Не в ту калитку

И Дубенко с присущей ему энергией приступил к поиску.

Итак, прежде всего нужно выяснить, прибыли ли «гости» в город? Набрав нужный номер, Семён приготовился было выпытать необходимые сведения у знакомого гаишника, но тому, как назло, именно сегодня приспичило уехать на рыбалку на три дня. А это означало, что связи с ним не будет как минимум дней пять, так как рыбачил он в местах, где напрочь отсутствует связь, а после рыбалки бравый гаишник обычно ещё пару дней приходил в себя, а проще говоря, выходил из запоя. Так что этот канал связи нынче не работал.

Да, первая неудача. Ну ничего, прорвёмся, решил Дубенко.

Кто ищет, тот, не всегда, правда, но находит. Повезло найти и нашему прославленному журналисту. Найти там, где есть всё. Нет, не в Греции, как вы, наверное, подумали, а во всемирной помойке – интернете.

Просматривая странички местных блогеров, Дубенко наткнулся на фотографию, изображавшую навороченный внедорожник, отъезжающий от ворот «Дома приёмов почётных гостей города». За лобовым стеклом авто смутно просматривались две фигуры; лиц было не разобрать. Комментарий к фотографии гласил, что неизвестная машина со столичными номерами, резко повернув, пыталась заехать во двор, но так как ворота были закрыты, поехала дальше по улице, что свидетельствует о поисках неких заезжих граждан какого-нибудь постоялого двора. Иначе за какой надобностью им нужно было подъезжать к «Дому приёмов», внешне имевшему типичный, хотя и несколько помпезный, вид отеля.

Как ни всматривался Дубенко в фотографию, разобрать номер машины ему не удалось – мешали кусты на переднем плане. Ну, да ладно, обойдёмся, ведь написано, что номера столичные, а это уже много чего значит.

Полазив ещё по интернету, Семён больше не нашёл ничего интересного с точки зрения гостей города, но всё же сделал вывод, что «гости», скорее всего, всё-таки прибыли в Дрипенск. И, хотя мэрский информатор Семёна прямо не утверждал, что столичные посланцы уже в городе, всё свидетельствовало именно об этом. Ведь не зря же Егор Михеевич (чёрт бы его побрал!) дал задание их искать, видимо, что-то знал, но не посчитал нужным озвучить.

Ну, что ж, тогда будем исходить в дальнейших поисках из того, что «гости» уже прибыли в Дрипенск, решил Дубенко.

Теперь стояла задача выяснить, где «гости» обосновались: не на улице же они должны ночевать и не в машине (если бы Семён знал, как близок он был к истине!). Значит, «пришельцы», как мысленно обозвал журналист столичных засланцев, будут искать пристанища либо в гостинице, либо в частном секторе. Если в гостинице, то вряд ли в люксовой, скорее всего, в какой-нибудь бюджетной, ради сохранения инкогнито. Хотя, если они косят под бизнесменов… С другой стороны, все люксовые отели Дрипенска находятся под пристальным вниманием местных правоохранителей и, поселись «пришельцы» в одном из них, сразу были бы вычислены доблестными блюстителями порядка с соответствующим докладом мэру, чего пока, похоже, не произошло. Иначе Семёнов осведомитель уже был бы в курсе.

Если же «пришельцы» сняли на время пребывания в городе какое-нибудь жильё у частника, то их розыски существенно осложнялись. Рыскать по Дрипенску в поисках временно поселившихся гостей – что искать иголку в стоге сена. А бегать и расспрашивать бдительных бабушек неизвестно о ком – тот ещё геморрой. Скорее всего, гости успеют сделать своё чёрное дело и уехать ещё до того, как удастся обнаружить их следы пребывания. Правда, существовал шанс, что те самые бабульки методом сарафанного радио разнесут по городу весть о непонятных гостях, но шанс этот, как говорят математики, стремился к нулю.

Так что перед журналистом выросла дилемма: либо искать по гостиницам, либо… О втором варианте даже думать не хотелось.

Поэтому, после долгих размышлений, Дубенко решил сосредоточиться на первом варианте, то есть искать в постоялых дворах, сиречь в гостиницах.

Поговаривали, что у Семёна была целая агентурная сеть, охватывающая чуть ли не весь Дрипенск. Возможно, эти слухи были сильно преувеличены, причём не без участия самого Дубенко, но, во всяком случае, ему почти всегда первым удавалось получить необходимую информацию, что каждый раз вызывало приступ лютой зависти у его коллег по перу и микрофону. Чем уж он заинтересовывал своих «агентов», нам доподлинно не известно, но как мы уже поняли, даже в мэрии у него был свой информатор.

Итак, закинув свой невод в синее море, Семён уже через пару часов обладал рядом ценных сообщений, которые журналист подверг тщательному анализу, отбрасывая лишнее, в результате которого перед ним стала вырисовываться картина прибытия «гостей» в славный город Дрипенск. В общих чертах картина выглядела так: накануне поздним вечером (приблизительно в то время, когда Семёна с позором вышвыривали из клуба) при въезде в Дрипенск была замечена автомашина со столичными номерами. Позже эта же машина была замечена на стоянке около отеля «Корона», где и находится в настоящее время. Никаких других машин со столичными номерами в течение двух последних недель в городе зафиксировано не было.

Значит, рассуждения Дубенко насчёт того, что «гости» уже в городе, были верны. И поселились они именно в «Короне», что вполне объяснимо: это была ближайшая к въезду в город гостиница. Вот только мешало одно «но»: своего информатора у Дубенко в этом отеле не было. А раньше был, точнее, была, и не кто иная, как уже знакомая нам волоокая администраторша. Но после одного из Семёновых репортажей, в котором отель был представлен не в очень хорошем свете, журналисту решительно было указано на дверь с обещаниями намять бока, если тот посмеет ещё раз появиться ближе пятидесяти метров от входа в отель, и никакие ухищрения – ни лесть, ни извинения с обещаниями, ни конфеты с цветами – не помогли. О, Дубенко хорошо помнит ту гнусную ухмылку мерзавца портье, ставшего невольным свидетелем позорного изгнания подлого журналюги из райских гостиничных кущ!

Незадачливые журналисты в таком случае или прекращают поиски, или совершают ещё более серьёзную ошибку: начинают вынюхивать у гостиничного персонала необходимую информацию, таким образом раскрывая свои намерения. Но не таков наш Семён! Потеряны следы? Ну так не бывает ничего потерянного, чего нельзя было бы снова отыскать, не вызывая подозрений у окружающих, а главное, у самих разыскиваемых. Поразмыслив, Семён выработал план дальнейших действий, для реализации которого он привлёк одного из своих многочисленных знакомых.

Конечно, было бы лучше самому осуществить задуманное, но Дубенко был слишком известной личностью в городе, а дельце, которое он задумал провернуть, было довольно деликатным, да к тому же «фонарь», которым его наградила благоверная, светил всё ярче, причём настолько, что его не смог бы затушить даже маскарад, вроде давешнего в закрытом клубе. Поэтому Семён, скрепя сердце, и доверил одному из своих помощников выяснить, кому из постояльцев принадлежит упомянутый выше автомобиль. Большего Дубенко доверить знакомому не рискнул, так как опасался утечки столь ценной для него информации.

У знакомого, привлечённого к поиску Семёном, как раз в той самой гостинице была сердечная подруга, работавшая менеджером по сервису, а проще – старшей горничной. Через неё-то, имевшую возможность на вполне законных основаниях шастать по номерам, этот знакомый и надеялся получить нужные сведения.

Поскольку влюблённая женщина готова ради мил-друга горы свернуть, наша менеджер по сервису, назовём её Галей, в свою очередь подрядила к сыскной деятельности двоюродного брата, работавшего в этой же гостинице инженером службы безопасности, в ведении которого, среди прочих устройств, были камеры видеонаблюдения, а также не вполне законно установленные в номерах «жучки». За незапланированные хлопоты Галя посулила кузену гонорар в виде романтического ужина со своей подругой Ритой, работавшей в гостиничном ресторане, и бывшей в этот вечер по счастливой случайности выходной.

Дело осложнялось тем, что никто не видел, как к отелю подъезжала машина и кто из неё выходил: персонал «Короны» на улицу не выходил, а камеры, установленные перед входом в отель, как назло, не работали. Поэтому вся надежда была на «жучков», которые нажужжали, что наиболее подходящими объектами являются четверо недавно поселившихся товарищей – в одном двухместном и в двух одноместных номерах. После некоторого размышления Кирилл – так звали брата – предположил, что предполагаемые объекты скорее всего разместились в двухместном полулюксе, тем более, что одноместные номера были разной категории, что вряд ли подходило для важных столичных шишек. Но поскольку с ходу подтвердить догадки не удалось ввиду отсутствия постояльцев в их номерах, брат пока занялся другими делами, в том числе подготовкой к получению обещанного гонорара, предварительно сообщив сестре о своих выводах.

Взглянув на мониторы спустя некоторое время, Кирилл понял, что в своих предположениях сильно ошибся: постояльцы двухместного номера дружно бухали, закусывая разложенной на газетке незамысловатой снедью, что явно не соответствовало столичному статусу. Поэтому, чтобы исправить свою оплошность, незадачливый шпион стал срочно названивать Гале, однако безуспешно: сестра трубку не брала.

– Да и чёрт с ними, столичными пижонами, – решил он. – В конце концов, меня просили только выяснить, кто недавно поселился в «Короне», а делать какие-нибудь выводы мне не поручали.

Взглянув для очистки совести в последний раз на мониторы, Кирилл увидел, что и в одноместных номерах появились обитатели. И хотя одеты гости были достаточно просто, не так, как представлял он себе «зажравшихся москвичей», сделал на всякий случай скриншоты с мониторов и, в очередной раз безуспешно попытавшись связаться с Галей («Развлекается, небось, со своим дружком!»), решил, что, несмотря ни на что, гонорар он заслужил, а остальное его не касается.

Позже, когда и ужин был съеден, и свечи догорели, воспользовавшись тем, что Рита ненадолго отлучилась в ванную, Кирилл ещё раз позвонил Гале. На этот раз сестра трубку взяла, и Кириллу удалось сообщить ей полученную информацию, которая тут же и была передана знакомому Семёна.

Итак, благодаря принятым мерам, а также проанализировав городские сплетни, обильно публикуемые блогерами в соцсетях, Дубенко получил более-менее подходящую для дальнейших поисков прибывших в Дрипенск столичных инкогнито информацию, в том числе их фотографии, правда, весьма дурного качества, да ещё и сделанные с помощью потолочных камер. Можно с уверенностью считать, что предполагаемые (да что там предполагаемые, на девяносто девять процентов истинные!) объекты поиска определены, даже некоторые их описания получены благодаря вездесущим Семёновым соглядатаям.

Ну, вот, подумал Семён, удовлетворённо потягиваясь. И хотя полученные сведения были пока ещё очень «сырыми», требующими тщательного уточнения, подготовительную работу можно считать выполненной. Основную сделаем завтра. А пока можно и соснуть маленько. Однако посмотрев на часы, он понял, что не завтра, а уже сегодня, и поэтому сон отменяется.

Мэр ставит задачи

– Извините за опоз… задержку, – запыхавшийся мэр быстрым шагом пересек зал заседаний и уселся в свое кресло. Собравшиеся были немало удивлены – уж кто-кто, а Егор Михеевич никогда не опаздывал и всегда приходил ровно за одну минуту до начала мероприятия, будь то совещание, официальный прием или выступление перед прессой. Его отличительной чертой была прямо-таки маниакальная пунктуальность, он никогда не позволял себе опаздывать к назначенному времени, и того же требовал от подчиненных. Должно было случиться что-то экстраординарное, чтобы Егор Михеевич задержался аж на восемь минут!

– Елена Владиславовна, доложите об отсутствующих.

– Шишигин проводит инструктаж в управлении внутренних дел, Фуфлачевский на больничном, Лопухова нет, ну и как всегда, Петрушкин...

– Лопухова не будет, – прервал ее мэр. – Он выполняет мое личное поручение.

– А с Петрушиным что будем делать?

– А Петрушкина ожидает особое задание, – недобро усмехнувшись, ответил Лушкин.

Мэр поудобнее устроился в кресле.

– Ну, как, нарыли что-нибудь про нашего гостя? Чем похвастаетесь?

Судя по молчанию и отдельным вздохам собравшихся, хвастаться было нечем.

– Ладно, не расстраивайтесь, – с неожиданной мягкостью сказал мэр. – Я понимаю, что задал вам задачку из разряда «Найди то, не знаю, что». Но, думаю, это дело поправимое. Я вот почему опоз… задержался? Как раз друган мой давешний позвонил и кое-что порассказал полезного про нашего гостя.

– Во-первых, – продолжал мэр, – этот деятель, как и предполагалось, не из их ведомства, вроде бы Хозяин лично его где-то откопал. Во-вторых, он будет «косить» под предпринимателя, якобы приехавшего по своим коммерческим делам. И, в-третьих, его будет сопровождать как бы шофер-охранник, а на самом деле – человек из спецслужбы. Так что наша с вами задача – своевременно выявить гостя и перехватить его, чтобы не влез невзначай куда не нужно. Да и самим, конечно, не щелкать клювом. Ну, какие будут предложения, господа?

Господа молчали.

– Что-то вы приуныли, – голосом, в котором стали проявляться стальные нотки, произнес мэр. – Ну, ладно, сейчас я вас взбодрю. Начнем с советников. Рублёв!

– А чего сразу Рублёв? – пробормотал сидящий слева от мэрского стола толстопузый человечек. – Я что, я по другой части…

– Знаю, по какой ты части! – не слишком вежливо сказал Лушкин. Копейкин!

– Да, Егор Михеевич? – мгновенно ответил сидящий рядом с Рублёвым высокий, похожий на жердь, Копейкин.

– Что «да»? – в свою очередь осведомился мэр. – Вы оба мои советники, вот и давайте, советуйте, что нам делать с засланцем. А иначе зачем вы мне нужны? Хорошо устроились: ни за что не отвечаете, при этом регулярно получаете зарплату да сплетни по мэрии разносите. А, Аркадий Ильич?

– Ну, зачем вы так, Егор Михеевич! – заюлил Копейкин. – Почему именно по мэрии? Мы, конечно, с Петром Ильичом от души готовы вам посоветовать…

– Да ведь вы, Егор Михеевич, и сами всегда лучше всех знаете, что делать, – подхалимски подхватил Рублёв.

– Все ясно с вами, Ильичами, – прервал словесный понос мэр. – Я особо и не ждал от вас помощи, все вы привыкли только исполнять поручения, а как самим проявить инициативу, так вас нет!

– Инициатива наказуема! – донесся тихий голос от конца стола.

– Отсутствие оной также не поощряется! – парировал мэр. – Нет, все-таки я вас перетряхну когда-нибудь! – добавил он, помолчав. – Вот разделаемся с гостями, тогда…

В этот момент двери распахнулись и в зал строевым шагом вошел Шишигин.

– Позвольте доложить, – командирским голосом сказал генерал, обращаясь к Лушкину. – Инструктаж проведен, бдительность правоохранительных органов с сего момента повышена! Все пути прибытия в город контролируются! Обо всех подозрительных гражданах будут докладать лично мне!

– Садись, Геннадий Игоревич! – поморщившись от слова «докладать», махнул рукой в сторону стола Лушкин. Теперь слушайте меня! Я тут набросал план действий по выявлению засланного казачка. Часть первая – выявить и часть вторая – нейтрализовать.

При слове «нейтрализовать» Шишигин напрягся.

– Да не дёргайся ты так, Геннадий Игоревич! – успокоил его мэр. – Мы перехватим «гостей» и направим их внимание в нужное нам русло, вот и все. А ты что подумал?

– Ну… я….

– Все, проехали. Все вы должны понять: наша главная задача сегодня – найти и обезвредить столичного эмиссара. Поэтому план будет следующий. Часть первая. Как я и говорил вам, едут наши гости на авто. Значит, нужно отслеживать все машины с не нашими номерами, предположительно столичными. Это ты, товарищ генерал, поручи своим гайцам. Далее. Взять под контроль все гостиницы, мотели, кемпинги, хостелы и ночлежки (хотя последнее, скорее, для очистки совести, так как вряд ли эти буржуи решатся ночевать в этих клоповниках) – это твой кусок, Фуфлачевский. Где Фуфлачевский? Ах, да, он же заболел. Вовремя, блин. Тогда поручим… поручим… Ладно, я подумаю, кому поручить, дело тонкое, не каждый справится. За частным сектором также установить наблюдение. Это тоже твоя поляна, Геннадий Игоревич. Ещё. Наверняка эти соглядатаи захотят посетить местные рынки. Где наша торговля, я не вижу? А, вот ты где. О чем задумался, тебя что, это не касается? Ошибаешься, дорогой, еще как касается! Закрой-ка на пару-тройку дней эти рассадники контрафакта и всякой заразы под видом профилактики, что ли.

– Да вы что, Егор Михеевич! Оглы меня же за это зарежет!

– Не зарежет. Разъясни Махмуду Рауфовичу ситуацию, скажи, что за мной не заржавеет, пообещай от моего имени всё, что он захочет, всё равно я потом от этого, как всегда, откажусь, дескать, не я обещал. А будет продолжать выпендриваться, нашлем на него наших пожарников, уж эти-то умеют укрощать строптивых. Кстати, а где наш доблестный огнеборец?

– Да вон, дрыхнет в углу, – заложила главного пожарного Елена Владиславовна.

– А? Что? Где горит? – взметнулся получивший от соседа толчок локтем под ребра начальник пожарной охраны Погорелов. – Ух, простите, Егор Михеевич, что-то меня сморило.

– Мы тут обсуждаем важные проблемы, а его «сморило»! – рявкнул мэр.

– Будет исполнено, господин мэр! – отрапортовал пожарный.

– Что будет исполнено?

– Так что закроем мы Махмудкины рынки к чертям собачьим, если начнет выпендриваться!

– Вот это профессионализм! – восхитился Лушкин. – Дрыхнет и все слышит! Вот уж точно – мастерство не только не пропьёшь, но и не проспишь! Кстати, у тебя на эту неделю сколько запланировано случайных пожаров?

– Три: издательство, публикующее негатив на мэрию, общество художников-путешественников, не желающее освобождать территорию, предназначенную под строительство бизнес-центра, и склад автозапчастей, отказавшийся делать добровольный взнос в городской благотворительный фонд.

При последних словах огнеборца присутствующие потупили очи: все знали, что данный фонд принадлежит супруге мэра и о своей деятельности никогда ни перед кем не отчитывается.

– Гм, ты пока приостанови это благое дело, – несколько смущенно распорядился мэр. – Вот освободимся от гостей, тогда действуй. А теперь, господа, перейдем ко второй части моего плана.

И Егор Михеевич с воодушевлением стал излагать свои соображения.

– Итак, представим, что мы нашего гостя или гостей, если угодно, выявили. Что дальше делаем? Плавно завлекаем его в наши сети. А вот как это сделать, чтобы гость не догадался, что вычислен? Если догадается, то пиши-пропало, уйдет в самостоятельное, так сказать, плавание и уж точно на контакт с нами не пойдет. Да еще наверняка постарается людишек перебаламутить, чтобы побольше негатива нарыть. Это, граждане, нам ни к чему. И так всякая хрень просачивается наверх. Не-ет, господа-товарищи, нужно это так обставить, чтобы все выглядело естественно, а мы, в свою очередь, как бы между прочим, будем соглядатая направлять нужным курсом. Какие будут предложения?

– Организовать в мэрии какое-нибудь мероприятие и пригласить казачка поучаствовать в нем! – как всегда, четко отрапортавал Шишигин, поднявшись из-за стола. – Мои ребята обеспечат доставку в лучшем виде!

– Нет уж, уважаемый Геннадий Игоревич, в этом деле мы обойдемся без вашей помощи. Вы нам выявите этого, как вы изволили высказаться, «казачка», да обеспечьте порядок в городе, а завлечем мы его как-нибудь сами. А то знаю я методы ваших «ребят»: только наломаете дров, а нам потом разгребать эти завалы.

Геннадий Игоревич, недовольно пыхтя, сел.

Тут собравшиеся начали, перебивая друг друга, высказывать свои мысли по поводу завлечения визитера в мэрские сети. Мысли отличались широким спектром направлений, от торжественного приема в мэрии до участия гостя в открытии после капитального ремонта районной библиотеки. При этом каждый старался по выражению лица мэра определить степень ценности своего предложения.

Лицо, однако, сохраняло каменное выражение.

Наконец мэр стукнул ладонью по столу.

– Хватит нести околесицу! Прием! Библиотека! В честь чего или кого прием? Вы вообще слушали, о чем я говорил? Ну и помощнички! Лишь бы ляпнуть что-нибудь! Нет, видимо мне самому придется все организовывать. А вас всех выгнать к чертовой матери за ненадобностью!

В зале повисла гнетущая тишина.

Наконец мэр медленно произнес:

– Все ваши предложения выеденного яйца не стоят. Вы что думаете, нам дурака какого пришлют? Да он моментально догадается, что его расшифровали. С чего бы его, абсолютно постороннего человека, стали куда-то там приглашать? Да еще подарки дарить? Это ведь можно расценить как дачу взятки должностному лицу при исполнении. А это, пардон, статья!

– Какая взятка, Егор Михеевич? – подал голос начальник юридической службы. – Недавно закон приняли, который гласит: если ты не знаешь, что это взятка, так взяткой это и не считается.

– И что, этот закон работает? – с сомнением поинтересовался Лушкин.

– А как же! – успокоил его юрист. – Ежели бы не этот закон, то мы все давно бы уже лес валили где-нибудь в далёкой Сибири. Кроме вас, конечно! – добавил он с циничной ухмылкой.

За столом повисло неловкое молчание.

– А давайте праздник какой-нибудь устроим, – нарушил тишину Рублёв.

– И там его охмурим, – добавил Копейкин.

– А кто организовывать этот праздник будет? – осведомился мэр. – Вы?

– Ну почему сразу мы? – заныл Рублёв.

– Наше дело предложить, мы же советники, а организовывает пусть тот, кто это хорошо умеет делать, – поддержал коллегу Копейкин, вскользь бросив взгляд на сидящего с отсутствующим видом заместителя мэра по вопросам культуры и досуга. Заместитель не отреагировал.

Возникла неловкая пауза.

– А сколько народу посетило Дрипенск за последние годы? – неожиданно спросил скромно сидевший в конце стола и не проронивший до сего момента ни слова советник по делам молодежи Алёшин.

– Это ты к чему? – удивленно поднял голову Лушкин.

– Так ведь можно назначить этого засланца каким-нибудь миллионным гостем города…

Мэр долгим задумчивым взглядом посмотрел на говорящего.

– А ведь в этом что-то есть, – промолвил он наконец. – Только вот с какого момента считать гостей? Городу-то больше четырехсот лет, кто считал, сколько в нем побывало пришлого народу? Что скажешь, Алёшин?

– А давайте посчитаем со дня возвращения городу его исторического названия, – ответил тот.

– А что, за этот период вполне могло набежать около миллиона, – в уме прикинул мэр. – Молодец, парень! Вот, учитесь у молодежи, заплесневелые чинуши! Рублёв, Копейкин, учитесь!

Рублёв и Копейкин обиженно засопели.

– На этом и остановимся, – поставил точку в дискуссии мэр. – Срочно находим посланника, и торжественно провозглашаем его миллионным гостем города. А взять его после этого в оборот, как говорится, дело техники. И никуда он, голубчик, от нас не денется.

С этими словами Егор Михеевич объявил перерыв.

Во время перерыва участники совещания, окружив смущенного Алёшина, поздравляли его с удачным предложением, так пришедшимся по душе мэру. Каждый стремился хотя бы внешне выказать свое расположение молодому человеку, и лишь Рублёв с Копейкиным демонстративно стояли в сторонке, бросая на героя дня злобные взгляды.

Возобновив совещание, мэр огласил план действий по «нейтрализации» гостя, который составил во время перерыва. Что-что, а работать Лушкин умел! Бывало, ухватив только что высказанную кем-нибудь идею, еще сырую, Егор Михеевич буквально через считанные минуты обращал ее в стройный перечень мероприятий, никогда при этом не ошибаясь.

План состоял из следующих пунктов:

– ни на минуту не выпускать посланника из виду;

– провести экскурсию по городу с посещением знаковых мест и объектов, попутно выясняя, что именно гостя интересует;

– на пушечный выстрел не подпускать к дорогому гостю представителей журналистского сообщества (кроме мэрской пресс-службы, естественно), особенно Дубенко, а также нежелательных лиц, дабы те не смогли своими жалобами испортить положительную картину деятельности городской администрации и лично мэра;

– акцентировать внимание гостя на низкоэффективной работе действующего губернатора, любителя выпить и поспать.

И другие стратегические и тактические задачи в том же духе.

Особо щекотливым был пункт о создании трудностей гостю со связью. Нужно было сделать так, чтобы никакой негатив не мог выйти за пределы Дрипенска. Поручено это весьма дурно пахнущее дело было, естественно, Сливкину с его «системой».

Ну и, конечно же, «культурная программа».

При обсуждении этого пункта плана участники совещания оживились, даже у Рублёва с Копейкиным лица вместо кислых мин стали выражать горячую заинтересованность, а главный городской огнеборец окончательно проснулся. Была высказана масса предложений, чем заполнить досуг почётного гостя, от банального посещения театра до визита в тайный стриптиз-клуб. Также было предложено организовать на центральной площади концерт местных знаменитостей в честь миллионного гостя Дрипенска.