Элитная школа «Сигма». Будь как они.

Я молча смотрела, как они загружают мои вещи в багажник, и не могла поверить, что это такси вот-вот увезёт меня в новый, неизвестный мир.

Когда водитель убрал чемоданы в багажник и выжидающе замер у моей двери, я поняла – пора. Посмотрела на опекуна, и он, грустно улыбнувшись, крепко меня обнял и поцеловал в лоб.

На глазах сами собой навернулись слёзы, и я поспешила сесть в машину. Водитель закрыл дверь, мы с Сергеем Викторовичем помахали друг другу, и он отвернулся.

Бросив на него прощальный взгляд, я смахнула пробежавшую по щеке слезу и, гордо вскинув подбородок, уставилась вперёд.

Меня ждал мой новый дом – школа-пансион «Сигма».

***

Интерлюдия. Кабинет Сергея Викторовича

Кабинет Сергея Викторовича был образцом порядка:

Вдоль левой стены выстроились книжные шкафы, на полках которых были аккуратно расставлены какие-то книги, папки, юридические кодексы и справочники.

Вдоль правой – гостевой диван, кресло и журнальный столик для редких чаепитий.

Центр комнаты занимал массивный дубовый стол с отполированной до блеска поверхностью, на котором, дополняя друг друга, расположились ноутбук и кожаный блокнот с перьевой ручкой. Сбоку стояла настольная лампа.

И только плотные строгие шторы были небрежно задёрнуты, создавая в кабинете уютный полумрак.

Хозяин кабинета сидел за своим столом и внимательно смотрел на своего собеседника. В позе Сергея Викторовича читалась собранность и готовность к непростому разговору.

Обычно в кресле напротив сидела Аня – здесь они с Сергеем Викторовичем обсуждали самые важные и острые вопросы. Но в этот раз её место занимал другой человек – мужчина в тёмном костюме.

Его лицо скрывал полумрак, но то, как уверенно он держался, подсказывало – он частый гость в этом кабинете.

— Ну что, Сергей, — протянул мужчина. — Мы сделали свой ход. Спрятать Аню под носом этих ублюдков – отличная идея.

— Ну не знаю, — покачал головой Сергей Викторович. — Если бы не воля её отца, я бы вообще не стал впутывать девочку в это дело, но по-другому никак.

— Вот именно, — кивнул мужчина. — По-другому никак.

— Но на сердце всё равно неспокойно, — вздохнул Сергей Викторович. — В школе ей грозит серьёзная опасность.

— Ей будет грозить опасность, где бы она ни находилась, — покачал головой мужчина. — В Сигме она будет хоть немного под присмотром.

— Может, нам надо было сказать ей правду? — глухо произнёс Сергей Викторович. — Чтобы она заранее была ко всему готова?

— И сорвать всё, что мы готовили десять лет? — удивился его собеседник. — Она бы отказалась ехать в школу, зная, что там ей грозит опасность. А это наш единственный шанс. Ты всё правильно сделал, Сергей.

— Только от этого на душе не легче. Если с ней что-то случится…

— С ней уже всё случилось, — жёстко перебил его собеседник. — Она потеряла родителей. И это ничто по сравнению с тем, что стоит на кону сейчас!

Сергей Викторович медленно выдохнул, сжал кулаки и словно выпрямился изнутри. В его взгляде не осталось и тени сомнений, будто тех минут слабости и не было вовсе.

— Ты прав, — кивнул он. — Она в любом случае оказалась бы в Сигме. Пусть лучше попадёт туда заранее. Освоится и найдёт друзей…

— Что по безопасности? — уточнил собеседник.

— Всё стабильно. Наши агенты продолжают работать в школе и за её пределами, — отчитался Сергей Викторович. — Про «нового ученика» они в курсе, но личность им неизвестна. Пока что никому лучше не знать про Аню, чтобы не привлекать к ней лишнего внимания.

— Всё правильно. А про то, что она новенькая им известно? А то быстро догадаются.

— Нет, — уверенно ответил Сергей Викторович. — Мы дали информацию, что теперь один из учеников сотрудничает с нами, и они должны быть готовы среагировать в любой момент. О том, новый это ученик или старый, мы им не сообщали.

— Отлично. Если всё пойдёт по плану, то у нас будет время, чтобы как следует подготовиться. Главное, чтобы Аня ненароком не узнала правду про своих родителей и про то, что происходит в этой школе.

— Согласен, — кивнул адвокат. — Всему своё время.

— Ладно, перейдём к другим нашим делам. Нужно обсудить ещё пару моментов, — мужчина подался вперёд, и настольная лампа выхватила из полумрака резкие черты его лица.

Сергей Викторович коротко кивнул, достал из ящика папку и, открыв её, скользнул взглядом по нужной странице.

Разговор обещал быть серьёзным. Ведь на кону стояло слишком многое.

Глава 4

Когда машина свернула с однообразной загородной трассы в зелёный сумрак леса, я машинально подалась к окну. Сердце забилось сильнее – мне не терпелось наконец увидеть школу, о которой было столько разговоров.

Всю дорогу меня не отпускали тяжёлые мысли:

Как пройдёт мой первый день? Какими окажутся мои одноклассники? Как мне держаться, чтобы не выглядеть чужой?

Вопросы рождались один за другим, цепляясь друг за друга, словно звенья одной тревожной цепи.

Но сейчас, наблюдая, как берёзовая роща постепенно сменяется густым сосновым бором, я заставила себя отвлечься. Чтобы заглушить волнение, я решила подумать о плюсах и минусах спрятанной в лесу школы.

С одной стороны – уединение с природой и свежий воздух, с другой – комары, неприятная живность и непростая логистика. Я невольно усмехнулась – уверена, в презентациях для родителей администрация упоминает только первое.

Когда мои мысли ненароком переключились на возможных обитателей этого леса – интересно, водятся ли здесь волки или медведи? – картинка за окном наконец-то сменилась, и меня тут же вернуло в реальность.

За окном появилось большое светлое здание, похожее на старинную усадьбу, но обновлённую до идеального состояния. Винтажные изгибы фасада сочетались с современными стеклянными вставками, новой крышей и безупречно выкрашенными стенами. Всё выглядело дорого, ухоженно и так, будто сюда совсем недавно вложили много денег и труда.

Здание было вытянуто в форму буквы «П», и сейчас мы как раз заезжали во внутренний двор. С одной стороны его украшал ухоженный сад – аллеи, кусты, клумбы, а с другой стороны находилась спортивная площадка: футбольное поле, площадка для баскетбола, тренажёры, беговая дорожка и даже небольшая зона для воркаута.

Такси притормозило у въезда на территорию школы, и я увидела приветственную табличку с изображением школы. Я уже видела эту фотку на сайте школы, но сейчас, от осознания того, что я наконец-то оказалось в этом месте, у меня по спине пробежали мурашки.

Машина тем временем проехала мимо спортивной площадки и остановилась у главного входа.

— Приехали, — раздался голос водителя.

Я уже потянулась к двери, готовая выскочить наружу, но вовремя остановила себя и дождалась, пока водитель сам откроет мне дверь и подаст руку.

Оказавшись на улице, я дождалась, когда водитель вынесет мои чемоданы, проводила такси взглядом – словно прощаясь с последней ниточкой, связывающей меня с домом – и осмотрелась вокруг.

К школе одна за другой подъезжали дорогие машины. Из них выходили ученики разных возрастов – уверенные, расслабленные, словно это место принадлежало им по праву. Они прощались с родителями, встречались с друзьями, крепко обнимались и громко смеялись.

Стильная одежда, дорогие телефоны и украшения, на которые они даже не обращали внимания – всё это дополняло картину богатства, успеха и беззаботности.

И на их фоне я вдруг почувствовала себя особенно чужой.

— Соберись, Миша, — прошептала я себе под нос.

Положив ладонь на ручку чемодана, я слегка покачала его и мысленно улыбнулась себе:

Может и у меня получится стать частью этого мира – мира уверенных улыбок и людей, которые привыкли чувствовать себя на своём месте…

В следующую секунду кожу будто слегка кольнуло ощущение чужого внимания.

Я осторожно, будто просто оглядываюсь по сторонам, повернула голову и заметила мужчину в чёрном костюме. Он стоял возле дорогущего автомобиля и смотрел на меня так пристально и холодно, будто я была его личным врагом. Но стоило нашим взглядам пересечься, как он тут же надел солнцезащитные очки и сел в машину, лишив меня возможности разглядеть его черты.

Мгновение, и его автомобиль, сытно рыча движком, медленно проехал мимо меня. Всматриваться в тонированные стёкла было бесполезно, и я отвернулась.

В памяти всплыли слова адвоката о безопасности, и я поймала себя на том, что я смотрю вслед машине дольше, чем следовало. Занервничав, я непроизвольно потянула к себе один из чемоданов, из-за чего второй, стоявший рядом, качнулся и упал на землю. А за ним полетела и стоявшая на нём сумка.

Я наклонилась за сумкой, а когда выпрямилась, мой чемодан уже стоял на колёсиках, а поднявший его парень с улыбкой смотрел мне в глаза.

Подтянутый, с аккуратно подстриженными светло-русыми волосами, голубыми глазами и проницательным взглядом – он сразу же располагал к себе.

— Спасибо, — улыбнулась я, машинально поправляя волосы, которые растрепались от ветра.

— Да не за что, — он сдержанно улыбнулся, а после протянул мне руку. — Я, кстати, Костя.

— Мишель, — с уверенной улыбкой – ещё бы, ведь я столько тренировалась! – произнесла я и протянула руку в ответ. — Можно просто Миша.

— Миша, — повторил он, будто проверяя, как звучит имя. — Прикольно. Очень необычное и красивое имя, — он аккуратно пожал мне руку, задержав взгляд чуть дольше, чем того требовал формальный этикет. — Ты новенькая?

Хорошо, что я умею выдерживать взгляды, не отводя глаз. Его пристальный взгляд меня не смутил – скорее, заинтриговал. К тому же, он не позволил себе ни одной глупой шутки по поводу моего имени, за что я невольно поставила ему мысленный плюс.

— Да, новенькая. — пожала плечами я. — А что, заметно?

— Немного, — он чуть усмехнулся. — Просто, когда подъезжал, обратил внимание, с каким интересом ты смотришь на школу. Большинство либо сразу идут внутрь, либо с кем-то встречаются. Только новички разглядывают тут всё.

Надеюсь, что моего провожающего взгляда за той машиной он не заметил.

— Получается… — протянула я, стараясь, чтобы голос звучал как можно более непринуждённо. — Ты тоже новенький?

— Да, — кивнул он и, быстро оглянувшись по сторонам, чуть подался вперёд и с улыбкой признался. — И если честно, чувствую себя здесь немного не в своей тарелке. Хочется плюнуть на всё и сбежать.

Ох, как я его понимала.

Хотя, если уж сравнивать, то моя «тарелка» в разы неуютней. Он хотя бы обычный ученик, попавший сюда нормальным, понятным путём. Ему не нужно каждый день следить за словами, играть роль, притворяться тем, кем он не является, и постоянно бояться, что однажды кто-то заметит фальшь.

— Тогда добро пожаловать в клуб, — усмехнулась я. — Будешь третьим.

— А кто второй? — прищурился Костя.

— Мой чемодан, — кивнула я на багаж. — Он же тоже хотел сбежать.

Мы рассмеялись – легко, но при этом немного неловко, как это бывает при первом знакомстве, когда хочется выглядеть нормально и не сказать ничего лишнего.

Затем Костя взял мой чемодан за ручку.

— Тогда давай помогу. А то он у тебя слишком самостоятельный.

— Спасибо, — улыбнулась я и, подхватив второй чемодан, покатила его за собой.

Костя повёл меня к главному входу. В тот самый мир, который уже успел показать мне своё парадное лицо – и едва заметную тень за ним.

Внутри школа оказалась даже более впечатляющей, чем снаружи. Когда мы зашли, я чуть не открыла рот от удивления.

Мы попали в настоящий парадный холл, где каждая деталь будто шептала о вековой истории этого здания, но при этом выглядела стильно и современно.

Первым в глаза бросился огромный каменный глобус, стоящий справа. Он возвышался над всеми нами, и мне на мгновение даже стало страшно, что он сорвётся с креплений и покатится по холлу. Прямо до конца, туда, где находились дубовые двустворчатые двери и ведущая на второй этаж массивная лестница с идеально отполированными перилами.

Мраморный пол сиял, отражая свет хрустальной, похожей на звёздный водопад, люстры. Но сквозь весь этот сверкающий блеск пробивался глубокий оттенок тёмной древесины – в дверных проёмах, в панелях лестницы, в высокой, строгой мебели.

Это выглядело не просто богато, а… величественно!

Следующее, что мне бросилось в глаза, помимо общего интерьера – был огромный, висящий над лестницей герб школы.

Сложно было с первого взгляда разобрать, что именно на нём было изображено, но я рассмотрела циркуль, книгу, скипетр и дерево. Выглядел герб внушительно.

Мы с Костей переглянулись, и я поспешно сделала вид, что меня это не так уж сильно и впечатлило. Хотя от осознания, что мне предстоит учиться здесь два года, по коже пробежали мурашки.

— Смотри, — Костя, мазнув взглядом по гербу, указал рукой на пространство слева от лестницы, где стоял стенд с вывеской «Новенькие». — Нам туда.

За стендом сидела женщина лет пятидесяти пяти с короткими светлыми волосами и в строгом костюме. Мы представились, и она, попросив нас показать документы, сразу же нашла наши имена в списке.

Закончив со всеми официальными процедурами, она представилась:

— Меня зовут Вера Акимовна, я управляющая жилой частью пансиона и заведующая хозяйственной частью школы.

Она внимательно посмотрела на нас с Костей и продолжила.

— Вы можете обращаться ко мне по вопросам проживания, питания, размещения и любым другим вопросам жизни в пансионе. Если что-то не понимаете – идёте ко мне.

Мы, не сговариваясь, понятливо кивнули.

Вера Акимовна напомнила мне воспитателей из детдома. Она показалась мне сдержанной, немногословной и даже немного строгой женщиной. Но при этом почему-то возникло ощущение, что она именно тот человек, который готов помочь в любой ситуации.

— Сейчас у вас заселение в комнаты и выдача школьной формы.

Вера Акимовна протянула нам небольшие буклеты.

— В 14:00 будет экскурсия по школе, в 15:00 – встреча всех новеньких с директором, а в 15:30 – знакомство с вашим классным. На все мероприятия приходить уже в форме. Сегодня все встречи начинаются у этого стенда.

Получив номера наших комнат, мы поднялись по впечатливший нас вековой лестнице на второй этаж. Оказалось, что все комнаты десяти- и одиннадцатиклассников располагались на втором этаже. Комнаты девочек – в правом крыле, а комнаты мальчиков – в левом.

Костя помог донести мои чемоданы до комнаты и поставил их перед дверью.

— Спасибо ещё раз! — искренне поблагодарила я парня. — Одна бы я долго тащила их по лестнице.

— Обращайся, — улыбнулся Костя. — И вообще, предлагаю первое время держаться вместе.

— Я – за.

К своему удивлению, я немного смутилась, но это вышло как-то случайно.

— Тогда увидимся в 14:00, — подытожил Костя, сделав вид, что не заметил моей минутной слабости. — Если будет нужна какая-то помощь, ты знаешь, где меня найти.

Я кивнула, а Костя, развернувшись, пошёл в своё крыло.

Проводив его взглядом, я поймала себя на том, что… улыбаюсь. Кажется, первое знакомство в новой школе прошло неожиданно нормально. И даже приятно.

Правда я ничего не знала о Косте – ни кто он такой, ни к какой группе относится – «умных» или «богатых». Но первое впечатление оказалось тёплым, спокойным и каким-то обнадёживающим. Если здесь есть такие люди, значит, всё не так страшно, как рисовало воображение.

Я открыла дверь и зашла в светлую, просторную комнату на двух человек с аккуратным свежим ремонтом.

Стены были окрашены в спокойные тёплые тона, а на полу лежал приглушающий шаги ковролин. У каждой кровати стояла тумбочка с небольшим светильником, а у стены – два одинаковых письменных стола с удобными на вид эргономичными креслами.

Почти всю правую стену занял высокий шкаф-купе с зеркальными дверцами, которые отражали почти всю комнату и делали её визуально больше. Слева находилась дверь в ванную комнату.

Своя собственная ванная! Я не могла в это поверить.

Ещё, сразу было видно, что одна половина комнаты уже заселена – на тумбочке лежали вещи, а на застеленной кровати валялись декоративные подушки. Вторая же половина была пока что… безликой, что ли?

Но это мы быстро поправим!

Я плюхнулась на свою кровать, и с удовольствием потянулась.

Сложно было поверить, что ещё совсем недавно над моей кроватью крошилась штукатурка, а сегодня у меня в комнате собственная ванная!

Всё это казалось мне волшебным сном, но расслабляться раньше времени я не планировала – ведь мне ещё предстояло знакомство с новой соседкой. И это ожидание неизвестности не давало спокойно выдохнуть. Какой она окажется? Смогу ли я найти с ней общий язык? Но больше всего меня волновало другое – не окажется ли моя соседка типичной богатенькой девочкой, которых показывают в фильмах…

Пару минут, которые я отвела себе на то, чтобы просто полежать и прийти в себя, ну и, возможно, дождаться новую соседку, истекли. Я поднялась с кровати и направилась в прачечную за школьной формой.

Выйдя из комнаты, я повернула по коридору направо. Если верить выданному буклету, прачечная находилась в самом конце крыла.

Очередь я увидела ещё издалека и сразу поняла, что спешить смысла нет. Подойдя к группе ребят, я узнала, кто последний, и встала в конец, мысленно надеясь не опоздать на встречу новеньких.

Во время томительных минут ожидания я ловила себя на том, что раз за разом прислушиваюсь и присматриваюсь к стоящим впереди ребятам – будто они были частью какого-то фильма, в который меня случайно пустили без билета.

Как они говорят, как себя ведут, что обсуждают – всё это было до жути интересно. В какой-то момент я даже поймала себя на следующей мысли:

А что было бы, если бы кто-то из них оказался в очереди в детском доме? Стоял бы среди моих ребят, слышал бы наши разговоры, наши шутки, видел бы наши разборки… Были бы мы ему интересны? Или нет?

Скорее всего, им было бы без разницы.

От них веяло ощущением людей, слишком занятых собой. Но не в плохом смысле. Складывалось впечатление, будто они живут в своём мире – в ярком, отлаженном, удобном – и всё за его пределами кажется им чем-то второстепенным, не заслуживающим внимания.

Они обсуждали летние каникулы, где одна страна сменяла другую, курорты звучали как названия глав в глянцевом журнале, а виды спорта, о которых они говорили между делом, казались мне чем-то экзотическим и далёким.

Иногда в разговоре мелькали слова о закрытых вечеринках, спонтанных поездках, поцелуях и громких ссорах. В этих фразах было столько лёгкости, будто их проблемы рождались не из реальности, а из скуки.

И где-то между шутками, смехом и громкими именами проскальзывали упоминания о родителях – не как о близких людях, а как о фигурах влияния, источниках денег, правил или раздражения.

Я настолько ушла в свои мысли, что не сразу заметила, как очередь постепенно рассосалась – внезапно оказалось, что передо мной осталась всего одна девочка. Она стояла чуть сгорбившись и уткнувшись в телефон.

Зато за мной стояло уже человек семь.

Я только было порадовалась, что очередь заканчивается, как в этот момент за спиной раздался громкий самоуверенный смех. Две девочки возникли словно из ниоткуда и без малейших колебаний встали чуть сбоку и спереди от меня.

— Маш, мы же встанем сюда, да? — сладко пропела одна из них, обращаясь к девочке, стоящей передо мной.

Две подошедшие фифы выглядели так, словно их собирали по одному шаблону популярности.

Первая – высокая, с идеально уложенными светлыми волосами. Чуть приподнятый подбородок, полуулыбка с оттенком превосходства и высокомерный взгляд, который словно говорил: «Мир подстроится».

Вторая – чуть ниже, с тёмными волосами, собранными в безупречный хвост, выразительными ресницами и холодным, цепким взглядом. В её движениях чувствовалась хищная уверенность.

Девочка в очереди – судя по всему, Маша – на секунду замялась, но всё же согласно кивнула.

Фифы, даже не посмотрев на меня, просто встали передо мной.

— Мы занимали, — бросила через плечо светленькая.

Причём сделала она это так, будто делала мне огромное одолжение.

Я машинально вскинула брови и хмыкнула себе под нос.

Мой опыт проживания в детском доме говорил об одном – как себя поставишь в первый день, так и сложится твоя судьба в коллективе.

И я точно не собиралась начинать новую жизнь с того, что кто-то будет отодвигать меня в сторону. Я шагнула вперёд, обошла их – благо место позволяло – и спокойно встала обратно на своё место, повернувшись к ним лицом.

— Сомневаюсь, — холодно улыбнулась я. — Очередь занимают вон там, — я кивнула в сторону хвоста, который за всё это время даже не подумал уменьшаться. — А здесь я вас не видела.

Светловолосая прыснула и демонстративно посмотрела поверх меня:

— Маш, скажи этой ненормальной, что мы тут занимали, — ядовито протянула она. — А то девочка явно не в курсе, с кем связывается.

Маша, стоявшая уже у самой двери, неуверенно пробормотала почти шёпотом:

— Занимали…

И в тот же момент её позвали внутрь – и она исчезла, словно только и ждала повода уйти от этого разговора.

Темноволосая усмехнулась:

— Слышала? Просто отойди – и будешь за нами.

Я демонстративно сделала вид, будто прислушиваюсь.

— Нет, не слышала, — спокойно ответила я. — Зато вижу, что вашей Маши в очереди уже нет. А первая теперь стою я. И вам… — я сделала вид, что задумалась. — Не занимала.

Светловолосая наклонилась ко мне чуть ближе, прищурившись:

— Ты новенькая, да? — протянула она с притворной мягкостью. — Кажется, ты не совсем понимаешь, куда попала, дорогая. Тут принято быть чуть… добрее.

Я усмехнулась и коротко ответила:

— Так будь.

Её улыбка на секунду застыла, и она, посерьёзнев, наклонилась к моему уху:

— Не знаю, кем ты себя возомнила, но здесь такое не прокатит. Мне пока нет до тебя никакого дела, но лучше больше не попадайся мне на глаза.

На мгновенье мне показалось, что я вижу перед собой Захарову – те же фразы, те же интонации, разве что обёртка другая.

Вместо «Оборзела» – «Возомнила», вместо раздражения – высокомерие. Даже не знаю, что хуже… И пусть мы находились в элитной школе, а не в детском доме, но человеческая натура не поменялась.

С такими разговор короткий – нужно сразу же ставить их на место.

— Забавно, — прищурилась я. — Ты говоришь так, будто всё вокруг принадлежит исключительно тебе. Неужели ты всерьёз веришь в свою исключительность?

Тёмноволосая, видя, что я не намерена уступать, демонстративно фыркнула:

— Ладно, Крис, забей. По ней видно – она не из тусовки.

Они демонстративно отвернулись и повернулись к стоящему за мной парню.

— Пашечка, мы встанем перед тобой, ты же не против? — мгновенно пропела Крис уже совсем другим, мягким и заискивающим тоном.

Парень мгновенно оживился и широко улыбнулся:

— Конечно, без проблем, девчонки.

Теперь эти две особы оказались в очереди за мной. Интересно, и почему все остальные так легко их пустили?

Понимаю, популярность и все дела, но здесь же все ученики такие! Хотя, кого я обманываю? В любом коллективе всегда есть гласные и негласные лидеры. Так сказать элита. И в этом плане детский дом и элитная школа ничем не отличаются.

Вот только раньше я находилась с другой стороны – уж что-что, но с авторитетом среди подростков у меня проблем не было – а сейчас придётся вливаться в местный коллектив. И уже понятно, что легко не будет…

Когда меня, наконец, пригласили на примерку, все эти мысли мигом вылетели из головы, поскольку мне не терпелось получить школьную форму.

Мерки мы с Сергеем Викторовичем отправили ещё месяц назад, но я, если честно, всё равно переживала. Вроде бы и фигура у меня нормальная – стройная, пропорциональная, ничего критичного, – но по какой-то странной закономерности одежда почти всегда садилась не так, как нужно: то тянулась, то висела, то подчёркивала совсем не то, что хотелось.

В детском доме на такие вещи особо не обращали внимания, но ощущение, что мне вечно не везёт с одеждой, почему-то прочно закрепилось в голове. И сейчас это беспокойство вернулось.

И как же я обрадовалась, когда вся выданная форма – шесть комплектов одежды – оказалась сшита точно по мне! А швея, увидев, как я переживаю, заверила, что при необходимости всегда можно что-то подогнать.

Что касается самой формы, то на мой неискушённый взгляд, она показалась мне идеальной.

Для занятий нам выдали следующий комплект:

Тёмно-синий жакет, мягкий свитер и элегантный пиджак – везде золотой нитью был вышит герб школы. Помимо этого в комплект входили три ослепительно белые рубашки, а также строгие чёрные брюки и две тёмно-синие юбки.

Для спорта ещё один:

Серые шорты и штаны, три белых майки и футболки, а также две удобные кофты, жилетка и ветровка с таким же гербом.