Под присмотром Дракона

– Тим, всё будет хорошо, не думай о плохом, ты столько сил и денег вложил в это место. Не может быть, чтобы не получилось.

– Иншалла, Мира, иншалла. Ты знаешь, отец мне второго шанса не даст.

Про себя он подумал: «Это единственный наш шанс быть вместе. Если я не вытащу свой бизнес, то быть мне послушной пешкой в семейной империи Азеркянов, а это значит выполнять все повеления отца, в том числе перспективы брака по договорённости».

Блондинка посмотрела в окно. Что ж у Тима за семья такая странная, что он так боится отца. Спросить было неудобно, не так её воспитали, но и непонятно. Они познакомились в середине лета. Мира искала, где бы отметить свое двадцатилетие с подругами. Большинство московских ресторанов было закрыто из-за пандемии, часть из них так больше и не открылась. Плюс введённые новые правила с действующими QR-кодами – а это означало или наличие прививки, или свежий ПЦР-тест – делали практически невозможным празднование в компании.

– Может, снимешь лофт? – предложила подруга, с которой Мира зашла выпить кофе в небольшой уютный ресторанчик, куда они заглянули случайно, просто был по дороге.

– Юль, ну какой лофт? Ты не представляешь, какой там бюджет нужен, а потом нужен кейтеринг, музыка, декор. У меня просто нет столько денег, сама понимаешь. Да, родители оплатят бо2льшую часть как подарок, но они простые учителя. Отцу через пару месяцев на пенсию.

– Ну знаешь, не вам жаловаться, учителей хотя бы не сокращали, – немного резко ответила подруга, – мама вон до сих пор без работы сидит, кому нужен стилист, если салоны закрыты.

– Юля, прости, я не хотела тебя обидеть, просто вся на нервах, так хотела устроить крутой праздник, – девушка почти заплакала.

Он вышел из кабинета. «Надо, пожалуй, увеличить расходы на доставку. Непонятно, что вообще с этими очередными карантинными мерами. Ещё немного, и нас снова закроют, а так никакой бюджет не вытянет проседание в доходе». Может, вообще закрыться и перевести кухню полностью на принцип заказов на вынос, но он так хотел именно ресторан. Выбрал место, сам согласовывал дизайн и подбирал каждого из команды, когда они открылись, был просто фурор. Хорошее местоположение в центре позволило быстро выйти в прибыль, модный молодёжный дизайн, простое, но оригинальное меню – всё это сразу же вызвало спрос у посетителей. И Тим уже потирал ручки в предвкушении, как заявит отцу, что его бизнес рентабелен, он способен сам содержать себя, и больше никаких разговоров про финотдел, как случился он – COVID-19… Да, много крови он попортил всем, но они ещё держатся, вот два ближайших кафе просто закрылись и… Мысли куда-то пропали. Белые локоны, яркие голубые глаза, ямочка на правой щеке. Весь мир Тимура остановился, замер и отказался дальше идти. Мир сосредоточился на девушке за ближним к бару столиком.

– Как вам наше заведение? Всё хорошо?

– Да, всё хорошо. Вы кто? И почему спрашиваете?

– Тимур, хозяин этого места. Просто заметил, что вы очень грустная, решил уточнить, не связано ли это с качеством обслуживания нашего заведения.

– Ой, нет, что вы, у вас прекрасное место, просто моя подруга не может организовать праздник из-за новых ограничений.

– В чём же проблема? Вы можете организовать его у нас.

Мира удивлённо посмотрела на молодого человека.

– Вы, наверное, не так поняли мою подругу, мест много, но у меня у большинства гостей нет QR-кодов, да и…

– Это не проблема, – перебил её молодой человек, – мы просто закроемся и не будем афишировать, что у нас банкет, – он заговорщически улыбнулся. – Будем нарушать правила.

Мира смотрела на парня, не веря своим ушам. Так просто: зашла в кафе выпить кофе и тут нашла место! У неё будет праздник, будет вечеринка…

– Вы серьёзно?!

– Конечно, серьёзно. Но теперь мне нужны ваши контакты, имя, количество гостей, дата и обсудить заранее меню.

– Да, конечно, Мира, 17 июля, гостей немного, просто день рождения.

С того дня Мира стала часто заходить к Тиму (так она его называла) выпить кофе и просто поболтать, благо училась она рядом и практика проходила очно.

* * *

Так, миллион сообщений по работе отработаны, ещё пара дней, и она будет делать это очно. Мама, как всегда, волнуется, Кэт опять звонила. А он не звонил, учтиво напомнил внутренний голос. Ну и ладно, ну и не надо, и почему к вечеру особенно грустно?

Глава IV

Смена жанра

Продолжая экскурс в прошлое и анализируя последние несколько лет жизни себя и знакомых, Лера неожиданно начала понимать всю абсурдность самой идеи прописать возможные модели, и не потому, что не было достаточно опыта или материала и времени.

«Ха, – наш старый знакомый Арко даже усмехнулся. – Времени у неё на всё хватает, да, конечно, сейчас ещё пару часиков в сутки добавим и будет совсем хорошо».

Стоит отметить, что образ весельчака Арко малость изменился с нашей последней встречи. Нет, ещё больше он не поседел (куда уж больше, даже у ангелов трансплантацию волос ещё не наладили никак, кроме хирургического пути. А тут, сами понимаете, сложновато, ну объясняй людям в клинике, что ни документов, ни страховки, да ещё, чего доброго, начнут обследования делать, а там уровни показателей крови ой как разнятся). Поэтому наш предприимчивый товарищ, благо подопечная передышку таки устроила в своей волшебной череде самовредительства и саморазрушения, просто сменил имидж: понимая, что кудрей ему не воскресить, он просто сбрил остатки шевелюры и сразу помолодел лет так на 50.

А может, и правда, ну его, этот самоанализ, социоанализ и всякую остальную муть? Писать она вряд ли станет в серьёзных масштабах, и так понятно, что надо было либо сразу в журналистику, либо просто не тешить себя иллюзиями возможного фриланса…

Здесь надо понимать, что собственного опыта отношений у нашей героини было действительно не так уж много, если говорить о непосредственно близком взаимодействии между мужчиной и женщиной. Можно, пожалуй, выделить трёх-четырёх молодых людей, всех остальных ухажёров она, как правило, отправляла в раздел «друзья», что некоторых кардинально бесило. Хотя как психолог-любитель Лера безошибочно разбиралась в делах своих подруг.

Ладно, хватит тут страдать, пора браться за ноутбук, сроки горят…

«Божечки, что опять?! Какие сроки? Что я пропустил? Она ещё и на писательское дело подрядилась, – Арко спросонья встрепенулся и схватился за голову. Осознав, что рвать отсутствующие волосы абсолютно бесполезно, слегка подуспокоился и выдохнул. – Так, давай подумаем, у нас была ночь. С вечера пятницы я её не оставлял одну, сейчас 9 утра субботы, ночью редакторы и редакции спят, значит, всё хорошо, дел не натворила, надеюсь», – подумал ангел.

Лера открыла ноут. Продолжать историю Василия и Маши было бессмысленно, что там говорить – Маша ушла в загул, Вася спился, играя в «Танчики»… Наша горе-писатель улыбнулась: как-то слишком грустно получается, пожалуй, всё-таки оставим Васю немного пострадать и углубиться в офисные дебри трудоголизма, а через пару-тройку глав найдём ему очаровательную Аллочку, которая скрасит его суровые будни, отогреет, приголубит, добавит пару-тройку шкур мамонта в его холодную промозглую пещеру, сварит черепаховый суп в очаге, а дальше нарожает ему пару очаровательных мини-Вась и одну мини-Аллочку, и будут они жить долго и счастливо.

А Машенька образумится, начнёт читать книжки по психологии, поймёт бессмысленность жизни в режиме «попрыгунья стрекоза» и отправится в агентство по поиску женихов, тоже выйдет замуж, растолстеет, научится варить борщ…

Фу, как-то скучно, банально и отдаёт розовыми соплями. Нет, о таком мы с вами точно писать не будем.

«А по мне, так ничего в общем-то. Ну, право, надо бы немного позитивчика добавить в жизнь, у неё последнее время настроение какое-то депрессивное, так недолго и до пессимиста дорасти», – подумал Арко, но, как мы понимаем, его никто не спрашивал.

Так, всё-таки лучше писать о чём-то вымышленном, а то, если о себе, то как-то сложно и грустно получается, может, лучше сказки, фэнтези, например, а почему бы и нет.

На просторах Аркандии на многие километры простирались пески пустыни. Барханы сменяли друг друга, не было видно ни конца ни края этого пейзажа. Палящее солнце так нагревало поверхность днём, что, казалось, ещё пара градусов – и она расплавится и превратится в стекло.

Это был мир драконов, только они могли выжить в столь суровых и жарких условиях. Их дома порой напоминали те же барханы, лишь с одним исключением: под толщами песка находились пещеры, целые лабиринты и километры пещер, подземное жаркое царство, где царили гробовая тишина и многолетний покой. Именно там была настоящая жизнь, пейзажи которой были бы более привычны людям.

На троне в то время восседал Тригрог Суровый, он был приверженцем старого строя, соблюдал все порядки и традиции и ценил преданность вере превыше всего. Его боялись и ненавидели все, даже его собственная семья. Единственный сын Тригрога был до сих пор не женат. Ему противна была участь расчётной монеты, которую уготовил ему его отец, желавший его союза с дочерью одного из приближённых. И вопрос был даже не в самой невесте, которая, как ни странно, отличалась совершенной красотой и кротким нравом. Здесь было просто нежелание идти по пути, выбранному не им, по чужой судьбе. Но что за судьба была уготована молодому Аркону, известно было только Богам. Последние, конечно, не планировали делиться этим с простыми смертными, пусть и драконьего племени.

«Я должен бежать, просто бежать, достаточно взглянуть на то, что он сделал со своими подданными и страной. Моя бедная мать не вынесла и нескольких лет брака и просто сгорела в собственном пламени, когда поняла, за какого тирана вышла. Моя несчастная сестра Элина даже не знала материнской любви – когда она только появилась, никто не взял её на руки, не качал в колыбели, не кормил молоком. Да что говорить о ней, мне самому было всего три года от роду, а что такое три года в рамках тысячелетней жизни Дракона, всего лишь миг…»

Аркон быстрыми шагами пересекал лабиринты дворца.

Да, всё верно, именно шагами, Драконы – это лишь облик, лишь оболочка, которая служит при передвижениях на длинные расстояния, и броня – та броня, которая защищает тела в страшных войнах (впрочем, нынешнее поколение едва ли застало хоть одну из них и знало об этом лишь по учебникам истории).

Единственная мысль, которая мучила молодого принца, это судьба его сестры. Он понимал, что отец будет просто в бешенстве, а свой гнев он точно выместит на Элине. Сестра и так росла очень закрытой и скромной девушкой, она много лет просила отца отпустить её в Орден сестёр Граха (первого прародителя) – так, она считала, сможет искупить свой грех за смерть матери и злость отца.

Психологические детские травмы, не отработанные должным образом в детстве, сломали не одну жизнь во взрослом возрасте. Все мы читаем книжки про это, видим в кино, но почему-то отчаянно отказываемся применять увиденный опыт в собственной жизни. Всегда удивлялась, но и сама грешила…

«Может быть, если я сейчас поговорю с сестрой, – подумал он, – то смогу её убедить бежать со мной или хотя бы просто сбежать в монастырь. Да, отец будет в ярости, но против сестёр Граха даже он не рискнёт пойти, а если рискнёт, то народный бунт будет на руку мне, изгнания просто не будет, план реализуется в моменте». С такими воодушевляющими мыслями он и отправился к сестре.

Элина, как всегда, была в комнате. Это была молодая девушка со светлыми, словно серебряными волосами, тонкими чертами лица и прозрачно-фарфоровой кожей. Когда смотришь на такую красоту, то понимаешь, что даже по меркам драконьего рода это что-то неземное, близкое к Божественному. Вся её внутренняя чистота и непорочность буквально просвечивали сквозь кожу и отражались в небесно-голубом взгляде глаз. Она читала книгу, когда услышала стук в дверь.

– Войдите, – раздался чистый девичий голос.

– Сестра, мне надо с тобой поговорить.

В дверном проёме стоял Аркон, он был полной противоположностью сестры. Высокий статный юноша, чёрные, как воронье крыло, волосы и такие же чёрные глаза, в которых будто бы полыхал огонь драконьего пламени. Он был хорошо сложен. Всё тело его представляло собой груду мышц, но не надутых шариков, как у бодибилдеров, а жёстких, высушенных, будто стальные канаты. Да и весь он походил на такой стальной стержень. Все его движения были резкими, быстрыми, в них сквозили уверенность, решимость, в его глазах горел дьявольский огонь. При взгляде на эту парочку на ум невольно приходило сравнение с огнём и водой, и уж точно никто бы не подумал, что они кровные брат и сестра.

– Брат, что случилось? Что-то с отцом?

– Нет, пока нет, – губы Аркона скривились в невольной усмешке, – наш тиран бодр и здоров.

– Арк, как тебе не совестно так говорить, он же наш родной отец. Зачем ты так? – Элина возмущённо посмотрела на брата.

– Ты опять начинаешь свою песню: он наш отец, он нас любит, он делает всё во благо, его подкосила смерть матери, он не такой, и вообще это все плохие, а он такой белый и пушистый, сам дух Светлого Граха спустился на землю в его обличье…

– Не смей святотатствовать при мне, брат, – возмутилась Элина.

– Надо же, первый раз слышу от тебя что-то подобное гневу и не знал, что ты на такое вообще способна. Впрочем, ладно. Я пришёл не светские беседы вести и точно не погружаться в религиозные споры. Эл, я ухожу, уезжаю на Дальний берег, возможно, покину на какое-то время Аркандию. Вернусь, когда соберу достаточно сил, чтобы раз и навсегда свергнуть нашего отца с трона. Я хочу, чтобы ты отправилась со мной или ушла к Сёстрам в монастырь, думаю, что это будет единственное место, где ты будешь в безопасности от гнева нашего отца. Сестра, ты всё, что у меня есть на этой Земле, я должен знать, что ты в безопасности, пойми.

Во время тирады Аркон смотрел в окно на сад и лишь на последних словах резко взглянул на сестру.

Элина молчала. Она стояла, как в воду опущенная, смотрела на носы своих расшитых туфель и молчала.

– Ну что ты молчишь? Скажи хоть что-то, ты согласна уехать? – Аркон был в нетерпении. Он понимал, что впервые озвучил свои мысли о бунте, о перевороте, даже сестре. Она никогда его не предаст, он был в этом уверен, но всё-таки впервые мысли стали не эфемерной субстанцией, а материализовались в слова, обрели форму и, повиснув на секунду в воздухе, улетели в мир живых.

– Арк, я не знаю, что тебе сказать. Мне сейчас так страшно и больно одновременно. Мне страшно за тебя и за то, что ты собираешься сделать со своей жизнью, с жизнью отца, со всей нашей страной. Война… неужели ты хочешь войны, неужели ты забыл все те ужасные рассказы о выжженных городах и стеклянных дворцах? И ты сам хочешь разрушить наш прекрасный мир, да ещё и просишь меня присоединиться к тебе и предать последнего нашего родителя, – Элина смотрела на брата своими небесными глазами, в которых читались скорбь и упрёк и, кажется, промелькнул огонёк гнева, хотя нет, показалось.

– Сестра, неужели ты не видишь, до чего он довёл всю страну, всех нас? Народ голодает, люди боятся. Ты сама столько раз молила его отпустить тебя в монастырь, но даже здесь он противится, а меня вообще решили «продать» за лояльность и богатые земли Энора! – Аркон почти прокричал последние слова.

– Тише, брат, прошу тебя, – Элина порывисто обняла брата. Сейчас она интуитивно почувствовала всю его боль, которая скрывалась за злобой и гневом на отца. Она и сама, наверное, была бы зла, но ей было нельзя, слишком много зла она причинила только своим рождением. Кто она, чтобы после этого судить других? – Успокойся, всё наладится, поговори с ним, может быть, он смягчится. А если нет, то мы с тобой не вправе распоряжаться своей судьбой, наша жизнь в руках нашего Отечества, мы должны служить ему, ведь мы дети правителя. Мы не свободны в своих решениях с момента нашего зачатия, у нас нет права на выбор.

– Чушь, сестра, это чушь! Право на выбор есть у каждого. Это наша жизнь, и только нам решать, как её пройти. Каждый Дракон рождается свободным, и только его поступки позволяют ему умереть тоже свободным.

– Очень красивые слова, дорогой брат, но давай посмотрим на реальность: если ты сейчас уйдёшь, то предашь и нас, и отца, и весь народ. Твой брак с дочерью графа Энора позволит нам получить не только плодородные земли долины, но и выход к морю, что автоматически снизит налог на ввоз товаров и улучшит торговлю, а всё это пополнит казну, снизит налоговую нагрузку на простое население.

Ого, оказывается, девушки бывают не только хорошенькими и благочестивыми, но и вполне разумными стратегами и политиками. Может, отсутствие мужской горячности позитивно сказывается на логике?

А что предлагаешь ты? Затяжную гражданскую войну? Думаешь, это решит проблемы народа? Или в твоих мечтах отец сдаётся без боя, а его приближённые дружно заковывают его в кандалы и отправляют в Казерак? А ты, такой бравый принц, восседаешь на троне, отменяешь налоги, по мановению твоей руки урожай удваивается, и все сыты и довольны?

– Сестра, что ты такое говоришь?! – Аркон не верил своим ушам. Слова Элины были жёсткими и до безобразия логичными. Они больно ударяли по его самолюбию, но в то же время он не мог игнорировать тот факт, что во всем монологе сквозила железная логика, такая циничная и правдивая. И о чём он только думал…

– Брат, к сожалению, я говорю правду. Если бы ты чуть больше уделял внимания урокам истории и экономики, а не ратному делу, то сам бы прекрасно видел всю картину. Нет, я не оправдываю отца, его методы порой ужасают своей жестокостью, но, как показала практика прошлых правителей, с нашим народом в сложные периоды можно говорить только огнём.

– Но, но так нельзя, нельзя так жить! Это просто смерть при жизни, отказ от всего, чего мы хотим, к чему стремимся. Неужели нет другого способа? Он должен быть! Он должен быть!!!

– Он есть: это способ принять свое место в нашем огромном мире и следовать своему предназначению. Ты был рождён сыном Тригрога, твоя судьба была написана на Небосводе в момент, когда семя нашего отца соединилось с яйцеклеткой нашей матери. Ты должен защищать нашу страну, наш народ, должен быть сыном правителя. Это твой долг. И если для этого ты должен жениться на дочери графа Энора, разве это может подвергаться сомнению и разве это так много?

Он смотрел на сестру. Нет, это не он – это она должна сесть на трон отца, она способна понять мудрость Звёзд…

* * *

От ноутбука Леру отвлек звонок телефона, она будто вынырнула из мира песков в реальность.

– Привет! Не отвлекаю?

– Привет, нет. Ну, может, совсем чуточку. Хотя как ты можешь отвлекать…

– Хотел поздравить с возвращением к трудовым будням.

– Спасибо, на самом деле в понедельник ещё к врачу, но буду проситься на волю.

– Так торопишься, совсем не бережёшь себя.

– Ты же понимаешь, конец года, осталось чуть меньше месяца, там и так звонят по сто раз на дню… Проще уже выйти и самой сделать.

– Узнаю маленького юриста! Проще выключить телефон и не брать его, пока ты на больничном…

– Аха-ха, – девушка рассмеялась, – кто бы говорил! Мне кажется, что ты вообще не спишь, а только работаешь, а потом ещё работаешь, и ещё немного работаешь…

– Я мужчина, это моё предназначение – работать, добывать мамонта. Что делать, повинуюсь природе.

– Не могу с тобой спорить.

– И не нужно, лучше давай спускайся, я почти приехал и тебя ждёт подарок.

– Сейчас? Подарок? Ой, мне же нужно одеться, собраться.

Лера сразу же забыла и про пески и драконов, и про работу. Что же надеть и как замаскировать шрам на лице?

«Так, а это что тут у нас такое интересненькое? Хм… не помню, чтобы это кем-то было санкционировано, – Арко задумчиво почесал лысинку. – С другой стороны, ну что тут такого, вроде бы ничего особенного».

Через 10 минут она уже закрывала дверь квартиры, на ходу натягивала перчатки и вызывала лифт.

Из подъездной двери на неё обрушился ворох снежинок и морозный декабрьский вечерний воздух. Рядом стоял джип с включёнными фарами.

– Привет, – она открыла пассажирскую дверцу.

– Привет, подожди, посмотри, там сзади лежит подарок.

Лера послушно закрыла дверцу и распахнула заднюю. На сиденье стоял большущий пакет. Она не поверила глазам. Надпись на пакете гласила, что содержание относится к очень дорогому бренду. Таких подарков ей ещё не дарили…

– Это мне? Ты серьёзно?! – в голосе был чистейший восторг, как у маленького ребёнка, который нашёл под новогодней ёлкой коробку с подарком и тянет за ленточку с предвкушением, что же там внутри, и полным осознанием, что там его ждёт чудо.

– Конечно, тебе, кому же ещё? – молодой человек наигранно возмутился, но в глазах его плясали чёртики улыбки. – Давай открывай уже.

Лера аккуратно достала большую коробку из пакета и потянула за ленточку завязок. Откинув крышку, она увидела большую сумку.

– Нравится?

– Конечно, очень, она такая классная! Но это же целое состояние…

– Во-первых, не целое, во-вторых, я хотел тебя порадовать. Она как раз такая по размеру, чтобы можно было убрать рабочий ноутбук и документы. Знаю же, что ты постоянно то к нотариусу, то ещё куда-нибудь…

– Спасибо, спасибо, спасибо! Это самый классный подарок в моей жизни, по-моему, это потрясающий вечер! – глаза её горели, в этот момент все Ёжики, все начальники, травмы и проблемы были забыты, момент чистого счастья и восторга.

«Хм, а он ничего, не промах… Хотя он мне всегда нравился», – хмыкнул Арко. Вот только был один нюанс: его подопечная упорно воспринимала его только как друга, и не более того.

– Так, предлагаю поехать где-нибудь перекусить. Ты же, как всегда, голодная, вообще, мне кажется, что ты ещё и похудела. Срочно надо откормить.

– Ах, только не начинай, я уже три недели без спорта, куда ж откормить, да и зачем?

Девушка возмутилась, в её подсознании ей нужно было худеть и худеть…

Тоже такой интересный момент: как правило, чем стройнее и симпатичнее женщина, тем больше в её голове тараканов, отчаянно требующих похудеть и достичь модельной внешности. Однако чем более пышными формами обладает дама, тем спокойнее она относится к весам и тем увереннее чувствует себя в этом мире. Парадокс, но проверено на практике.

Они доехали до ближайшего ресторанчика.

– Как красиво, всё уже в ожидании Нового года украшено, – Лера зачарованно смотрела на большую ёлку, обвитую огоньками гирлянд и украшенную шариками и бантами. Новогоднее настроение буквально пронизывало воздух заведения, а у неё был практически свой личный маленький Новый год сегодня. Прекрасный сказочный вечер в компании друга – что может быть лучше? Ну разве что романтический ужин, подумалось ей, но не в этот раз.

– Что ты будешь? Закажем шампанское, чтобы отпраздновать твоё выздоровление.

– Я бы с удовольствием, но ещё месяц мне нельзя пить, – девушка грустно вздохнула.

– Так, значит, сок. Ничего страшного, придётся отпраздновать ещё раз через месяц.

– М-м-м… а подарки тоже будут? – засмеялась блондинка, про себя подумав, что сегодня она какая-то наглая.

– Конечно, будут, почему бы им не быть, – улыбнулся молодой человек.

– Так я привыкну и начну верить в чудеса.

– В чудеса надо верить всегда. Наша жизнь – это большое чудо, которым надо наслаждаться.

– Да, ты прав, ещё больше её начинаешь ценить, когда что-то идёт не так и ты можешь всё потерять, – девушка на секунду вернулась в тот злополучный вечер и ночь, на каталку в операционный блок под свет лампы…

– Ты чего это погрустнела? Что-то не нравится?

– Нет, всё просто волшебно.

Они болтали, наверное, часа два, если не больше, у них всегда было о чём поговорить. Лера любила слушать истории, которые рассказывал Миша о своих командировках. Он всегда настолько философски ко всему относился, с таким юмором и позитивом, что казалось, будто вся его жизнь была сплошным праздником, а не чередой постоянных рабочих будней, поездок, вечернего бизнеса и даже ночных встреч (если подумать, он спал часа четыре в сутки в лучшем случае), а за рулём решал рабочие и бизнес вопросы по телефону, при этом был всегда готов прийти на помощь своим друзьям.

Михаилу нравилось, что у Леры на всё было свое мнение, она много раз помогала ему советом в юридических вопросах, рассказывала про выставки, которые посетила, про книжки… Да и вообще у них никогда не было конкретной темы беседы, так бывает у старых близких друзей.

– Кажется, пора уже, почти двенадцать, можно загадывать желание.

– Да ты, наверное, устала.

– Если честно, то немного есть, много времени сегодня провела за ноутбуком.

– Хм? Работа? Ты уверена, что уже можно так напрягаться и оно того стоит?