Триединство Бога: аргументы, история, проблемы, реальность

У отцов церкви нет ни одного упоминания тринитарной формулы с указанием на ее происхождение именно из книги «Дидахе», а самая ранняя имеющаяся копия этой книги с тринитарной формулой датируется 1056 годом67. Наоборот, есть серьезные основания считать, что тринитарная формула появилась в книге «Дидахе» в более поздний период.

Аргументы в пользу поздней вставки тринитарной формулы

Австрийский теолог Курт Нидервиммер, заведующий кафедрой Нового Завета на евангелическо-богословском факультете Венского университета, в своем детальном комментарии к книге «Дидахе»68 показывает, что тринитарная формула является не органичной частью текста этой книги, а признаком позднейшего редакционного слоя.

Его анализ строится на последовательном применении историко-критического метода.

1. Анализ терминологического и богословского разрыва

Это центральный аргумент, основанный на несоответствии христологии между различными частями книги.

❏ «Отрок» (παῖς) vs. «Сын» (υἱός)

Нидервиммер подробно показывает, что христологический титул «Отрок Твой Иисус» (παῖς σου Ἰησοῦς) в евхаристических молитвах (9:2-3; 10:2-3) является смысловым ядром литургического богословия «Дидахе». Этот титул строго соответствует ветхозаветной концепции «Раба (Слуги) Господня» (ср. Ис. 42:1) и отражает раннюю, адопционистскую христологию (Иисус как мессия-человек, избранный и возвышенный Богом).

Термин «Сын» (υἱός) в тринитарной формуле 7:1 принадлежит к иной, более развитой богословской парадигме, предполагающей предвечное сыновство. Для Нидервиммера это указывает на происхождение данных фрагментов в разное время.

❏ Отсутствие тринитарного мышления в ядре текста

Нидервиммер подчеркивает, что в главах 9-10 благодарение возносится исключительно Богу-Отцу («Тебе благодарим мы, Отче...»), а Иисус выступает как посредник («чрез Отрока Твоего Иисуса»). Нет ни единого намека на троичность лиц или равенство Сына Отцу.

Кроме того, в главе 9 есть явное упоминание крещения «во имя Господне», относящегося к апостольскому периоду:

«5. И от Евхаристии вашей никто да не вкушает и не пьет, кроме крещенных во имя Господне, ибо и о сем сказал Господь: не давайте святыни псам».

Тринитарная формула, встроенная в отдельную инструкцию по крещению, выглядит в этом контексте инородным телом, заимствованным из иной литургико-богословской традиции.

2. Литературно-критический анализ: теория «вставки»

Рассмотрев структуру текста, Нидервиммер показал, что тринитарная формула могла быть добавлена без ущерба для первоначального смысла. Он отмечает, что если условно изъять стих 7:1 («Крестите же так... во имя Отца и Сына и Святого Духа»), то повествование остается связным:

❏ Стих 6:3 завершает раздел о «Двух путях» призывом: «Если же можешь понести все иго Господне, будешь совершенен, если же не можешь, делай то, что можешь».

❏ Далее, 7:2-3 естественно продолжает: «А что касается крещения (греч. Περὶ δὲ τοῦ βαπτίσματος), крестите так...» – и сразу переходит к указаниям о воде, посте и т.д.

Таким образом, фраза «Καὶ βαπτίσατε» («Крестите же так...») в 7:1, предваряющая формулу, с точки зрения литературной критики, может рассматриваться как редакторский «мостик» для включения нового, авторитетного предписания. Это стандартный прием для внесения дополнений в уже существующий текст.

3. Историческая реконструкция редакционных слоев

Нидервиммер выделяет три основных этапа формирования «Дидахе»:

❏ Ядро (начальный этап): иудео-христианский катехизис «Два пути» (гл. 1-6) и, возможно, некоторые литургические фрагменты. Тринитарной формулы и крещения здесь нет.

❏ Первая редакция: формирование руководства для общины с добавлением литургических наставлений (гл. 9-10, с христологией «Отрока») и церковного устава (гл. 11-15). Крещение в этой редакции, как следует из главы 9, совершалось «во имя Господа» (ср. Деян. 2:38; 8:16; 10:48; 19:5) – формула, характерная для самой ранней общины.

❏ Заключительная редакция (вставка тринитарной формулы): правку вносит поздний редактор, живший в период, когда использование тринитарной формулы уже стало достаточно распространенной практикой. Цель редактора – привести практику общины «Дидахе» в соответствие с этой практикой.

4. Контраргумент и его опровержение

Нидервиммер предвосхищает главный контраргумент: а что, если формула была частью текста изначально, а молитвы глав 9-10 просто архаичны?

Он отвечает на это так: если бы автор, знающий тринитарную формулу, составлял текст с нуля, то он, следуя логике, согласовал бы терминологию. Устойчивое использование в уставе в ключевых молитвах титула «Отрок» («παῖς») при наличии более высокого «Сын» («υἱός») – богословский нонсенс. Это возможно только в том случае, если автор работал с уже готовым, уважаемым литургическим материалом, который он не стал менять, ограничившись внесением минимальной, но существенной правки в обряд крещения.

Таким образом, факт наличия тринитарной формулы крещения в книге «Дидахе» сам по себе отнюдь не свидетельствует о евангельском происхождении этой формулы. Единственное, что мы можем с уверенностью утверждать, так это то, что крещение «во имя Отца, Сына и Святого Духа» уже стало распространенной практикой церкви в период добавления данной формулы в книгу «Дидахе», и ничего более.

Кроме того, если книга «Дидахе», отражающая практику общины конца I века, не знала этой формулы в своем первоначальном ядре и усвоила ее лишь на позднем этапе редактирования книги, то это означает, что данная формула не была универсальной нормой не только в апостольский, но и в последующий период, что ставит под еще большее сомнение историчность современной редакции слов Иисуса в Мф. 28:19.

Данный пример поздней вставки в книгу «Дидахе» также показывает, что подобная редакторская правка раннехристианской литературы в принципе была возможна и происходила в период формирования богословия и литургической практики церкви.

Вывод: анализ Нидервиммера в отношении книги «Дидахе» дал нам косвенные свидетельства в пользу гипотезы о том, что тринитарная формула в Мф. 28:19 была сформулирована и закреплена в евангельском тексте в процессе его последующей редакции, отражая не столько подлинные слова Иисуса, сколько литургическую практику и богословие церкви II века.

Когда появились первые ссылки на стих Мф. 28.19?

Что же имеют в виду тринитарные богословы, утверждая, что стих Мф.28:19 присутствует во всех древних рукописях?

Самыми древними рукописями, содержащими полный текст Евангелия от Матфея, являются следующие рукописи на греческом языке:

❏ Ватиканский кодекс (Codex Vaticanus), датируется ок. 325–350 гг. н.э., содержит стандартный текст Матфея 28:19;

❏ Синайский кодекс (Codex Sinaiticus), датируется ок. 330–360 гг. н.э., содержит стандартный текст Матфея 28:19.

Обращаю внимание на то, что эти рукописи Евангелия от Матфея датируются IV веком, то есть значительно позже периода мужей апостольских и апологетов (I-III вв.). Это означает, что мы не располагаем греческими рукописями Евангелия Матфея, относящимися к периоду мужей апостольских, которые, как было показано ранее, не знали тринитарной формулы.

Поэтому, когда говорят о действительно самых ранних упоминаниях Мф.28:19, имеются в виду не кодексы с полным текстом Евангелия, а рукописи отцов церкви, содержащие ссылку на Мф.28:19 как на слова Иисуса:

❏ Ириней Лионский (ок. 130–202 гг.) первым цитирует этот стих в 3-й книге своего труда «Против ересей»69 (написана ориентировочно в период 182-188 гг. при папе Элевтерии70):

«И опять, давая ученикам власть возрождать в Бога, Он говорил им: «итак, идите и научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа».

❏ Климент Александрийский (ок. 150–215 гг.) упоминает этот стих в своем сочинении «Извлечения из Феодота» (считается71, что это сочинение было написано в качестве приложения к «Строматам», которые, в свою очередь, были написаны в 198-203 гг.72):

«И он повелевает ученикам:”когда будете ходить, проповедуйте и верующих крестите во имя Отца, и Сына, и Святого Духа”, в котором мы рождаемся свыше, становясь выше всех других сил»73.

❏ Тертуллиан (ок. 155–240 гг.) неоднократно ссылается на этот стих. Например, в трактате «О крещении», гл. 13 (написан ориентировочно в 200-206 гг.), он пишет:

«Идите, говорит Он, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа».

Также он цитирует этот стих в своем труде «Против Праксея» (гл. 2);

❏ Ипполит Римский (ок. 170–236 гг.) ссылается на стих во «Фрагментах. Часть II. Против ереси Ноэта»;

❏ Киприан Карфагенский (ок. 200–258 гг.): упоминает этот стих в «Седьмом Карфагенском соборе»;

❏ Григорий Неокесарийский («Чудотворец») (ок. 213–270 гг.) цитирует его в «Секционном исповедании веры» (XIII).

Таким образом, самым ранним в церковной истории свидетельством о произнесении Иисусом слов в Мф.28:19 является свидетельство Иринея Лионского, датируемое примерно 185-м годом.

Любопытно также сопоставить этот факт со следующим фактом: как мы впоследствии увидим в главе об историческом анализе периода апологетов, Ириней стал первым отцом церкви, который начал различать Христа и Духа в качестве разных богословских концепций, подчеркивая, что Сын и Дух – это «две руки Божии»74 (до Иринея отождествление Христа и Духа было обычным делом).

Очевидно, появление тринитарной формулы в Мф.29:19 очень повлияло на различение Христа и Духа у Иринея, а само это различение стало важнейшим этапом формирования доктрины о Триединстве.

Более ранние по сравнению с Иринеем упоминания тринитарной формулы (Дидахе, Иустин) не содержат в себе указаний на повеление Иисуса и являются свидетельствами только о литургической практике.

В итоге, анализ свидетельств I и II веков показывает следующую последовательную картину: вначале тринитарная формула крещения вообще отсутствует (апостольский период I века и у мужей апостольских до середины II века), затем она возникает только как литургическая практика без ссылки на слова Иисуса (Дидахе, Иустин Мученик, Афинагор: середина II века), в 181 году она еще неизвестна Феофилу Антиохийскому, и только в 185 году эта формула впервые начинает цитироваться как повеление Иисуса (Ириней Лионский «Против ересей», и далее последующие за Иринеем отцы церкви).

Интересно: появление тринитарной формулы в качестве повеления Иисуса в тексте Евангелия в конце II века еще длительное время не могло «вытравить» использование апостольской формулировки «во имя Иисуса Христа». В частности, в середине III века появился анонимный трактат о повторном крещении, написанный, вероятно, неким епископом, противящимся Киприану Карфагенскому (настаивавшему на повторном крещении еретиков, переходящих в кафолическую церковь); этот анонимный автор защищает крещение во имя Иисуса Христа, говоря75:

«Я заметил, что среди братьев возник вопрос о том, какое особое отношение следует избрать к тем, кто, хотя и был крещен в ереси, все же был крещен во имя Господа нашего Иисуса Христа, а затем отошел от своей ереси и обратился в качестве просителей к Церкви Божьей, должны покаяться от всего сердца и только теперь, осознав осуждение своего заблуждения, просить у Церкви помощи во спасении. Вопрос в том, достаточно ли, согласно древнейшему обычаю и церковной традиции, после того крещения, которое они получили, правда, вне Церкви, но все же во имя Иисуса Христа, Господа нашего, чтобы епископ возложил на них только руки для принятия ими Святого Духа и это возложение рук дало бы им обновленную и совершенную печать веры».

Этот текст говорит о том, что еще в начале III века, спустя несколько десятилетий после появления первого упоминания о тринитарной заповеди у Иринея, апостольская формулировка «во имя Иисуса Христа» все еще считалась древнейшим обычаем и церковной традицией.

Однако, как бы то ни было, существует хронологический разрыв примерно на 100 лет между завершением апостольского периода и первыми упоминаниями Мф.28:19 в трудах отцов церкви, что вызывает закономерный вопрос: на каком историческом этапе тринитарная формула была внесена в евангельский текст? Этот вопрос мы рассмотрим в следующей главе.

Евангелие Матфея было написано на еврейском языке

Есть чрезвычайно важный аспект, о котором многие знают, но обычно не вспоминают.

Начнем со свидетельства Папия Иерапольского, жившего в период примерно 70-164 гг. Евсевий Кесарийский пишет в своей Церковной истории76:

«о Матфее он (Папий) сообщает следующее: «Матфей записал беседы Иисуса по-еврейски, переводил их кто как мог»».

Помимо констатации важного факта записи Матфеем своего Евангелия по-еврейски, Папий сообщает нам еще одну, не менее важную деталь: «переводил их (беседы Иисуса) кто как мог». Это означает, что единый общепринятый перевод еврейского Евангелия Матфея на греческий язык в описываемый Папием период вообще не существовал.

Если бы такой единый греческий перевод существовал, то желающим не пришлось бы переводить отдельные беседы «кто как мог» – они могли бы взять эти беседы из греческого перевода всего Евангелия Матфея. Но каждый желающий переводил сам, и из этого мы узнаем, что общепризнанный греческий текст всего Евангелия Матфея в тот период отсутствовал.

Следовательно, любые утверждения о появлении полного текста Евангелия Матфея на греческом языке в период как минимум до середины II века исторически недостоверны.

Свидетельства отцов церкви о существовании еврейского оригинала Евангелия Матфея

О том, что в первые десятилетия церкви Евангелие Матфея существовало на еврейском языке, свидетельствует не только Папий. Вот что пишет историк Филип Шафф77:

«Есть значительная вероятность, что в ранние годы христианства существовало евангелие на еврейском языке. И о существовании еврейского евангелия от Матфея мы узнаем не только от Папия. Оно подтверждается независимыми свидетельствами наиболее уважаемых отцов церкви, таких как Ириней, Пантен, Ориген, Евсевий, Кирилл Иерусалимский, Епифаний и Иероним».

В частности, Ириней Лионский пишет78:

«Матфей издал у евреев на их собственном языке писание Евангелия в то время, как Петр и Павел в Риме благовествовали и основали Церковь».

Вот также свидетельство Оригена, сохраненное для нас все тем же Евсевием79:

«В 1-й книге Толкований на Евангелие от Матфея Ориген, придерживаясь церковного канона, свидетельствует, что признает только четыре Евангелия, и пишет так: «Вот что из предания узнал я о четырех Евангелиях, единственных бесспорных для всей Церкви Божией, находящейся под небом: первое написано Матфеем, бывшим мытарем, а потом апостолом Христовым, предназначено для христиан из евреев и написано по-еврейски»».

Ссылаясь на Пантена, египетского христианского богослова и основателя Александрийского училища, Евсевий пишет80:

«3. Пантен, один из таких, дошел до индийцев (южная Аравия) и, говорят, нашел у местных жителей, познавших Христа, принесенное к ним еще до его прибытия Евангелие от Матфея. Христа проповедовал им Варфоломей, один из апостолов; он оставил им Евангелие от Матфея, написанное еврейскими буквами; оно сохраняется и доныне».

От самого себя Евсевий пишет81:

«Матфей первоначально проповедовал евреям; собравшись же и к другим народам, вручил им свое Евангелие, написанное на родном языке. Отзываемый от них, он оставил им взамен себя свое Писание».

Вот также свидетельство Кирилла Иерусалимского82:

«Матфей, написавший Евангелие, написал его на еврейском языке».

Епифаний Кипрский также пишет83:

«по справедливости должно сказать, что в Новом завете один Матфей по-еврейски и еврейскими письменами изложил и проповедал Евангелие».

При этом историк Филип Шафф делает очень важное замечание84:

«Еврейский текст Матфея не следует путать с проиудейским "Евангелием евреев" – лучшим из апокрифических евангелий, из которого сохранилось всего тридцать три фрагмента. Иероним и другие отцы четко разграничивают эти два текста. Последний, вероятно, представлял собой адаптацию первого для нужд евионитов и назореев».

Греческий текст Евангелия Матфея – не апостольское, а более позднее произведение переводчика

Приведенные выше свидетельства о первичном написании Евангелия Матфея на еврейском языке и о длительном отсутствии перевода этого Евангелия целиком на греческий язык позволяют сделать вывод о том, что греческий текст Евангелия от Матфея, дошедший до нас, является не оригинальным произведением апостола Матфея, а переводом с еврейского с переработкой оригинала, то есть произведением переводчика (подобно тому, как синодальный перевод Библии является не ее оригинальным текстом, а произведением синодального переводчика).

Следовательно, Алексей Прокопенко неправ, говоря об аутентичности стиха Мф.28:1985:

«Если мы посмотрим свидетельство манускриптов, мы увидим, что она (аутентичность Мф.28:19) очень хорошо засвидетельствована. И у нас нет никаких сомнений, что это не какая-то позднейшая добавка или какая-то ошибка переписчиков. Это совершенно ясное свидетельство древнейших манускриптов. Именно так и сказано в оригинале Священного Писания. И это первоначальный библейский текст».

Древнейшие манускрипты, на которые ссылается Алексей, – это греческие манускрипты. Однако, как мы уже убедились, греческий текст Евангелия Матфея не является оригиналом Священного Писания, не является первоначальным библейским текстом, так как оригиналом Евангелия Матфея и первоначальным библейским текстом является изначальный еврейский текст. Соответственно, свидетельства на базе перевода на греческий язык (неоригинального текста) не могут служить доказательством аутентичности стиха Мф.28:19, так как сам этот перевод нуждается в доказательстве своей аутентичности.

Отстаивая аутентичность греческого перевода Евангелия Матфея, православный библеист Н.Н.Глубоковский признает86:

«Наш греческий Матфей есть непосредственная копия «еврейского» оригинала, всецело его воспроизведшая и потому совершенно вытеснившая его из церковного употребления. Этим только фактом и объясняется утрата первоначального подлинника. Следовательно, нынешний текст для нас должен иметь значение аутентичного документа, каким он и считается с самых древних времен. Конечно, не имея самого «еврейского» Евангелия, нельзя сказать ничего определенного насчет текстуальной близости и вербального сходства с ним греческой редакции, но исключительное уважение к ней всех церковных писателей ручается за ее достоинства».

Другими словами, профессор Глубоковский не может привести никаких доказательств аутентичности «нашего греческого Матфея», так как нет никаких свидетельств текстуальной близости и вербального сходства между еврейской и греческой редакциями, но православная традиция требует от него считать греческий перевод аутентичным.

Филип Шафф далее свидетельствует87:

«Греческое Евангелие от Матфея, каким мы знаем его сегодня, не является точным переводом с еврейского языка и имеет все признаки оригинального сочинения. Об этом свидетельствуют чисто греческие слова и выражения, не имеющие аналогов в еврейском языке.

Если с уважением относиться к практически единодушному свидетельству древней церкви о более раннем еврейском тексте Евангелия от Матфея, мы вынуждены либо считать греческое Евангелие от Матфея произведением какого-то неизвестного переводчика, вольно обошедшегося с оригиналом, либо, что представляется более вероятным, предположить, что сам Матфей в разные периоды своей жизни написал Евангелие сначала на еврейском языке в Палестине, а затем на греческом языке. При этом евангелист не переписывал свою книгу слово в слово, но свободно переписывал и редактировал ее, как делают все историки».

Но чтобы сделать перевод на нужный язык, незачем искать автора – достаточно просто иметь переводчика. Никто не стал бы искать самого Матфея (причем неизвестно где) только для перевода.

Известный библеист Брюс Мецгер приводит следующий аргумент против того, что автором перевода на греческий язык был сам Матфей88:

«По церковному преданию, автором был апостол Матфей. Это сомнительно: с какой стати Матфею, свидетелю событий, столь покорно следовать рассказу Марка, который свидетелем не был? Проблему пытались решить по-разному. Согласно одной из гипотез, Матфей составил сборник высказываний Иисуса (возможно, на арамейском языке). Затем этот сборник перевели на греческий, в результате чего появился тот самый источник, который современные ученые обозначают литерой Q. Соответственно, первое евангелие – произведение неизвестного нам христианина, который использовал евангелие от Марка, Матфеев сборник, а также другие особые источники. Имя Матфея впоследствии было перенесено со сборника речений на полное Евангелие. ... С датировкой евангелия от Матфея дело еще сложнее. Мы можем лишь сказать, что оно появилось позже Евангелия от Марка».

Напомню, что в своей «Первой апологии» (написана примерно в 155 г.) Иустин Мученик упоминает тринитарную формулу только в контексте церковной практики, ссылаясь при этом не на Мф.28:19, а на другой стих, не содержащий этой формулы89:

«Потом мы ведем их к месту, где есть вода, и так они рождаются свыше, как мы тоже родились свыше; то есть они принимают омовение водой во имя Бога, Отца и Правителя всего, и нашего Искупителя Иисуса Христа, и Духа Святого. Ибо Христос говорит: «если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие» (Ин.3:5)».

Это означает, что в 155 году известный Иустину текст Евангелий еще не содержал тринитарную формулу, то есть греческий перевод всего Евангелия Матфея к этому моменту еще не был осуществлен.

Кроме того, Папий не указывает, как долго желающие переводили беседы Иисуса с еврейского на греческий «кто как мог», не сообщает и о появлении стандартного, общепризнанного греческого перевода всего Евангелия целиком. Следовательно, можно предположить, что общепризнанный греческий перевод всего Евангелия появился после смерти Папия (примерно 164 г.).

И, наконец, описание Феофилом Антиохийским термина «Троица» в иной формулировке свидетельствует о неосведомленности Феофила насчет станлартной формулировки в Мф.28:19, что не позволяет допустить появление греческого перевода Евангелия Матфея ранее 181 года (примерная дата написания Послания к Автолику).

С другой стороны, Ириней Лионский самым первым цитирует стих Мф.28:19 с тринитарной формулой как слова Иисуса в своем труде «Против ересей», написанном ориентировочно в 185 г.

Таким образом, время перевода еврейского Евангелия Матфея целиком на греческий язык необходимо отнести к периоду 181-185 гг. (или ранее, если Феофил Антиохийский по каким-то причинам не успел узнать об этом переводе к моменту написания им Послания к Автолику).

Из этого следует, что вероятность составления греческого перевода самим Матфеем стремится к нулю, так как он просто не смог бы дожить до момента перевода. Неизмеримо более вероятно, что перевел текст на греческий кто-то другой, сохранив при этом указание на авторство Матфея.

Отец церкви IV века Иероним Стридонский свидетельствует как о неизвестности переводчика, так и о реальном существовании еврейского оригинала Евангелия Матфея в библиотеке Кейсарии90:

«Апостол Матфей, прозванный также Левием, прежде бывший мытарем, составил Христово Евангелие во имя духовного очищения верующих. Впервые оно было обнародовано в Иудее на иврите, впоследствии неизвестно кем было переведено на греческий. Издание на иврите сохранилось до наших дней в Кесарийской библиотеке, которую так старательно собирал Памфил. У меня также была возможность получить эту книгу, которую мне описал пользовавшийся ей назарянин из сирийского города Верия».

Как известно, любой перевод не является механическим – он всегда отражает богословское понимание переводчика, поэтому если к моменту греческого перевода еврейского Евангелия в церкви (очевидно, уже не апостольской по своему богословию) успела сложиться практика произнесения во время крещения формулы «во имя Отца и Сына и Святого Духа», о чем свидетельствует Иустин, то нет ничего удивительного в том, что переводчик мог включить эту формулу в Евангелие для придания уже сложившейся практике большей легитимности.

Переводчик мог считать, что он не искажает смысл, а лишь делает явным то, что подразумевалось изначально. В итоге, все получили греческое Евангелие Матфея со стихом Мф.28:19.