Да будет тень. Чародеи. Курс четвёртый

Нам пришлось быстренько отбрехаться парой дежурных фраз, сославшись на острую необходимость умчать в Хошияр Лог, что по сути своей было чистейшей правдой. Нужно было забрать Самандари.

В дом некроманта мы попали абсолютно беспрепятственно - его мажордом даже толком не успел уступить дорогу, как мы уже ворвались во двор.

Самого хозяина не было, но нас это нисколько не смутило. Полтора часа мы оккупировали ванную, потом разоряли кухню, разгуливая по дому полуголыми, пользуясь отсутствием блюстителя морали. Нежити ведь вообще пофигу - одеты мы или нет.

Ближе к вечеру вернулся Асаф, застигнув нас в исподнем в гостиной первого этажа. Забрюзжал, как старый дед, велев одеться, как минимум, не столь вызывающе.

- Мы просто тебе безгранично доверяем, – пыталась прервать его бормотания Яшма.

- А это как раз и напрасно, – крикнул тот вдогонку, провожая по лестнице взглядом. – Я нормальный здоровый мужик. И между прочем - ни с кем не встречаюсь, пока некоторые принимают решение!

- Сам виноват! – бросил в ответ, поднявшись на этаж.

- Витя, издец ты динамо,– раздалось осуждающее в голове.

Когда мы привели себя в удобоваримый для хрупкой психики Асафа вид и спустились в столовую, картина тамошняя меня поразила. Самандари была одета в приличного вида платье, светлое, а не серых или коричневых тонов, как принято одевать нежить, дабы грязь на одежде была поменьше видна, на голове наличествовала простая, но аккуратная причёска. Попыткам растрепать волос, кои нет-нет да и случались, препятствовал гребешок, а его извлечению противился лёгкий электрический разряд, бьющий по шаловливым ручкам.

- Не привыкла ещё, – пояснил Асаф. – Всего третий день ходим причёсанными. У меня к вам, госпожа Сирена, есть несколько вопросов по поводу рецептуры отваров, коими вы поите свою подопечную.

- А что не так? – недоумённо спросил, совсем не понимая смысла вопроса. – Всё согласно тому, как объяснял учитель. – И я, как паяц, в пояс поклонился некроманту.

- Ей четвёртый год, к этому времени она уже давно должна облысеть, ну, или как минимум, при должном уходе, процесс этот должен уже начаться. Однако процессы обратные. Чем ещё ты её поешь?

- Да ничем. Всё ровно так, как объясняли ты, Вик и истад Омб.

- А где вы такой кусачий гребешок достали? – проявила любопытство Яшма, потрогавшая артефакт. – Он только её щёлкает?

- Вообще-то, я магистр, – с деланной обидой отозвался Асаф, и вновь переключил внимание на меня. – Вечером вместе сварим питающий и восстанавливающий отвар. Хочу понять, что ты делаешь не так.

И если Асафа больше занимала шевелюра Самандари, то я был озадачен как поведением нежити, так и её несмолкаемым щебетанием, коим она сопровождала свои действия.

Конечно, с какого-то момента, для Асафа и Яшмы умение Самандари говорить перестало быть секретом, однако это всё равно держалось в тайне, и нежити не особо позволяли разглагольствовать. Да и вообще, прежде она чётко выполняла мои распоряжения. Впрочем, даже если бы никто не знал, то некромант такого уровня, как Асаф, увидав работоспособность речевого аппарата, без труда смог бы разговорить нежить, и даже переподчинить себе, лишив меня всякой власти над ней. Меня удивляла та лёгкость, с которой говорила Самандари. Речь её конечно не была беглой, но стала более многословной, хотя по-прежнему все повествования велись от третьего лица.

- Ты удивлена? – спросил некромант.

- Не то слово.

- Я растворил ещё одно жало. Взял на себя смелость, уж очень соблазнительным был шанс на успех. Ну, и поскольку некоторые барышни отсутствовали целый месяц, сам решил, что развить в нежити, дабы инъекция не была напрасной. На мой взгляд, получилось неплохо.

- Она же не затыкается, – подметил я. – Трещит, как канарейка.

- Не переживай, такое ей позволительно только в этом доме при отсутствии посторонних, ну и все твои запреты не утратили силы.

Самандари закончила сервировать стол, кокетливо спрятала руки за спину, чуть покрутила бёдрами.

- Хочет понравиться и заслужить похвалу, – пояснил поведение нежити Асаф.

- Самандари закончила. Всё разложила по местам, – доложилась нежить.

- Почти молодец, – не вставая с кресла, похвалил некромант. – Только давай посчитаем, сколько гостей будут сидеть за столом.

- Ёбушкиворобушки! Ты чего?! Ты её считать научил? – я реально удивился.

- Нет, – усмехнулся Асаф. – Боюсь, это практически не возможно. Но анализировать мы учимся.

Самандари повинилась, что-то буркнула под нос, принялась за умозаключения. Отодвинула один из стульев, глянула на Асафа. Отодвинула второй.

- Хозяйка, – произнесла нежить, оценивая посадочное место и стоящие напротив него приборы.

Отодвинула третий стул. Взглянула на Яшму, на пустоту перед стулом, присела.

- Яшма. Нечем есть. Плохо. Самандари подаст. Самандари справится. Самандари похвалят.

- А ловко она, – подметила Яшма, глядя, как нежить продолжила сервировку.

- Ну, это нам обошлось в два полных комплекта посуды на двенадцать персон, – сообщил Асаф без всякого сожаления.

- Я с тобой не рассчитаюсь, – хихикнул я.

- Конечно, – некромант улыбнулся в ответ. – Но сможем договориться. Тем более, я давно намеривался сменить посуду.

- А чёрный цвет специально? – Яшма покрутила в руках чашку. – Типа некромантский?

- На чёрном лучше видно качество помывки, – улыбнулся Асаф. – Так что, купил намеренно, но согласен, чёрная посуда это очень необычно.

- Согласна, – встрял я. – Чёрный круто, и действительно, по-никромантски. Перехожу на тёмную сторону силы.

Асаф повёл бровью.

Когда третье место было подготовлено, и мы намеривались присесть к столу, Асаф прервал наш порыв, потребовав у Самандари объяснить, что же пошло не так. Нежить морщила лоб, изображая мыслительную деятельность, проверяла количество мест и гостей и, наконец, обнаружила недогляд. Яшма хотела было помочь, но Асаф жестом запретил. Нежить переложила одну вилочку и развернула одну ложку.

- Самандари нашла. Самандари исправила. Самандари молодец?

- Да. Самандари молодец, – согласился Асаф, и нежить вновь покрутила бёдрами.

- Да она с тобой заигрывает! – с восторгом и подколом возмутился я.

- Не больше, чем собака крутила бы хвостом, – ответили мне, а у нежити спросили. - Что ещё мы забыли?

Самандари прикусила нижнюю губу, соображая.

- Кто из вас так делает? – спросил Асаф, намекая на мимику нежити и явно на меня, ибо Яшме особо прикусывать нечего.

- В душе не чаю, – тут же отозвался, удивлённый, что раньше не обращал внимание на подобное подражательство.

- Салфетки, – подсказал Асаф.

Нежить открыла несколько шкафчиков подряд, извлекла столовые салфетки, положила рядом с приборами. Правда, красиво свернуть ткань это не про нас, да и счёт хромает, а потому, кому досталась одна салфетка, кому три. Но в понимании Самандари - теперь всё было идеально. Она получила щедрые похвалы и даже поглаживания по волосам, чему, как мне кажется, была очень рада, бубня, что Самандари большая молодец.

- А почему ты себе не накрыла? – спросила у нежити Яшма.

- А, правда, почему? Разве мы зря учились ложкой есть?

- Нежити не должны питаться с господами, – уверенно ответила Самандари.

Я укоризненно посмотрел на Асафа.

- Что? – недоумённый тон и все четыре разведённые в стороны руки обезоруживали. – Это здорово, что она умеет держать ложку, и иногда её можно побаловать присутствием за столом, или у тебя на Арго, где просто обстановка не позволяет иного, но в остальных случаях, у неё должны быть определённые понятия. Считай рефлексы или нормы поведения. Мы ведь не тянем за стол собаку.

- Да чего ты всё заладил – собака-собака? Она не собака! – возмутился я.

- Да потому что собака наиболее подходящее сравнение, как по уровню интеллекта, так и по уровню взаимоотношений с хозяином. К тому же, на своём месте она отлично поест через край.

- Надеюсь, ты ей как собаке на пол миску не поставишь?

- Сирена! – Асаф даже чуть повысил голос. – Ты прекрасно знаешь, как питаются мои подопечные. Конечно, это весело, когда нежить мучается с ложкой

- Может хватит?! – Яшма прервала нашу перепалку. – От вашей брани даже вино киснет.

Она уже успела наполнить свой бокал, пригубила, поморщилась, и протянула его Асафу.

Тот смочил губы, отставил бокал. Взял со стойки бутылку вина, открыл, понюхал пробку и горлышко. Чуть отлил в чистый бокал, попробовал, скривив губы. Та же участь постигла вторую и третью бутылку.

- Пойло, – заключил Асаф. - А жаль, неплохое вино было.

- Знаете что, - хихикнув, предложила Яшма, – вам пожениться нужно. Браниться вы уже умеете, а остальное наживное.

Мы укоризненно глянули на ящерку.

- Молчу-молчу, – рассмеялась та.

- Самандари молодец, – тихонечко пискнула чуть в стороне нежить.

Позже, она подала на стол керамическую кастрюльку с крышкой, полную тушёного мяса с овощами. Асаф не доверил подавать на стол в отдельной посуде, а кастрюлька была им зачарована, так, чтобы нельзя было случайно опрокинуть крышку или разбить. К тому же, Самандари совершенно не разбиралась, какая посуда и для чего необходима, а оттого сервировала стол полным комплектом, просто запомнив, что именно должно быть на столе. Асаф достаточно весело рассказывал, как в ходе экспериментов суп разливался в блюдца, а кофе в суповые тарелки.

Самандари абсолютно спокойно поела в небольшой комнатушке рядом с кухней, где некромант кормил своих нежитей, хлебая жижку через край, а мясо и овощи отправляя в рот пальцами. Даже салфетку пристроила поверх слюнявчика, демонстрируя своё этикетское превосходство перед остальными «собратьями по разуму». А после ужина, когда посуда была убрана и перемыта стараниями нежитей, нам продемонстрировали новое пристрастие моей подопечной. В помывочной для этой братии была установлена ванна: здоровенный деревянный ушат, вроде того, в коем мы принимали водные процедуры в шатре. Асаф нагрел воду и жестом пригласил даму к купаниям. Самандари оголилась, ловко справившись с платьем, и с удовольствием погрузилась в горячую воду. Тёрла себя мочалкой, задирая из воды ножки, и бубнила себе поднос, что-то про чистую Самандари и довольную хозяйку.

- Это надолго, – заверил Асаф. – Если не вытащить, то будет хлюпаться пока не захочет есть или в туалет.

Некромант спустился в подвал. Вернулся оттуда с парой бутылок вина, с ехидцей сообщая, что моя кислая магия не достигла недр винного погребка.

- А нам не много, две бутылки-то? Кто-то ещё планировал зелья варить, – для виду возмутился я.

- Не хочешь – не пей, – бросил Асаф, но бокал мне наполнил.

Я и не хотел. Потому с единственным бокалом провёл весь вечер, что был посвящён нашим похождениям в Тисра Сияра.

Первая часть рассказа была вполне ничего, и даже принята некромантом с энтузиазмом, и трудно сказать, что ему больше было интересно - подробности поиска или та история с подарками, которую в красках поведала Яшма. Моё украшение Асаф имел возможность лицезреть, ибо мне самому так нравилось, как ремешок с хрусталём смотрится на ноге Сирены, что я решил его не снимать. Теперь же я, по обыкновению хозяйки тела сидел в кресле с ногами, и заветный браслетик щеголял искрами на щиколотках. Яшме пришлось подняться в спальню, чтобы продемонстрировать колье.

Асаф неловко дёрнул руками, в не вполне понятном жесте, и пока я соображал, внутренняя Сирена успела отреагировать, и протянула некроманту левую ножку, демонстрируя красоту в подробностях. За этим занятием, когда Асаф с нежностью и трепетом придерживал ножку Сирены за пятку, нас и застала вернувшаяся Яшма. Я в этот момент боролся с двумя непомерными чувствами: мне было щекотно, а Сирена мурчала от удовольствия.

- У-у, чё деется, – на мой манер протянула Яшма. – Я вам не помешаю?

Как школьники, застигнутые при первом поцелуе, мы отстранились друг от друга, виновато поглядывая на ящерку.

Она похвалилась украшением и посетовала, что мы полные несмышлёныши, и не прихватили тех платьев, что были нам дарованы императором. Пришлось признаваться сразу в двух грехах.

То, что мы умыкнули артефакт, конечно же, некромант не приветствовал, хотя и вынужденно согласился, что договор касался исключительно документов, ибо сам был свидетелем договорённостей. Но, воровства не одобрил, и все наши возмущения по поводу формулировки о содеянном, прервал на корню. Сам же ларец его не особо удивил. С магией скрыта он хорошо был знаком, и о пространстве большем внутри, чем снаружи слыхал, однако подобных артефактов ранее не видел. А оттого попросил в следующий раз прийти с ларём. Мы согласились.

Ну, а потом пришла пора поведать, откуда у нас такие обновки гардероба. Хоть Асаф и поддержал нас, сказав, что было мудрым решением не противиться сильным мира сего, но лицом переменился, и было видно, как ему не понравились намерения императора, да и вообще, вся эта история с дворцом и ухаживаниями.

Спас ситуацию финал рассказа, где мы поведали о рое горгулий, что зовутся фаворитками.

- Напрасно вы так с ними, – заступился Асаф. – Совсем не завидная участь.

- Сами виноваты, – не согласился я. – Выбрали для себя профессию подстилок, чего мне их жалеть?

- Ты не права, – настаивал Асаф. – На самом деле, фаворитка монарха это почти государственная должность. По сути, это официальная любовница, что не просто делит с монархом ложе, но имеет и политическое влияние. Мне кажется, упомянутая Надин, - Асаф тоже ухмыльнулся такому совпадению, – и есть та самая, что может ещё не фаворитка, но метящая. И это сознательный выбор. А вот девушки, с коими ты вступила в перепалку, действительно жертвы обстоятельств.

- Обоснуй! – потребовал я.

- Как правило, это прям самые низы дворянских родов, жутко далёкие и непонятные родственники. Настолько дальние, что не факт, что родственники вообще. Богатств у таких семей нет, только имя, и очень трудно выдать дочь замуж. Кто же её возьмёт без приданого. Вот девочек и пристраивают ко двору. Во-первых, это полный пансион; во-вторых, шанс засветиться в высших аристократических кругах, особенно, если девушка не только не дурна собой, но ещё и умна. Таких, как правило, монархи частенько таскают с собой на всякие светские рауты. А спать, между прочим, приходится не только с монархом, но и с его гостями, и не всегда это могут быть приятные люди, а то, и не люди вовсе.

- Издержки профессии, – возразил я.

- Это вам крупно повезло. Вы обе красотки, одарённые умницы, будущие маги и аристократы. Вы отличная партия даже для монархов и даже без приданого. А им так в жизни не улыбнулось, так что не стоит их осуждать. Не веришь, спроси у Яшмы. Она тебе в красках расскажет, что такое, когда велят старшие.

Яшма в красках кивнула.

- Слушайте, а как долго вы намерены ломать свою комедию? – вдруг сменил тему Асаф.

- Какую ещё комедию? – с деланным недоумением возмутился я.

- По поводу ваших отношений. Я понимаю, что вы в этом видите идеальный способ себя обезопасить от сторонних претензий на вашу честь, но, во-первых, не стоит меня обманывать; во-вторых, всяких императоров это не остановит.

Мне показалось, что тема императора всерьёз беспокоит Асафа, и никаких смешков, как это было с Мироном, или когда своего сыночка рекламировал Влад Эвер, у него не было.

- Между прочим, – искренне возмутилась Яшма, – мы никого не обманываем. Мы спим вместе. – И она по-детски продемонстрировала язык.

- Дело ваше, – согласился некромант, даже поднял две руки, сдаваясь. – Но ещё раз повторю - джохад-гири́, вовсе не гарантия вашей безопасности.

- Конкретные предложения есть? – посуровел я.

- Я могу взять вас в жёны. Обеих.

И вот сейчас было совсем не понятно, шутит он, или вполне серьёзно.

- А что? – мечтательно протянула подруга. – Яшма и Сирена Серенти. Звучит.

- Мы подумаем, – буркнул я.

В принципе, в предложении Асафа было много разумного, но, разве не этого он и добивается? Некромант сдался? Устал играть в благородство? Решил добиться желаемого нечестным путём, когда подвернулся случай?

- Мы подумаем, – ещё раз, и вполне серьёзно повторил я.

Спуститься в подвалы всё же пришлось, несмотря на то, что посиделки с разговорами явно затянулись. В отличие от Самандари, что с удовольствием присоединилась к нашей компании зельеваров, Яшма Харатовна с усмешкой отказалась. Заявила, что нас уже и так трое, и четвёртый в подвале - явно лишний.

Совместное варево не отняло много времени, и некромант не узрел ничего необычного. Ингредиенты были верными, пропорции правильными, последовательность приготовления и время выдержки полностью соответствовали рецептуре. Вопрос о состоянии нежити оставался открытым.

Самандари выпрашивала свежий отвар, будто он ей нравился, хотя справедливости ради - запашок у него такое себе удовольствие. Да и по вкусу и консистенции, это мел растворённый в воде. И если бы не сбор ромашки, с абсолютной уверенностью можно было бы назвать варево отвратительным. Но Самандари строила глазки и смешные моськи, словно ребёнок выпрашивающий конфету.

- Слушай, - вспомнил я, остужая кружку отвара, – я её шоколадом балую. Горьким. Может в нём есть что такое?

- Шоколад в умеренных дозах всем на пользу, но попробую изучить этот вопрос. Уж чем-чем, а шоколадом-то нежитей не кормят. По крайней мере, ни разу не слышал.

Самандари приняла тёплый отвар, сделала несколько жадных глотков, оторвалась от кружки, и, сказав спасибо, принялась пить и причмокивать. Покачивала головой в стороны.

- Интересно, где она подобному научилась? – подметил я.

- Вообще, нежити довольно смышлёные и наблюдательные. Помнишь, рассказывал про массовый подъём? Так вот, после чистки, ещё какое-то время находили небольшие группы нежитей, что прибивались к поселениям и эмитировали работу по хозяйству, выпрашивая таким образом еду. Правда, больше портили, чем помогали, но таким очень скоро дали ума. В переносном смысле.

Неожиданно Асаф припёр меня к стене, схватив сразу за талию и плечи. Внутри что-то явственно ойкнуло, возбудилось, по телу пронеслась дрожь, запутавшаяся в ногах. А поверх этого наложился гнев и секундная троечка – подбородок-печень-солнечное сплетение. Благо, последнее я не реализовал.

- Сирена, – голос Асафа чуть дрогнул. – Я не имею права ничего от тебя требовать. Всё, что я делаю, совершаю по доброй воле и собственной инициативе. Знаю, у меня есть шанс потерпеть неудачу. Но могу обещать, что пока моё предложение в силе, я не стану рассматривать иных вариантов. Я знаю, как устроен этот мир

Договорить ему не дали. Деревянная кружка брякнула об пол, тёплые капли недопитого отвара попали на ноги, и некроманта с силой отдёрнули от меня. Самандари встала между нами, шипя и скалясь, растопырила пальцы, и если бы могла выпустить когти - сделала бы это.

- А вот это очень интересно, – Асаф не был испуган, но в его глазах пыхнул научный интерес. – Натравить нежить на человека конечно можно, но чтобы вот так, по своему разумению... – Он отпихнул нежить и вновь взял меня за плечи, встряхнул. – Ты, знаешь, что это? Это анализ. Свой собственный. Она своим скудным умишкой расценила обстановку, как опасную для тебя.

- Ты же сам говорил, что они, как собаки.

- Да даже собаку нужно учить. Если мы поймём, благодаря чему происходит восстановление когнитивных функций, у нас есть все шансы попасть в учебники и открыть новую веху в некромантии.

- Точно! метод Асафа и Сирены Серенти, – усмехнулся я.

Асаф смутился, и, кажется, шутка моя его обидела.

- Прости, – тут же повинился. – Я не могу тебе всего рассказать, - так уж вышло, но смею тебя заверить, в ближайшие два года у меня нет намерений заводить отношения с мужчинами, и тем более, контактировать с ними физически. Я говорила уже. Понимаю, толку от таких объяснений и заверений ноль, но тебе остаётся только поверить

- Верю, – перебил Асаф.

- Не перебивай. Мне тоже тяжело формулировать мысли. Вижу, тебе не нравится, что случилось в империи, но потерпи. Есть стойкое ощущение В общем, мне кажется, у тебя есть все шансы на взаимность, но не раньше, чем закончится учёба.

- Сирена, у тебя

- Не спрашивай, ничего не выдумывай, просто поверь.

- Обними его! – затребовала Сирена, и я даже дёрнулся вперёд.

Внутренне сжался, съёжился, ощетинился колючками вдоль позвоночника, но повиновался внутреннему толчку. Приблизился к некроманту, позволил себя обнять.

Он обнял, нежно и аккуратно, не позволяя ничего лишнего. Словно малое дитя поцеловал меня в темечко.

Подскочившая Самандари чмокнула меня в щёку, и искры напряжения, наполнившие подвал, лопнули мыльными пузырями - наступило облегчение.

- Вот видишь, всё для тебя делаю, – подумал для Сирены.

- Вот видишь, совсем не больно, – отозвалась внутренняя язва. – Сочтёмся.

Первый учебный день оказался скучным. Прямого участия в испытаниях нам не доверили, так что мы присутствовали во втором эшелоне, так сказать на подхвате. Студенты струились по маршруту препятствий то по одному, то группками, и так чесались руки устроить какую-нибудь подлянку, но мы просидели наблюдателями, позволяя Самандари кидать в студентов жёлуди, скопившиеся под тысячелетним дубом.

Но, уже вечером, ситуация изменилась. Как узнал чуть позже, в школе сложилась негласная традиция, на исполнение которой даже принимались ставки: а не повздорит ли Тарасова с кем-нибудь в первый же день.

Вот уверяю, Тарасова бы и не повздорила, а Витёк такого шанса не упустил.

- Смотри, куда идёшь! – пробубнил здоровяк, зацепивший меня плечом.

Крепкий и плечистый парняга человеческой расы, очевидно, считал, что его габариты и врождённая наглость должны обязывать окружающих вести себя с учётом его перемещения в пространстве. И я конечно в какой-то степени готов с ним согласиться, что это вполне уместно среди мужчин, но вот так сбить полутораметровую пигалицу - это, пардон, должно наказываться строгим выговором с непременным занесением в грудную клетку. От падения меня спасло только присутствие Яшмы, что успела меня подхватить.

- Или чё? – отозвался я.

Бугаю, однако, было всё равно кого толкать, и с большой долей вероятности, меня он мог реально не заметить. Понять его можно. Попал в незнакомое общество, горит желанием самоутвердиться. Что ж - поможем быку по понятиям.

Я протянул руку, не то для рукопожатия, не то для поцелуя, смотря на реакцию парня. Реакция была верная – недоумение. Не дожидаясь активации мозговой активности оппонента, тыльной стороной ладони ударил парня по подбородку снизу вверх. Это не больно, но очень неожиданно, а главное, открывает доступ к гортани. Следующий удар костяшками пальцев пришёлся в кадык. А вот это уже очень больно, и лишает дыхания. При неудачном раскладе, трохею можно и сломать.

Мне бы на этом остановиться, но куда там. Положение парня было столь выгодным, что я, как по писаному, отрядил хлёсткий хайкик в левое ухо.

- Отставить! – резкий окрик прервал мой следующий порыв.

Из толпы студентов появился Маздут. Глянул на меня с укоризной и схватил парня за многострадальное ухо.

- Иди за мной, студент. Посмотрим, какой ты боец.

Кто-то из парней Маздута прописал мне воспитательного леща и проследовал за тренером. Драки в школе были запрещены. Все выяснения отношений, вплоть до значимых увечий, позволялись только на дуэльных спаррингах, и никак иначе. Завтра, на полосе препятствий, меня будут гонять все пятеро, и душу они из меня вынут точно. Но то будет завтра, а сегодня Фом уже намекнул, что ждёт всю яблочную команду в некромантском шатре, где он заныкал два бочонка гномьего эля.

На моё удивление, ни следующим утром, ни днём, пересечься с громилой мне не довелось, и только вечером, когда я с пацанами курил на школьном пирсе, он объявился.

Русалочьи смешки, спровоцированные увеселительными рассказами Агела́я, резко стихли, и мне пришлось обернуться. Парень стоял и мялся метрах в десяти от причала.

- Сирена, давай без самодеятельности, – попросила Яшма, щёлкнув костяшками пальцев. – Я не хочу, чтобы меня завтра опять мордовали тренеры.

- Сирена, я здесь, если что, – предупредил Агела́й.

- Прятаться буду, – закончил за него фразу Фоум.

Они оба без проблем вступятся за меня, но прекрасно знают, что сначала нужно дать дорогу малявке.

- Иди сюда! – позвал парня. – Чего мнёшься возле почек?

Но пройти к нам было не так-то просто. Самандари «заминировала» весь песчаный берег куличиками, которые лепила с неподдельным усердием. Сырой песок уже весь был освоен, и теперь она ломала голову, почему некоторые пирамидки рассыпаются. Не то, чтобы она была увлечена этим процессом, но её надо было выгулять и, желательно, чем-нибудь занять.