По ту сторону сна

Небеса, затянутые мутной пленкой, казались грязными. Солнце не могло пробиться сквозь плотную завесу, окрасившую мир в серо-желтые тона. Заглянув в заднее стекло, парень увидел небоскребы мегаполиса. Высотки и шпили устремлялись ввысь, словно пытаясь пробить брешь в этом песчаном саване. Серые здания даже издалека выглядели безжизненными, внушая неподдельный страх.

— Что за... Где я? — тихо спросил у пустоты Сэм, напряженно вглядываясь в заброшенные автомобили.

Растерянно оглядывая мусор, он замечал засыпанные песком вещи: выпотрошенные чемоданы, лежащего под машиной плюшевого медведя, потерявшего от времени форму и цвет; осколки стекол, усеявшие потрескавшийся асфальт; накренившиеся фонарные столбы и покореженные отбойники. Пока его взгляд не коснулся того, от чего сердце сжалось, а внутри будто что-то лопнуло.

Разбитый байк лежал под грузовиком грудой искореженного металла. Не обращая внимания на ветер, Сэм вышел из машины и медленно подошел к останкам мотоцикла. Глаза слезились от песка и боли. Упав на колени перед обломками, он поднял кусок пластика и прижал его к груди. Внутри бушевал ураган, который парень с трудом сдерживал. Потеря байка была для него равносильна потере жизни. В этом некогда сверкающем звере заключался весь ее смысл. Никто из людей не дарил Сэму столько эмоций, сколько его верный железный конь.

Происходящее казалось нереальным. Сэм не мог поверить, что эта покинутая магистраль и зловещий черный город существуют на самом деле. В нем крепла надежда, что всё это — лишь чудовищный сон. Сэм попытался взглянуть вверх, словно там был выход, но глаза тут же пронзила острая боль. Выругавшись, он спрятал лицо от ветра. Боль была слишком настоящей для иллюзии. Оглядываясь в поисках защиты, Сэм заметил на асфальте свой черный шлем. Он взял его в руки и, проводя пальцами по множеству глубоких царапин, нащупал на затылке широкую трещину.

— Но как?.. — прошептал парень, проводя рукой по голове.

Едва пальцы коснулись жесткой корки на волосах, как его бросило в жар. Судорожно ощупывая затылок, он начал отрывать прилипшие засохшие сгустки крови. Очистив волосы, Сэм с замиранием сердца дотронулся до кожи, которая — к его изумлению — оказалась совершенно целой. В третий раз прощупывая затылок, он не мог понять: откуда тогда взялась кровь?

Жмурясь, Сэм задумчиво провел пальцем по трещине на шлеме, затем решительно надел его. Ветер и надоедливый песок больше не мешали. Выпрямившись, парень смог спокойно взглянуть на бледное небо с огромным желтым диском; на мрачный, незнакомый город, возвышающийся над покинутой дорогой; на песчаную пустыню, которая, как море, окружала мегаполис. Там, у самого горизонта, пески сливались с мутным небом. Слушая завывание ветра и дробь песчинок по пластику, Сэм чувствовал, как внутри расползается мерзкое, опустошающее чувство паники.

Единственное, что хоть как-то сдерживало страх, — мысль о том, что всё это лишь кошмар, пугающий своей чудовищной реалистичностью.

С болью бросив последний взгляд на искореженный мотоцикл, Сэм зашагал к городу, надеясь встретить там людей. Идя вдоль брошенных машин, он заглядывал в окна, пытаясь найти хоть что-то полезное, но видел лишь мусор. Сэму приходилось каждый раз перебарывать себя, чтобы вторгаться в частную собственность и рыться в чужих вещах. Это было ему совершенно не свойственно, но отчаяние оказалось сильнее принципов. Впрочем, машины не хранили ничего ценного. У парня появилось ощущение, что кто-то уже обыскал эти места, и не один раз. Вскоре он забросил это пустое занятие.

Сколько Сэм шёл до города, он не знал. Казалось, прошла вечность, прежде чем величественные строения приблизились и до них осталось совсем немного. Облизывая пересохшие губы, он не сводил напряженного взгляда с небоскребов, которые, словно почерневшие надгробия, смотрели на него сверху вниз пустыми окнами. Покореженные автомобили, брошенные сумки, мусор и песок — всё говорило о том, что когда-то здесь произошла катастрофа. Город казался таким же покинутым и безжизненным, как и ведущее к нему шоссе.

Спотыкаясь о песчаные насыпи, перелезая через машины и перепрыгивая трещины, Сэм упрямо шел вперед, невзирая на чувство опасности. Оно, точно ядовитый газ, заполняло грудную клетку. В очередной раз запнувшись об обломки пикапа, парень поморщился и потер правую ногу. С каждым неловким шагом она ныла всё сильнее, заставляя его прихрамывать.

Жажда, голод и ноющая боль смешались со страхом, который постепенно глушил остальные чувства. Чем ближе Сэм подходил к окраинам, тем острее становилась тревога. Разбитые окна слепо сопровождали его. Оборванные провода плетьми свисали до земли, покачиваясь на ветру. Асфальт лишь редкими островками выглядывал из-под толстого слоя песка. Ветер словно пытался заживо похоронить этот город.

На въезде виднелся покосившийся металлический щит. Когда-то он служил указателем, теперь же был покрыт странными надписями. Сэм остановился, пытаясь прочесть текст, но белая краска облупилась, оставив лишь неясные пятна. Приглядевшись, он всё же разглядел в углу рисунок: оскаленную морду зверя, похожего на собаку. Едва уловимый проблеск надежды озарил Сэма, на мгновение отогнав отчаяние. Глядя на звериный оскал, он с облегчением предположил: в этом месте всё же есть люди.

Вскоре широкая дорога разветвилась на множество развязок, а макушки лишенных жизни небоскребов утонули в серо-желтом мареве. С каждым шагом решимость Сэма рассеивалась, а темп замедлялся. Надежда встретить живую душу таяла на глазах. Город казался еще более пустым и мертвым, чем магистраль. Остановившись, парень в панике оглядел безлюдные улицы, как вдруг взгляд уловил впереди движение. От радости сердце Сэма екнуло и забилось так часто, что ему стало тесно в груди.

Присмотревшись, он увидел одинокую фигуру, медленно идущую навстречу со стороны города. Несколько минут Сэм стоял как вкопанный, неотрывно следя за приближающимся человеком. Незнакомец походил на изнуренного долгими скитаниями путника: он еле волочил ноги, то и дело спотыкаясь о песчаные насыпи. Сэм решил не подходить первым, а дождаться, пока тот приблизится сам. Хоть его и распирало от облегчения, болезненный вид встречного не внушал доверия.

Когда расстояние сократилось до десяти метров, парень невольно попятился. Мужчина был страшно ранен: на старой потрепанной одежде виднелись бурые пятна крови, а весь левый бок был разорван, словно на несчастного напал крупный хищник. Сэм с ужасом смотрел на незнакомца, поражаясь тому, что тот вообще способен двигаться с такими увечьями.

Отступив еще на несколько шагов, Сэм с тревогой выкрикнул:

— Эй! Что с вами?!

Но мужчина целенаправленно шел вперед, не обращая внимания ни на страшные раны, ни на окрик. Казалось, путник не видит ничего, кроме застывшего на дороге парня. Едва человек подошел ближе, Сэм разглядел его лицо: глаза мужчины налились кровью, кожа вокруг носа и рта была сорвана, обнажая почерневшие кривые зубы в вечном оскале.

— Мать твою... — глухо выдохнул Сэм, облизывая пересохшие губы.

Не в силах пошевелиться, Сэм смотрел на приближающийся ходячий труп. Тот тянул к нему руки, щелкая острыми зубами и издавая хищное рычание. Когда до монстра осталось меньше метра, Сэм словно очнулся. Отпрыгнув, он толкнул незнакомца в плечо. Пошатнувшись, мертвец рухнул на колени, но в ту же секунду обернулся и мертвой хваткой вцепился в правую ногу парня.

Едва удержав равновесие, Сэм попытался вырваться, но враг с силой тянул его к себе, щелкая челюстями, как разъяренный пес. Парень с размаху пнул его в лицо, однако хватка не ослабла. Не обращая внимания на удары, изуродованный человек тянулся к плоти, желая вонзить в нее зубы. Схватившись за проржавевший борт грузовика, Сэм нанес мощный удар по руке монстра — конечность выгнулась под неестественным углом, и пальцы наконец разжались.

Отскочив, Сэм со страхом наблюдал, как существо неуклюже поднимается. Сломанная рука беспокоила его не больше, чем старые раны. Оказавшись на ногах, мертвец в стремительном прыжке настиг парня, впечатав его спиной в кузов грузовика. Теперь от зубов чудовища Сэма отделяло лишь стекло шлема. Существо рычало, вонзая пальцы в плечи Сэма, словно пытаясь пробить плоть насквозь. Сила в этом искалеченном теле была нечеловеческой.

Взревев, Сэм что есть мочи ударил монстра лбом в лицо и рванул его от себя. Потеряв равновесие, тот повалился навзничь, но подняться не успел. На адреналине Сэм обрушил ногу на голову врага, раз за разом нанося удары. Он втаптывал лицо мертвеца в асфальт, слыша лишь бешеное биение собственного сердца. Сэм остановился только тогда, когда руки чудовища безвольно опали, а густая темная кровь поползла по дороге. Обессилев, он опустился на землю рядом с грузовиком, глядя сквозь забрызганный визор на то, что осталось от его противника.

Слушая свое прерывистое дыхание и стук песка о пластик, Сэм не отрывал перепуганных глаз от мертвого существа. Всё тело сотрясала крупная дрожь. Ему мучительно не хватало воздуха. Казалось, голова увеличилась в размере и ей стало тесно в шлеме. Хотелось сорвать его и сделать глубокий вдох, но Сэм не смел этого сделать.

Миллионы мыслей метались в его сознании, но ни одна не могла объяснить происходящее. Что это за монстр? Как он здесь оказался? И как сюда попал сам Сэм? Это лишь чудовищный кошмар или наступил настоящий конец света? Вопросы сменяли друг друга, но ответов не было.

Лишь спустя час Сэм нашел в себе силы оторвать взгляд от изуродованного трупа и подняться на ноги. Солнце опускалось всё ниже, утопая в размытой песком линии горизонта. Нужно было как можно скорее найти убежище, чтобы пережить эту чужую, пугающую ночь. Парень бросил тревожный взгляд на город. Теперь он не просто внушал тревогу — Сэм кожей чувствовал, что этот монстр был далеко не единственным его обитателем. Встряхнувшись, он зашагал вперед, не зная, что ждет его там, в этой одинокой песчаной тишине.

Ступив на широкую городскую мостовую, Сэм замер, со страхом разглядывая пустую улицу: побитые витрины магазинов, покосившиеся фонарные столбы — некоторые из них были вырваны с корнем. Ржавые автомобили были разбросаны по дорогам, словно детские кубики. Некоторые здания стояли частично обрушенными, будто город пережил массированную бомбардировку. Выцветшие рекламные плакаты висели бесцветными обрывками на серых фасадах. Когда-то это был кипящий жизнью мегаполис, но теперь от него остались лишь безликие дома и забытые вещи.

Припаркованные машины со спущенными колесами стояли у обочин бесполезной рухлядью. Кто-то изрядно потрудился над ними: капоты были распахнуты, детали вырваны, а на их месте сияли пустотой разорванные провода и куски обломанного металла. Проходя мимо одного из таких авто, Сэм поднял с земли ржавый стальной прут. Повертев его в руках, парень решил, что это незамысловатое оружие может ему пригодиться.

Подняв взгляд, Сэм не сразу заметил на фасаде здания граффити. Приглядевшись, он узнал в сумерках черно-белый рисунок оскаленной хищной пасти. Тот же символ, что встретился на щите перед въездом, но прорисованный куда ярче и детальнее. Подойдя ближе, Сэм коснулся пятна на серой стене и тихо произнес:

— Значит, кто-то разумный здесь всё же есть...

Парень не знал, что означает этот рисунок, но оскаленная пасть больше не казалась дружелюбным знаком. Оглянувшись, Сэм увидел фигуру, идущую к нему от здания напротив. На сей раз это была женщина: черные растрепанные волосы торчали в разные стороны, болезненно-серая кожа словно светилась на фоне графитовых строений. Разорванный подол длинной юбки волочился по земле, а черная дыра на животе блестела от запекшейся крови. Заламывая руки, она с рычанием шла на Сэма, не сводя с него хищных глаз.

— Только тебя мне и не хватало, — тихо произнес Сэм, крепче сжимая в руке железный прут.

Когда женщина приблизилась, Сэм что есть силы обрушил стальной обломок на её голову, проламывая череп. Тварь рухнула навзничь. Пнув мертвое тело для верности, парень отошел подальше. Руки дрожали, но из-за адреналина ему хотелось большего. Стресс, страх и жажда слились в неподъемный груз, с которым становилось всё сложнее справляться. Откинув визор шлема, он во всё горло закричал:

— Ну что, суки?! Где вы там? Выходите! Я жду!

Несколько минут город молчал. Немного остыв, Сэм опустил стекло и мысленно обругал себя за безрассудство. Но не успел он поблагодарить Бога за тишину, как её прорезал звон бьющегося стекла и яростный рев, заполнивший улицы. Они были повсюду. Двери зданий с грохотом распахивались, выпуская толпы существ; витрины разлетались в пыль под натиском монстров, жаждущих лишь одного — растерзать живую плоть.

— Ох... — глухо выдохнул Сэм, с ужасом глядя на лавину тел.

Взобравшись на крышу автомобиля, Сэм растерянно смотрел на приближающуюся толпу. Их было слишком много. Рыча и скалясь, они шли на него, предвкушая легкую добычу. Когда трое монстров окружили машину, один из них схватил парня за правую ногу и рванул на себя. Сэм не успел среагировать и, потеряв равновесие, рухнул на спину.

Больно ударившись о металл, он крепче сжал стальной прут, боясь выпустить свой единственный шанс на спасение. Двое других монстров уже тянули его в разные стороны, вцепившись в левую руку и ногу. Сэм рванулся, почувствовав, как куртка лопнула по шву, но освободиться не удалось. Отбиваться не получалось — он лишь следил за тем, чтобы чудовища не дотянулись до него зубами, которыми те яростно щелкали у самого лица. Казалось, из этой схватки не вырваться.

С ужасом Сэм видел, как к машине бегут остальные. Стоит им достичь цели — и шансов не останется. Страх придал ему сил. Наотмашь ударив одного из монстров железкой, парень вырвал левую руку и тут же вскрикнул от боли: что-то, точно тиски, сжало ступню. Монстр вцепился зубами в его ботинок. Ухватившись за край крыши, Сэм несколько раз пнул тварь в лицо и вскочил на ноги.

Существа облепили машину со всех сторон, протягивая к нему костлявые руки. Едва удерживая равновесие, Сэм прыгнул вперед, сбивая с ног стоящих перед ним мертвецов. Почти на четвереньках он рванул прочь, пробивая путь сквозь толпу. Кто-то схватил его за ворот. Не раздумывая, Сэм рванул молнию вниз и выскользнул из куртки, оставив её в цепких лапах.

Открылось второе дыхание. Спотыкаясь, отталкиваясь от асфальта руками и ногами, он бежал не разбирая дороги, сшибая каждого, кто попадался на пути. Монстры были повсюду, они поджидали за каждым углом. Теперь он окончательно понял, кто настоящий хозяин этого мертвого города.

Сердце Сэма стучало в висках, а тяжелое дыхание отзывалось тошнотой. Немного оторвавшись от кровожадной толпы, он увидел перед собой здание с покосившейся вывеской «Банк», едва читаемой в сумерках. Не раздумывая, Сэм влетел внутрь и схватил первое, что попалось под руку, — тяжелый железный стул. Просунув его ножки между ручками дверей, парень отступил на несколько шагов. В голове билась одна мысль: только бы они не заметили, где он укрылся.

Дрожь была настолько сильной, что Сэм едва удерживал оружие в руках. Вскоре он услышал пронзительный рев и увидел сквозь пыльное стекло, как несколько теней пронеслись мимо. Существа метались по мостовой, замирали, словно прислушиваясь, и с рыком скрывались в полумраке. Мокрая от пота футболка неприятно липла к коже. Прижавшись разгоряченным телом к прохладной стене, Сэм замер, боясь, что они почуют его даже сквозь стены. Лишь когда звуки начали отдаляться, он смог немного расслабиться.

Подняв визор шлема, Сэм осторожно толкнул вторую дверь, ведущую в операционный зал. Едва она с глухим скрипом отворилась, в ноздри ударил сладковатый запах разложения и затхлости. Внутри царила кромешная тьма. Парню казалось, что мрак скрывает монстров, затаившихся в черных глубинах зала. Сделав глубокий вдох, Сэм шагнул в бездну.

У самого порога он замер, вслушиваясь в тишину, но не уловил ни звука, кроме стука собственного сердца. Воображение рисовало в темноте обезображенные лица, следящие за ним сквозь черную завесу. Когда глаза привыкли к полумраку, Сэм разглядел на сером полу два темных силуэта. Они лежали неподвижно и не походили на тех существ, что преследовали его снаружи. Какое-то время Сэм боялся шевельнуться, ожидая, что эти безликие фигуры вот-вот встанут и бросятся на него.

Тяжело выдохнув, Сэм сделал первый шаг, крепко сжимая железный прут - напряженный, как натянутая струна, готовый в любой момент вступить в схватку. Но немая темнота банка оставалась неподвижной. Сердце вновь подпрыгнуло к горлу, когда нога нечаянно коснулась одного из тел, но оно не пошевелилось, продолжая лежать на сером полу.

Подойдя к противоположной стене, Сэм нащупал металлическую ручку и потянул её на себя. Он не сразу понял, что ударило его в грудь. Рухнув на спину, парень почувствовал, как кто-то навалился сверху и, хрипло дыша, защелкал зубами у самого лица. Резкий смрад разложения давил сильнее самого монстра. Задыхаясь, Сэм пытался оттолкнуть существо, но силы были на исходе. Мощным рывком он сумел откатиться в сторону, однако монстр в ту же секунду настиг его.

Рыча, тварь впилась когтями в плечи, разрывая кожу и оставляя глубокие борозды. Вскрикнув от боли, Сэм наотмашь ударил тварь, слепо метя в голову. Сбросив чужие руки, парень вскочил и попытался пнуть врага, но в плотном сумраке лишь едва задел его. Отскочив, он занес над головой арматуру, не сводя глаз с нечеткой фигуры, которая медленно поднималась с пола.

Хрипя, существо кинулось в последнюю атаку. Сэм, не раздумывая, обрушил железный обломок на голову монстра. Издав предсмертный хрип, тот повалился на кафель, и тишина вновь зазвенела в ушах. Парень выпустил оружие из ослабевших пальцев и медленно сполз по стене. Слезы катились по лицу, но он не замечал их, как не замечал и удушливого смрада. Обняв голову дрожащими руками, Сэм сидел на прохладном полу, желая лишь одного: чтобы этот кошмар наконец-то закончился.

ГЛАВА 2: ПЕРВЫЙ РАБОЧИЙ ДЕНЬ

Анна никогда не выделялась из толпы. Хотя она была весьма привлекательной, всё же старалась как можно реже обращать на себя внимание. Но если кто-то всё же замечал её и проявлял интерес, она буквально теряла над собой контроль. Руки начинали трястись, а нужные слова никак не шли на ум.

Она ненавидела себя за это. Ненавидела вечно дрожащие пальцы и срывающийся голос; ненавидела яркий румянец, заливавший лицо и делавший его похожим на спелый помидор; ненавидела то, что не могла смотреть собеседнику в глаза. Но, кроме этой жгучей ненависти к себе, она ничего не могла исправить — не хватало духу.

Еще студенткой Анна с завистью смотрела на раскрепощенных сверстниц, в глубине души мечтая походить на них, но в то же время осуждая их за легкомыслие. Она никогда не теряла бдительности и не бросалась в омут с головой — пожалуй, это было единственным, чем она по-настоящему гордилась. Наблюдая за ошибками и сердечными драмами сокурсниц, Анна втайне праздновала победу, считая себя умнее и сдержаннее остальных.

Видя, что Анна отличается от сверстниц, многие подшучивали над ней за спиной, а некоторые сочиняли нелепые слухи, стараясь уязвить её самолюбие. Но когда язвительные комментарии перестали вызывать реакцию, студенты начали относиться к девушке как к невидимке.

Наконец окончив университет, Анна получила шанс, о котором другие только мечтали: её пригласили на стажировку в один из крупнейших коммерческих банков страны. И вот настал этот важный день — первый рабочий день.

С самого пробуждения ее, по обыкновению, одолевали тревожные мысли, лишавшие покоя. От ожидания предстоящей работы мороз пробегал по коже. Анна безумно боялась новых коллективов: как ее примут коллеги, удастся ли поладить? Не станет ли она изгоем, как это бывало прежде? Сможет ли понравиться начальству? Вопросы, на которые не находилось ответов, роем кружились в голове, не давая расслабиться. Глядя в зеркало, Анна трясущейся рукой поправила идеально лежавшие волосы. Попыталась улыбнуться отражению, но вместо улыбки лицо исказила нервная гримаса. Выдохнув, она дрожащим голосом произнесла: