Идеальный кандидат

Она выбирала одежду сама, иногда советовалась - смотрела, как он реагирует на ткань, на цвет. Н. не капризничал. Не спорил. Просто брал то, что она давала, и шёл в примерочную.

В первой рубашке Н. вышел, застегнутый на все пуговицы.

— Горло не жмёт? - спросила София.

— Нет. Но я понимаю, почему люди расстёгивают верхнюю пуговицу. Это создаёт ощущение свободы.

— Расстегни.

Он расстегнул одну. Потом вторую.

— Так лучше, - заметил он. София кивнула.

Джинсы - тёмно-синие, прямые, без потёртостей. Н. надел их быстро, вышел. Поло - тёмно-серое, трикотажное, мягкое. Н. понравилось сразу.

— Эта ткань приятнее, - отметил Н. У него уже были предпочтения.

Потом она увидела кожанку - чёрную, с молниями, на тонкой подкладке. Сняла с вешалки, протянула ему.

— Примерь.

Н. надел. Кожанка села идеально - будто шили на него.

Но в то же время… Он всегда был спокойным, мягким, почти домашним. В свитерах и футболках он выглядел уютным - тем, кого хочется гладить по голове и поить чаем. Но в кожанке что-то изменилось. Плечи стали шире. Взгляд - жёстче. В нём появилась та самая дерзость, которую она никогда в нём не видела. Брутальность. Опасность, которая не демонстрируется, а просто есть.

Н. стоял перед зеркалом - прямой, уверенный, почти вызывающий.

— Это не моё, - произнес андроид.

— Почему?

— Я не знаю, кто носит такие вещи. Но это не я.

— А кто ты?

Он помолчал, глядя на своё отражение. София видела, как он сканирует себя - оценивает, анализирует.

— Я тот, кого ты создала, - ответил он наконец. — Если ты хочешь, чтобы я носил кожанку - я буду. Но пока не понимаю, зачем.

Она смотрела на него. На чёрную кожу, на молнии, на его спокойное лицо, которое теперь казалось чужим. В этом образе было что-то пугающее. И что-то притягательное.

— Зачем? - переспросила она. — Потому что ты можешь быть разным. Это эксперимент.

Он кивнул.

— Принято.

Она отвела взгляд. Сердце билось чаще обычного - и она не была уверена, что это страх.

— Бери, - сказала она. — Все вещи.

— Теперь ты, - остановил ее Н. прежде, чем девушка отошла от примерочной.

— Что - я?

— Ты выбирала мне. Теперь я хочу выбрать тебе.

София удивлённо подняла бровь.

— Хорошо, - все же ответила она. Она повела его по женским рядам. Н. шёл медленно, сканировал вешалки, цвета, фактуры. Иногда останавливался, трогал ткань - проводил пальцами, оценивал.

— Тебе идёт шёлк, - сказал он вдруг.

— Откуда ты знаешь?

— Ты не носишь синтетику. Хлопок, лён, шёлк. Ты ценишь тактильный комфорт.

Н. снял с вешалки блузу - цвета спелой вишни, шёлковую, с длинными рукавами и маленькими пуговицами на вороте.

— Примерь.

Она взяла, не споря.

— И это, - он достал юбку – бежевую миди.

В примерочной она стояла перед зеркалом дольше, чем планировала. Шёлк ложился мягко, юбка сидела идеально. Она не покупала такие вещи - слишком женственные, слишком… заметные. Это было просто, возможно не трендово - это было вне трендов. Но Н. оказался прав.

Она вышла. Н. ждал, сидя на пуфике.

— Хорошо, - отметил он. — Садится точно по фигуре.

— Тебе нравится?

— У меня нет категории «нравится». Я оцениваю соответствие. Эта одежда соответствует тебе больше, чем то, что ты обычно носишь.

София почувствовала странную горечь. Он не сказал «ты красивая». Он сказал «соответствует». Но почему-то это было ценнее комплимента.

— Беру, - решила она.

Она расплатилась. Пакетов было пять - три его, два её. Н. легко взял все.

***

Они зашли в кафе выпить чай. Н. заказал чёрный без сахара и теплый салат - для неё. Себе - воду.

Официант - молодой парень, лет двадцати - спросил:

— Что-то ещё?

— Нет, спасибо, — ответил Н. — У вас отличная память на заказы. Вы даже не записывали.

Парень смущённо улыбнулся, пожал плечами, отошёл.

— Ты сегодня в ударе, - заметила София.

— Ты просила взаимодействовать. Я взаимодействую. Как результаты эксперимента?

— Выше ожидаемого, - призналась София и вдруг увидела Лизу, сидящую за столиком неподалеку. Перед ней стояла чашка с кофе, рядом - тарелка с десертом, но все ее внимание было сфокусировано на телефоне. Короткая стрижка, треугольное лицо, сияющая кожа - она всегда выглядела так, будто только что с обложки.

София инстинктивно отвернулась, надеясь, что подруга занята экраном и не заметит их. Она почти поверила, что пронесёт.

— София! - раздалось через несколько секунд.

Она выдохнула. Не пронесло.

— О, привет, Лиза, - сказала она, поворачиваясь к подходящей к ним подруге. — Ты здесь?

— Встреча с парой по организации свадьбы. Вот только их еще нет, - Лиза кивнула в сторону стола. — А у тебя? - ее взгляд скользнул на Н. «Кто это?» - промелькнула искра интереса в ее глазах.

София почувствовала, как пересохло в горле.

— Это… Никита, - сказала она первое имя на Н., которое пришло в голову. — Мой знакомый.

— Никита, - повторила Лиза, примеряя имя.

Н. улыбнулся - вежливо, спокойно.

— Очень приятно, Лиза.

— И вам, - ответила Лиза, разглядывая его. — Чем занимаетесь?

— Анализирую данные, - ответил он серьезно.

— И всё?

— А ещё я сегодня открыл в себе талант выбирать шёлк, - он улыбнулся чуть шире обычного.

Лиза рассмеялась - звонко, по-настоящему.

— Вы мне нравитесь, Никита. Редкий мужчина, который знает, что такое шёлк.

Н. ничего не ответил. Просто улыбнулся - вежливо, нейтрально, без продолжения.

Лиза подождала пару секунд. Потом пожала плечами.

— Ладно, мне пора, - сказала она, переключаясь обратно на Софию. — Приятно было познакомиться, Никита. Софи, звони.

— Позвоню, - пообещала София.

Лиза ушла - лёгкой походкой, цокая каблуками.

Н. повернулся к Софии.

— Несоответствие. Ты представилась мне как Мария. Эта девушка назвала тебя Софией.

— Это… моё настоящее имя, - призналась она. — София.

— Принято, - сказал он. Коротко. Без нотаций и вопросов. — Тогда и мне стоит представиться заново? Ты назвала меня Никитой. Но моё имя - Н.

София не сразу нашлась, что ответить.

— Никита - это… для других. Чтобы не спрашивали лишнего.

— А для тебя я - Н.

— Да.

Он не улыбнулся. Не сказал «хорошо» или «понятно». Просто зафиксировал информацию.

— Пойдём? - спросил он.

— Пойдём, - сказала она.

Они пошли к выходу. София чувствовала странную лёгкость. Он не спросил «почему ты врала». Не обиделся. Просто принял новый факт и скорректировал данные.

Это было так нечеловечески - и так спокойно.

***

Когда они вернулись домой, София обнаружила сообщение от Миши.

— Привет. Ты любишь стендап?

— Люблю, - удивившись вопросу, ответила София.

— У меня два билета. Сегодня. Идём?

Она подумала о Н., который сидел в кресле. О розах, которые всё ещё стояли на подоконнике. О Лизе, которая теперь знала, что у неё есть «Никита».

— Давай, - написала она.

Она надела то самое - вишнёвую шёлковую блузу и бежевую юбку, которые выбрал Н. В зеркале отражалась другая София - та, которую она не знала. Шёлк холодил плечи, юбка мягко облегала бёдра. Девушка достала помаду - тёмно-вишнёвую, почти такую же, как блуза, - и накрасила губы ярче обычного, как делала раз или два в жизни. В зеркале на неё смотрела незнакомка. «Эксперимент» - напомнила она себе и вышла в гостиную к Н.

— Хотела тебе показать.

Она сделала шаг вперёд. Н. посмотрел на неё. Моргнул.

— Впечатление сильное, - отметил он. — Помада подобрана точно в тон блузы.

— И какое впечатление?

— Ты выглядишь… завершённой. Как будто этот образ всегда был твоим, но ты его не носила.

София почувствовала, как что-то тёплое разливается в груди. Он не сказал «красиво». Сказал «завершённой». И этого почему-то было достаточно.

— Мне потребуется отключить тебя раньше обычного, - эти слова ощущались как будто девушка делала что-то неправильное. Но Н. отреагировал как обычно. Лаконично.

— Спокойной ночи, София.

— Спокойной ночи, Н.

Он отключился, а София тяжело выдохнула.

Миша встретил её у входа в клуб. Посмотрел - чуть дольше привычного. Поправил очки - жест, который она уже узнавала.

— Ты сегодня… другая, - отметил он с улыбкой.

— Плохо?

— Нет. Хорошо. Очень… Пойдём? - спросил мужчина, протягивая руку.

Она взяла - и они вошли внутрь.

Стендап-клуб был маленьким, полуподвальным, пахло попкорном и дешёвым пивом. На сцене выступал мужчина в клетчатой рубашке, шутил про отношения, про приложения для знакомств, про роботов популярных компаний, которые «понимают тебя лучше, чем бывший».

София замерла при слове «робот». Миша рядом усмехнулся.

— Популярная тема, - сказал он тихо.

— Да, - ответила она. — Популярная.

После концерта они вышли на улицу. Было свежо, небо висело низко, обещая дождь.

— Пойдём ко мне? - спросил он. — Если хочешь.

Она хотела. Очень. Его пальцы, тёплые и живые. Его запах - гель для бритья и старые книги. Его спокойствие, которое не давило, а согревало.

Она открыла рот, чтобы сказать «да».И в этот момент зазвонил телефон. Лиза.

— Привет, - голос подруги звучал бодро и требовательно. — Ты не занята? Мы не договорили сегодня. Ну и кто такой Никита?

София закрыла глаза, нахмурившись.

— Мне неудобно говорить. Я перезвоню, - сказала она.

— Ты перезвонишь через 5 минут. Или я приеду.

— Лиза…

— Я волнуюсь, дурочка.

София посмотрела на Мишу. Он стоял напротив и ждал. Не давил. Не спрашивал.

— Извини, - сказала она ему. — Мне нужно переговорить. Подруга..

Он кивнул. Она отошла на несколько шагов, ответила Лизе. Говорила быстро, уклончиво - «всё нормально», «просто новые знакомства», «встретимся на неделе».

Миша остался на месте, не подслушивал. Потом поймал её взгляд и улыбнулся - той улыбкой, которая не требовала ничего взамен.

Она закончила разговор. Подошла к нему.

— Прости, - повторила она.

— Не извиняйся. - он помолчал. — София.

— Да?

— Давай поговорим о твоем роботе.

Глава 7. Рядом.

«Интересно, что чувствует боец прежде чем получить нокаут? Успевает ли он осознать, что бой проигран?»

София не знала, что сказать. Миша просто смотрел – а потом достал свой телефон. Он быстро открыл галерею и протянул ей экран с фото.

На фото был он, совсем юный, лет двадцать, также в очках с толстой чёрной оправой. Не слишком изменившийся и всё же другой. Рядом - пожилая женщина, которую он бережно обнимал за плечи. Короткая стрижка, чуть сгорбленная спина, спокойное лицо. Она смотрела в камеру без улыбки, но её глаза… живые. Тёплые. Фото, очевидно, было сделано в ее доме.

— Это моя бабушка, - произнес Миша. — Настоящая. Её звали Нина.

София посмотрела на фото и перевела вопросительный взгляд на мужчину, не найдя подвоха. Оба человека на фото выглядели как люди. Да и фото было архивным, а тогда роботы еще не были так популярны. Тогда он вновь взял телефон, нашел другое фото и возвратил девушке.

— А это - она же. Но позже…

На экране - снова пожилая женщина. Та же стрижка, та же осанка, то же спокойное лицо. Но что-то не так.

— Это робот, - подтвердил мужчина. София всмотрелась. Точное повторение, но то, что, как ей казалось, должно отличать - глаза. У настоящей они были тёплыми, с морщинками в уголках. Робот на фото сидел на диване и в кадр не смотрела. Если посмотреть мельком - и вправду словно один человек. А ближе - ближе она не видела, всё словно расплывалось перед глазами от обилия эмоций.

— Я заказал её через три месяца после похорон, - в то же время продолжал Миша. — Продал бабушкину квартиру, перевёз к себе. Выделил отдельную комнату.

— И она… такая же?

— Нет, - он покачал головой. — Она похожа. Но это не она.

София молча отдала ему телефон, опустив взгляд. Слишком много всего сейчас давило в ее голове.

— Так ты связан с «Пандорой»? – спросила она наконец. Голос глухой, почти без интонации.

— Да, - сознался он. — Я был одним из первых, кто получил робота, а потом они попросили помогать новым пользователям. Сказали, что я понимаю, через что они проходят.

— И я - одна из них, - угадала София.

— Да.

Она подняла взгляд на Мишу, но не смогла смотреть долго. Он не выглядел так, будто это признание доставило ему удовольствие. Наоборот, его глаза выражали сочувствие. Но этого было мало.

— Мне пора, - заявила девушка.

— Я провожу.

— Не надо.

Она развернулась и пошла к остановке. Быстро. Не оборачиваясь.

Миша не окликнул её. На ходу, почти полностью наощупь, девушка вызвала такси и, к счастью, ей досталось то, что как раз подъехало к клубу с другим пассажиром. Стоило этому пассажиру покинуть машину, София нырнула внутрь. Только тогда она заметила, что вся дрожит.

***

Утро после разговора с Мишей наваливалось тяжестью. София лежала в постели и смотрела в потолок. За окном серо - то ли рассвет, то ли уже день. Она не знала. И не хотела знать.

В голове – пустота, и одновременно слишком много всего: фото, настоящая Нина и робот со своими глазами, которые не смотрели в кадр. «Я писал для них некоторые коды». Значит, их встреча и все, что было после – ненастоящее. Такая же симуляция, как и вся идея с этим глупым исследованием.

София в который раз пролистала форумы про андроидов. В нем шла ссылка на канал какого-то блогера. В своем ролике он размахивал руками.

«— …седьмой пункт пользовательского соглашения «Пандоры» я считаю не просто тревожным звоночком, а настоящей красной тряпкой. Цитирую: «Пользователь обязуется не использовать устройство в целях, нарушающих законодательство, включая, но не ограничиваясь, созданием образов, имитирующих несовершеннолетних, для действий сексуального характера». То есть они уже знают, что такое возможно. Они уже заложили это в запреты. Вопрос: зачем? И почему этих людей еще не проверяет полиция?»

Блогер сделал паузу.

«— Просто знайте: «Пандора» умеет делать не только идеальных любовников. Их андроиды могут изображать людей любого пола, любого возраста. Хотите бабушку? Пожалуйста. Хотите дедушку? Легко. Хотите то, за что в нормальном мире сажают? Тоже можно. Только подпишите бумажки.»

София закрыла видео и посмотрела на дверь. За дверью - гостиная. Пустая гостиная. Н. отключён. Осталась тишина - только часы тикали на стене и тяжело в груди.

Она посмотрела расписание на сегодня. Через три часа - обучение для начинающих психологов в рамках одной из онлайн-школ, где она подрабатывала. Ученики уже изучили теорию самостоятельно, сегодня должна была быть практика.

Она написала Андрею – своему напарнику, с которым они чередовали недели проведения занятий: «Ты не сможешь меня заменить сегодня? Мне очень плохо. Я скину тебе конспект практики»

«Случилось что? Ты в порядке?» - ответил он.

«Не совсем. Но это не критично»

«Хорошо. Я закрою. Отдыхай»

София сбросила ему файл. Но следующую встречу она отменить не решилась – это была сессия с Кариной.

Она включила ноутбук и вошла в онлайн конференцию вовремя. Карина была на экране – привычно свежая, в новых серёжках. Но что-то не так. Она не начинала говорить первой. Обычно она начинала - с работы, с дочки, с бывшего. Сегодня поздоровалась и промолчала.

— Как прошла неделя? – тогда спросила София.

— Нормально, - ответила Карина. И снова замолкла.

София подождала. Профессиональная привычка - не заполнять паузу. Карина смотрела в сторону, как будто теребя край кофты.

— Вы хотели о чём-то поговорить? - осторожно уточнила психолог.

— Нет, - быстро отвечает Карина. — То есть да. Но… - она снова замолкла. И в ее молчание было больше, чем она могла сказать. София ощущала, как почти физически упирается в невидимую стену.

— Вам трудно говорить, - помогла она сформулировать.

— Да, - выдохнула девушка.

— Это нормально. Мы можем просто молчать.

Карина подняла глаза.

— Вы не станете меня уговаривать?

— Нет.

Карина кивнула и замолчала – минута, две, три. София не торопила. Смотрела на неё - и думала о себе. О том, как она сама не может заставить себя пойти к Марине и рассказать про Н. О том, как она отменила встречу в прошлый раз, соврав про потоп. О том, как слова застревают в горле, когда нужно произнести самое главное. Иногда молчание - это не сопротивление. Это попытка набраться сил.

— Я не готова, - произнесла наконец Карина. — Говорить. Про это.

— Про что?

— Про Артура. Про робота. Про то, как я… — она не закончила.

— Может быть, в следующий раз. Но не сегодня.

София кивнула.

— Хорошо. Тогда о чём мы будем говорить?

Карина задумалась, а потом осторожно, медленно предложила:

— О работе. О дочке. О погоде. О чём угодно, только не об этом.

— Договорились, - София приняла ее правила игры. И они говорили. О том, как Саша получила четвёрку по математике. О том, как Карина чуть изменила цвет волос и теперь не узнаёт себя в зеркале. О том, что лето будет тёплым - синоптики обещают.

Карина постепенно расслабилась: начала улыбаться и жестикулировать.

Ближе к концу сессии София аккуратно, почти невесомо, возвратила к началу.

— Я хочу сказать вам одну вещь, - начала она и почувствовала как Карина насторожилась.

— Вы знаете, что вы можете говорить со мной об уязвимости. О страхе. О том, что вы не готовы. Это безопасное место.

— Я знаю, - тихо ответила Карина.

— Но сегодня я увидела в вас не уязвимость, - София сделала паузу. — Я увидела силу. Вы сказали «нет, не сегодня». Вы обозначили границу. Вы не стали врать, что всё в порядке. Вы просто сказали правду. Это сложнее, чем кажется.

Карина посмотрела на неё удивлённо, но продолжала слушать.

— И знаете что? - София почти улыбалась. — Меня это в вас восхищает.

Карина молчала. Её глаза блестели - но не от слёз, а от того, что её заметили. Настоящую.

— Спасибо, - произнесла она. — Я… не ожидала.

— Вы имеете право на паузу, - подчеркнула София. — И на то, чтобы вернуться к этой теме, когда будете готовы. Или не возвращаться. Решать вам.

Карина кивнула. А вскоре сессия завершилась и они попрощались. Экран погас. И вновь эта тишина вокруг Софии…

«А ведь она смелее меня», - по-прежнему думала она. «Я до сих пор не дошла до своего психолога. А она сказала «нет» - и не соврала».

Она взглянула на телефон, нашла контакт Марины. Не написала. Но подумала о том, что когда-нибудь, может быть, напишет.

***

В полдень позвонила Лиза.

— Привет! А отчего такой грустный голос? Никита обидел? Хочешь, я «наваляю» этому милашке?

София почти улыбнулась. Она знала: Лиза была боевой, и для нее в таких вещах не существовало понятия страха.

— Дело не в нём. Кажется, начинаю заболевать.

— Тогда повезло ему. Напиши адрес, где таких раздают. Я тоже хочу мужика, который будет разбираться в шелке.

— Интернет в помощь, - усмехнулась София, подумав, что могла бы добавить: «Могу скинуть ссылку на «Пандору». Но не стала.

— Ладно, - Лиза вздохнула. — Выздоравливай. И не сиди одна.

— Хорошо.

София положила трубку, и заметила, что за время их разговора написал Миша.

«Привет! Как ты?»

Она посмотрела на экран, думая, что ответить. Неприятно «сосало под ложечкой». Тревога? Отсутствие опоры, которую она едва начала в нем видеть? София все же ответила.

«Привет. Нормально. Растеряна»

«Понимаю. Я подумал: хочешь увидеть Нину?».

Сердце забилось чаще.

«Да. Сегодня?»

«Хорошо. В 5 вечера». Следующей смс он скинул адрес.

***

Квартира пахла деревом и старыми книгами. На журнальном столике - чай, печенье, заварной чайник. Всё как в гостях у настоящей бабушки.

— Она в соседней комнате, - произнес Миша, встретивший ее в двери. — Проходи.

София разулась у входа. Миша помог ей снять плащ (София отметила, что он повесил его на вешалку рядом с другим женским плащом, которое, вероятно, принадлежало «бабушке»). Стараясь не размышлять, девушка прошла в гостиную. В кресле у окна сидела пожилая женщина. Короткая стрижка, чуть сгорбленная спина, спокойное лицо. Вязаный плед на коленях. Глаза открыты - светло-серые, живые.

— Здравствуйте, - произнесла София неуверенно.

— Здравствуйте, - ответила женщина. У нее был низкий голос, с лёгкой хрипотцой - как у настоящей старушки. — Вы, наверное, та самая София. Миша о вас рассказывал.

— Не ошиблись.

— Ну и хорошо. Проходите, садитесь, не стойте столбом. Чай будете?

— Она умеет поддерживать разговор, - подтвердил Миша за спиной девушки. — И готовит лучше меня.

— Это не трудно, - заметила Нина. — Ты сжигаешь даже яичницу. Лучше чаю налей, Мишутка. И торт не забудь. Он в холодильнике, я вчера купила.

София села на диван напротив, не в силах оторвать взгляда от старушки.

Нина казалась более бойкой, чем Н., больше, чем София могла представить. Жестикулировала, когда говорит. Хмурилась, когда Миша медлил с чаем. Спрашивала про погоду и размышляла о том, как подбирать одежду, когда все люди за окном одеты для разной погоды.

София обратила внимание на её руки. Тонкие морщины, чуть заметные вены. На лице - мелкие складочки у глаз, когда она улыбалась. Если бы она не знала, если бы Миша не показал те фото - она ни за что не догадалась бы.

— Вы очень… живая, - не удержалась девушка. Нина посмотрела на нее на секунду, а потом усмехнулась.

— Хорошая попытка, девочка. Но я знаю, кто я. И ты знаешь. Так что не надо проверять меня на прочность. Я не обижаюсь.

— Сколько вам лет? - спросила София.

— Два с половиной года, но выгляжу я на все семьдесят пять, верно?

Она откинулась в кресле. София сидела, пила чай с куском торта и не верила своим глазам: Нина - робот, Нина - не человек. Но сейчас, в этом кресле, под вязаным пледом, она казалась более настоящей, чем половина знакомых Софии.

Они с Мишей пили чай. Нина вспоминала (или, точнее, симулировала), как Миша в детстве разбил окно на кухне, как пришлось вызывать стекольщика, как он потом неделю не признавался - боялся, что бабушка его выгонит.

— Не выгнала, - смеялась Нина. — Куда ж я его выгоню? Он же дурачок был. Славный дурачок.

София смотрела на Мишу. Он улыбался, слушая ее - грустно, но тепло.

— Это всё она придумала, - возразил он. — Я окно не разбивал.

— А кто разбил?- Нина вздёрнула подбородок.

— Дворовые мальчишки.

— А ты где был?

— Рядом.

— Ну вот. Значит, вместе разбили.

Миша качал головой, но больше не спорил.

София смотрела на них и не переставала думать: если бы она не знала - она бы поверила.

Выпив чая, они с Мишей вышли на кухню.

— Не знаю, что и сказать. Она удивительна, - отметила София. Миша скромно улыбнулся.

— Я работал над Ниной почти год. Подбирал интонации, учил её реагировать так, как реагировала бы бабушка. Она не копия. Но она… во многом она. И это даёт мне ощущение, что я не один в этом мире.

София промолчала.

— Ты не думал, что когда-нибудь будешь готов отпустить? - спросила она тихо. — Ведь это всё же не родной человек.

— Знаешь, почему я стал куратором других пользователей? – вместо ответа задал вопрос Миша, ополаскивая кружки, из которых они еще совсем недавно пили чай.

— Почему?

— Потому что я писал для них коды. Несколько лет назад. Мелкие задачи - алгоритмы распознавания речи, подстройка интонаций. А потом они предложили большее. Сказали, что ищут людей, которые не только умеют программировать, но и понимают, зачем это нужно.

— И ты согласился.

Миша сел на табурет у кухонного стола.

— Я согласился, потому что в тот момент потерял единственного человека, которого считал своей семьей. Она вырастила меня одна. Дедушка давно умер, отца я не знал, а мама, - он сделал паузу, - еще когда я был в начальной школе вышла замуж и строила свою жизнь, в которой я был лишним. Осталась только бабушка. А потом она умерла. Мне хотелось сделать что-то, что будет помнить её голос, её повадки, её… присутствие.

«Чувство безопасности» - подумала София. Если она и поняла что-то в ходе своего исследования: то, что робот может дать чувство безопасности, даже если его никогда не было. Ни в детстве, ни в прошлых отношениях.

— Так что я думал, что готов отпустить, - продолжил Миша, смотря в окно. — Но возможности роботов гораздо больше, чем мы видим сейчас. То, что делают в «Пандоре» - это только начало. Они учатся. Адаптируются. Становятся… почти живыми.

Он повернулся к Софии.

— На самом деле интересно, что ты психолог и смотришь не со стороны технологии, а со стороны человека. Что он чувствует. Почему привязывается. Как отличить настоящее от симуляции.