Хроники "ОРКС". Том 1

— Залезай, — бросил Вик, не оборачиваясь; он поправлял поводья, и его голос звучал буднично, почти лениво. — Место сзади, рядом с Муо. И постарайся сегодня ничего не украсть и не сбежать. У меня на сегодня другие планы — например, не устраивать третью спасательную операцию подряд.

Клелия вспыхнула до корней волос, но смолчала. Молча забралась в повозку, где Муо тут же подвинулась, освобождая ей уголок, и робко, едва заметно улыбнулась. Она села, стараясь никого не задеть, и уткнулась взглядом в свои колени.

— Не обращай внимания, — тихо произнесла Сиана с козел. — Он просто... так шутит. На самом деле он рад, что ты с нами.

Клелия подняла глаза и встретилась взглядом с Сианой. Та смотрела на неё через плечо, и в её зелёных глазах стояло тепло — настоящее, не наигранное. Клелия слабо кивнула и чуть заметно улыбнулась.

Повозка тронулась. Колёса заскрипели по мостовой, потом — по укатанной земле тракта. Безымянный городок остался позади, и впереди, на восток, раскинулась долгая дорога.

Потянулись дни, похожие один на другой, словно бусины в чётках: ранний подъём, недолгий завтрак из походных пайков или того, что удалось добыть по пути, затем многочасовой путь в повозке, короткие остановки, вечерний лагерь в стороне от тракта, ужин, сон. Прерии сменялись редкими перелесками, трава становилась выше, а небо — шире. В этой монотонности, однако, рождались разговоры — те самые, что сближают людей лучше любых приключений.

На третий день Клелия, набравшись смелости, пересела на козлы, устроившись рядом с Сианой. Та правила лошадью — Вик научил её несколько дней назад, и теперь она с явным удовольствием выполняла эту работу, чувствуя себя полезной. Поводья лежали в её руках уверенно, хвост обвивал край сиденья, и она тихо напевала что-то себе под нос простую мелодию, которую помнила с детства.

— Сиана... можно спросить? — нарушила Клелия долгое молчание.

— Конечно. Спрашивай что угодно. Я не кусаюсь. Ну, почти.

— Твой хвост... он ведь зажил? Тебе не больно сидеть вот так, спрятанной? Ты всё время в плаще, даже когда жарко...

Сиана улыбнулась — широко, открыто — и в этой улыбке не было и тени прежнего напряжения.

— Уже нет. Су говорит, регенерация у меня очень быстрая. Даже быстрее, чем она ожидала. Швы сняли, шрамы почти не видны. А прятаться... я привыкла. В Империи такие, как я, — монстры. Если меня увидят, начнётся охота. А так — я просто кучер в плаще. Никто не смотрит дважды. Ну, разве что на мой капюшон — он слегка великоват.

— Это неправильно, — хмуро ответила Клелия. — Ты не монстр. Ты... ты добрая. И вкусно готовишь. И хвост у тебя красивый. И чешуя блестит, как изумруды. Я. я жалею, что назвала тебя тварью. Это было подло.

Сиана рассмеялась — тихо, переливчато, и смех её напоминал журчание ручья:

— Спасибо. Знаешь, ты первая, кто сказал, что мой хвост красивый. Кроме Муо, но она всё считает красивым, что блестит. Для неё что кристалл Геоидов, что моя чешуя — всё «ой, как красиво!».

— Я просто констатировала факт, — Клелия отвернулась, но щёки её предательски покраснели. — Ничего больше. Принцессы не делают комплиментов. Это ниже нашего достоинства.

Сиана улыбнулась ещё шире и легонько коснулась кончиком хвоста её руки — так, на пробу. Клелия вздрогнула, но не отдёрнула руку. Так они и сидели — ламия и принцесса, две беглянки, нашедшие друг в друге странное, неожиданное утешение.

К середине второй недели пути тракт стал опаснее. В редких деревушках, попадавшихся на пути, местные жители предупреждали: в окрестных лесах завелись банды, грабят одиноких путников и небольшие караваны. Вик только хмыкал в ответ, но приказал усилить бдительность и держать оружие наготове.

Однажды вечером, когда солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в пурпур и оранжевый, повозка въехала в узкую лощину между двумя холмами, поросшими густым кустарником. Место было идеальным для засады, и Муо, не отрывавшаяся от планшета последние полчаса, вдруг вскинула голову.

— Командир, — быстро, тревожно произнесла она. — Движение. Двенадцать... нет, пятнадцать целей. В кустах, по обе стороны. Окружают. Тепловизор показывает — они там уже минут десять. Ждут.

— Разбойники, — Вик даже не натянул поводья. — Наконец-то. Я уж думал, слухи врут. — Он обвёл взглядом повозку и широко, предвкушающе ухмыльнулся. — Муо, приготовь винтовку. Су, прикрой Сиану и Клелию. Сиана, жди команды. Клелия, сиди тихо и не геройствуй. У нас тут не рыцарский роман, а воспитательная работа с местным криминалитетом.

Из кустов с гиканьем и свистом высыпали вооружённые люди. Кто с мечами, кто с дубинами, кто с ржавыми арбалетами — разношёрстная, голодная толпа, привыкшая брать своё силой. Они окружили повозку, перегораживая путь. Главарь — здоровенный детина с грязной, свалявшейся бородой и тяжёлым топором на плече — вышел вперёд и, уперев свободную руку в бок, развязно процедил:

— Стоять, путнички! Кошелёк или жизнь! И повозку вашу посмотрим — может, там товар какой ценный... Или девицы симпатичные, что под тентом прячутся!

Он не договорил. Вик спрыгнул и неторопливо, вразвалочку направился к нему.

— Кошелёк или жизнь? Серьёзно? — В его голосе звучало почти разочарование. — Ты хотя бы попытался придумать что-то оригинальное? Кажется, автор не заложил в тебя более продвинутые настройки. Ну ладно. Тогда у меня встречное предложение: вы бросаете оружие, ложитесь на землю и молитесь, чтобы я был в хорошем настроении. Потому что, если за дело возьмутся мои девочки... вам не понравится. Им в последнее время скучно. Особенно вон той, серенькой, с четырьмя руками.

Главарь загоготал, и его шайка дружно подхватила смех.

— Слышали, парни? Он нас пугает! Своими девками! Ха! Ну, давай, показывай своих девок! Может, мы их того... с собой заберём! А тебя — в овраг, на корм лисам!

Вик вздохнул, и в этом вздохе было больше скуки, чем угрозы. А затем — резко, звонко — щёлкнул пальцами.

— Муо, огонь на поражение. Су, зачистка. Сиана, можешь размяться, если хочешь. Только аккуратно, не перепачкайся. У нас стирки в поле не предусмотрено.

Из повозки, одним мощным рывком, вылетела Муо. В её руках была плазма-винтовка — уже заряженная, уже настроенная. Она приземлилась на одно колено на ближайшую скалу, вскинула оружие к плечу, и её лицо, только что бывшее робким и застенчивым, мгновенно превратилось в холодную, сосредоточенную маску убийцы со стеклянными глазами. Первый выстрел. Сгусток плазмы с воем прорезал воздух и врезался в грудь главарю. Тот не успел даже вскрикнуть — его просто разорвало на части, оставив на земле лишь дымящиеся ноги и фрагменты того, что секунду назад было человеком. Бандиты застыли в парализующем ужасе. Такого они не видели никогда.

Второй выстрел. Третий. Четвёртый. Муо стреляла без остановки, каждый выстрел — точное, смертоносное попадание. Её движения были экономны, выверены, лишены каких-либо эмоций — словно она не убивала людей, а выполняла рутинную, давно знакомую работу. Перезарядка — доля секунды. Смена позиции — мгновение. Снова выстрел. И снова.

Одновременно с этим из повозки вышла Су. Её четыре руки уже были развёрнуты: в двух верхних поблёскивали клинки — длинные, прямые, заточенные до бритвенной остроты; в двух нижних она на ходу синтезировала метательные шарики — крошечные, но смертоносные, оставлявшие в воздухе ядовитый след. Она не бежала — она скользила, словно тень, и там, где проходила, бандиты падали с перерезанными глотками или пробитыми сердцами, не успевая понять, что их убило. Они видели только мелькание четырёх рук, слышали только свист клинков — и наступала тьма.

Один из разбойников, обезумев от ужаса, попытался бежать, бросив оружие и петляя, как заяц. Но Сиана, повинуясь внезапному порыву, соскользнула с козел. Плащ упал, открывая длинный, мощный змеиный хвост — тёмно-зелёный, с более светлым брюхом, переливающийся в закатном свете. Хвост вздыбился, поднимая её над землёй, и она оказалась лицом к лицу с убегающим — её голова на высоте трёх метров, глаза горят в сумерках изумрудным огнём, острые уши плотно прижаты к голове. Разбойник замер, парализованный животным ужасом, и издал тонкий, пронзительный вопль — так кричат дети в ночных кошмарах. Ламия одним точным, хлёстким движением хвоста сбила его с ног, прижав к земле, как удав прижимает добычу. Мощное движение всех мышц и тело головореза было изломано всмятку, сразу в пяти местах. Она дышала тяжело, но в глазах её горел уже не страх, а азарт.

Клелия смотрела на всё это из повозки, широко раскрыв глаза и прижав ладонь ко рту. Она видела Вика в бою, в том городке — но чтобы Муо, эта тихая, застенчивая девочка, с таким ледяным спокойствием и эффективностью уничтожала людей, оставляя после них дымящиеся останки... И Су — спокойная, рассудительная Су, превратившаяся в безжалостную машину смерти, орудующую четырьмя руками с пугающей грацией. А Сиана — не жертва, не испуганная ламия, какой она была в их первую встречу, а грозный, уверенный в себе воин, способный наводить ужас одним своим видом. Она поймала убегающего. Она смотрела на него сверху вниз, и в этом взгляде не было жалости.

Бой закончился за минуту. Пятнадцать тел лежали на земле. Вик даже не вынул рук из карманов. Муо опустила винтовку, и её лицо снова стало робким, даже виноватым. Она поправила шарф и тихо, почти на цыпочках, вернулась в повозку, стараясь не смотреть на то, что осталось от главаря. Су убрала лишние руки — те плавно втянулись обратно — и спокойно, методично вытерла клинки о траву. Сиана подхватила плащ, накинула его на плечи и заползла обратно на козлы, стараясь не смотреть на тела.

Вик стоял посреди этого хаоса. Он закурил сигару — наконец-то, — и оглядел поле боя, как полководец оглядывает завершённое сражение.

— Ну вот. А вы боялись, что будет скучно. Поехали дальше. Су, проверь, нет ли у них чего ценного. Муо, отбой тревоги. Сиана, Клелия — как вы? Все целы?

— Я. я справилась. «Я помогла», —произнесла Сиана дрожащим, но гордым голосом. Руки её всё ещё подрагивали от адреналина, но она улыбалась. — Я больше не жертва. Я могу... быть полезной. В бою.

Клелия, всё ещё бледная, но с каким-то новым огнём в глазах, выдохнула:

— Вы... вы все... чудовища. В хорошем смысле. Я никогда не видела ничего подобного. Даже на арене. Даже в легендах о героях. Вы просто... пришли, и их не стало. За минуту.

— Привыкай, принцесса. — Вик усмехнулся и затянулся сигарой, выпуская кольцо дыма к закатному небу. — Это ещё цветочки. Поехали, а то стемнеет.

Повозка тронулась, оставляя позади дымящиеся останки и разбросанные тела. Некоторое время все молчали, переваривая произошедшее. Потом Клелия заговорила — тихо, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Я думала, что знаю, что такое сила. Во дворце, на арене... Но это... это другое. Вы не просто сильные. Вы... вы убиваете так, будто это обычное дело. И при этом остаётесь... людьми? Нелюдями? Неважно. Вы — те, кто вы есть. И вы не боитесь быть собой. А я. я до сих пор не знаю, кто я такая. Принцесса без королевства, дочь без отца, сестра без брата.

Сиана, сидевшая на козлах, чуть повернула голову и ответила мягко:

— Мы все можем меняться. Еще вчера, я была приговоренной жертвой, а сегодня я убила. Впервые в жизни.

Клелия ничего не ответила, но её рука сама потянулась и легла на кончик хвоста Сианы, лежавший рядом. Сиана улыбнулась и не убрала хвост.

К концу второй недели хвост Сианы зажил окончательно. Су осмотрела остаточные шрамы — тонкие, почти незаметные, сливающиеся с естественным узором чешуи, — и удовлетворённо кивнула.

— Всё. Ты полностью здорова. Можешь двигаться без ограничений. Регенерация сделала своё дело — даже шрамы почти исчезли. Я, честно говоря, впечатлена. У большинства людей такие раны заживали бы месяцами, а у тебя — три недели.

Сиана, охваченная радостью, впервые за долгое время вытянулась во весь рост на вечернем привале, поднимаясь на хвосте на полную высоту. Три с лишним метра над землёй. Она оглядела лагерь сверху, и её лицо озарила счастливая, почти детская улыбка.

— Я и забыла, каково это — смотреть на мир с высоты! Всё такое... маленькое. И красивое. Смотрите, там, на горизонте — горы. До них, наверное, ещё неделя пути, но я их вижу!

Клелия, задрав голову, смотрела на неё снизу вверх, прикрывая глаза ладонью от закатного солнца.

— Ты... ты огромная. Я и не думала, что ламии могут быть такими высокими. В легендах вас описывают как змей с человеческими лицами, которые прячутся в болотах. Но ты... ты совсем не такая.

— Я не огромная! — Сиана рассмеялась, и смех её разнёсся над прерией. — Просто у меня нет ног, зато есть хвост. Он сильный. Хочешь, подниму тебя?

Клелия заколебалась, потом кивнула. Сиана опустилась, освобождая хвост, обхватила её за талию нижней частью хвоста — мягко, но крепко — и легко, словно пушинку, подняла на свой прежний уровень. Клелия вскрикнула, вцепилась в чешую, а потом замерла, глядя на закат с высоты трёх метров. Солнце садилось за прерию, окрашивая небо в розовый, золотой и пурпурный, и тени от редких деревьев тянулись через всю равнину. Ветер трепал её огненно-красные волосы, и она чувствовала себя свободной.

— Красиво... — прошептала она.

— Мы увидим ещё много красивого, — пообещала Сиана. — Когда найдём этих... Геоидов. И когда спасём твоего брата. Вместе.

Она осторожно опустила Клелию на землю. Та, чуть пошатываясь, стояла и смотрела на Сиану с новым выражением — уважением, смешанным с чем-то похожим на привязанность. А потом вдруг сделала шаг вперёд и улыбнулась.

В оставшиеся дни пути Клелия всё чаще сидела рядом с Сианой на козлах. Они разговаривали — о пустяках, о прошлом, о мечтах. Сиана рассказывала о своей деревне в горах, о том, как собирала травы с бабушкой, как её схватили авантюристы и продали в рабство, как она думала, что умрёт в клетке. Клелия — о жизни во дворце, о брате, который стал чужим, о страхе и одиночестве, пропитавших каждый угол мраморных залов. Она рассказывала о том, как по ночам слушала шаги стражников за дверью и гадала, пришли ли они за ней. Сиана слушала и иногда касалась её руки кончиком хвоста — молча, но выразительно. Они были такими разными — принцесса, потерявшая всё, и ламия, никогда ничего не имевшая, — но в этом странном, неожиданном родстве душ они находили утешение.

Муо, наблюдая за ними со своего места в повозке, тихо радовалась и делала вид, что увлечена игрой. Су одобрительно кивала, но ничего не говорила — она была не из тех, кто комментирует очевидное. Вик делал вид, что ничего не замечает, но иногда в его зелёных глазах мелькало что-то тёплое — то самое выражение, которое появлялось всякий раз, когда его команда становилась чуть больше, чем просто отрядом.

***

Прошёл месяц. Дорога, петлявшая через прерии и перелески, наконец привела их к первой цели. На горизонте, в лучах заходящего солнца, вырос город — огромный, раскинувшийся на холмах, окружённый высокими каменными стенами с множеством башен. Над городом, заслоняя полнеба, возвышалось колоссальное сооружение — овальная чаша, так знакомая Сиане. Арена. Но не просто арена, а самая большая в Империи.

Вик придержал лошадь. В его зелёных глазах, устремлённых на очертания города, мелькнуло что-то сложное — узнавание? Ностальгия?

— Тривиарум. Город Трёх Путей. Говорят, здесь сходятся дороги со всего континента. И арена... — Он присвистнул. — Да, впечатляет. Я слышал о ней. Никогда бы не подумал, что эти отсталые деревенщины вручную построят такое сооружение.

— Она вмещает более ста тысяч зрителей, — с благоговением произнесла Муо. — Я читала в архивах гильдии. Здесь проводят Великие Игры раз в год. И гладиаторские бои — каждый день. Это сердце имперских развлечений. Сюда съезжаются со всей Империи и даже из соседних стран.

— Опять арена... — Сиана поёжилась и плотнее закуталась в плащ. — Я не хочу туда. Даже смотреть. У меня от одного вида... мурашки по хвосту.

Клелия нахмурилась, и её рука сама собой легла на плечо Сианы:

— Я тоже. Я видела достаточно игр во дворце. Отец обожал их. Говорил, что это закаляет дух нации. А на самом деле — просто убийство для потехи. Он заставлял меня смотреть, когда мне было десять. Я плакала, а он смеялся.

— Мы здесь не для игр, — твёрдо сказал Вик, перебивая мрачные воспоминания. — Нам нужно найти информацию. В таком городе, на перекрёстке путей, слухи текут рекой. Так что... добро пожаловать в Тривиарум.

Повозка въехала в городские ворота, затерявшись в потоке других путников, торговцев, крестьян. Никто не обращал внимания на скромную повозку с кучером в плаще и пассажирами под тентом. Город поглотил их — шумный, пёстрый, полный жизни и скрытых опасностей.

Тривиарум встретил их какофонией звуков, мельканием красок и водоворотом запахов. Повозка медленно катилась по мостовой, лавируя между телегами, всадниками и пешими. Вдоль улиц тянулись бесконечные ряды лавок, мастерских, харчевен, и над всем этим, перекрывая городской гул, висели крики зазывал, ржание лошадей, звон кузнечных молотов. Над крышами, словно гора, вырастала громада Колоссеума Тривиарум — самого грандиозного сооружения Империи, видимого из любой точки города.

Вик правил повозкой уверенно, но без спешки, стараясь не привлекать внимания. Рядом с ним на козлах сидела Сиана, закутанная в глубокий плащ с низко надвинутым капюшоном. Муо поглядывала на планшет, отслеживая маршрут и сканируя окрестности; Клелия смотрела на проплывавший мимо город с плохо скрываемой тревогой — здесь, в самом сердце Империи, её могли узнать в любую минуту.

— Командир, — негромко произнесла Су, — нам нужна гостиница на окраине. Подальше от центра, от стражи, от лишних глаз. Желательно с отдельным входом или возможностью проникнуть незаметно. И чтобы хозяин не задавал вопросов.

— Знаю. Муо, что скажешь?

Муо провела пальцем по планшету, увеличивая карту города.

— Есть вариант. В восточной части города, у самых стен. Квартал кожевенников — запах не из приятных, зато стража, скорее всего, туда редко заходит.

— Подходит. Едем.

Повозка свернула в узкие, извилистые улочки, постепенно удаляясь от центра. Мостовые становились хуже, запахи — резче: кожевенные мастерские, дубильни, склады. Вокруг сновали простолюдины в рабочей одежде, почти не обращавшие внимания на проезжающих. Наконец впереди показалось приземистое двухэтажное здание с вывеской в виде дубового листа, потемневшей от времени и непогоды.

Вик остановил повозку у конюшни, бросил монету конюху и негромко отдал распоряжения. Су и Муо быстро выгрузили самое необходимое — несколько сумок, портативную плиту, кое-какое оборудование. Остальное осталось в повозке, под плотным тентом, укреплённым незаметными датчиками.

Главной проблемой, как всегда, была Сиана. Днём, в незнакомом городе, протащить ламию в гостиницу незаметно. Но план был уже отработан. Вик снял две смежные комнаты на втором этаже. Хозяин был молодой, задавал вопросы, но Вик его быстро остудил щедрой платой и тяжелым хлопком по плечу. Команда поднялась наверх, а Сиана осталась в повозке, дожидаясь темноты.

Сумерки сгустились. Улица опустела. Ламия, закутанная в тёмный плащ, бесшумно соскользнула с повозки. Мощный змеиный хвост, блестящий в тусклом свете редких фонарей, заскользил по земле почти беззвучно. Она обогнула здание, нашла приоткрытое окно на втором этаже — Муо уже позаботилась, отодвинув задвижку, — и одним плавным, текучим движением проскользнула внутрь. Хвост извивался, втягиваясь следом, как гигантская змея. Она оказалась в маленькой кладовке, смежной с их комнатами, и через мгновение уже была внутри, целая и незамеченная.

— Я здесь, — прошептала она, улыбаясь. — Всё получилось. Даже лучше, чем в прошлый раз. Я уже привыкла.

— Молодец! — тихо обрадовалась Муо. — Я боялась, что окно скрипнет. Но ты как кошка... в смысле, как змея. Очень тихо. Я тебя даже на датчиках едва заметила.

Клелия подошла, помогая ей снять плащ:

— Садись, отдохни. Хвост не замёрз? На улице прохладно.

Сиана благодарно кивнула и свернулась в углу на куче одеял, которые Муо уже успела разложить. Клелия села рядом.

Комнаты были просторными, но скромными: две кровати, стол, пара стульев, сундук. Смежная дверь вела во вторую комнату — там стояла ещё одна кровать и небольшой очаг, сейчас холодный. Су деловито раскладывала портативную плиту, проверяла припасы. Муо настраивала датчики, мини-камеры по периметру, подключалась к дрону, оставленному снаружи. Вик стоял у окна, глядя на тёмную улицу, и задумчиво вертел в пальцах незажжённую сигару.

В комнате было тихо, уютно. Казалось, можно наконец перевести дух после долгой дороги.

И тут в дверь постучали.

Три чётких, размеренных удара. Не грубых, но властных. Таких, какими стучат не просители, а те, кто привык, чтобы им открывали без промедления. Все замерли. Вик медленно повернул голову. Су выпрямилась, и из её боков беззвучно выдвинулась вторая пара рук — на всякий случай. Муо застыла с планшетом в руках, её глаза расширились. Сиана, повинуясь инстинкту, без единого звука скользнула в смежную комнату и закрыла за собой дверь. Клелия вжалась в угол, стараясь стать как можно незаметнее.

— Муо, — спокойно, негромко произнёс Вик. — Кто за дверью?

Она прищурилась и заглянула сквозь дверь своим зрением.

— Трое. Двое... похожи на ниндзя. Закутаны в тёмное, лица скрыты. Третий... в маске. Не простой. Дорогая ткань, вышивка. Возможно, аристократ или кто-то важный. Оружия не видно, но у тех двоих наверняка есть.

— Стража?

— Н-нет. Не похожи. Слишком... тихие. И пришли без факелов, без шума. Если бы стража, они бы уже ломали дверь.

Снова стук — теперь чуть настойчивее.

— Ладно. Посмотрим, кто к нам пожаловал. Су — прикрой. Муо — будь готова. Я открываю.

Вик подошёл к двери, отодвинул засов и распахнул её.

На пороге стояли трое. Двое — словно тени: с головы до ног в тёмных одеждах, лица скрыты капюшонами и плотными повязками, видны только глаза — холодные, внимательные, оценивающие. Они держались чуть позади, по бокам от третьего.

Третий был невысок и коренаст, в тёмно-синем плаще с серебряной вышивкой по краям. Лицо его скрывала изящная маска из тёмного дерева, покрытая лаком и инкрустированная перламутром; маска изображала спокойное, почти безмятежное лицо с лёгкой полуулыбкой, застывшей на губах. В прорезях маски поблёскивали глаза — живые, умные, совершенно не испуганные.

Вик возвышался над ними почти на две головы. Широкие плечи, горящие в полумраке зелёные глаза, от которых исходило ощутимое, почти физическое давление силы. Любой обычный человек отшатнулся бы, занервничал, если бы не убежал вовсе. Но эти трое стояли спокойно, словно перед ними был не грозный воин, способный проломить стену, а обычный трактирщик.

Человек в маске заговорил. Голос его оказался мягким, хорошо поставленным, с лёгкой хрипотцой — голосом человека, привыкшего много говорить и быть услышанным:

— Добрый вечер. Прошу прощения за столь поздний визит. Моё имя... впрочем, пока это не важно. Я представляю одну заинтересованную сторону в этом городе. И я хотел бы поговорить с вами. С вами и вашими... спутниками. Уверяю, это в ваших интересах.

Он замолчал, ожидая ответа. Его спутники-ниндзя не шевелились, словно статуи.

Вик смотрел на него сверху вниз. В зелёных глазах не было ни страха, ни удивления — только холодный, настороженный интерес. В комнате позади него Су замерла, готовая к бою. Муо сжимала в руке миниатюрный парализатор. Клелия, спрятавшаяся в углу, затаила дыхание. А за стеной, в соседней комнате, Сиана прислушивалась к каждому звуку.

Тишина затягивалась. Вик не спешил отвечать. Он медленно, оценивающе оглядел гостей — каждого по очереди, — и на его губах заиграла ухмылка, которая не предвещала ничего хорошего.

— Заинтересованная сторона, значит, — произнёс он наконец, растягивая слова с явным удовольствием. — Ну, проходи. Раз уж пришёл. Только быстро и по делу. У нас тут, видишь ли, вечер отдыха. А твои молчаливые друзья пусть останутся в коридоре. У меня аллергия на ниндзя.

Глава 22. Сокрытые

Вик стоял в дверях, заслоняя собой проём, и несколько долгих мгновений разглядывал незнакомца в маске. Пауза затягивалась — тяжёлая, давящая, как воздух перед грозой. Такой, когда каждый вдох кажется последним, спокойным, а молнии уже невидимо пляшут в облаках. Затем, без единого слова, он отступил в сторону и коротким, скупым жестом пригласил гостя войти. Человек в маске, нисколько не смутившись, переступил порог — спокойно, с достоинством, словно входил в собственный дом. Двое его безмолвных спутников остались в коридоре, застыв, как изваяния; они даже не шевельнулись, когда дверь мягко закрылась, отсекая их от комнаты.