джона. Он достал небольшой куб, который светился. Его удивление было даже больше.

— Тринадцать лет, — пробормотал он. — Тринадцать лет назад мы упустили их. Беглецы из рода Эрнеров.

— Командир, думаете они здесь?

— Не знаю. Но кровавая метка указывает, что да. Наши приоритеты меняются. За мной!

***

Плато. Недалеко от реки Алдай. Мастер Мороб объяснял студентам задание на предстоящий день по поиску минералов при помощи магических инструментов. Дзоргрит заметила, что Дэргор, Томер и Анна стояли отдельной группой, и хотела спросить. Но её опередил Мороб:

— Ладно, ребята. Приступайте к выполнению задания. Далеко не уходите. Всегда оставайтесь в зоне видимости своих одногруппников, — мастер Мороб перевёл взгляд на Анну. — А Дэргор и Томер нас покинут ненадолго для выполнения важного научного изыскания. Анна им поможет.

Головы гномов повернулись и уставились на неё. Что они на меня так смотрят? Всплыло воспоминание, как она впервые приехала в столицу с Бараздаром. Опять белая ворона. Анна опустила взгляд.

Дэргор шагнул вперёд, не говоря ни слова. Из-под доспешного кармана он извлёк небольшой артефакт — простую, почти игрушечную лодочку из тёмного металла. Несколько ребят усмехнулись, но тут же притихли.

Лодочка выскользнула из его ладони, зависла в воздухе. Дэргор сложил руки в печати — чётко, быстро, без лишних движений. И она начала расти: сначала до размеров детской шлюпки, потом вытянулась в несколько метров длиной. Корпус обозначился чётче, борта стали полупрозрачными, словно сотканными из струящейся маны. Под днищем клубился свет, удерживая её в воздухе.

Все затихли. Слышался только шелест трав и гул ветра в горах. Мастер Томер, не скрывая одобрительной улыбки, первым ступил на борт. За ним последовал Дэргор. Магическая поверхность упруго приняла его вес. Анна замерла на мгновение, потом осторожно шагнула следом.

Лодка плавно поднялась на несколько метров над землёй. Студенты затаили дыхание. Авторитет Дэргора вырос в этот миг ощутимо, почти осязаемо. Они знали, что он силён. Но чтобы настолько искусно владеть магией и полётом — этого не ожидал никто. Анна присела, вцепившись пальцами в край борта. Магия была тёплой, словно живая. Сердце билось быстро, почти болезненно. Лодка взмывала вверх.

— Что, девчонка, впервые летишь? — усмехнулся Дэргор, удерживая курс лёгким движением ладони. — Наслаждайся.

Ветер ударил в лицо, растрепал волосы. Они взлетали, палатки внизу на плато становились меньше. Горный пейзаж раскрылся перед ними во всей красе — серые хребты, заснеженные пики, ущелья, где туман лежал, как молоко. Красиво. И страшно одновременно. Анна вдруг поняла, что во взглядах одногруппников была не только чуждость, но и зависть. И впервые мысль о “белой вороне” отступила. Если сформирую ядро, то смогу тоже летать, — помечтала она.

Внизу зияла пустота. Лодка слегка качнулась в потоке воздуха, и у неё перехватило дыхание. Анна сглотнула, но не отпустила борт. Дэргор рассмеялся — не зло, а весело, свободно. Он явно наслаждался и полётом, и произведённым впечатлением. Они поднимались всё выше, туда, где воздух становился холоднее и резче. Скалы сдвигались плотнее, образуя естественный лабиринт.

— Вон там, — указал Томер вперёд.

Между двумя выступающими утёсами чернело тёмное отверстие — пещера, скрытая от взгляда снизу. Лодка мягко пошла на снижение. Ветер стихал. Магический свет под днищем стал плотнее. И через мгновение лодка опустилась на скалистую поверхность. Они высадились.

— Отбрось все сомнения. Ты обязательно справишься, — подбодрил Томер.

— Спасибо, мастер.

Анна зашла в пещеру. Внутри было темно, сыро и холодно. Она зажгла свечу, села на камень и выпрямила спину.

Она готовилась долго — не телом, а решимостью. Тело уже было испорчено тьмой. Это она знала точно. Тёмная мана бежала по нему сама, тяжёлая, холодная, иногда рвущаяся, иногда замирающая, словно прислушиваясь, иногда вспыхивающая пламенем. Живая руна в плече пульсировала глухо, глубинно, как второе сердце, не спрашивая разрешения. Техника Тёмного Ядра Льда. Я справлюсь. Я готовилась так долго. И стану только сильнее.

Анна взяла бутылочку с зельем. Его сварил Томер из дорогих редких ингредиентов. Об этом подумаю потом. Едкий аромат тут же ударил в нос. Она не стала больше ждать, прислонила бутылочку к губам и большими глотками выпила горькое зелье, обжигающее горло. Затем положила ладони на живот — не для ритуала, а чтобы почувствовать центр. Странно. Я выпила зелье, а внутри — ничего. Пустота. Думаю: именно её и надо заполнить. Первый вдох был спокойным. Второй — уже тяжелее.

Она позволила тёмной мане двигаться свободно, не направляя, не сдерживая. Потоки тут же усилились, побежали по телу быстрее, плотнее. Холод разлился под кожей, мышцы напряглись, дыхание стало резким. Ярость поднялась почти сразу. Не вспышкой — волной. Уверенность, злость, ощущение силы и правоты. Руна в плече отозвалась, усиливая поток, подталкивая ману глубже, быстрее, слишком быстро.

— Рано, — прошептала она.

Анна не стала подавлять сильный поток маны. А сделала иначе и опаснее — не выпустила его, а сжала в себе. Сжала всё: злость, страх, боль, холод — в одно плотное ощущение. Не дала им разлиться по телу. Не позволила выйти наружу. Тёмная мана, лишённая привычного простора, начала сопротивляться.

Внутри стало тесно. Холод сгустился в груди, под рёбрами, чуть ниже сердца. Давление росло, как будто изнутри вдавливали ледяной клин. Дыхание сорвалось, по спине прошёл судорожный спазм. Она не остановилась. Она удерживала. Тьма металась, билась о границы тела, рвалась к руне, к конечностям, к привычным путям. Она не пускала. Каждый вдох — удержать. Каждый выдох — сжать ещё сильнее. И каждый раз боль, почти до потери сознания. Отринуть всё. Оставить только спокойствие. Только тишину. В одну точку.

***

Река Алдай. Древний змей покоился на самом дне, прижавшись мощным телом к гладким камням. Потоки бирюзовой воды омывали его чешую — ослепительно белую, с глубоким синим отливом, который вспыхивал в редких лучах солнца, пробивавшихся сквозь толщу реки. В этом безмолвном мире он казался частью рельефа, живым изваянием, дремлющим вечность в потоках воды.

Внезапно плотность магического фона изменилась. Мана вокруг змея едва заметно колебнулась, словно невидимая струна дрогнула. Змей медленно приоткрыл веки. Тонкий раздвоенный язык выскользнул из пасти, пробуя воду на вкус, улавливая мельчайшие вибрации. Сомнений не было: равновесие нарушено.

Мощным рывком он вынырнул на поверхность, взрезав водную гладь бесшумно и грациозно. Голова на длинной шее поднялась высоко над рекой. В этот миг воздух снова дрогнул — ещё одно колебание, более отчётливое, пульсирующее чем-то ценным.

Змей обратил взор к горизонту. Там, высоко в небе, облака начали менять свой бег. Почти незаметно, повинуясь неведомой силе, они стали стягиваться в одну точку, закручиваясь в медленную воронку. Не раздумывая, древний страж длиною около 15 метров скользнул к берегу и пополз по земле, следуя за движением небесных масс, туда, где рождался новый эпицентр силы.

***

Мастер Мороб в хорошем настроении с трубкой во рту разгуливал возле лагеря, проверяя, как студенты выполняют задание. Ему показывали найденные минералы. Он то кивал, то ругал за неправильные выводы или медлительность.

— Мастер, мастер!

К нему бежал рыжий студент. Опять этот, Хорглин, — пробурчал про себя Мороб.

— Что такое?

— Мастер, смотрите. А это не мифрил? — Хорглин протянул небольшой бирюзовый минерал.

Да как он его нашёл? Глаза у Мороба начали расширяться от удивления и жадности. Но тут он заметил кое-что другое: вдали по камням быстро двигалась массивная туша белого змея.

Хорглин сначала обрадовался, когда увидел взгляд Мороба, но, повернувшись, понял, что дело не в мифриле. По спине пробежал холодок.

— Мастер, а он опасен?

— Очень опасен, — произнёс с испугом Мороб. — Хорглин, собирай всех. Творится что-то неладное.

Минерал с мифрилом упал в карман Мороба.

***

— Томер, чувствуешь? Кажется, начинается. Тёмная мана стекается сюда. Мне не по себе. Никогда не видел, как формируется ядро тёмных магов. И, думаю, лучше бы и не видел, — сказал Дэргор с опаской.

— Да, — печально согласился Томер.

— Думаешь, она справится? После истории Мороба про этого Дорнека мне самому спалось что-то плохо. Нашёл что рассказать. Ха-ха… Я и сам ощутил себя испуганным студентом.

— Стать чудовищем — это самое страшное, — согласился Томер. — Но она упёртая и довольно талантливая девочка. Не знаю, куда её приведёт эта тропа. Тёмная мана опасна как для тела, так и души. Но в первую очередь, это энергия, и кем ты станешь или чем, зависит от воли.

Томер вздохнул, снял со спины латунный диск и начал активировать то одни, то другие руны на нём.

— А ты философ и оптимист. Ну, будем надеяться на лучшее, — сказал Дэргор, посмотрел на диск и спросил с сомнением: — Ты всё ищешь этот, как он… кристалл крови дракона? Процесс создания ядра рядом не будет мешать?

— Да, ищу. По моим расчётам даже наоборот, он может начать резонировать с пульсацией маны. Обнаружить его станет проще.

— Хм. Ну, ладно. Не буду тебе мешать.

Дэргор отошёл в сторону. Мана вокруг пещеры начинала сгущаться. Он посмотрел в небо, редкие облака начинали стягиваться. И это могло привлечь ненужных гостей. Он сел на камень, положил меч перед собой, следя за окружающей обстановкой.

Постепенно над головой стали висеть уже плотные скопления облаков, закручивающиеся по спирали. Они вот-вот были готовы превратиться в тучи. Это должно было быть видно даже издалека.

— Дэргор, я нашёл! — закричал восхищённо Томер.

— Что нашёл?

— Алый кристалл крови дракона, — сказал Томер, однако в голосе появились нотки непонимания. — Но… но он движется.

Руны на латунном диске мигали. Одна потухла, загорелась другая, ближе к центру.

— Куда он движется? — чувствуя неладное, спросил Дэргор.

— К нам, — испуганным голосом, произнёс Томер. — Он уже совсем рядом.

— Чёрт! — прокричал Дэргор. — Прячься!

Дэргор выхватил меч, занял оборонительную стойку у входа в пещеру, когда в него полетели две стрелы и огненный шар. Он сжал рукоять меча, искусная руна на лезвии вспыхнула. Длинный взмах. И навстречу удару противника понеслась огненная дуга. Взрыв. Летящие стрелы были отброшены.

— Просто ребячество! — выкрикнул Дэргор и глубоко вдохнул, восстанавливая силы после удара.

Из-за валуна вдали показался человек в сером. Плащ разведчика почти сливался с каменной поверхностью, лишь слабое мерцание защитных печатей выдавало мага. Он поднял руку — короткий, отработанный сигнал — и ещё трое вышли из укрытий, расходясь полукольцом по каменистой площадке. Они заняли позиции быстро и грамотно.

Следующий удар последовал незамедлительно. Слева — две стрелы, усиленные магией ветра. Почти одновременно земля под ногами попыталась сомкнуться каменными тисками. Руна на мече вспыхнула красным огнём. Дэргор сделал длинный взмах, и навстречу атаке рванулась огненная дуга. Заклинания столкнулись — воздух разорвался взрывом, ударная волна снесла стрелы в стороны, осыпав скалы искрами.

Старший уже плёл новую сложную, многослойную магическую конструкцию. Довольно сложный противник. Маг второго уровня, — понял Дэргор. Трое младших начали давить непрерывно: порывы воздуха сбивали равновесие, вспышки света били по глазам, приходилось отбиваться от стрел. Они работали как единый механизм.

Дэргор резко пошёл вперёд, ломая дистанцию. Он ударил ближайшего мага, меч сверкнул — защитный щит противника треснул и рассыпался осколками света. Маг отлетел, ударившись о камни. Хлынула кровь из разрубленного плеча.

— Сейчас! — выкрикнул старший.

Тяжесть обрушилась сверху. Гравитационное поле вдавило Дэргора в камень. Трещины побежали по поверхности, сапоги скрипнули, колени едва удержались. Двое магов усилили давление одновременно. Третий, валяющийся на камнях, пытался залечить рану. Дэргор зарычал, мышцы вздулись. Руна на клинке загорелась так ярко, что металл стал почти белым.

Он поднял меч — медленно, вопреки силе заклинания — и ударил по земле. Огненное кольцо взорвалось вокруг него, разрывая поле. Магов отбросило в стороны, строй рассыпался. Каменная пыль медленно оседала.

И тогда раздался звук. Глухой треск. Будто что-то огромное двигалось под самой землёй. Камни задрожали. Мелкая галька подпрыгнула.

— Что… — начал один из подчинённых противника.

Земля взорвалась. Из-под каменной поверхности молниеносно вырвалось гигантское тело. Белая чешуя вспыхнула ослепительным светом, воздух ударной волной разметало во все стороны. Древний змей выскочил из недр скалы, словно выпущенная стрела. Никто не успел среагировать.

Его пасть раскрылась — и ближайший маг первого уровня исчез в ней целиком. Хруст костей прозвучал одновременно с захлопнувшимися челюстями. Кровь брызнула по камням. Змей даже не остановился. Его хвост описал размытую дугу — слишком быстрый, чтобы глаз успел уследить. Удар пришёлся во второго мага. Тело человека переломилось пополам и отбросило на десятки шагов. Он ударился о скалу уже безжизненным.

Тишина длилась долю секунды.

— Рассеяться! — выкрикнул старший маг. — Древний змей!

Змей двигался не как животное — как стихия. Его тело скользило между камней с невозможной скоростью, оставляя борозды. Он ударил снова — головой, выбрасывая поток сжатого воздуха. Камни разлетелись градом, третий маг едва успел поставить щит, который тут же треснул, покрывшись сетью разломов.

Дэргор уже поднялся. Он смотрел на змея без паники — только холодный расчёт.

— Вот это… серьёзный противник, — пробормотал он.

Змей повернул голову. Огромные синие глаза остановились на нём. Мгновение — и существо рванулось вперёд. Дэргор прыгнул в сторону. Челюсти захлопнулись там, где он стоял секунду назад, расколов валун пополам.

Для Джона Фарда всё пошло не по плану. Откуда этот змей вообще вынырнул? Потерял двоих. Хоть повезло, что он накинулся на этого гнома, а не на меня. Он достал куб обнаружения.

— Кровавая метка указывает, что кто-то из рода Эрнеров в той пещере. Похоже, он тоже маг и создаёт ядро маны. Надо прикончить его, пока он этого не сделал, — произнёс Джон, а затем обратился к своему оставшемуся в живых подчинённому: — Я в пещеру, пока они сражаются между собой и отвлечены. А ты оставайся здесь и следи за обстановкой.

Джон начал обходить сражающихся Дэргора и змея. Гном сильный. Но он устаёт. Змей тоже ранен. Если подождать, один умрёт. Тогда я просто прикончу выжившего. Пусть дерутся. Я пока займусь другим делом. Он остановился перед самым входом в пещеру. Томер, скрывающийся до этого момента за большим валуном, высунулся и кинул что-то небольшое. Джон быстро поднял зелёный магический щит. Взрыв. По щиту пошли трещины, но он выдержал.

— Ах, ты старый хрыч, — выкрикнул Джон, сложил короткую печать и нанёс удар кулаком.

В Томера полетела воздушная волна, вырвала валун и отбросила его в соседнюю скалу. Джон понял, что этот гном ему не соперник и рванул вглубь пещеры.

***

Анна сидела, не замечая, что происходит снаружи, что враг уже перед ней. Для неё существовал лишь каждый вдох — удержать. Каждый выдох — сжать ещё сильнее.

Боль, почти нестерпимая, усилилась. В груди начало будто что-то трескаться, ломаться, перестраиваться. Перед тьмой закрытых глаз поплыли пятна, ещё более тёмные, как бездна, они впитывали окружающую тьму. В ушах зазвенело. На мгновение возник соблазн — отпустить, позволить мане разорваться, вырваться наружу.

Это был бы конец. Она знала это так же ясно, как своё настоящее имя. Она опустила внимание глубже — туда, где давление стало почти невыносимым. И сделала последнее: позволила тьме остановиться. Не течь. Не рваться. Застыть.