Под его властью

Я закрыла глаза, чувствуя себя наконец-то там, где должна быть.

— Всё прекрасно, Алессандро.

В эту ночь я спала без кошмаров. Впервые за всю свою жизнь я знала, что за моей спиной стоит человек, который не просто готов убить за меня, но и готов исцелить каждую мою рану — прикосновением, словом, собой.

Алессандро.

Первый луч солнца прокрался сквозь щель в шторах, осветив лицо Милены. Она спала, свернувшись калачиком, и даже сквозь синяки и отеки было видно, как прекрасна она в своей уязвимости. Я смотрел на нее, и в груди разливалось тепло, которое я никогда раньше не испытывал. Это было нечто большее, чем просто влечение или деловая связь. Это было... обожание.

Я осторожно выбрался из-под её руки, стараясь не разбудить. Её дыхание было ровным, спокойным. Наконец-то. Она спала так, как, наверное, не спала уже много лет.

Вышел из комнаты, тихо прикрыв дверь, и отправился в свою. Зеркало в ванной встретило меня отражением усталого, но решительного мужчины. Включил холодную воду и плеснул себе в лицо. После начал быстро бриться, но старался не пораниться, думая о том, какой вид я хочу, чтобы она увидела, когда проснется. Идеальный образ — это моя тактика.

Я выбрал свой любимый темно-синий костюм, рубашку цвета слоновой кости и галстук с тонким серебристым узором. Потому что хотел выглядеть как человек, которому она может доверить всё. Но не понимаю, любовь ли это. Я не знаю, что это такое, но думаю, что уже сейчас готов отдать свою жизнь за неё столько раз, сколько это потребуется. Она — мой кислород, и это осознание меня немного пугает.

Перед тем, как спуститься, взял телефон. Быстро набрал сообщение Марко:

«Купи ей новый айфон. Самый последний. У неё старый, неудобный. И не забудь про бордовые лилии и серебряную подвеску с медвежонком. Я сам отнесу».

Я знал, что Марко справится. Он всегда находил способ достать всё, что нужно. И буквально через тридцать минут с её новым телефоном в руке, я начал свою работу. Я вбил в экстренные контакты номера Марко, Винченцо, Лоренцо и свой собственный. Свой номер я поставил на первое место в экстренных вызовах. Не хотелось, чтобы она думала, что я её контролирую, но она должна была знать, что я всегда рядом.

После осторожно вошел обратно в её комнату. Она всё ещё спала. Я положил новый телефон рядом с её ладонью, а на тумбочке рядом поставил большой букет бордовых лилий и серебряную подвеску. Мой медвежонок... Символ силы и нежности.

Я поцеловал её в лоб и прошептал

— Спи спокойно, orsetto.

Затем вышел и направился в свой кабинет. Там уже ждали Лоренцо, Марко и Винченцо. Братья выглядели как всегда — готовые к бою.

— Ну что, начинаем? — Лоренцо уже сидел за главным компьютером, на экране которого мелькали схемы и адреса.

— Начинаем. — кивнул я, садясь во главе стола. — Игорь — это только верхушка айсберга. Нам нужно разобраться с теми, кто его поддерживал. Я составил список.

Я указал на экран, где появилось имя: Александр «Жук» Жуков.

— Жуков отвечает за «легальный» бизнес Пахана. Гостиницы, рестораны, казино. Прикрывает все его грязные дела. Его ликвидация — это удар по всей финансовой системе.

— Кстати, он — тот, кто пытался подкупить нашего начальника полиции в Генуе. — добавил Винченцо. — Он слишком обнаглел.

— Следующий... — я указал на следующее имя. Артур «Ёж» Егоров. — Контролирует все порты и склады. Говорят, он знает обо всех незаконных поставках, которые проходят через страну. Именно он, скорее всего, и помог Игорю с оружием.

— Ёж — настоящий псих. — сказал Марко, потирая кулаки. — Но зато знает все дыры в системе. Ликвидировать его — значит, перекрыть кислород.

— И последний, кого мы трогаем сегодня... — я указал на крупное фото пожилого мужчины с жестким лицом. Николай «Дед» Смирнов. — Говорят, он — мозг Пахана. Все его самые грязные операции, самые опасные «решения» — это его рук дело. Если мы уберем его, потеря контроля русским обеспечена.

— Дед — это вообще легенда. — усмехнулся Лоренцо. — Говорят, он никогда не выходит из своего поместья под Москвой. У него там целая армия телохранителей.

— Значит, нам придется его выманить. — я усмехнулся. — У каждого есть слабое место. А у «Жука», как мы знаем, есть дочь, которая любит модные бутики и дорогой алкоголь. У «Ежа» — страсть к редким лошадям. А Дед... Дед любит порядок. Он не терпит хаоса. Наша работа — создать для него этот хаос.

— А как насчет отца Милены — Викторий Волков (Пахан)? — спросил Винченцо. — Ты же не собираешься его пока трогать?

— Пока нет. — ответил я. — Он — наша главная цель. Но для этого нам нужно действовать осторожно. Мы должны лишить его всей его опоры. А когда он останется один, как одинокий волк, тогда мы его и растерзаем.

— Начнем с Жукова? — спросил Марко.

— Именно. — подтвердил я. — Он самый близкий к «легальному» бизнесу. Его ликвидация вызовет меньше подозрений, чем Егорова или Деда. Лоренцо, подготовь для Марко и Винченцо всю информацию про первую мишень. Адреса, маршруты.

— Уже всё готово. — Лоренцо кивнул. — Его личная охрана — сборище бывших спецназовцев, но без мозгов. Для вас — разминка.

— Отлично. — я встал. — Сегодня вечером — операция. А пока... я пойду проверю, не проснулась ли Милена.

Я вышел из кабинета, чувствуя, как внутри меня разгорается огонь. Война началась. И на этот раз она будет идти по моим правилам.

Бонус 3. Камилла и Лоренцо.

В серверной особняка всегда было прохладно — оборудование требовало строгого температурного режима. Но сегодня здесь было необычно уютно. Лоренцо притащил сюда огромный бескаркасный пуф, кучу пледов и даже мини-холодильник.

Пока Алессандро и Милена пытались найти покой среди оливковых рощ, здесь, среди мигающих синих светодиодов и мерного гула мощных процессоров, двое людей строили свой собственный мир.

— Лоренцо, если ты еще раз проверишь мой пульс через этот дурацкий браслет, я взломаю твою кофемашину, и она будет выдавать тебе только декаф до конца жизни. — проворчала Камилла, поудобнее устраиваясь на его плече.

Лоренцо, чьи пальцы замерли над планшетом, тихо усмехнулся. Он отложил гаджет в сторону и поправил мягкий плед, который вечно сползал с её колен.

— Твой пульс был 58 ударов в минуту три минуты назад. Это ниже твоей нормы на два пункта. — сухо ответил он, но в его голосе не было привычного холода. Только бесконечная, почти болезненная забота.

— Это называется «я расслабилась», придурок. — Камилла подняла голову и посмотрела на него. На её виске всё еще был пластырь, но глаза светились прежним озорством. — Ты вообще знаешь, что это такое? Или у тебя в мозге только двоичный код?

Лоренцо замолчал. Он смотрел на нее — бледную, хрупкую, но всё такую же невыносимо живую. Он вспомнил тот момент в порту. Звук разбитого стекла. Тишину в эфире. И то, как внутри него всё просто... отключилось. Весь его мир, построенный на логике и вероятностях, схлопнулся до размеров одной маленькой точки — её лица на окровавленном бетоне.

— В тот день... — начал он, и его голос внезапно стал глухим. — Когда связь оборвалась... я впервые в жизни понял, что такое настоящий системный сбой.

Камилла замерла. Она редко видела Лоренцо таким — открытым, без своих цифровых доспехов.

— Я привык всё контролировать, Камилла. Каждую камеру, каждый байт информации. Я думал, что если я вижу тебя через объектив, ты в безопасности. Но когда я увидел этих ублюдков... я понял, что все мои программы — это просто мусор, если я не могу закрыть тебя собой.

Он повернулся к ней, и его рука, обычно такая точная и уверенная, слегка дрогнула, когда он коснулся её щеки.

— Знаешь — тихо сказала Камилла, глядя на экран, но не видя фильма. — Я никогда не видела тебя таким, как в тот момент, когда я открыла глаза. Ты выглядел так, будто сам готов был сгореть заживо.

Лоренцо замер. Его рука на мгновение остановилась. Он вспомнил ледяную пустоту в груди, когда увидел её без сознания.

— Я не просто испугался, Камилла — его голос звучал непривычно низко, без всяких насмешек. — В тот момент, когда связь оборвалась, я понял одну вещь. Все эти годы я жил в мире, который сам построил из цифр и логики, чтобы никто не мог мне причинить боль. Но ты пробралась внутрь. И когда я подумал, что тебя больше нет... я понял, что в этом мире мне больше нечего защищать. Без тебя всё это — просто железо и пустые стены.

Он перевел взгляд на неё. Камилла приподнялась на локтях, внимательно вглядываясь в его лицо. Лоренцо выглядел уставшим, но в его глазах больше не было холодного расчета. Только искренность, которая пугала его самого.

Он достал из кармана небольшую коробочку — простую, без пафоса, — и открыл её. Внутри лежала тонкая серебряная цепочка с кулоном в виде крошечного ключа.

— Я не умею говорить красивые речи, как Алессандро — Лоренцо чуть смутился, что было для него почти невозможным. — И я не буду обещать тебе спокойную жизнь, потому что мы оба по колено в этой грязи. Но я обещаю, что никто и никогда больше не коснется тебя, пока я дышу.

Он взял её за руку, переплетая их пальцы.

— Камилла... я не хочу больше этих «странных отношений». Я не хочу гадать, кто мы друг другу. Я хочу, чтобы ты была моей. Официально. Ты согласна?

Камилла замерла. Её дерзкий язык, который обычно всегда находил колкий ответ, сейчас подвел её. Она смотрела на этот маленький ключ и понимала, что Лоренцо только что отдал ей ключ от самого себя.

— Ты серьезно? — прошептала она, и в её глазах заблестели слезы. — Даже несмотря на то, что я взламываю твои пароли и ворую твои любимые чипсы?

— Особенно из-за этого. — Лоренцо слабо улыбнулся.

Камилла резко подалась вперед, обхватывая его шею руками.

— Да. Тысячу раз да, ты, невыносимый гений.

Лоренцо обнял её в ответ, прижимая так крепко, будто всё ещё боялся, что она может исчезнуть. Он наклонился и накрыл её губы своими. Это был поцелуй, в котором не было кодов или алгоритмов — только чистая страсть, нежность и облегчение. Камилла ответила ему с такой же жаждой, чувствуя, как внутри всё замирает от осознания: она дома.

В этой серверной, среди холодного оборудования, стало очень жарко. Фильм давно закончился, по экрану бежали титры, но им было всё равно.

— Я люблю тебя. — прошептал Лоренцо ей в самые губы, впервые произнося эти слова вслух.

— Знаю. — улыбнулась Камилла, вытирая слезу счастья. — У тебя пульс участился. Я это и без браслета чувствую.

Лоренцо тихо рассмеялся и снова поцеловал свою маленькую хакершу, понимая, что это — самое лучшее обновление в его жизни. В его голове больше не бежали строки кода. Там была только одна команда, работающая в бесконечном цикле: «Беречь её. Любой ценой».

Пока друг детства — Дон планировал войну, а Милена залечивала раны на солнце, в холодном сердце серверной два хакера нашли то, что не мог взломать ни один компьютер в мире. Любовь.

Глава 18

Милена.

Утренний свет робко пробивался сквозь щели в шторах, рисуя на полу золотистые полосы. Я медленно открыла глаза, и первая мысль, которая пришла мне в голову, была о боли в ребрах. Но потом я увидела их.

Новый телефон лежал около моей руки. Я взяла его в руки – он был гладким, прохладным и совершенно незнакомым. На тумбе в вазе, красовались мои любимые лилии, которые заполонили своим ароматом всю комнату. А на бархатной подушечке, покоилась серебряная подвеска с крошечным медвежонком. Она была чудесной. Мои пальцы, еще непослушные от сна, коснулись цепочки.

Алессандро. Он был здесь. Он позаботился обо мне.

Я осторожно, стараясь не причинить себе лишней боли, поднялась в сидячее положение. Сердце запело от какой-то новой, непривычной радости. Он подарил мне не просто телефон — он подарил мне связь с ним и комфорт. А подвеска... она была как маленькое обещание.

Решив, что пора спускаться на завтрак, я пошла в душ, холодная вода помогла окончательно проснуться. После нанесла немного макияжа и расчесала волосы. Вышла в комнату, замотанная в полотенце, и опять взяла в руки подвеску с желанием надеть, но дверь комнаты тихо открылась. Алессандро вошел, и его взгляд сразу же упал на мои руки. Он заметил подвеску. На его лице появилась теплая, немного смущенная улыбка.

— Ты проснулась. — сказал он, подходя ближе.

— Доброе утро. — ответила я, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно. — Спасибо за... всё. Это так мило.

— Не стоит благодарности. — он осторожно взял мою руку, ту, что с подвеской. — Давай я помогу тебе надеть её.

Он снял цепочку с подушечки и, присев на край кровати, аккуратно застегнул её на моей шее. Металл был прохладным, а подвеска удобно легла на ключицу.

— Медвежонок... — я невольно улыбнулась. — Почему опять медвежонок?

— Потому что он сильный. — ответил Алессандро, глядя мне в глаза. — И потому что я хочу, чтобы ты знала: даже когда я не рядом, кто-то большой и сильный тебя оберегает.

Я почувствовала, как к горлу подкатил комок.

— Алессандро... это было не нужно. Ты и так сделал для меня слишком много.

— Это не слишком много. — он осторожно погладил мою щеку. — Это просто начало. Успокойся. Все уже позади. Сейчас мы все вместе, и нам нужно просто жить дальше. А жить дальше – значит, идти к цели.

Я одарила его своей тёплой улыбкой и подошла к шкафу. Выбрала черный лонгслив и брюки – простую, удобную одежду, которая не стесняла моих движений.

— Всё, что мы здесь делаем — это только первый шаг. — сказал он, наблюдая за мной. — Твой отец — конечная цель. Нам нужно быть готовыми.

На выходе из моей комнаты мы встретили Камиллу. Она тоже была в простом белом лонгсливе и брюках, выглядела свежей, хоть и немного уставшей.

— Привет. — улыбнулась она, увидев меня. — Готова спуститься?

Мы переглянулись, и в этот момент я заметила блеск на её шее. Серебряная подвеска. Такого же дизайна, но немного другая. Я показала ей свою.

Камила прищурилась, а потом её губы растянулись в понимающей улыбке.

— Похоже, нам есть что обсудить. — прошептала она, подходя ближе. — Но, наверное, не здесь. И не при мужских ушах.

Я кивнула. Мы обе всё поняли. Наши «рыцари» позаботились о нас, но сделали это по-своему. И это было нечто большее, чем просто подарки.

Мы спустились вместе. В столовой уже сидели Марко, Винченцо и Лоренцо. Алессандро, конечно, тут же занял место рядом со мной. Камилла села с Лоренцо, и я заметила, как он украдкой поцеловал её в висок.

— Смотрите, королевы вернулись! — Марко отхлебнул кофе, его глаза блестели. — Мы уж думали, вас придется вытаскивать из комнат и тащить за собой на завтрак.

— Ты хорошо выглядишь, Милена. — сказал Винченцо, одарив меня своей редкой, но искренней улыбкой. — Даже после всего.

— Спасибо, Винченцо.

Я немного засмущалась, но Алессандро лишь крепче сжал мою руку под столом.

Вдруг тишину столовой разорвал громкий лай. Три собаки — принадлежавшие Алессандро — вбежали в комнату и, радостно виляя хвостами, подбежали к столу. Они улеглись у моих ног, положив головы на пол. Я погладила их по головам, чувствуя их преданность.

— Они тебя полюбили. — прокомментировал Марко.

— Ну конечно, как можно меня не полюбить, я же сама невинность.

Алессандро улыбнулся мне, и в его глазах я видела не только силу дона, но и нежность мужчины, который готов был идти со мной до конца.

Завтрак был шумным, но продуктивным. Пока братья обсуждали детали предстоящей операции, Лоренцо, как всегда, был погружен в свои мониторы, лишь изредка отвлекаясь на вкусный какао. Но когда речь зашла о Викторие Волкове, Алессандро поднял руку.

— Через два часа. — сказал он, его голос звучал твердо и решительно. — В моем кабинете. Мы должны обсудить всё в деталях. План, цели, возможные риски. Девочки, вы тоже будете с нами. Вы должны знать, куда мы идем.

Камилла и Милена переглянулись. В их глазах читалось понимание, но и легкая тревога.

— Мы будем. — кивнула Камилла. — Но знаешь, Алессандро, — она добавила с лукавой улыбкой, — мне кажется, нам с Миленой нужно немного прогуляться и развеяться перед таким серьезным собранием. Подышать воздухом.

Алессандро внимательно посмотрел на неё, затем на Милену.

— Хорошо. Но будьте осторожны. Никуда далеко не уходите.

С этими словами он обнял Милену, поцеловал её в лоб и направился в кабинет вместе с братьями и Лоренцо. Мы остались одни.

— Ну что, Мил. — Камилла взяла меня за руку. — Похоже, наши рыцари готовятся к войне.

Мы вышли из столовой и направились в сторону сада. Теплый весенний воздух ласкал кожу, и аромат цветов, казалось, смывал остатки какой-либо тревоги. Мы шли по узким извилистым дорожкам, утопая в зелени.

— Ну, рассказывай! — не выдержала Камилла, как только мы оказались подальше от дома, и никто не мог нас услышать. — Я видела, как ты ему улыбалась. И эту цепочку... Ты такая счастливая, Милена!

Я улыбнулась, касаясь пальцами подвески-медвежонка.

— Да. Он... он был так внимателен. Он не просто подарил мне телефон. Он подарил мне ощущение, что я не одна. Что я важна. И он так нежно помог мне надеть цепочку... Алессандро пока не говорил мне «люблю», — я сделала паузу, немного смущенная, — но я чувствую это. Возможно, он боится. Или просто не знает, как это сказать. Но после пикника... и после этой ночи... я поняла, что не могу без него. Я, кажется, правда его люблю.

Камила приобняла меня за плечи.

— О, Милена! Это так здорово! Я так рада за тебя! Лоренцо... ты не представляешь! Он тоже. Он же такой... ну, Лоренцо. Вечно в своих кодах и схемах. А тут... он мне признался. Прямо сказал: «Камилла, будешь моей?» И подарил кулон-ключ. Я чуть не расплакалась. Я так счастлива, что он смог это сказать, наконец-то.

Я с удивлением посмотрела на неё.

— Серьезно? Он сказал «люблю»?

— Да, представляешь?! — Камила рассмеялась. — Это было так искренне. Он так боялся, что я не приму его. Как будто я могла отказать такому... такому...

— Такой невыносимой глыбе гениальности? — закончила я за неё.

— Именно! — Камила подпрыгнула от радости. — А ты? Ты ведь тоже любишь Алессандро, признайся!

Я кивнула, чувствуя, как мои щеки заливаются румянцем.

— Да. Мне кажется, что он — это тот, кто может меня понять. Он знает, что я не просто жертва. Он видит во мне ту, кто может сражаться. И он не боится моей силы.

— Вот и славно! — Камила обняла меня крепко. — Мы с тобой — настоящие везунчицы. Нашли своих. Теперь главное — не дать им снова влезть в эту войну с головой.

Мы пошли дальше, болтая о страхах и надеждах. О том, как эти суровые, жестокие мужчины смогли открыть свои сердца. О том, что, несмотря на всю кровь и грязь, в жизни есть место и для таких вот тихих, солнечных моментов. Моментов, когда понимаешь, что ты не одна.

Кабинет Алессандро.

Тяжелые дубовые двери кабинета Алессандро открылись с негромким, но весомым скрипом. Когда мы с Камиллой вошли, в комнате сразу воцарилась тишина. Здесь пахло дорогим табаком, старой кожей и тем специфическим озоновым запахом, который всегда исходит от работающих на полную мощь серверов Лоренцо.

Алессандро сидел во главе массивного стола. Увидев меня, он мгновенно поднялся, и его взгляд сразу же скользнул к моей шее, где поблескивал серебряный медвежонок. На губах его промелькнула едва заметная, собственническая улыбка.

— Присаживайтесь. — он указал на свободные стулья рядом с собой.

Лоренцо уже развернул три огромных монитора, на которых светились схемы здания, фотографии и бесконечные колонки цифр. Марко и Винченцо стояли у окна, проверяя снаряжение — вид у них был максимально сосредоточенный.

— Итак... — Алессандро оперся ладонями о стол. — наша первая цель, как мы и обсуждали — Александр Жуков.

Лоренцо вывел на центральный экран фото мужчины лет сорока пяти с хищным лицом и холодными глазами.

— Жуков — правая рука твоего отца по легальным делам, Милена, — продолжил Алессандро. — Сегодня вечером он будет в закрытом клубе «Diablo». Там празднуют заключение сделки по портовым терминалам. Охрана будет усилена, но из-за праздника они расслабятся.

— «Жук» параноик. — подала голос я, вглядываясь в фото. — Он всегда носит под пиджаком легкий бронежилет и никогда не сидит спиной к входу. У него есть привычка — каждые полчаса он выходит на балкон покурить в одиночестве. Он не доверяет охране свои разговоры по телефону.

Марко присвистнул.

— Вот это ценная информация. Значит, балкон — наше идеальное место.

— План такой, — Алессандро посмотрел на братьев. — Марко и Винченцо заходят через черный ход, используя коды, которые подготовил Лоренцо. Камилла, ты будешь вести их по камерам, отключая слепые зоны. Лоренцо подстрахует тебя и заблокирует связь клуба с внешним миром, когда начнется зачистка.

Камилла уверенно кивнула, поправляя свой кулон-ключ.

— Сделаю в лучшем виде. Они даже не поймут, почему у них картинка на мониторах застыла.

— А я? — спросила я, глядя Алессандро прямо в глаза.

Он на мгновение замешкался, в его взгляде мелькнула тень беспокойства за мои еще не зажившие ребра.

— Ты будешь в фургоне с Лоренцо и Камиллой. Ты — наш голос. Ты знаешь всех приближенных Жукова в лицо. Если увидишь кого-то лишнего на камерах — сразу сообщаешь Марко.

— Я хочу всё видеть, Алессандро. — твердо сказала я. — Он знал про Игоря. Он лично подписывал документы на мою передачу.

Алессандро подошел ко мне и положил руку на плечо, слегка сжав его.

— Ты увидишь всё через мониторы. И именно ты дашь команду «финал», когда мы прижмем его к стенке. Это твой выход, Милена.

— Справедливо. — усмехнулся Винченцо, перезаряжая пистолет. — Мы сделаем всю грязную работу, а королева поставит точку.

— Что с ликвидацией? — уточнил Марко. — Просто пуля или...

— Нет. — отрезал Алессандро. — Нам нужно, чтобы это выглядело как послание. Александр должен понять, КТО за ним пришел, прежде чем испустит дух. Он должен передать «привет» твоему отцу в своем последнем звонке.

Лоренцо повернулся к нам, его лицо было освещено синим светом экранов.

— Я подготовил вирус. Как только Жуков попытается набрать номер твоего отца, звонок пройдет, но мы его запишем. Милена, ты сможешь сказать ему пару слов, прежде чем Марко нажмет на курок.

В кабинете повисла тяжелая, предвкушающая тишина. Это была не просто операция — это было начало конца империи Виктория Волкова.

— Выходим в двадцать ноль-ноль. — скомандовал Алессандро. — Все свободны. Милена, останься на минуту.

Братья и Камилла с Лоренцо вышли, переговариваясь на ходу. Как только дверь закрылась, Алессандро притянул меня к себе.

— Пообещай мне... — прошептал он, уткнувшись лбом в мой лоб. — что если что-то пойдет не так, ты не выскочишь из фургона.

— Ты же знаешь, что я не могу этого обещать. — улыбнулась я, касаясь его щеки.

— Ты невыносима, — он коротко и жадно поцеловал меня. — Но именно поэтому ты идеально вписываешься в нашу сумасшедшую семью.

— Идем, Алессандро. Пора показать моему отцу, что его угроза официально вышла на охоту.

Операция.

Ночь была липкой и душной. Мы сидели в фургоне, припаркованном в двух кварталах от клуба «Diablo». Внутри было темно, лишь синее свечение десятка мониторов озаряло наши лица. Лоренцо и Камилла работали в паре: их пальцы летали по клавиатурам с такой скоростью, что звук напоминал непрерывный дождь.

Я сжимала в руке подвеску, глядя на экран, где в режиме реального времени отображались тепловые сигнатуры внутри клуба.

— Мы внутри. — раздался в наушниках холодный голос Алессандро. — Марко, Винченцо, статус?

— На позиции. Поднимаемся по пожарной лестнице. — отозвался Марко. — Тут воняет алкоголем и дешевыми понтами. Всё как обычно.

— Камилла, твой выход. — скомандовал Лоренцо.

— Отключаю сектор Б. Камеры на петле... сейчас, — Камилла щелкнула клавишей. — Мальчики, у вас есть тридцать секунд чистой зоны. Бегите.

Я видела на мониторе две тени, скользнувшие по техническому этажу. Моё сердце колотилось где-то в горле.

— Вижу Жукова. — прошептала я, указывая на монитор с камерой из VIP-зала. — Он сидит в углу и нервничает.

Александр Жуков выглядел именно так, как я его помнила: холеный, в костюме стоимостью в небольшую квартиру, с тяжелым перстнем на указательном пальце. Человек, который продал мою жизнь, даже не моргнув глазом.

— Он встает. — заметила Камилла. — Милена, ты была права. Он идет к балкону.

— Всем приготовиться. — голос Алессандро стал стальным. — Лоренцо, перехват связи.

Александр вышел на балкон, окутанный ночным небом Генуи. Он достал сигарету и набрал номер.