Отдел скрытых дел

Машина тронулась, и мне ничего не осталось, как просто поудобнее устроиться в кресле. Окон не было, чтобы посмотреть по сторонам, поэтому оставалось только прислушиваться. Машина пока не разгонялась, просто плавно выруливала по парковке, потом вверх по пандусу и дальше вроде как покатилась шустрее. Значит, не через забитый пробкой двор поехали, а где-то в другом месте.

Но всё равно было как-то нервно. Я толком-то в принципе не осознал, что со мной происходит, а ещё и подгоняют. Показалось, что услышал собачий лай и мысленно чуть ли не вернулся в момент прошлой аварии. Так и казалось, что сейчас врежемся в этого оржавенника — человека-пузо-гору, и кто-нибудь прыгнет на крышу, разодрав её когтями.

Я постучал в окошко к водителю, но никакого ответа не получил. Пожав плечами, полез исследовать содержимое кузова. Сейф был похож на оружейный и закрыт на какой-то настолько хитрый замок, что я даже не понял, где он находится. Только сбоку обнаружил ярко-жёлтую наклейку со знаком радиации. Трилистник или пропеллер с маленьким чёрным черепом внутри, вместо стандартного круга. Надпись сверху: DANGAR, а снизу — NECROTIUM (Nc-13).

Возможно, тот самый «некронит», про который я уже слышал и даже использовал против Демида. Сейф выглядел достаточно толстым, но как-то сразу захотелось отсесть от него подальше. И пока я топтался, нашёл ещё небольшой ящик под сиденьем. Открытый и с вполне обычным содержанием: внутри нашлись пара фонарей, набор стандартных автомобильных инструментов и несколько пар защитных перчаток. Правда, совсем не для ремонта, а скорее военные тактические или в крайнем случае защитные мотоциклетные.

Больше ничего интересного не нашлось, и после ещё одной нерезультативной попытки достучаться до водителя, я вновь оказался в кресле. На всякий случай пристегнулся и попытался хоть как-то понять, куда мы едем. Скорость то увеличивалась, то падала вплоть до минутных стояний. Слышался гул других машин и периодический писк светофоров.

Значит, мы ещё в городе. На оживлённо-пробочной трассе. Направление я уже давным-давно потерял и определить даже не пытался, но на длинную и скоростную трассу мы так и не выехали. А затем и вовсе стали медленно с явным ограничением под сорок или даже двадцать вилять по каким-то коротким улочкам.

По ощущениям дорога заняла чуть больше часа. В какой-то момент мы остановились, водитель посигналил и под скрип металлических ворот даже с кем-то перекинулся парой слов. Нас пропустили, и метров через двести, машина остановилась окончательно. Двигатель выключился, а окно между мной и водителем приоткрылось на пару сантиметров, и суровый голос произнёс: «Можно выходить. Вверх по ступенькам. Здесь уже не потеряетесь».

Что-то щёлкнуло, и боковая дверь поехала в сторону. Я зажмурился, переходя от света тусклых лампочек к яркому солнцу, и выбрался наружу. Сразу же увидел ступеньки под ногами, но торопиться не стал и, как только глаза привыкли, осмотрелся.

Прямо передо мной высилось кирпичное здание этажей на пять. Либо очень старое, либо с маскировкой под старину. В последнее время таких много развелось. Берут старую фабрику или завод, реставрируют и переделывают под арт-пространство, бизнес-центр или даже жилые лофты.

Вот я сейчас оказался на похожей территории. Красные стены, старый кирпич, большие арочные окна на первом этаже, маленькие форточки на верхних, башенки и прочие декоративные элементы на стенах. Сбоку ещё одно здание без окон, но с высокими воротами. За ним возвышалась такая же старая, кирпичная труба котельной, и торчали крыши ещё как минимум десятка разных строений. Вокруг высокий кирпичный забор, без колючей проволоки, но с камерами на столбах.

Кажется, мы не особо далеко уехали из центра. Возможно, я даже не один раз проходил мимо этого забора, совершенно не задумываясь, что за ним.

За спиной открытая парковка, где среди стабильно тонированных дорогих иномарок я узнал знакомый «Додж Челленджер». У ворот я заметил двух охранников, практически близнецов тех, кто был у меня в палате. А больше на улице никого не было. В принципе, рабочий день в самом разгаре, некогда кромникам на улице прохлаждаться.

Я прикрыл глаза, подставив лицо тёплым, солнечным лучам. Непонятно, кто я, где я, зачем я, но новый тайный мир уже тоже начал будоражить. Цеплять те уголки моей души, для которых каждая тайна — это вызов, а новое испытание — это не страх выхода из зоны комфорта, а лишь шаг к чему-то новому и интересному.

Посмотрим, разберёмся. Структура интересная, так сказать, с историей. Оперативники серьёзные — я опять посмотрел на «Додж», а заодно и Марьяну вспомнил. А ещё вспомнил свой первый день на старой работе. Сколько во мне было энергии, ожиданий и стремлений, что-то изменить. И вроде получалось.

Водителю, видимо, пофиг было на мои мечтания и стремления, но и уехать, не проводив меня за дверь, он не мог. Крякнул сигнал, поторапливая меня, и я сделал шаг вперёд. Посмотрел на вывеску: бизнес-центр KROMA GROUP, и пошёл к дверям.

Глава 9

Тяжёлая входная дверь, будто специально созданная для трёхметровых гигантов, подалась с трудом. И заскрипела так громко, будто я не в щёлочку протиснулся, а с ноги дверь долбанул. Я непроизвольно зажмурился, представив, как все в здании резко обернулись и уже на меня смотрят. Причём с недовольным видом и вопросом, что за хрен тут грохочет.

Но нет.

Я оказался в тесном холле, перегороженном стеной с единственным зарешеченным окошком, где скучал одинокий кромник, который даже голову не поднял на моё появление.

Потолок был высоко, и перегородка доходила только до трёхметровой высоты. По верхам были видны стальные колонны, коробы вентиляции под потолком и яркие лампы, но не сам офис ордена. Только приглушённые звуки стандартной офисной работы: где-то гудел принтер, кто-то яростно издевался над клавиатурой, выстукивая чуть ли не классическое произведение, написанное для рояля, кто-то говорил, но в обрывках фраз разобрать ничего было нельзя.

Пахло выпечкой, но не пончиками, а скорее сосисками в тесте или жирными такими беляшами и растворимым кофе. Несмотря на вентиляцию и высокие потолки, было довольно душно.

Две стальных двери с магнитными замками вели куда-то вглубь здания, у стеночки сиротливо стояли три деревянных стула, объединённые в одну секцию, а на стенах были развешаны стенды с информацией, плюс в углу что-то типа уголка пожарной безопасности. И всё — больше в холле ничего не было, видимо, новый мир решил открываться для меня по частям.

Я посмотрел на кромника, стоявшего за решёткой. Форма была похожа на обычную полицейскую повседневку, только цвет тёмно-серый. На голове была бейсболка с нашивкой в виде щита, окружённого венком, возможно, дубовым. По центру щита шла линия — видимо, та самая их предел-граница, а по бокам от неё были руны. В основании венка я смог прочитать надпись на плашке: «МЕЖДУ СИЛОЙ И ГИБЕЛЬЮ». Шеврон на плече дежурного выглядел также, только вроде бы без надписи.

Сам дежурный был в возрасте, но выглядел крепким и жизнерадостным. В узкой клетке ему явно было тесно. По крайней мере, в моём воображении так и просилось отправить его в поле, дать косу и так, чтобы один колосок непременно в зубах.

— Добрый день, — осторожно сказал я, подходя к стойке и пытаясь разглядеть пространство за спиной у кромника.

— А! Новенький, — добродушно поприветствовал меня дежурный. — Тот самый?

Я уклончиво пожал плечами. Может, тот, а может, и не тот. Кто знает, что в этом мире творится.

— Располагайся, придётся немного подождать.

Дежурный махнул на стулья, немного замялся, явно борясь с желанием порасспрашивать меня о происшедшем, но, вздохнув, не стал. Опять же кто знает, может, там очередные протоколы. Хотя мужик выглядел более чем дружелюбным и вполне словоохотливым, ну или как минимум ему банально было скучно.

«Немного» затянулось как-то довольно надолго. Я сам уже заскучал, уже наверно трижды изучив скромную обстановку холла. На стене висел стандартный информационный щит с кучей объявлений и приказов мелким шрифтом. Следом за ним доска в духе «Внимание, розыск», но заголовок был другой: «ВЫШЛИ ЗА ПРЕДЕЛ». Мест под анкеты было человек на двадцать, но сейчас стенд пустовал.

В основном только кнопки с прилипшими к ним обрывками бумажек и всего одно объявление, с которого на меня смотрела симпатичная блондинка. Как-то хреново смотрела, даже сквозь плохо напечатанную чёрно-белую картинку, взгляд казался злым, и даже голова начала болеть.

Я прочитал текст объявления, не стесняясь делать это с открытым ртом:

Разыскивается полудница по прозвищу «Белая Марфа».

Возраст: около 170 лет внешне выглядит на 30–35.

Опасна. Розыск второй категории.

Разыскивается за убийство работников строительных компаний в районе заброшенного совхоза «Ясные поля». Подтверждено семь случаев тяжёлых увечий, подстроенных под несчастные случаи, и три смерти.

Носит старое льняное платье и широкополую соломенную шляпу.

При обнаружении избегать открытых пространств в период с 11:00 до 15:00. Не вступать в переговоры без поддержки специалиста по архетипам Дома Жара.

Я, как обычно, мало что понял, но в мозаику изучения нового мира добавил полудениц, Дом Жара и приколы с возрастом. От нечего делать дважды перечитал объявление, а потом пошёл изучать пожарный щит. Не особо стандартный, там помимо двух огнетушителей было ещё несколько баллонов и распылителей, а рядом висели два полных костюма химзащиты. Или какой-то другой защиты.

Я уже начал откровенно скучать, а будь деревянный стул удобнее, то, наверное, и уснул бы. Но тут за входной дверью послышался визг тормозов, топот ног и дверь распахнулась так, будто теперь её реально с ноги пнули. В холл вошли два кромника, больше похожих на каких-то очень недобрых футбольных фаната, и затащили за собой согнутое тело с задранными за спиной руками в наручниках.

К самим бойцам кромников, будто специально отобранным на кастинге на роль голливудских ЧВКшников и спецагентов из отдела по борьбе с наркотиками, я уже начал привыкать. Спортивные и подтянутые, дерзкие и опасные.

А вот арестант выглядел сильно иначе. Во-первых, на нём было мало одежды: расстёгнутая и порванная белоснежная рубашка с красными пятнами, брюки и всего один носок. Во-вторых, он совершенно не походил на бойца, наоборот, весь какой-то прилизанный и до приторности утончённый. Это на мой взгляд. Думаю, многие женщины посчитали бы его этаким эталонным мачо-красавчиком и героем-любовником.

Это, конечно, до момента, как его избили при задержании. Ну или он с балкона упал, когда спешно покидал спальню какой-нибудь замужней женщины. Всякое бывает, знаем, проходили.

Нос распух и перекошен, под глазами синяки, на скуле кровоподтёк. Сейчас его в рекламу средства для бритья не позовут, а вот раньше вполне. Мне даже показалось, что именно его когда-то там и видел.

Задержанный застонал, когда его довольно небрежно ткнули мордой о стол, но дежурный даже бровью не повёл.

— Попался, наконец, — с улыбкой произнёс он, открыв дверь кромникам.

Я краем глаза успел рассмотреть, куда повели побитого — на мгновение открылся большой зал со стальными колоннами и кучей рабочих мест. Этакий опенспейс в лофте с кучей непонятных предметов на столах и стенах, которые я разглядеть не успел. Вроде рога чьи-то над одним из столов висели.

— За что его? — я подрулил к стойке, как бы невзначай поддержать разговор.

— Так это летун, — с презрением сплюнул дежурный. — Долетался, козлина.

— В смысле?

— Ну, летун, — дежурный посмотрел на меня так, будто я сразу должен был всё понять, но я лишь пожал плечами. — Он же огнезмей.

Я ещё раз пожал плечами и улыбнулся, напоминая, что я новенький и настолько зелёный, как весенняя травка.

— В общем, — кивнул дежурный. — У него архетип огненного змея. Его ещё змей-любак кличут или, тьфу, прелестник. Короче, демон, который принимает облик умершего мужа или уехавшего надолго. Там главное, что жена тоскует, а тут этот. Соблазняет и пользуется. Да и ладно бы просто поматросил, так он жизненные силы тянет. Питается ими, пока до смерти не доведёт.

— Сурово, — кивнул я. — И что с ним будет теперь?

— Рожа свежая, не припомню, чтобы раньше попадался, — задумался дежурный. — Зависит от того, скольких успел попортить. Но на двадцатку точно присядет или пока не перевоспитается.

— А там кто? — я кивнул на стенд с разыскиваемой полудницей.

— Это Марфа, — вздохнул дежурный. — Хорошая девка, не повезло ей просто. Совхоз, который она негласно курировала, давно закрылся. Земли сейчас выкупил какой-то коммерсантишка, решил курорт строить. Вот она и не удержалась, а теперь в бегах.

Дежурный ещё раз вздохнул и склонился к столу, начав перебирать какие-то бумажки, а мне ничего не осталось как вернуться дальше полировать стул и мерить шагами холл. Прошёл ещё где-то час, когда меня, наконец, окликнул дежурный.

— Просыпайся, это за тобой!

Пискнул электронный замок, и дверь в смежное помещение отворилась. На пороге застыл парень, одетый примерно так же, как и я. То есть в джинсы, футболку и толстовку, прикрытую сверху коротким халатом (не медик, но какой-то техник), но ногах облегчённые берцы, на груди медальон в виде крупного, возможно, медвежьего когтя. Лицо приятное, отчасти шкодливое — вроде свой парень, но за которым лучше приглядывать, чтобы не получить кнопку на стуле или белый отпечаток руки на спине. На носу модные по современным меркам очки, и причёска в таком же стиле: выбритые виски и густая лохматая «шапка», а некоторые локоны ещё и вьются.

— Сорян, чувак, залип на работе, — виновато улыбнулся парень и протянул для пожатия левую руку.

Только сейчас я заметил, что с правой у него какая-то беда. Он её немного поджимал к себе, а из рукава выглядывали только кончики пальцев. Выглядели они странно, будто на них надеты латунные напёрстки.

Парень заметил мой взгляд и усмехнулся, а потом задрал рукав, продемонстрировав очень странный металлический протез. Не современное, гладкое, синтетическое и карбоновое, а в духе стимпанка, собранное из отдельных пластин, шестерёнок, трубок, да ещё и с инкрустацией драгоценными камнями. На уровне запястья было вмонтировано что-то светлое и прозрачное, возможно, что и алмаз. А ближе к локтю блестели две полоски из нефрита.

Парень поднял руку и в некой демонстрации помахал пальцами, потом поднял большой палец, сделал галочку, а закончил рокерской «козой».

— Круто, да? — с улыбкой спросил парень.

— Не то слово, — уважительно кивнул я.

— Это я сам собрал, — ещё больше заулыбался парень. — Меня зовут Илья Кривцов. Можно просто Слот.

Он вновь протянул руку, но всё равно левую.

— Алексей, — пожав руку, ответил я. — Можно просто Лёша. А почему Слот? — ляпнул я, прежде чем задумался насколько это вежливо.

— Типа однорукий бандит, — Илья с улыбкой снова изобразил рокерскую «козу» и тряхнул головой. — Как слот-машина, если в переводе. Ну если дальше перевод копать, то слот — это отверстие. А мой профиль как раз пролезать или вскрывать любые щели, включая замочные скважины.

— А это? — я кивнул на протез.

— А это неудачный опыт и одновременно напоминание, что не во все щели нужно лезть, — усмехнулся Слот. — Ловушку с некронитом не заметил. Выжил только потому, что коллеги помогли, по-быстрому ампутировали. В общем долгая история.

Я кивнул, мысленно усмехнувшись тому, как здесь все любят помогать.

— Ладно, — нахмурившись и постучав себя по лбу, сказал Слот. — Шеф сказал встретить тебя, потом в отдел кадров на оформление, потом в отдел снабжения рабочую экипировку тебе подобрать, плюс что-то по гражданке...

При всём своём умно-техническом виде всё это Илья перечислял, будто вспоминал с трудом. Похоже, все эти мирские дела мало интересовали юного техника. Хотя насчёт юного я теперь был не очень уверен.

— Потом уже в отдел, — добавил Слот и вопросительно посмотрел сначала на меня, затем на дежурного. — Вроде бы ничего не забыл?

Я уже стандартно пожал плечами, внутренне взбадриваясь от предстоящего включения в работу. А вот у дежурного версия была.

— Про обед забыл, — хмыкнул кромник. — Столовка-то скоро закроется.

— Точняк, — хлопнув себя по лбу здоровой рукой, воскликнул Слот. — Чувак, ты же не торопишься никуда? Давай похаваем сначала, а?

— Давай, — согласился я, вспомнив, что и сам-то уже не ел, считай, несколько недель. Зато кормил пиявок, но это решил особо не вспоминать.

— Всё, я его забираю, — сказал Слот дежурному. — Отворяй ворота!

— Удачи на новом месте!

Кромник улыбнулся мне и скрипнул какой-то кнопкой на столе. Пискнул электронный замок, и дверь в общий зал приоткрылась. Я вдохнул, запуская внутреннюю камеру, чтобы всё начать фиксировать, и тут же выдохнул, когда Слот дёрнул меня за рукав в сторону боковой двери. Я только и успел разглядеть спины с затылками, уткнувшимися в мониторы. Стеллажи с картотеками, большой экран под проектор на стене и лестницу, ведущую на второй этаж. А там отдельный кабинет за стеклом, где могло сидеть начальство.

Показалось, что я поймал чей-то внимательный взгляд из глубины кабинета, но Слот торопил. И дальше перед глазами уже только дверь, коридор и запахи еды, от которых мой исследовательский пыл сдался перед голодом.

Столовка была типовой. Длинные столы с лавками, за которым отдельными кучками сидело суммарно человек двадцать. Разношёрстная компания: мужчины, женщины, седые старцы и, наоборот, молодёжь типа нас со Слотом и даже какие-то совсем уж школьники. Дальше гора разноцветных пластиковых подносов и линия раздачи с довольно неплохим выбором. Неплохим по количеству, а не по самому выбору. Я как будто в рай для ЗОЖника попал, ну или в ад для тех, кто украдкой таскал беляши с собой на работу. Предлагалось несколько видов мяса, в основном варёное, тушёное и чуть ли не пареное, много-много овощей, включая икру заморскую кабачковую. В зоне напитков стоял здоровенный самовар и несколько деревянных бочонков.

— Квас обязательно возьми, — шепнул Слот, заметив, куда я смотрю. — Бодрит не хуже энергетиков. А уж поверь, я в них толк знаю. И пирожки попробуй!

Ага, про ад для холестерина это, может, я и поторопился. Как говорится, у страха глаза велики — к концу ленты появились и копчёности, и пельмени, и целых три горы пирожков.

— Слушай, — прошептал я в ответ Слоту, — а денег-то у меня нет.

— Забей, здесь и кассы-то нет. Для сотрудников бесплатно, а чужие сюда и не попадут.

— А что за дети, — я кивнул на «школьников», засевших тремя разными группами по разным концам столовой.

— Отпрыски Домов, — сморщился Слот. — Они здесь на сертификации. Скоро свалят уже, так что не обращай внимания.

— А вон там кто? — прошептал я, покосившись на трёх очень худых пожилых женщин, похожих на реальных ведьм, но с налётом тяжёлых офисных тродобудней. Этакая адская бухгалтерия.

— Потом, — сквозь зубы пробурчал Слот, набирая себе брокколи с горочкой. — Услышать могут.

Я вздохнул, чувствуя себя ребёнком-почемучкой, готовым задать, наверное, тысячу вопросов. Сосредоточился на еде. Первое, второе и компот. То есть тарелка жгучего рассольника, пельмени с горкой сметаны и квас. Ну и куда же без пирожков и, наверное, самого свежего и вкусного хлеба, который я когда-либо пробовал.

На самом деле всё оказалось выше всяких похвал. Свежее, натуральное, с явным ярлычком фермерско-деревенское. Когда мы добрались до компота с пирожками, а «ведьмы» покинули столовую, Илья, наконец, решил поговорить.

— Короче, это из финансово-экономического управления, по-вашему, что-то типа ОБЭПа, ну или налоговой, — сказал Слот. — Среди Домов много кто, пользуясь силой, пытается бизнес строить. А людей и без «Искры» обмануть легко. Плюс, незаконная торговля артефактами, финансирование запрещённых культов, рынок некронита. В общем, они, — Илья кивнул на дверь, в которую удалились «налоговики», — везде, где есть деньги.

— А вон те бледнолицые, кто такие? — я махнул пирожком в сторону двух амбалов, занявших сразу целую лавку.

— Ха, бледнолицые, смешно, — хрюкнул Слот, подавившись квасом. — Только в лицо это им не говори. Так-то у них архетип заложных покойников, это типа упырей, но вполне адекватные. Дома из таких часто наёмников набирают, а у нас они ликвидаторами работают.

— Кого ликвидируют?

— Последствия, — усмехнулся Слот и кивнул на вход, куда торопилась группа мужчин и женщин, которых я по своей классификации называл: киношные боевики. — Это одна из боевых групп по поиску диких «Искр» и контроля одиночек. Чистые охотники. Тормозят новорождённых, отлавливают потеряшек.

— И что много таких, — я запнулся, показалось, что один из охотников, по кастингу похожий на Сталлоне в фильме «Кобра», подмигнул мне и кивнул, — потеряшек?

— Последние лет сто мало, — вздохнул Слот. — Но нет-нет, а какой-нибудь турист или грибник заплутает да нарвётся на не развеявшийся след какого-нибудь лешего, или в заброшке, кто домового подхватит.

Я похлопал глазами, закинув в свой воображаемый пазл ещё несколько знакомых, но не явных для меня сейчас терминов.

— А там, — Слот легонько кивнул себе за спину и с явной грустью произнёс, — парни из научного отдела сидят. Они «Искры» изучают, их природу, навыки. Нормальные ребята, я к ним как-то перевестись хотел, но забил. Там с фантазией у них плохо.

Я немного сдвинулся, выглядывая из-за Слота, и посмотрел на четверых ещё больших «чуваков», нежели сам Слот. Такие же халаты с оттянутыми карманами, забитыми какими-то ручками и пинцетами, большие очки и растрёпанные шевелюры. Прямо видно было, как часто они в задумчивости чешут свои лбы. Ну и возраст явно в разы больше, чем у Слота. У половины уже седина в бородах и на висках.

— Прикольно у вас здесь, — пробормотал я в ответ на ожидавший какой-то моей реакции взгляд Слота.

— Не то слово, — хмыкнул Илья, — но это ты ещё и десятой части не видел. Ладно, доел? Надо успеть в отдел кадров, а то они любят сокращённый день себе устраивать.