Жаркая зима - 2014. Том 2

Белые псы с золотыми ошейниками кинулись к голове Исмета.

Глава 6

2013 ГОД. ЛЕТО. АВГУСТ. КЕРЧЬ.

В крымском Городе-герое Керчь воздух над спортивной площадкой нагретый полуденным солнцем вибрировал битами «Рэпа» из беспроводной музыкальной колонки, лежащей на оранжевом покрытии спортивной площадки. Нагретое крымским зноем покрытие площадки источало и густо наполняло воздух запахом резины.

По морской набережной расслабленные отдыхающие и гости Города-героя, разморенные полуденной жарой со степенным видом неспешно переставляя ноги, сонно глазели по сторонам, смешно щурили глаза, любуясь солнечными искорками на изумрудном море. Почуяв запах горячей резины и заслышав «Рэп», они ускоряли свой шаг, чтобы поскорее уйти от жёсткого речитатива и снова вдохнуть свежий морской воздух.

Под биты «Рэпа» раздетые по пояс худосочные мальчишки лет по двенадцать-четырнадцать по очереди подходили к турнику, подпрыгивали, хватались за перекладину и делали упражнение «Подъём с переворотом»: одновременно с подтягиванием они поднимали прямые ноги выше головы и, закидывали их за перекладину. И сразу переворачивались всем телом вверх головой - оказывались на турнике сверху.

Солнышко сверкало бликами на потных жилистых телах пацанов. Признанным лидером в этой спортивной группе был рослый широкоплечий с кудрявой головой парнишка с греческим именем Арсений.

Вдруг из ближайших кустов как «стайка чёрных стрижей» на спортплощадку выбежали шестеро бритоголовых пацанов, тоже не старше четырнадцати лет одетых в чёрные: футболки, штаны, кроссовки. «Стрижи» вели себя развязно, с вызовом, у каждого в зубах торчали длинные сигареты, только что, в кустах, прикуренные для храбрости. Бритоголовые обступили спортсменов.

Маленького роста белобрысый щуплый пацан, особо нахального вида, с фиолетовым подбитым глазом, выступил вперёд:

- «Чё-каво» Фуцан-ы-ы! – растягивая слова, промямлил нахальный пацан и развёл руки с выставленными «козой» пальцы.

Худенький мальчишка хмуро глянул на «Стрижей», нарочито неспешно поднял звуковую колонку – выключил «Рэп» спрятал колонку в свой рюкзак с изображением «Железного человека» из американского комикса.

Вялое «мяуканье» чаек доносилось с моря. Спортсмены у турника замерли кто где стоял, с угрюмым видом молчали – выжидающе смотрели на непрошенных «гостей».

Пацанёнок с подпитым глазом сразу определил свою «жертву», зыркнул на Арсения:

— «Чё» пялишься, окурок! – пацанёнок шагнул вперёд, — «Хрусты» гоните!

На этих словах трое полуголых спортсменов ссутулились, сунули руки глубоко в карманы своих спортивных штанов, при этом головы их ушли в плечи. Спортсмены исподлобья напряжённо поглядывали то на белобрысого нахального «Стрижа», то на своего лидера Арсения – спортсмены по-прежнему не издали ни звука.

Второй «Стриж», чуть повыше ростом, двумя оттопыренными пальцами вынул обслюнявленную сигарету из своего перекошенного рта, и щелчком пальцев пульнул сигарету в сторону школьников. Сигарета, теряя искры, покатилась к ногам Арсения.

Швырнувший сигарету процедил сквозь зубы:

— Да, они «неотдупляют» - «феню не ботают», «Бажбаны».

— «Бабосы» гоните, уроды, - решив снизойти до объяснений, белобрысый пацан с синяком сплюнул себе под ноги, — Деньги!

Спортсмены молчали – не двигались. Поганенькая улыбочка вмиг слетела с лица пацана с синяком, он зло крикнул:

— Чё?! Оглохли? – он вынул руку из кармана, в кулаке был зажат маленький складной ножик. Пацан ногтём ловко подцепил и быстро вынул из ножа маленькое хромированное лезвие – опустил вниз, вдоль тела кулак с ножиком, зыркнул на Арсения, посмотрел на ножик, и снова метнул взгляд в Арсения.

Арсений выпрямил спину, - повёл плечами, разминая плечевые суставы.

— Ты сможешь так? – Арсений, там, где стоял, пружинисто подпрыгнул и в воздухе слёту уцепился руками за перекладину, ловко исполнил «Подъём с переворотом» - уселся сверху на перекладину, с высоты посмотрел на «Стрижей». Крутнулся всем телом и повис на перекладине. Через секунду Арсений закрутил «Солнышко»: вцепившись в перекладину, всем телом делал полные обороты, как крутятся часовые стрелки по циферблату - раз, ещё раз, и ещё в третий раз. Побелевшие кулаки Арсения цепко держали перекладину, отполированную мальчишескими ладонями до сверкающего блеска.

Банда чёрных «Стрижей» настороженно наблюдала, как Арсений безостановочно вращался и вращался на перекладине. «Стрижи», сами того не замечая, постепенно сближались – придвигались друг к другу.

На вторую свободную перекладину прыгнул худой мальчишка хозяин музыкальной колонки. Он тоже начал хлёстко, со злым выражением на лице исполнять гимнастические упражнения. Третий спортсмен, рывком стянул с себя футболку, под тонкой кожей мальчишки рельефно двигались пучки мышц на плечах и на груди. С голым торсом он бросился на третью перекладину - тоже начал бешено крутиться на турнике. На каждом обороте из его рта вырывались сиплые выдохи.

У некоторых «Стрижей» в глазах мелькнул испуг. Швырнувший сигарету, склонился к уху белобрысого пацана с синяком и прошептал:

— Валим?

Первым с перекладины турника спрыгнул Арсений, он тяжело дышал, взгляд его был серьёзный.

— Ну? Сможешь? – Арсений в упор смотрел на долговязого шалопая бросившего к его ногам сигарету.

— Замутим «батл»? Победите вы - получите наши деньги, — Арсений широко улыбнулся белобрысому «Стрижу» с синяком, и потёр большим пальцем об указательный - сделал пальцами характерный жест «Деньги», в его голосе послышалась угроза и издёвка, — «Бабосики». Наши. А?

И тут же вдруг Арсений нахмурился:

— Если нет, вы сюда больше не приходите. Идёт?

Белобрысый «Стриж» с синяком под глазом молча сложил ножик, сунул нож в свой карман, уверенно пошёл к турнику и тут же, явно подражая Арсению, резво подпрыгнул, своими маленькими ладошками зацепился за перекладину. Это всё, на что его хватило. Как вялая сосиска, он дергался на перекладине, сучил своими ножками в воздухе – подтянуться ни разу не смог.

Тягостное напряжение мигом испарилось со спортивной площадки. На лицах спортсменов засветились улыбки, троица неспешно вынула руки из своих карманов, кто-то из спортсменов, не сдерживая себя, в голос хохотнул, глядя, как болтается на турнике белобрысый «Стриж» с синяком.

Чёрные кроссовки осторожно сошли с оранжевой резины площадки на пыльный асфальт - «Стрижи» медленно пятились, шаг за шагом отступали, уходили со спортивной площадки. Уставший болтаться, пацан с синяком, шлёпнулся с перекладины на землю.

- Атас! – взвизгнул, совсем по-девчачьи, кто-то из «Стрижей».

Падение пацана с синяком сработало как команда - «Стрижи» сорвались с места и окончательно упорхнули с площадки к кустам, из которых мину назад они вылетели.

Арсений растеряно, развёл руки, крикнул:

— Да, куда вы! Оставайтесь. Научим. Если хотите.

Арсений, видя, что «Стрижи» улепётывают, махнул опущенной рукой «А, ну вас». Услышав последние слова Арсения «Научим, если хотите», «Стрижи» остановились, чуть помедлили и нерешительно пошли обратно к турникам. Арсений протянул руку белобрысому пацану с синяком, тот уцепился за его крепкую руку, поднялся с земли, почесал свою «пятую точку», этой же рукой, сразу, утёр сопливый нос, «ойкнул», задев свой синяк под глазом, сморщился от боли.

Арсения распирало чувство победы. Он ощутил прилив сил, ему хотелось подпрыгнуть до небес, или сорваться с места и быстро-быстро побежать, оглашая пространство весёлым победным «улю-лю-каньем». Сейчас он мог даже побежать по морю. Были бы крылья, он полетел бы над морем. Арсений широко улыбнулся, снова с силой ногами оттолкнулся от резинового покрытия площадки, прыгнул на перекладину, опять сделал «Подъём с переворотом» и снова оседлал перекладину сверху - хитро смотрел на присмиревших «Стрижей».

Пацан с синяком выросший в среде, где сильный добивает слабого, сейчас был удивлён, даже больше того – его потряс поступок Арсения. Пацан с синяком запрокинул голову и нерешительно посмотрел на Арсения с довольным видом восседающего на перекладине. Арсений был в лучах солнца, его фигура сияла солнечным ореолом. Глазам было больно смотреть на Арсения, у белобрысого пацана с синяком заслезились глаза. Он шагнул в сторону, чтобы солнце не било в глаза и резко приставил ко лбу ребром ладонь, сделал козырёк для глаз – по-прежнему пристально рассматривал Арсения. В Арсении что-то мощно притягивало внимание белобрысого «Стрижа».

Глава 7

2013 ГОД. АВГУСТ. КЕРЧЬ.

Жители Керчи, проживающие в своих частных лачугах, избах, домах, и особняках в летнюю пору, изнурённые дневной жарой, ужинали и проводили вечера на открытом воздухе – наслаждались прохладой, общались, делились событиями прошедшего дня. Семья бизнесмена Адамопулоса не была исключением. В саду, над барбекю из кирпича вился сизый дымок – готовился шашлык. В просторной беседке за большим столом, пышно обставленным яствами сидели Адамопулос, его мама, жена Оксана и старший сын Алексей.

Сын, облокотившись на локоть, почти лежал на длинной скамье возле стола, смотрел на дымок над барбекю. Адамопулось присматривал за шашлыком. Женщины тихонько о чём-то говорили, так, чтобы мужчинам не было слышно. Смартфон, лежащий среди тарелок на столе, издал звук сообщения мессенджера WhatsApp. Жена Оксана взяла бутылку, в винный бокал налила вина маме и в свой бокал тоже. Мама Адамопулоса взяла свой смартфон.

- О! Ужас!! – воскликнула мама.

Адамопулос встревожено обернулся. Мама отшвырнула свой смартфон, как какую-то заразу. Телефон шлёпнулся на стол, задел бокал вина – красное вино выплеснулось, потекло, густо растеклось по белой скатерти. Напуганная мама ладонями закрыла глаза, её плечи затряслись, она зарыдала.

Оксана спокойно смотрела на свекровь, пригубила вино. Оксана, знала о впечатлительности свекрови, поэтому расслабленно ожидала, когда свекровь успокоится, и сможет объяснить, что такого страшного свекровь увидела в мессенджере. Пребывая в лёгкой дрёме, Алексей вскинул голову, с удивлением смотрел на бабушку, он быстро сел, придвинулся к плачущей бабушке, прижал её к себе и нежно обнял. Адамопулос снова обратил свой взор на шашлыки.

- Бабуля, ну, чего ты? Наверняка это какой-нибудь фейк.

Жена Оксана медленно протянула руку, аккуратно поставила упавший бокал, промакнула салфеткой растёкшееся вино и потянулась за смартфоном на столе, посмотреть, что же так напугало свекровь.

Бабушка резко схватила смартфон со стола и воскликнула:

- Не смотри! Не надо! Там - ужас!

Адамопулос встал со своего места, подошёл к маме, взял из её рук смартфон – посмотрел в экран смартфона. На экране изображение обезглавленного тела Исмета. Адамопулос нахмурился.

- Да, что это такое, - мама всхлипывала, - У нас, что - не осталось мужчин? Совсем некому нас защитить…?

Мама подняла красные глаза на сына. Оксана тоже пристально смотрела на мужа. У хмурого Адамопулоса нижняя челюсть выдвинулась вперёд как у бульдога – он задумался. Алексей взял смартфон бабушки, посмотрел в экран.

- Нда… Это - не фейк.

Адамопулос достал из кармана смартфон, вышел из беседки в вечерние сумерки, с телефоном у головы двинулся в темноту меж садовых деревьев.

- Гена, привет. Можешь сейчас приехать на офис? Да. Есть разговор. Не по телефону. Щас ещё Сашке наберу. Давай. Жду.

Из-за спины Адамопулоса послышался голос Алексея.

- Па-а-ап, с тобой можно? – Алексей хмуро посмотрел на отца.

- Да. Поехали, сын.

Алексей побежал обуваться в дом. Адамопулос вернулся в беседку.

- Ну, куда – куда, ты его! – всполошилась Оксана.

Адамопулос, долго и молча, смотрел в лицо жене. Оксана, покорно кивнула – не стала перечить мужу. Обутый в кроссовки Алексей выбежал из дверей дома, подскочил к маме, чмокнул её в щёку, весело подмигнул ей, и побежал вслед за отцом. Сын и отец сели в белый автомобиль «Ягуар», выехали со двора.

Через полчаса в дверь небольшого офиса, с полкой во всю стену уставленной дипломами, благодарственными письмами и приветственными адресами в рамочках под стеклом постучали.

- Да! – громко отозвался Адамопулос.

Дверь тихо и плавно отворилась, через порог офиса никто не перешагнул. Алексей вытянул шею, Адамопулос приподнялся с места и увидел за порогом со шкодливыми лицами двух мужчин Генку и Сашку. Друзья явно дурачась, смешно скривили свои лица изображая персонажей из фильма «Гостья из будущего» космических пиратов «Весельчака У» и «Крыса». Адамопулос в голос засмеялся, Генка не выдержал, тоже прыснул от смеха, зажал рот ладонью. Сашка громко заржал – они оба вернули своим лицам обычное выражение добрых людей.

Воздух офис сотрясли звонкие хлопки мужских ладоней, мужики обнявшись, похлопали друг друга по крепким спинам - перездоровались друг с другом, и уселись за стол для переговоров. Адамопулос восседая во главе стола, произнёс:

- Итак, пацаны. Надо чёта делать. Эти ублюдочные скоты вконец охренели. Керчь – город герой, если кто забыл. Возможно, сейчас нагоню пафоса, но, всё равно скажу. Деды наши не для того проливали свою кровь, чтобы эти нацистские ублюдки пугали наших детей и женщин. Пришло время нам защитить и себя, и своих близких. Доклад окончен. Обсуждаем. Что скажешь, Генчик?

Невысокий Гена, с крепко сбитым телом, плечистый, с крупными каре-зелёными глазами на круглом лице, как у голливудского актёра Леонардо Ди Каприо твёрдо произнёс:

- Я думаю, для начала надо координацию действий выстроить.

Адамопулос быстро отозвался:

- Да. Верно. Я знаю, как мы это сделаем. Таксисты, все сплошь и рядом, наши пацаны. Они мотаются по всему городу, всё видят и всё слышат. Дальше. Саня, что думаешь?

Саня, крупный мужчина, выше среднего роста, немного сутулый, лысый, лицом сильно похожий на актёра Киану Ривза, только со светло-голубыми глазами, с длинными руками и крупными ладонями с удлинёнными пальцами, удерживая руки у своего рта, тихо произнёс:

- Ну, тут без… - он задумался, подбирая слово, - без… Ну как сказать? – он щёлкнул пальцами.

Адамопулос и Гена спокойно ждали, внимательно смотрели на Саню.

- Наверное, слово «Бригада» самое подходящее. Короче! Без бригад не обойтись. Таксисты будут сливать «инфу» - нам же, как-то нужно реагировать. Во! – он просиял, - Группы реагирования нужны!

Адамопулос кивнул «Да», быстро сказал:

- Мои друзья спортсмены…, - он задумался, и сразу продолжил, - я поговорю с ними, сколотим из них «Бригады быстрого реагирования».

Адамопулос замолчал, снова открыл рот, собираясь что-то сказать. Закрыл рот. Он смотрел прямо перед собой, на свои кулаки, что-то обдумывал. Тряхнул головой, мысленно сам себя одёрнул и сказал:

- Так. Меньше слов. На этом пока всё. Расходимся. На телефонах. Работаем – закончил Адамопулос, начал вставать и выбираться из-за стола.

Вдруг он замер, выпрямился, быстро глянул на Алексея, Саню и Гену.

- Мужики! – он замялся, - вот, не люблю я этот пафос, но как сказать, по-другому не знаю. Короче!

Саня и Гена, продолжая сидеть, притихли, внимательно изучали смущённое лицо их друга Адамопулоса. Он опустил взгляд и стал смотреть в серую столешницу стола. Наконец Адамопулос мысленно договорился сам с собой, вскинул голову, набрал воздуха полные лёгкие, и на выдохе выпалил:

- На свете ничего не меняется до тех пор, пока кто-то не начинает менять. И других способов не существует. Понимаете?

Желваки задвигались на лицах Сани и Гены, мужчины нахмурились, опустили глаза, и синхронно, не сказав ни слова, кивнули «Да». Адамопулос молча посмотрел в глаза сыну, потом повернул голову и посмотрел в лицо Геннадию, и затем так же продолжительно посмотрел в глаза Александру. Мужчины поняли друг друга: «Нужно действовать».

Саня вставая, хлопнул своими большими ладонями по столешнице, у него получилось громко, он смутился. Глядя на его смущение, все мужики заулыбались. Гена протянул руку Адамопулосу, тот взял руку сына, стиснул пальцы Алексея, и притянул ладонь Гены. Саня двумя своими большими ладонями покрыл, как бы запечатал, поставил печать на рукопожатие друзей. Не разнимая рук, все четверо сурово посмотрели друг другу в глаза, снова кивнули «Да».

Мужчины молча разомкнули руки. Алексей опустил руки, глядя в лицо отцу, украдкой растёр затёкшие пальцы. Все направились к выходу, вышли в дверь. Адамопулос остановился на пороге, нажал на включатель, потушил свет в офисе – закрыл дверь.

Глава 8

2013 ГОД. ЛЕТО. АВГУСТ. КЕРЧЬ.

Солнышко жарило от всей своей жаркой души. Чайки над морем продолжали мерно «мяукать». Худой мальчишка достал из рюкзака музыкальную колонку. Спортсмены сгрудились у турника, собрались у босых ног своего лидера Арсения.

Резиновое покрытие спортивной площадки всё также напитывало воздух едким запахом резины. «Рэп» снова разнёсся над спортплощадкой из музыкальной колонки. Спортсмены синхронно по-запрыгивали на свободные перекладины. Под рифмованный бит выполнять упражнения было сподручно - рэп задавал и темп и ритм.

Арсений, рискуя подвернуть стопы, резво спрыгнул самого верха турника, чтобы погасить инерцию своего тела, он лихо крутанулся туловищем, шагнул к пацану с синяком и резко выставил вперёд ладонь с растопыренными пальцами.

— Арсений!

— Нахал! – шмыгнув носом, белобрысый пожал нагретую о железную перекладину ладонь Арсения.

От удивления Арсения протянул:

— Ка-а-а-ак?

— Да, бли-и-ин! – промямлил пацан с синяком, — Опять объяснять.

На самом деле, в глубине души, ему всегда нравилось устраивать такую «само-презентацию». Он скривил рот набок, вскинул лицо к небу, картинно закатил глаза, громко шмыгнул – загнал соплю поглубже в нос, сплюнул себе под ноги и скороговоркой выдал речь:

— Бабка, покойница, царство небесное ей, в детстве меня так звала – Нахалёнок. Потом во дворе услышали, ну и понеслось. Сначала меня бесило. Теперь норм. Привык. Даже круто.

— Чё, хочешь быть крутым? – заулыбался Арсений.

— Ты чё «лошара»? – вспылил Нахалёнок.

Хмурый тон Нахалёнка не смутил Арсения, он по-прежнему спокойно смотрел да улыбался.

— Чё «лыбу» давишь? (Улыбаешься) Все хотят быть крутыми! — Нахалёнок нахохлился, как воробей под дождём.

Ребята спрыгивали с перекладин, подходили и обступали Арсения с Нахалёнком. Бритоголовые «Стрижи» жались друг к другу, всё ещё робко озирались, и осторожно поглядывали на спортивные, подтянутые фигуры друзей Арсения – не уходили.

Арсений улыбаясь, молчал. Он внимательно, даже изучающе смотрел прямо в серые живые глаза Нахалёнка. Арсений выжидал, молчал, желая дать выговориться Нахалёнку. Нахалёнок уже чуял подвох, но остановиться в своём словоблудии не мог, не хорохориться у него уже не получалось, он зыркнул на Арсения, оглянулся на своих «Стрижей», оттопырил губу, покосился на Арсения и выдал основную мысль:

— Крутых все боятся!

Арсений нахмурился, он строго, и даже с оттенком суровости произнёс:

— Когда боятся всегда хотят избавиться от страха, от того кто пугает. Тот, кто пугает, «ходит по краю», он всегда…

— Чё - это? По краю? – широко раззявив рот Нахалёнок вперился издевательским взглядом в Арсения.

Звуки «Рэпа» стихли – худой парнишка, чтобы лучше слышать разговор Арсения с Нахалёнком снова выключил музыкальную колонку и подошёл поближе.

Нахалёнок оглянулся налево, тут же мотнул головой направо, увидел, что их разговор уже слушают все на спортивной площадке, чтобы скрыть своё смущение от присутствия аудитории, он опять скривился в ехидной улыбке и с издёвкой в голосе процедил сквозь зубы:

— По какому краю? Чё за край такой? – Нахалёнок оглянулся на своих пацанов, криво подмигнул им.

— Хорош придуриваться, не переводи тему, — вдруг твёрдо произнёс Арсений, — кто пугает, тот всегда и постоянно в зоне риска - его все хотят грохнуть. То есть что?

— Что? – стараясь скрыть уже возникший интерес к словам Арсения, Нахалёнок выставил вперёд одну ногу, и быстро сунул руки в карманы.

— Он сам боится. Сам напуган, — спокойно закончил Арсений.

Пацаны из группы Нахалёнка, закрыв ладошкой рты, активно перешептывались, обсуждали меж собой услышанное от Арсения, вертели головами, обменивались понимающими взглядами.

Арсений возвышался над всеми, его высокий рост позволял ему смотреть поверх голов, он заметил, как от обступивших его с Нахалёнком пацанов отделился парнишка в чёрных штанах и футболке. Арсений видел, как «Стриж» подошёл к рюкзакам, лежащим на резиновом покрытии спортивной площадки. «Стриж» слегка наступая на рюкзаки, ногой ощупывал содержимое рюкзаков, при этом делал вид, что смотрит на море. Арсений улыбнулся, и, не сводя глаз с воришки, продолжил говорить:

— Он напуган. Живёт в вечном страхе. Поэтому и пугает других. Отпугивает, чтобы боялись и не напали на него. Ты готов так жить? Хочешь?

Нахалённок «завис», по его растерянному лицу и отвисевшейся нижней губе было видно, что мозг его усиленно усваивал сказанное Арсением. Вместо ответа, Нахалёнок сказал:

— И, чё?

— Его боятся, а не уважают. Когда уважают, с таким все хотят быть, — ответил Арсений, не глядя на Нахалёнка.

Рослый Арсений видел, как чёрный воришка медленно склонился над чьим-то рюкзаком. Нахалёнок неожиданно искренне и заворожено произнёс:

— Умны-ы-ый, — от удивления он вытаращил свои глазёнки - сам жутко удивился тому, что он сказал.

— Это не я такой умный. Это мне отец объяснил, — Арсений снова заулыбался, — когда уважают - тебя все защитят, все поддержат тебя – всегда помогут. Крутой тот, кого уважают.

— И, чё… - Нахалёнок уже совсем забыл о своих «понтах», шустро вынул руки из карманов, сцепил пальцы рук, глаза его заблестели - ему страсть как захотелось, чтобы его уважали, он выпалил, — чё делать-то надо?

— Вот! Правильный вопрос! Молодец! — Арсений похлопал по плечу Нахалёнка.

Вдруг Арсений резко присел низко на корточки. Чёрные пацаны вытянули шеи, они усилено завертели головами, таращили глаза стараясь рассмотреть, куда неожиданно исчез Арсений.

В боксе на разминке применяют «Гусиный шаг» - это когда нужно передвигаться в низкой посадке, переставляя согнутые в коленях ноги, удерживая равновесие. Движение это напоминает движение жирного гуся, переваливающегося с боку на бок и переставляющего свои оранжевые перепончатые лапы.

Таким «Гусиным шагом» Арсений, помогая себе руками, отодвигал в стороны ноги стоящих пацанов, быстро двигался сквозь толпу. Оказавшись вне толпы, Арсений оттолкнулся руками и ногами от резинового покрытия площадки и как самая настоящая пантера, в прыжке растянулся в воздухе - моментально оказался рядом с воришкой.

— «Димон!» – пропищал голос из группы «Стрижей».