Ересь Песков Времён: Сломанный Круг

— Наконец, закончили. Пора и поужинать, — устало и с надеждой сказал Мороб, глядя на закончившую выводить последнюю руну Анну.

Анна устало кивнула в ответ. За весь день она ещё почти не отдыхала. В животе урчало.

— Ну пошли. Надеюсь Томер и студенты приготовят нормальный ужин, а то я их спущу со скалы, — произнёс Мороб, зашагав в сторону лагеря.

От костра шёл дым, стояли палатки. Почти подойдя к лагерю, Анна услышала гудёж своих одногруппников. Она ускорилась. Все толпились в одном месте и обсуждали происшествие:

— Ему стало плохо, и он упал.

— Мне кажется, его укусила змея.

— Да, да, такая чёрная с синими полосками?

— Я её тоже видел.

Вдруг раздался суровый голос Дэргора. Он приближался быстрыми шагами:

— А ну, расступитесь.

Студенты умолки. Он прошёл вперёд. Одногруппник Анны лежал на траве без сознания.

— Ничего опасного. Его укусила сонная змея. Яд усыпляет, не убивает. Через пару часов он придёт в себя, в крайнем случае к утру, — сказал Томер, сидевший рядом.

Студенты зашушукали.

— А тут сильно опасно? — спросил один из них.

— В горах везде опасно, — буркнул Дэргор. — Вам надо научиться замечать опасности раньше, чем они настигнут вас. Мы установили сигнальные руны по периметру. Крупные звери к реке Алдай почти не приближаются, но стоит быть начеку.

— А река такая опасная, что её боятся даже звери? — поинтересовался Хорглин.

— Вы, наверное, видели цвет её воды. Это от минералов известняка и мифрила, которые окрашивают воду. Мифрил отлично подходит для создания магических артефактов и оружия. Принято считать, что именно он отпугивает зверей. Это фиксируется и в других местах. — объяснил мастер Мороб.

— Мифрил. Он же стоит кучу денег, — глаза у Хорглина загорелись.

— Ха. Если бы всё было так просто. Минерал с мифрилом может попасться только при невероятной удаче, иначе я бы уже был богачом. Займётесь поиском разных минералов завтра. Это и будет ваше задание, — подытожил Мороб и уже продолжил требовательным тоном: — А теперь лучше скажите: где мой ужин?!

И ужин был хорош. Каша из ячменя после долгой варки стала такой плотной и упругой, что в ней стояла ложка. Гномы добавили в неё обильное количество жирной солонины, порубленной крупными кубиками. Жирный бульон пропитал разварившиеся зерна. Довершили блюдо посыпанные сверху кусочки чеснока и укроп, которые добавили финальные ароматные нотки.

Анна не ела нормально весь день. От этого запаха сразу побежали слюнки. Ей дали большую металлическую чашку с кашей. Она зачерпнула первую ложку, положила в рот. Её вкус начал пьянить почти сразу. Она проглотила, тепло начало разливаться в пустом желудке. Каша показалась самой вкусной, которую она ела в жизни. Затем последовала вторая ложка, третья.

Вскоре совсем стемнело. Анна с ребятами сидела у костра. Все уже были сыты и довольны. Кто-то обсуждал поход, кто-то завтрашнее задание по поиску минералов, кого-то уже просто начинало клонить в сон. Мастер Мороб кашлянул.

— Хотите историю?

Показалось, что его голос эхом разлетелся по горной местности.

— О цене ошибки, — взгляд скользнул по всем сидящим. — Слушайте внимательно. Вот к чему может привести один неверный шаг.

Вот что он рассказал, с ухмылкой, от которой мороз по коже. Поучительная история «Алхимик и Тёмный Шёпот»:

***

— “В забытых пещерах жил алхимик Дорнек. Гном из клана Камнерезов, он был мастером рунической алхимии, жадным до знаний. Он исследовал древние руины. И однажды нашёл жилу тёмных манокристаллов.”

[ Мастер Мороб поднял голову и взглянул на звёзды. ]

— “Те редкие, как слёзы богов. Они прятались в стенах древних пород. Опасные. Эти камни тысячи лет впитывали ману. Как губка. Но со временем они темнели, наполняясь ядом, полные тьмы.

Дорнек мечтал очистить их. «Представьте, — бормотал он в своей лаборатории, усеянной рунами и котлами, — если выжать тёмную ману, кристаллы станут чистыми, как белые манокристаллы! И все заплатят золотом. Чёрный Морок? Ха, я перехитрю его!»”

[ Мороб остановился, опустил взгляд и посмотрел в костёр. ]

— “Гордыня. Он собрал всё: тёмный манакристалл, пульсирующий чёрным светом; руны баланса, вырезанные из нейтрального камня; и эссенцию чистоты, добытую из редкого цветка. Процесс был прост в теории: нагреть кристалл в алхимическом пламени, пропустить через руны, чтобы «выцедить» тёмную ману в запечатанный сосуд. Затем стабилизировать эссенцией.

Но Дорнек был жаден. Он решил очистить не один кристалл. А пять. Сразу. «Зачем тратить время? — подумал он. — Мана — всего лишь шёпот в ветре».

Ночью, под гудение своих устройств, он начал процесс. Кристаллы засияли в котле, руны вспыхнули золотом. Тёмная мана вытекала чёрным дымом в сосуд, а кристаллы светлели. Дорнек ликовал: «Я гений!»

Но…”

[ Мороб подкинул пару полен в костёр. Раздался треск от горящей древесины. ]

— “Но ошибка подкралась незаметно. Одна из рун баланса была вырезана на слишком мягком камне и не выдержала потока пяти кристаллов сразу. Трещина прошла по линии знака, и тёмная мана хлынула — прорыв Чёрного Морока.

Дым обвил Дорнека. Он закричал. Но было уже поздно. Тёмная мана вливалась в его тело потоком. Мутация началась мгновенно: кожа гнома потрескалась, как сухая земля, из трещин полезли чёрные шипы, испускающие дым. Руки удлинились в когтистые лапы, глаза загорелись красным, а разум заполнился шёпотами — видениями резни, разрушения и хаоса. Он стал чудовищем, втрое больше гнома. Сверху панцирь из кристаллов, внутри — кипящая тьма. Он рычал, крушил.

Дорнек-монстр вырвался из пещер, сея смерть. Он поглощал ману из всего живого, нападал на людей, превращал крестьян в мутированные тени. Человеческая церковь отправила элитных охотников. Они загнали его в ловушку, но потеряли двоих.”

[ Мастер затянул трубку. Кто-то из студентов поёжился. ]

— “Его сожгли. Но душа не ушла, став частью Чёрного Морока. Теперь она вечно шепчет в тенях. Вот что бывает, когда работаешь с маной. И допускаешь ошибку. Даже мелкую.”

***

Мороб закончил. Повисла тишина.

Анна смотрела в огонь. Руки дрожали. Завтра я буду делать то же самое. Формировать ядро с тёмной маной. Одна ошибка... Сглотнула. Она заметила, что Томер смотрит на неё. Может это он попросил рассказать? Последнее предупреждение.

— Анна, ты дрожишь. Страшно? — спросила Дзоргрит, сидевшая рядом.

— Да... немного.

Анна посмотрела на Дзоргрит, потом на других. Ей вдруг показалось, что все у костра знают, о чём она думает, о её тайне. Томер встал.

— Всем спать. Завтра тяжёлый день.

Перед глазами возник укушенный одногруппник, сонная змея, притаившаяся в траве. Одна ошибка. И всё. Либо справлюсь. Либо стану чем-то вроде Дорнека… Либо умру раньше.